# Предательство.

Александр Сергеевич Черевков

В бизнесе нет друзей, а только компаньоны, которые хотят стать во главе всего бизнеса.

Предательство.

Едва только я дотронулся до входной двери в свой офис, как тут же услышал трескотню телефона в своем кабинете. На часах целых тридцать минут до рабочего времени. Кто бы мог звонить в такую рань. Никто из моих сослуживцев не знает о моем прибытии. Никогда ни кому не сообщаю о времени своего возвращения. Люблю всем без исключения делать "сюрприз". Появляюсь в офисе и у себя дома тогда, когда меня никто не ждет. Может быть, именно по этой причине у меня верная жена и верные служащие. Никто из них не хочет быть застигнутым врасплох. Своей жене я вполне доверяю, а вот мои подчиненные в начале моего бизнеса, проявляли свою халатность в мое отсутствие. После нескольких увольнений недобросовестных сотрудников у меня в бизнесе стал порядок в работе среди служащих. Все сотрудники зависят от КПД (коэффициента полезного действия). Рубль наказывает больше, чем увольнение за плохую работу. Каждый старается как можно лучше работать, чтобы ежемесячно получать надбавку к своей зарплате за работу.

- Да! Я вас внимательно слушаю. - привычным голосом, сказал я в телефонную трубку у себя в кабинете.

- Александр! Как хорошо, что я попал сразу к тебе. - услышал я в телефонной трубке голос Саид Мурада.

- Очень приятно услышать твой голос. - откровенно, признался я. - Прямо сейчас собирался к тебе прийти.

- Ко мне идти не надо. Мы сами к тебе приедем. - уверенным голосом, сказал Саид Мурад. - Вчера рано утром из Италии прилетели наши компаньоны по бизнесу. Они думали, что ты уже вернулся из командировки.

- Прямо так с порога я не готов встречать гостей. - растерянно, сказал я в телефонную трубку. - Ты же прекрасно знаешь, что так у нас гостей не встречают. Вначале накроем дастархан, а после поговорим о деле.

- Ты об этом можешь не беспокоиться. - решительно, сказал Саид Мурад. - Наши гости сейчас на базе отдыха в Варзобском ущелье. Мы прямо туда сейчас поедем. Там за дастарханом договоримся о совместном бизнесе. Ты не забудь прихватить свой фирменный кейс с нашими документами. Мы скоро будем у тебя.

В телефонной трубке раздались тревожные телефонные гудки. Я положил телефонную трубку на аппарат и стал на трезвую голову соображать насчет предстоящей встречи с зарубежными бизнесменами. Конечно, мне давно хотелось приблизиться к окончательному решению вопроса о поставках мрамора в Европу. Но! Такое слишком быстрое продвижение в данном вопросе насторожило меня. Нет еще недели, как я последний раз вел переговоры с итальянцами по вопросу нашего совместного бизнеса, а они уже готовы подписывать со мной контракт о поставках оборудования по обработке мрамора. Настоящие бизнесмены так быстро не соглашаются подписывать контракт на долгосрочной основе. Вначале хотя бы на карьер по добыче мрамора посмотрели. Затем обсудили рентабельность возможного производства мраморной плитки в Таджикистане. Определили объем поставок готовой продукции из Таджикистана на рынки европейских стран.

Здесь что-то ни так? Даже при современном средстве передвижения по планете итальянцы не могли так быстро из Москвы смотаться к себе в фирму в Италии. Затем вернуться в Москву и оттуда прилететь в Душанбе. Если верить Сангиеву, что итальянцы прилетели в Душанбе вчера рано утром, то мы должны были лететь в одном самолете. Так как следующий самолет из Москвы в Душанбе летит через три часа после моего вылета первым самолетом. Четыре часа перелета между Москвой и Душанбе. Итальянцы вторым самолетом могли прилететь из Москвы в Душанбе только к ободу, но, ни как, ни рано утром первым рейсом. К тому же при посадке на самолет в аэропорте Домодедово среди пассажиров я не увидел ни одного иностранца. Тем более итальянцев нельзя никак не заметить с их постоянной жестикуляцией при разговоре.

