# Шаг к неизвестному.

Александр Сергеевич Черевков

В неизвестности тоже имеются знакомые места.

Шаг к неизвестному.

С началом нового учебного года я оказался в капкане своей повседневной работы, учебы и занятий в учебных заведениях, в которых я преподавал некоторые дисциплины по изобразительному искусству, политической экономии и предметам истории. Мой день начинался с первыми петухами и заканчивался тогда, когда мой организм просто уже не выдерживал. Я понимал, что, несмотря на мое крепкое здоровье, меня могло на долго не хватить. Надо было мне принимать какие-то меры, чтобы сократить свои невыносимые нагрузки. Иначе, мог сломать самого себя. Зачем тогда все мои старания в изобразительном искусстве и в бизнесе? Я положил на весы все, что у меня было, учебу, работу и преподавание. Что-то нужно было оставить раз и навсегда. Учебу в университете я бросить не мог. Осталось учиться всего два года. Вернуться на прежнее место работы, это нажить себе врагов в лице мафии, которые стараются выжить из меня все, что только можно для того, чтобы побольше набить деньгами свои карманы и счета в различных банках. Бросить преподавание в школе, статистическом техникуме и в техническом училище, это значит потерять педагогический стаж, который мог мне пригодиться при защите диплома и в дальнейшей работе после окончания учебы в университете. Выходило, что все мне нужно, я крепко засел в капкане своих обязанностей, оттуда мне уже долго не выбраться. Возможно, что придется мне пересмотреть расписание своей работы преподавателем.

Мое спасение пришло с той стороны, откуда я сам не ожидал. Возможно, что мои кассеты подействовали или Джафар уже подобрался слишком близко к мафии. Может быть, это мафиозным деятелям стало тесно в пределах Республики Таджикистан. Мафия решила через таких, как я, выйти за пределы республики для того, чтобы в других местах запустить своих агентов по "бизнесу". Я проанализировал все варианты, какие могли толкнуть Насырова Сухроба к такому действию. Но ничего себе конкретного так и не мог представить.

- У меня есть к тебе важное предложение. - начал издалека Насыров Сухроб. - Мне хочется тебе помочь. Ты смышленый парень и меня хорошо поймешь. Есть такое дело. Нам надо закрепиться в России и продвигаться в Европу с бизнесом из Республики Таджикистан. Скоро все предприниматели зарубежных стран и России рванут с бизнесом в сторону Средней Азии. Я не хочу, чтобы мы оказались в хвосте стремительного развития бизнеса. Так вот, я закреплю за тобой еще пару человек, которые будут курировать наш общий бизнес в Таджикистане. Ты никак не пострадаешь в зарплате. Будешь также получать деньги, как и раньше. Я оставлю за тобой все права руководителя нашего предприятия. Ты также будешь контролировать всю документацию, сдачу и прием объектом. Но ты не будешь принимать никакого участия в самой работе и в снабжении необходимыми материалами действующие объекты. Все это за тебя будут делать подотчетные тебе люди, которых мы оба будем контролировать и направлять в русло нужной для нас работы. Главной твоей задачей будет, кропотливое изучение движения бизнеса в странах Европы, в Республике Таджикистане и во всей Средней Азии. За это изучение бизнеса ты будешь лично от меня получать дополнительную зарплату. Но эту зарплату ты должен добросовестно отработать за литературой по бизнесу. Я тебе предоставлю всю новейшую литературу в этой области. Один раз в месяц, ты будешь отчитываться передо мной и комиссией Исполкома по бизнесу, которая будет собираться в назначенное мной время. Ты должен готовиться к своему отчету перед комиссией, точно также как ты готовишься к государственным экзаменам в университете. До конца учебного года ты должен знать бизнес, не хуже западных бизнесменов. За это время мы с тобой подготовим всю документацию к открытию твоего собственного предприятия по бизнесу "Производственного объединения "Дизайнер", так как ты этого сам хотел. Но это будет только трамплин для тебя в настоящий бизнес. Затем мы с тобой заключим письменный договор о сферах деятельности твоего предприятия. Я буду направлять действия твоего предприятия в нужное для нас обеих русло международного бизнеса. Доходы от этого предприятия, мы с тобой будем делить поровну. Ты можешь отказаться и вернуться в свое СМНУ-8, я не буду тебе препятствовать, если ты считаешь, что это тебе не под силу. У меня к тебе не будет никаких претензий. Ты добросовестно отработал то, что тебе доверил народ Таджикистана. Под твоим руководством и при твоем участии, восстановлены многие объекты, которые пострадали во время погромов в феврале 1987 года. Кроме того, тут были построены новые объекты. Поэтому я не могу тебя упрекнуть ни в чем. Но ты послушай совет друга, а не руководителя. Возьмись за это очень сложное дело, я не скрываю от тебя, что оно будет сложным. Зато после тебе оно вернется с лихвой. Так что подумай хорошо над моим деловым предложением. Тебя тут никто не торопит с ответом. Есть много времени на размышление с ответом.

