# События из прошлой жизни.

Александр Сергеевич Черевков

Ничто так не тревожит наш разум, как ностальгия о прошлой жизни.

СОБЫТИЯ ИЗ ПРОШЛОЙ ЖИЗНИ.

1.Призраки за спиной.

После того, как Дов стал искать повод, чтобы выжить меня из специализированной школы "Микве Исраель", я решил начать реализацию своего проекта по регистрации своих двух фирм и представительств в Государстве Израиль. В первую очередь я открыл свой корреспондентский расчетный счет в банке "Мизрахи" на поступление моих дивидендов из отделения банка "Таджикбанкбизнес" или из Национального Банка России. Адрес и номер своего корреспондентского расчетного счета в банке "Мизрахи" отправил по банковским адресам в России и в Республике Таджикистан. Теперь мне оставалось ждать поступления денег в конвертируемой валюте на мой расчетный счет в банке. После я мог открыть офис двух своих международных фирм и разных представительств Республики Таджикистан в Государстве Израиль. В таком случае у меня была перспектива быстрого развития своего международного бизнеса. Не дожидаясь поступления денег на мой расчетный счет в банк "Мизрахи", я решил навести визит к Юрию Штерн, который являлся представителем новых бизнесменов репатриантов в Государстве Израиль. Я был немного знаком с Юрием Штерн по встрече в городе Москва, на первом всесоюзном симпозиуме бизнесменов. Когда Юрий Штерн читал лекцию о бизнесе в Государстве Израиль, на одном из заседаний бизнесменов в павильоне "Москва" на ВДНХ. Тогда в городе Москва, Юрий Штерн обещал, что всячески поддержит бизнесменов из Советского Союза прибывших на постоянное место жительства в Государство Израиль. Я решил воспользоваться этим обещанием Юрия Штерн.

После моих долгих поисков по улицам города Тель-Авив, я наконец-то нашел здание напротив фонтана, где было указано, что в этом здании расположено управление по помощи бизнесменов репатриантов прибывших на постоянное место жительства в Государство Израиль. У входа в административное здание меня остановил русскоязычный охранник, который проверил мои документы и объяснил, как мне пройти в кабинет Юрия Штерн на втором этаже. На втором этаже вместо предполагаемого мной шикарного офиса местная русскоговорящая служащая административного здания указала мне на маленький кабинет, который начинался прямо от стеклянной двери в коридоре второго этажа. За стеклянной дверью в кабинете, два на два метра, в полном одиночестве сидел Юрий Штерн, который сильно изменился после нашей последней встречи на всесоюзном заседании бизнесменов в городе Москва. Ничего не осалось от солидного представителя бизнесменов из Государства Израиль. За столом сидел худой человек, измученный головной болью о прошлом и настоящем. С сильно поредевшей рыжей шевелюрой, которая отсвечивалась остатком поседевших волос. К тому же видимо Юрий Штерн страдал какой-то хронической болезнью, отчего как-то странно и судорожно морщился от приступа нахлынувшей боли в организме, прикрывая лысину ладонью.

- Мне к вам можно войти? - спросил я, Юрия Штерн, сквозь слегка приоткрытую стеклянную дверь кабинета.

- Пожалуйста! Входите! - сказал Юрий Штерн, удивленно разглядывая меня. - Мы с вами договаривались о нашей встрече? Что-то я не могу вспомнить вашего лица. Мы все-таки с вами где-то однажды встречались?

- В начале перестройки в Советском Союзе мы с вами встречались в городе Москва. - напомнил я, Юрию Штерн. - Вы тогда были представителем бизнеса от Государства Израиль на первом всесоюзном симпозиуме бизнесменов. Вы нам читали лекцию о бизнесе в Государстве Израиль и обещали поддержку бизнесменам репатриантам, которые прибудут на постоянное место жительства в Государство Израиль. Вот я прибыл к вам о регистрации своего бизнеса.

- Да! Да! Припоминаю! Была у меня такая поездка в город Москва, в которой я когда-то жил. - вдруг, грустно, вспомнил Юрий Штерн свое бывшее место жительства. - Десять лет прошло после того, как я навсегда уехал из Москвы...

- Москва сильно изменилась в последние годы. - поделился я, своими воспоминаниями с Юрием Штерн. - Много новых зданий в городе Москва. В последний раз я был в конце прошлого года в городе Москва. Больше поехать не мог.

- Ну, ладно! Оставим на потом наши воспоминания. - сказал Юрий Штерн, переходя на деловой разговор. - Я вас внимательно слушаю. С чем вы к нам пришли? Какие у есть предложения по вопросам устройства вашего бизнеса?

- Мне нужно открыть у вас офис двух своих фирм и нескольких представительств Республики Таджикистан в Государстве Израиль. - сказал я, Юрию Штерн, выкладывая перед ним огромную пухлую папку копий своих документов.

- Мы не финансируем и не предоставляем помещения прибывшим бизнесменам новым репатриантам. - сухо, сказал Юрий Штерн. - Мы можем вам оказать посильную помощь в регистрации ваших фирм и представительств. Остальные дела можете сделать сами, при наличии денег на своем расчетном счете в любом коммерческом банке Государства Израиль. Лично меня интересуют типография и издательство в городе Никозия на острове Кипр. С другими вопросами обращайтесь к Натану Шеранский кабинет, которого находится напротив меня. До свидания! Желаю удачи.

Юрий Штерн оставил себе копии документов и рекламу по типографии и издательству в городе Никозия на острове Кипр. Я вышел из кабинета Юрия Штерн и направился в кабинет Натана Шеранского. Там в приемном кабинете меня встретила русскоговорящая секретарша, которая сказала, что Натан Шеранский сейчас занят. Принять меня может только по записи в свободное для него время. Секретарша тут же перечислила мне дни и время возможной встречи с Натаном Шеранский. Указанные дни и назначенное время встречи совпадали с моим рабочим временем. Я никак не мог оставить свое рабочее место, так как меня тут же могли выгнать с работы за дезертирство с рабочего места. Дов и так постоянно цеплялся ко мне, чтобы найти причину выгнать меня с работы в специализированной школе "Микве Исраель". Поэтому я никак не мог в рабочее время отлучиться куда-нибудь по своим личным делам с места работы. Всюду приходилось бегать после рабочего времени. Сегодня я прямо с работы отправился на поиски здания с кабинетом Юрия Штерн. Зря потратил личное время. Надо хорошо подумать со своим бизнесом в Израиле. Немного поразмыслив, я решил отложить встречу с Натаном Шеранский. Все равно у меня нет денег на открытие офиса и на регистрацию своих фирм в Государстве Израиль. Когда у меня будут деньги на корреспондентском расчетном счете в банке "Мизрахи", тогда я смогу дальше продвигать свои дела по налаживанию бизнеса и открытия представительств в Государстве Израиль. Может быть, к этому времени Юрий Штерн тоже решит свой вопрос с налаживанием своего бизнеса через меня в типографии и с издательством в городе Никозия на острове Кипр. Этим бизнесом заинтересованы в с/п "Расма" в городе Москва в России, а также Агис Кристодоуло и Константин Лимбурис в городе Никосия на острове Кипр. Думаю, что в России и на кипрее поддержат мой международный бизнес.

Прошло несколько дней после того, как я открыл свой корреспондентский расчетный счет в банке "Мизрахи". Но на мой корреспондентский расчетный счет в банке "Мизрахи" в городе Холон не поступило, ни одного цента в твердой конвертируемой валюте из Национального Банка России в городе Москва. Также ни одного цента не поступило на мой счет из отделения банка "Таджикбанкбизнес" города Душанбе из Республики Таджикистан. На счете был минус. Я решил, что мои заказные письма с адресом моего корреспондентского расчетного счета в банке "Мезрахи" не дошли до адресата. Пришлось отправить следом в адрес назначения еще по одному заказному письму. Через две недели я получил по почте уведомление, что мои письма дошли до адреса назначения. Я тут же отправился в отделения банка "Мизрахи" в городе Холон. Но мой корреспондентский расчетный счет в банке "Мизрахи" был пуст. Никакой твердой конвертируемой валюты ниоткуда не поступало. Зато вырос минус за содержания моего корреспондентского расчетного счета в банке "Мизрахи". Надо было принимать какие-то меры. Иначе могут оштрафовать за минус, который растет на моем корреспондентском расчетном счете в банке "Мизрахи". Выплачивать минус нечем. Поэтому меня могут посадить в тюрьму на отработку своего минуса в банке "Мизрахи". На что тогда будет жить семья? Нас могут просто выкинуть на улицу из квартиры. Не хотелось становиться бомжем в Государстве Израиль. Мне ничего не оставалось делать, как только сесть за телефон и начать звонить по адресам, куда я отправил свои заказные письма. После длительных звонков в мое нерабочее время, которое никак не совпадало с рабочим временем телефонных адресов, я наконец-то дозвонился до отделения банка "Таджикбанкбизнес" города Душанбе в Республике Таджикистан. Вместо самого начальника отдела автоматизации и обработки банковской информации Максимова Анатолия трубку взяла какая-то незнакомая служащая отделения коммерческого банка "Таджикбанкбизнес".

- Меня зовут Черевков Александр. - сообщил я, в телефонную трубку. - Звоню я к вам из Государства Израиль. Мне нужен от вас только один ответ. Почему на мой расчетный счет в банке "Мизрахи" не поступили деньги в валюте?

- Я не могу вам сейчас этого сказать. - ответила мне, служащая банка "Таджикбанкбизнес". - Позвоните завтра. Я постараюсь все подробно узнать и сообщу вам завтра на ваш телефонный звонок. Звоните завтра в рабочее время.

В телефонной трубке зазвучали сигналы отбоя. Я положил телефонную трубку на свой домашний аппарат. Мне осталось дождаться завтрашнего дня, чтобы узнать результат с моими дивидендами, которые должны были давно поступить на мой корреспондентский расчетный счет в банке "Мизрахи" города Холон. Может быть, я ошибся в цифрах своего обратного адреса? Поэтому твердая валюта в долларах никак не может поступить на мой расчетный счет. Я достал из своего кожаного кейса банковские документы. Проверил с копией письма, которое разослал по банковским адресам в городе Москва Российской Федерации и в город Душанбе Республики Таджикистан. Отправленные копии банковских документов по адресам были точными с настоящими документами. Выходит, что есть какая-то ошибка в мой адрес со стороны банка отправителя твердой конвертируемой валюты в городах Москва и Душанбе.

На следующий день в назначенное время я сел за домашний телефон. Стал набирать номер телефона отделения коммерческого банка "Таджикбанкбизнес" города Душанбе в Республике Таджикистан. Мои попытки дозвониться до нужного адреса не увенчались успехом. Следующий день тоже не был удачным у меня в телефонном звонке. Мне пришлось несколько дней пытаться дозвониться до нужного адресата в городе Душанбе Республики Таджикистан. Лишь в конце второй недели наконец-то услышал знакомые гудки соединения телефонной связи с городом Душанбе.

