# Оверята.

Александр Сергеевич Черевков

Не все в тайге потеряно. Кое что можно найти.

Оверята.

Я поднимаю крышку на своем месте и в багажный ящик складываю оба свои кейсы, а сверху кладу теплую куртку. Затем снимаю с себя пиджак и вешаю на пластмассовые плечики рядом с зеркалом над своим местом. Пожилая женщина и парень долго капаются со своими многочисленными вещами. Все никак не могут сообразить, куда их лучше рассовать. Хорошо, что нас всего трое. Иначе, четвертому с вещами просто некуда было деться. Наверно, деревенские? Едут к кому-нибудь в гости в город Москва или где-то рядом.

- Будем знакомиться. - протягивая руку, сказала пожилая женщина. - Меня зовут Варя. Мой племянник Боря.

- Очень приятно! - ответил я, пожимая руку пожилой женщине и ее племяннику. - Меня зовут Александр.

- Вы пермский или москвич? - поинтересовалась Варя. - Хотя на пермяка вы совсем не похожи и москвичом вас не назовешь. Москвичи как-то совсем ни так разговаривают. Пермяки белые. Вы даже весной смуглый. Похожи на южанина, который сбежал на Урал. Теперь никак не может найти себе покоя от нашего холода.

- Вы угадали и не угадали. - улыбаясь, ответил я. - Когда-то жил в городе Пермь и в городе Москва немного. В настоящее время живу на юге в городе Душанбе в Республике Таджикистан. Но оттуда я пока не сбежал. Я был в командировке в городе Пермь. Теперь еду в командировку в город Москва. Что же касается моего говора, то у меня кавказский акцент. Я родом из города Гудермес. Это на Кавказе в Чечне. По матери я терский казак. Наши предки там прожили более трехсот лет. Ну, а вы, наверно, родом с деревне будете.

- Насчет нас вы точно попали. - ответила Варя. - Мы живем в деревне возле городка Оверята. Сейчас едем с племянником в гости к нашим родственникам, которые живут в городе Люберцы. Это прямо под Москвой.

- Я хорошо знаю город Люберцы. - сказал я. - Это в городе Москва есть Любирецкий микрорайон. От него перейдешь дорогу и сразу город Люберцы в Московской области. Ваш городок Оверята я тоже знаю. Но только у меня с ним остались жуткие воспоминания. Я из-за этого городка чуть на тот свет не отправился.

- Ой! Как интересно! - воскликнула Варя. - Расскажите нам. Все равно еще ложиться спать рано. Нам интересно будет услышать. Как про наши места отзываются со стороны. Если конечно для вас, это не печально.

- Да ничего там печального не был. - ответил я, начиная свой рассказ. - Со временем стало романтично вспоминать. Сейчас можно даже со смехом вспоминать происшедшее. Я бы даже сказал, что эта история больше похожа на смешную историю или на деревенские байки с городским привкусом. Как анекдот из народа. Но в то время, у нас было столько много страху. Мы думали, что наша жизнь совсем закончилась.

Было это где-то в конце семидесятых годов. Тогда работал я художником-дизайнером на военном заводе ПЗХО. По-совместительству, выполнял задание снабженца или как тогда говорили "толкача". Проталкивал для своего военного завода разный дефицит, который нам обязаны были давать и без проталкивания. Но тогда такое время было, что все люди должны были что-то пробивать и проталкивать. Иначе, социализм построить было невозможно. Такая система строительства социализма была во всем бывшем Советском Союзе. Мотался я по всей огромной державе СССР. Но, ни в какие такие истории не попадал. Как у меня случилось в командировке, можно сказать, почти рядом со своим домом. Всего в десятках километров.

В связи с новой пятилеткой нашему заводу срочно понадобились какие-то бланки. Но в это время все издательства и типографии в городе Пермь были загружены до предела. У нас срывалось государственное поручения. За этот срыв могли полететь со своих мест многие начальники завода. Надо было найти какой-то выход из положения. Меня срочно вызывают к генеральному инженеру, который у нас за все отвечал.

- Сейчас загрузишь на складе в грузовую машину трехтонный рулон бумаги. - сказал мне, генеральный инженер. - Завтра самой первой электричкой приедешь на завод и вдвоем с водителем отправишься в городок Оверята. Мы договорились с местной типографией, что они напечатают нам необходимые бланки. Взамен ты оставишь там остаток этого рулона бумаги, как оплату за выполненную работу. На складе возьмешь пятилитровую флягу медицинского спирта. Это ни тебе для пьянки, а для типографии в городок Оверята. У них там все клише забиты типографской краской. Им надо медицинским спиртом клише протереть.

Получив в конторе завода все необходимые документы на командировку, я отправился на склад. Там уже стоял автомобиль, груженный трехтомным рулоном бумаги. Завскладом выдал мне пятилитровую флягу медицинского спирта. Поставил на крышку специальную пломбу, чтобы мы с водителем в дороге не выпили. После чего дал нам с водителем несколько наставлений. На случай сильного снегопада во время дороги.