- Что тут думать! - сразу, выпалил я. - То что ты мне предлагаешь, сниться с первого дна перестрой в нашей стране. Как только Михаил Горбочев сказал по телевизору, что в Советском Союзе будет развиваться международный бизнес, я сразу загорелся желанием непременно сделать свой собственный бизнес в искусстве.

- Вот и хорошо! - радостно, воскликнул Насыров Сухроб. - Прямо сейчас приступай к своим обязанностям. Вместе с Мирзоевым Вахобом перевези к себе домой книги по бизнесу, которые лежат у меня на полках в книжном шкафу. С этого дня ты можешь считать себя бизнесменом. По любому вопросу обращайся ко мне.

- До бизнесмена мне еще далеко. - сказал я. - Но как у меня будут дела насчет моей служебной машины?

- Я же тебе сказал, что от руководства нашего совместного предприятия ты не отстраняешься. - ответил Насыров Сухроб. - Поэтому и машину у тебя никто не забирает. Конечно, у твоего подъезда она стоять не будет. Но у тебя есть номер телефона машины. Ты можешь вызывать машину в любое нужное тебе время.

- Ну, тогда у нас полный порядок. - согласился я. - Сейчас позову сюда водителя за книгами и начну учебу.

- Обожди! - остановил меня, Насыров Сухроб. - У тебя во время учебы в университете и над книгами по бизнесу могут возникнуть непредвиденные расходы. Вдруг, встретишь где-то в магазине нужную книгу по бизнесу или еще что-то понадобиться. Вот тебе на эти расходы две тысячи рублей. Ты не обязан за эти деньги отчитываться передо мной. Но и не говори мне, что надо что-то тебе купить по этому вопросу. Решай все сам.

Я положил в карман две пачки сторублевок и пошел звать водителя, чтобы забрать из кабинета Насырова Сухроба книги по бизнесу, которых оказалось несколько десятков штук. Конечно, я знал, что книги по бизнесу, это не художественная литература, которую с интересом читают даже дети. Но чтобы было сразу столько много книг по бизнесу! Я этого не мог представить. Теперь мне придется ночью и днем изучать бизнес.

- Ты что это столько книг натаскал? - удивленно, спросила Людмила, когда пришла с работы. - Откуда они?

- С этого дня и до следующего лета, я буду учиться и работать дома. - ответил я, Людмиле. - Мне поручили изучать бизнес. Летом 1989 года у меня уже будет предприятие с бизнесом по изобразительному искусству.

- Вот хорошо! - радостно, воскликнул Артур. - Теперь мы будем миллионерами. Мне не надо будет учиться и работать. Каждый день дискотека, видео-бар. Гуляй, сколько захочешь. Все в доме будет иметься вдоволь.

- Это у тебя будет тогда, когда ты будешь миллионером. - сказал я, своему непутевому сыну. - Чтобы так балдеть, как ты размечтался, то надо всей семьей много работать и много учиться. Тогда ты будешь богатым.

- Ну, тогда я лучше всегда в нищете буду жить. - процедил Артур, сквозь зубы. - Зачем мне все это нужно?

- Конечно! Не учиться и за чужой счет балдеть, ты не отказался бы! - возмущенно, воскликнула Людмила.

- Учиться! Учиться! Учиться! Сказал дедушка Ленин. - вставила Виктория. - Я вот всегда буду всему учиться.

- Как только в школу пойдешь, так сразу по-другому заговоришь. - огрызнулся Артур, щелкая свою сестренку пальцем в лоб. - Это ты сейчас такая умная рядом с папой и мамой. Потом посмотрим, что ты мне скажешь.

- Потом тоже буду учиться! - толкая своего старшего брата, закричала Виктория. - Все равно буду учиться!

- Будешь! Будешь! - сказала Людмила, растаскивая детей. - Сейчас всем быстро умываться. За стол кушать.