- Вас беспокоит Александр Черевков из Государства Израиль. - сходу начал я свой деловой разговор с голосом в телефонной трубке. - Меня интересуют дивиденды на моем расчетном счете в банке "Таджикбанкбизнес". Почему мои деньги до сих пор не поступили на мой корреспондентский расчетный счет в банк "Мизрахи" в Государстве Израиль?

- Ваши дивиденды были отправлены в Национальный Банк России города Москва. - ответил мне в телефонную трубку, незнакомый мужской голос на другой стороне света. - Национальный Банк России оштрафовал ваши дивиденды за долги Республики Таджикистан перед Российской Федерацией. Узнавайте подробности в Национальном Банке России.

В телефонной трубке послышались гудки отбоя. Я в полной растерянности положил телефонную трубку на аппарат. Звонить в Национальный Банк России было бесполезно. Мне не был известен телефонный номер расчетного отдела Национального Банка России. Все остальные известные мне телефонные номера Национального Банка России, либо вообще не отвечали, либо голосом с того света сообщали, что они не компетентны вести со мной беседу со стороны расчетного отдела Национального Банка России. Не имеют право давать номера телефонов не подведомственного им расчетного счета Национального Банка России. На этом моя связь с Национальным Банком России заканчивалась. Другие мои попытки, дозвонится до Национального Банка России, ни дали мне, ни каких результатов. К этому времени за телефонные разговоры на мой адрес пришел расчетный счет с космическими цифрами. В результате чего мне пришлось поделиться своей зарплатой с телефонной конторой "Безек" за бестолковые телефонные разговоры с банка России и Республики Таджикистан. С этого момента я понял, что мне придется навсегда расстаться с моими дивидендами, а это значит и с моим личным международным бизнесом в бывшем Советском Союзе, который остался в моей прошлой жизни в Республике Таджикистан, а также в республиках Средней Азии и России. Неизвестно от чего, от расстройства или от аллергии на местную растительность, мое тело, руки и лицо стали покрываться какими-то пятнами красного цвета, прыщиками и волдырями. Нечто подобное было со мной, за время моего постоянного проживания на Урале в городе Пермь. Тогда я тоже покрывался пятнами красного цвета, прыщиками и волдырями неизвестно от чего. Профессор медицины Александр Петрович Левин приписывал моим разным болячкам аллергию на цирковых собачек, адаптацию к месту жительства, а также к многим другим обстоятельствам к которым человеку трудно привыкнуть с переменой постоянного места жительства. Понадобилось пять лет постоянного проживания в городе Пермь, чтобы пройти мои проблемы адаптации, аллергии и смены места жительства. За пять лет проживания на Урале в городе Пермь я так и не освоился с постоянным местом жительства. Нам пришлось сменить климат и место жительства не только из-за меня, но также из-за народившихся там детей, которые не очень-то освоили место жительства своей мамы, а полностью походили на своего папу. Мы навсегда покинули город Пермь.

Вот так мне сейчас здесь приходится адоптироваться и акклиматизироваться в новых природных условиях жизни. Никто из местных медиков не может определить, из-за чего у меня всюду по телу появляются прыщики, красные пятна и волдыри. Даже современная медицина не может определить, отчего на моем теле всякая пакость. Поэтому я несколько месяцев не бреюсь. Хожу обросший, словно бирюк, снежный человек или волк одиночка. Меня даже люди стали сторониться. В специализированной школе "Микве Исраель" завхоз Дов оставил меня в покое со своими притеснениями в работе из-за того, что я когда-то переписывался с немцем. Я превратился в отшельника среди людей. Тут еще за мной словно привидение за спиной ходит какой-то парень с европейскою внешностью. Хорошо, что у меня отличная зрительная память художника. Особенно на лица людей. Могу запомнить лицо человека на всю свою жизнь. Вот только не всегда могу вспомнить, где раньше видел это лицо. После хожу целыми днями с одними и теме же мыслями о том, что где-то я видел это лицо, которое где-то было в моей жизни на одно мгновение перед глазами. Вот так с этим парнем, которого несколько раз видел я на рынке шук "Кармель", когда ездил за продуктами. Сегодня тоже вроде следит парень за мной по рынку. Может быть, этот парень просто работает на этом рынке. Зря я беспокоюсь. Тем более что мне нужно привыкнуть к местным парням. В чужой стране все люди на одно лицо. Хотя этот парень сильно отличается от местных жителей. Парень больше был похож на приезжего человека из стран Европы.

- Слиха! - машинально, извинился я перед мужчиной на иврите, столкнувшись лбом на шуке "Кармель".

- Excuse me! - тоже извинился мужчина передо мной на английском языке, с удивлением разглядывая меня.

Я чуть не лишился разума оттого, что передо мной стоял Валентин Склярук. Видимо он меня не узнал в таком затрепанной виде. В старой повседневной одежде, с прыщиками и волдырями на лице, с густо обросшей щетиной бородой почти до самого пояса. В таком виде и мама родная меня не смогла бы признать. Тем более что мы с Валентином Склярук всегда встречались в европейских костюмах из самых лучших домов моделей знаменитых Кутюрье. Пока я приходил в себя от такой неожиданной встречи, Валентин Склярук и двое мужчин в его окружении удалились в глубину рынка шук "Кармель". Вполне возможно, что Валентин Склярук также подумал обо мне, как о знакомом лице человека, которого он где-то видел. Поэтому Валентин Склярук несколько раз посмотрел в мою сторону. Но затем решил, что просто ошибся и продолжил идти со своими попутчиками дальше по рынку шук "Кармель". Вполне возможно, что я тоже мог ошибиться. Ведь Валентин Склярук прекрасно знал, что я перебрался на постоянное место жительства в Государство Израиль. Поэтому перед отлетом в Государство Израиль мог в с/п "Расма" взять номер моего телефона и позвонить мне по прибытию в Государство Израиль. Однако никто из России мне сюда не звонил.

Меня стало раздирать любопытство. Ошибся я насчет встречи с Валентином Склярук или нет? Если сейчас я тут ошибся, то Бог с ним с этим человеком. Мало ли бывает двойников на белом свете. Я сам часто встречал парней, которые сильно были похожими на меня. Даже испанского певца Рафаеля считали похожим со мной девчонки из пединститута в городе Харьков. Также как армянин по имени Женька в городе Беслан был сильно похож на меня. Если я не ошибся и это действительно Валентин Склярук? Тогда почему он не позвонил мне, когда прибыл в Государство Израиль? Может быть, это Валентин Склярук поставил за мной кого-то шпионить. Ведь сам Валентин Склярук, а также бывший генерал КГБ, Краснопольский Борис Петрович, предлагали мне заниматься в Государстве Израиль промышленным шпионажем. Вполне возможно, что также израильская разведка "Шабак" устроила за мной наблюдение. Наверно не зря тогда в аэропорту "Бен-Гурион" допрашивали меня насчет моих связей с агентами КГБ.

Я перестроился в другой ряд лавок по рынку шук "Кармель". Со стороны стал внимательно разгляды-вать предполагаемого Валентина Склярук с двумя интеллигентно одетыми мужчинами, которые сопровождали мужчину так сильно похожего на Валентина Склярук. Мне хорошо были известны многие русские и зарубежные бизнесмены, с которыми Валентин Склярук был в тесном контакте по многим вопросам бизнеса. Поэтому хотел, поближе рассмотреть подозрительную тройку интеллигентных мужчин. Если хотя бы один из двоих мужчин будет знаком мне на лицо, тогда это будет точно, что в Государство Израиль прилетел Валентин Склярук, в сопровождении бывших агентов КГБ. Когда я из-за угла вблизи рассмотрел эту тройку интеллигентных мужчин, то был удивлен больше тому, что рядом с Валентином Склярук был сам бывший генерал КГБ, Краснопольский Борис Петрович, а рядом с ними находился ярый враг евреев, палестинец из острова Кипр, господин Тиссир Салан. Если такая опасная тройка находится вместе, то от них можно ожидать чего угодно. Включая теракт против местных жителей. Надо принимать какие-то меры.

Теперь я точно был убежден, что за мной ведется слежка со стороны местной или зарубежной разведки. Надо мне предпринять какие-то опережающие меры против слежки, чтобы меня ни стали вербовать или арестовывать, как иностранного разведчика одной из зарубежных стран. Нужно прямо сейчас позвонить Акису Кристодоуло или Константину Лимбурис на Кипр и узнать у них, где сейчас в данное время находится Валентин Склярук. Они должны это занать. Если с острова Кипр подтвердят, что Валентин Склярук находится в Государстве Израиль, то мне можно сразу отправляться в местную разведку "Шабак" или "Массад". Сообщать им о моей случайной встрече, с этой тройкой.

Мне хотелось для верности убедиться в том, что я не ошибся о внешности троих интеллигентный мужчин, которые так сильно похожи на Валентина Склярук, Бориса Краснопольского и Тассир Салана. Лишь после этого я мог отправляться домой к телефонному аппарату и звонить на остров Кипр в город Никосия, чтобы убедиться в действительности о присутствии данной тройки людей в Государстве Израиль. Не могу же я со своими продуктами в целлофановых пакетах, купленными для дома, тащиться сейчас в разведку Государства Израиль. Тем более что я сейчас совершенно не знаю адреса разведки Государства Израиль. Телефона местной разведки у меня с собой тоже нет. Надо дома отыскать визитную карточку, которую мне дали из разведки Государства Израиль в аэропорту "Бен-Гурион". Я следил за этой интеллигентной тройкой до тех пор, пока они дошли до огромного здания, в котором находилось посольство Российской Федерации в Государстве Израиль. Таким образом, я твердо убедился в том, что это та самая знакомая мне тройка людей из России, о которой я думаю. Поэтому я сразу решил отправляться к себе домой на съемную квартиру в город Холон. Мне надо было срочно звонить на остров Кипр и подробнее узнать о прибытии этой интеллигентной тройки мужчин. Я не должен никак ошибиться, прежде чем точно идти в местную разведку Израиля.

Не откладывая надолго свое решение, я тут же на местном городском автобусе отправился к себе домой на съемную квартиру в город Холон. Через тридцать минут я был у телефонного аппарата и набирал номер телефона Агиса Кристодоуло, который живет в городе Никозия на острове Кипр. Звонить туда же Константину Либурис совсем бесполезно. Никто в его доме не знает русского языка. Мне, наоборот, кроме русского языка другой язык пока неизвестен. За три месяца учебы языка иврит я выучил на этом языке всего несколько слов, которые также одинаково звучат на всех других языках. Так как, вполне возможно, что от языка иврит произошли известные мне слова в латинском и английском языках, которые вошли во все другие языки мира, в том числе и в русский язык. Так что у меня с иностранными языками был полный переполох. Хорошо, что в семье Агиса Кристодоуло наровне с греческим, английским и турецким языками, знают так же хорошо русский язык. Валентина, жена Акиса Кристодоуло, русская по национальности и коренная москвичка. Поэтому в город Никосия на остров Кипр, я пытаюсь дозвониться в который раз.

- Здравствуйте, Агис! Это вас Александр Черевков из Государства Израиль беспокоит. Вы помните меня? - кричу я в телефонную трубку, когда слышу знакомый голос. - Валентин Склярук случайно не у вас сейчас на Кипре находится?