Но водитель мне сказал, что такой мощной машине, как у него никакой снег не страшен. У него машина, как вездеход и перевозить может в любую погоду более десяти тонн. У нас в машине всего три тонны. Это все равно, что машина на половину загружена. Чтобы не бегать утром в темноте через весь завод в гараж, мы поставим автомобиль прямо возле заводских ворот. Утром прямо с электрички на завод, там в машину и полный вперед. В течении светового дня успеем съездить в городок Оверята и вернуться к себе домой.

Мы так и сделали. Поставили машину у заводских ворот и на электричках отправились к себе по домам. Тогда я жил в поселке Железнодорожном возле микрорайона Закамск, а завод находился в противоположной стороне города Пермь, в Матовилихинском районе. На электричке надо ехать до станции "Пермь-2". Там пересаживаться до стации "Пермь-1". Дальше ехать до полустанка "Юбилейный". Даже самыми первыми и дежурными электричками я мог приехать к себе на свой завод ни раньше, чем в шесть часов утра.

Все бы было хорошо. За день мы смогли бы вернуться домой. Но в эту ночь случилось самое ужасное в городе Пермь и всей Пермской области. В эту зимнюю ночь был мороз под шестьдесят градусов. Такого мороза не мог вспомнить никто. Даже металлические бусы на электричках полопались от морозов. Но это еще было не беда. Самое страшное нас ждало на военном заводе. От сильного мороза лопнул двигатель нашей машины. Машина пришла в негодность. Как назло на заводе нет ни одной машины, которая может отвезти рулон этой бумаги в городок Оверята. Нам грозило ни только партийное взыскание, ни также увольнение с этого завода. Никакие причины природные катаклизмы не могли быть причиной срыва поручения.

Но, вдруг, из слесарного цеха выскочила надежда на наше спасение. Старенький автомобиль ГАЗ-53, который за годы своего существования ни разу не выезжал за пределы военного завода. Этот автомобиль сменил на себе ни одно поколение водителей. В виду того, что автомобиль постоянно ломался независимо от смены времен года и от погоды, то на этот автомобиль никто не хотел садиться работать. Вплоть до увольнения с работы. Так как на ремонте этого автомобиля нельзя было заработать хорошие деньги, в то время как водители других автомобилей имели хороший заработок и выезжали за территорию завода.

Этот автомобиль даже на запчасти не могли разобрать, так как не было больше на этом заводе таких марок автомобилей. Старенький автомобиль ГАЗ-53 так бы и сгнил без надобности, если бы на военном заводе не появился водитель Рыжов Николай. Кроме как копаться в автомобиле больше ничего не мог парень Рыжов Коля. Вот этому парню и сплавили никому не нужный автомобиль. Рыжов Коля отремонтировал этот автомобиль. Стал на нем работать по территории военного завода. Перевозя грузы внутреннего назначения. Видимо, парню не очень-то нужны были деньги, так как он больше был на ремонте этого автомобиля, чем в работе и за территорию завода никогда не выезжал. Но к своему автомобилю Рыжов Николай относился добросовестно. Машина была постоянно чистая, а на бортах машины была видна свежая краска.

- Рыжов Коля! - закричал я, парню, когда увидел его автомобиль. - Хочешь поехать со мной за город?

- Ты, что, шутишь что ли? - удивленно, спросил меня парень. - Я дальше этого завода никогда не ездил.

- Я совсем не шучу. - серьезно, сказал я, Рыжову Коле. - Надо в городок Оверята срочно вести трехтонный рулон бумаги. Машина сломалась. Запасной машины нет. Может быть, твоя машина такой груз не потянет?

- По территории завода я до пяти тонн перевожу. - сказал Рыжов Коля в защиту своей машины. - Думаю, что если на колеса моей машины поставить цепи, то по бездорожью эта машина пять тонн груза сможет тянуть.

- Вот и хорошо! - одобрил я, Рыжова Колю. - Ты иди, цепляй на колеса своей машины цепи. Я пойду договариваться с дежурным механиком. Надо будет мне путевой лист на груз и на автомобиль заново переписать.

Когда я пришел в кабинет дежурного механика заводской автоколонны, то механик в штыки встретил мой просьбу. Сказал, что такой автомобиль даже по территории военного завода опасно выпускать на работу, ни то, чтобы в город Пермь. Точнее, за территорию города Пермь. В тот городок Оверята, где-то в самой тайге. В дороге всякое может случиться. Тогда механику и водителю влетит за то, что выпустили машину с завода.

- Если я в течении часа не выеду из этого завода. - устрашающе, сказал я. - Тогда тебе от начальства не только влетит, но также вылететь из партии и из военного завода придется. Ты срываешь партийное и государственное поручение. От города Пермь и до городка Оверята хорошая современная трасса. Точно такое же покрытие дороги, как по территории нашего завода. Так что ничего страшного с нами не может случиться. Ехать от нашего завода до городка Оверята всего километров пятьдесят. Половину пути ехать по городу Пермь. Рыжов Коля на колеса своего автомобиля поставил цепи. Полный бак заправил бензином. Соглашайся. В течении светового дня съездим в оба конца и до конца рабочей смены вернемся на завод...

