# Разборка пропавших дней.

Александр Сергеевич Черевков

Конечно, дней пропавших не вернуть, но разобраться с ними надо.

Разборка пропавших дней.

- Хватит спать! - услышал я, голос жены. - Тебе завтра на работу, а ты ничего еще не подготовил к работе.

Настенные часы показывали час дня. Конечно, это было слишком много времени, которые я уделил сну.

"Вот это я спал!" - подумал я. - "Целые сутки! Это какое здоровье надо иметь, чтобы так долго спать?!".

Я включил телевизор. Диктор новостей объявил: - "Сегодня воскресенье, 19 мая 1987 года." У меня аж голова закружилась. Так это мы два месяца пропадали в неизвестном нам измерении жизни! В голову полезли разные мысли. Думал я о том, что пропало много времени и разных невыполненных обязательств перед людьми. Я думал о своей жизни и о положении в обществе, но мое сознание никак не хотело размышлять о том, что ничего этого не могло быть в пространстве, в которое мы погружались в пещере духов.

- Как я буду готовиться к работе? - спросил я, вслух, сам у себя. - За такое время, так много воды утекло. Все изменилось вокруг. Даже я изменился в пространстве, в котором находился. Надо пойти к Шевелеву.

- Твой Шевелев две недели, как улетел в город Киев. - прервала жена, мои размышления вслух. - Ходить никуда не надо. Люди отдыхают. Завтра "клизму" тебе поставят. Все будет опять по-прежнему. Как всегда.

Больше я ни стал ничего говорить. Выключил телевизор и принялся читать местные газеты, накопившиеся за время пропавших дней. В газетах писали за политический балаган в Республике Таджикистан, о подготовке к сбору нового урожая в этом году и ни строчки о нашей пропаже. Словно мы и не существовали вообще. Так нам и надо! Возомнили из себя героев перестройки. Даже Сухроб Насыров не вспомнил меня. Валерка Шевелев вообще удрал к себе на Украину. Надо проверить подвал. Возможно, что он прихватил что-нибудь с собой. Нашел я кому ценность доверять. Пора поставить вопрос перед Насыровым о складе.

- Людмила! Дети меня видели? - спросил я, у жены. - Или они до сих пор находятся в гостях у моей мамы?

- Дети успели тебя наблюдать, - ехидно, ответила жена, - пока Ваше величество тут отдыхало целые сутки.

- Ладно! Хватит острить. - огрызнулся я. - Пойду, посмотрю, что в подвале осталось из красок и материалов.

- Нечего смотреть. - сказала жена. - Пока ты болтался по горам за кекликами, я все раздала по бригадам.

Людмила протянула мне список материалов за подписью бригадиров. По этому списку было видно, что в подвале действительно ничего не осталось. Выходит, что на завтра мне надо организовать машину и самому заняться завозом материалов по объектам. Если объекты вообще существуют. Но в первую очередь надо съездить к Насырову Сухробу. Сейчас к Гиззатулину Нигмату схожу и договорюсь с ним насчет машины, чтобы мне в общественном транспорте всюду не мотаться. Иначе, я завтра сорву всю свою работу. Я надел спортивный костюм, пошел к Гиззатулиным, которые жили в своем доме через две улицы от нас.

- Здравствуйте, Расул Давлятович! - приветствовал я, отца Нигмата. - Ваш сын Нигмат сейчас дома?

- Здравствуй, Александр! - ответил Расул Давлятович. - Проходи в дом. Мои сыны все дома. Будь гостем.

Двор Гиззатулиных многими предметами напоминал мне двор татар. В глубине двора стояла старая арба, в которую татары запрягают ишаков. Рядом валялась круглая детская кроватка-коляска, расписанная под татарский национальный орнамент яркими анилиновыми красками. Возле сарая, у большой копны соломы, не спеша, жевал свой корм облезлый ишак. Клочья шерсти свисали у него с живота. Возможно, что ишаки, как собаки, линяют весною? Может быть, ишак старый и облезлый, как плешивый старик облысевший?

При виде меня ишак стал издавать гортанные звуки, от которых в панике разбежались куры по всему двору. Вероятно, что таким образом, как собака, ишак предупреждает хозяев о появлении чужака в их доме. Скорее всего, ишак просто отпугивает меня от своего корма. В любом случае, рев ишака песней назвать невозможно. На рев ишака вышел из дома Нигмат, чтобы посмотреть на причину, из-за которой ревет ишак. Мы обменялись с Гиззатулиным Нигматом приветствиями. Я сказал ему, что, как всегда, встречаемся завтра в шесть часов утра у моего дома. Гиззатулин Нигмат пригласил меня в дом, я сослался на занятость.

- Ты знаешь, где живет наш водитель грузового автомобиля "КАМАЗ", Хусаинов Маирбек? - спросил я, у Гиззатулина Нигмата. - Мы с ним договорились о грузовых перевозках материалов по нашим объектам.

- Конечно знаю. - ответил он. - Мы с тобой вместе дважды к нему домой ездили. Рядом река Кафирниган.

- Вот прекрасно! - сказал я. - Пожалуйста, сегодня езжай к нему домой и узнай, где он будет завтра. Возможно, что он завтра понадобится со своей машиной. Все. Завтра встретимся. Как договорились, в шесть.

