# Смерть на трассе.

Александр Сергеевич Черевков

Мистика и коммунизм оказались нам не доступными.

Смерть на трассе.

В 1972 году мы жили в поселке виноградарского совхоза "Бурунный", который находится сразу за станицей Червленная в сторону Шелковского района. В нашем совхозе жили и работали молодые пары со всего Советского Союза. Молодые женщины созревали быстрее, чем молодые виноградники. Почти каждый месяц в поселке рождался ребенок. Остро встал вопрос о строительстве детского садика на территории нашего поселка.

- Деньги у нас имеются, на строительство детского садика. - сказал Игорь, директор совхоза, на общем собрании совхоза. - Место на строительство детского садика определим согласно схеме развития нашего совхоза.

- Надо детский садик построить самый современный и самый красивый. - предложил Колосов Николай, секретарь партийной организации. - У нас самый молодежный и самый интернациональный коллектив на Кавказе.

- Говорят, что в ставропольском крае самые красивые детские садики в совхозах. - вступила в обсуждение вопроса Симакина Светлана председатель профкома. - Надо туда отправить в командировку нашего художника. Пусть он посмотрит, как оформляются внутри детские садики в совхозах. Сфотографирует насколько садиков.

- Света! Ты хоть соображаешь, что говоришь. - возмутился я, как художник и секретарь комсомольской организации нашего поселка. - Любая европейская страна по площади меньше Ставропольского края. В европейских странах хоть дороги хорошие имеются. Здесь у нас почти все дороги разбитые, а также транспорта у меня нет.

- Насчет транспорта и дорог можешь, не беспокоится. - решительно, сказал директор. - В сторону Нефтекумска и дальше по ставропольскому краю проложили новую трассу. До обрезки виноградника у нас две недели. Можно свободно съездить на пару дней по совхозам Ставропольского края и посмотреть детские садики. В пятницу мы так и сделаем. Поедут со мной комсорг и художник в одном лице, а также парторг и представитель профкома. Сразу могу сказать, что женщин с собой мы не берем. Дорога длинная и сложная. Женщинам не под силу...

- Понятно! Женщины могут помешать в загуле и в пьянке. - с иронией из зала заявил молодой женский голос.

- Мы едем не пьянствовать, а работать. - пресек директор совхоза, рассуждения о пьянке. - В дорогу с собой возьмем только бочонок сухого вина, чтобы в пути не пить соленую воду в источниках на солончаках. Вы сами знаете, что терскому казаку стакан сухого вина, это всего лишь напиток на утоление жажды в жаркую погоду.

В общем, сразу после собрания, мы стали основательно готовиться в дорогу. Новый автомобиль ГАЗ-69, по кличке "Бобик", загрузили сзади в багажник под самую завязку. Взяли с собой в дорогу на два дня все, что может пригодиться казаку. Бочонок сухого вина, кусок копченого мяса, домашняя колбаса, домашнее соление, свежее испеченный хлеб по батону на человека и все остальное, что наши жены сами добавили нам в "Бобик".

Конечно, казак в степи без ружья и на лиманах без сетки-накидки, это все равно, что стадо баранов без пастуха и без собаки. Дорога длинная и дикая. Большая часть трассы по безбрежным червленым бурунам и калмыцким степям. Вдруг, на нашем пути появится стадо степных баранов или лиман с рыбой. Не будем же мы отстреливать пальцем степного барана на шашлык, а рыбу на уху ловить ладонями. Все может нам пригодиться.

- От того, как вы упаковались, можно подумать, что вы уезжаете от жен навсегда. - подколола нас, моя жена.

- Людмила! Ты что плетешь? - удивленно, воскликнул я. - У нас в поселке самые красивые и самые молодые жены. Какой мужик от такого добра уедет? Мы все берем с собой в целях собственной безопасности в дороге.

Людмила больше ничего ни стала говорить мне. Задолго до рассвета, жена проводила меня до конторы, где стоял "Бобик" загруженный под завязку всем необходимым в дорогу. Директор совхоза Игорь, парторг Николай и член профкома Вася за рулем автомобиля, ждали, когда я присоединюсь к ним. Я сел на заднее сидение в автомобиле рядом с Николаем. Новый автомобиль с первого раза завелся. Мы выехали с поселка на трассу.

Хочется заметить, что в то время самому старшему из нас парторгу Николаю было всего тридцать лет. Директор Игорь, член профкома Вася, а также художник и комсорг Саша в одном лице были ровесники. Каждому из нас было всего по двадцать шесть лет. Самый такой интересный возраст у мужчин. Когда в голове разных прогрессивных планов больше чем винограда на плантациях нашего совхоза, который в то время был самый большой по территории на Северном Кавказе и самый перспективный совхоз в своем современном развитии.

- Поворачивай на червленые буруны. - забывая о равноправии в пути, привычно распорядился Игорь, когда за станицей Червленная появился указательный знак новой дороги. - Так нам будет ближе ехать до Нефтекумска.

Автомобиль повернул вправо. Вскоре мы нырнули вместе с трассой и с автомобилем между холмов с красной глиной и красным песком. По этому виду такие места называют "червленые буруны", то есть, красные холмы. Мы сразу словно оторвались от современной цивилизации. Окунулись в совершенно другое измерение жизни. Пейзаж вокруг асфальтированной односторонней дороги больше напоминал ландшафт красной планеты Марс, чем зелено-голубой планеты Земля. С первыми лучами восходящего солнца все вокруг нас горело красным цветом и искрилось от красных кристаллов песка. Создавалось такое ощущение, что мы едем сквозь раскаленную вулканическую лаву, которая вот-вот поглотит нас своим раскаленным языком, а мы погибнем в огне.

- Мы вообще зря наметили маршрут по новой дороге. - нарушив молчание, сказал Николай. - Ни мне вам рассказывать, что эти места пользуются дурной славой. Сколько разных слухов доходило при строительстве новой дороге и на ее пути строительства новых поселков, где не прижились люди. Надо было ехать другим путем.

- Ты со своими партийными нравоучениями хоть здесь помолчи. - разозлился Игорь. - Пока ты не вождь, чтобы выбирать нам путь. Парторг, а рассуждаешь, как религиозный нытик. Веришь во всякие приведения и явления.

Николай больше ни стал спорить с Игорем. Дальше мы поехали молча. Хотя в своих суждениях Николай в чем-то был прав. Эти места действительно давно пользовались дурной славой. Ходили разные слухи о пропаже людей и животных в этих местах. Рассказывали, что вдруг откуда-то неизвестно откуда в червленых бурунах появлялись всадники с доисторическим оружием. Всадники как появлялись, так исчезали неизвестно куда.

Конечно, современные люди посмеивались над рассказами старых казаков. Но когда при расширении совхоза в сторону червленых бурунов наткнулись на огромное поле засеянное скелетами лошадей и людей, то по неволи стали прислушиваться к рассказам старых казаков. По виду поля засеянного скелетами и сгнившими доспехами, здесь было крупное средневековое сражение, о котором не записано ни в одних исторических источниках. Даже поверхностный взгляд на место былого сражения, мог определить, что здесь сражались терские казаки с кочевниками. Скорее всего, этими кочевниками были татаро-монгольские войска. Среди местного населения других вооруженных войск на Северном Кавказе не было. По останкам доспехом и по оружию сразу было видно, что терские казаки были в меньшинстве. Но убили своих врагов больше, чем сами здесь пали...