- Здравствуйте, Александр! Я помню вас. Валентин Склярук был. - отвечает Агис Кристодоуло, с острова Кипр. - Сейчас Валентин Склярук в Государстве Израиль или вернулся обратно к себе домой в Москву.

- Спасибо вам за нужную информацию. - благодарю я, Акиса Кристодоуло, с острова Кипр. - До свидания!

Я кладу трубку на телефонный аппарат с мыслью о том, что я должен наказать Валентина Склярук, хотя бы за то, что он явился сюда в Государство Израиль и не соизволил меня поставить в известность. Прекрасно зная, что я живу здесь в Государстве Израиль, который по размерам населения равен городу Москва. Когда я прилетал в город Москва в командировку или просто так по личным делам, то в первую очередь ставил в известность о своем прибытии всех тех москвичей, с которыми у нас был взаимный интерес не только в бизнесе, но и просто старое знакомство. Конечно, я не забывал о Валентине Склярук. Он же имел такую наглость прилететь в Государство Израиль и не поставить меня в известность о своем прибытии. Может быть, Валентин Склярук боится, что я с него начну требовать долг в пятьдесят тысяч рублей? Так мне сейчас его деревянные рубли в Государстве Израиль вообще не нужны. Вот если бы он мне предложил какую-нибудь твердую конвертируемую валюту для открытия офиса, то я от таких денег не отказался и вскоре вернул ему деньги с хорошими процентами. Меня в данный момент больше интересует цель прибытия Валентина Склярук в Государство Израиль в окружении Бориса Краснопольского и Тассир Салана.

Ведь не на прогулку по рынку "Кармель" города Тель-Авив прибыла эта хорошо известная мне тройка людей. Вполне возможно, что это именно они выставили слежку за моей спиной. Того человека, который следует всюду за мной. Надо срочно звонить в местную разведку к Якову Гивати. Рассказать ему о моей случайной встрече в городе Тель-Авив на рынке шук "Кармель". Лучше я сообщу сам в разведку Израиля, чем они после вызовут меня к себе.

- Здравствуйте! Меня зовут Александр Черевков. - говорю я, в телефонную трубку, когда слышу там женский голос. - Мне нужен Яков Гивати. Он мне дал свою визитную карточку и сказал позвонить при необходимости по телефону.

- Здравствуйте, Александр! - отвечает мне, женский голос, с сильным акцентом на русском языке. - Яков Гивати сейчас отсутствует. С вами будет говорить Цлили Ильягу, который имеет право отвечать на ваши вопросы вместо Гивати.

- Я вас внимательно слушаю. - почти с балтийским акцентом четко говорит мне, мужской голос в трубке.

- У меня есть важное сообщение. - говорю я в телефонную трубку. - Вы могли бы ко мне сейчас приехать?

- Я к вам не имею право ехать. - отвечает Цлили Ильягу. - Вы к нам можете приехать в любое время суток.

- Я работаю. Не могу отлучиться ни на один час с места работы. - говорю я. - Меня сразу выгонят с работы.

- С нашим письмом вас никто не уволит с работы. - уверяет Цлили Ильягу. - Рабочий день мы вам оплатим.

- Хорошо! Я с вами согласен. - отвечаю я, в телефонную трубку. - Тогда назначайте время и место встречи.

- Завтра утром в девять часов вам необходимо приехать на улицу Монтифёйри. - стал объяснять Цлили Ильягу, время и место нашей встречи. - Там есть самое высокое здание с торговым центром внизу. На пятом этаже этого здания в пятьдесят пятом кабинете я вас жду ровно в девять часов утра. Найти это здание очень легко. Вам надо приехать до ортодоксальной синагоги с колоннами на улице Аленби и спуститься по улице Монтифёйри к высотному зданию.

- Спасибо, за приглашение! Завтра утром в назначенное время буду у вас. - сказал я в трубку телефона.

В телефонной трубке раздались гудки. Я положил телефонную трубку на аппарат и сразу стал готовиться к завтрашней встречи. Выбрал в своем гардеробе самый лучший костюм из кейса, который мне подменили русские воры в аэропорту "Адлер" города Сочи. Видимо они не знали, что "пахана" больше нет. Надеялись на то, что я им привез в своем кейсе от "пахана" нужный им криминальный товар. Взамен моего кейса из дерматина с грязными тряпками воры подсунули мне кожаный кейс наполненный самой лучшей мужской одеждой того времени. Вот и белую сорочку в упаковке оставили в кожаном кейсе. Даже галстук под цвет костюма положили на дно шикарного кожаного кейса. На завтра я также чистил до блеска черные туфли, которые купил в городе Душанбе перед самым отлетом в Государство Израиль и ни разу их не одевал. Вычистил до блеска самый лучший кожаный кейс. Положил в кожаный кейс свои документы связанные с моим международным бизнесом и с теми людьми, которых сегодня довелось встретить на рынке шук "Кармель". Мало ли что спросят завтра у меня в местной разведке "Шабак", Государства Израиль.

- Папа! Ты куда собираешься на ночь глядя? - спросила меня, Виктория, когда вошла в квартиру с улицы.

- Никуда я в ночь не собираюсь. - ответил я, дочери. - Это я сейчас с вечера собираюсь на встречу завтра.

- Неужели ты наконец-то офис свой открываешь? - с надеждой в голосе, спросила Людмила, которая вошла в квартиру следом за дочерью. - Может быть, наконец-то, ты меня избавишь от мокрой тряпки и веника.

- К моему глубокому сожалению, пока, офиса я не открываю. - с огорчением в голосе, ответил я. - У меня лишь попытка прорваться из кольца проблем, которые собрались вокруг нас после нашего прилета в Государство Израиль.

- Папа! Наверно тебе нужна будет поддержка? - предложила Виктория, свои услуги. - Возьми меня с собой.

- Куда я завтра еду туда тебя не пустят. - отказался я, от поддержки Виктории. - Вот талисман мне может пригодиться. Помнишь, я тебе в городе Душанбе давал полупрозрачный шарик с извилинами внутри него, как в голове человека?

- К сожалению, этого шарика нет. - виновато, ответила Виктория. - Я хотела этот шарик оставить на память своей лучшей подружке в городе Душанбе вместе со всеми другими камушками. Но шарик выскользнул у меня из рук и рассыпался на мелкие кусочки, которые тут, же засверкали разными огоньками и исчезли совсем бесследно из глаз.

- Жалко конечно, что такой нужный мне талисман погиб. - разочарованно и откровенно, сказал я. - Но что теперь поделаешь. Придется мне идти на важную встречу без талисмана. Думаю, что все у меня завтра обойдется хорошо.

В этот вечер я даже местное телевидение не смотрел по телевизору, который мы купили накануне из первых денег "израильской корзины" поступившей к нам недавно на расчетный счет в банк "Аппоалим" от министерства абсорбции "Сахнут". Я не хотел, чтобы какие-нибудь сведения по Государству Израиль как-то повлияли на мою завтрашнюю встречу. Завтра утром все должно быть вполне произвольно и не от чего не зависеть. Лишь мой разум должен помогать в моих разговорах и суждениях с представителями разведки Государства Израиль. Мне ничего неизвестно о современных делах разведки Государства Израиль. Пускай так и будет во время моей встречи с ними с разведкой. От нашей съемной квартиры в городе Холон до места расположения конторы израильской внешней разведки "Шабак" в городе Тель-Авив, всего минут тридцать езды на городском автобусе. Я всегда считал и считаю, что лучше к месту назначенной встречи приехать на много раньше, чем опоздать в дороге даже по самой уважительной причине. Поэтому выехал из города Холон за три часа до назначенной встречи и через тридцать минут был на углу улицы Аленби и улицы Монтифёйри. В низу по указанной улице высилось огромное здание, которое было видно с любой точки города Тель-Авив. Даже из города Холон видно огромное административное здание. Пожалуй, что самое высокое не только в городе Тель-Авив, но также во всех городах Государства Израиль. По крайней мере, в двенадцати городах большого Тель-Авива громадных зданий пока нет. Может быть, здесь в городах будущем будут здания выше. Не желая мелькать перед окнами израильской разведки, я просто погулял по улице Аленби от нечего делать. Надо было куда-то деть два часа лишнего времени, которое теперь меня не подпирало. Я твердо знал, что не опоздаю к месту назначенной встречи. Сейчас, главное у меня, это чтобы сам Цлили Ильягу не забыл о нашей намеченной встрече. По голосу в телефонной трубке, совсем молодой парень. Наверно чуть старше моего старшего сына Артура. Вот интересно будет с ним разговаривать, когда молодой разведчик и пару процентов не знает от той информации, которая известна мне с самого рождения. Наверно сейчас кроме детского лепета я больше ничего от него не услышу.

Как до времени назначенной встречи осталось всего минут тридцать, я спустился с улицы Аленби к высотному зданию. Возле центрального входа в здание предъявил охраннику свой открытый кейс с документами и содержимое карманов. По эскалатору, как в метро, поднялся на второй этаж и прошел к лифту, в который больше никто не вошел. Хотя у входа в здание было много людей, но все они выше второго этажа не поднялись. Так что до пятого этажа я добирался в лифте в полном одиночестве. В длинном коридоре пятого этажа тоже не было ни одного человека. Я посмотрел на свои часы. До назначенного времени было целых двадцать минут. Можно сходить в туалет и осмотреться по длинному коридору, напичканному видеокамерами слежения почти у каждой двери с цифрами, начинающимися, на цифру пять. Мне оставалось пройти в другой конец коридора к туалету. По пути посмотреть на цифру пятьдесят пять, которая должна находиться в середине с правой стороны по длинному коридору через все здание. Не спеша, продвигаясь по коридору к туалету, я обратил внимание, что в тех местах, где я иду, освещение коридора увеличивается. Выходит, что над каждой видеокамерой слежения стоит реле, которое включается вместе со светом при моем продвижении. Вот и в туалете включился яркий свет, как только я вошел в туалет. Даже писсуары сами включились, едва я только расстегнул ширинку. Наверно какая-нибудь девчонка сейчас следит через экран в дисплей за моим мужским достоинством. Ну и пускай смотрит, что мне жалко, что ли. Пока я мужик в соку и не состарился.

Оправившись, я демонстративно застегнул ширинку на брюках. Пошел к умывальнику помыл руки под краном, который также включился без моего прикосновения, как было в пятизвездочной гостинице в Гонконге во время моей командировки. Вот и до Государства Израиль добрался современный электронный прогресс. Хотя бы до местной разведки. В других местах в Государстве Израиль ничего такого я не видел из фотореле в туалете и в умывальнике. После туалета я обратно посмотрел на время. До встречи осталось десять минут. Не торчать же мне десять минут в туалете. Все равно за мной следят видеокамеры всюду в этом огромном административном здании. Наверно пора медленно двигаться к двери с цифрой пятьдесят пять. Можно на пару минут раньше нажать кнопку на двери этого кабинета. Зачем выжидать время? Если они о моем присутствии в этом здании знают минут двадцать. Пора звонить.