В то время, когда я подошел к калитке, чтобы выйти со двора, почувствовал, что за мной кто-то следит. Я повернулся в сторону татарской кибитки. Занавеска дернулась на окне, но я успел заметить лицо Рашида. "Что-то на работе ни так?" - подумал я. - "Иначе бы Рашид выскочил во двор вперед Нигмата и стал бы качать свои права. Ни думаю, чтобы Рашид мог сильно навредить. Он слабак на такие авантюрные дела."

Я сделал вид, что не заметил Гиззатулина Рашида. Как ни в чем не бывало, отправился к себе домой.

- Мой папочка пришел! - радостно, встретила Виктория, со своими поцелуями. - Посмотри, что у меня есть.

Виктория достала из своего карманчика, размером с голубиное яйцо, бледно-матовый камешек, который стал переливаться бледно-розовым цветом. Это был кварц, который в народе называют "лунный камень". Я ни очень-то разбираюсь в самоцветах, но, вероятно, все же это был он. От этого камня исходил точно такой же бледно-розовый цвет, как в пещере духов. Выходит, что там было много подобных камней или даже целая скала. Вот только чем, там, подсвечивался этот кварц? Ведь без света он не мог светиться. Значить там был какой-то источник света. Но, только, какой? Мы находились в пещере ночью. Свет солнца отпадает. Луна тут тоже не причем. Может быть, какая-то энергия Земли подсвечивала "лунный камень"? Возможно, также мужчины с носилками, в память духов предков, жгли в глубине пещеры ритуальные костры, от которых свет падал на стены и светился. Отсюда, стоны и вздохи из пещеры. Вокруг одни вопросы на все загадки. Что было там, в пещере духов в действительности, вероятно, я никогда не смогу узнать. Главное, это то, что мы с братом оба смогли вернуться из пещеры духов целыми и невредимыми.

- Вика! Скажи мне, пожалуйста. Где ты взяла этот прекрасный камушек? - таинственно, спросила я, дочь.

- Камушек выпал у тебя из куртки. - также таинственно, шепотом, ответила Виктория. - Папа! Какой ты хитрый! Принес мне подарок от лисички и прикидываешься, что не знаешь, откуда у тебя камушек появился.

- Наверно, я стал стареть. - в свое оправдание, ответил я, дочери. - Ты, уж, извини меня старика. Виноват.

- Ладно! Извиняю! - сказала Виктория. - Но только ты еще совсем не старый. Просто там много спал и все.

Виктория ходила с камешком в руке по квартире. В зависимости от попадания на него солнечного света камешек светился по-разному. От бледно-розового цвета до красно-фиолетового цвета с матовым оттенком. Чем дальше от солнечного света был камешек, тем сильнее темнел в цвете и был светлым на солнце. Вообще-то я слышал, что "лунный камень" чаще бывает голубоватого цвета с разными перламутровыми оттенками. Тогда как называется этот камень, который имеет свойства "лунного камня", но с оттенками бледно-розового цвета. Наверно в этом камне заложена какая-то тайна, которая влечет к себе не только обычных людей, а даже представителей племени людей-птиц, о которых ничего не знают обычные люди.

"Вот почему пропали люди при повторном посещении пещеры." - подумал я. - "Они в первый раз пришли туда случайно, также как мы с Юркой. При повторном посещении брали с собой снаряжения, с помощью которых люди хотели раскрыть тайну пещеры духов или добраться до светящегося кварца. В пещере есть какая-то природная ловушка, из-за которой там пропадают люди и больше никто не возвращается обратно".

Опять загадки. Опять вопросы. Даже этот камушек, совершенно не понятно мне, как он попал в карман моей куртки. Возможно, это он откололся от стены и закатился в мой карман? Может быть, мне его подложил тот старик? Все это вероятно и не вероятно. Как мне это узнать? Но, что вполне вероятно, так это то, что тот старик нам зла, ни желал. У него была масса возможностей угробить нас в пещере, у древней могилы предков и возле развалин старого кишлака, который исчез также как сам старик. Однако старик ничего ни сделал нам плохого. Мало того, он каким-то образом сократил нам домой дорогу. Избавил Юрку от ран, которые Юрка получил заслуженно, прикасаясь к останкам предков людей-птиц. Опять всюду вопросы! Были или есть в действительности люди-птицы? Почему никто не знает ничего о тайнах племени людей-птиц?

Весь остаток воскресного дня я читал республиканские газеты за наши пропавшие два месяца. Из газет я узнал, что исламисты создали оппозицию правительству президента Махкамова. Пытаются любыми путями прийти к власти. Хотят поднять на восстание народ, чтобы так через трупы своих людей прийти к власти.

"Ну, это прямо на руку Насырову Сухробу." - подумал я. - "Опять погромы. Вновь все надо восстанавливать. Откровенно говоря, это и мне подходит. Лишь бы не было человеческих жертв. Все-таки подло люди относятся друг к другу. Живут за счет других. Главное, это обогатиться, пускай даже за счет жизни людей."

Гиззатулин Нигмат разминался у машины, когда в понедельник я вышел из дома. Обменявшись приветствиями, мы поехали в город Душанбе. Чтобы не унижать братьев перед другими людьми, я ни стал спрашивать Нигмата о проблемах Рашида. Такое все равно нельзя надолго утаить. Рано или поздно мне станет известна любая мелочь. Надо терпение иметь и кто-то сам расколется. Ни такие тайны мне приходилось узнавать, а это просто небольшой прокол в работе за пропавшие дни. Это мне станет ясно в самое ближайшее время. Возможно, что я даже сегодня узнаю. Наверняка мои работники давно знают про Рашида.