Когда стали прокладывать новую дорогу по червленым бурунам, а также по калмыцким степям, то проблемы начались сразу. В некоторых местах земля под техникой проседала так сильно, что техника вместе с людьми поглощалась сыпучими песками. Прокладчики дороги меняли маршрут новой дороги. Отчего дорога вместо прямых линий получала зигзагообразные полосы, по которым на автомобиле не разгонишься и путь длиннее.

- Давайте заедем в поселок. - сказал Василий. - Надо воды залить в радиатор. Скоро будет жара. Мы закипим.

Небольшой современный поселок был чуть правее от нашего маршрута. Не больше километра от новой дороги. Белый поселок, словно мираж в красных песках. Вокруг никаких признаков жизни. Рядом ни одного деревца не видно. Даже издали можно подумать, что это всего лишь макет будущего современного поселка или декорация к съемкам какого-то фильма связанного с современной цивилизацией и пережитками нашей жизнь.

- Вам ни кажется, что здесь никто не живет? - с беспокойством, сказал Николай, рассматривая пустой поселок.

- Люди наверно спят. - с тревогой в голосе, сказал Игорь. - Сейчас только четыре утра. Самый сон у людей...

Мы ни стали слушать выводы Игоря. Разбрелись по поселку без улиц, в поисках воды для радиатора в автомобиль и себе голову надо было освежить перед наступлением жары. Вот только колонок с водой и каких-то источников воды в поселке не было видно. Как всем известно, никто из животных, в том числе и человек, без воды жить не может. Отсюда можно сделать вывод, что в этом поселке вообще нет ни одной живой души.

- Может быть, у них в поселке вода только в квартирах? - подсказал Игорь, направляясь к ближайшему двух этажному дому. - Надо спросить у людей воды из квартиры или хотя бы узнать, где у них краны с водой.

Нам не пришлось стучать чуть свет в квартиру на первом этаже. Так как дверь в квартиру была слегка приоткрыта. Мы сразу поняли, что в этой квартире никто не живет. Но из-за любопытства заглянули в квартиру. Прямо в зале квартиры в углу кучи гнилого тряпья лежала только что ощенившаяся самка степного шакала. При виде нас мамаша стала в позу защиты своего потомства и зашипела на нас словно ядовитая змея. Мы ни стали тревожить молодую мамашу. Потихоньку бочком удалились с места жительства семейства шакалов.

- Здесь люди давно не живут. - выбравшись из заброшенной квартиры, сделал Игорь свой очевидный вывод.

- Пока на нас не напали местные жители из числа хищников, нам надо уезжать отсюда. - тихо, сказал Николай.

- Нашел! Нашел воду! - закричал во всю глотку Василий, размахивая ведром. - Вон! За углом колонка стоит!

От крика Василия из всех окон и дверей заброшенного поселка повыскакивало различное зверье и птицы, которые с перепуга решили удалиться подальше от своего хорошо обжитого жилья, а также подальше от самого страшного врага, которыми могли быть люди. Неизвестно откуда пришедшие к ним из давно заброшенного места. Ведь не зря даже среди людей имеется поговорка, что нет в природе страшнее зверя, чем человек.

В колонке действительно была вода, которая видно текла под естественным давлением из скважины. Вот только пить эту воду было нельзя. Так же как нельзя такую воду заливать в радиатор. По своему вкусу вода была больше похожа на соляной рассол, который даже после сильной пьянки невозможно употреблять на похмелье. По сравнению с горькостью воды в колонке, вода в Каспийском море могла нам показаться сиропом.

- Здесь вообще нет пресной воды. - с злостью, сказал Василий, после того, как определил на вкус воду из крана.

- Вот куда выброшены народные деньги. - сказал Игорь, показывая на безлюдный поселок. - Страна дураков!

- Через час здесь будет жарко, как на сковородке. - сказал я, показывая на яркий диск солнца поднявшийся над красными холмами. - Нам надо ехать к ближайшему населенному пункту, чтобы залить радиатор водой. Иначе мы ожжем остаться без транспорта в пустом месте, где люди бывают случайно, как мы сегодня тут оказались.

- Если не найдем пресную воду, то придется радиатор автомобиля заправлять вином. - полушутя, сказал Игорь.

- Думаю, что до этого не дойдем. - смеясь, сказал Вася. - Я прихватил с собой канистру воды и канистру бензина.

- Ну, тогда по коням! - скомандовал Игорь, забираясь в салон автомобиля на свое место. - У нас впереди дорога!

От заброшенного людьми современного поселка мы выскочили на асфальтированную дорогу и помчались туда, где по нашим расчетам находились поселки заселенные людьми, а не зверьем и птицами. С лишком уверенные в том, что свои родные края мы знаем как свои пять пальцев, мы даже не подумали о том, что надо взять с собой хотя бы географическую карту данной местности, чтобы таким методом определять свое место нахождения. Ведь по не тронутому колесами автомобилей полотну дороги можно было определить, что такая новенькая дорога даже не определена на картах дорог по Северному Кавказу. Мы здесь были первопроходцами, как на своем автомобиле, так вообще со стороны людей, которые почему-то не прижились в поселке.

- Вот мы влипли по полной программе! - резко затормозив, закричал Василий. - Наше путешествие кончилось.

Когда мы вышли из своего автомобиля, то сразу поняли, почему в современном поселке давно не живут люди. Сколько могли мы видеть впереди себя. Перед нами вообще не было дороги. Полотно бывшей дороги провалилось в сыпучую массу песка. Такой песок повсюду. Вокруг проехать невозможно. Даже без карты мы знали, что в обратную сторону по этой не состоявшейся дороге до первого населенного пункта несколько сот километров. У нас, как в семье Ульяновых, было всего лишь два пути. Первый путь, вернуться обратно к станице Червленой и через наурский район выехать к Моздоку, а дальше по государственной трассе в сторону ставропольского края. Второй путь, найти твердую почву в калмыцких степях и выбраться в сторону Нефтекумска.

Вполне понятно, что мы, как наш вождь, выбрали второй путь, полный неожиданности и приключений. Мы развернулись обратно в сторону заброшенного современного поселка и ехали по дороге до тех пор, пока слева от нас появились твердые породы огромных пластов солончака. Нам с детства было известно, что такие огромные пласты солончака площадью с маленькое европейское государство, обязательно приведут нас куда-то. Вот только именно куда, мы в данное время не знали. Однако решили рискнуть и двинулись по солончаку.

В совершенно пустынной местности без признаков жизни, ориентируясь только по раскаленному диску солнца, мы катались по солончаку пару часов. Постоянно натыкались на высохшие лиманы со скелетами рыбы и хищников. В одном месте наткнулись на небольшую впадину с полу высохшим водоемом, в котором рыбы живой рыбы было больше, чем воды. Наверно где-то рядом под грунтом протекала река Кума, которая своей живительной влагой поила водоем с рыбой и с птицей. Они подкармливали друг друга и хищников тоже.

- Все! Остановимся здесь на обед. - решительно, распорядился Игорь. - От такой халявы нам будет стыдно уйти.

