# Португальские бренди.

Александр Сергеевич Черевков

Мы кайф от глупости своей не отличаем и по утру от этого страдаем.

Португальские бренди.

Не всегда бывает так, как мы намечаем. Так было и в этот новогодний праздник, который начался в четверг 31 декабря 1992 года, а продолжался до конца воскресенья 3 января 1993 года. Даже трудно представить, как мы это выдержали. Целых три дня наш дом ходуном ходил от детского веселья, крика и визга. Когда утром 3 января 1993 года к нам чуть свет обратно явились подружки Виктории, то Людмила сказала девчушкам, что Виктория заболела и ей нужен покой. Подружки тут же разбрелись по своим домам. Виктория проспала в обнимку со своей бабушкой почти до самого обеда. Мы думали, что у Виктории будет истерика оттого, что Людмила выпроводила ее школьных подружек по домам. Однако, немного насупившись, Виктория подумала и сказала, что она даже рада такому завершению сумасшедшего новогоднего праздника. От новогоднего праздника у каждого из нас болит голова и желудок в сердится.

Весь воскресный день моя мама, Людмила и Виктория занимались уборкой в квартире после трех дней новогоднего праздника. Так как от такого сумасшедшего новогоднего веселья в нашей квартире, какой устроили подружки вместе с Викторией, наша квартира превратилась в мусорную свалку. Всюду по квартире валялись фантики от конфет, битые новогодние игрушки, а также разные объедки от новогодних подарков. Дамам нашей семьи досталось сполна от этого новогоднего веселья. Лишь к вечеру наша квартира вернула свой прежний облик, который был у нас до наступления новогоднего веселья. Всюду у нас в квартире стало чисто. Моя мама не дождалась полной чистоты в нашей квартире. До обеда моя мама уехала к себе домой в город Кофарнихон. Теперь маме хотелось отдохнуть от нас.

- Папа! Ты все равно сегодня ничего не делал и хорошо отдыхал. - стала подлизываться ко мне, Виктория. - Пожалуйста, расскажи мне какую-нибудь удивительную новогоднюю историю из своей жизни. Ведь они были у тебя когда-то.

- Хорошо! Расскажу! - согласился я, сразу, так как мне самому надоело без дела валяться. - Только это будет рассказ не необычной истории с какими-то там сказочными персонажами. История эта была вполне бытовая. Одни люди из-за этой истории умирали от смеха долгое время, другим людям вообще было не до смеха от этой странной истории.

Случилось это в городе Пермь, когда я работал на военном заводе "ПЗХО". В конце 1978 года, за неделю до начала нового 1979 года, меня срочно направили в командировку в город Москва. С какими-то особыми документами в Министерство оборонного машиностроения. Министерство оборонного машиностроения находилось в центре города Москва на площади "Миусская". Я там бывал и раньше. Видимо поэтому под самый новый год направили в срочную командировку именно меня. Так как я хорошо знал город Москва, особенно центр столицы Советского Союза. Расчет был на то, что я успею срочно передать документы в Министерство оборонного машиностроения и сразу вернуться с отчетом обратно в город Пермь на военный завод "ПЗХО", к новогоднему празднику, оформлением которого занимался я всюду, где работал независимо от занимаемой мной должности. Так было и на военном заводе "ПЗХО".

Мне купили билет на пассажирский самолет в оба конца с расчетом остановки в городе Москва на три дня. Я вылетел самым первым рейсом из аэропорта "Савино" города Пермь в аэропорт "Внуково" города Москва. В шесть часов утра я был у здания Министерства оборонного машиностроения. В дежурном служебном отделении министерства отметил свой командировочный лист на прибытие и убытие согласно записи в моем командировочном листе.

В дежурном служебном отделении министерства мне выписали разовый пропуск в отдел, куда мне было написано явиться с документами в кожаном кейсе. Я даже не знал, что лежит в новеньком кейсе. Может быть, даже взятка министру оборонного машиностроения? Ровно в восемь часов утра мне разрешили войти в здание министерства оборонного машиностроения, Подняться в отдел, номер которого указан на пропуске, чтобы быстрее выполнить работу.

В девять часов утра я был свободным от командировки и три дня мог находиться в городе Москва. Я тут же пошел в гостиницу Пекин на площади Маяковского. Прописался в гостинице на три дня. Теперь я мог со списком в руках и с полными карманами денег, осуществлять пожелания своих родственников, служащих и друзей. Купить что-нибудь в магазинах из столичных подарков вкусненькое и крепкое к предстоящему новогоднему празднику нового 1979 года.