- У нас есть, почти, два часа в запасе. - сказал я, Гиззатулину Нигмату. - Давай с начало по объектам проскочим. Затем в райком партии поедем. Там видно. Да, к стати, что тебе Хусаинов Маирбек вчера сказал?

- Маирбек сказал, что целый день он будет ждать на товарной базе в городе Душанбе. - ответил Нигмат.

- Ты знаешь, где сейчас по пути есть наши объекты? - спросил я, Гиззатулина Нигмата. - Я уже все забыл.

- Конечно знаю. - ответил Гиззатулин Нигмат. - Я с Шевелевым Валерой был на всех объектах. Первый из наших объектов находится в кишлаке при въезде в город Душанбе. Там работает бригада Черкасова Саши, они делают мечеть. Следующий объект в Доме Быта "Садбарг", работает бригада Садридинова Давлята.

- Дальше достаточно. - остановил я, Гиззатулина Нигмата. - Сейчас поедем на объект к Черкасову Саши.

После лагеря заключенных "Кирпичный завод", дорога скользнула вправо от основной трассы. Петляя между безжизненных сопок, дорога устремилась куда-то в глубину размытой веками сточной водой впадины в середине горы, которая зловеще нависла над оазисом с домами заселенными людьми. Запутавшись в лабиринте маленьких переулков, "Жигули" отыскали двор, огороженный по кругу огромным дувалом высотой до двух метров. Машина остановилась прямо рядом с калиткой, которая едва заметна по глиняному цвету дувала. Я прошел в калитку и увидел маленькую площадку, на которой стояло столько обуви, что можно было подумать, будто ее собрали в коллекцию со всего кишлака. Здесь была мужская обувь. Женская отсутствовала. Время утренней молитвы прошло давно. Выходит, что есть другая причина сбора. Я посмотрел во двор, который укрыт от солнца кронами четырех огромных чинар. По четырем сторонам двора огромный навес от дувала, который служит стенами молитвенного двора. Стены молитвенного двора и потолок навеса из плотно прикрепленных дощечек, расписанных красками в растительный национальный орнамент. Пол молитвенного двора у стен под навесом плотно покрыт свежими строганными досками, которые окрашены свежим лаком. На досках лежат огромные ковры и молитвенные коврики с подушечками шитыми золотом по атласу зеленого цвета. Место молитвы возвышается над всем двором на высоте од?ного метра. Крышу молитвенного двора поддерживают с десяток резных деревянных колонн, которые тоже крашены свежим лаком. В самой середине молитвенного двора, между четырех чинар, большой достархан с резными деревянными перилами и деревянным покрытие покрашенным свежим лаком. Достархан накрыт коврами, на которых угощение из национальной таджикской кухни. Вокруг достархана было много мужчин.

- Вот и раис к достархану пришел! - торжественно, объявил мулла. - Проходи, дорогой, садись рядом со мной. Ты наш уважаемый гость. Сегодня у нас большой праздник. Твои молодые художники закончили работу над нашим молитвенным двором и мечетью. Они создали красоту, которую уважает каждый из нас.

Мулла торжественно поднял руки, показывая вокруг себя, произнес молитву. "Аллах акбар!" - произнесли все присутствующие за муллой окончание молитвы во славу Аллаха. Сели вокруг достархана, показывая мне почетное место уважаемого гостя. Приветствуя все, я сел на указанное мне место. Парни кишлака положили перед каждым присутствующим угощения. Затем, поставили расписные чайнички с зеленым душистым чаем. Наполнили каждую пиалу чаем до половины. Мужчины чинно разместились на своих местах, облокотившись на атласные подушечки. Каждый взял в руки свою пиалу с чаем и все внимательно посмотрели на муллу, который сделал пауза. Словно он пытался подумать над своей речью, прежде чем сказать.

- Это ничего, что мы, сторонники различный религий, собрались в молитвенном дворе ислама. - начал мулла произносить торжественную речь на русском языке. - Как говорил наш проповедник Аллаха, Мухам?мед - "Аллах один и все мы его дети!". Так вспомним хорошим словом этих парней, которые создали красоту для мусульман. Они поддержали ислам своим талантом в искусстве. Все во славу нашего Аллаха. Ал?лах акбар!

"Аллах акбар!" - произнесли присутствующие и тронув свободной рукой свое лицо, принялись пить душистый зеленый чай из пиал, кушать угощения. Я тоже приступил к своей трапезы тут на ковре достархана.

Жестом руки и губами я показал Черкасову Саши, что за дувалом Нигмат, чтобы его пригласили к достархану. Черкасов Саша тоже сказал на ухо парню обслуживающему нас. Парень ушел к калитке дувала и вернулся оттуда с Гиззатулиным Нигматом, который, поклонившись всем, сел на краю достархана и принялся пить чай с угощениями. В это время принесли большие клетки с кекликами. Молитвенный двор наполнился чудесным пением прекрасных птиц с гор. Лица присутствующих мужчин осветились радостью надежды.

"Вот, пожалуй, и все, что нужно людям к полному счастью." - подумал я. - "Когда, кроме хорошей семьи, есть полный двор друзей и достархан накрытый угощением. Что еще надо людям? Может быть, именно в этом состоит мера человеческой жизни, о которой постоянно думал в Старом хуторе еще дедушка Гурей."

