# "Паландокен".

Александр Сергеевич Черевков

Наверно, иногда, не спроста мы посещаем не знакомые места.

"Паландокен".

Где-то на половине нашего пути к горнолыжной базе Турции, наш туристический автобус остановился на заправку дизельным топливом. Израильские туристы тут же решили воспользоваться моментом. Побежали в туалеты освобождать свои желудки оттого хлама, который остался после употребления продуктов из пакета, предложенного нам нашим гидом. Мы с Людмилой тоже ни стали выделяться из общей массы туристов. Через несколько минут обратно сидели на своих местах с облегченными желудками, готовые к дальнейшей поездки к горнолыжным базам Турции. На подъезде к городу Эрзурум погода резко изменилась. На смену субтропического климата с тридцати градусной жарой, пришла прохлада близкая к горному климату Северного Кавказа. За салоном туристического автобуса температура понизилась почти до ноля. Водитель автобуса заблаговременно переключил кондиционер в салоне туристического автобуса с холодного воздуха на горячий воздух. Таким образом, он спас пассажиров от возможной простуды.

Несмотря на то, что температура в салоне туристического автобуса сохранилась в рамках плюс двадцати градусов. Все равно чувствовалась прохлада за бортом салона туристического автобуса. Пассажиры тут же закопошились, доставая из своих чемоданов и рюкзаков свои теплые вещи. Все без исключения мужчины и женщины напялили на себя теплые свитера и теплые вязаные шапочки, которые взяли с собой израильские туристы на горнолыжные базы. По обстановке в салоне туристического автобуса со стороны казалось, что израильские туристы переодевшись в горнолыжные костюмы собираются прямо в салоне туристического автобуса надеть себе на ноги лыжи и таким образом начинать спуск с вершин горных хребтов на границе между Арменией и Турцией. Конечно, такого произойти не могло хотя бы по той причине, что до горнолыжного курорта "Паландокен" надо ехать автобусом около двух часов. К тому же у нас в автобусе кроме личных вещей больше ничего не было. Горнолыжное снаряжение получим на месте.

Вполне понятно, что мы с Людмилой не хотели выделяться среди других туристов из Государства Израиль. Поэтому мы распаковали свой рюкзак с теплыми вещами. Людмила надела на себя теплый свитер и яркую спортивную куртку с капюшоном. Теплый свитер я ни стал надевать. Надел лишь черную куртку с эмблемой "SECURITY", с ярко-оранжевой подкладкой, а также черную вязаную шапочку. В этой одежде было жарко даже без теплого свитера. Когда мы подъезжали к горнолыжному курорту "Паландокен" то солнце находилось в стороне города Эрзурум не над нашей головой, а намного ниже того места, где был наш туристический автобус. Можно было подумать, что мы возвысились над нашим солнцем. Хотя возвысится над светилом не дано ни кому. Даже Высший Разум и Ноосфера зависят от солнца, в тепле которого наша жизнь. Не будет солнца, погибнет разум и все живое на планете Земля.

Мы думали, что наш туристический автобус направляется к огромному многоэтажному зданию гостиницы, но туристический автобус свернул вправо от этого огромного здания. Сделал небольшой крюк по горной шоссейной дороге и остановился возле четырехэтажного здания крытого красной итальянской черепицей. На входе в здание горела неоновая вывеска "Palan Hotel". Здание гостиницы было больше похоже на старинное жилое здание в стиле ретро.

- Кто прибыл на отдых на неделю. Будут жить в здании этой гостинице. - объявил гид, прежде чем туристический автобус остановился на площадке у здания гостиницы. - Кто прибыл на отдых на три дня, остаются в автобусе до следующей гостиницы. Просьба к туристам, прибывшим на неделю. Выйти из автобуса со своими вещами и пройти в вестибюль гостиницы "Palan Hotel". Вас встретит инструктор по горнолыжному спорту. C вами прощаюсь на одну неделю.

Мы поблагодарили своего гида за хорошее сопровождение и тут же с вещами стали выходить из салона туристического автобуса на свежий горный воздух, температура которого была, примерно, градусов на десять ниже нуля. Мы так давно не видели настоящего снега, что многие туристы, прежде чем пройти в вестибюль гостиницы, стали брать в руки белый снег и целовать его, как память от Родины. Можно было подумать, что мы прибыли на отдых не в знойную Турцию, а куда-то в заснеженную Россию, с хвойными деревьями, которые окружали гостиницу "Palan Hotel".

- Уважаемые господа! - на чистом русском языке, обратился к нам мужчина лет сорока. - Я рад приветствовать вас на территории горнолыжного курорта "Паландокен". Меня зовут Мирза. Я буду вашим инструктором по горнолыжному спорту. Сейчас вы отдохнете в своих номерах нашей гостиницы. Завтра утром после завтрака у нас будет первый подъем на малый спуск. Лишь только те, кто проявит себя в горнолыжном спорте, может претендовать на поэтапный подъем. Самые талантливые горнолыжники будут допущены на высоту боле трех тысяч метров над уровнем океана. На этом этапе нашего знакомства мы прощаемся. Желаю вам всем хорошего отдыха. Мы встретимся завтра утром.

После ухода инструктора по горнолыжному спорту нами занялись администраторы гостиницы. Супружеские пары разместили в номера на третьем этаже гостиницы. Одиночек поселили в номерах на втором этаже гостиницы. Каждому туристу дали на руки рекламные проспекты и расписание на отдых в горах в течение одной недели. С этого момента мы становились полноправными отдыхающими горнолыжного курорта "Паландокен" на одну целую неделю.

- На танцульки мы конечно не пойдем. - сказала Людмила, рассматривая в номере гостиницы распорядок сегодняшнего вечера. - У нас с тобой давно ни тот возраст, чтобы скакать наравне с молодыми. Пускай они отдыхают без нас. После ужина мы погуляем один час на свежем воздухе возле гости"ницы. Затем посмотрим программу телевизора.