- Я вас внимательно слушаю! - услышал я, знакомый голос девушки, с которой разговаривал по телефону.

- Меня зовут, Александр Черевков. - сказал я, в микрофон, вмонтированный рядом с кнопкой и камерой видео на стене у двери. - Мне вчера была назначена встреча у вас с господином Цлили Ильягу на сегодня в девять часов утра.

- Пожалуйста! Входите! Дверь перед вами открыта. - сказала девушка, дверь щелкнула и сразу открылась.

Я осторожно широко открыл дверь и прошел сразу в небольшой кабинет, в котором прямо сбоку возле двери сидела девушка за столом перед дисплеем, в экране которого она, вполне возможно, высматривала мое мужское достоинство, когда я был в туалете. Возможно, что она в дисплей смотрела за моим продвижением рядом с их дверью. Ведь по всему коридору больше десятка видеокамер слежения. Не могла же она за всеми камерами следить сразу в один дисплей. Скорее всего, у них на этаже есть диспетчерская, которая контролирует видеокамеры на своем этаже.

- Пожалуйста! Предъявите мне документы и кейс на проверку. - сказала девушка. - Сами пройдите в кабину.

Не проронив ни единого слова, я выполнил все требования девушки и прошел к двери на указанную мне кабину. Это помещение действительно нельзя было назвать кабинетом, а только кабиной. Так как размер этого помещения был всего не больше двух квадратных метров. В середине белой кабины стоял маленький столик и один стул. Протиснувшись в кабину, я сел на стул и тут же почувствовал, как из потолка в дырочку на меня навели несколько миниатюрных камер слежения. Мне ничего не оставалось делать, как только быть объектом изучения со стороны представителей служб, разведки Государства Израиль. Сам напросился на то, чтобы меня здесь изучали, как кролика.

- Кофе, кока-кола, чай? Что вы будите пить? - спросил откуда-то голос девушки встретившей сейчас меня.

- Пожалуйста, кофе черный с молоком и с одним сахаром. - ответил я, разглядывая место звучания голоса.

Прошло пару минут, прежде чем дверь открылась. В кабину вошла другая девушка с моим заказом, а так-же с кусочком бисквита на бумажной салфетке. Девушка положила все на маленький столик. Мило улыбаясь, поклонившись, девушка вышла из кабины. Я обратно остался один при закрытой двери в кабине напичканной разной аппаратурой и с кондиционером прохладного воздуха. После моего гуляния под палящими лучами южного солнца в кабине было хорошо и приятно дышать пускай даже искусственным свежим воздухом. Поэтому я не спеша пил черный кофе с молоком и с бисквитом. Спешить мне было некуда. Я прекрасно понимал, что сегодня мой рабочий день полностью в распоряжении служб разведки. Пока я не выпью кофе, они меня не будут тревожить своими глупыми вопросами.

- Пожалуйста! Пройдите в кабинет Цлили Ильягу. - открывая дверь, сказала девушка. - Он вас ждет у себя.

Дверь в кабинет Цлили Ильягу находилась прямо напротив двери кабины, в которой я находился около получаса за время употребления черного кофе и сладкого бисквита. В кабинете небольшого размера, совершенно белого цвета, находился небольшой стол белого цвета и четыре стула тоже белого цвета. На столе лежал мой кожаный кейс черного цвета. Возле стола находились двое парней в светлосерых костюмах старого итальянского кроя, словно у мафии. Вся эта обстановка в кабинете службы местной разведки больше была похожа на декорацию в одном из многочисленных московских театров, которые должны разыграть сцену работы, службы комитета государственной безопасности советского периода. Как полагается в кабинетах дознания в КГБ, здесь не было ничего, чтобы могло выдать работу КГБ для постороннего глаза. Только глазки видео камер по углам кабинета и черные пятнышки микрофонов указывали на то, что я нахожусь в кабинете современной разведки, которой руководят из другого кабинета разведки.

- Меня зовут Цлили Ильягу. - назвал себя, парень лет тридцати. - Рядом наш сотрудник Аврахам Барак.

- Очень приятно познакомится. - сказал я. - Меня зовут Александр Черевков. Прибыл из Таджи²кистана.

- Как вам у нас в Израиле? - поинтересовался светловолосый Аврахам Барак. - Что вы можете нам сказать?

- Здесь у вас в кабинете все похоже на театральные подмостки и на кабинет КГБ. - откровенно, ответил я.

- Я имел ввиду ни наш кабинет, а Израиль. - объяснил мне, Аврахам Барак. - Ваши свежие впечатления.

- Про Израиль я сказал бы так, что земля обетованная не Восток, но и не Запад. - раздумывая, сказал я.

- Вы часто бывали на Востоке и на Западе? - спросил меня, Цлили Ильягу. - С какой целью вы были там?

- По долгу своей службы я часто бывал и просто долго жил на Востоке и на Западе. - коротко, ответил я.

- На какой службе и где находились? - спросил меня, Аврахам Барак. - Какой информацией владели там?

- Больше двадцати лет назад я находился в службе снабжения военного завода города Пермь. - стал отвечать я. - Мне приходилось бывать как в западной, так и в восточной части Советского Союза. В более ста городах. В годы перестройки в Советском Союзе я начал продвигаться вверх по лестнице карьеры. От простого художника-оформителя и директора не большого предприятия по дизайну, я поднялся на ступени генерального директора совместного предприятия и президента международной акционерной компании. Побывал в командировках в зарубежных странах.

- Какая цель вашего прихода к нам? - поинтересовался Цлили Ильягу. - Вы раскрыли заговор против Государства Израиль? Может быть, вы предложите нам раскрыть сотрудничество с внешней разведкой Российской Федерации?

- Никакого заговора против Государства Израиль я не раскрыл и связей никаких не имею с разведкой России. - стал отвечать я. - Просто мне надоело, что за моей спиной постоянно находится кто-то, как призрак. Кроме того, я вчера встретил возле рынка шук "Кармель" людей из своего прошлого. Когда-то эти люди пытались меня завербовать в экономический шпионаж против Государства Израиль. Почему-то во время своего прибытия в Государство Израиль, эти люди не сообщили мне о своем прибытии. Такой поворот событий обеспокоил меня. Я ни стал ждать, когда вы насильно привлечете меня к ответственности. Поэтому сам явился к вам, чтобы ответить на все ваши вопросы.

- Вы правильно поступили, когда решили сами явиться к нам. - оправдал мое прибытие Цлили Ильягу. - Расскажите нам, что вы знаете о людях, которые пытались вас завербовать на экономический шпионаж в Государстве Израиль.

В подробной форме я стал рассказывать сотрудникам местной разведки все то, что было мне известно про Валентина Склярук, Бориса Краснопольского и Тассира Салана. Парни из местной разведки задавали мне наводящие вопросы по моей прошлой работе в международном бизнесе и на военных заводах Советского Союза. Парней также интересовало мое высшее образование и причина моего прибытия на постоянное место жительства в Государство Израиль. Больше всего парней интересовала моя связь с сотрудниками КГБ и мой приезд в Государство Израиль.

- Вы не боитесь, что вам придется остаться навсегда в стенах нашей службы? - спросил Цлили Ильягу.

- Я пришел к вам по доброй воле. По доброй воле уйду отсюда. - ответил я. - У вас нет причины меня держать в своих стенах. В прошлом и в настоящем я не совершал ничего противозаконного в отношении Государства Израиль.

- Какие отношения были у вас с сотрудниками КГБ? - спросил меня, Аврахам Барак. - Можете нам подробно рассказать?

- Я уже рассказывал Яаакову Гивати, что с сотрудниками КГБ пил водку, коньяк и ел шашлыки. - ответил я. - У меня других связей с сотрудниками КГБ не было. Так как мы были друзьями и бывшими однокурсниками по учебе в университете до того времени, как они стали сотрудниками КГБ. Ведь у вас тоже есть друзья детства среди народа?

- Мы совсем недавно были там. Я имею ввиду наше детство. - сказал Цлили Ильягу. - Вполне понятно, что мы до сих пор общаемся со своими друзьями, которые послу своей учебы стали также работать в разных местах и службах...

Около часа мы разговаривали на разные темы жизни в Государстве Израиль и в бывшем Советском Союзе. Затем в конце рабочего дня Цлили Ильягу выдал мне письмо о том, что я находился в кабинете службы внешней разведки "Шабак". Письмо я должен был предъявить по месту своей работы в специализированной школе "Микве Исраель". В заключении Цлили Ильягу выдал мне двести шекелей наличными за мое пребывание в рабочее время в кабинете службы внешней разведки "Шабак" Государства Израиль. Я расписался в книге о получении своих наличных денег.

- Мы проверим все то, что вы нам рассказали. - сказал на прощание Цлили Ильягу. - Возможно, что встретимся еще раз для обсуждения собранных нами материалов на тему вашего прихода к нам. Желаем вам удачи в вашей жизни.

Из кабинета службы внешней разведки Государства Израиль я вышел во второй половине дня. Ехать на работу не было никакого смысла. Приехать на работу лишь для того, чтобы показаться Дову и переодеться в рабочую одежду. Зачем мне это? Я все равно сегодня находился на службе внешней разведки, за что получил деньги в размере двухсот шекелей. Если бы у меня в действительности была такая работа, то я мог бы быстро наладить свой бизнес, с которым я потерял всякую связь. По той причине, что у меня нет свободных денег на решение ряда вопросов по открытию офиса своих двух международных фирм по бизнесу, а также представительств от Республики Таджикистан. Может быть, мне действительно пойти на службу внешней разведку Государства Израиль против России? Но это будет выглядеть подло в отношении своих бывших соотечественников и друзей. К тому же, я фактически ничего не знаю о бывших сотрудниках КГБ, а также о бывших выпускниках института международных отношений. Ведь мы все в современное время просто занимались совместным бизнесом и только изредка вспоминали о прошлом, которое осталось в нас, как источник ностальгии о жизни в СССР. Больше ничего другого мне неизвестно об этих людях. В моем распоряжении вся вторая половина дня, время которого я мог использовать по своему усмотрению. Мне было интересно проверить, есть ли за мной слежка, которую я замечал последние дни за своей спиной. В таком случае мне нужно погулять по городу Тель-Авив. Проверить за собой присутствие возможного "хвоста", которого могли прицепить мне службы внешней разведки Израиля или России. Вполне возможно, что обе стороны заинтересованы во мне. Ведь теперь я сам дал повод последить за мной в качестве получения какой-то нужной им информации.

Поднявшись на улицу Аленби, я прошел к рынку шук "Кармель". Там мне нужно было купить кой-какие продукты для своей семьи. Ведь все равно я нахожусь рядом с рынком, на котором мы отовариваемся. Зачем еще раз тратить деньги на поездку в город Тель-Авив. Тем более что рынок самое подходящее место для проверки за собой возможного "хвоста". Здесь можно крутиться во все стороны. Не выдавать себя тем, что проверяешь за собой возможную слежку. Наверно разведчики двух стран не дураки. Не держат меня за простака, который вот так запросто пришел поговорить к ним в офис, чтобы после пойти погулять по городу и купить себе в дом что-нибудь на этом рынке. Покрутившись по рынку и не заметив слежки, я вышел в противоположную сторону рынка и остановился возле небольшого пивного бара с открытой площадкой на улицу. Мне захотелось выпить пива и немного расслабиться после напряженной прогулке по рынку. Я так давно не пил пиво, что пару кружек пива мне будет в самый раз. Можно взять одну шварму вроде закуски к двум кружкам пива. Пожалуй, этого будет вполне достаточно у меня на полную загрузку.