Когда торжественное застолье подходило к концу, мы попрощались с гостеприимным молитвенным двором. Все вышли за пределы мечети. Я показал рукой Черкасову Саши, что говорить мы будем там, внизу ущелья у трассы. Бригада Черкасова Саши и мы с Гиззатулиным Нигматом, сели по своим машинам, поехали в сторону города Душанбе. Я посмотрел на часы, десятый час. Ехать в райком партии к Насырову Сухробу нет никакого смысла. Надо проехать по всем бригадам, тогда вечером можно ехать к Насырову. Спустившись до душанбинской трассы и поставив машину у обочины, мы с Гиззатулиным Нигматов вышли за арык. Туда вышли парни бригады Черкасова Саши, которые только что подъехали следом за нами.

- У меня сейчас мало времени объяснять вам свое отсутствие. - стал оправдываться я, перед парнями. - Я заблудился в горах и только в субботу к обеду вернулся домой. Прошу вас извинить меня за свое отсутствие. Сейчас поговорим о дальнейшей работе. Новое место работы вам известно. Можете приступать к выполнению. Что же касается материалов, то мы с бригадиром в этом разберемся и, я так думаю, что в самое короткое время завоз необходимых материалов будет. Я надеюсь, что мы будем работать также успешно...

Пока я разговаривал с художниками, Черкасов Саша поставил к моим ногам большую спортивную сумку.

- Это деньги за нашу работу в мечети. - сказал Черкасов Саша. - Что будем делать дальше с деньгами?

- Думаю, что вы давно решили, как поступить с этими деньгами. - ответил я. - В ведомости эту сумму включать не буду. Расход материалов на этот объект оплатит бригадир с общей суммы. Остальные деньги ваши. Так будет справедливо. Эта работа ни касается Исполкома города Душанбе. Мы не обязаны отчитываться за нее перед ними. Так что всем до свидания. Спасибо вам за работу. Встретимся на новом объекте.

Я показал Черкасову Саше на заднее сидение машины Гиззатулина Нигмата. Усевшись рядом с ним, мы поехали в Дом Быта "Садбарг". По пути в город Душанбе я узнал от Черкасова Саши, что за время моего отсутствия все наши рабочие объекты курировали Алиханов Али из Художественного Фонда, Насыров Сухроб и Толбоев Аджин из Исполкома города Душанбе. Они помогали бригадам материалами и постоянно вызывали Шевелева Валеру по вопросам выполнения объектов. Две недели назад из города Киева пришла телеграмма, что отец Шевелева Валеры в тяжелом состоянии. Шевелев Валера улетел в город Киев. Ну, это со слов Шевелева Валеры. В действительности, телеграмму никто не видел. Вполне возможно, что Шевелев Валера просто сбежал от постоянных разгонов со стороны городского Исполкома Душанбе. Так как он сам часто говорил, что быть просто художником намного лучше. Меньше беготни и ответственности. Руководство предприятием, это не для него. Пускай этим другие занимаются. Поэтому, все считают, что Шевелев Валера просто удрал от постоянных проблем. Без него наше предприятие работало и не закрылось .

- Когда ты месяц не появлялся на работе. - сказал Черкасов Саша. - То в горисполкоме Душанбе и в бригадах была паника. Думали, что ты сбежал с большой суммой денег в Россию. Бросил всех, в том числе свою семью. Мы пошли к тебе домой и узнали, что ты ушел со своим братом Юрой на два дня на охоту за кекликами и не вернулся. Тогда, Насыров Сухроб и полковник милиции Хафизов Равиль, организовали поисковые группы милиции и горных спасателей. Они обыскали ущелье до перевала, но вас нигде не нашли. Зато нашли высоко в горах, за каменным плато, обгоревшие трупы давно пропавших туристов, которые ушли тайком разведывать какую-то пещеру и обратно не вернулись. Трупы туристов были покрыты какой-то застывшей вулканической магмой, которая светилась бледно-розовым цветом. Геологи направили специальную экспедицию в горы. Обследовали на плато каждый камень, но никаких признаков вулканической магмы там не нашли. Да и само странное вещество, которое светилось на трупах, никому не известно. Таким образом, никто не смог объяснить, что было на трупах и где они находились до этого времени. Ведь людей искали почти два месяца в этих самых местах и тогда не нашли. В этот раз трупы обнаружили сразу, причем, на самом видном месте. Где проходят туристические маршруты. Словно кто-то специально положил трупы на видное место, чтобы в новом сезоне их обнаружили туристы. Высказывались даже такие версии, что их похитили инопланетяне, которые вернули людей обратно на Землю в то же самое место, где их похитили в прошлом году. Об этом высказывали разные предположения газеты и телевизоры.

- Мы с братом были на каменном плато. - сказал я. - Но трупы инопланетян и туристов мы там не видели. Мы с братом, просто заблудились в каменных лабиринтах. Выбрались из них через два месяц. Хорошо, что у нас с собой было много еды и теплая одежда. Иначе, мы просто погибли с голоду и холод в горах.

"Теперь понятно, почему светилась пещера." - подумал я. - "Скорее всего, это была молодая соль калия, которая воспламеняется от воды и светится бледно-розовым цветом. Ничего другого не могло там быть."

Тому есть пример из нашей семьи. Когда Юрка учился в школе в городе Беслан в Северной Осетии, то на уроке химии узнал о возможности молодой соли калия возгораться от воды. Каким-то образом, Юрка добыл молодую соль калия и рассыпал ее по всему чердаку школы так, что при первом дожде соль воспламенилась и едва не сожгла среднюю школу ?1. Хорошо, что рядом была пожарная часть. Пожар удалось ликвидировать. О проделках Юрки тогда никто не узнал. Но Юрке показалось этого мало. Вместе со своим другом, Юрка решил изготовить бомбу для взрыва школы. Они раздобыли где-то соль калия, бертолетовою соль, порошок фосфора, порошок марганца, порошок магния и что-то другое. Все химикаты смешали. Произошел взрыв. Просто случайно, Юрка и его друг остались живые. Так как в это время была зима, а на них было много одежды. Но даже через разорванную одежду они получили ранения. Врачам пришлось выковыривать иголками из-под кожи бертолетовою соль, которая не растворялась в теле раненых. Специальным раствором врачи вымывали из тел марганец, от которого могли быть сильные ожоги в организме пострадавших.