После длительных переговоров дежурный механик заводской автоколонны сломался и дал свое согласие на оформление документов на машину Рыжова Коли. Пока дежурный механик оформлял нам документы на выезд из военного завода, мы подогнали подъемный автокран к машине с рулоном бумаги и перегрузили рулон бумаги на машину Рыжова Коли. Старенький автомобиль ГАЗ-53 присел под тяжестью груза, но устоял. Мы надежно закрепили рулон бумаги, по всем правилам перевозки груза. Даже борта машины между собой стянули цепями. Дежурный механик подошел к машине. Проверил надежность груза. Выдал нам необходимые документы на выезд за территорию завода и на перевозку рулона бумаги до городка Оверята.

- Давай мы поедем ни через весь город Пермь и микрорайон Закамск, а через дамбу камской ГЭС. - предложил мне, Рыжов Коля. - Так намного короче и безопаснее для меня. На этом участке дороги нет светофоров и гаишников нет. Ехать по территории города Пермь, это подвергать себя опасности на каждом перекрестке и возле каждого дорожного знака. Откровенно, так я боюсь городских улиц. Я никогда по ним ни ездил за рулем. Сейчас у меня город, как пространство для птички выпущенной впервые за пределы клетки.

- Тебе доверили руль этого автомобиля. Ты сам должен решать, как тебе ехать. - неопределенно, ответил я.

Ворота военного завода осторожно открылись и неуверенно выпустили нас из своего заточения. Старенький автомобиль ГАЗ-53 тяжело вздохнул своим двигателем, потрепанным в реанимации слесарных мастерских и выехал на трассу, как старый самолет кукурузник У-2 вылетает во вселенную следом за космическим кораблем. Вот так и мы выехали на трассу в своем дряхлом автомобиле за современными машинами, которые тут словно космические корабли во вселенной мотались взад и вперед по современной трассе города. Мы повернули в сторону дамбы камской ГЭС. Всего через десять минут мы осторожно ехали по трассе над гигантской платиной ГЭС, которая слегка дрожала под натиском массы воды и толстого панциря льда на реке Кама. Старенький автомобиль словно проверял своими колесами надежность дорожного полотна через платину. Со скоростью всего, не больше километров сорок в час, мы перебирались по этой дороге.

Как только автомобиль перебрался через платину ГЭС, так сразу прибавил скорость. Мы не поехали в сторону соснового бора по трассе и дальше через микрорайон Закамск в сторону городка Оверята. Рыжов Коля сказал, что здесь есть проселочная дорога, которая в два раза короче до городка Оверята. Он эту дорогу знает. Так как в прошлое лето он с друзьями ездил сюда отдыхать на меленькую речку ловить рыбу. Проселочная дорога до городка Оверят оказалась зимой просекой в огромной тайге занесенной снегом. Но водитель старенького автомобиля, Рыжов Коля, уверил меня в том, что с цепями на колесах нам никакой снег не страшен. Зато мы всего через час будем на месте в городке Оверята. Всего лишь надо терпение и мы быстро преодолеем путь. Тем более что под снегом видно хорошо очертания этой дороги. Мы нырнули в глубину снежного покрова, который сразу увлек нас за собой вдаль, между гигантских сосен громадной стеной окружающих нас с двух сторон. Перед нами появилась сказочная картина из сказки про снежную королеву. Всюду, куда только можно было смотреть, были огромные сугробы и гигантские деревья с большими шапками снега на своих ветвях. Изредка с дерева на дерево перелетали таежные птицы. Иногда возле маленьких хвойных деревьев появлялись лоси, которые объедали сочные колючки молодых сосен, как объедают верблюды свои одноименные колючки в далекой пустыне где-то на юге или в Африке. Но за кабиной нашего старенького автомобиля было чуть больше сорока градусов мороза. Это конечно почти на двадцать градусов меньше мороза, чем было в прошедшую ночь, но все равно это не сорока градусная жара где-то в Африке. Ни дай бог что-то случиться с нами. То мы уже точно не выберемся из этого снежного плена. У нас нет собой лыж. Даже покушать с собой мы не взяли. Где-то в кармане лежит давно замерзший бутерброд с колбасой, который дала мне жена на дорогу и пятилитровая фляга медицинского спирта, который запломбирован и толку нам от него ни какого. Если только перед смертью нам напиться.

Вместо рассчитанного одного часа пути до городка Оверята, прошло более часа нашего ныряния по сугробам этой проселочной дороги, на пути которой и сел таежных не видно. Всюду только снег и деревья. Хорошо, что старенький автомобиль ГАЗ-53, как старый конь борозды не портит в снежной полосе дороги. Да здесь и портить нечего. Нет тут ни кюветов, ни обочин. Просто между деревьями в снегу одна полоса, которая указывает на то, что иногда летом сюда приезжают из города люди отдыхать за ягодами, грибами и на рыбалку. Только вот речки нигде не видно. Может быть, мы едем ни по проселочной дороге, а по руслу этой речки, которая нас приведет в реку Кама. Так это мы появимся где-то возле микрорайона Закамск.

Но никуда мы не попали и никуда не доехали. Старенький автомобиль ГАЗ-53 выдавил из себя все, что только мог и заглох в самой гуще леса. В заснеженной тайге, откуда даже летом пешком не выйти. Ни то, что в такое холодное время года. Надо было как-то завести автомобиль, пока двигатель окончательно не замерз. Ведь работал же двигатель этого автомобиля в течении двух часов со времени выезда с завода. Не выходя из автомобиля, Рыжов Коля несколько раз пытался завести свой автомобиль стартером. Это ничего не дало. Лишь аккумулятор окончательно извелся. Автомобиль ни стал подавать признаки своей жизни. Видимо, что на этом его жизнь окончательно закончилась, как и наша жизнь тоже. Мы даже подумать не могли, что нам теперь делать и как выжить на этом морозе, который к вечеру стал быстро крепчать.