Размышляя о предстоящей встрече, я заглянул в свой фирменный кейс и не обнаружил там необходимых документов. Наверно впопыхах забыл документы у себя в шкафу или на кровати в квартире. Может быть, это даже к лучшему, что не возьму документы с собой на базу отдыха в Ворзобское ущелье. Документы будут целее. Подписать контракт можно в любое время. Даже наследующий день после банкета на трезвую голову. Сейчас Сангиеву ничего не сказу насчет того, что забыл документы дома. После сделаю глупый вид, что спешил на встречу к нему и случайно прихватил с собой ни те документы. Хорошо, что в кейсе есть много рекламы итальянских фирм по переработке мрамора. Среди таких бумаг не сложно затеряться документам с итальянскими логотипами, которые одинаковые с логотипами на рекламных буклетах фирм.

Я посмотрел на свои часы. Прошло всего пару минут после моего телефонного разговора с Сангиевым. Надо поспешить на улицу, чтобы у Саид Мурада не было повода на просмотр документов в кабинете. На улице он не подумает посмотреть необходимые документы. Сангиев мне полностью доверяет. Хотя я ему не очень доверяю. Мы с ним знакомы давно, с начала перестройки в Советском Союзе. Сангиев многократно раз обращался ко мне с разными предложениями по оформлению ресторанов, пивных баров и офисов. Со своими заказами он меня ни разу не обманул. Однако меня постоянно настораживало быстрое продвижение Сангиева в бизнесе. Откуда у него такие большие деньги? За три года перестройки Сангиев открыл несколько ресторанов и пивных баров. Такое в Таджикистане даже с кредитами из банка невозможно.

Когда через Юрия Филимоновича он узнал, что итальянцы предлагают мне совместный бизнес по переработке мрамора, то Сангиев тут же примчался ко мне и стал предлагать мне свое участие в бизнесе. Даже хотел вложить в наш совместный бизнес большую часть своих денег. Вполне понятно, что один я ни как не мог потянуть такой огромный бизнес. Брать деньги из банка в кредит я не собирался. Пользоваться деньгами Сангиева тоже не было смысла. Таким образом, после подписания контракта я мог перейти из ранга хозяина контракта, в ранг управляющего компании. Так как итальянцы и Сангиев в своих долях становились хозяевами контракта. Мне доставалась роль исполнителя контракта по моему долевому участию.

Сославшись на "сырой" контракт, я сразу не согласился с предложением Сангиева. На подготовку контракта у меня ушло месяц переговоров с разными фирмами, заинтересованными в подписании совместного контракта по переработке мрамора. В результате чего мое долевое участие было на первом месте. Итальянцы шли следом за мной. Дальше было участие разных мелких фирм. Сангиев выше третьего места никак не мог продвинуться. Ему надо было взять на себя мою долю или долю итальянцев, чтобы стать хозяином контракта. Вполне понятно, что мне это не нужно. Итальянцы тоже не пойдут на такие сделки. К тому же в подготовленном контракте было записано, что за время раскрутки контракта никто из компаньонов не имеет право покупать долю другого компаньона или добровольно продавать свое долевое участие в раскрутке контракта. В случае преждевременной потери компаньона, все средства выбывшего переходят в собственность компании и на расстановку управления в компании ни какого влияния не имеют. В случае банкротства компании, каждый компаньон имеет право в процентном отношении по вкладам вернуть свою долю.

С такой расстановкой по условиям контракта никто из компаньонов не мог решать в свою личную сторону какое-то одностороннее участие в руководстве компанией. По этому случаю Сангиев долго колебался принять свое участие в раскрутки данного контракта. На время подписание совместного контракта Сангиев внес свою долю. Так как видимо ему больше некуда было воткнуть свои деньги, которыми могла заинтересоваться налоговая компания Таджикистана. Сангиев скрепя сердцем подписал временное соглашение на раскрутку контракта. На сегодняшний день контракт подписан всеми соучредителями будущей фирмы по переработке мрамора в Таджикистане. Фактически осталось тремя главными компаньонами подписать окончательное решение по контракту и можно возобновлять бартерные поставки блоков мрамора в Италию, а из Италии поставлять станки по переработке мрамора. Как было оговорено в тексте контракта.