Насчет халявы Игорь был прав. Здесь рыбу на уху даже ловить не надо. Просто достаточно было зайти в воду и выбирать себе на уху любую рыбу. Рядом на другой стороне водоема паслось любопытное стадо сайгаков, которые наверно впервые увидели людей и на безопасном расстоянии разглядывали нас. Охотится на сайгаков в данной ситуации бесполезно. Они не подпустят нас даже на двести метров. Гоняться по солончаку за сайгаками бесполезно, только бензин зря сожжешь. Сайгак хозяин калмыцких степей и бегает быстрее машины.

Хорошо, что у нас собой было все, что нужно к хорошей ухе. Даже из пресноводных рыб можно было что выбрать. Нам крупно повезло. Непонятно каким путем вообще сюда попали рыбы. Таких мест в калмыцкий степях множество. Но мы никак не ожидали, что в таком водоеме встретим стерлядь. В общем-то речная рыба, стерлядь больше встречается в чистых ручьях и глубоких речных протоках. Наверно большая вода от реки Кума забросила сюда разновидную рыбу, которая акклиматизировалась и прижилась в таком чистом водоеме.

У нас получилась превосходная уха из двух рыб стерляди, больше нам не удалось поймать. Под такую уху даже за рулем автомобиля в безлюдном пространстве не грех было выпить. Кроме бочоночка с вином, кто-то прихватил с собой, на всякий случай, бочоночек самогона домашнего приготовления. Мы решили не мешать благородные напитки. Василий, будучи водителем нашего персонального автомобиля, позволил себе выпить стакан сухого домашнего вина. Остальные ни стали церемонится и с промежутком выпили по два стакана самогонки. Вдоволь насытившись ухой из стерляди с самогоном, а также тем, что принял желудок из нашего запаса, мы решили продолжить свой пут по солончаку. В надежде на то, что сегодня найдем поселение людей.

Однако наши надежды не оправдались. До конца дня мы петляли между бывшими лиманами со скелетами рыб, птиц, хищников и каких-то других животных. Может быть, даже со скелетами людей, которые также как мы когда-то заблудились в солончаках, а затем нашли тут себе вечный приют. Нам никак не хотелось оставаться здесь. Поэтому мы блуждали по безбрежному солончаку до того, пока нам ездить здесь стало опасно.

- Там вдали мерцают огни. - сказал Вася, когда мы остановились возле очередной сухой ямы. - Наверно там трасса. Но по такому бездорожью ночью ехать опасно и бензина может не хватить. Надо заночевать здесь.

- Думаю, что ты прав. - согласился Игорь, с предложением водителя. - Мы все устали. Нужно нам отдохнуть.

В отличие от места нашего отдыха с ухой из стерляди, здесь не было ничего, чтобы разжечь костер. Всюду один солончак. К тому же никакой необходимости не было разжигать костер. Все наши продукты можно было употреблять в готовом виде. Свежий хлеб, завернутый в махровое полотенце, выглядел таким, словно его только что вытащили из печи. Те продукты, которые имеют свойство портиться в пути, мы давно съели во время поездки. Бочонок с домашним вином как-то сам по себе утолил нашу жажду во время движения. У нас в запасе остались помимо хлеба бочонок почти нетронутого самогона и много разных копченых продуктов.

- На ночь нам всем не грех хорошо подкрепиться и выспаться до утра. - сказал Игорь, показывая на самогон.

- В таком отдаленном от людей месте никто не может побеспокоить наш покой. - сказал Николай, наливая в стаканы самогон. - Думаю, что пару детских садиков завтра посмотрим. Вернемся домой по главной трассе.

- Лично я больше никогда ни колесом, ни ногами не стану на такую дорогу. - сказал Вася, закусывая самогон, куском копченого мяса. - Сегодня за день весь измучился и страху набрался перед каждой ямой в солончаке.

- Завтра я сяду за руль, а ты будешь отдыхать. - с сочувствием в голосе, сказал Игорь. - Сейчас надо нам спать.

Все согласились с решением Игоря. Быстро убрали в багажник остатки продуктов и немного самогона на похмелье утром. Затем каждый уселся на свое теплое место, согретое за день солнцем и собственной задницей. Прикрыли двери автомобиля и при открытых стеклах на дверях автомобиля приготовились спать. Несмотря на то, что на календаре была поздняя весна, днем была ужасная жара, а вечером было прохладно и свежо. Видимо по этой причине мы заснули почти сразу, как только расположились на своих местах. Вполне понятно, что за всех я не могу сказать, у каждого свое и во время сна тоже. Однако лично я заснул через пару минут.

Несмотря на то, что сегодня у нас все было со словом "слишком", я имею в виду прогулку на автомобиле, выпивку и еду. Но все равно такое напряжение за день не помешало мне хорошо спать и видеть разные чудесные сны, в которых я был как бы в сказках своего давно ушедшего детства. Те же ободранные руки и ноги. Вечно разбитые колени. Даже вечно мокрый нос нашей собаки был настолько реальным, что я сразу открыл глаза.

- Волки! - закричал я во всю глотку, когда понял, что мокрый нос бывает и у волков. - Волки вокруг нас!

Перепуганные до смерти мои коллеги по приключению повыскакивали из автомобиля и в панике заметались. Я тоже выскочил из автомобиля и стал смотреть в ту сторону, откуда, только, что почувствовал запах псины и мокрый нос волка. На какое-то время мы даже забыли, что у нас в багажнике имеется охотничье ружье. Видимо наша вечерняя пьянка совсем не вышла из нас или только начинала набирать свою силу.

- Ты чего разорался как чокнутый? - потирая себе виски со сна, сказал Игорь. - Сам не спишь и людям не даешь.

- Я вам правду говорю. - стал оправдываться я, перед своими коллегами по несчастью. - Сквозь сон почувствовал что-то влажное у своего лица. От крыл глаза, а это волк меня обнюхивает. Вот я поэтому начал кричать.

- Наверно волка твой перегар привлек. Вот он решил понюхать. - вытаскивая из багажника охотничье ружье, сказал Николай. - Перед таким запахом даже волк не мог устоять. Сейчас мы попугаем волков и будем спать.

- Зачем пугать того, кого нет рядом? - неожиданно, услышали мы, из темноты чей-то голос. - Совсем молодой. Собаку от волка не можешь отличить. Волк умнее собаки, так близко к врагу человеку никогда не подойдет.

Мы повернулись на голос и только сейчас разглядели чабана с собакой, которая видимо, нюхала меня. Дальше за чабаном в полумраке паслось огромное стадо баранов. Я сразу понял, что мы выбрались из солончака. Где-то рядом имеется селение и поля пригодные под пастбище такой огромной отары овец. Наверно, это отара ни колхозная, а кочевников тавлинов. Огромную отару овец не может прокормить не один колхоз или совхоз.

Пока я размышлял о том, что вижу вокруг себя, в это время мои коллеги по приключениям и чабан от всей души потешались надо мной. Я только гримасничал на их возгласы и никак не мог оторваться от своих размышлений на совершенно другую тему. Наверно они подумали, что я немного того с перепугу тронулся своим разумом. Разглядывая в полумраке мое лицо, коллеги и чабан перестали смеяться. Теперь мне стало смешно.

Я так стал сильно смеяться, что все вначале отпрянули от меня, а после мы стали показывать друг на друга пальцами и хлопать друг друга по ладоням, как принято на Северном Кавказе проявлять свой высший восторг. Рядом с чабаном кавказская овчарка вначале смотрела на нас и на хозяина, словно хотела понять, что случилось. Патом не выдержала такого смятения и стала выть нудным голосом, как шакалы воют на луну. Чабан потрепал своего пса по холке. Шепнул псу что-то на ухо. Пес завертел хвостом и побежал вокруг отары овец.