- Жалко, что умереть придется совсем голодным. - жалобно пропищал, Рыжов Коля, кутаясь в свою куртку.

Тут я вспомнил про свой бутерброд, который засунула мне жена в карман куртки. Я достал этот бутерброд и своим дыханием стал отогревать кусок замершего хлеба с докторской колбасой. Как только хлеб и колбаса чуть-чуть отогрелись, то я поломал этот бутерброд ровно на половине и отдал одну половину Рыжову Коле. Мы стали по небольшой крошке отламывать этот ледяной бутерброд. Клали крошки бутерброда в рот. Когда бутерброд оттаивал во рту, то мы его проглатывали. Нам хотелось таким образом насытиться перед смертью и продлить свое удовольствие жизни. У нас не было ни какого шанса выжить в заснеженной тайге.

Видимо, что запах нашего бутерброда, распространился за пределы кабины автомобиля или просто животное любопытство привлекло диких лосей к нам. Время подходило к вечеру, когда из леса вышел огромный лось. Таежный исполин стал внимательно и с любопытством разглядывать наш автомобиль. Вскоре из-за деревьев вышел еще один лось. После появился следующий лось. Минут через десять вокруг машины топталось несколько любопытных лосей. Когда лоси поняли, что от нас им нет никакой угрозы, то лоси стали вначале обнюхивать машину. Но вскоре приблизились к кабине и стали тыкаться своими огромными мордами в стекла кабины автомобиля. От их дыхания и от нашего тоже, стекла на автомобиле вскоре покрылись льдом, а затем еще покрылись пушистым снегом, который обильно падал с неба и укрывал все вокруг теплым пушистым одеялом. Отчего вскоре все стало белым-бело. Нам ничего не было видно вокруг машины. Мы словно поселились в снежном сугробе, как бурые медведи в зимнюю спячку до самой весны. Нам уже было все равно. Главное, чтобы умереть без страданий. Просто заснуть и больше не просыпаться.

- Живой здесь кто-нибудь есть? - услышал я, сквозь сон, устраиваясь по удобнее на дверце автомобиля.

В это время дверца открылась снаружи. Я едва не выпал из кабины автомобиля в сугроб. Хорошо, что успел ногами зацепиться внутри кабины и в это время выхватил свои руки из рукавов куртки. Я сразу понял, что мы спасены и бросил свой взгляд на Рыжова Колю, который сидел в противоположном углу кабины с белым лицом и без признаков жизни. Я тут же бросился в сторону Рыжова Коли и усиленно стал растирать своими руками его лицо. Вначале Рыжов Коля никак не реагировал на мои процедуры, но когда я растер ему лицо до красна, то он стал сопротивляться моим процедурам. После чего я вытащил его из кабины и стал трясти с такой силой, что Рыжов Коля едва не умер от моего трясения. Рыжов Коля стал защищаться от меня, спасая свою жизнь, которую он едва не потерял всего пару минут в кабине автомобиля от мороза.

- Чего это вас сюда занесло в такую погоду? - спросил нас мужик, который спас нас от заснеженного плена.

- В городок Оверята ехали в типографию с рулоном бумаги. - стал объяснять я, мужику. - Машина заглохла.

- Оверята вообще в другой стороне. - сказал мужик. - Вы вообще никогда не приехали бы в городок Оверята. Хорошо, что я завернул в этом месте к своей деревне. Иначе, вас люди нашли бы только мертвыми.

Я взял из кабины автомобиля все документы и пятилитровый бидон с медицинским спиртом. Бидон положил на сани. В сани была запряжена лошадь, которая как змей Горыныч пускала клубы пара и нетерпеливо топталась на одном месте, чтобы только двигаться и не замерзнуть в глубине тайги. Как только что едва мы не замерзли. Мужик дернул за вожжи. Лошадь с санями двинулась в путь. Мы шли следом за санями, чтобы хорошо согреться при ходьбе. В санях кроме ружья и охапки соломы больше ничего не было. Поэтому мы могли согреться только от своей ходьбы. Мужик тоже шел рядом с нами в шубе. В то время, как мы были в городских куртках. Мужик вскоре вспотел от ходьбы и сел в сани. Мы шли за санями, примерно, с километр. Пока хорошо согрелись от ходьбы и окончательно выбились из сил. Когда мы сели в сани, то мужик стал усиленно погонять свою лошадь, которая с удовольствием побежала в сторону деревни, которая показалась за поворотом проселочной дороги. От деревни сразу запахло людьми и домашними животными. Особенно сильно пахло сеном и коровами, к которым нас привез мужик в санях. Это был огромный коровник.

- Здесь вы отогреетесь и поспите до утра. - сказал нам мужик, заводя нас в теплую котельную коровника.

