# Смерть дочери

Александр Сергеевич Черевков

Смерть дочери.

Рано утром нового дня, с разбитым лицом и с многочисленными повреждениями на моем теле, рейсовым автобусом приехал к себе домой.

Там меня ждала следующая кара Всевышнего за мои греховные дела последней ночи в пионерском лагере "Горный воздух". Встретила меня жена с измученным лицом от бессонных ночей.

Сразу догадался, что случилась какая-то беда с моей маленькой дочерью Анжеликой, которой не было у нас дома в кроватке.

- Две недели назад Анжелика простыла в детском садике. - сказала мне, Людмила, не обращая внимания на мой вид. - Анжелику сразу положили в детское отделение больницы станицы Червлёной. Мне отказали быть с дочкой в больнице. Так как в детском отделении больницы нет мест матерям с маленькими детьми. Каждое утро и вечер приходила проведать нашу дочь. После простуды у нашей Анжелики начался понос. Врачи определили, что дизентерия и лечили от этой болезни. Как оказалось, позже, то у нашего ребёнка режутся зубки, а понос был просто побочным явлением, которое бывает у детей такого возраста. Сейчас врачи не знают, что делать с нашим больным ребёнком...

Ни стал слушать Людмилу дальше. С меня было достаточно того, что услышал о болезни моей любимой дочери. Тут же пошёл в контору.

Попросил автомобиль у директора, чтобы увезти дочь в республиканскую больницу в Грозный, где были толковые врачи государственного значения. Теперь лишь специалисты могли вылечить нашу дочь.

Коновалы станичной больницы не могли отличить таблетку витамин от таблетки слабительной. Такими лекарствами лечили мою дочь почти две недели без всякого результата на выздоровление. Надо спасать ребёнка.

- Прямо сейчас поеду с Анжеликой к профессору в Грозный. - сказал, направляясь на выход.

В станичной больнице, где было больше запаха смерти чем запаха жизни, меня встретило то, что осталось от моей прекрасной дочери. На больничной кровати от моей бывшей дочери лежали кожа и кости, в которых ещё теплилась жизни.

Не спрашивая разрешения у врачей, завернул своего ребёнка в детское одеяльце и тут же повёз Анжелику в республиканскую больницу в Грозном, который находился в тридцати километрах от станицы Червлённой.

Добирались мы туда около часа. Всю дорогу моя дочь стонала и была без сознания. Тоже едва не терял сознание.

- Если бы вы привезли свою дочь хотя бы неделю назад, то её можно было спасти. - объявил свой приговор профессор, который осмотрел мою дочь в республиканской больнице. - Сейчас поздно. Девочка умирает. Не могу помочь.

- Пожалуйста! Прошу вас! Попробуйте спасти мою дочь! - со слезами жалобно, попросил, профессора медицины.

Профессор ничего ни сказал мне в ответ. Просто приказал санитарам выделить ребёнку кроватку в палате тяжелобольных. Остался в приёмной палате до того момента, пока моя дочь была передо мной в ожидании приготовления койки в палате тяжелобольных.

Всё это время дочь находилась без сознания. Перед тем как отдать санитарам свою дочь, в последний раз поднял Анжелику к себе на руки и поцеловал в щёчку. В моей дочери пока теплилась надежда к жизни.

- Мой папа! Услышал, первые слова от моей умирающей дочери, которая лишь на мгновение пришла в сознание.

Эти первые и последние слова моей дочери были мне, как приговор и не наполнили мою душу радостью оттого, что отец впервые услышал речь от своего ребёнка. У меня тут же произошёл нервный срыв.

Началась ужасная истерика. Рыдал во весь голос и никак не мог успокоиться. Профессору пришлось вызывать санитаров и сделать мне какой-то укол упокоения.

Так как дошёл до такого состояния нервного срыва, что стал разбрасывать все и всех вокруг себя. Так что нескольким санитарам пришлось применять силу против меня, чтобы ввести в меня успокоительное быстродействующее лекарство, после которого быстро успокоился. Вскоре обмяк словно выжитая тряпка.

- Тебя отправить в психиатрическую больницу или ты сам можешь добраться домой? - строго, спросил меня, профессор. - У тебя сильный нервный срыв...

- Сам доеду домой. - спокойно, ответил, когда у меня прошла нервная истерика. - Меня внизу ждёт автомобиль. Всё будет нормально. Простите. Нервы сдали.

Домой вернулся с мыслями о том, что наш ребёнок дальше не выживет. Поэтому сразу договорился с водителем автомобиля, что завтра утром в последний раз мы поедем в город в республиканскую больницу за дочерью. Водитель видимо понимал, что моя дочь фактически умерла.

Так как он сам за время пути от станицы Червлёной до Грозного, видел состояние моей умирающей дочери Анжелики, которая была у меня на руках в кабине автомобиля. Поэтому водитель сразу согласился с моей просьбой. Сказал мне, что как только приедет с директором в контору совхоза, так сразу утром мы отправимся за моей дочерью в республиканскую больницу Грозный.

По приезду домой, не говоря Людмиле ни слова, стал собирать вещи Анжелики, чтобы в чём-то привезти труп дочери обратно домой. Видимо Людмила давно смирилась с тем, что мы потеряли своего первого ребёнка.

Измученная бессонными ночами, Людмила впервые уснула в детской пустующей комнате. Всю ночь был в другой комнате и никак не мог уснуть.