Я ни стал обсуждать с женой мероприятия на сегодняшний вечер. Сегодня мне надо было просто отдохнуть с дороги. Завтра надо будет постараться на малом горнолыжном спуске, чтобы победить хотя бы на первом этапе. По своему возрасту на самую главную высоту я не мог претендовать. Но хотя бы на два этапа выше подняться мне очень хотелось. Ведь я, наверно, лет пятнадцать не вставал на лыжи и не спускался на лыжах с большой высоты в горах. Хотя в горах Таджикистан и во время археологических раскопок я вставал на лыжи.

За целый день езды на туристическом автобусе мы питались только сухим пайком. Сильно проголодались. Поэтому, мы с Людмилой плотно поели за "шведским столом" в ресторане гостиницы. К тому же я с голоду выпил сразу две кружки пива. Так что на вечернюю прогулку мы вышли, словно пингвины на лед Антарктиды. Едва передвигаясь с полными желудками по скользкому тротуару возле гостиницы, мы гуляли всего минут двадцать и не больше. Теперь у нас на уме был не свежий воздух в горах, а уютное место в номере гостиницы. Где можно было нам, как у домашнего очага хорошо отдохнуть и расслабится. Тем более что Людмила третье сутки не смотрела по телику свои сериалы. Когда мы поднялись обратно в свой гостиничный номер, так Людмила сразу уселась напротив телевизора. Принялась, как во время полета в космосе, нажимать на кнопки пульта в поисках каналов русского телевидения. Меня лично телевидение вообще не очень-то привлекает. Лучше посидеть возле компьютера за Интернетом или заниматься своей литературной работой. Поэтому я поставил имеющиеся будильники на шесть часов утра. Лег спать на большую кровать под теплое одеяло. Ни стал ожидать, чем закончатся страдания моей жены над "мыльными операми", от которых у Людмилы наверно "крыша поехала" на старости лет. Большую часть своего свободного времени посвящает просмотру разных телевизионных сериалов. На кухне у газовой плиты, Людмила бывает гораздо реже, чем у экрана телевизора. Своего мужа давно сменяла на героев телевизионных сериалов, о которых говорит каждый день.

Проснулся я как всегда раньше трескотни наших будильников. Людмила так же, как у себя дома, спала на диване напротив светящегося экрана телевизора, который показывал российские новости за прошедшие сутки. Мне совсем неинтересно было смотреть и слушать новости по российскому телевидению. Я прибыл на горнолыжную базу отдыхать, а не загромождать свой разум повседневной информацией о событиях, которые ужасно как мне надоели.

- Людмила! Хватит спать. - сказал я, жене, когда выключил телевизор. - Пора идти завтракать в ресторан.

- Я чуть задремала. - спросонья, сказала Людмила, поднимаясь с дивана. - Сейчас умоюсь и буду готова.

Мне совсем неинтересно было слушать Людмилу, как она только задремала на целую ночь у экрана телевизора. Иначе бы вообще не могла заснуть, если бы не посмотрела по экрану телевизора, хотя бы часть своего любимого сериала. Лично мне было все равно, как засыпает мое жена. Так как я давно свыкся с тем, что Людмила почти каждую ночь проводит наедине с телевизором, а не со мной, с ее некогда любимым мужем, которого Людмила сменяла на любовь к телевизионному сериалу. Даже на отдыхе в гостинице горнолыжной базы предпочла спать у телевизионного экрана, а не в кровати со своим мужем, с которым даже любовью занимается реже, чем смотрит телесериалы.

- Пока я приму душ, ты чтобы была готова. - сказал я, Людмиле, направляясь в ванную комнату. - Иначе мы опоздаем не только на завтрак, а также на первый подъем в горы. Нас никто не будет ждать. Так что ты поторопись со сборами.

Когда я вышел из ванной комнаты, то увидел, что Людмила наверно в десятый раз меняет свои женские "доспехи". Можно подумать, что на ее нижнее белье кто-то будет обращать внимание в ресторане во время завтрака или во время подъема на первую лыжню. Мне как-то все равно, что оденет на свое тело моя жена. Например, мне приятнее смотреть на свою жену без ничего, когда мы вместе обнаженные занимаемся любовью. Что же касается посторонних мужчин, так перед ними пускай моя жена будет одета в чем угодно. Лишь бы не была голой, как со мной в постели во время занятия любовью. Так что поскорее бы она оделась, а то мы действительно опоздаем на завтрак. Надо после завтрака нам вернуться обратно в номер и надеть на себя спортивные костюмы, в которых будем кататься на лыжах.

- Я, наверно, сейчас иду в ресторан. Ты придешь следом за мной. - сказал я, Людмиле, не дождавшись ее сборов. - Иначе мы останемся без завтрака из-за твоих бесконечных сборов.

- Нет! Мы пойдем вместе. - торопливо. Сказала Людмила, надевая туфли на высоких каблуках. - Я готова!

Людмила привычно выключила свет в гостиничном номере, выталкивая меня за дверь. Людмила взяла меня под руку. Мы направились на спуск, с третьего этажа по ступеням лестницы. Людмила почему-то ужасно боялась лифтов. При любой возможности ниже пятого этажа предпочитала спускаться и подниматься без лифта. Когда мы жили на чужой квартире в городе Пермь под самой крышей двенадцатого этажа, то Людмила чаще спускалась вниз с верхнего этажа без помощи лифта, а поднималась в лифте обязательно с кем-то из женщин. Опасаясь в лифте мужчин.

К нашему приходу на завтрак в ресторан, больше половины туристов, наших земляков из Государства Израиль и бывшего Советского Союза, заканчивали трапезничать. Часто поглядывали через застекленную стенку в вестибюль гостиницы, где ждал нас инструктор по горнолыжному спорту. Поэтому мы с Людмилой ни стали обжираться, как вчера, вечером за ужином. Обошлись всего лишь легким завтраком с молочными продуктами и чашкой черного кофе. После легкого завтрака мы сразу поднялись наверх, в гостиничный номер. Мне не нужно было надевать спортивный костюм, так как я в спортивном костюме был на завтраке в ресторане. Поэтому я надел на себя в место сандаль лыжные ботинки с широкой подошвой, черную куртку с эмблемой "SECURITY" и на голову, вязанную черную шапочку. В такой одежде мог сразу подниматься на высоту более трех тысяч метров, чтобы прокатиться на лыжах вниз. Хорошо, что у Людмилы в нашем рюкзаке был всего лишь один спортивный костюм, а в шкафу спортивного инвентаря гостиничного номера была лишь одна пара лыжной обуви заранее подготовленная специально по размеру ноги моей жены. Поэтому в этот раз мне не пришлось долго ждать бесконечного переодевания Людмилы в разные одежды. Как только Людмила облачилась в спортивный наряд, мы, сразу не мешкая, спустились в вестибюль гостиницы.