Мужик ушел к себе домой. Я со своим бидоном спирта сел на топча в стороне от котельной печи, чтобы ни дай бог медицинский спирт не взорвался от огня. Тогда меня точно оштрафуют за этот медицинский спирт. Он наверняка стоит гораздо больше моей зарплаты. Если перевести этот спирт, в процентном отношении к водке, то здесь водки будет литров двенадцать. Пол литра водки стоит, примерно, пять рублей. Пять рублей умножить на двадцать четыре пол литра, это будет сто двадцать рублей. Больше моей зарплаты. Если учитывать, что медицинский спирт цениться намного дороже спирта, из которого делают водку. Так потянет на все две мои зарплаты. Нет, уж, лучше подальше от огня. Так будет надежнее, и, спать здесь лучше.

Рыжов Коля тоже улегся спать подальше от печки, в самом углу котельной комнате на куче соломы. Кроме нас в котельной было еще двое парней. Примерно такого возраста, как Рыжов Коля. Один парень спал. Другой дежурил у котельной печи. Изредка выбегал за охапкой дров или за ведром угля. Несколько раз к нам в котельную заглядывали девчата. Видимо дежурные доярки. От них сильно пахло коровами. Девчата хихикали глядя на нас и обратно скрывались за облаком пара, который врывался вместе с ними в открытую дверь котельной. Рыжов Коля как завалился в сено, так сразу уснул. Видимо экономил энергию во сне на голодный желудок. Я по этой же причине наоборот никак не мог хорошо заснуть. Больше дремал почти всю ночь. У меня голодный желудок играл похоронный марш. Поэтому мне было страшно, что я засну и умру с голоду. Как назло у этих парней, которые дежурят в котельной, не видно ничего съедобного. Хоть соломой питайся. Эти доярки тоже какие-то не догадливые. Хотя бы кружку коровьего парного молока принесли нам.

Перед рассветом пришел Трофим, тот мужик, который привез нас в санях из тайги от нашей машины. Он стал сетовать на то, что у них в деревне нет телефонной связи с городом. Без надобности в город на санях не поедешь. Слишком далеко. На тракторе тоже накладно ехать в город. В данный момент, на автомобиле невозможно проехать. Тем более, что наша машина с рулоном бумаги навсегда заглохла в середине дороги. Скорее всего придется ждать до весны, когда на автомобиле можно будет проехать в город или хотя бы подождать. Пока пропавших парней из города смогут отыскать по брошенной машине в таежной деревне.

- Так что мы до самой весны голодные с бидоном медицинского спирта будем ночевать тут? - схитрил я.

- Что же ты раньше молчал, что у тебя в бидоне спирт? - радостно воскликнул Трофим. - Сразу все меняет. Буди своего друга. Айда со мной в теплую избу. Вы узнаете, как деревенские люди в дремучем лесу живут.

Трофим ни стал нас долго ждать, пока я разбужу Рыжова Колю. Трофим, тут же вышел из котельной, с моим пятилитровым бидоном медицинского спирта в руках. Я быстро растолкал Рыжова Колю и поспешил следом за Трофимом, чтобы не потерять его из виду вместе с моим пятилитровым бидоном медицинского спирта. Следом за мной из котельной выскочил Рыжов Коля. Со света мы тут же угодили в глубокий сугроб.

Приглядевшись, я увидел, как Трофим широко шагает в больших валенках по сугробам напрямик в сторону ближайшего дома. Мы пошли следом за ним, утопая по самые калена в глубокий снег в своих городских туфлях. Пока мы добрались до рубленого дома, то у нас в туфлях было столько снегу, что в самую пору идти босиком по снегу. Хорошо, что в сенях дома была щетка и веничек, которыми мы хорошо почистили свою обувь и брюки от сильного снега. Там же в сенях сняли с себя куртки и вошли в большую прихожую.

- Мать! Гостей привел. Накрывай на стол. Сейчас гулять будем. - скомандовал Трофим, ставя бидон со спиртом прямо на стол в середине большой прихожее. По-городскому, это зал в квартире, то есть в доме.

Трофим, ни стал ждать, когда из спальни выберется его мать или жена, кого он так назвал. Трофим, принес большое эмалированное ведро. Поставил ведро на стол. Затем сорвал с бидона пломбу и осторожно перелил спирт в огромное эмалированное ведро. После чего ушел с бидоном куда-то в сени. Оттуда он вернулся с полным бидоном воды. Вылил всю воду в эмалированное ведро. Но ведро оказалось настолько большим, что Трофиму пришлось еще раз сходить в сени с бидоном за водой. В этот раз эмалированное ведро наполнилось. Запах водки со спиртом разошелся по всему дому. На это запах вышла из спальни с растрепанными волосами женщина. По возрасту было видно, что это жена Трофима, которую он позвал.

- Проходите, пожалуйста, гости к нашему столу. - пригласила нас, хозяйка, которую Трофим назвал Настей.

Мы сели за длинный стол с лавками по сторонам. Вполне вероятно, что эта семья большая. Иначе, зачем им такой большой стол. Ни к встречи гостей они такой огромный стол сделали. Когда много гостей бывает, то для этих целей собирают временный стол, который затем разбирают и прячут куда-то в чулан. Здесь же дом большой. Две спальни, большой зал к встречи гостей. Наверно в доме так же детская комната имеется. По городским меркам, это больше ста квадратных метров жилой площади. Слишком жирно жить двоим на такой площади. Даже ни каждый барин в царское время жил на Урале в деревне в таких огромных домах.