- Аксакал! Мы заблудились в солончаках. - обратился Игорь к чабану, когда мы перешли на обычный разговор после смеха. - Вчера целый день не могли выбраться на трассу. Ты нам подскажешь, как выбраться отсюда.

- Чего тут подсказывать? - удивленно, спросил чабан. - Дорога рядом, а до трассы километра два. Вот только не понятно, как вы сюда попали? От вас до дороги близко. Но здесь даже трактор не пройдет. Ладно, утром выведу вас. Сейчас спите. Никто вас здесь не тронет. До рассвета осталось два часа. Я к вам утром приду с собакой.

Чабан вместе с собакой ушел в сторону отары овец. Видно было лишь силуэт его бурки и силуэт собаки, которая бегала между чабаном и овцами. Вскоре все растворилось в кромешной темноте. Над нами было звездное ночное небо без единого облака и без ночного светила. Был такой период между луной и месяцем. Когда месяц не готов появиться в звездном небе, а луна вообще не созрела к тому, чтобы озолотить пространство в небе.

- Где здесь дорога? - пытаясь вглядеться в темноту, спросил сам себя Игорь. - Вокруг ямы и колючки торчат. ..

- Хватит себя мучить. - ворча, недовольно, сказал Николай. - Утром все увидим. Сейчас укладывайся спать.

Игорь постоял пару минут, пытаясь разглядеть дорогу в том месте, куда указал чабан. Но там действительно ничего не было видно. Я уселся на свое место возле Николая. В целях собственной безопасности поднял стекло в двери автомобиля рядом с собой. Мне совсем не хотелось, чтобы меня кто-то обнюхивал и тем более облизывал. Пусть даже собака друг человека. Я с уважением отношусь к собакам, но только на расстоянии от себя. К тому же у меня на собак аллергия. Из-за собак мне пришлось покинуть цирк и место жительства у тещи. Теща моя, конечно не собака, но у нее в квартире живет точно такая собака болонка, на которую у меня аллергия.

Разбудил меня лай собаки, той самой, которая обнюхивала меня своим мокрым носом. Наверно я сильно понравился собаки чабана. В этот раз она обратно подошла с моей стороны. Но когда она убедилась, что меня через закрытое стекло нельзя понюхать и лизнуть. Тогда собака стала дружелюбно лаять, чтобы разбудить меня и привлечь к себе мое внимание. По дружелюбной морде кавказской овчарки было заметно, что ее можно даже погладить. Я так и сделал. Когда осторожно открыл дверь машины, чтобы не поранить собаку, я потрепал собаку по холке и погладил ее лохматую шерсть. Потом стал осторожно вытаскивать колючки с шерсти собаки. Мне с детства было известно, что кавказские овчарки любят, когда у них чистят шерсть от разных колючек.

- Ты понравился моей собаке. - сказал мне, чабан на взаимное отношение между мной и собакой. - Наверно у тебя была кавказская овчарка, раз знаешь, как обращаться с ними. Басмач обычно к чужим людям не идет.

- У меня в детстве было две собаки. - поддержал я беседу с чабаном. - Немецкая овчарка по кличке Джульбарс. Второй была кавказская овчарки по кличке Тарзан. Мы втроем были как неразлучные друзья всюду вместе.

- Красивые клички у собак Джульбарс и Тарзан. - с интересом, сказал чабан. - Щенков от Басмача я так назову.

После того, как Басмач дважды услышал от своего хозяина свою кличку, он осторожно отошел от меня и покорно сел рядом с хозяином. В ожидании приказа хозяина к работе. Понимая друг друга даже по гримасе, Басмач ни стал дожидаться приказа от хозяина, а только по взгляду хозяина Басмач понял, что надо гнать отару овец от полотна дороги, которая была за небольшим оврагом всего метров пятьдесят от места нашего отдыха.

Когда ночью чабан удивлялся, как мы сюда попали, то он был вполне прав. Вокруг места нашего ночлега были глубокие овраги. Только одна полоска твердой почвы солончак отделяла нас от возможной гибели. Но самое удивительное было в том, что наш автомобиль находился с другой стороны той самой неудачной дороги, от провала которой мы повернули в обратную сторону. Чуть дальше по неудачной дороге, километра два от нас, было видно по крышам, как мчаться в обе стороны грузовые автомобили. Легковых автомобилей не было видно, так как само полотно трассы было метра на два ниже нашего поля зрения. Поэтому мы видели ночью лишь проблески в небе отдельно пробегающих по трассе автомобилей. Трассы мы ни как не могли увидеть.

- Вам надо вернуться километра на два обратно по солончак. - стал объяснять нам чабан, как выбраться на трассу. - Затем объедите овраг и в обратном направлении вернетесь к перекрестку дороги и трассы. Дальше сами разберетесь. Там нет ничего, кроме слегка размытой дороги и кювета возле трассы. Всего вам доброго.

- Аксакал! Спасибо вам за помощь! - закричал Игорь в сторону уходящего от нас чабана. - Как ваше имя?!

Медленно удаляясь от нас вместе с собакой, не поворачиваясь к нам, чабан в знак приветствия поднял свою руку с палкой и продолжил свое движение в сторону отары. Игорь посетовал на то, что мы нехорошо отнеслись к нашему спасателю. Не угостили тем, что имеется у нас из продуктов в багажнике. Наверно он был голоден. Все-таки сутками в степи без продуктов и без питья, к тому же мы даже не спросили у него как зову спасителя.

- Игорь! Ты рассуждаешь прямо как мальчишка. - разозлился Николай. - Мясо и целебный напиток целыми сутками крутятся у него под ногами. Ему совсем не нужны наши продукты и напитки. Вот имя не мешало знать...

Игорь и Николай вскоре перешли на другую беседу. Я сидел и думал о ночном визите собаки и чабана. Помню отчетливо, что чабан, собака и отара овец пришли со стороны дороги. Выходит, что между нами и дорогой не было никакого провала. Даже по пьянке я не мог ошибиться. Ведь когда ночью чабан что-то шепнул на ухо своей собаки, то она побежала отгонять отару овец с полотна дороги. Мало того, рано утром, пока все спали в машине, то вокруг нашей машины было огромное стадо овец. Когда мы вышли утром из машины, то огромная отара овец была по другую сторону оврагов, которые, как уверял нас ночью чабан, даже трактор не пожжет переехать. Не один уважающий себя чабан не оставит отару своих овец без присмотра на другой стороне оврага.

Я обратил свое внимание в сторону чабана с собакой и с огромной отарой овец. Но там вдали никого не было. Просто так в одно мгновение не могли исчезнуть с близкого расстояния чабан с собакой и огромная отара овец. Можно допустить, что чабан с собакой спустились в овраг, в чем я сильно сомневаюсь. Но что бы в одно мгновение исчезло с поля зрения огромное стадо животных. Такое вообще не возможно было представить.

- Вася! Останови машину! - закричал я на водителя, который с испуга чуть не свернул в овраг. - Отара исчезла!

- Сашка! Ты что по пьянки совсем свихнулся. - закричал на меня водитель. - Мы чуть в овраг сейчас не улетели.

