# Отстрел партнеров.

Александр Сергеевич Черевков

Моих партнеров отстреливали, как горных куропаток.

Отстрел партнеров.

До конца февраля месяца 1992 года оставалось чуть меньше двух недель. Мне надо было хорошо, на два-три месяца вперед, обеспечить работой все бригады. На завершенных объектах нужно выдать зарплату. Пора выдать зарплату и служащим. Надо договориться с кем-то из местных бизнесменом, моих партнеров по бизнесу, чтобы они по моей доверенности выдали зарплату моим рабочим и служащим на случай моей задержки в командировке. Конечно, было бы лучше, если бы у меня не потерялась связь с бывшим министерством строительства Республики Таджикистан. Им можно было свободно доверять свои деньги. Но после рэкета на меня служб безопасности и моего скандала с бывшим министром строительства, я еще ни разу не был в этом здании бывшего министерства строительства. За два месяца никто из нас не пошел на встречу друг к другу. Каждый считает себя правым и выше по должности. Мне совсем не хочется определять величину между собой и Юрием Филимоновичем. Но я считаю, что в тот момент нашего скандала он был не прав. Если бы он мне в спокойной обстановке объяснил, что мне нужно освободить помещение, так как у меня нет никаких связей с государственной холдинговой компанией "Такжикстрой", то я его понял бы и тут же освободил кабинет. Но, однако, Юрий Филимонович стал необоснованно упрекать меня в том, что я не делал. Приплел на меня рэкет с перестрелками возле его здания. Ну, ладно, мы это как-то переживем.

- У нас, точнее, у вас, большие неприятности. - начал возмущаться Полтиелов прямо с порога. - Звонила Зебуниссо Рустамова, министр культуры и спорта Республики Таджикистан. Требует, чтобы ты вернул ей пятьдесят тысяч рублей, которые она давала на изготовление пакетов под подарки. Директор малого предприятия "СВ ФАГО", Сергей Фабричный, прислал ей такие пакеты, что на них даже страшно смотреть.

- Мне прекрасно известен этот прокол в моем бизнесе. - сказал я, Полтиелову Игорю. - В этом проколе сам разберусь, как только встречу Валентина Склярук. Это он мне предложил услуги Сергея Фабричного. Так что с этим вопросом тебя будут беспокоить, то ты им скажи, что я как раз по этому вопросу поехал в Москву.

Полтиелов Игорь уехал по своим служебным делам. Я закрыл офис и отправился вместе Мирзаевым Вахобом по своим служебным делам. Надо было провести ряд переговоров по вопросам поставки бентонитовой глины на европейский рынок. После провести переговоры с генеральным директором фирмы "Тиджорат". Затем меня ждет Сайрадмамадов Нурбек, представитель производственного объединения "Памиркварцсамоцветы". В заключение, меня после обеда ждет Насреддинов Хуршед, председатель кооператива "Экология". У меня вопрос к нему по поставкам мумие на европейский рынок. Есть другие разные вопросы.

Офис научно-производственного малого предприятия "Тибби ОРИЕН", директором которого был Давляткадамов Саид, находился на проспекте Профсоюзов дом 136 "а". Рядом с армянскими домами в одном из которых работала моя мама лифтером. Мама уже давно на пенсии, но ей скучно сидеть дома одной. Вот она устроилась в этот армянский дом лифтером. Совсем не из-за денег, которых ей вполне хватает с пенсии. Маме нужно какое-то общение с людьми. Поэтому она устроилась лифтером. Сидит у лифта на первом этаже. Ждет, когда наконец-то лифт поломается, чтобы после этого вызвать мастера по ремонту лифтов.

Современные лифты ломаются очень редко, а то вообще не ломаются. Поэтому мама сидит у дверей лифта и читает свежую прессу, приветствует людей входящих в этот лифт. Мама рассказывает часто своим внукам, что работая возле двери лифта она узнала за несколько месяцев больше, чем за всю свою жизнь.

Вот и сейчас моя мама, наверно сидит у двери этого лифта, познавая то, что она не смогла познать за шестьдесят два года своей жизни. Мне надо посмотреть, как работает моя мама. Она уже пару недель не была у нас дома в гостях. Может быть, ей нужна от меня какая-то помощь? Ведь у меня работают все специалисты, которые могли бы пригодиться в быту любому человеку. Конечно, я все прекрасно понимаю, что моей маме интересно просто общение с ее ребенком, каким бы по возрасту и по должности он не был. Ребенок всегда для матери ребенок в любом возрасте и в любой должности. Тем более, сейчас, когда один ее сын Сергей живет в городе Благовещенске, который находится в Амурской области, где-то у черта на куличках. Второй близнец Сергея, сын Юра из тюрьмы не выходит, тоже живет далеко за пределами Республики Таджикистан. Пока только старший сын Александр живет в этом городе Душанбе, пока не выезжает отсюда.