Несмотря на то, что на улице была летняя погода, в горах в это время по-зимнему холодно. Снег возле базы отдыха растает только через месяц. Хорошо, что у меня в офисе в шкафу всегда находится теплая куртка и теплая вязаная шапочка. Мне часто приходится прямо из офиса отправляться по рабочим объектам в разные климатические зоны Таджикистана. Часто приходится из лета перебираться в зиму или в другое время года в течение нескольких часов. Поэтому теплая куртка и теплая вязаная шапочка в самый раз.

Замкнув двери своего офиса, в теплой куртке нараспашку и с теплой вязаной шапочкой в кармане куртки, я вышел на улицу. Солнце едва только нарисовалось на небосклоне. Поэтому на улице не было так сильно жарко, чтобы я мог потеть в теплой куртке нараспашку. К тому же ветерок с гор продувал улицы столицы Таджикистана. Вокруг пахло свежей листвой бурно пробивающейся из последних разбухших почек давно распустившихся деревьев. Аромат весенних цветов напоминает о скором приходе лета с ее жарой...

- Александр! Иди сюда! - услышал я, голос Сангиева с другой стороны улицы. - Хватит тебе мечтать!

На другой стороны улицы поблескивал своим перламутровым цветом под металл новый шестисотый "Мерседес", такой популярный сейчас в постсоветском пространстве. Даже в европейских страна не каждый может себе позволить такой шикарный легковой автомобиль. Здесь же в Таджикистане, вчерашний дехканен (колхозник) может позволить купить себе роскошный автомобиль. Откуда у людей такие деньги?... - Ну! Ты молодец! Такую тачку себе купил! - обменявшись приветствиями по-таджикски, с завистью, сказал я, Сангиеву, усаживаясь между его телохранителями на заднее сидение автомобиля. - Наверно в броне!?

- А как же! - радостно, ответил Сангиев. - Сейчас в броне вся наша сила и безопасность. На секюриков мало надежды. Они только бабки хорошие любят получать и на халяву жрать. Вон, какие морды откормили себе!

Сангиев кивков головы показал на своих телохранителей, которые с тупым видом своих физиономий никак не отреагировали нас реплику со стороны своего шефа. Можно было подумать, что эти твердолобые пацаны ничего вообще не понимают, кроме охраны своего хозяина, ради благополучия которого они готовы разорвать любого, кто посмеет шагнуть в сторону хозяина. Мордоворотам чужие жизни словно гряз у ног...

- Александр! Ты не забыл с собой взять необходимые документы? - с беспокойством, спросил Сангинов.

- Конечно! Все при мне в кейсе. - с уверенностью, ответил я. - Как мы будем договариваться без документов? Здесь осталось только нам подписать контракт и поставить печати. Все остальное давно оговорено.

Довольный моим ответом, Сангинов проворно вырулил автомобиль на дорогу, ведущую в сторону Варзобского ущелья. Вскоре наш путь среди цвета густой зелени сменился на цвет серых скал с правой стороны и белыми прогалинами снега до темно-голубого цвета горной реки Варзоб. На смену многолюдным улицам появилась скользящая между скалами и обрывом пустынная полоса асфальта, по краям припорошенная пожелтевшим снегом. Навстречу нам никакого движения. Словно все вокруг вымерло после боевых сражений гражданской войны в Таджикистане. Какой умный человек поедет сюда после сражений в горах.

Примерно, после двух километров езды от городской черты, навстречу нам стали вырисовываться картины былых сражений. В нескольких местах разбитая боевая техника. Разрушенные до основания, бывшие пионерские лагеря для детей. В небольшой расщелине между скал развалины когда-то прекрасного кишлака, который с начала перестройки часто посещали иностранные туристы и приносили расцвет кишлаку...

- Вчера я прилетел первым самолетом, - нарушив молчание, обратился я, к Сангинову с вопросом. - В самолете не было ни одного иностранца. Каким самолетом прилетели итальянцы, и кто из них был главный?