Расплатившись за купленное пиво и закуску, я сел за столик в стороне открытой площадки пивного бара под зонтиком. Это место слегка продувалось ветерком со стороны моря. Отсюда хорошо было видно окружающую меня панораму города. По улицам мотались в разные стороны автомобили. По тротуарам шли толпы людей. Никому и ни до кого не было никакого дела. У каждого человека свое определенное время на неотложные дела в городе Тель-Авив. Пока я не спеша пил пиво. Наслаждался швармой, политой кетчупом. В пивной бар зашли несколько мужчин. Они тоже взяли себе пиво и шварму. Только один парень взял к своей шварме бутылочку кока-колы. Почему-то у меня это вызвало подозрение. Вроде ничего особенного. Ни все люди любят пиво. Каждый может кушать и пить то, что ему интересно по вкусу. Тем более, здесь в пивном баре имеются различные закуски и напитки. Однако, тут что-то ни так.

Однако поступок этого парня вызвал у меня подозрение. Мне показалось, что я его где-то раньше видел. Возможно, случайно встречались на улице или где-то в транспорте. Мало ли где люди встречаются или проходят рядом. Так можно каждого подозревать в качестве "хвоста" со стороны израильской или российской разведки. Нагоняю на свои мысли разную ерунду. Наверно пиво на меня подействовало в такую сильную жару. Не надо было брать сразу две кружки пива. Можно было взять одну баночку пива и закуски с собой в дорогу. Теперь развезет от двух кружек пива, а мне надо идти на автобусную остановку, ехать в другой город к месту своего временного жительства на квартире. Вот какая-то мадам появилась с цифровой кинокамерой. Наверно туристка из Европы снимает своему мужу отчет о туристической прогулке по городам Государства Израиль, чтобы муж не подозревал ее в измене. Хотя на туристку она не очень похожа. Нет на ней привычного туристического костюма, со шляпой от солнца. Загар ее лица почти незаметен. Сразу видно, что большую часть времени проводит в своем кабинете, разбирает собранную информацию.

Когда дама навела свою цифровую кинокамеру в сторону пивного бара и прошлась объективом цифровой кинокамеры по столикам, то я сразу понял, что она готовит отчет не своему мужу ревнивцу, а какой-то секретной службы. Вполне возможно, что для службы одной из разведок, которые все-таки установили за мной слежку. Наверняка парень с бутылочкой кока-колы вместо пива, будет запечатлен в цифровой кинокамере вместе со мной. Затем съемка пройдет к отчету в протоколе или в докладе о проделанной работе по разведке и слежке в течение этого жаркого дня. Мне не хотелось выдавать себя тем, что я заметил слежку за собой. Поэтому не спеша допил вторую кружку пива и вместе с пакетами продуктов направился в сторону остановки автобуса на улице Аленби. Если агенты разведки настоящие разведчики, то сменят за мной слежку другим человеком, чтобы я не видел дважды одно и то же лицо во время моего движения в сторону города Холон к самому месту моего временного жительства. Надо мне как-то проверить слежку за мной. Может быть, я просто набиваю на себя цену в данном размышлении, а все рядом обычно. Мадам с цифровой кинокамерой ушла в противоположную сторону от меня. Парень с бутылочкой кока-колы остался сидеть за столиком на открытой площадке в пивном баре. Я медленно прошел наверх, в сторону улицы Аленби. Там сел на городской автобус, следующий в сторону города Холон. Вместе со мной в автобус вошли человек десять на этой остановке, в среде которых, было трудно определить возможную за мной слежку от каких-то служб разведок.

В городе Холон вышел на улице Соколов и по улице Вайцмана пошел в сторону банка "Аппоалим". Вместе со мной из автобуса на улице Соколов вышло несколько человек, которые вошли в автобус по пути следования. Мои попутчики из автобуса тут же растворились в людском потоке. Только двое парней врозь пошли по улице Вайцмана в сторону банка "Аппоалим". На слежку за мной не похоже. Однако если за мной следят, то стоит мне их тоже проверить. Надо куда-то зайти и посмотреть, куда будут дальше двигаться эти двое незнакомые друг другу парни. Может быть, я ошибаюсь, но моя интуиция подсказывает мне, что эти двое парней следят за мной. При современных возможностях меня могли пасти с любого транспорта, который ехал за автобусом. После один из этих парней мог выйти из автомобиля и перебраться в автобус поближе ко мне. Затем к нему присоединился другой парень, который делает вид, что они друг с другом не знакомы. Вот только одно мне не понятно. Службы разведки следят за мной или меня оберегают? Почему они по два человека следят за мной? Вероятно, они думают, что у меня будет встреча с агентом другой внешней разведки. Дальше сами будут проводить раздельную разведку, как за мной, так за моим связным.

Как только я поравнялся со зданием "Аппоалим" так сразу повернул в сторону банка и прошел в служебный зал. В служебном зале, встал в очередь к кассе, чтобы проверить наличие денег входящих с "израильской корзины". Хотя я это мог сделать в аппарате каспомата. Но следить за улицей через ветровое стекло банка на много удобно и со стороны совсем незаметно. Просто человек стоит в очереди к кассиру банка. Ничего особенного в этом нет. Таких как я в служебном зале банка "Аппоалим" около сотни человек. С улицы меня совсем не видно в толпе клиентов банка. Я посмотрел на улицу. Оба парня прошли рядом и незаметно сказали что-то друг другу. Затем один парень пошел дальше по улице, а другой сел в подошедший городской автобус. Оставшийся на улице парень позвонил по сотовому телефону и вскоре к нему подъехал легковой автомобиль. Из автомобиля вышли два других парня и разошлись в разные стороны по улице Вайцман. Парень с сотовым телефоном сел за руль в тот же автомобиль и вскоре уехал. Теперь у меня не было ни каких сомнений, что за мной точно следят. Оставалось лишь выяснить причину слежки. Так как я не виду никакой противозаконной деятельности против Государства Израиль и против России, то можно считать, либо службы разведки двух стран находятся в каком-то заблуждении в отношении меня, либо это дело рук криминальных структур России, которых я сильно кинул с каналом поставки наркотиков. Вполне возможно, что криминал России пытается обнаружить следы затерянных наркотиков у меня дома в Государстве Израиль. Но тогда почему представители криминала из России не устраивают обыск в нашей съемной квартире? Может быть, это вовсе не представители криминала России? Тогда кому понадобилось устраивать за мной постоянную слежку в Израиле?

Все тайное когда-то становиться известным. Не буду опережать события. Подожду следующей встречи с сотрудниками внешней разведки Государства Израиль. Сегодня со мной беседовали ученики или самые даже младшие сотрудники внешней разведки Государства Израиль. Мне некуда торопиться с этим вопросом. Думаю, что скоро со мной будут разговаривать на высшем уровне внешней разведки Государства Израиль. Если конечно я не ошибся в мышлении. Так как даже мои скромные рассказы о моей деятельности и о моих контактах в бывшем Советском Союзе заинтересовали этих парней из внешней разведки Государства Израиль. Осталось ждать приглашения со стороны высоких офицеров внешней разведки Государства Израиль. Посмотрим, как они отнесутся к моим рассказам о КГБ. Несмотря на то, что я через столяра Владимира поставил в известность Дова о том, что я буду отсутствовать на работе по уважительной причине. Я все равно не рассчитывал на доброе отношение Дова к себе. Поэтому утром я сразу отправился прямо к директору специализированной школы "Микве Исраиль". Мне нужно было найти поддержку в лице директора школы, прежде чем его заместитель по хозяйственной части решит меня уволить с места работы. Не думаю, чтобы директор специализированной школы пошел против внешней разведки Государства Израиль.

- Здравствуйте, Александр! Мне поручили передать вам это письмо. - сказал я, сразу, как только вошел в кабинет директора школы. - Я не знаю, что там написано на языке иврит, но это они вчера приглашали меня к себе на беседу.

- Я понимаю, что после такого письма у меня к тебе нет вопросов. - сказал Александр, директор специализированной школы, после прочтения письма внешней разведки Государства Израиль. - Поэтому ты можешь спокойно идти на свое рабочее место. Своему заместителю по хозяйственной части я скажу, чтобы он не беспокоил тебя в связи с твоим вчерашним отсутствием на месте работы. Все будет по-прежнему. Тебя не уволят с работы. Работай спокойно.

Конечно, мне не хотелось, чтобы все у меня оставалось по-прежнему. Так как я мечтал стать учителем в специализированной школе "Микве Исраель". Однако плохие отношения с завхозом могли испортить все мои дальнейшие планы насчет работы в специализированной школе. Поэтому мне никак не хотелось, чтобы мои отношения с завхозом оставались по-прежнему натянутыми. Ведь Дов все равно найдет какую-нибудь причину, чтобы уволить меня с работы в специализированной школе "Микве Исраель". Мне надо как-то поднять планку своей независимости от завхоза, хотя бы такими визитами в кабинеты службы внешней разведки Государства Израиль. Я обратил внимание на то, как сильно повлияло на директора школы мое письмо от службы внешней разведки Государства Израиль. Дов ни стал меня выгонять с работы за прогул. Но отношения мои с Довом от этого времени, ни стали лучше. Завхоз буквально эксплуатировал мой рабский труд. Мне приходилось одному выполнять работу целой бригады. В то время как бригада строителей делала ремонтные работы на одном этаже жилого комплекса учеников специализированной школы, то я один на другом этаже этого же жилого здания выполнял такой же объем работы и в те же установленные сроки работы. За время выполнения ремонтных работ в жилом комплексе данной школы, я имел право на отдых лишь в обеденный перерыв. Все остальное время я работал без отдыха в течение всего рабочего времени, которое не ограничивалось рамками восьмичасового рабочего дня. Зачастую приходилось работать в две смены.

Прошло больше месяца после моей встречи с сотрудниками внешней разведки Государства Израиль. Я давно привык к тому, что за моей спиной постоянно находится тень призрака в штатской одежде. Менялись лишь лица, а стиль слежки никак не изменился. Меня каждый день встречали и провожали по моему маршруту через весь город Холон между моим местом жительства и местом работы. Даже во время работы в жилом комплексе учеников, я иногда замечал, что на территории специализированной школы "Микве Исраель", иногда маячат знакомые лица, которые я когда-то встречал за собой по маршруту между местом работы и местом моего временного проживания на съемной квартире. Один раз в неделю мы с женой и старшим сыном Артуром ходили на "ульпан" заниматься изучением языка иврит. Даже по этому маршруту за нами была установлена слежка. Мне откровенно надоела подобная слежка за мной. Лучше бы произошла какая-то случайная встреча и не принужденный разговор с заинтересованными людьми.