Я хорошо знал, где и что можно купить в городе Москва. Поэтому я не помчался в ГУМ, ЦУМ или ПАССАЖ, где все очень дорого стоит. Сел в метро на поезд и отправился на конечную станцию. Пока по радио в поезде сказали, что это конечная станция. Там я вышел из поезда метро и поднялся наверх в город. У первого встречного спросил, где здесь находится гастроном. Мне любезно объяснили, как пройти быстро к гастроному, не далеко от станции метро.

Из опыта частых командировок в город Москва, я прекрасно знал, что в центре столицы трудно что-то найти. Так как многомиллионные гости столицы сметают весь дефицит в центральных магазинах и лишь на окраинах города Москва можно купить то, что тебе нужно для дома, а также для родственников, сослуживцев и друзей. Поэтому я приехал на окраину столицы и до перерыва в магазинах, купил все, что мне нужно было купить по заранее заготовленному списку товаров дома в городе Пермь. Теперь я мог легко отдохнуть в городе Москва. Осталось на поезде метро добраться до станции "Маяковская". Оставить сумки в номере гостиницы "Пекин". Затем выйти на прогулку.

Полных три дня я гулял по столице Советского Союза. Побывал у своих друзей в Старом цирке на Цветном бульваре. Съездил на ВДНХ попить пива и покушать свежих шашлыков. Сходил в кино в киноконцертном зале "Россия". Был в разных других интересных местах города Москва. Купил дополнительно дефицитные продукты своей семье в фирменном магазине. В конце концов, так устал от гуляния по столице, что последние пять часов просто отдыхал.

Мой рейс на самолет до города Пермь был в восемь часов вечера. В шесть часов вечера я был в аэропорту "Внуково" в ожидании регистрации билетов на свой самолет. В зале ожидания, аэропорта "Внуково", было душно от огромного скопления желающих улететь из столицы домой к новогодним праздникам. Я вышел на площадку возле дверей в зал ожидания. Здесь было прохладно и свежо. В этот вечер не было ветра и сильного мороза. Поэтому я не рисковал простудиться под новый год. Тем более, что на мне была теплая меховая куртка и зимняя, меховая шапка.

- Английские виски! Португальские бренди! - кричали два парня в белых халатах из подъехавшего фургона. - Покупайте к новогоднему столу крепкие импортные напитки. Английские виски десять рублей за бутылку. Португальские бренди пять рублей за бутылку. Осталось всего два ящика спиртных напитков. Покупайте подарки к новому году...

- Мне, пожалуйста, две бутылки португальские бренди. - сказал я, протягивая продавцу в халате свои десять рублей.

Парень взял у меня десять рублей, а мне протянул целлофановый пакет с двумя бутылками португальские бренди. В это время по радио объявили регистрацию билетов на мой самолет. Я взял в руки сумки с продуктами и напитками, направляя к стойке регистрации билетов на самолет. Стоя в очереди, я стал рассматривать этикетку бутылки купленных португальских бренди. Кроме цифры крепости сорок градусов больше ничего не понял на бутылке португальских бренди. Раньше таких бутылок нигде не видел. Положил импортные бутылки в кожаную сумку с продуктами. Стал продвигаться дальше к регистрации билетов на самолет. Оттуда сразу пошел с пассажирами на посадку в самолет.

Самолет взлетел во время. Полет проходил нормально. В одиннадцать часов вечера я был у себя дома. На следующий день рано утром, я взял с собой одну бутылку португальских бренди, а также подарки для своих сослуживцев. Поехал электричкой к себе на работу на военный завод "ПЗХО". В проходной завода сдал сумку с подарками и напитками для сослуживцев в камеру хранения военного завода "ПЗХО". С командировочным листом отправился в отдел кадров, чтобы там отметить свое прибытие из командировки в город Москва в Министерство оборонного машиностроения. Лишь после этого направился работать к себе в инструментальный цех оформлять новогоднюю елку.

- Как командировка прошла? - спросил меня, начальник цеха, Владимир Ильич Эйрих. - Что привез из командировки?

- Командировка прошла нормально. - по-армейски, ответил я. - Привез ваш заказ, а также португальские бренди...

- Спасибо, что выполнил мой заказ. - поблагодарил меня, начальник цеха. - Португальские бренди, это тоже хорошо, вот только пить эти бренди мне придется одному. У нас в семье одни непьющие женщины и дети. Мужчин у нас нет.