- Итальянцы прилетели к нам чартерным рейсом прямо из Милана. - не совсем уверенно, ответил Сангинов. - Руководителем среди гостей по вопросам нашего совместного бизнеса господин Сергей Пилони...

- Наверно, Серджо Милони?! - поправил я, ошибку Сангинова, представляя, как я влип с ним по самые уши.

- Вот! Вот! Он самый! Серджо Милони! - согласился со мной Сангинов. - Все никак не могу, привыкнут к итальянским именам и фамилиям. При встрече постоянно переспрашиваю у него его имя и фамилию...

Сангинов долго заливам мне о встречи с итальянцами, которых сейчас нет в Таджикистане. Видимо он только поверхностно знал суть моей последней беседы с итальянцами и ни как не мог знать, что господин Серджо Милони не имеет ни какого отношения к переработки мрамора. Так как у Серджо Милони бизнес в полиграфии. Он все его лишь посредник между мной и фирмами по переработке мрамора в Таджикистане.

Сейчас у меня мысли были не о бизнесе, а о том, как выбраться из ловушки, которую приготовил мне мой компаньон Сангинов. Какой бы я не был решительный и напористый в средствах своей защиты, против троих мордоворотов с оружием никак не попрешь. Здесь нужна хитрость на выживание. Хорошо, что со мной нет необходимых по контракту документов. Сам Бог дал мне шанс торговаться с врагами, которые в горах от меня ничего не получат. Со мной нет даже печатей и штампов моей фирмы. Можно оттянуть свою гибель в горах. Если они дадут мне шанс выжить и выбраться из гор в столицу, то я использую все свои связи, чтобы наказать Сангинова, который пошел с криминалом против меня. Только бы мне выжить в этих горах.

- Мы с тобой давно знакомы, - начал я издалека готовить позицию своей защиты, - поэтому не надо темнить. Скажи мне, что тебе от меня надо? Может быть, мы найдем с тобой сейчас компромиссный вариант?

- Мне хорошо известно, что ты не глупый человек. - останавливая автомобиль, серьезным голосом, сказал Сангинов. - Поэтому я тебя не пристрелил в начале перестройки, когда ты появился на моем пути со своим бизнесом. Сейчас у нас совсем другие времена. Один из нас должен уступить дорогу своему конкуренту...

- Давай выйдем из автомобиля и поговорим наедине. - спокойным голосом, предложил я, своему врагу.

- Свежим воздухом полезно подышать даже перед смертью. - ехидно, сказал Сангинов, выбираясь из автомобиля. - Ты думаешь использовать свой шанс в любой ситуации. У тебя нет ничего против моего слова.

- Даже на плахе и у стены перед расстрелом человек имеет шанс на жизнь. - отпарировал я, на слова Сан-гинова, выбираясь из автомобиля после телохранителя. - Мы разумные люди. Должны понять друг друга.

Когда я выбрался из салона автомобиля, телохранитель Сангинова тщательно обыскал меня на случай возможного оружия. Заставил меня открыть мой фирменный кейс. Убедившись, что при мне нет никакого оружия, телохранитель отступил от меня и показал знак своим тупоголовым коллегам, что я чист и могу пройти к хозяину, который в это время отошел к обрыву подышать свежим воздухом и там ждал меня.

- Какая красота! - глубоко вздохнув свежий воздух, сказал мне, Сангинов, когда я подошел к нему в сопровождении одного его телохранителя. - Прямо так хочется парить в таком прекрасном пространстве, где нет ни каких проблем. Если бы не перестройка, то мог жить и работать в горах. Ведь я по специальности геолог.

- У человека всегда есть шанс исполнить любое свое желание. - намекнул я, Сангинову на его пожелания. - Открой геологоразведочную фирму поиска полезных ископаемых и гуляй с экспедицией по этим просторам.

- Сейчас уже поздно возвращаться обратно. - откровенно, сказал Сангинов. - По делам бизнеса я так сильно повязан, что у меня есть только две дороги. Одна дорога к обогащению, а другая дорога на тот свет...