Теперь совсем понятно, почему мы с Юркой видели бледно-розовое свечение в пещере духов. В это время начался в горах дождь, который проник в пещеру и соль калия воспламенилась. Когда дождь перестал идти, то свечение закончилось, поэтому свечение не видели те, кто нас искал в горах. Что же касается обгоревших трупов, которых нашли на видном месте в горах. То это по всей вероятности, люди-птицы вынесли трупы из пещеры духов, когда забирали окаменевшие яйца гигантской ящерицы. Возможно, что эти яйца являются священными племени людей-птиц. Поэтому окаменевшие яйца решили перенести на новое место жительства своего племени, вместе со скелетами своих предков. Все события совпали в горах в одно и тоже время, когда мы с Юркой отправились на охоту за кекликами. Мне не понятно, что это, случайность или закономерность совпадения всех событий. Моего рассказа о предках детям, в которых говорилось о старике, который сильно был похож на орла. Как странный старик, которого мы встретили в пещере духов?

"Жигули" сделали левый разворот по кругу на площади Айни. Остановились у Дома Быта "Садбарг". Из легкового автомобиля я увидел, как преобразился "Садбарг". Войдя в внутрь здания в фойе, я увидел, как изменило фойе первоначальный облик. В фойе больше стало зеркал. Нежное сочетание акварельных тонов росписи и орнамента по белому фону, создало чувство весны и парящего благоухания. Словно сама природа растворилась в красках.

- Как хорошо, что муалим нашелся! - приветствовали парни бригады Садридинова Давлята. - Мы только сейчас говорили о вас с Насыровым Сухробом. Он сидит, в кабинете директора Дома быта "Садбарг".

- Парни, извините, я вначале поговорю с Насыровым. - сказал я, направляясь в кабинет директора Дома Быта "Садбарг". - Мы с вами встретимся. У нас будет много времени обсудить работу по новым объектам.

Я поспешил в кабинет директора на второй этаж. Там, в большом кабинете, сидели: Насыров Сухроб, Садридинов Давлят и Сон Роман, заместитель директора Дома Быта "Садбарг". Они оживленно спорили о какой-то проблеме. Сон Роман говорил, что так невозможно платить. Присутствующие здесь спорили с ним.

- Ну, ты прямо во время явился! - радостно, воскликнул Насыров Сухроб, вставая мне навстречу. - Ты, где пропадал? Здравствуй, Александр! Здравствуй, дорогой! Кто тебя нашел? Рассказывай. Мы тебя искали.

- Здравствуй, Сухроб! Здравствуйте, Роман! Здравствуй, Давлят! - стал я, пожимать руки присутствующим. - Спасибо вам, за беспокойство обо мне. Меня никто не нашел. Сам в горах нашелся. Теперь пришел к вам.

- Садись за стол. - пригласил меня, Сон Роман. - Мы только что спорили, как выдавать зарплату бригаде Садридинова Давлята. Теперь этот вопрос снимается с повестки. Зарплатой бригады ты займешься сам.

- К глубокому сожалению, в этом году открыть Производственное объединение "Дизайнер", нам не придется. - разводя руками, сказал Насыров Сухроб. - Сейчас, главный вопрос нашего правительства, внутренняя и внешняя политика. Надо стабилизировать политический вопрос и затем перестраивать экономику Республики Таджикистан. Поэтому, в этом году, открывать новые предприятия не будут. Так что нам придется обходиться настоящими законами. Многие вопросы решать самостоятельно. В частности, выплаты зарплаты рабочим. Я предлагаю тебе, Александр, открыть в Сберегательном Банке свой личный счет и через него выплачивать зарплату рабочим по ведомостям. Так ты не будешь зависеть ни от кого и в случае проверки предоставишь документацию по движению своих денег. Точно также ты будешь получать от меня подотчетные деньги на материалы. Это, конечно, не личный бизнес. Но, так ты будешь свободен от других.

- Думаю, что так будет удобно работать. - согласился я. - Но кто мне наряды будет готовить, если у меня не будет бухгалтерии? Я что, так буду бегать по предприятиям с протянутой рукой? Мне нужен свой бухгалтер.

- Нет, ты больше ни за кем бегать не будешь. - ответил Насыров Сухроб. - В Строительном Банке есть отличная нормировщица, Исаева Светлана, с которой ты, наверно, знаком. Вот мы за ней тебя и закрепим. Тебе там поставим сейф и стол. Ты можешь всегда у нее в кабинете работать. Она тебе поможет во всем.

- Ну, это другое дело! - окончательно, согласился я. - Тогда у нас все дела пойдут лучше на всех объектах.

Мы еще долго обсуждали текущие проблемы. Конечно, затронули вопрос моей пропажи в горах на целый месяц. Без подробностей, в общих чертах, я рассказал, как мы с братом блуждали в горах. Естественно, я не мог рассказать им о странной пещере и о древнем кладбище предков. Меня могли посчитать чокнутым.