- Все хорошо, что вы почти по спортивному собрались к подъему на лыжню. - сказал туристам, инструктор по горнолыжному спорту. - Вот только лыжные вязаные перчатки придется всем надеть на руки. В горах наверху температура воздуха на порядок ниже температуры возле гостиницы. После тропического климата рукам будет тут непривычно.

Израильские туристы тут же закопошились в карманах своих спортивных нарядов. Лыжные вязаные перчатки входили в комплект спортивного снаряжения оставленного нам в гостиничных номерах. По инструкции горнолыжного спорта. Каждый турист обязан был надеть на руки лыжные вязаные перчатки перед подъемом в горы, так же как спортивные костюмы, которые должны были туристы взять собой из дома или заранее заказать на прокат в администрации горнолыжного курорта "Паландокен" по оформлению туристической путевки в Государстве Израиль. Мы с Людмилой в туристическом полисе указали горнолыжное снаряжение. Кроме спортивных костюмов, которых у нас дома в гардеробе по десять комплектов на каждого человека. Во время своих заграничных поездок по делам бывшего бизнеса, я привозил каждому в семье по одному спортивному костюму. По спортивным костюмам, можно было определить, в какой зарубежной стране побывал. На каждом спортивном костюме была эмблема или гербы стран, места изготовления спортивного костюма, как обычного спортивного костюма, так по олимпийским костюмам.

К тому же, когда мы прибыли на постоянное место жительства в Государство Израиль. То в специальных складах, нам как новым репатриантам, выдали каждому в подарок по спортивному костюму от Государства Израиль. За неделю до выезда в Турцию, мы выбрали из своего домашнего гардероба по самому лучшему спортивному костюму. Вот только куртки спортивной по моему размеру у нас в домашнем гардеробе не нашлось. Поэтому я вынужден был надеть на себя черную куртку с эмблемой "SECURITY", которая была больше свободной в моем движении, чем все остальные мои куртки, которые были у нас в домашнем гардеробе. Большинство моих курток были из грубой кожи. Моя черная куртка с эмблемой "SECURITY", а также с яркой оранжевой подкладкой, привлекла на себя особое внимание, как со стороны израильских горнолыжных туристов, так со стороны инструктора горнолыжного спорта. За время инструктажа в вестибюле гостиницы, а также перед подъемом в четырехместной кабине по канатной дороге на первую высоту, инструктор горнолыжного спорта разглядывал мою черную куртку "SECURITY" с яркой подкладкой.

- Вы, что, работаете в службе безопасности? - обратился ко мне в кабине, инструктор горнолыжного спорта.

- Какая вам разница, где я работаю? - уклонился я от ответа инструктору горнолыжного спорта. - Я просто турист из Государства Израиль.

- Вот именно поэтому вам стоило надеть спортивную куртку. - подсказал мне, инструктор по горнолыжному спорту. - Вы все-таки сейчас не на своей службе, а на отдыхе в горнолыжном курорте "Паландокен" в Республике Турция.

- К моему глубокому сожалению я лишь перед вылетом в Турцию обнаружил, что сильно вырос со всех своих спортивных курток. - откровенно, признался я. - Раздетым подниматься в горы, то же не положено у вас по инструкции.

- Ну, ладно, Бог с вами. - почти по-русски, сказал мне, инструктор горнолыжного спорта. - Ради вашей службы сделаем вам скидку на рушение нашей инструкции. Если вам тут удобно быть в служебной куртке, то можете быть в ней.

Мы думали, что Мирза (так звали инструктора горнолыжного спорта) ошибся маршрутом и поднял нас в кабинах по канатной трассе на половину высоты горнолыжного курорта "Паландокен". Но как выяснилось на конечной остановке кабин канатной трассы, то с середины высоты горнолыжного курорта "Паландокен" был хороший обзор, а также самый маленький спуск к небольшому зданию кафе, которое расположилось там, в маленькой снежной ложбинке.

- У нас сегодня будет небольшая разминка с обзором горнолыжного курорта "Паландокен" - объяснил нам Мирза, когда израильские туристы удивились подъему на половину снежной вершины. - Завтра у нас трасса будет больше.

Прямо на площадке остановки кабин канатной трассы нам выдали горные лыжи. Большинство израильских туристов, даже выходцы из России, впервые видели горные лыжи. Поэтому Мирза терпеливо рассказывал нам, как крепить горные лыжи на специальных ботинках, изготовленных к катанию на горных лыжах. Затем всем без исключения, Мирза показал, как начинать свое катание на горных лыжах, а также как прекращать езду на горных лыжах в случае опасности неудачного спуска или по какой-то другой причине, которая может возникнуть здесь перед спуском с горы.

- Главная цель к меня, это чтобы вы не только хорошо отдохнули, но также вернулись целыми домой. - объяснил нам, Мирза, столь длительную подготовку к короткому спуску с вершины. - С горами шутить нельзя. На плоских лыжных трассах в заснеженном лесу России или на маленьких заснеженных вершинах в Государстве Израиль, вы могли позволить себе любое баловство на лыжной трассе. Здесь же у нас в горах любое небрежное поведение лыжника на лыжной трассе может оказаться последней в его жизни. Поэтому будьте внимательны к моим инструкциям и всюду следуйте за мной. Не забывайте, что у вас дома есть родственники, которые ждут вас. Удачного вам спуска с горы.