Последний рабочий день перед новым годом был коротким. После обеда было последнее собрание цеха, где все друг друга поздравляли с наступающим новым годом. Затем была раздача профсоюзом новогодних подарков. В заключении все собрались и поспешили к выходу из военного завода "ПЗХО". Пройдя через КП завода, я раздал своим сослуживцам московские покупки. Владимиру Ильичу Эйрих отдал бутылку португальский бренди и его московский заказ. После чего каждый из нас тут же направился на свою электричку, чтобы уехать домой к новому году.

В это время мы с твоей мамой жили в коммунальной квартире в центре города Пермь по улице Коммунистическая. Прямо радом с театром оперы и балета, откуда часто слышали прекрасную классическую музыку. В нашем доме когда-то в царское время была кантора мецената театра оперы и балета, графа Шереметьева. С приходом к власти большевиков и советской власти, этот дом графа Шереметева превратили в большую коммунальную квартиру.

Лично мы с твоей мамой и с твоими братьями жили в приемной графа Шереметьева. Высота комнаты шесть метров. Размерами комната двадцать пять квадратных метров. Прямо как спортивный зал нашей семьи, которая собралась увеличиться. Толщина стен в доме такая огромная, что когда родился Эдик, то мы коляску с Эдиком ставили на подоконник у окна, чтобы на Эдика падали теплые солнечные лучи. В этом доме кроме нас в других комнатах жили старушки, которые служили при графе Шереметьеве. Самой молодой старушке было за восемьдесят лет. Из мужчин кроме меня в нашей семье был грудной Эдик. Артур больше года жил в городе Беслан у нашей бабушки Марии.

Так что, как ты сама понимаешь, мне так же как Эйриху, пить португальские бренди было не с кем. В городе Пермь жил Петр, единственный брат твоей мамы. Семья Петра жила в районе Балатово, а мы жили в Ленинском районе. Примерно, километров шесть друг от друга. Такой огромный город Пермь. Поэтому семьями мы выделись очень редко. Но в этот день на Петра что-то нашло. Наверно чутье к спиртному привело его в наш дом под самый новый год.

- Привет, Петя! Какими судьбами? - радостно, воскликнул я, когда увидел в своей коммунальной квартире Петра. - Теперь мне есть хоть с кем выпить португальские бренди под новый год. Помоги мне быстро накрыть наш стол.

Минут через двадцать после моего приезда с работы, мы с Петром начали пить португальские бренди, которые имели какой-то странный и непривычный нам запах спиртных напитков. До этого времени мне приходилось всего пару раз пить импортные спиртные напитки. Петр импортные спиртные напитки пил вообще впервые. Мы с ним не представляли, как должны пахнуть импортные спиртные напитки. Под хорошую закуску мы быстро опорожнили бутылку португальских бренди на двоих. Вскоре Петр стал спешить домой, где хотел встретить новый 1979 год в кругу своей семьи с тещей и тестем. Я собирался под новый год открыть бутылку вина "Советское шампанское", которое тоже мне предстояло выпить одному. Так как Людмила в это время кормила грудью Эдика. Поэтому ей нельзя было пить даже шампанское вино под новый год, чтобы ребенок ни стал пьяницей. Ребенок дороже любого праздника.

Едва я закончил пить шампанское вино и уселся поближе к телевизору, чтобы смотреть новогоднюю программу "Голубой огонек", как, вдруг, мне сильно захотелось в туалет. Я вскочил с места и едва успел добежать до туалета, который находился в другом конце коммунальной квартиры. Но там как всегда сидела старуха, которая помнила не только графа Шереметьева, но и батюшку царя Николая-2. Я понял, что мне не дождаться открытия двери туалета в коммунальной квартире. Оставалось либо наложить себе в штаны, либо бежать на улицу и оправляться где-нибудь во дворе на сильном морозе. В нашем дворе общественных туалетов нигде не было. Двор просматривался из окон.

Тут хочется вспомнить, что в этот год в городе Пермь была самая лютая зима за сто лет. Температура упала ниже минус пятьдесят градусов мороза. Оправляться на улице при такой минусовой температуре, это равносильно самоубийству. Я это понял, как только выскочил на улицу и словно бездомный зверь, ошпаренный кипятком, заметался по двору нашего коммунального дома. У меня разум настолько еще не помутнел, чтобы оголить свой зад при таком сильном морозе. Поэтому я выскочил на улицу и словно метеор пронесся в теплый подъезд соседнего дома. Там под лестничной клеткой в темноте, тайно я сделал свое дело и быстро вернулся домой в свою коммунальную квартиру.