Пока я разглядывал этот огромный дом, который принял нас в гости, хозяйка принесла из сеней большой эмалированный таз, в котором был мясной фарш с запахом различных приправ. Следом за этим эмалированным тазом с мясным фаршем, на столе появились буханки домашнего хлеба, который хозяйка вытащила из русской печи стоящей у стены этой большой комнаты. Вскоре появились соления и разные консервы. Не успела хозяйка накрыть на стол, как в дом без стука стали входить гости. Каждый проходил со своими продуктами. Кто приносил сушеную рыбу. У кого в руках была строганина, мороженая рыба, которую бьют деревянными колотушками, затем строгают ножом и кушают. Некоторые гости принесли соленые и маринованные грибы. Кто-то в лукошках принес зимние ягоды, название которых мне неизвестно. Вроде морошка.

Я смотрел на все это и удивлялся тому, что откуда люди без телефонной связи до рассвета узнали о гостях в этом доме. Тем более, что хозяева этого дома никуда не выходили. Можно подумать, что запах спирта привлек их всех к столу этого дома. Вот и старики выползи из спальни. Наверно, это родители хозяина этого дома. Вскоре следом за стариками появились четверо детей в возрасте от десяти до восемнадцати лет. Возможно, что еще младенец имеется. Хозяйка часто в свою спальню бегает. Там на младенца смотрит.

- Уважаемые соседи, сваты и сватьи! - обратился ко всем хозяин дома. - Сегодня в нашем доме гости из города, которых я нашел в тайге замерзающими в своем автомобиле. Гости были не с пустыми руками. У них был пятилитровый бидон медицинского спирта. Поэтому случаю, вы все собрались за столом нашего дома.

Откровенно говоря, я толком не понял, по какому случаю собрались соседи, сваты и сватьи в этом доме. По случаю гостей из города или по случаю пятилитрового бидона с медицинским спиртом? Собственно говоря, мне уже было все равно насчет пятилитрового бидона с медицинским спиртом. Мне его больше не вернуть. Хорошо, что мы живы остались. Дальше как судьба распорядиться. Помилуют или накажут нас.

Когда стали черпать ковшом из эмалированного ведра и разливать по стаканам, коктейль из воды и медицинского спирта, я думал, что сейчас хозяйка дома станет жарить котлеты из мясного фарша с приправами. Но каково было мое удивление, когда этот с приправами мясной фарш стали кушать ложками прямо из эмалированного таза. Я для храбрости пропустил второй стакан спиртового коктейля, прежде чем зачерпнул своей ложкой сырой мясной фарш с приправами. С приправами мясной фарш оказался даже очень вкусным продуктом. Как мне объяснил хозяин стола, то, что этот сырой с приправами мясной фарш сделан из мяса лося и различных таежных трав, которые очень полезны для здоровья людям и употребляют их в сыром виде. Поэтому таежные люди такие крепкие здоровьем, так как питаются естественным продуктом. Не употребляют в пищу разную химию, которой питаются все городские люди и поэтому постоянно болеют.

Пьянка была такой обширной и затяжной, что пришел я в себя лишь на следующие сутки, на русской печки. Рыжов Коля лежал на матрасе в углу этой большой комнаты. Из рассказов детей этой семьи я понял, что эмалированного ведра спиртового коктейля на всех не хватило. Вскоре кто-то из соседей принес в этом же эмалированном ведре самогон. Прекратили пьянку только на следующие сутки после выпитого ведра спиртового коктейля и двух ведер самогона. Сколько еще было выпито тут бутылок и бутылей других спиртово-водочных напитков, никто не считал. Закончилась пьянка только тогда, когда в деревне пить стало нечего.

На третий день нашего пребывания в этой деревне у всех пропал интерес к нашим персонам. У деревенских людей была своя повседневная жизнь, которая нас совершенно не интересовала. В этой деревне не было газет и телевидения. Даже радио в деревне редко включали. Все были заняты своими делами. Мы так и не знали, что нас ищут в тайге или не ищут. Словно мы никому не нужны. Хотя бы наш автомобиль нашли с рулоном бумаги. Может быть, что после этого догадаются прийти в эту деревню и здесь спросить о нас. Представляю, что сейчас творится с рулоном бумаги и с брошенной машиной. Наверно лоси своими рогами всю машину ободрали. Рулон бумаги они разодрали в клочья. Нам влетит на заводе за машину и за бумагу.

Прошла неделя после нашего отъезда из завода. Когда с утра мы услышали трескотню вертолета над деревней, а во второй половине дня мы услышали рев двигателя вездехода. Это за нами приехали на вездеходе. Вся деревня высыпала провожать нас в дорогу. Так как за неделю проживания в дерене мы уже с многими перезнакомились. Рыжов Коля даже с одной девчонкой познакомился и влюбился в нее по самые уши.