Мирза легко скользнул на горных лыжах по небольшой лыжной трассе хорошо накатанной специальными машинами на трассах горных лыж. Израильские туристы, словно дети в детском садике, последовали за своим инструктором по горным лыжам. Я так давно не спускался на лыжах по горным лыжным трассам, что почти не отличался от новичков горнолыжного спорта. Даже моя жена, Людмила, которая с детского садика осваивала коньки и лыжи, так же робко скользнула рядом со мной следом за нашим инструктором по горным лыжам. Хотя спуск с горы был не долгим.

- На первый раз у вас, не плохо получилось. - похвалил нас, наш инструктор по горнолыжному спорту, когда мы через двадцать минут добрались до небольшого здания кафе в снежной ложбинке. - Сейчас мы подкрепимся чашечкой горячего черного кофе с бисквитом и пройдем следующий этап небольшого спуска. До обеда мы будем у гостиницы.

Чашечка горячего душистого черного турецкого кофе сваренного прямо перед нами на раскаленных камушках, а также приятный вкус бисквита подняли не только наше настроение. Мы сразу словно преобразились на горнолыжной трассе перед следующим небольшим спуском, который теперь удлинялся на сотню метров. В общем-то, совсем не заметное увеличение спуска в виду небольших зигзагов по склону вершины, по которой мы спускались на лыжах.

- Если вам будет не обидно послушать, то я могу вам напеть шуточную песенку о вашем имени. - сказал я, инструктору по горнолыжному спорту, когда мы случайно остановились рядом на очередном небольшом спуске с вершины.

- Почему бы человеку, не знать, что о нем поют в народе? - удивленно, искренне, сказал инструктор по горнолыжному спорту. - Например, о вашем имени Александр и Алекс, поет почти весь мир, и, вы от этого ничуть не смущаетесь.

- Хорошо! Я напою вам песенку об имени Мирза. - согласился я, с выводами инструктора по горнолыжному спорту. - Меня зовут Мирза. Работать мне нельзя. Пускай работает Иван и выполняет план. Это песенка времен социализма.

- Наверно, песенку написали обо мне. - сказал Мирза. - Я действительно не очень-то люблю работать.

- Скорее всего, эту песенку сочинили дети про твоего отца. - уточнил я срок давности песенки. - Эту песенку слышал, более пятидесяти лет назад, когда сам был подростком, а твой папа тогда только учился ходить под стол пешком.

- Нет! Эту песенку написали про моего дядю, в честь которого назвали меня. - поправил меня, Мирза. - Моему дяди Мирза, тогда действительно было всего лет пять или шесть. Наверно мой дядя тогда еще не ходил учиться в школу.

- Я хочу заметить одно интересное сравнение. - осмелившись перед незнакомым до сели человеком, сказал я. - Турки и азербайджанцы не только на одном схожем языке говорят, у них даже имена, как у одного племени или народа.

- То, что я работаю в Турции, а ты отдыхаешь рядом со мной, - перешел Мирза, на "ты". - Совсем не значит, что мы с тобой турки. Я по национальности азербайджанец. Родился в городе Баку, в столице Республики Азербайджан. Так что мы с тобой земляки по Советскому Союзу. Можно сказать, что оба при одном советском строе воспитывались.

- Мы земляки не только по Советскому Союзу, но также по Кавказу. - уточнил я, выводы Мирза. - Я родился в городе Гудермес в Чечне. Бывал в городе Баку так часто, что даже сейчас на память могу сказать место твоего рождения.

- Едва ли ты знаешь место моего рождения. - усомнился Мирза в сказанном мною. - Я родился в поселке Мардакяны. Далеко не центр города Баку. В наши места туристы и приезжие стали ездить лишь во время перестройки в Союзе.

- Вот как раз поселок Мардакяны известный мне лучше чем центр города Баку. - поправил я выводы Мирза. - Я бывал часто в поселке Мардакяны, когда ездил в командировку на алюминиевый завод на берегу возле самого моря...

- Мы с тобой обязательно поговорим о нашем землячестве. - прервал Мирза, мою затянувшуюся речь. - Сейчас мне надо работать. Ваши израильские туристы ждут моего прибытия внизу лыжной трассы. Мы поговорим вечером.

Наши предположения спуститься по склону горы на горных лыжах до самой гостиницы были по-детски наивны. Мало того, что после третьего короткого спуска большинство израильских "горнолыжников" не могли вообще совершать какие-то лыжные спуски. Кроме того, лыжные трассы прекратились вообще. Дальше были огромные снежные овраги и просто пропасти, в которые даже инструктора и профессиональные горнолыжники никогда не спускаются.

- Дальше мы спустимся к гостинице на туристическом автобусе. - сказал Мирза, показывая нам на домики горнолыжной базы, у которой встречались конец автомобильной трассы с концом лыжной трассы. - Думаю, что на этом наши первые уроки по горнолыжному спорту сегодня закончатся. Завтра нас ждет новый подъем на более длинные лыжные трассы. В общем-то, большинство из вас сегодня справились с первым уроком. Поэтому я не буду никого отчислять из нашей команды. Кто завтра не сможет выйти на лыжную трассу, никто не будет за это в обиде. Вы приехали к нам отдыхать, а не соревноваться по горнолыжному спорту. Здесь все располагает к хорошему отдыху, как горнолыжные трассы, так есть место отдыха в хвойном бору возле гостиниц горнолыжного курорта. Отдыхайте по выбору.

К стоянке туристического автобуса израильские туристы добирались не спеша. Свои горные лыжи сдали на хранение в горнолыжной базе возле стоянки туристического автобуса. Затем словно старые клячи, израильские туристы буквально вползли в салон туристического автобуса и попадали на ближние свободные места в салоне туристического автобуса. Мы так сильно устали от спуска на горных лыжах, что на завтра не все думал о горнолыжном спорте.

- Лично я больше ни шагу на горнолыжные трассы. - сказала Людмила, когда мы вошли в свой гостиничный номер. - Сегодня после обеда и ужина только отдых в гостиничном номере. Завтра отдых в хвойном бору у гостиницы. Ты можешь покорять вершины и горнолыжные трассы, а я с подругой Нелей отдохну тут возле гостиницы в хвойном бору.