- Здравствуйте, Александр Черевков! - прозвучал конспиративный голос в телефонную трубку, как только я пришел с работы домой. - Вам завтра нужно будет к девяти часам утра приехать по известному адресу в городе Тель-Авив.

- Мне надо поставить в известность своего начальника по месту работы. - сказал я, в телефонную трубку.

- Директор вашей школы в курсе того, что вас не будет на работе. - сказал мне, голос в телефонной трубке.

Мне ничего не оставалось, как только подчиниться требованиям конспиративного голоса в телефонной трубке. На следующее утро первым автобусом я отправился из города Холон в город Тель-Авив. По той же схеме и по тому же ранее отработанному маршруту я поднялся на пятый этаж высотного здания и позвонил в знакомую дверь. Мне были оказаны те же услуги в офисе внешней разведки Государства Израиль. С той лишь разницей, что среди знакомых лиц находился солидный мужчина возрастом лет сорок пять, плотного телосложения. Видимо офицер внешней разведки "Шабак", рангом выше других представителей внешней разведки, с которыми встречался на прошлой беседе.

- Меня зовут просто Цвика. - представил себя, новый сотрудник внешней разведки Государства Израиль. - Сегодня у нас с вами будет длительный разговор. Вы мне подробно расскажите, про ваших компаньонов по бизнесу из города Москва. Меня интересуют все подробности ваших встреч и бесед за время совместной работы в Советском Союзе.

- У меня от вас нет никаких тайн. Так как я приехал жить на землю обетованную предками моей жены. - начал я, свой длительный рассказ издалека. - Я родился на Северном Кавказе и вырос там. На Кавказе не принято гадить в гостях и у себя дома. Сейчас у меня Государство Израиль стал вторым домом. Первым домом для меня по-прежнему осталась Россия, а если быть точнее, то Кавказ. В Республике Таджикистан я был всего лишь гостем в течение четырнадцати лет. Меня там никто не обидел. Поэтому у меня нет намерений, гадить на Республику Таджикистан, откуда я вынужден был уехать с семьей из-за длительной гражданской войны. Что же касается моих компаньонов в бизнесе из города Москва, то мне известно, что все они закончили МГИМО, Московский институт международных отношений. Владеют многими иностранными языками. До перестройки в Советском Союзе большинство из них работали в производственном объединении "Трактороэкспорт". Работали они на КГБ или нет, мне трудно сказать. Вполне возможно, что горячие точки планеты Земля они посещали ни для того, чтобы там представлять интересы производственного объединения "Трактороэкспорт". Однажды я случайно был свидетелем скандала между директором с/п "Расма" Игорем Грановым и его заместителем Валентином Склярук. Так вот, Игорь Гранов во время скандала напомнил Валентину Склярук, что когда они были во время гражданской войны в Никарагуа по разные стороны баррикад, то Игорь Гранов разглядывал Валентина Склярук в оптический прицел своей винтовки. Тогда он не нажал курок, чтобы убить его. Валентин Склярук тоже напомнил Игорю Гранову, как вытаскивал его пьяным из ресторана во время уличных боев в городе Луанда, Республика Ангола. Вполне понятно, что Игорь Гранов и Валентин Склярук не на тракторах учили ездить воюющих в Республиках Никарагуа и Ангола. Кем они там были, я это затрудняюсь сказать. Такие вопросы вы должны сами задать Игорю Гранову и Валентину Склярук. Больше мне нечего сказать о бывших моих коллегах по бизнесу. В данное время у меня нет никаких связей с моими бывшими коллегами и друзьями по Союзу.

- Мы, конечно, воспользуемся твоим советом при встрече с ними. - шутя или в серьез, сказал мне, Цвика. - Нас интересуют также другие твои компаньоны по бизнесу, которые сейчас постоянно выезжают за пределы России и СНГ.

- Сейчас из России не выезжают только нищие и бомжи. - ответил я. - Все остальные из-за границы почти не выезжают. Лично мои бывшие компаньоны по бизнесу чаще всего бывали в Республике Кипр и в Королевстве Бельгия. Там у них совместные интересы с бизнесменами этих стран. По вопросам совместного бизнеса мои бывшие компаньоны часто вылетают в другие страны мира. Например, бывают по вопросам бизнеса в Англии, США и в Канаде.

- Почему ты говоришь о своих компаньонах в бизнесе, как о бывших коллегах. - поинтересовался Цвика.

- Потому, что у меня нет денег, открыть свой офис в Государстве Израиль. - ответил я. - Без офиса нет бизнеса. Просить денег в долг у меня не позволяет совесть. Брать кредит в банке Израиля я тоже не могу. По опыту своей работы в бизнесе, я прекрасно знаю, что кредит, это долговая яма, в которую легко угодить, но тяжело выбраться. Многие мои знакомые, которые брали кредит под бизнес, плохо кончили с бизнесом и с жизнью. Поэтому я не беру кредит.

- Почему ты в таком случае не поехал жить с семьей в Россию? - поинтересовался Цвика. - Хотя бы в ту же Москву, если у тебя там налажен международный бизнес. У тебя были деньги, наверно, не малые. Мог в Израиль не ехать.

- В городе Москва и в московской области населения в три раза больше, чем во всем Государстве Израиль. - стал отвечать я. - С городом Москва работать хорошо на расстоянии. Когда в этот мегаполис что-то вкладываешь или из него берешь. Работать в самом мегаполисе практически невозможно. Так как там все давно схвачено. В городе Москва из-за конкуренции каждый день создаются и разоряются разные структуры бизнеса. Ежедневно гибнут люди. Я не мог туда вести семью на место жительства. Кроме того, после распада Советского Союза я стал иностранцем в России. Поэтому мне было легче ехать с семьей в Государство Израиль в качестве репатриантов. Если бы Россия создала такие же условия русским, как Государство Израиль евреям, то миллионы русских со всего мира хлынули бы обратно в Россию. Но этого никогда не будет. Так как репатриация в Россию опасна каждому русскому. Пересыщенная людскими ресурсами Россия станет нищей страной, в которой будут миллионы бомжей и попрошаек. В тоже время многие государства мира, в том числе Государство Израиль, просто погибнут от недостатка рабочих рук. Экономика многих государств держится на руках русских, которые вкалывают на стройках, фабриках и заводах. Большая часть физического труда в странах капитализма лежит на руках рабочего класса и бывшей интеллигенции из России. Местное население того же Государства Израиль никогда не пойдет вкалывать на физически тяжелую работу. Так как они привыкли, что на них работают арабы, румыны, тайцы и в первую очередь русские. У местных евреев уже в генах заложено указывать пальцем другим народам, что надо делать на стройках капитализма в Государстве Израиль.

- По сути рассуждения ты прав. - согласился Цвика. - Но почему ты с семьей не поехал жить на Кавказ?

- Во-первых, я говорил, что мы стали иностранцами в собственной Родине. - объяснил я. - Ведь Северный Кавказ, это тоже Россия. Во-вторых, на Северном Кавказе я объявлен кровником. Меня там просто убьют за кровную месть...

- Интересно, что такое у вас кровная месть? - поинтересовался Цвика. - Такая секта людей единой веры?

- Нет, это в семидесятых годах было восстание ингушей в городе Грозном. - коротко, объяснил я. - Случилось так, что я оказался между "баррикад". С одной стороны "баррикад" меня наказала моя родная коммунистическая партия. За то, что я ни дал себя убить и поднял руку на человека, который был во множественном числе. С другой стороны меня посчитали "ягненком", а я оказался "волком" и покалечил нескольких "шакалов", которые собирались меня прирезать. Поэтому по кровной мести меня должны были убить. Я вынужден был удрать с Кавказа. Вот и все мои дела...

- Можешь это рассказать подробно? - попросил меня, Цвика. - Я впервые слышу от людей такое понятие.

- Слишком длинная история. Мне не хочется ворошить историю моей прошлой жизни. - сразу, отказался я.

- У нас с тобой достаточно много времени, чтобы выслушать историю любой величины. - настаивал Цвика.

- В таком случае, пора объявить перерыв на обед. - серьезно, сказал я. - Калории всегда надо иметь у себя.

- Хорошо! Сделаем перерыв на обед. - согласился Цвика. - Сейчас закажем шварму и бутылочки кока-колы.


2.Кровная месть.

Цвика позвонил куда-то по сотовому телефону. На языке иврит Цвика заказал в свой кабинет четыре швармы и четыре бутылочки кока-колы. Аврахам Барак и Цлили Ильягу сказали что-то Цвики на языке иврит и тут же вышли из его кабинета. Я сказал Цвики, что перед обедом стоило бы нам помыть свои руки. Цвика согласился с моим предложением. Мы вышли из кабинета Цвики и здесь же в конце маленького коридора пошли в умывальник, который был совмещен с туалетом и писсуаром. Я ни стала откладывать на потом свой отдельный визит в туалет по малой нужде. Поэтому сделал сразу все свои дела по малой нужде, которая меня сильно приперла к этому времени при разговоре. Когда мы с Цвикой вернулись обратно в его кабинет, то на столе были четыре швармы и четыре бутылочки кока-колы. Следом за нами в кабинет вошли Аврахам Барак и Цлили Ильягу. Цвика предложил нам заняться обедом. Я ни стал церемониться. Тут же взял себе горячую шварму, которая лежала на столе ближе ко мне. Наверно, где-то в этом здании имеется бар, в котором так быстро приготовили шварму, обернутую в салфетки. Если бы шварму приготовили за пределами этого здания, то шварма давно бы остыла и была бы совсем не вкусной. Эта шварма приятна на вкус.

- Произошла эта история в начале семидесятых годов. - сразу после обеда, приступил я, рассказывать свою историю о кровной мести. - Мы тогда с женой и с маленькой дочкой Анжелой жили в виноградарском совхозе "Бурунный", который расположился на окраине станицы Червленой прямо на левом берегу реки Терек. В совхозе жили в основном совсем молодые парни и девушки, которые приехали сюда по комсомольским путевкам с разных концов Советского Союза осваивать червленые буруны, красные холмы, левого берега реки Терек. В виноградарском совхозе "Бурунный" высаживали в красном песке исключительно виноград высоких сортов собранных со всех республик.

Находясь на отдыхе в пансионате "Мзиури" в городе Батуми, я случайно в телевизионных новостях увидел сообщение, что в виноградарский совхоз "Бурунный" требуются строители и художник-оформитель. Принятым на работу, предоставляется жилье. Виноградарский совхоз "Бурунный" находится рядом со станицей Червленой в Шелковском районе Чечено-ингушской АССР. Поселок городского типа со всеми удобствами к жизни. Мало заселенный совхоз. В это время мы с женой и с маленьким ребенком жили на съемной квартире в городе Беслан, который находится в Северной Осетии. Условий жизни в старом, почти развалившемся частном доме не было ни каких. Над кроваткой маленького ребенка был установлен зонтик. Так как во время дождя сильно протекал потолок, мы расставляли по съемной квартире ведра и тазики, чтобы капающая с потолка вода не намочила наше жилье. Жизнь отвратительная. Я не имел право потерять такой шанс, чтобы получить семье жилье со всеми городскими удобствами. Поэтому первым самолетом вылетел из города Батуми в город Беслан. От города Беслана до виноградарского совхоза "Бурунный" через город Грозный меньше двухсот километров. Можно туда доехать рейсовым автобусом, следующим через город Беслан до города Кизляр через город Грозный. Дальше через станицу Червленная к совхозу "Бурунный".