- Ну, ты в натуре, достал нас своими выходками. - прямо по блатному, воскликнул Николай. - Поехали дальше!

- Вы меня не поняли! - выходя из машины, воскликнул я. - Чабан с собакой и отара овец совсем исчезли из виду.

- Ну, и что?! - возмущенно, спросил Игорь. - Спустились в овраг, чтобы там, в тени отдохнуть днем от жары.

- Ты хоть соображаешь, что говоришь!? - возмущенно, закричал я. - Овцы не собаки и не козы. По оврагам не могут лазить. Тем более там, где даже трактор не пройдет. Кроме того, в отаре было несколько тысяч овец.

Видимо остатки вчерашней пьянки окончательно вылетели из головы моих коллег по приключению. Все трое вышли из автомобиля и стали даже на цыпочках подниматься, чтобы хорошо рассмотреть ту даль, которая была перед нами ровная, как бильярдный стол. До самого горизонта вокруг нас отчетливо просматривалась вся территория. Но вблизи и тем более в дали не было никого и ничего. Одно пустое пространство.

- Может быть, вообще не было никакого чабана с собакой и с отарой овец?! - дрожащим голосом, сказал Вася.

- С ума сходят поодиночке, а не коллективно. - со злостью, сказал я. - По-твоему колючки я сдирал с кустика, а ни с шерсти собаки. Мне кажется, что мы с вами попали в аномальную зону или в другое измерение жизни.

- Да слышал я многократно раз твои бабушкины сказки, про "Чертову гору" возле города Гудермес. - махнув на меня рукой, сказал мне, Игорь. - Со школьной скамьи ты мне надоел. Хватит травить лясы. Поехали дальше!..

Вася и Николай с минуту посмотрели в разные стороны. Затем обратно разместились на своих местах в салоне автомобиля. Как нам сказал чабан, через пару километров мы повернули вокруг оврага и направились в обратном направлении на перекресток между дорогой и новой автомобильной трассой. Проезжая мимо оврага рядом с тем местом, где мы были всего минут, мы стали смотреть во все стороны. Отары овец нигде не было.

- Мне это место хорошо знакомо! - вскрикнул Вася, как только мы выехали на трассу и автомобиль сразу заглох. - Это место печатали в журнале "Крокодил". Там стоит высоковольтный столб, а трассу проложили вокруг столба. Больше такого нигде в мире нет. Кроме того, там весит плакат на злобу США. На одной стороне плаката написано "Догоним и перегоним Соединенные Штаты Америки". На другой стороне аварийный плакат с автомобилями. На плакате написано "Не уверен - не обгоняй". Правда, прикол отличный тут получился?

- Мне тоже известно кое, что про эту трассу. - испуганно, сказал Николай. - Говорят, что когда в этом месте прокладывали дорогу, то к строителям пришли два старика. Старики сказали строителям, что здесь нельзя прокладывать дорогу. Это самое гиблое место. Здесь когда-то хоронили самых поганых людей. Если здесь появится дорога, то вся нечисть выползет из-под земли наружу. Будет много бед обычным людям. Несмотря на то, что при прокладке дороги в этом месте строители действительно нашли много странных захоронений, которые отличались от христианских, исламских, буддийских и других захоронений. После того, как открыли дорогу, то в первый же день произошла беда. Откуда-то на трассе появилась старуха с клюкой. Пассажирский рейсовый автобус, переполненный людьми и грузовой автомобиль, делая маневр, чтобы не сбить старуху, столкнулись между собой и взорвались. Сгорели все пассажиры и водители. Очевидцы видели в огне ту старуху...

- Ладно! Хватит вам болтать всякую чушь! - разозлился Игорь. - Мы так с вами сегодня никуда не приедем...

- Мы и так сегодня никуда не приедем. - сказал водитель. - У нас бензин кончился и канистра давно пустая.

Мы стали голосовать с канистрами в обе стороны трассы с надеждой на то, чтобы стрельнуть бензин, хотя бы до ближайшей заправочной станции. Но на трассе, ни один автомобиль перед нами не останавливался. Не понятно почему, автомобили мчались на участке этой трассы с огромной скоростью. Словно пытались проскочить гиблое место или по той причине, что на этом участке трассы не было постов ГАИ. Можно устроить гонки.

Прошло больше часа наших бесполезных попыток стрельнуть хоть ведро бензина. Мы вынуждены были выкатить свой автомобиль на проезжую часть трассы в том направлении, куда мы хотели поехать. Вдруг, не понятно, откуда, в нашу сторону появился ГАЗ-69, точно такой автомобиль, как наш "Бобик". Из автомобиля вышли четверо парней, примерно нашего возраста. Мы сразу заняли оборону. Подумали о предстоящей драке.

- Вы, что, мужики, на нуле с бензином?! - как ни в чем не бывало, спросил нас рослый парень. - Так мы вас спасем. Нам некогда цедиться с бака с бензином. Мы вам даем две канистры бензина. Вы нам свои канистры пустые. Мы почти приехали. Нам хватит бензина доехать до места, а вам придется долго ехать к себе домой.

Парни достали из багажника своего автомобиля две канистры полные бензина. Поставили свои канистры перед нами. Взяли взамен наши пустые канистры. Сели на свой автомобиль и вскоре скрылись в сторону высоковольтного столба, вокруг которого проложили трассу. Не понятно, что с нами случилось, но за время присутствия этих парней мы не выдавили из себя, ни единого слова. Мы четверо словно оцепенели неизвестно от чего.

- Давайте откатим автомобиль с проезжей части дороги. - как ни в чем не бывало, первым сказал Вася. - Ни дай бог на нас налетит какой-нибудь лихач на грузовом автомобиле. Заправим свою машину на обочине дороги.

Как только мы успели спихнуть свою машину на обочину, как тут же мимо нас на огромной скорости промчался грузовой автомобиль, который едва не зацепил нас вместе с нашей машиной. Мы просто успели отскочить в сторону, а Василий так сиганул на капот нашей машины, что чуть не перелетел прямо в кювет. Мы выругались в сторону лихача в грузовом автомобиле. Немного придя в себя, стали заправлять машину бензином.

Не успели мы проехать километра мимо известного всем плаката про США и про аварию на дороге. Как впереди нас, не вписавшись в поворот вокруг высоковольтного столба, на большой скорости чиркнул легковой автомобиль об кусок металла торчащего из ограждения высоковольтного столба. Прямо перед нашими глазами потерпевший аварию легковой автомобиль стал крутиться в ритме вальса и отлетел на обочину дороги.

Василий ударил по тормозам. Рискуя быть сбитым проходящими на большой скорости автомобилями, побежал к автомобилю потерпевшему аварию. Мы все трое побежали за Василием. Вполне понятно и вполне естественно, что мы хотели помочь пострадавшим. Однако наша помощь оказалась совершенно не нужной. В легковом автомобиле торчащей железкой из загородки вокруг столба, только сорвало заднюю дверь. В самом автомобиле на передних сидениях были двое мужчин. Пока мы бежали к пострадавшему автомобилю, водитель автомобиля взял сорванную от автомобиля заднюю дверь. Положил оторванную дверь в багажник своего автомобиля. Сел за руль своего автомобиля. Не обращая на нас ни какого внимания, поехал туда, куда ему надо.

- Здесь действительно какое-то проклятое место. - сказал я, направляя через дорогу к нашему автомобилю.