До обеда в ресторане гостиницы было чуть больше одного часа. Людмила сняла с себя всю спортивную одежду и в одном нижнем белье развалилась на диване возле экрана телевизора. Тем временем я принял горячий душ. За тем расположившись на мягкой кровати, стал рассматривать рекламные журналы по горнолыжному отдыху на горнолыжном курорте "Паландокен". К моему удивлению, на территории горнолыжного курорта "Паландокен" одних только строений различного предназначения было около сотни, с обслуживающим персоналом более тысячи человек. Самое лучшее время сезона до десятого мая. Как раз это наше время отдыха на горнолыжном курорте "Паландокен". Когда мы после часового отдыха в номере гостиницы спустились в вестибюль гостиницы к ресторану, то я увидел в вестибюле инструктора по горнолыжному спорту. Видимо Мирза ждал кого-то из персонала горнолыжного курорта "Паландокен" или кого-нибудь из израильских туристов, так как время обеда по расписанию в ресторане было как раз у нашей группы. Остальные отдыхающие гости горнолыжного курорта "Паландокен" обедали в другое время.

- Я думаю, что ваша супруга не будет скучать без вас со своими израильскими подружками. - обратился к нам, Мирза, когда мы поравнялись с ним в вестибюле гостиницы. - Я приглашаю вашего мужа рядом с рестораном в пивной бар.

- Мне без него даже интереснее будет болтать с подругой. - сразу, согласилась Людмила, удивленно глядя на меня. - Можете забирать моего мужа на время нашего отдыха у вас в горах. Только не напивайтесь!

- Вот и прекрасно! - доброжелательно, сказал Мирза. - Я на службе! Поэтому напиваться одному вашему мужу будет не прилично. Мы будем находиться рядом через стенку. Если вы заскучаете, по своему мужу, то можете забрать его обратно к себе в ресторан или в номер гостиницы когда вам это будет угодно.

Вежливо и любезно раскланявшись друг с другом, мы разошлись в противоположные стороны. Людмила с подругой Нелей под ручку направилась в сторону дверей ресторана гостиницы. Мирза показал мне на стеклянную дверь в противоположной стороне стены, от входа в гостиничный ресторан. Выходит, что хозяином или директором ресторана и пивного бара был один человек. Так как между пивным баром и рестораном располагалась кухня, в которую были открыты двери, как из пивного бара, так из ресторана гостиницы "Palan Hotel". Официанты работали в оба зала.

- Я вообще не употребляю пиво и спиртные напитки. - сказал мне, Мирза, когда мы вошли в пивной бар. - Профессия не позволяет мне это делать. Поэтому я возьму себе безалкогольные напитки, а тебе закажу полную программу пива.

- Я не против полной программы пива. - без церемонно, согласился я. - Мне некуда спешить. Я здесь у вас на отдыхе. Буду пить пиво без водки. Пиво с водкой действует на меня, как снотворное.

В полную программу пива вошли вареные, большие красные креветки, две клешни от вареного краба, сушеные кусочки от какой-то рыбы и соленые сухарики. К ним, хрустальный двухлитровый графин, заполненный светлым пивом. Мирза себе заказал небольшой графин с ароматным напитком желтого цвета, а также блюдо с бисквитом. Рассчитавшись за сделанный заказ банковской карточкой "VISA", Мирза пригласил меня за небольшой столик в стороне от стойки бара, куда стали подходить посетители бара из числа иностранных туристов. В углу пивного бара было уютно.

- За все время моей работы инструктором горнолыжного спорта, я впервые встретил земляка с Северного Кавказа. - искренне, сказал мне, Мирза, когда мы сели за отдельный столик. - Мне интересно поговорить с бывшим земляком.

- Как говорят у меня, у нас на родине, на Северном Кавказе. - почти как тост, вспомнил я поговорку. - Земляки не бывают в прошедшем времени. Если джигит земляк, то он всегда земляк. Где бы ни встретились, настоящие земляки.

- Пожалуй ты прав. - согласился со мной, Мирза. - Земляки могут жит в разных частях земного шара. Вот только Родина, как мать, всегда останется там, где они родились. Поэтому мы всегда будем земляками места нашего рождения. Мне очень приятно встретить своего земляка вдали от нашей общей родины именуемой Северным Кавказом.

- Так ты давно с семьей живешь в Турции? - первым задал я привычный вопрос. - Наверно, лет двадцать?

- Ты, случайно, ни экстрасенс? - удивленно, спросил Мирза. - Почему-то ты так сразу все узнаешь наперед?

- Ты не подумай, что у меня служба такая. - шутя, сказал я, имея ввиду свою куртку с эмблемой "SECURITY". - Просто у меня возраст такой, когда человек привыкает угадывать знакомые ему обстоятельства. Моя куртка тебя пускай не смущает. Куртку "SECURITY" подарили мне на складе новых репатриантов, когда мы приехали жить в Израиль.

- На еврея ты вроде не похож. - разглядывая меня, приметил любопытный Мирза. - Как ты оказался там в Израиле? Наверно сбежал от какого-то наказания, а для этого женился на еврейке, чтобы уехать в Израиль.

- У меня жена еврейка. - ответил я. - В Государство Израиль мы бежали из Республики Таджикистан от гражданской войны. Возвращаться на родину в Северный Кавказ не было никакого смысла. Там тоже повсюду разгоралась война с бандами чеченских сепаратистов и наемников. Перебираться жить в Россию, нам было ни по климату. К тому же в России мы никому не нужны. Даже русские выходцы из соседних республик были для России пришлыми иностранцами. По твоему виду тоже ни скажешь, что ты турок или азербайджанец. Лицом и ростом, ты похож на армянина.

- Ты обратно попал в самую точку. - удивленно, ответил Мирза. - Я действительно на половину армянин. Моя мама, царство ей небесное, по национальности армянка. Мой папа азербайджанец. Мы тоже не просто так попали жить в Республику Турция на постоянное место жительства. Когда в городе Баку началась резня над армянами, а в Нагорном Карабахе стали вырезать азербайджанцев, то нашей многонациональной семье некуда было деться, как только бежать под крышу дедушки в город Нахичевань. Точнее сказать, возле городка Шарур вблизи иранской и турецкой границ в бывший колхоз "Победа коммунизма". Но и там нам с многонациональными корнями пришлось не сладко. Тогда нашему дедушке Исмаилу пришла мысль, уйти пешком за границу, то есть в Турцию к нашим родственникам...