Мне просто повезло, что в это время был новый год и все жители этого дома были прикованы к экранам своих телевизоров с новогодними программами, а также к новогодним столам с угощениями. Иначе мне было бы туго не только в смысле живота, но и в том смысле, что меня могли сильно побить. Затем отправить в милицию по морозу в одних домашних портках. После чего меня ждал позор на весь город Пермь. Неприятности по месту работы на военном заводе "ПЗХО", где мог получить партийное и профсоюзное взыскание по всем статьям советских законов.

Вернувшись в свою коммунальную квартиру с мороза, я не успел дойти до двери своей комнаты, как у меня обратно схватил живот. В это время из сортира выползала старуха, которая со своими огромными бедрами едва помещалась в коридоре коммунальной квартире. Я не мог ждать, когда она проползет словно черепаха до своей коммунальной комнаты. Пришлось выдохнуть из себя весь воздух и с трудом протиснуться к туалету между старухой и стенкой узкого коридора. В этот момент старуха едва не откинула свои копыта. Я так сильно прижал старуху к стене, что у нее из всех дырок что-то вырвалось наружу. Старуха завалилась набок. Стала издавать какие-то предсмертные звуки и трупные запахи из своего тела. Но мне было ни до этой старухи. Я сам мог умереть в любой момент. От того, что происходило в моем организме. Трубные звуки умирающего мамонта раздались из туалета, когда я оседлал унитаз. Из меня вырвался просто Ниагарский водопад той влаги, которую мог хранить мой организм. Старинный дом из коммунальных квартир наполнился такой зловещей вонью, что трупный запах, исходящий от столетней старухи, показался ароматом в окружающей среде живой природы. Мне показалось, что сейчас я стою у ворот самого ада.

Пока я был в туалете, в коммунальных квартирах захлопали двери. Из всех коммунальных комнат выползли старухи, которые страдали бессонницей оттого, что боялись встретиться с теми, кого они пережили давно в царское время. Бабки затащили свою умирающую старуху в ее коммунальную комнату. Старушки тут же принялись звонить насчет утечки газа, который в этом коммунальном доме отключили пару лет назад, так как старухи несколько раз едва не уничтожили газом историческую постройку, которая охраняется государством как исторический памятник. Городской исполком несколько раз поднимал вопрос о том, что все старые постройки вокруг театра оперы и балета необходимо превратить в исторический комплекс, а жителей из этого квартала расселить в другие районы города Пермь.

Из-за того, что столетних старух нельзя было транспортировать при жизни на другое место жительства, то было решено, что объявят место вокруг театра оперы и балета историческим музейным комплексом лишь тогда, когда в нем вымрут все старухи, как исторические экспонаты. Однако старухи не собирались умирать. Несмотря на отвратительные условия жизни в этих исторических местах коммунальных квартир, старухи продолжали коллекционировать года своей жизни. Даже плохое отношение опекунов от исполкома к старухам ни как не могли их свергнуть с пьедестала жизни, куда они забрались при жизни давно вымерших владык российской империи и даже Советского Союза.

Я не мог ждать, пока приедут представители газа или пожарные части и обрушат свой гнев на меня за то, что я нарушил их новогодний покой и своей вонью расшевелил столетних старух, как вымерших мамонтов из вечной мерзлоты. Едва старухи покинули пространство в коридоре между туалетом и дверью моей коммунальной комнаты, так я почти бесшумно проскочил в свою коммунальную комнату. Замкнулся там, на два поворота ключа для безопасности.

Людмила после кормления грудью Эдика, спокойно спала на кровати, закутавшись в теплое одеяло. Только мне было не до сна. Не успел я в туалете освободить свой желудок оттого, что там бурлило. Как меня обратно стали беспокоить цунами, происходящие в моем организме. Я понял, что мне придется туго в эту новогоднюю ночь. Пришлось одеться теплее, чтобы уйти до утра в поисках теплых мест по городу Пермь, где я мог облегчить свое состояние. Затем с чистым организмом вернуться обратно к своей семье в свою коммунальную комнату в эту новогоднюю ночь.