Пока мы перебегали дорогу к своему автомобилю, то нас еще дважды чуть не сбили лихачи на своих автомобилях. Здесь еще для видимости такое неудобное место, что даже при малой скорости можно совершить аварию. С северной части трассы небольшой поворот и спуск к высоковольтному столбу. С южной стороны трассу прикрывает небольшая возвышенность с углубление на полотне дороги. Ко всему здесь постоянно стоит туман. Видимо где-то под почвой источник теплой серной воды, которая через почву просачивается наружу. Чувствуется кисловатый привкус воздуха и какой-то непонятный запах, который дурманит человеку его разум. В таком гиблом месте вообще нельзя находиться людям и животным. Не понятно, зачем тут проложили трассу?

Едва мы удалились от высоковольтного столба, как справой стороны от себя увидели совершенно свежую аварию, от которой еще коптили остатки не догоревших двух легковых автомобилей. От того момента, как мы заправляли свой автомобиль и со всеми происшествиями на коротком пути нашего следования, прошло чуть больше часа. В этом промежутке времени произошла авария легковых автомобилей, рядом с которыми успели побывать службы ГАИ, скорой помощи и пожарники. Следы их присутствия видны повсюду. Раненых или мертвых пострадавших при аварии увезли с собой с места аварии. Здесь остались лишь сгоревшие машины.

- Вася! Посмотри! Твои канистры. - сказал я, водителю, когда мы не выходя из машины разглядывали аварию.

Рядом с обгоревшим автомобилем ГАЗ-69 валялись две пустые канистры с логотипами нашего виноградарского совхоза "Бурунный". Такой логотип, как товарный знак нашего совхоза, придумал я, когда стал работать художником-оформителем в виноградарском совхозе "Бурунный". Меня поддержали комсомольская, партийная и профсоюзная организации по всем направлениям. Вскоре придуманный мной товарный знак совхоза стал лицом нашего совхоза, который вскоре стал известен на весь мир по книге "Вина и винограды Советского Союза". Такая книга вышла на многих зарубежных языках и распространялась бесплатно представителями виноделия Советского Союза на международных выставках советского вина. Большая часть книги посвящалось перспективному выращиванию виноградников в песках на червленых бурунах, то есть в нашем совхозе.

- Я так думаю, что тот парень, который дал нам бензин, знал, что бензин им больше не нужен. - задумчиво, сказал Игорь. - Помните, он сказал: " Нам хватит бензина доехать до места." Словно знал, что они погибнут тут.

- Поездка наша выдалась на славу. - траурным голосом, процедил Николай. - Как бы нам не остаться здесь...

- Ладно! Не будем мы о своем грустном говорить. Поехали дальше. - сказал Игорь, показывая рукой вперед.

Василий нажал на кнопку сигнала своего автомобиля. "Бобик" выдавил из себя траурный сигнал в память своего собрата преждевременно погибшего при аварии. Мы медленно поехали вперед к тому, что могло нас ждать в этом гиблом месте на каждом метре нашего пути. Даже без рассуждений и без разговоров у нас четверых на душе было предчувствие какой-то опасности. Мы просто сидели в своем автомобиле и смотрели туда, где в любой момент может произойти какое-то ужасное происшествие. Как раз в это время нас обогнал очередной лихач на грузовом автомобиле с огромным стогом сена. Навстречу ему двигался большой бензовоз.

- Смотрите! Старуха перебегает трассу! - закричал Василий и нажал на тормоза. - Сейчас будет новая авария...

Не успел Василий высказать свои выводы, как два больших автомобиля вильнули вокруг старухи на трассе и лоб в лоб врезались друг в друга. Два больших автомобиля, словно две огромные взбесившиеся собаки вцепились друг в друга. Через мгновение раздался оглушительный взрыв. Оба автомобиля взорвались в одно мгновение. Горящий бензин стал разливаться по трассе рекой из бензовоза. Василий задним ходом стал быстро сдавать назад наш автомобиль, как можно дальше от горящих автомобилей. Далеко сдавать не пришлось. Сзади нас стояли другие автомобили. Мы выскочили из своего автомобиля и побежали как можно дальше от возможного взрыва нашего автомобиля от горящего языка бензина, который тихо продолжал течь из бензовоза.

На том месте, где произошла авария двух больших автомобилей, была небольшая возвышенность. Можно сказать, что просто бугорок. Но этого бугорка было достаточно, чтобы горящий бензин добрался до автомобилей, скопившихся с обеих сторон аварии за несколько секунд. Мы стояли на безопасном расстоянии и внимательно следили за тем, как горящий язык пламени медленно ползет в сторону нашего автомобиля заблокированного сзади другими автомобилями. В этот момент за горящим бензовозом раздался взрыв. Наверно язык пламени добрался до заблокированного автомобиля с другой стороны аварии. Кто-то остался без автомобиля.

Горящий язык бензина не добрался до нашего автомобиля на расстоянии двух метров. К этому времени подъехали службы ГАИ, пожарной и скорой помощи. Пожарники сильными струями воды из своих шлангов заглушили вначале бензин возле скопившихся автомобилей с двух сторон автомобильной аварии. Затем направили воду в сторону горящих автомобилей, с которых остались одни лишь куски сильно обгоревшего металла.

- Кто из вас видел, как произошла авария? - стал по горячим следам опрашивать гаишник живых свидетелей.

- Мы видели! - решился Василий засвидетельствовать происшедшую аварию. - На трассу выскочила старуха...

- Какая старуха!? Ты чего плетешь? - разозлился гаишник. - Здесь за десятки километров вообще нет людей!

- Парень правду говорит. - заступился за Василия из толпы пожилой мужчина. - Я тоже видел старуху на трассе.

- Мы тоже видели как между машинами была старуха. - стали подтверждать со всех сторон. - Из-за нее авария...

- Так, где же та старуха, которая перебегала дорогу перед двумя машинами? - удивленно, спросил гаишник.

- Вот она!? - закричал рядом стоящий мужчина и показал в сторону горящей машины. - Она в кабине за рулем!

Все посмотрели в сторону догорающей кабины автомобиля. За рулем догорающего автомобиля сидел скелет человека с чем-то накинутым на обгоревший череп человека. Такой вид скелета сильно напоминал старуху перебегающую по автомобильной трассе, из-за которой случилась авария. Присутствующие несколько секунд обезумевшими глазами смотрели на ужасное зрелище. В этот момент челюсть скелета головы слегка качнулась, словно череп засмеялся над нами. Через мгновение скелет рассыпался как неудачная игрушка из костей.

Когда ужасное зрелище со скелетом за рулем прекратилось, сквозь полную тишину за толпой раздался какой-то непонятный шорох с двух сторон трассы. Присутствующие обернулись в сторону шороха. Со стороны трассы в сторону солончаковых степей стоял тот самый таинственный чабан с собакой и с огромной отарой овец. С другой стороны трассы стояли два старика с посохами в странных одеждах, которые никто не носил в наше время. Оба старика и чабан своим видом напоминали представителей христианства, ислама и буддизма. Даже черты лиц неизвестно откуда взявшихся стариков, сильно напоминали нам черты местных народов.