Мои мысли были наполнены тревогой о завтрашнем дне, в республиканской больнице города в палате у кровати с дочерью. Никак не мог согласиться с потерей своей первой дочери. Стараясь как-то отвлечься от траурных мыслей. Думал о том, что даже профессора делают ошибки в своих выводах о смерти людей.

Задолго до приезда директора совхоза стоял возле конторы с котомкой детских вещей. Григорьев Игорь ничего не сказал мне, когда приехал на своём служебном легковом автомобиле к своей конторе.

Он просто вышел из своего легкового автомобиля. Пожал мне руку, как пожимают руку с соболезнованием родственникам и друзьям, которые только что потеряли своего самого близкого человека.

Затем директор совхоза прошёл в контору. Сел в служебный автомобиль директора. Водитель развернул автомобиль в сторону Грозного, куда мы прибыли ровно через час.

- Мне можно забрать свою дочь? - с грустью, спросил в приёмной у дежурного врача.

По лицу дежурного врача было видно, что моя дочь Анжелика умерла в эту ночь. Только спросил у врача, как пройти в морг, чтобы там забрать труп своей дочери. Обычно труп родственника отдают родным только при наличии гроба.

Но видно сотрудникам больницы была известна моя вчерашняя истерика с погромом. Поэтому дежурный врач без единого слова в мой адрес выписал мне разрешение на получения трупа дочери в морге и показал куда пройти.

Прежде чем пойти в морг за трупом дочери позвонил по телефону в Беслан на шпальный завод, где работала крановщицей моя мама. Попросил администрацию завода сообщить моей маме, что в станице Червлённой сегодня умерла её первая внучка Анжелика в возрасте одиннадцати месяцев. Моя дочь всего один месяц не дожила до своего первого юбилея.

Моя первая дочь не дожила до дня рождения, когда можно покупать торт со свечей по самой середине. Поздравлять юбиляра с первым годом рождения, который теперь никогда не состоится у моей дочери.

Когда пришёл в морг за трупом своей дочери, то у меня обратно едва ни началась истерика из-за того, что увидел, как сотрудники морга сидят за обеденным столом там, где только что скальпелем разделывали труп моей дочери. Видите ли, у них обеденный перерыв. Они кушают также как все на своём рабочем месте.

- Вы, что, совсем разум потеряли?! - сорвался. - Перед вами лежит мой мёртвый ребёнок...

Устроил сотрудникам морга такой грандиозный скандал, что они поспешили как можно быстрее избавиться от трупа моей умершей дочери.

Сотрудники морга быстро надели на труп моей дочери ту самую одежду, которую привёз с собой. Они даже не поинтересовались о том, где гробик моей дочери, без которого не положено выдавать труп из морга.

Просто отдали мне переодетый труп дочери с сопроводительными документами о причине её смерти. В документах из морга указывалось, что моя дочь умерла от воспаленья лёгких и от пери истощенья организма от недостатка калорий.

Можно было прийти к такому выводу, что нашу простывшую дочь лечили совершенно от других заболевания. В результате чего ослабленный истощением организм из обычной простуды привёл ребёнка к воспалению лёгких с летальным исходом. Таких врачей готов был сразу растерзать в клочья за погубленную душу нашего первого любимого ребёнка. Вполне возможно, что так бы и сделал. Если бы нашёл семейку докторов коновалов, которые вдвоём, муж и жена, занимали фактически все посты врачей в станичной больнице. В результате чего в станице Червлёной была высокая смертность не только среди взрослых с естественной смертью по истечению возраста жизни, но также была высока смертность среди детей, которые даже не научились говорить о месте заболевания в своём теле.

Поэтому рядом со станицей сельское кладбище росло значительно быстрее, чем сама станица Червлённая.

В нашем молодёжном посёлке, где моя дочь была самой старшей среди детей, похороны моей дочери вылились в общий траурный день всех жителей посёлка "Бурунный". Среди траурной процессии, растянувшейся от посёлка до кладбища станицы. Из самых старших в отношении меня были лишь мои родственники, которые прибыли на похороны своей самой маленькой родственницы, которой не суждено было создать свой род метисов на земле терских казаков. Моя дочь ушла из жизни, даже не научившись сознавать происходящее с ней. Мы оба длительное время были в шоке от нашей семейной трагедии.

Судьба подло поступила в отношении моей дочери. Виновником в смерти дочери в первую очередь винил себя. Если бы не уехал на строительство цементного завода и там не согрешил в отношении своей семьи, то, возможно, смог бы вовремя спасти свою дочь от неминуемой смерти.

Ведь мне надо было всего на одну неделю раньше привести дочь к профессору республиканской больницы.

Тогда бы моя дочь осталась жива. Мне не пришлось, бы, сейчас оплакивать труп маленькой дочери. Впадать в нервную истерию в связи с безвременной утратой, своего первого ребёнка, которого горячо любил и сам погубил во время разлуки. Был готов умереть рядом с трупом своей дочки.

Во время опускания гробика дочери в могилу у меня случился припадок. В бессознательном состоянии свалился прямо в могильную яму своей дочери. Меня с трудом оттуда вытащили и поспешили закидать гробик дочери сырой землёй. В прямом смысле этого слова. Так как хоронили свою дочь во время проливного дождя. Хотя к этому времени по календарю была зима. Природа словно оплакивала уход нашей дочери. В результате чего, через неделю после похорон на могилке моей дочери вместо снега появились настоящие живые цветы. Природа достойно простилась с маленьким прекрасным ребёнком, которого создала природа. Мы с Людмилой были всего лишь участниками рождения ребёнка, которого не смогли уберечь от неожиданной смерти. Мы были на грани смерти от смерти дочки.