Сангинов продолжал философствовать на случай жизни, смерти и бизнеса. Я в это время осторожно разглядывал пространство вокруг нас, пытаясь найти какую-нибудь зацепку к своему спасению. Но вокруг за много километров заснеженные горы и вблизи нас глубокая пропасть, куда мне никак не хотелось упасть. Как назло нет ни одного автомобиля со стороны Варзобского перевала или со стороны города Душанбе.

- Ты прекрасно знаешь, что я не сторонник убийства своего конкурента. - прервал Сангинов, мои размышления. - У меня также как у тебя есть семья и дети. Не хочу, чтобы твоя семья осиротела из-за меня...

- Ты толком объясни мне, что ты сейчас хочешь? - прервал я, очередную философскую речь Сангинова.

- На любых твоих условиях уступи мне свою долю по бизнесу с мрамором. - конкретно, заявил Сангинов.

- Ты прекрасно знаешь, что такое невозможно. Если бы даже я этого захотел. - удивленно, сказал я, Сангинову. - В нашем совместном контракте отчетливо написано, что никто из нас не может уступить свою долю другому компаньону даже по обоюдному согласию. Если ты меня сейчас объешь, то тебе ничего не светит в руководстве компании. Так как все мои деньги и права перейдут под равные доли всем соучредителям...

- В любом законе есть лазейка, через которую можно присвоить себе что угодно. При этом, не нарушая закон и порядок в любом деле. - приступил Сангинов объяснять мне свои условия по нарушению контракта. - Итальянцы прилетают к нам через три дня. Сейчас мы с тобой подписываем контракт, в котором останется только место подписи со стороны итальянцев. Затем ты исчезаешь из Таджикистана на несколько дней. Пока итальянцы будут у нас в гостях. Я найду способ уговорить их подписать совместный контракт без твоего присутствия. Сошлюсь на то, что ты срочно вылетел в Россию на похороны своего родственника. Когда итальянцы улетят из Таджикистана, тогда ты вернешься обратно домой. Мы с тобой оформим документ, что ты в связи с гражданской войной в Таджикистане вынужден выехать со своей семьей за пределы республики. По этой причине не можешь на расстоянии руководить компанией. Все свои права передаешь мне.

Сейчас русскоязычное население в своем большинстве покидает пределы Таджикистана. Так что у итальянцев не будет никаких сомнений в законности нашей сделки. Им все равно кто руководит. Был бы бизнес.

- Вообще-то я не против такой сделки с тобой. - попытался я, закрепить надежду, на спасение. - Но! Умным бизнесменам нет никакого труда, навести справки о месте моего нахождения. Тогда все у нас развалится...

- Мы все сделаем на законном основании. - уверенно, продолжил Сангинов диктовать свои условия. - После того, как итальянцы покинут Таджикистан, мы с тобой встретимся за круглым столом. Ты покажешь на карте любую точку земного шара, где ты хочешь поселиться со своей семьей. Все расходы я беру на себя. Когда ты переберешься на новое место жительства, там мы подпишем окончательные документы о нашей сделке. Затем я сам сообщу итальянцам о месте нахождения твоей семьи. Пусть поедут все проверят на месте.

- Такой вопрос мы могли спокойно обсудить у меня или у тебя в кабинете. - удивленно, сказал я, Сангинову. - Тебе ненужно было тащить меня сюда в горы. Какая разница, где мы будем подписывать наши бумаги?...

- У меня не было никаких гарантий, что ты так просто согласишься с моим предложением. - удивленно, ответил Сангинов. - Даже сейчас я сомневаюсь о твоем согласии. Слишком просто у нас тут все получилось...

- Я откровенно и чистосердечно с тобой говорил. - решительно, заявил я. - Мы можем ударить по рукам...

Едва только я протянул свою руку в сторону Сангинова, как тут же получил сильный тупой удар в голову.

- Ты зачем это сделал?! - услышал я, качнувшись над обрывом. - Мы с ним хотели ударить по рукам!...

- Мне показалось, что он пытается напасть на вас. - тупым голосом пробубнил мордоворот. - Вот! Я ударил! На этом моя связь с миром людей прервалась. Одним только подсознанием чувствовал я, как падаю куда-то в бездну и по пути постоянно бьюсь обо что-то мягкое. Словно об перину, в которой лежат булыжники.