Старики и чабан с собакой, несколько секунд молча, постояли по обе стороны трассы, как бы с сочувствием слегка раскачивая головами. За тем старики и чабан с собакой, не сговариваясь между собой, развернулись в разные стороны и медленно стали удаляться в разные стороны. Все присутствующие на трассе, словно окаменели на какое-то время, не могли сдвинуться от того, что увидели собственными глазами. Так и стояли до того времени, пока с одной стороны два старика, а с другой стороны чабан с собакой и с огромной отарой овец словно растворились в пространстве на линии горизонта и людьми возле аварии на автомобильной трассе.

Когда удивительное зрелище с двух сторон автомобильной трассы прекратилось, все присутствующие попадали на колени. Каждый стал молиться по своему, своему Богу, к которому относился по своему вероисповеданию. Даже атеисты, в том числе наш парторг Николай, приступили к молитве. Я тоже, будучи атеистом и комсомольским вожаком в совхозе, вспомнил, как молились старики в нашем древнем роде терских казаков. Так же стал молиться. Просить Бога, чтобы он дал нам возможность целыми и невредимыми вернуться домой.

Мне неизвестно Бог услышал нас или нет. Но только после того как на трассе расчистили к вечеру дорогу к дальнейшему продвижению транспорта. Мы больше не имели желание смотреть красивые детские садики в совхозах ставропольского края. На небольшой скорости мы проехали несколько километров от места ужасной аварии. Затем повернули на государственную трас кавказскую автомобильную магистраль. Повернули в обратную сторону. Но сразу домой не поехали. Так как потрясенные всем увиденным за двое суток, мы больше не могли находиться в постоянном движении. Нашим душам и телам требовался обычный отдых на одну ночь.

Не желая больше подвергать себя каким-то потрясениям, мы решили заночевать в городе Моздок. Здесь у нас у всех четверых были родственники. Но мы решили не беспокоить своих родственников своим неожиданным появлениям. Тем более мы прекрасно знали, что в гостях у родственников без пьянки не обойтись. После того, что мы пережили, нам было не до пьянки. К тому же нам завтра в воскресенье надо привести себя в порядок, чтобы рано утром выйти на работу такими, какие мы были во все рабочие дни на протяжении многих лет.

- Мы сильно устали с дороги. - обратился Игорь, к капитану милиции, на центральном посту ГАИ в Моздоке. - Нам надо отдохнуть, а рано утром выезжать домой. Можно отдохнуть в машине под крылом нашей милиции.

Капитан милиции по этому случаю рассказал Игорю какой-то анекдот. Они оба долго смеялись. Тем временем дежурным на посту в целях бдительности проверил наши документы и показал нам на то место, где мы можем поставить свой автомобиль на отдых до рассвета. Выполняя требования инспектора ГАИ, Вася поставил наш автомобиль в углу служебной парковки ГАИ. Почти за сутки мы вспомнили, что голодны. Устроили себе не большой пикник на территории ГАИ. Допили и доели все, что имелось у нас в запасе в багажнике автомобиля.

После своего пикника убрали вокруг себя все то, что называется объедками. Затем разместились по своим местам в автомобиле, который за двое суток нашего путешествия стал нам словно дом родной, но без женщин.

Проснулись мы перед самой зарей, когда у гаишников самый хороший сон. Так как на автомобильной трассе нет ни одного транспорта. Прежде чем отъехать от поста ГАИ, мы вынуждены были разбудить на посту дежурного гаишника. Поблагодарили его за приют, оказанный нам на ночь на посту ГАИ. Дежурный гаишник, зевая и кивая головой в знак благодарности, поудобнее уселся в своем кресле и, не дожидаясь нашего ухода заснул.

- Поедем через наурский район. - сказал нам, Игорь, усаживаясь за руль автомобиля вместо Васи. - Так ближе.

В знак согласия мы промолчали. За двое суток совместного путешествия с разными приключениями мы так надоели друг другу, что нам было не до разговоров вообще. Поэтому каждый сидел на своем до чертиков надоевшем месте и думал о чем угодно, но только не о том, что думали другие. Вообще-то вполне возможно, что мы четверо думали об одном и том же. Но разве можно прочитать чужие мысли даже хорошо знакомого человека?

Когда в начале рассвета после наурского района мы стали подъезжать к станице Червленая. В том самом месте, где двое суток тому назад наш автомобиль повернул в сторону червленых бурунов. Со стороны червленых бурунов в первых лучах восходящего солнца началось какое-то странное свечение никак не похожее на восход солнца просачивающегося сквозь кристаллы красного песка из-за красных холмов за автомобильной трассой.

Игорь остановил автомобиль на обочине трассы. Мы четверо осторожно, не сговариваясь, вышли из автомобиля, чтобы полюбоваться ранее не видимым нами зрелищем. На фоне красно-золотистого цвета пробивающихся к темному небу первых лучей восходящего солнца, стали клубиться маленькие белые и серые тучки, которые вскоре оказались огромной отарой овец. Впереди огромной отары овец отчетливо можно было разглядеть силуэт чабана и его верной собаки. Мы словно завороженные смотрели на эту неожиданную встречу.

Если при первой нашей встречи с таинственным чабаном мы могли сослаться на наш сильный перепой. При второй встречи с чабаном и со стариками можно было все списать на наше сильное потрясение от ужасного зрелища при автомобильной аварии на трассе. То сейчас мы были вполне трезвые, хорошо отдохнувшие, сытые и при полном здравии ума. Отсюда можно было сделать вывод, что видение перед нами вполне реально.

Совсем не понятно, сколько времени мы любовались таким удивительным зрелищем. Может быть, одного мгновение, которое нам показалось прекрасной вечностью. Но, вдруг, из-за силуэта чабана брызнули ослепительные лучи восходящего солнца. От неожиданности мы закрыли глаза, как от электрической сварки, лишь на одно мгновение. Когда мы открыли глаза, то перед нами было обычное утро, которое мы видим постоянно.

- Перед нами был наш ангел хранитель. - задумчиво, сказал Николай, атеист и парторг, сразу в одном лице.

- Кто был тот парень, который точно сказал, что мы вернемся домой не скоро. - с любопытством спросил Вася.

- Наверно наш ангел-хранитель был в лицах всех тех, кто спасал нас от гибели двое суток. - пояснил Игорь.

- Конечно и те гаишники, которые приютили нас в эту ночь на своем посту. - с иронией в голосе, добавил я.

Все засмеялись и тут же отправились в последний раз на свои места в салоне автомобиля. "Бобик" радостно заворчал своим двигателем и помчал нас, своих чокнутых пассажиров, мимо станицы Червленая, в сторону поселка "Бурунный" с одноименным виноградарским совхозом. В это раннее воскресное утро станица и поселок в своем большинстве спали. Исключением были бабы, которые возвращались после ранней дойки своих домашних коров и скрипели калитками так, что было слышно нам со стороны дороги и видно было силуэты баб.

Первым из автомобиля вышел парторг совхоза. Всем партийные личности жили ближе к центру станицы. Так как директор совхоза жил на краю станицы в своем доме ближе к доверенному ему хозяйству, то Игорь остановил автомобиль на дороге прямо напротив своего дома. Не говоря нам не слова, Игорь отправился к себе домой. Вася передвинулся за руль автомобиля. Мы вскоре повернули под арку поселка. Совершенно новый дом, в котором жил Вася со своей семьей и такой же новый дом, в котором жил я со своей семьей, находились на одном расстоянии от конторы. Вася остановил автомобиль рядом с конторой. Мы не говоря ни слова друг другу, разошлись по своим квартирам в разные стороны. У нас было предчувствие скандала в семье за наш прогул.