- По твоей бороде видно, что в горах рядом не было парикмахерской. - заметил Насыров Сухроб. - Но ты, однако, везучий. Если выбрался из такой ситуации в горах, в жизни сумеешь выбраться из любой ситуации. С тобой можно очень долго работать и не бояться ни за какие последствия в нашей совместной работе.

Не понятно, что именно имел ввиду Насыров Сухроб насчет моего везения с ним. Но мои предположения насчет того, что у меня в этом году не будет собственного предприятия, полностью сбылись. Тут политика ни причем. Насыров Сухроб беспокоится о том, чтобы подольше быть рядом с таким дармовым доходом. Насырову Сухробу со мной работать проще. Я не сую свой нос в его проблемы. Под моей крышей он может спокойно обмывать свои грязные деньги, так как я не стану спрашивать его, откуда у него есть такие деньги.

Целый день я был занят разбором выполнения наших объектов, которые, в большинстве, были закончены и бригады начали работу на новых объектах. Была проблема у Гиззатулина Рашида, не в пользу его бригады. Бригада Гиззатулина Рашида закончила работу через неделю после моей пропажи. Мое отсутствие подхлестнуло Гиззатулина Рашида поднять бригаду на забастовку. Гиззатулин Рашид пытался подбить к забастовке и другие бригады, но те отказались примкнуть к нему. Таким образом сохранили нашу работу. Тогда Гиззатулин Рашид собрал свою бригаду и явился к Насырову Сухробу. Стал требовать выплаты денег за сделанную работу. Насыров Сухроб пытался вразумить Гиззатулина Рашида тем, что до получки осталось двадцать дней, к этому времени с гор вернется Александр и все станет на свое место. Но Гиззатулин Рашид требовал деньги немедленно, ссылаясь на то, что якобы Александр сбежал со всеми деньгами, пропадут его деньги. Ни на какие объяснения Гиззатулин Рашид с Насыровым Сухробом не соглашался

- Я выдал Гиззатулину Рашиду деньги по зарплате. - сказал Насыров Сухроб. - Но высчитал с него все деньги подоходного налога и стоимость материалов затраченных на работу. Гиззатулин Рашид на этом потерял около пяти тысяч рублей с общей суммы. Гиззатулин Рашид поначалу думал, что обманул меня и тебя, забирая, таким образом, деньги за работу до зарплаты. Но после пораскинул мозгами или ему подсказали. Рашид понял, что сильно проиграл в своей затеи. Все деньги принес обратно. Стал говорить, что погорячился. Хочет, чтобы все было также как раньше. Но я предвидел подобный исход дела, поэтому взял с него расписку, что горисполком в дальнейшем за деньги и действия его бригады ответственности не несет. Я показал Гиззатулину Рашиду его записку и попросил охрану выставить Рашида за пределы райкома партии. Гиззатулин Рашид подал на меня в арбитражный суд, в который я направил копию его расписки. На этом дела его с нами закончились. В настоящее время Гиззатулин Рашид и его бригада без работы.

Поздно ночью я закончил работу на объектах города Душанбе и мы, с Гиззатулиным Нигматом, поехали домой. Мы так устали за целый день, что у меня от усталости болели ноги и спина. Чтобы нам не заснуть в машине, Гиззатулин Нигмат включил радиолу с музыкой и "Жигули", набирая скорость, вышли на трассу.

Дорога между городами была забита машинами до предела. Словно все машины из города Душанбе хотели заночевать в городе Кофарнихоне. Бесконечный поток машин все тянулся и тянулся по всей длине дороги. Я стал нервничать. Мне хотелось быстрее домой, чтобы сбрить бороду, так как борода меня уже достала. Все спрашивали меня про бороду. Одни думали, что я в трауре. Спрашивали, по ком я держу траур. Другие просто посмеивались над моей бородой за мои путешествия по горам. Шутники мне так надоели, что я пытался несколько раз попасть в парикмахерскую, но всюду были большие очереди, а ждать, совсем не было времени. Вот я терпел насмешки над собой весь этот день. Пора бы и домой добраться, но тут такие пробки с машинами, что нельзя проехать. Скорее бы машины разъехались в разные стороны по трассе. В конце концов, я увидел свой дом и договорившись назавтра с Гиззатулиным Нигматом, поднялся наверх. Дома стол в зале был празднично накрыт. Дети спали. Жена дремала за столом у телевизора, который устал от своих нагрузок и письменных предупреждений, впустую светился. Иногда на экране выскакивала пугающая надпись "Выключите телевизор", словно нас предупреждали о том, что иначе нам удачи завтра не видать. Ни все зрители надпись могли понять. Поэтому окна домов светились голубым цветом.

- Что это за банкет? - спросил я, когда жена проснулась. - По какому поводу такое торжество в у нас дома?

- Бригада Черкасова Саши была. Принесли тебе зарплату за работу в мечети. - ответила жена. - Затем они накрыли стол в твою честь, что ты живым вернулся с гор. Вот, купили торт и шампанское. Все остальное я приготовила. Парни долго ждали тебя, но после выпили за твое здоровье и все разошлись по домам. Одну бутылку шампанского вина они оставили специально для тебя. Можешь отметить куфт за свое сохранение.

- Вот и хорошо! - радостно, согласился я. - Надо по кавказскому обычаю отметить куфт за то, что мы с Юркой оба остались живы. Ведь мы с ним оба родом с Кавказа, а там куфт обязательно отмечают по такому случаю. Так что я сейчас приведу себя в порядок. Мы с тобой вдвоем куфт отметим за наше благополучие.