Как мы узнали позже, то нас кинулись искать уже к вечеру этого дня нашего отъезда из военного завода в городок Оверята, когда узнали по телефону, что мы не прибыли в пункт назначения. Нас искали в тайге в северо-западном направлении. В сторону городка Оверята и дальше. Никто даже подумать не мог, что мы направимся почти в совершенно противоположную сторон от городка Оверята. Нас бы так и не нашли по земле. Пока кто-то не предложил поискать нас с вертолета. Но и поиски с вертолета, ни дали должного результата. Только после того, как вертолет возвращался на обратном пути по другому маршруту, то буквально случайно с вертолета обратили внимание на просеку в тайги и на этой узкой полосе между деревьями обнаружили нашу машину с рулоном бумаги. Когда в машине не обнаружили нас, то сразу догадались, что мы в соседней деревне, где нас и подобрали, заодно вместе с нашим автомобилем и рулоном бумаги.

За ту командировку я сильно пострадал. Меня лишили тринадцатой зарплаты, премии за квартал, получил партийное взыскание. Но вскоре меня обратно отправили в командировку на служебном грузовом самолете, который принадлежал нашему военному заводу. Я побывал в командировке в городах Ташкент и Душанбе. Рядом с городом Душанбе жила моя мама. Я съездил к ней в гости. Вскоре после этой командировки мы с семьей переехали жить в Таджикистан в тот город Орджоникидзеабад, где тогда жила моя мама.

С тех пор прошло тринадцать лет. Вот только сегодня я был впервые в городе Пермь за эти годы. Мне совсем ничего не известно про Рыжова Колю и его старенький автомобиль ГАЗ-53. Думаю, что после нашей командировки в тайгу машину уже никому не удалось восстановить. Рыжову Коле, наверно, влетело по всем законам того времени. Ведь он не имел такого большого веса на военном заводе, как я пользовался почетом и уважением, как художник-дизайнер, коммунист и как снабженец(толкач), который сделал за пять лет работы на этом военном заводе несколько сотен командировок в сто пять городов и почти все командировки были успешными. Поэтому я думаю, что Рыжову Коле сильно попало. Возможно, что его просто уволили.

Вот только жалко, что я никак не запомнил, как называли эту деревню в таежном лесу. Вроде "Сережки".

- Ни Сережки, а Стежки. - поправила меня, Варя. - Мы как раз из этой деревни. Про эту историю до сих пор говорят.

- Так что вы, столько время молчали? - удивленно, воскликнул я. - Я же мог что-нибудь лишнего сболтнуть.

- Хотелось подробнее услышать эту истории. - ответила Варя. - Но вы все равно ни все сказали. После вашего посещения в нашей деревне через девять месяцев появились два мальца. Вот только мамаши этих мальцов упорно молчат, от кого они родили. У всех в нашей деревне подозрение на гостей из города Пермь.

- Лично я никак не мог наследить. - стал, оправдываться я. - Во-первых, я тогда уже был женат и имел двоих детей. Во-вторых, я из дома Трофима вообще не выходил. В доме Трофима девушке не было. Все мальчишки. Кроме всего, я никогда не изменял своей жене. Если я мог только в присутствии всех на русской печи по пьянке согрешить, то я готов сейчас признать через столько лет своего ребенка. Я от детей своих не когда не откажусь. Когда бы они не родились, по всем обстоятельствам жизни. Между прочим, сейчас уже можно точно по генам и по ДНК установить родственные отношения между людьми. Так что родители тех двух девушек родивших мальчишек, могут со своими внуками съездить в город Душанбе. Там надо сдать анализы крови детей. Затем в лаборатории хранящей данные на гены и ДНК всех жителей города Пермь, найти близкие данные по генам и ДНК. Таким образом, можно найти своих родителей и детей. Я конечно не специалист по генам и ДНК. Поэтому точно не знаю, как это делают. Но медики в этом могут разобраться.

Мы еще долго разговаривали на эту тему, пока Вера не обратила внимания, что ее племянник Боря начинает засыпать. После этого мы стали готовиться ко сну. Боря полез спать на полку над своей тетей Варей. Я лег на свою полку. Варя расположилась спать на свою полку. Мы выключили свет. Замкнули входную дверь в купе. Прикрыли занавеской окно вагона, чтобы за окном мелькающий свет полустанков и населенных пунктов не мешал нам спать. Ведь нам еще ехать до станции "Ярославской" города Москва много часов.

После того, как я во время своих поездок на земном транспорте и в полете на воздушном транспорте, побывал во время сна в разных измерениях жизни, я почему-то стал бояться засыпать в пути. Мне стало казаться, что я однажды вот так проникну во время сна в другое измерение жизни и уже никогда не вернусь обратно. Как бы там не было плохо или хорошо в другом измерении жизни, но я совершенно не готов психически принять эти неожиданные перемены в своей жизни. Кроме того, в своем измерении я имею много врагов и друзей, чего у меня не может быть там. Но, главное, что держит меня здесь в своем измерении жизни, так это семья. Я просто не представляю себя без семьи где-то в другом измерении жизни. Если бы можно было отправиться в другое измерение жизни в месте со своей семьей, то я еще бы подумал над этим. Но все равно, даже для изменение иной меры жизни, я должен получить согласие всей семьи. У меня нет никакого права распоряжаться судьбами других людей. Пускай даже эти люди являются моими детьми.