- Извини, что я перебью тебя. - прервал я, рассказ Мирза. - Но ты мне напомнил два случая, которые встречались в моей жизни. Как люди переходили через границу. Во время службы в советской армии в городе Батуми, на турецкой границе задержали подростка. Думали, что он заблудился во время выпаса деревенских овец. Стали разбираться, где подросток живет. Подросток совсем не понимал русский язык. Когда наконец-то нашли местного старика, который хорошо знал тот язык, на котором говорил подросток, то, вдруг, выяснилось, что этот подросток живет в Республике Турция в соседнем ауле возле советской границы. Поставили в известность консульство и дипломатов Республики Турции. Стали выяснять обстоятельства, при которых подросток мог проникнуть через государственную границу Советского Союза, где даже мышь не может пересечь границу. Никому даже в голову не пришло подумать, что это был ни первый переход подростка через государственную границу Советского Союза. Когда подростку через переводчика задали вопрос. Как он пересек незаметно границу Советского Союза? То подросток спокойно ответил, что через границу его дедушка ходил, папа ходил, он сам ходил. Когда он женится, а у него будут дети, то они тоже будут через границу ходить. Никакая колючая проволока и никакой солдат не сможет перекрыть ту дорогу, где его семья по земле ходил. Я не знаю, чем закончились переговоры между правительством Республики Турции и Советского Союза насчет того подростка, который в нескольких поколениях через границу ходил. Но я точно знаю, что не только на этом участке советской границы были подобные переходы в обе стороны границы. Другой случай я знаю о переходе нескольких границ целой семьи от Ирана через границы Афганистана и Советского Союза в Республику Таджикистан. Я эту семью знаю хорошо. Парень из этой огромной семьи, который как раз вынудил семью пересекать границы, впоследствии стал народным художником Республики Таджикистан. Зовут этого парня Алиханов Али. Он перс по национальности. В данное время живет и здравствует в Республике Таджикистан. Уважаемый человек в Таджикистане...

- С моим дедушкой произошло почти то же самое, что с твоим подростком на турецкой границе. - продолжил Мирза, рассказ о своем дедушке. - Задолго до социалистической революции в России, мой дедушка заблудился в лесу вблизи своей деревни, которая и сейчас находится возле ирано-армянской, азербайджано-турецкой границы. Дедушка Исмаил целые сутки блуждал по лесу, пока наконец-то не вышел на какой-то незнакомый аул. Исмаил встретил девочку с маленьким братиком, которые ходили к речке за питьевой водой. Исмаил познакомился с девочкой и с ее маленьким братиком. Во время разговора с девочкой, Исмаил понял, что он находится в Турции, а не в Азербайджане. Даже в подростковом возрасте дедушка был смышленый малый. Он никому ни сказал, что пришел пешком из Азербайджана в Турцию. По вершинам гор Исмаил вычислил, где находится его аул. На следующие сутки Исмаил вернулся обратно к себе домой. Конечно, Исмаилу сильно влетело за прогулки за границу. Целый аул вместе с русскими солдатами и жандармами искали пропавшего подростка в лесу вблизи границы. Никто даже подумать не мог, что маленький несмышленый подросток побывает за пределами границы, тогда российской великой империи. До октябрьской социалистической революции Исмаил тайком от всех несколько раз бывал в гостях у турчанки.

Октябрьская социалистическая революция перевернула весь мир. Прошла даже через маленький аул вблизи турецкой границы. Революционные события в России на некоторое время прервали походы Исмаила через турецкую границу. На волне революционных событий и гражданской войны в России, нашему Исмаилу пришлось побывать на обеих сторонах баррикад. Когда после гражданской войны в России судьба обратно забросила Исмаила в свой аул, то он первым долгом побывал в гостях у турчанки, которую встретил с ребенком на руках. В этом ребенке Исмаил сразу узнал своего сына. Стал уговаривать турчанку сбежать вместе с сыном к нему в Советский Союз. Но турчанка отказалась идти с Исмаилом. Так как у нее в ауле больные родители, а также много маленьких братьев и сестер, за которыми она смотрит. Если она уйдет из аула, то вся семья просто погибнет. Она вынуждена остаться в своем ауле.

Исмаил тут же пошел в дом к турчанке и признался ее родителям, что он отец сына их дочери, которую звали Айсет. В тот же день местный мулла объявил их мужем и женой. Но оставаться в турецкой семье Исмаил не мог. Так как в Советском Союзе были свои законы, по которым из-за бегства за границу Исмаила могла погибнуть вся семья его родителей. К тому же в те годы Исмаил был руководителем молодежной комсомольской ячейки, которая собиралась построить коммунизм в их ауле. Исмаил никак не мог предать свою молодую семью в Турции и семью родителей в Советском Союзе. Тем более что тогда в те годы идеи социализма захватили умы пролетариата всего земного шара.

Прошли годы. Исмаил по линии комсомола, окончил сельскохозяйственную школу. Вскоре стал председателем колхоза "Победа коммунизма", которым руководил больше пятидесяти лет. Исмаилу много кратно раз предлагали повышение по комсомольской и по партийной линии. Однако Исмаил постоянно отказывался от повышения. Ссылаясь на то, что сильно привязан к своему колхозу, который сам создал, а впоследствии вывел в первую десятку передовых колхозов Азербайджана. Как сейчас мне известно, тогда Исмаил был сильно привязан к турецкой границе, за которой у него была своя семья. Исмаил частенько бывал за границей. Впоследствии чего у него там народились дети, а позже внуки и правнуки. До перестройки никто не знал о двойной жизни Исмаила. В Азербайджане у дедушки Исмаила тоже была своя семья. Дедушка Исмаил, как ни в чем не бывало, наплодил многочисленных детей с обеих сторон границы. Никто даже подумать не мог, что коммунист, председатель колхоза, имеет свою семью за границей. Точнее, так думал сам Исмаил. Когда на девяностом году жизни умирала наша бабушка Патимат, то перед своей смертью она сказала дедушке Исмаилу, что ему давно пора познакомить между собой своих детей и внуков по обе стороны границы. Конечно, мы все были в шоке, когда узнали такую великую тайну, которую хранили между собой дедушка Исмаил и бабушка Патимат. Мы сразу все загорелись страстью предстоящего знакомства с заграницей.