- Ты где болтался целую неделю? - открывая дверь, шепотом, спросила жена, чтобы не разбудить спящую дочь.

- Какую неделю? - удивленно, спросил я, жену, всего две ночи в пути переспали. - Ты че, без меня того поехала?

Людмила ни говоря мне, ни единого слова проводила меня с порога в зал нашей квартиры. Предварительно выключила звук в телевизоре, чтобы не разбудить спящую дочь, лишь после этого включила телевизор. На черно-белом экране что-то замелькало. Затем как в немом кино на черно-белом экране появилась дама. Она без конца открывала, без звука свой рот, славно перед своей смертью глотала в последний раз в чистый воздух.

- Читай на экране телевизора, какое сегодня число. - как змея, прошептала на ухо жена. - Рассказывай, где был?

На плоском, черно-белого экране нашего телевизора. Действительно стояла дата, которую я собирался увидеть через неделю. Я сразу пожалел о том, что мы сразу не сговорились одинаково оправдываться перед своими женами за такой недельный прогул. Откуда нам было известно, что наши приключения в солончаковых степях и на дорогах, растянутся аж на целую неделю. За ночь конечно можно оправдаться. Но как мне оправдаться перед женой за неделю? Все то, что было с нами в течение недели ни как нельзя разумно описать.

- Ладно, честно признаюсь, как на духу. - стал на ходу придумывать я. - Мы напились как свиньи и заблудились в солончаках калмыцких степей. Сама понимаешь, что пьяному день и час одной величины. Спали и все дела...

- Вы вообще все четверо бессовестные люди. - со слезами на глазах, сказала Людмила. - После того, как вы через два дня не вернулись домой, мы всем поселком и станицей звонили по всему ставропольскому краю. Искали вас не только в совхозах, а также всюду, куда вы могли поехать. Откуда нам было известно, что вас потянуло болтаться по солончакам в калмыцких степях. Мы сегодня будем обсуждать вас на общем собрании совхоза.

Предвидя какой будет скандал на общем собрании в совхозе, пока Людмила готовила мне завтрак на кухне, я тайком сбегал к дому Василия. Как раз в это время он злющий сидел на лавочке возле своего дома. Я рассказал Васе свою историю о нашем блуждании в калмыцких степях по солончаку. Попросил Васю ознакомить с этой историей Игоря и Николая, чтобы у нас не было расхождений в том, что будем говорить на общем собрании.

Наверно по тому, что мы все были далеко не бальзаковского возраста, наше общее собрание во второй половине дня закончилось общим столом, как принято в станицах и в совхозах на местах проживания терских казаков. Куфт за то, что мы не погибли на солончаках в калмыцких степях, а также просто обычная пьянка закончились мирно без драки. Жены под вечер растащили нас по домам. Так как завтра у нас обычный рабочий день.

Годы спустя, за дальностью лет, как сквозь призму отражения в памяти моей жизни. Мне кажется, что та наша прогулка на автомобиле сильно повлияла не только на мою судьбу. Об этом хочется сообщить коротко отдельно. Хотя бы по той причине, что до меня, иногда, как эхом сквозь годы, километры и даже поколения доходят разные слухи о событиях тех нескольких дней. Но я остановлюсь на нашей четверке путешественников.

В поселке виноградарского совхоза "Бурунный" нового детского садика самого красивого на всем Северном Кавказе при мне точно не построили. Хотя мы все без исключения мечтали построить свой коммунизм в отдельно взятом поселке. Но, партия и правительство думали о другом. Игоря, как одного из лучших руководителей сельского хозяйства в нашей республике повысили по партийной линии. Вместе с семьей Игоря перевели жить и руководить в Малгобекский район, куда Игорь уезжал с болью в сердце, так как ему пришлось оставить в станице Червленой хорошо благоустроенный свой дом, а в станице и в поселке массу своих лучших друзей. В Малгобекском районе Игорю надо было начинать все с самого начала. Больше об Игоре ни чего не знаю.

Николай после той нашей прогулке на автомобиле с приключениями, вскоре запустил партийную работу. Мягко говоря, партийные босы из Шелковского района культурно попросили Николая освободить свой пост. Уступить свое место более перспективному молодому поколению, хотя к этому времени Николай сам не успел постареть. После партийной работы Николаю было не с руки ковыряться с тяпкой на виноградниках совхоза. Николай вскоре рассчитался из совхоза и подался куда-то в неизвестном направлении. Да нас доходили слухи, что Николай создал какую-то религиозную секту. Стал отшельником или блуждающим монахом по степям.

Василий, неизвестно по какой причине, через месяц после наших приключений, поехал к тому самому гиблому месту на трассе. На следующий день к нам совхоз привезли разбитый автомобиль, на котором Вася уехал из совхоза. В этот же день жена забрала своего мужа из морга районной больницы. Хоронили Василия на нашем поселковом кладбище, которое состояло всего из одной могилы принадлежащей Васи. Наш совхоз и поселок были настолько молоды и вполне здоровы, что до Васи никто не успел состариться или умереть от болезни.

Через неделю после нашего путешествия с приключениями, когда вся наша четверка была в совхозе с мечтами о коммунизме в нашем поселке, неожиданно для всех, меня направили на комсомольскую работу. В это время рядом с аулом Чир-Юрт объявили всесоюзной комсомольской стройкой цементный завод. Меня как молодого перспективного коммуниста и успевающего комсомольского вожака, а также как художника-оформителя, направили руководить комсомольским отрядом строителей, который разместился в пионерском лагере "Горный воздух". В этом комсомольском отряде из четырех сотен человек были представители со всех городов Северного Кавказа. В том числе от города Назрань двадцать ингушей, которым не понравилось, что отрядом руководит русский, тем более терский казак. В результате разборок с ингушами за честь комсомолки из моего отряда, а также за честь своей семьи, которую ингуши публично оскорбили, я вынужден был дать отпор ингушам. После разборок ингуши пострадали больше чем я. Ингуши объявили меня кровным врагом. Но по той причине, что во время разборок я был в меньшинстве, у меня была чистой воды самооборона, то ингуши пошли на компромисс. Ингуши потребовали от меня, чтобы я покинул пределы Кавказа, якобы не допускать до кровопролития. Конечно, ингуши больше беспокоились за себя, чем за меня, так как им грозил срок заключения уже за то, что произошло. К тому же частные события в нашем строительном отряде совпали с массовыми волнениями со стороны ингушей. Чеченцы и казаки потребовали ингушей прийти к спокойствию.

В начале зимы 1972 года, по вине медиков, скончалась моя малолетняя дочь, которой не хватило несколько дней до первого своего юбилея. В феврале 1973 года мы с женой навсегда покинули территорию Кавказа. В начале перестройки, во время сухого закона в Советском Союзе, из писем своих родственников мне стало известно, что терские казаки и другие местные жители с трудом отстояли процветающий в то время виноградарский совхоз "Бурунный". Однако война в Чечне довела до того, что все старожилы поселка "Бурунный" покинули свои обжитые места. Постепенно виноградарский совхоз и поселок "Бурунный" пришли в запустение. Так и не осуществилась наша мечта районного значения, построить коммунизм в отдельно взятом поселке.