Я отпускаю своего водителя по его личным делам. Мы договариваемся с ним встретиться через два часа рядом с кафе возле армянских домов. До встречи с Давляткадамовым Саидом больше часа свободного времени. За это время я успею переговорить в армянском доме со своей мамой. После чего схожу в соседнее кафе и перекушу немного. Ведь я сегодня с утра ничего ни ел. Обед уже скоро. Где смогу покушать?

- Твоя мама сегодня выйдет в ночь. - говорит пожилая дама, сменщица моей мамы. - Она утром сменилась.

Я прощаюсь с пожилой дамой и отправляюсь в кафе рядом с офисом Давляткадамова Саида. У меня еще час свободного времени. За это время я успею спокойно покушать в кафе и отдохнуть от всяких забот. Посмотрю на саму обстановку вокруг. Если на встречу к Давляткадамову Саиду никто не придет, то тогда пойду к нему на встречу раньше договоренного времени. Хотя раньше и позже ходить всегда бывает не прилично.

В кафе никого не было, кроме самого хозяина кафе. Такое время дня, когда все уже позавтракали, а до обед еще пару часов осталось. В самый раз посидеть мне без шума и суеты. Такого балагана мне каждый день хватает. Голова ходит кругом, когда ко мне в офис за день приходят больше сотни разных людей. Кроме того, мне самому приходится ездить на разные встречи и переговоры в течении каждого дня. Приходишь домой, а там свои проблемы. То дети себя ведут недобросовестно. То в доме что-то поломалось. То еще какая-то непредвиденная проблема. Каждый день какой-то балаган на работе, в офисе или у себя в доме.

Хорошо мне сейчас. Взял два стакана кофе с молоком и четыре пирожка с картошкой. Этого мне вполне достаточно на обед. Я знаю, что меня еще ждут различные угощения в местах моей встречи и переговоров с местными бизнесменами. Здесь по-другому переговоры не проводятся. Бывает, что за день проводится больше десятка различных переговоров. Ни одна встреча не проходит без традиционного зеленого чая и без таджикской душистой лепешки. Часто бывают плов, лагман, шашлык, шурпо и многие другие блюда во время обеденной встречи. За таким столом или достарханом не обходится без водки, коньяка и шампанского вина. К вечеру домой возвращаешься как кавказский бурдюк набитый спиртными напитками и продуктами. После такого дня ни на кого в семье смотреть не хочется. Забываешь про все свои семейные и супружеские обязанности. На уме лишь одни мысли об отдыхе и о том, чтобы завтра то же самое не повторилось.

Сейчас сижу в зале кафе один. Наслаждаюсь обычным напитком и обычными продуктами. Дышу свежим воздухом, который проникает в зал кафе с улицы от речки Варзоб, которую в центре города называют ласково Душанбинка. Из офиса Давляткадамова Саида выходят и заходят посетители. Я смотрю на свои часы. До моей встречи остается десять минут. Надо направляться в сторону офиса Давляткадамова Саида.

Когда я подхожу к двери зала кафе, в это время к офису "Тибби ОРИЕН" подъезжает два военных джипа с вооруженными парнями, одетыми в форму спецназа. Из первого военного джипа выходят четверо вооруженных парней в форме спецназа и быстро заходят вовнутрь офиса "Тибби ОРИЕН". Через минуту они выходят обратно на улицу и вытаскивают за шиворот Давляткадамова Саида. Ставят его возле стенки с вывеской эго малого предприятия. Делают несколько непроизвольных шагов в сторону от этой стенки. Всего сто метров от двери зала кафе. Почти в упор расстреливают из автоматов Калашникова, Давляткадамова Саида, директора научно-производственного малого предприятия "Тибби ОРИЕН". Буквально в десяти метрах от убийц находится остановка городского транспорта. Люди оборачиваются в сторону выстрелов и впадают в шок, когда видят как на клумбу с цветами и стены офиса медленно спускается мужчина средних лет, за спиной которого на стенке его офиса остаются потеки его собственной крови. Жизнь его кончилась.

Я сажусь на ступени у входа в зал кафе и смотрю на эту ужасную картину, которая произошла на виду у всех проходящих, всего в ста метрах от меня. Стоило бы мне всего на пару минут раньше пойти на встречу в этот офис. Я сейчас валялся бы весь изрешеченный автоматной очередью на клумбе с цветов рядом с хозяином офиса. Это просто полный беспредел в нашей жизни, когда вот так ни за что и ни про что убивают человека на виду всего города. Никто и ничто не может сказать убийцам человека. Здесь полное бесправие.