Всю ночь я маялся, по теплым подвалам и подъездам Ленинского района, "освежая" свободное пространство в коридорах и подъездах жилых и служебных помещений. Лишь на рассвете, когда посещать теплые места стало опасно для жизни, я решил вернуться к себе домой в свою коммунальную комнату. Наверно моя жена проснулась, а меня нет рядом. Подумает, что я в новогоднюю ночь пошел гулять "налево". Скандал закатит на всю оставшуюся жизнь. Жена не поверит мне, что я всю ночь по теплым местам Ленинского района маялся, освобождая свой организм от всякой пакости, которая вовсю хлестала из меня. Ведь почему я пошел в новогоднюю ночь освежать природу.

За свою семью беспокоился. Старухи сами по себе ко времени помрут, а моя семья от моих газов могла помереть досрочно. Мне никак не хотелось в новогоднюю ночь закончить свою жизнь одному в своей газовой оболочке от вони, которая окутала меня как изнутри, так и снаружи. Я сам едва выжил от своих зловонных газов, которые исходили от меня в эту ужасную новогоднюю ночь. Лишь благодаря своему крепкому спортивному организму и отличному здоровью я пережил новогодние муки от газов, которые исходили от меня. К концу новогодней ночи мне стало легче.

Когда я стал подходить к историческому дому, охраняемому государством, в котором находилась моя семья, то я стал свидетелем не понятных событий. Возле нашего дома собрались автомобили милиции, городского газа, пожарников и скорой помощи. Вокруг скопления служебных автомобилей собралась толпа любопытных людей, которые возвращались из новогодних карнавалов домой, но задержали возле скопления служебных машин безопасности.

- Какая радость под новый год! - сказала в толпе пожилая женщина в костюме Бабы Яги. - Говорят, что старухи все разом вымерли в доме графа Шереметьева. Наконец-то рядом с нами появится музей истории, а не дом престарелых старух, которые пережили несколько эпох в России и в Советском Союзе. Так и до коммунизма старухи доживут.

Мне было все равно, что там происходит с древними старухами. Хотят жить старухи, пусть живут до бесконечности. Если старухи умрут, то всех нас ждет эта участь. Мне стало жалко свою семью, которая осталась в историческом доме. Ни дай Бог, что-то случилось с моей женой и с моим маленьким сыном. Так я весь этот дом графа Шереметьева, вместе с его древними старухами превращу в исторические развалины. Пускай тогда хоть что со мной после будет.

- Пропустите меня, пожалуйста, в этот дом. Я здесь живу. - сказал я, людям в служебных костюмах, расталкивая их своими локтями. - У меня там, в коммунальной комнате спят жена и грудной ребенок. Мой маленький сын. Пустите!

Совершенно не обращая внимания на попытки людей в служебных костюмах задержать меня, я пробился к двери своей коммунальной комнаты. Открыл дверь ключом. Когда я вошел в комнату, то увидел, что Людмила и Эдик спокойно спят. Словно ничего ужасного в эту новогоднюю ночь не произошло в этом историческом доме бывшего графа Шереметьева. Людмила и Эдик улыбались во сне. Видимо им, ночью приснился прекрасный мир новогодних сказок.

Я ни стал их будить. Переоделся в свою домашнюю одежду. Сел за праздничный новогодний стол, приготовленный Людмилой специально для нашей семьи. С опаской посмотрел на пищу и на напитки, в которых таилось что-то ужасное, что едва не отправило меня на тот свет в эту новогоднюю ночь. Мне страсть как хотелось кушать, но я боялся притронуться к нашей пище и к нашим напиткам. Я просто сидел за праздничным столом у давно погасшего телевизора. В уме вычислял продукты и напитки, которые могут быть пригодными и не пригодными к употреблению в пищу.

Раздумывая о смысле собственной жизни к употреблению лежащей на столе пище. Я пришел к такому выводу, что можно употреблять в пищу те продукты, которыми питалась Людмила. Ведь с Людмилой ничего не случилось. Спит Людмила спокойно и не дергается от приступов в отравленном организме, как это происходило всю новогоднюю ночь со мной. Так что можно спокойно употреблять продукты, которые кушала и пила Людмила в новогоднюю ночь.

- Что, уже утро? - проснувшись, удивленно, спросила Людмила. - Наверно хорошие были новогодние телепередачи?

- Тебе просто повезло, что ты так рано заснула. - ответил я, Людмиле. - Новогодний "Голубой огонек" был отвратительный. Я всю ночь не спал. Все ждал, когда закончатся мои мучения. Я увижу что-то прекрасное в ужасную ночь.

- Ну, и, шутки у тебя какие-то тупые. - обидно, сказала Людмила. - Давай лучше мы покушаем. Я сильно голодная.