На следующий день рано утром я был в станице Червленой, в которой, как и во всех остальных станицах по реке Терек, жили наши родственники по линии моей мамы, то есть, терские казаки. Я ни стал заходить к родственникам, а сразу направился пешком в виноградарский совхоз "Бурунный", который был всего лишь в трех километрах от автобусной станции в станице Червленой. Примерно, через двадцать минут я был в самом поселке виноградарского совхоза "Бурунный". Поселок совхоза насчитывал всего четыре двухэтажных, жилых дома, с двумя подъездами каждый дом на шестнадцать квартир. В самом начале поселка перед небольшой площадкой здание двухэтажной конторы. Из четырех двухэтажных домов лишь два заселены под молодежное комсомольское общежитие. В одном доме живут девушки, а в другом доме живут парни. Самому старшему из них всего лишь двадцать пять лет. Большая часть новоселов готовы создать семейные пары, но к этому надо достроить два жилых дома. Вот только строителей в поселке не хватает. Вся молодежь на виноградниках. Рабочих рук строителей поселка нет здесь за десятки километров.

Едва я успел оглядеться в поселке, как на площадку перед конторой стали подъезжать легковые автомобили. Приехала местная администрация, которая проживает в станице Червленой. С некоторыми из администрации совхоза я знаком с детства, когда приезжал в гости к родственникам в станицу Червленная. Мой дядя Коля Линев был директором ликероводочного завода в станице Червленная. Такая должность была почетна и уважаема среди станичников, так как все терские казаки любят выпить, а тут целый ликероводочный завод в руках станичника. Однако, мой дядя Коля Линев, был дядя строгих правил и не позволял станичникам напиваться из своего ликероводочного завода. Но станичники все равно уважали моего дядю и считали его за глаза своим казачьим атаманом. Хотя в станице Червленной давно была советская власть, однако, правила среди терских казаков были свои. За советом ходили больше к моему дяде Коле Линеву, чем к парторгу станицы Червленная или к представителям власти в станице. Я был готов к встречи со знакомыми станичниками, но вот встретить здесь знакомого из Северной Осетии, я ни как не рассчитывал. Тем более что этим знакомым оказался в качестве директора совхоза Игорь Григорьев из города Орджоникидзе, так это для меня было огромным сюрпризом от судьбы. Такой встречи я был искренне рад. Так как я теперь твердо был уверен в том, что у меня в виноградарском совхозе будет собственное благоустроенное жилье.

- Каким ветром тебя занесло? - удивленно, спросил Игорь Григорьев. - Мне говорили, что ты уехал в цирк.

- Сюда в совхоз я приехал по объявлению на телевидении. Вот что ты тут делаешь? - поинтересовался я.

- В прошлом году окончил в городе Орджоникидзе сельскохозяйственный институт. По распределению был направлен в виноградарский совхоз "Бурунный" на должность директора. - торжественно, объявил мне, Игорь Григорьев.

- Ну, тогда, уважаемый товарищ директор, предоставьте жилье своему строителю и художнику оформителю. - с иронией, сказал я, Игорю Григорьеву, поклонившись до пояса. - Я готов хоть сейчас приступить к своей работе в совхозе.

- Конечно, как специалист ты нам нужен. - серьезным голосом, сказал Игорь Григорьев. - Но с жильем я не могу тебе сейчас ничего обещать. Могу тебе на первом этаже нашей конторы предложить пустующий кабинет и актовый зал со всеми удобствами. Как только сам построишь себе жилые дома, так сразу туда можешь селиться в свою квартиру.

- В таком случае завтра селюсь в актовом зале твоей конторы. - серьезно, сказал я. - Встретимся на работе.

Распрощавшись с Игорем Григорьевым, я ни стал заходить к своим родственникам в станице Червленой. Первым автобусом выехал в город Грозный и дальше поездом до города Беслан. Во второй половине этого дня я был у себя дома в съемной квартире. Мы тут же собрали свои небольшие пожитки и до рассвета следующего дня выехали из города Беслан в виноградарский совхоз "Бурунный". Рано утром мы были на месте. Ждали когда откроют контору. В городе Орджоникидзе я плохо знал Игоря Григорьева. Может быть, пару раз встречались где-то у озера в городском парке или на водной станции за городом Орджоникидзе. Я постоянно жил в городе Беслан, который находится в двадцати двух километрах от города Орджоникидзе, столица Северной Осетии. Поэтому в город Орджоникидзе по выходным дням больше всего ездил отдыхать. Перед службой в армии работал плотником на стройке жилых домов. Несмотря на то, что мы с Игорем Григорьевым почти не были знакомы, однако землячество всегда уважают на Кавказе. В народе даже есть такая шутка, что когда в городе Москва встречаются ростовчанин и бакинец, то они себя считают земляками. Несмотря на то, что город Ростов на Дону, находится в начале Кавказа, а город Баку в другом конце Кавказа и расстояние между городами почти две тысячи километров. Даже часто враждующие между собой кавказцы всегда приходят на помощь друг к другу за пределами Северного Кавказа. Дружба земляков ценится всеми. Так произошло у меня во время встречи с Игорем Григорьевым, в виноградарском совхозе "Бурунный". В первый же день нашего приезда Игорь Григорьев принял мою жену на работу в свою контору бухгалтером по материальной части. Меня назначил бригадиром строителей и художником-оформителем почти с двойным окладом. На следующий день утром я вышел на работу, в качестве бригадира на строительство своего будущего жилья в виноградарском совхозе "Бурунный". В мои обязанности входило руководство бригадой строителей, а также совмещение столяра, плотника и художника-оформителя в одном лице. Я даже представить себе не мог, как буду совмещать свои работы.

- Почему вы не работаете? - удивленно, спросил я, строителей, когда увидел их сидящих на месте работы.

- Товарищ Диколитр не пришел. - смеясь, сказали мне, местные строители. - Без него не можем работать.

- Сейчас разберусь, почему нет на работе Диколитра. - на полном серьезе, сказал я, местным строителям.

Я пошел к директору совхоза, чтобы у него выяснить. Почему отсутствует на рабочем месте товарищ Диколитр. Как назло Игорь Григорьев уехал на своем легковом автомобиле по своим служебным делам куда-то в районный центр. Вернуться мог лишь к обеду. Надо было принимать какие-то экстренные меры, чтобы отыскать затерявшегося товарища Диколитра. Как назло в конторе все сидели за накрытым столом и что-то отмечали. Мне не хотелось быть незваным гостем за столом конторской службы, хотя там была на работе моя жена. Надо было выяснить у самих местных строителей, где можно мне найти затерявшегося товарища Диколитра. Однако когда я вскоре обратно пришел на стройку жилого дома, то застал за работой всю строительную бригаду под градусом. Строители увлеченно работали.

- Товарищ Диколитр сам нашелся? - удивленно, спросил я, строителей. - Познакомьте меня с ним поближе.

- Пожалуйста, присоединяйся к нам. - ухмыляясь, сказал слегка подвыпивший маляр, наливая стакан вина.

- Я что-то сейчас не вижу здесь товарища Диколитра. - серьезно, сказал я, принимая от маляра стакан вина.

- Если бы ты пришел чуть по позже на стройку, то ты не смог бы с ним встретиться вообще. - смеясь, ответил мне, слегка подвыпивший маляр, показывая на десятилитровую флягу, с которой маляр налил вино.

- Я совсем забыл, что Диколитр, это десять литров. - смеясь, сказал я. - Я подумал, это местный прораб.

Лишь после выпитого стакана вина я вспомнил, что у терских казаков такая давняя традиция, не начинать работу без диколитра виноградного вина. Поэтому и в конторе за столом с самого утра начинали работу с диколитра вина. В другом месте подобное мероприятие могло вылиться в огромный скандал с различными последствиями вплоть до увольнения с работы и привлечения к уголовной ответственности. У терских казаков в станицах это выглядело обычным явлением. Так как в народе говорят, что терский казак домашнее вино пьет раньше, чем из груди материнское молоко. Таким образом, я вернулся обратно к традициям и обычаям своих предков по линии своей мамы. С этого момента у меня дела в виноградарском совхозе "Бурунный" пошли быстро в гору. Я стал уважаемым человеком.

Прошло всего два месяца, как мы с женой и маленькой дочкой приехали жить сюда в виноградарский совхоз "Бурунный". Под моим руководством и при моем участии мы быстро закончили строительство жилого дома. Нашей семье в первую очередь предоставили трехкомнатную квартиру на всю нашу семью из трех человек. В одной комнате проживали мы втроем. В другой комнате стоял наш телевизор. В третьей комнате у нас находилась собственная живность, это попугаи в клетке, а также ежик с мышами в небольшой бочке по самой середине комнаты. Но об этом отдельный рассказ, который никоем образом, ни касается той кровной мести учиненной против меня ингушами...

- Рассказывай нам все, что ты считаешь интересным. - сказал мне, Цвика. - Мы должны все знать о России.

- Ну, хорошо! Расскажу! Если вам так нужно знать все о России для свое работы. - согласился я. - Я вселился с семьей в свободный кабинет в конторе, а рисовать стал в актовом зале через коридор. Однажды во время работы в актовом зале я услышал в коридоре шум, который устроили ласточки в своих гнездах. Ласточки, такие маленькие черные птички с белым брюшком. В природе Израиля я таких птичек не видел, а на Кавказе ласточки селятся там, где живут люди. Даже могут селиться в квартирах. Если не закрывать окна на летнее время. Ласточки приносят в клюве мокрую глину и лепят из мокрой глины свои домики под карнизом жилого дома или под потолком жилого помещения. Люди никогда не разоряют домики ласточек, которые на зиму улетают куда-то южнее Кавказа, а на лето возвращаются жить обратно в эти же домики. Так происходит из года в год на Северном Кавказе. По прилету ласточек с Юга люди определят, что пришла весна и начинают проводить посевные работы в поле. За виноградом ухаживают круглый год.

Так вот, в тот день я услышал беспокойные крики ласточек в коридоре. Обычно ласточки шумят только тогда, когда близко появляется кошка или какая-то другая мелкая птичка хочет поселиться в домике ласточки. Тогда ласточки дружно атакуют не прошеных гостей. Ласточки устраивают такой ужасный переполох, что не прошеные гости не выдерживают натиска ласточек и в панике пытаются сбежать с места возникшего скандала с ласточками возле гнезд. Я вышел в коридор посмотреть причину переполоха. Когда я посмотрел в ласточкины гнезда, то был весьма удивлен, что в одном из гнезд ласточки находится волнистый попугай. В природе Северного Кавказа попугаев нет вообще. Если волнистый попугай удрал у кого-нибудь из клетки, то на природе удравший из клетки попугай долго не живет. Слишком доверчивый к людям и к домашним животным попугай быстро становится легкой добычей бездомных кошек или хищных птиц, которые селятся вблизи жилища людей. Кроме того, в природе Северного Кавказа климат резко-континентальный. Существую все времена года - зима, весна, лето и осень. Со всеми переменами температуры климата и осадками, которые не подходят попугаям. Поэтому попугаи не живут в природе Северного Кавказа.