- Подождите немного. - по-деловому, сказал дедушка Исмаил, когда мы стали требовать своего знакомства с родственниками за границей. - Сейчас я занимаюсь приватизацией своего колхоза в фермерское хозяйство. Когда моя ферма сможет принять многочисленных родственников, тогда на законном основании сделаю вызов своих родственников из Республики Турция. Нарушать государственную границу больше не буду. Вам тоже не советую. Сейчас всюду в международных отношениях наступило совсем другое время. Можно к родственникам открыто ездить и летать.

- Когда же в городе Баку и в Нижнем Карабахе началась резня, то дедушка Исмаил сам предложил нам перейти турецкую границу. - продолжил Мирза рассказ о своем дедушке Исмаиле. - Но обстоятельства обратно складывались не в нашу пользу. У меня постоянно срывалась защита выпускного диплома, в педагогическом институте на факультете физкультуры и спорта в городе Баку. В это время у меня жена родила девочку. Наша мама сильно болела. Диплом по физкультуре и спорту я получил в институте в середине девяностого года. Годом раньше умерла наша мама.

- Хватит вам мучиться. Пора перебираться в Турцию. - сказал дедушка Исмаил, после годовщины поминок мамы. - Я договорился со своими сыновьями и внуками. Они вас примут у себя в ауле, а после перевезут в город Эрзурум. Там у них имеется свой бизнес, который как раз сгодится по диплому у Мирза. Я вас переведу через границу по одному человеку. Всех сразу переводить опасно. От вашего общего шума могут закрыть навсегда границу на ключ от меня.

- Ни с кем дедушка Исмаил не переписывался. - продолжил рассказ Мирза. - Мы сразу догадались, что дедушка Исмаил в течение года несколько раз ходил за границу своей тайной тропой, которая была известна только ему одному. Каждый вечер дедушка Исмаил уходил из дома с кем-нибудь из нас. Через сутки дедушка Исмаил возвращался домой. За месяц дедушка Исмаил перевел через границу всю нашу многочисленную семью. Я и мой отец, весь этот месяц следили за работой на ферме и в поле нашего дедушки Исмаила. Мы так вымотались за месяц работы на ферме и в поле нашего беспокойного деда, что готовы были самостоятельно без проводника своего деда пересечь государственную границу между Азербайджаном и Турцией. После ухода отсюда российских солдат, в моем понятии, как таково границы между государствами не было. В этом я убедился, когда дедушка Исмаил переводил меня через границу. Мы просто доехали на лошадях до реки Аракс. Дальше пошли пешком по небольшому участку хвойного леса. В полной темноте пробирались сквозь расщелину в скалах. Спустились в глубокую пещеру. Выбрались из пещеры между стволами хвойных деревьев. Когда шум реки Аракс стал за моей спиной, то я без подсказки дедушки Исмаила понял, что мы за границей в Турции, а за нашей спиной осталась моя родина - Республика Азербайджан.

- Ты думаешь, что мы в Турции? - словно прочитал мои мысли, дедушка Исмаил. - Мы сейчас в Иране. В Турции мы будем к рассвету. Надо спешить. Скоро будет сильный дождь, а нас ждут лошади за границей.

Насчет погоды дедушка Исмаил был прав. Едва только мы потеряли в ушах шум реки Аракс, как в том месте, где протекала горная река по границам четырех государств, разразилась ужасная гроза с сильным проливным дождем, с громом и молнией. Над нами гроза прошла лишь краем своих туч. В это время мы были в гуще хвойного леса и не промокли совсем. Перед рассветом мы вышли на небольшую полянку, где у стога сена паслась пара лошадей. Видимо лошади прекрасно знали дедушку Исмаила. Так как при виде нас лошади заржали и направились в нашу сторону. Дедушка Исмаил поторопил меня с отъездом на лошадях. Благодаря нашему шустрому деду, через час мы были в ауле у своих родственников на территории Турции. Так мы из бывшего Советского Союза перебрались жить в Турцию. Дальше нас отвезли из аула на автобусе в город Эрзурум. Там до настоящего времени живет наша семья.

- Сколько же лет вашему деду Исмаилу? - с любопытством, поинтересовался я. - По твоему рассказу, вашему деду Исмаилу будет, примерно, лет сто.

- Ну, ты, словно Шерлок Холмс? - удивленно, воскликнул Мирза. - Нашему деду Исмаилу завтра будет ровно сто лет. Как только ты все точно угадываешь? Словно настоящий сыщик.

- Я давно не видел столетних стариков. - с грустью, искренне, посетовал я. - Как мне хочется побывать на земле наших предков. Хоть одним глазом посмотреть на столетнего старика. В роду терских казаков было много столетних стариков и старух.

- Этот пробел в твоей жизни легко исправить. - хитро, сказал Мирза. - Я завтра буду в гостях у нашего деда Исмаила. Могу туда и тебя прихватить с собой. Если конечно ты не побоишься в ночи пробираться сквозь скалы через границу.

- С горами я давно на "ты"! - гордо, сказал я. - Большую часть своей жизни провел в походах к горным вершинам Кавказа и Средней Азии. Побывал на многих вершинах Но у меня нет денег, чтобы оплачивать такое путешествие по горам. Сейчас всюду такая у нас жизнь. Платить надо за все, а я почти нищий турист.

- Денег с тебя я брать не буду. - смеясь, сказал Мирза. - Но от твоей куртки "SECURITY" не откажусь. Мы с тобой махнем куртками на память и будем в расчете за экскурсию на территорию Кавказа, нашей совместной родины. Так что соглашайся с моим предложением. Ничего тут опасного и криминального нет.