- Хорошо! - согласился я. - Сейчас накипячу воды для чая и что-нибудь из первого блюда подогрею. Я тоже сильно проголодался. Ведь кроме копченой колбасы с португальскими бренди и шампанским вином ничего не употреблял...

Тут я осекся. Вот оказывается в чем причина моей сумасшедшей новогодней ночи. Кроме португальских бренди, копченной московской колбасы и бутылки шампанского вина, я больше ничего не употреблял в пищу перед тем, как началась катастрофа с моим организмом. Надо срочно встретиться с Петром. Если с ним произошло то же самое в новогоднюю ночь, то тогда легко будет вычислить продукт или напиток, который, едва не отправил меня на тот свет в эту кошмарную новогоднюю ночь. Надо будет мне съездить в гости домой к Петру. Посмотреть на его положение.

После тарелки куриного бульона с пельменями и кружки горячего черного чая. Мне стало легко и спокойно. Я лег спать. Перед сном сказал Людмиле, что мне после обеда нужно совершить встречный визит домой к ее брату Петру. Как-то неудобно получается, Петр был у нас в гостях, а я к нему целую вечность ни ездил. Надо хотя бы в новый год съездить проведать свояка. В рабочее время обратно не сможем встретиться. Постоянно мы заняты своей работой.

- Давно бы пора тебе съездить к ним. - согласилась Людмила. - Все-таки он мой брат, ты к нему тоже родственник.

- Если я, вдруг, к обеду не проснусь, то ты меня разбуди. - сказал я, Людмиле, укладываясь в свою теплую постель.

Проснулся я после обеда без помощи Людмилы. По городу Пермь вовсю двигался общественный транспорт. Вокруг кипела жизнь. Людмила и Эдик продолжали спать в своей кровати. У них сейчас такой период жизни. Кушать и пить. Какать и писать. Затем как можно долго спать. Причем все вполне естественно и без всяких мук, которые пережил я в ново?годнюю ночь. Так что пускай они спят, а я поеду к Петру. Узнаю, как свояк провел кошмарную новогоднюю ночь.

Я быстро оделся, как можно теплея, в этот зимний день с ужасно сильными морозами. Выпил на дорогу горячего густого черного чая с сахаром. Написал Людмиле записку, что уехал в гости к Петру на целый день. Затем осторожно на два поворота замкнул входную дверь в коммунальную комнату, где остались спать Людмила и маленький Эдик. Стараясь не разбудить и не потревожить никого в историческом коммунальном доме, я вышел на улицу. Днем минусовая температура на улице оказалась не настолько зловещей, как в прошедшую ночь, когда по нужде бегал во двор. Мне стало легко от хорошей погоды и оттого, что наконец-то закончились все мои муки прошедшей кошмарной ночи.

- Здравствуйте! С наступившим новым годом! - громко, сказал я, Тане, жене Петра, входя к ним в обычную квартиру.

- Тише. Не кричи. Все спят. Тебя то же с наступившим новым годом. - шепотом, сказала Таня, впуская меня в свою квартиру. - Проходи прямо в зал. Я тебя угощу. У нас был кошмарный новый год. Петька новый год провел в туалете.

- У меня тоже самое было. - честно, признался я, в своих муках, которые преследовали меня всю новогоднюю ночь. - Поэтому я к вам приехал сегодня, чтобы выяснить причину нашей трагедии. Ты зови сюда Петра на беседу со мной.

Таня обиженно покачала головой и с опухшим лицом от бессонницы, поплелась в сторону туалета, откуда послышалось продергивание воды унитаза, который, наверно, за новогоднюю ночь покрыл годовые нормы расхода воды. Представляю, что было в этой квартире за прошедшую новогоднюю ночь. Наверно Петр без конца бегал от новогоднего стола у телевизора до туалета и обратно. Как уже было когда-то во время эпидемии брюшного тифа в России.

Прошло полчаса моего ожидания, пока наконец-то из туалета выползло что-то похожее на Петра. За эту ужасную новогоднюю ночь Петр похудел на половину своего веса. Здесь не были нужны ни какие диеты. Результат был на лицо. От тела свояка остались кожа и кости. С потухшими глазами, Петр, имея в своей голове остаток угасшего разума, проплелся в ванную комнату к умывальнику отрезветь. Минут двадцать в умывальнике текла вода на тело Петра.