Пока детвора с Людмилой сидели на кухне за ужином, тем временем я стал раскладывать на книжные полки всю литературу, которую я привез от Насырова Сухроба. Книг оказалось так много, что полок в нашем книжном шкафу не хватило. Мне пришлось класть книги сверху книжного шкафа и наверх серванта. Часть книг положил на телевизор и на полки хозяйственного шкафа на балконе. Я представил, что сколько много места еще займут книги, которые я буду брать в библиотеке нашего университета на свой пятый курс истории учебы в университете. Понадобиться дома мне сделать дополнительный стеллаж на балконе и еще тут же перегородку для книг. Наверно, прямо сейчас займусь этим. Зачем откладывать нужное дело на завтра? С этого дня я больше ни стал мотаться по объектам. С раннего утра и до поздней ночи учил бизнес и историю за пятый курс в университете. Голова моя раздувалась от изучения предметов. Мне даже казалось, что мои мозги прямо пытаются выбраться за пределы черепной коробки, чтобы лучше усвоить предметы бизнеса и истории, которые перемешались у меня в голове и никак не могли усвоиться в моем сознании. Я читал

не знакомые мне названия "ФОБ - поставки", "КАФ - стоимость и фракт", "СИФ - стоимость товара" и никак не мог понять назначения этих символов, которые требовались при отправки груза покупателю. Возможно, что это было как азбука для ученика первого класса. Мне надо было усвоить азбучную науку в бизнесе.

Я прекрасно понимал, что такая подача в мою сторону со стороны Насырова Сухроба еще не означает, что я полностью выбрался из капкана, который мне поставили представители мафии. Но это уже был шаг к неизвестному из западни. Я получил передышку в работе и в учебе. Все-таки я уже не мотался по объектам Республики Таджикистан. Мог свободно распределять свое время занятий по истории и бизнесу, с преподаванием уроков в учебных заведениях города Кофарнихон. Пора было подумать и о теме дипломной работы.

Осенью, перед первым семестром в университете, я решил съездить на городское кладбище в город Душанбе, чтобы почтить память Касымовой Зухры и Никифорова Сергея. За время своих безумных дней в работе и учебе, я никак не мог съездить на кладбище. Даже не знал. Были еще поминки за умерших в девять и сорок дней, как принято в христианской и мусульманской религиях? Мне никто не позвонил, так как это не принято делать, но и я сам совершенно забыл про поминки. Надо было теперь наверстать упущенное и добрым словом помянуть своих товарищей по учебе в университете и по международной экспедиции в горах.

Запоздала осень украсила своими цветами деревья и кустарники вокруг городского кладбища. Там у ворот кладбища стояла старушка в потертых лохмотьях, сквозь дырки которых было видно ее дряхлое тело. В ее протянутой ладони изрезанной глубокими морщинами лежал пятак, который блестел словно золото на темной коже ладони. Я пошарил в своем кармане, но ничего кроме сторублевки не смог найти. Мне неудобно было проходить мимо этой старой женщины без подачи ей милостыни. Я положил ей на шершавую ладонь сторублевку и старая женщина тут же упала без сознания при виде такой суммы денег на своей ладони. Пацан в джинсовом костюме, стоимостью за пару сотен долларов, рванул было чтобы подобрать сторублевку, которую уронила старушка. Мне пришлось замедлить шаг и показать кулак под нос пацану. Надо было поднять нищенку и спасти ее от публичного грабежа со стороны этого богатого пацана, который стоял рядом.

- Бабушка! Вставайте! - сказал я, старушке, пытаясь поднять ее с земли. - Я вас провожу отсюда подальше.

Старая женщина что-то пробормотала в знак благодарности и только сейчас я заметил, как все ее лицо, скрытое покрывалом от грязной тряпки, изуродовано до такой степени, что с трудом мне пришлось разглядеть на месте бывшего лица две щели на месте глаз и чуть ниже носа полоску рта. Все остальное на месте ее бывшего лица было сплошным шрамом от сильного ожога. Видимо, это она где-то погорела, когда обогревалась ночью в своем ветхом жилище. Просто удивительно было, как она могла сохранить свое зрение после такого ожога и вообще сама выжить. Может быть, что она ни так стара, как я думаю. Руки ее нежные.

- Вот вам еще сто рублей. - сказал я, этой старушки, когда проводил до автобусной остановки. - Садитесь в автобус и уезжайте отсюда подальше в центр города Душанбе. Иначе, эти пацаны вас подчистую обкрадут.

Я подождал, когда старая женщина вошла в автобус и уехала. Я обратно вернулся к воротам кладбища.

- Вот, держи! - сказал я, пацану в джинсовом костюме, который стоял рядом с ведром наполненным цветами. - Эта сотня твоя. Ведро с цветами мое. Сейчас вали ты отсюда. На обратном пути я тебе шею намылю.

Пацан какое-то мгновение удивленно посмотрел на сторублевку и тут же рванул в сторону города. Я взял ведро с цветами и медленно пошел наверх, в сторону могилы своих бывших однокурсников. Бездомная собака нанюхала колбасу в моем кейсе и тоже поплелась следом за мной в гору возле проволочной изгороди разделяющей кладбище на две части. Я ни стал отгонять собаку, может быть и мне, так же, как собаке, когда-то придется путаться у кого-то под ногами с целью получить пропитание. Но лучше об этом не думать. Впрочем, совсем недавно, я сам был почти в таком положении, когда жена рожала третьего ребенка, а у меня в это время не было работы. Если бы не помощь со стороны моей мамы, то и мне, как собаке, пришлось бы так попрошайничать за куском хлеба для пропитания своей семьи. Хорошо, что рядом была мама.