"Я уже рассуждать стал, как Старик ОН." - подумал я, укладываясь на свое место. - "Вот только не знаю. Хорошо, это или плохо? Что я начинаю думать, как в племени людей-птиц. Может быть, что я начинаю постепенно перевоплощаться в подобие племени людей-птиц. Посещаю разные измерения жизни. Встречаюсь со своими детьми, пускай даже визуально, на расстоянии многих тысяч километров. Начинаю думать и рассуждать, как в племени людей-птиц. Даже о потерянных реликвиях людей-птиц думаю больше, чем о своем собственном имуществе. Хотя чего тут странного, что многое близко мне по духу из племени людей-птиц. Ведь сам Старик ОН говорил, что у нас есть очень много родственного между обычными людьми и племенем людей-птиц. Раз племя людей-птиц являются генофондом всего человечества, то мы самые прямые родственники от племени людей-птиц. Также как считает религия, что мы все от Адама и Евы."

Проснулся я, когда Варя хлопотала на маленьком столе у окна нашего купе. На столике было такое изобилие блюд деревенской кухни, что я тут же вспомнил про Семена Петровича, с которым ехал в мягком вагоне из города Свердловск в город Пермь. Мне стало даже как-то стыдно, что я стал, как бы жить на халяву по при"нуждению с попутчиками. Тогда мне подсунул дохлую курицу лоточник и я питался на халяву с попутчиком в купе. Сейчас я просто забыл в городе Пермь купить себе в дорогу продуктов. Опять еду с деревенскими на халяву. Надо как-то исправить положение. В этом фирменном поезде вроде кроме ресторана есть ларьки в каждом вагоне. Надо сходить к проводнице и спросить у нее насчет ларька с продуктами в вагоне.

- Да! У меня в вагоне есть такой ларек. - ответила проводница, открывая соседнее с ней служебное купе.

- Приготовьте мне все, что у вас есть вкусное, по одной штуке. - сказал я, рассматривая полки ларька.

Проводница стала подготавливать мне упаковку. Тем временем я взял из купе свои туалетные принадлежности и отправился в умывальник приводить себя в порядок после сна в поезде. На этот счет все-таки в мягком вагоне для депутатов было гораздо лучше. Там был душ, ванная и умывальник, с горячей и холодной водой. Кроме того, никто не стучал в дверь, что я должен уступить место другим. Тут же один только умывальник с холодной водой и за дверью содралась толпа желающих попасть в кабину с умывальником.

После умывальника я извинился перед людьми стоящими за дверью кабины умывальника. Сразу отправился в дежурное купе проводницы, которая, возможно, что уже ни в первый раз пересчитывала свои барыши на калькуляторе. Я постоял пару минут в ожидании суммы стоимости купленного. Когда продавщица сказал сколько все стоит, то в ужасе посмотрела на мое лицо, испугавшись собственного голоса произнесшего астрономическое число стоимости товара. Продавщица думала, что я сейчас откажусь от этой стоимости товара или просто рухну на пол без сознания. Но мне было все равно, сколько стоит ее товар, так как у меня в карманах было столько много рублей и еще плюс двести долларов, что я мог свободно купить весь ее ларек с товарами. У меня еще осталось бы много денег. Кроме того, после трупа курицы, за которую я заплатил пятьсот рублей. За хороший товар мне не было жалко никаких денег. Естественно, что в сумме разумного. Так что я без колебания рассчитался с продавщицей за товар и тут же отправился в свое купе.

- Боже мой! Какое изобилие! - воскликнула Варя, увидев яркие этикетки импортных оберток. - Откуда это?

- Просто фокус-покус. - шутя, ответил я. - Когда-то давно я работал в цирке. Вот оттуда научился фокусам.

- Вы, что действительно работали в цирке или это просто шутка? - спросила Варя, разглядывая упаковки.

- Насчет работы в цирке, это действительно. - ответил я. - Насчет фокуса-покуса, это шутка. Такие продукты продают в ларьках этого фирменного скорого поезда "Кама". Я забыл купить продукты в городе Пермь.

- Так вот же сколько много у нас из деревни. - удивленно, сказала Варя. - Этих продуктов хватит нам всем.

- Вот поэтому я купил вам эти импортные продукты. - шутя, сказал я. - Вы будете кушать мои продукты. Я буду кушать ваши продукты. Так будет интересно обеим сторонам. За день мы с вами все продукты съедим.

Мне действительно хотелось покушать что-то домашнего. На эти импортные продукты со времени перестройки я просто смотреть не могу. Вся квартира у нас завалена разными импортными продуктами. Уже даже забыл, когда у меня дома стол был без этих пустышек, которые яркие на цвет, но совсем не вкусные по сравнению с домашней кухней. Особенно я люблю деревенскую кухню. Когда пахнет природой того края, в котором выросли эти будущие продукты. Один только запах русского хлеба многого стоит. Так как вместе с запахом хлеба ты вдыхаешь запах леса, с которого дрова в печи и запах земли русской, в которой вырос этот хлеб. Даже грибы и ягоды из леса пахнут как-то поособенному душисто запахом разных трав лесных. - Все! Больше не могу кушать. - откинувшись на спину, сказал я. - Иначе ходить по городу Москва не смогу. - Мы тоже наелись с племянником ваших импортных продуктов. - сказала Варя, отодвинувшись от столика.