Наконец-то у Тани лопнуло терпение ожидать, когда ее любимый муженек выползет из ванной комнаты и закроет там кран с водой, откуда вытекает не только вода, но и бюджет их семьи. Таня пошла в ванную комнату и вскоре оттуда вытащила скелет своего мужа, который был не в состоянии двигаться, так как свои силы за новогоднюю ночь оставил в туалете в раковине унитаза. Теперь его надо было постепенно возвращать к обычной повседневной жизни.

- А, это ты! - тускло, посмотрев на меня, сказал Петр. - Я думал, что мы с тобой больше никогда не встретимся. У меня была такая кошмарная новогодняя ночь. Я думал, что к утру окончательно с дохну от мук прямо сидя на унитазе.

- У меня тоже самое была новогодняя ночь не лучше твоей. - честно, признался я. - Только провел я кошмарную новогоднюю ночь ни на унитазе как ты, а в подвалах и подъездах соседних домов. Весь район загадил своим поносом.

- Пить вам не нужно, что попало. - со злостью, сказала Таня. - Напьются всякой гадости, а после подыхают. Сами не встречают новогоднюю ночь по-людски и другим не дают. Поешьте хорошо и выпейте русской водки. Все пройдет через день.

Таня поставила перед нами бутылку русской водки с хорошей домашней закуской, а сама пошла, спать после новогодней мучительной ночи. Петр был не в силах открыть бутылку с русской водкой. Я взял на себя инициативу стать тамадой за столом на двоих. Налил нам обоим полные рюмки русской водки. Подвинул ближе к Петру хорошую закуску. Мы чокнулись рюмками с водкой. Уныло без слов стали отмечать встречу нового 1979 года, который встретили все в городе Пермь, кроме нас. Потому, что наша новогодняя ночь была самой ужасной за всю сознательную жизнь.

- Ты знаешь, я думаю, что в нашей биде виноваты твои португальские бренди. - сказал мне, Петр, когда через два часа нашей встречи нового года, наконец-то стал приходить в себя. - Я это сразу почувствовал по запаху из бутылки.

- Я тоже так подумал, что в этом виноваты португальские бренди. - поддержал я, Петра, наливая в рюмки русскую водку. - Тоже по запаху определил из своего навоза. Такой запах был, что мои соседки старухи едва все не вымерли.

Мы стали с Петром смеяться как сумасшедшие после пира во время чумы. Петр стал вспоминать, как он едва не наложил себе в штаны, когда ехал от меня в троллейбусе к себе домой. Я тоже стал рассказывать Петру, как всю ночь "освежал" подъезды и подвалы Ленинского района города Пермь. Рассказал, так же, как едва насмерть не задавил старуху, когда пробивался к туалету в узком коридоре коммунального дома. Потом стал рассказывать Петру, как древние старухи с перепугу за свою жизнь по вони от моего навоза вызвали газовиков, пожарников, милицию и скорую помощь. Петр слушал мои рассказы об этой моей ужасной новогодней ночи и громко ржал как лошадь от смеха.

- Представляю, что в эту новогоднюю ночь было с Эйрихом! - схватившись за голову, с ужасом, вдруг, вспомнил я.

- С каким, это там таким твоим Эйрихом? - глупо вылупив на меня пьяные глаза, удивленно, поинтересовался Петр.

- Своему начальнику цеха, Владимиру Эйриху, я подарил точно такую бутылку португальских бренди. - ответил я, Петру. - Он мне сказал, что у него дома одни женщины. Ему одному придется пить бутылку португальских бренди.

- Представляю, что с ним было! - умирая от смеха, сказал Петр. - Наверно он всю свою квартиру обгадил своим дерьмом.

- Но ты еще не все знаешь! - продолжая смеяться, вспомнил я, дополнительную историю про португальские бренди. - В аэропорту "Внуково" в городе Москва, я купил две бутылки португальских бренди. Другие пассажиры самолетов на разные рейсы, брали сразу по несколько бутылок португальских бренди. Некоторые пассажиры пили португальские бренди прямо в зале ожидания в аэропорту "Внуково". Перед вылетом на самолетах. Представляешь, что там было!

- Представляю! - от души смеялся Петр. - Многие рейсы самолетов пришлось отменять из загазованности самолетов после употребления такого напитка.

- Я обратил внимание, что на бутылке португальских бренди много надписей. - сказал я, Петру. - Я обязательно переведу на русский язык, что написано на бутылке. Ведь мы должны с тобой узнать, что пили в ужасную новогоднюю ночь.

- Обязательно переведи! - поддержал меня, Петр. - Мы на будущее должны знать, что не все спиртное можно пить.