Я пошел в ванную купаться под душ и брить бороду. Тем временем, Людмила, обновила стол продуктами. Долго сидеть за столом с женой мы ни стали. Выпили по бокалу шампанского вина. Слегка закусили и вскоре пошли спать. Был второй час ночи. В пять часов подниматься. Людмила даже со стола убирать не захотела, так как не было смысла это делать. Через три часа нам опять есть. Там наступит завтрак нового дня.

На следующий день я открыл в Центральном Сберегательном Банке свой счет. Номер счета сообщил в Городской Исполнительный Комитет Душанбе. На следующий день, на мой счет поступило пятьсот тысяч рублей, включая зарплату и материальные расходы. По тем временам, это были огромные деньги. На которые можно было купить себе хороший дом с полной обстановкой и машину в придачу. С одной стороны, это хорошо моей семье. Пока у нас есть такой счет мне нечего беспокоиться за деньги семьи. Можно даже в долг под зарплату брать там деньги. Никто этого не заметит, а после погасить эту задолженность во время следующей зарплаты. Но с другой стороны, я стал открытой мишенью для рэкетиров и мошенников. Они могли захватить в заложники моих детей и жену. Таким образом, шантажировать меня и вымогать с меня деньги. Надо заранее предпринять какие-то меры защиты. Нанять телохранителей или службу охраны. В данный момент знают об этом счете, ограниченный круг людей, которые ни как не заинтересованы в шантаже, так как сами могут потерять источник собственного дохода. Я буду надеяться в том, что посторонние люди не узнают об этом денежном мешке. Они не будут туда засовывать свои грязные руки. Расчет только на одну удачу, которая еще, пока, помогает мне. Главное, внимательно следить за происходящим. Не нужно мне искать повод отказываться от подобной расстановки дел, которые не мешают в работе. Вот с Шевелевым Валерой надо быть осторожным, если он еще вернется из Украины. Думаю, что ввернется. Жадность к деньгам приведет его обратно. Так вот, именно ему ни в коем случае нельзя доверять тайну этого счета. Шевелев Валера из-за своей жадности и зависти сам может подставить меня под рэкет. Надо как-то намекнуть Насырову Сухробу, что дела лучше держать в тайне, как наличие счета в сберегательном банке. Таким образом, я подчеркну свое доверие к нему в работе. Думаю, что Сухроб согласится со мной.

- Несомненно! - воскликнул Насыров Сухроб, когда я, при встрече, намекнул ему о тайне счета. - Я лично буду заботиться о тайне этого счета. Пропускать деньги к тебе только через банковский счет Исполнительного Комитета города Душанбе. Таким образом, о твоем счете будем знать лишь мы с тобой вдвоем. Если наружу выплывет тайна, то вторая сторона будет знать этот источник. Можешь работать вполне спокойно.

Мне было понятно, что Насыров Сухроб любыми путями хочет, как можно сильнее, привязать меня к себе и движение всех денег через меня взять под свой постоянный контроль. Ну, что ж, пускай будет так. Я все равно найду способ, как контролировать эти деньги самостоятельно, под контролем Насырова Сухроба. Тут ничто не может препятствовать этому моему заключению мыслей, которые контролируют все мои действия. Следовательно, опять-таки, если поступлю подобным образом, то окажусь пособником мафиозных структур Республики Таджикистан, которые нашли во мне, возможно, один из многочисленных каналов обмывки своих денег за контрабанду, разбой, диверсию и другие преступные действия. Но, что я могу изменить в этих преступных событиях? Лишь могу реставрировать то, что они губят. От моих действий нет вреда.

Постепенно, я вошел в ритм своей повседневной жизни. Но ни так обстояли дела у меня в работе, как именно мне хотелось. Проблема складирования материалов была постоянным тормозом нашей работы. Рабочие объекты росли как грибы, однако, у меня получался дефицит материалов на новые объекты. Художники делали свои фор-эскизы быстро. Подготовительные работы выполнялись также быстро. Однако, после утверждения фор-эскизов проходило значительно много времени на подборку материалов. Один-два дня мне приходилось переводить художников на какие-то вспомогательные работы, чтобы у них не было в рабочие дни простоя. В том была вся сложность контроля над работой. Лишняя бумажная волокита по всем объектам. Постоянная нервотрепка художников и мне самому было неприятно переставлять художников.

- Так работать нет никакой возможности. - сказал я, Насырову Сухробу, при первой же встречи. - Вместе с бригадирами я мотаюсь между складами и объектами. Теряю зря много времени. Почти все материалы на новые и старые объекты одинаковые. Можно бы делать где-то запас. Но у меня нет такого места. Мой домашний подвал не пригоден под складирование материалов по объему площади и по своему месту. На меня постоянно жалуются жильцы за то, что я место отдыха людей после работы превратил в перевалочную базу своих интересов. В этом соседи были правы. Я не имею право общественное место жительства и отдыха людей превращать в товарно-транспортную базу. Вот и получается, что я издеваюсь над соседями и над самим собой. Вдобавок, я нервирую творческих работников, имею в виду, художников, работа которых чаще зависит от вдохновения. Какое тут вдохновение, если их дергают с места на место из-за отсутствия необходимых в работе материалов. Ты мне много раз обещал решить вопрос со складами. Когда будет?