- Когда мы можем отправиться с экскурсией на Кавказ? - рассеянно, спросил я, обескураженный неожиданным предложением. - Если бы даже было опасно, то я все равно согласился бы с твоим предложением.

- Прямо сейчас можешь собираться. - решительно, ответил Мирза. - Я познакомлю наших жен, чтобы твоя жена не переживала за тебя. Если мы не поставим в известность наших жен, то сегодня к вечеру будет паника. Твоя жена уже сейчас волнуется. Постоянно наблюдает за нами.

- Ты, что, так и скажешь нашим женам, что мы с тобой идем через границу в гости? - удивленно, с опаской, спросил я. - Лично моя жена нас посчитает чокнутыми при таком плане похода за пределы границы.

- У меня на этот счет имеется серьезный аргумент. - ответил Мирза. - Сам скоро убедишься, что я не обманщик. Я знаю, как правильно сказать нашим женам о нашем временном исчезновении отсюда.

Не желая оставлять наедине с хрустальным графином столь любимый мне напиток, я вылил из хрустального графина остаток пива в большой хрустальный бокал и под удивленным взглядом Мирза, на одном дыхании осушил большой хрустальный бокал с пивом. После чего мы направились в вестибюль гостиницы, где моя жена со своей подругой сидели за столиком. Нетерпеливо дожидаясь меня, Людмила часто поглядывала в нашу сторону, когда наконец-то закончиться застолье в пивном баре за двухлитровым графином пива, к которого пил пиво лишь я один.

- Я думала, что вы сегодня не выберитесь из пивнушки. - с упреком, сказала Людмила, когда мы подошли к ней. - Наверно, хватит вам на сегодня пить так много пива? Можно лопнуть от лишней влаги в желудке.

- В целости и сохранности передаю вам драгоценного мужа. - любезно, сказал Мирза, разволновавшейся Людмиле. - Ваш муж совсем мало пил пива. Всего лишь один графин пива за пару часов. Это совсем мало.

Мирза сделал какой-то знак рукой в сторону зала ресторана. Сквозь стеклянную дверь ресторана я увидел молодую стройную женщину, которая официанткой обслуживала нас во время посещения ресторана. Разговаривая с нами на русском языке. Сейчас возле стройной молодой женщины была почти ее копия, девочка лет десяти, пятнадцати. Повинуясь жесту руки Мирза. Обе прелестные создания природы направились к нам в вестибюль гостиницы.

- Познакомьтесь! Моя жена Фатима, а рядом с ней моя прекрасная дочь Бюль-Бюль. - представил нам, Мирза, свою семью. - Нам хочется, чтобы наши жены познакомились, так же как мы.

- Разве девочек называют таким именем? - удивленно, спросила Людмила. - Я знаю в Баку певца Бюль-Бюль Оглы. Однако, у него мужское имя.

- Мне также известна певица из Казахстана. Бюль-Бюль Туригенова, которая пела песенку про цыплят. - напомнил я, своей жене знаменитую певицу советского периода. - Так что такое прекрасное имя Бюль-Бюль, что переводится соловей, имеется у мужчин и у женщин Востока...

- Ваш муж прав. - поддержал меня, Мирза. - Бюль-Бюль на тюркских языках означает соловей. Как нам всем известно. Соловьи бывают мужского рода и женского рода. Почему нельзя называть соловьями девочек и мальчиков? Если к тому же они прекрасно поют, как настоящие соловьи. Моя дочь ничуть не отличается своим голосом от старших тесок, по мужской и по женской линии. К тому же у вашего мужа такое имя, которое одинаково присваивают во всем мире, как девочкам, так мальчикам. Бюль-Бюль и Алекс звучит одинаково красиво, как у мальчиков также у девочек.

- Сдаюсь! Вы меня вполне убедили. - поднимая руки вверх, согласилась Людмила. - Эти имена оба прекрасны. Почему бы не давать такие красивые имена мужчинам и женщинам?! Я согласна с вами.

- Я хочу вам сделать неожиданное заявление. - обращаясь к Людмиле, сказал Мирза. - Мы с вашим мужем земляки, как по Кавказу, так и по местам, в которых в разное время ступали наши ноги. Поэтому я хочу сделать сюрприз своему земляку. Показать ему новую горнолыжную базу, которую строят специально нашей семье. То есть, скоро новая горнолыжная база будет нашим семейным бизнесом. С вашего разрешения, я похищаю вашего мужа на два-три дня на мою горнолыжную базу. В залог за целостность вашего мужа оставляю вам свое добро, самое драгоценное. Свою любимую жену Фатиму и столь же любимую дочь Бюль-Бюль. Вы можете быть с ними вполне откровенны и в полной безопасности, также как ваш муж будет находиться в полной безопасности со мной. Мы будем постоянно поддерживать с вами сотовую телефонную связь. Ко времени вашего отъезда из горнолыжного курорта "Паландокен" ваш муж в целости и в сохранности будет возвращен к вам лично в руки. До нашего возвращения, мой дом - ваш дом.

- Спасибо за приглашение. - растерянно, сказала Людмила. - С горнолыжного курорта я никуда не поеду. Я приехала ни в гости, а отдыхать от домашнего быта. Однако связь с вашей женой я буду поддерживать постоянно не столько в целях безопасности сохранения своего драгоценного мужа, сколько по той причине, что ваша дочурка мне очень понравилась. Я как ваша дочь, как черепаха Тартила, когда-то была с таким наивным взглядом триста лет тому назад.

Мы разом дружно засмеялись столь удачной шутки прозвучавшей от Людмилы. Так как Людмила в действительности сейчас выглядела против девчушки, как черепаха Тартила против Буратино в одноименной сказке. Несмотря на свой небольшой рост и не большую полноту, Людмила все равно выглядела пышно в сравнении с девчушкой, которая настолько тонка, прямо как стебелек травинки, которая колыхалась от легкого ветерка, словно былинка в поле. - Сейчас только мигом переоденусь в полевую форму. - сказал я, присутствующим. - Не могу я ехать в домашнем?