Еще издалека я увидел мраморную глыбу над могилой Касымовой Зухры и Никифорова Сергея. Глыба была отполирована до зеркального блеска. Со стороны мусульманского кладбища на глыбе был вырезан полумесяц и надпись на таджикском языке. Со стороны христианского кладбища на мраморной глыбе был вырезан крест и надпись на русском языке. "Никифоров Сергей Митрофанович - 1958 - 1988 г.г." Это Никифорову Сергею было всего тридцать лет. Касымовой Зухре только двадцать два года. Совсем молодые. Им жить и жить еще, а их больше нет. Сейчас бы у них первый ребенок пробовал бы что-то говорить и ходить. Я вытащил из ведра цветы и тут увидел, что рядом с могилой моих однокурсников такая же свежая могила с фотографиями на кресте. По фотографиям и надписи на кресте я узнал отца и мать Никифорова Сергея, родители которого умерли не достигнув еще пенсионного возраста. Огромный букет цветов, который был у меня в руках, я осторожно разделил на две части и разложил цветы на обе могилы, родителей и детей. Затем достал из кейса бутылку водки и закуску. В это время ко мне подошли могильщики, среди которых не было знакомых лиц. Значить тех могильщиков, которые вскрыли могилу Касымовой Зухры, возможно, посадили в тюрьму или выгнали с работы на христианском кладбище. Вот теперь новые траурные попрошайки-алкоголики стоят рядом со мной и жадными глазами следят за движением этой бутылки водки в моей руке.

- Давайте свои стаканы. Налью водки. - сказал я, могильщикам. - Помянем добрым словом хороших людей.

Мужики быстро достали из своих замызганных карманов грязные граненые стаканы, в которые я налил до краев водки и остаток водки налил в свой стакан, принесенный из дома с собой. Коляску копченой колбасы разделил поровну между собой, мужиками и бездомной собакой. Собака тут же скрылась с куском колбасы в зарослях кустарника. Мужики жалобными глазами проводили тут собаку с колбасой в зубах и молча подняли свои граненые стаканы с водкой за упокой умерших. Я тоже ничего не стал говорить. Много уже было сказано об этих раньше времени умерших людях. Все равно их нам не вернуть обратно, только наша память будет хранить их лица в нашем сознании до тех пор, пока мы будем жить и носить в себе память об умерших. Может быть, будет такое время, ни дай Бог этому случиться, когда мы позавидуем этим умершим, которые вперед нас вырвались из капкана жестокой жизни и нашли себе покой в другом мире измерения, который живые люди называют "тем светом". Пускай им, на "том свете", будет всегда прекрасно, чтобы они там нашли друг друга и больше никогда не расставались с семьей. Конечно, тут на этом свете им было бы лучше. Закончив поминки я опустил бутылку из под водки в пустое ведро и пошел к выходу из городского кладбища. Мужики тут же подхватили ведро с пустой бутылкой из под водки и поплелись следом за мной. В это же время из своего убежища выбралась бездомная собака и облизываясь после съеденной колбасы присоединилась к нашей группе, которая петляя между могилами вышла к воротам кладбища, возле которых выстроилась целая шеренга попрошаек и пацанов с цветами. Вся эта разношерстая толпа сразу ринулась ко мне. Может быть, это слух о добром мужике, который раздает сотни рублей каждому, уже разнеслась среди нищих и торговцев цветами или они просто пришли заниматься своим "бизнесом". Я ни стал уделять внимание присутствующим у ворот кладбища, а поспешил на посадку в автобус, который уже приближался к своей остановке, расположенной вблизи кладбищенских ворот. Толпа попрошаек проводила меня до автобуса. В этот день я никуда не пошел. Просто вернулся к себе домой и лег спать до прихода жены с работы, а моих детей с детского садика и со школы. Мне надо было хорошо выспаться и прийти в себя от выпитой водки на поминках, так как завтра рано утром надо ехать на занятия первого семестра пятого курса в университете. Нужно полностью сосредоточиться на своей учебе. Отбросить все из своей памяти, что может меня отвлекать и мешать занятиям. Главное, это учеба, а дальше будет видно, как все сложиться в моей судьбе. Возможно, что мне удастся выбраться из капкана, подставленного мафией, раньше того времени, когда ме-ня вместе с мафией загребут в тюрьму. Сидеть в тюрьме мне никак не хочется. Лучше быть нищим и свободным. Хотя, быть нищим тоже совсем не приятно. Надо стараться как-то мне наладить жизнь в своей семье.