Убийцы сели на свои военные джипы и уехали в сторону цирка за армянские дома. Проделали они свои действия так, словно ничего особенного не произошло. Выходит, что для них убийство это вполне привычное дело. Кто-то дал им задание по адресу произвести отстрел человека. Убийцы выполнили свое задание и по списку отправились дальше по своим новым адресам отстреливать других не пригодных им людей.

Прошло больше десяти минут, после расстрела Давляткадамова Саида. Люди, как ни в чем небывало отправились городским транспортом по своим маршрутам. По тротуару мимо расстрелянного мужчины проходят обычные пешеходы. Никто не куда не звонит и не сообщает про убийство на виду у всех. Люди просто привыкли к убийствам. Их никого даже не волнует, что сегодня убили этого мужчину, а завтра убьют любого из них. Люди стали жить одним днем, который оставила им судьба. На свое завтра им всем наплевать.

Вот наконец-то приехала скорая помощь. Санитары не обращают никакого внимания на убитого. Их интересует, что там в офисе. Через минуту санитары выносят из офиса секретаршу и кладут ее на клумбу с цветами рядом с убитым. Начинают делать секретарше искусственное дыхание. Возможно, что она без сознания или у нее сердечный приступ. Не добившись никаких результатов с секретаршей, санитары кладут ее на носилки и засовывают в первую санитарную машину, которая тут же уезжает с места событий. После чего санитары подходят к изрешеченного автоматными очередями убитого мужчины. Не рассматривая его кладут на носилки. Засовывают в другую санитарную машину и вскоре скрываются за поворотом проспекта.

- Здесь что-то произошло? - спрашивает меня, подъехавший Мирзаев Вахоб. - Что тут санитары делали?

- Ничего страшного не произошло. - сухо, ответил я. - Просто убили того, с кем я должен был встретиться.

Мирзаев Вахоб недоуменно посмотрел на меня и развернув свой автомобиль направился к новому месту нашей встречи. Дальше мне нужно было встретиться на улице Борбад дом-1. В офисе Салиева Маннон, генерального директора фирмы "Тиджорат". Нам необходимо было с ним обговорить о складах фирмы "Таджиквнешторга", которые я раньше частично арендовал. Сейчас эти склады полностью перешли под руководство фирмы "Тиджорат", которой руководит Салиев Маннон. Нам надо договориться об аренде.

Как только наш автомобиль повернул на улицу Борбад, так тут же мы едва не угодили под автоматную очередь. Хорошо, что Мирзаев Вахоб успел притормозить и свернул прямо в арык на перекрестке улицы Борбад. Между двухэтажным зданием офиса "Тиджорат" и вооруженными парнями из двух военных джипов шла автоматная перестрелка. Видимо убийцы в форме спецназа рассчитывали также легко убить Салиева Манона, как только что легко убили Давляткадамова Саида. Но в фирме "Тиджорат" была собственная вооруженная охрана, которые не позволили убийцам свободно проникнуть в свой охраняемый офис.

Нам пришлось несколько минут проторчать одним колесом автомобиля в арыке. Так выехать в обратную сторону было невозможно. Сзади нас стояла сплошная линия автомобилей. Впереди был простреливаемый перекресток. Сбоку от нас вдоль всей улицы по самой середине находился бетонный разделительный барьер, который можно было объехать через перекресток. Весь перекресток находится под обстрелом.

Когда наконец-то стрельба прекратилась, Мирзаев Вахоб с огромным трудом, при помощи моей и подошедших к нам водителей с других машин, наконец-то вытащил свой автомобиль из арыка. Мы повернули на улицу Борбад уступая место другим автомобилям. В это время военные джипы с убийцами скрылись из нашего вида, увозя с собой несколько трупов своих боевиков. Наконец-то люди дали нужный отпор боевикам, которые понесли свои жертвы. Вскоре к зданию офиса "Тиджорат" подъехали машины скорой помощи. К машинам скорой помощи на носилках санитары вынесли два трупа и одного раненого. Вскоре машины скорой помощи уехали от здания офиса "Тиджорат". Но моя совесть не позволяла войти в здание офиса.

- Давай поедем в производственное объединение "Памиркварцсамоцвет". - сказал я, своему водителю.