Вернулся я домой от Петра к вечеру. В этот день мне было не до переводов надписей на этикетке португальских бренди. Я был настолько пьян от встречи нового года с братом Людмилы, что едва дотянул до своей кровати. Однако на следующий день я все-таки с помощью одного знакомого, который знал многие европейские языки, сделал перевод этикетки на бутылке португальских бренди. От этого перевода я едва не лишился рассудка. Если верить этому переводу, то мы выпили лекарство от запора. Точнее сказать по-русски - в бутылке было самое обыкновенное слабительное, которое употребляют во время очистки желудка. Представляешь, как очистились наши желудки, если мы в ту новогоднюю ночь употребили лекарство в сотни раз превышающую обычную дневную норму по чайной ложечке.

Сейчас по истечению многих лет жизни с того самого кошмарного новогоднего праздника, я все время думаю о том, что насколько мы были глупыми в употреблении спиртных напитков. Мы просто легко отделались поносом, распивая неизвестный нам напиток сомнительного содержания. Ведь в этой бутылке мог находиться яд любого вида, которым мы тогда могли отравить множество людей, если бы пригласили к себе в квартиры к столу на новогодний праздник.

- Папа! Ну, а чем закончился новогодний праздник у начальника цеха, после употребления португальских бренди? - поинтересовалась Виктория, после того, как я закончил рассказ о португальских бренди. - Ведь Эйрих пил один!!!

- С моим начальником сорок шестого цеха военного завода "ПЗХО", Владимиром Ильичем Эйрих, произошла ужасная трагедия. - серьезно, ответил я, на вопрос дочери. - Если он когда-то вспомнит обо мне на расстоянии, то я прошу простить меня за то, что угостил его таким ужасным напитком. У меня не было злого умысла в отношении своего начальника цеха. Хороший был человек. Я сам пострадал от напитка и едва не лишился жизни в ту ужасную новогоднюю ночь. Просто какое-то чудо спасло всех нас от употребления неизвестного нам напитка больных запором.

После новогодних праздников я, как ни в чем не бывало, вышел на работу в свой инструментальный цех на военный завод "ПЗХО". Вот только начальник нашего цеха Владимир Ильич Эйрих на работу не вышел после новогоднего праздника. Не вышел на работу начальник цеха и на следующий день. Через неделю и через две недели тоже не вышел Владимир Ильич Эйрих на работу. По цеху поползли слухи, что наш начальник цеха, Владимир Ильич Эйрих заразился какой-то неизвестной инфекционной болезнью. Сейчас находится под наблюдением профессоров в областной инфекционной больнице на строжайшем карантине, куда не допускаются даже самые близкие родственники, которые тоже находятся под наблюдением медицинских специалистов. Пока источник болезни учеными не выявлен.

Вполне понятно, что такие слухи меня сильно пугали. Если выяснится, что источников этого неизвестного инфекционного заболевания является та бутылка с напитком, который я передал Эйриху, то мне грозит тюрьма на долгие годы. Мне, конечно, не хотелось идти в тюрьму. Признаться в участие с отравлением я тоже не мог. Просто боялся. От признания мог пострадать не только я, но также вся моя семья, дороже семьи у меня нет никого на этом белом свете.

Прошло сорок пять дней после встречи нового 1979 года, прежде чем в нашем цеху явилось то, что осталось от нашего начальника цеха, Владимира Ильича Эйрих. Вполне здоровый крупного телосложения мужчина превратился в тень, узника концентрационного лагеря времен войны с фашистами. Когда-то разговорчивый человек, стал молчаливым и замкнутым. Он словно призрак пришел к нам с того света или из другого измерения жизни, чтобы посмотреть на то, как живут другие люди в ином измерении жизни. Владимир Ильич Эйрих ходил по цеху так, как будто его запрограммировали выполнять какую-то работу, порученную на заводе партией и правительством Советского Союза. Я точно не знаю, поправился Владимир Ильич Эйрих до конца после употребления этого опасного напитка или нет. В середине 1979 года мы с семьей переехали на постоянное место жительства в Республику Таджикистан, в город Орджоникидзеабад. Я потерял всякую связь с местом бывшей своей работы в сорок шестом инструментальном цехе военного завода "ПЗХО" (п/я-А-7204). О дальнейшей судьбе Эйрих Владимира Ильича ничего мне неизвестно. После этой ужасной истории я стал относиться осторожно к употреблению таких сомнительных алкогольных напитков