- Хорошо! Хорошо! - прервал меня, Насыров Сухроб. - Мы больше не будем откладывать этот вопрос и решим его прямо сейчас. Возле "Комсомольского озера" есть строительная база "Рагун". Директор базы Камолов Мамад-али. Он там сдает в аренду охраняемые складские ангары с полной сигнализацией каждого склада. Сейчас я дам тебе документ на право владения ангаром, снятым в аренду Городским Исполнительным Комитетом Душанбе. Ангар в полном твоем распоряжении до того времени, пока мы будем работать вместе. Как только разделимся, так ангар вернешь мне обратно. До этого времени сам построй себе склад.

Через час я ехал в направлении складов. Примерное расположение складов мне было известно. Наша машина резко повернула согласно указателю на дороге. Мы оказались на площадке у железных ворот с камерой наблюдения. Тут из калитки вышел здоровый парень с автоматом. Парень тупо посмотрел на меня.

- Вам, тут, что надо? - грубо, спросил он. - Перед площадкой стоит знак. Въезд на площадку всем запрещен.

- У меня письмо на аренду склада. - ответил я, предъявляя документ горисполкома. - Вот, читай документ.

Охранник взял свободной рукой лист документа. Посмотрел на городскую печать и на меня, как бы сверяя личность мою с личностью городской печати. Не найдя никакого сходства, охранник нажал на красную кнопку на щите у ворот и передернув затвор своего автомата, поставил его на предохранитель. Охранник отошел от меня на пять шагов и стал кого-то ждать. Парень тупо разглядывал меня и Гиззатулина Нигмата в машине. В его глазах не было никакого доверия к нам. Мы терпеливо ждали конечного результата от них. Минут через пять из железной калитки, рядом с воротами, вышел офицер вневедомственной охраны. Охранник что-то буркнул офицеру на ухо, показывая дулом автомата поверх моей головы. Офицер подозрительно осмотрел меня с ног до головы. Медленно пошел в мою сторону. Я вышел из машины навстречу.

- Предъявите свои документы. - сухо, сказал офицер, разглядывая направление горисполкома Душанбе.

Я достал свой паспорт из кармана пиджака и протянул его офицеру. Офицер подозрительно стал просматривать мой паспорт, переворачивая каждый лист документа. У меня лопалось терпение. Мне хотелось нагрубить тупому офицеру. Плюнув на все, уйти от секретного склада. Но я сильно нуждался в этом складе.

- Вам необходимо предоставить фотографию на пропуск, - неожиданно, заговорил офицер, - размером, два на три сантиметра. В любое время суток прийти сюда на оформление пропуска. Склад работает постоянно.

"Только ночью не хватало мне прийти сюда." - подумал я. - "Чтобы от дебила получить с дуру пулю в лоб."

- Я прекрасно понял вас. - как робот, ответил я. - Иду фотографироваться и все документы принесу к вам.

Попрощавшись с офицером, я повернулся к машине и чувствовал спиной, как охранник ведет стволом своего автомата в мою сторону. Охраннику оставалось снять предохранитель на автомате и нажать на спусковой крючок. От такого тупого охранника нам можно ожидать всего, ведь у них кроме силы нет мозгов.

- У меня прямо спина стала мокрая, от холодного пота. - признался Гиззатулин Нигмат, когда мы отъехали.

- Еще бы пару минут. Этот тупой охранник мог запросто выпустить в нас всю обойму из своего автомата.

- Ты прав! - переводя дыхание, согласился я. - Но мы к этому быстро привыкнем. Зато у нас будет самый надежный склад. Из такого склада никогда ничего не пропадет. Будем снимать склад, как можно быстрее.

На следующий день утром мы с Гиззатулиным Нигматом опять приехали к складам. В целях собственной безопасности, Гиззатулин Нигмат с машиной остался у дороги, я прошел на площадку к воротам складов.

- Проходите в кабинет Камолова. - любезно, пригласил меня, вчерашний офицер вневедомственной охраны, пропуская меня вовнутрь двора склада. - В здании конторы на втором этаже. Вас встретит охрана.

Офицер остался у ворот с охранником. Без сопровождения охраны я прошел в новое здание конторы и там поднялся на второй этаж, где меня ждала вооруженная охрана, которые проверили мои документы и пропустили дальше на второй этаж. Я прошел к двери с надписью "Директор Камолов Мамад-али". В приемной за столом сидела секретарша, молоденькая таджичка, лет двадцати. При виде меня, она нажала на кнопку селектора и что-то сказала на таджикском языке. Видимо разговор шел обо мне, так как жестом руки секретарша пригласила меня пройти в кабинет директора. Я также жестом руки поблагодарил девушку за приглашение. Затем не спеша открыл обычную дверь. Вошел в просторный кабинет ни чем не украшенный.

- Здравствуйте, Александр! - вставая из-за стола, приветствовал меня, Камолов Мамад-али, парень двадцати пяти лет от роду. - Я сейчас разговаривал по телефону с Насыровым Сухробом. Он спрашивал меня за вас, как идут дела с арендой склада. Я ему сказал, что ваш пропуск готов. Так что пользуйтесь складом. - Здравствуйте, Камолов! - деликатно, приветствовал я, директора базы и складов. - Рад с вами познакомиться. Вот мои фотокарточки на пропуск и необходимые бумаги. Думаю, что сегодня у меня будет склад. - Да, да, конечно, третий ангар ваш. - ответил Мамад-али Камолов, протягивая мне ключ и пульт дистанциионого открытия склада. - Вам следует запомнить код склада. Распишитесь в получении своего пропуска. Годность пропуска всего один год. Складом можете пользоваться в любое время дня. Все услуги для вас.