Мирзаев Вахоб тут же развернул свой автомобиль в сторону улицы Нигмат Карабаев и дальше через цирк поехал в сторону "Текстиля", площади "Айни" мимо "Зеленого базара" по улице Лахути подъехал к зданию офиса производственного объединения "Памиркварцсамоцвет". Возле этого здания скопилось множество легковых автомобилей. Чего раньше я никогда тут не замечал. Я сказал Мирзаеву Вахобу, чтобы он остановил наш автомобиль на небольшой площадке возле рынка "Зеленый базар". Дальше было близко.

Возле здания офиса производственного объединения "Памиркварсамоцвет" я предъявил свои документы и вошел в вестибюль этого здания. В небольшом зале вестибюле стояло несколько портретов в позолоченных рамках и с черными лентами на углах. Всюду стояли венки с заупокойными надписями на таджикском, русском, арабском, английском и других языках. Присутствующие молчали, склонив головы в трауре.

Я посмотрел надписи даты смерти и ужаснулся. Все даты были вчерашним числом. Только вчера в это время я был здесь в этом офисе и разговаривал с большинством из тех, кто сейчас числился убитым. Выходит, что уже вскоре после моего ухода на этот офис напала банда и расстреляли всех этих бизнесменов. Это было похоже прямо на специальный отстрел моих партнеров, с которыми я договаривался о встречи. Конечно, это было всего лишь совпадение. Если бы точно хотели бы уничтожить мои партнеров по бизнесу, то в первую очередь убийцы могли уничтожить меня. Выходит, что тут было какое-то другое намерение убийства. Возможно, что убивали слишком близких конкурентов или это какая-то национальная неприязнь.

Офис кооператива "Экология" находился в конце этой улицы Лахути, на которой стояло здание офиса производственного объединения "Памиркварцсамоцвет". Но у меня уже разум сам не пожелал увидеть мертвым Насрединова Хуршеда, председателя кооператива "Экология". С меня было достаточно того, что я сегодня увидел почти десяток своих партнеров мертвыми. Хватит мне такого издевательства над нервами.

- Едем ко мне домой. - сказал я, Мирзаеву Вахобу, когда подошел к своей машине. - На сегодня с нас хватит.

Мирзаев Вахоб повернул в сторону театра оперы и балета имени "Айни". По улице Кирова проехал мимо здания бывшего министерства строительства Республики Таджикистан. У двери центрального входа в это здание была скромная вывеска "государственная холдинговая компания "Таджикстрой". Сама вывеска указывала на то, что дела у них идут далеко ни в полную меру их пожеланий. Даже легковые автомобили на площадке у этого здания сильно поредели. Видимо приходится им всем мотаться в поиске новых объектов.

Мы проехали по проспекту Рудаки и повернули в сторону улицы Путовского. На площади "Навруз" возле дворца президента обратно стоят танки. Выходит, что в Республике Таджикистан ни так все гладко, как кажется на первый взгляд. Иначе, зачем охранять дворец президента от мирных граждан. Я так думаю, что сам президент давно не находится в этом здании. Что-то совсем ничего не слышно о нем в нашей прессе?

Вся трасса по улице Путовского сильно перегружена. Лучше бы мы ехали по верхней улице. Там вообще транспорт редко проходит. Почему-то все стремятся проскочить через центр. Думают, что так на много ближе. Но когда стоят часами в длинных пробках, то вспоминают круговую дорогу, которая в километрах длиннее, чем через центр, но зато во времени намного короче проезда через центр самого города Душанбе.

От центра города Душанбе до нашего микрорайона "Зеравшан" при чистой дороге езды не больше два-дцати минут. Мы уже целый час плетемся за бесконечной вереницей автомобилей. Не проехали и третьей части пути. Только добрались до киноконцертного комплекса. На перекрестке рынка и городской больницы придется постоять минут десять. Пока автомобили разберутся, куда кому ехать. Там постоянно автомобили сбивают светофоры. Уж лучше бы сделали круг разъезда. Тогда бы даже аварии можно было объехать. Возле восемьдесят седьмого микрорайона очередная авария. Жертв нет. Теперь опять все будут разбираться, кто был прав, а кто виноват. Растащили бы их в разные стороны и дали бы проезд другим автомобилям. Пускай после сами разбираются между собой о правоте проезда. Лично мне это совершенно не нужно. У меня есть одна цель на данную минуту, это добраться во чтобы то ни стало побыстрее домой. К моему дому мы приехали тогда, когда рабочий день у нормального человека уже закончился. Я тут же отпустил Мирзаева Вахоба и видел, как он помчался в сторону города Гиссар. Видимо у него есть какая-то тесная связь с гиссарским кланом. Люди даже в черте города Душанбе передвигаются с опаской. В то время, как Мирзаев Вахоб спокойно передвигается в сторону города Гиссар и даже не боится за автомобиль.