Я решил поймать неизвестно откуда взявшегося волнистого попугая и освободить ласточкино гнездо от не прошеного гостя. Поэтому я закрыл все окна и двери в коридоре конторы. Открыл дверь в актовый зал и туда загнал попугая. Очутившись в огромном помещении с закрытыми окнами, попугай забился под занавеску у окна, пытаясь спрятаться от меня. Там под занавеской я осторожно поймал волнистого попугая и поселил его в нашу жилую комнату напротив актового зала. В этот же день смастерил попугаю небольшую клетку. Затем в выходной день поехал в город Грозный на птичий рынок. На рынке купил пару нашему волнистому попугаю, чтобы у него в клетке была своя семья. Когда мы вселились в новую трехкомнатную квартиру, то вместе с нами в эту квартиру вселились полевые мыши, которые жили в этих местах задолго до поселения человека на этих землях. Видимо полевые мыши подумали, что человек построил жилище для них и заняли одну из наших спален. Естественно, что моя жена Людмила в первый же день нашего вселения в новую квартиру устроила переполох при виде полевых мышей. Я тут же решил принять меры, чтобы избавить свою новую квартиру от не прошеных поселенцев. Но так как в совершенно новом поселке не было кошек и некому было ловить полевых мышей, то мне посоветовали поселить в этой комнате ежиков, которых было множество на природе вокруг нашего поселка. Как всем известно, то ежики питаются полевыми мышами. Поэтому я решил, что одного ежика нам вполне хватит, чтобы окончательно вывести всех полевых мышей, поселившихся в нашей квартире целым семейством и не желающим покидать наше жилье. Надо было только поймать ежика. Мне ни стоило особого труда, чтобы в кустах найти крупного ежика и поселить в комнату, где проживала семья полевых мышей. Людмиле было жалко ежика, что может погибнуть без пищи и влаги, пока поймает мышку на пропитания. По просьбе Людмилы я поставил на самую середину пустой комнаты блюдце с молоком, чтобы ежик перед охотой на полевых мышей мог хорошо подкрепиться. Затем ловить полевых мышей, которые спрятались где-то у нас.

На следующее утро мы с Людмилой заглянули, через стекло на двери, в комнату с ежиком и полевыми мышами. Как мы были удивлены, когда увидели, что ежик пьет молоко из блюдца с одной стороны, а полевые мыши пьют молоко из блюдца с другой стороны. Наша попытка избавиться от полевых мышей с помощью ежика была обречена на провал. Видимо ежик был слишком молодой и не опытный на случай ловли полевых мышей. Тогда у нас возник хитрый план научить ежика ловить полевых мышей. По этому случаю я притащил в свою квартиру на второй этаж небольшую пустую бочку. Затем в эту бочку с сухой травой поселил ежика и несколько полевых мышей, которых я вытащил из кадки с дождевой водой на улице. Видимо полевые мыши рассчитывали напиться воды из кадки с дождевой водой. После не могли выбраться оттуда, так как в этой кадке раньше хранили вино. Кадка была пропитана запахом вина. Полевые мыши просто опьянели от запаха вина и под кайфом висели на деревянных стенках кадки. Мне оставалось лишь собрать полевых мышей в стеклянную банку, а затем поселить полевых мышей в бочку вместе с ежиком на голодном пойке, чтобы ежик этих полевых мышей съел. Таким образом, пристрастился к мышиному мясу.

Прошло несколько дней после того, как мы поселили ежика вместе с полевыми мышами и с сухой травой в небольшую железную бочку, откуда ежик и полевые мыши не могли никак выбраться. Через несколько дней, я решил проверить. Съел ежик полевых мышей или нет? Так как сверху не было видно в бочке полевых мышей, то я подумал, что наш ежик съел всех полевых мышей и его можно вытащить из бочки к охоте на полевых мышей в нашей комнате. Но когда я вытащил ежика из железной бочки, то под ежиком обнаружил на сухой траве живыми всех полевых мышей, а рядом с ними только что родившихся маленьких мышат. Наверно мышка была беременная. Так что видимо ежик был вегетарианцем и не употреблял себе в пищу полевых мышей. Таким образом, наша война с полевыми мышами потерпела полный провал. Нам ничего не оставалось делать, как смириться с присутствием полевых мышей. Мы выпустили в своей комнате из железной бочки ежика и полевых мышей. В эту же комнату поселили в клетке пару волнистых попугаев. Превратили нашу, пустую комнату в живой уголок в своей квартире. Нам хотелось, чтобы наш живой уголок был ближе к естественной дикой природы. Поэтому мы туда поставили в деревянных коробках рассаду с полевыми цветами и травой. Наловили кузнечиков, бабочек, стрекоз и ящерок, которые тоже хорошо прижились среди пары ежиков, пары попугаев в клетке и двух семейств полевых мышей. У нас в комнате стало целое дикое хозяйство животного мира дикой природы, за которым мы стали ухаживать всей семьей, как за домочадцами. Вот только волнистым попугаям почему-то не понравилось наше внимание к ним. Однажды в наше отсутствие дома попугаи прогрызли клювами картонную подстилку в полу клетки и вылетели из комнаты в открытую форточку. Мы очень переживали за то, что наши волнистые попугайчики удрали от нас и возможно погибли от хищников в дикой природе. Ведь наши волнистые попугайчики родились в клетке и совсем не могли жить на воле в дикой природе. Каково было удивление всех жителей нашего поселка, когда весной на первом участке виноградника вблизи поселка в соломенной крыше сторожки, стали замечать целое семейство волнистых попугаем. Мало того, что сбежавшие от нас волнистые попугаи хорошо прижились в дикой природе, кроме того, волнистые попугаи спаровались с местными воробьями. Видимо волнистые попугаи и местные воробьи относятся к одному виду птиц. Вскоре на первом участке в соломенной крыше сторожке появилось целое племя разноцветных маленьких птиц. Своим видом птицы были похожи на обычных воробьев и на волнистых попугаев, сбежавших от нас. В природе появился новый вид птиц.

Так постепенно наша маленькая семья стала вживаться в землях когда-то заселенных предками моей мамы, терскими казаками, которые появились в этих краях задолго до появления там чеченцев, ингушей, тавлинов и других многочисленных народов Северного Кавказа, которые поселились на Северном Кавказе с приходом тюркских племен. Теперь мы с Людмилой, еврейкой по национальности, словно волнистые попугаи с воробьями, создавали новое племя метисов между евреями и русскими, терскими казаками по материнской линии и донскими казаками по отцовской линии. Мы мечтали, что в этих краях появится наш новый красивый род метисов по нашей линии, которые будут жить в мире и согласии с другими народами, поселившимися в дикой природе по левому берегу бурной реки Терек. Однако судьба, а точнее коммунистическая партия, распорядилась нашими планами иначе. Я не хочу обсуждать ни советскую власть, ни саму коммунистическую партию. В любом политическом и экономическом направлении можно найти разного вида проколы. Так было. Так есть и так будет всегда. Пока на планете Земля находятся обычные люди. Мы всегда будем учиться на своих ошибках. Поэтому мне не хочется обсуждать коммунистическую партию Советского Союза. Может быть, в эшелонах партийной власти купались в шампанском вине и ели каждый день черную икру, я этого не знаю. Мне там не было суждено подняться до высоких эшелонов политической власти по партийной линии.

Но я могу твердо сказать, что нижний эшелон коммунистической партии состоял в основном из людей преданных партии и народу. Это мы, рядовые коммунисты, вместе с обычным народом строили города, поднимали целину, возводили гигантские предприятий и платины, запускали с планеты Земля космические корабли. Мы искренне старались быть первыми впереди планеты всей. В этом тут нет ничего позорного перед другими народами на планете Земля. Нет в мире такого народа, который не стремился быть первым во всех отношениях среди других народов. Поэтому не нужно хаять рядовых коммунистов, которые с кровавыми мозолями на руках вместе с обычным народом строили свое светлое будущее всему пролетариату на планете Земля. Нас просто предали, как сверху, так и снизу. Рядовые коммунисты, также как офицеры русской армии, верные своему отечеству, дали клятву чести служить своему народу до самой смерти и всеми силами стоят на благо своего отечества Советского Союза. Нас не только предали всем миром, к тому, же разобщили на разные территории, чтобы со стороны легче управлять в новое время нашей жизни. Тогда, в начале семидесятых годов, все выглядело по-другому. Мы пытались построить коммунизм. Выполняли любое поручение коммунистической партии. Когда партия говорила "Надо!", то мы шли на ратные подвиги ради построения светлого будущего - коммунизма. Мы, даже не задумываясь над тем, что после наших подвигов может быть плохо нам и нашим семьям. Главное, чтобы было хорошо коммунистической партии и всему советскому народу, который был строителем светлого будущего всего человечества. Поэтому, рядовые коммунисты и комсомольцы, не отказывались от поручения коммунистической партии и правительства. Готовы были пойти на самые тяжелые участки строительства коммунизма. В то время по Советскому Союзу было множество таких тяжелых участков строительства коммунизма. Северный Кавказ в этом не был исключением. В республиках Северного Кавказа создавались разные проекты строительства коммунизма вплоть до расселения народов по всей огромной территории Северного Кавказа.

За год проживания в поселке виноградарского совхоза "Бурунный" я быстро продвигался вперед в своем развитии. Занимаясь различными видами своих работ, я был заметной фигурой среди рядовых комсомольцев. Вскоре меня приняли кандидатом в коммунистическую партию Советского Союза. Затем поставили во главе комсомольской организации виноградарского совхоза "Бурунный". Теперь мне предстояло показать себя со всех сторон, как молодого коммуниста, так руководителя комсомольской организации, которая росла с каждым днем за счет местной молодежи. Постепенно наш виноградарский совхоз "Бурунный" превращался в гигантский сельскохозяйственный комплекс. Целинных земель здесь было достаточно, чтобы расширять свое сельское хозяйство. Поэтому на целинных землях красных песков создавались новые отделения и питомники виноградарского совхоза "Бурунный". Совхоз стал таким громадным, что агроному Казарезовой вместе с директором совхоза не хватало светового дня, чтобы побывать на всех участках и питомникам совхоза. Теперь руководителям совхоза приходилось ездить на участки по составленному графику. К этому времени к темпам развития коммунистическая партия придумала встречный план быстрого построения коммунизма в СССР. Так что коммунистам, комсомольцам и просто рядовым гражданам приходилось вкалывать за двоих "За себя и за того парня", который не вернулся с войны. Вдобавок выполнят годовой встречный план. Работы в построении светлого будущего было много. На личные дела совсем не было свободного времени.

За два года своего существования виноградарский совхоз "Бурунный" увеличился в несколько раз не только своей территорией, но также и людьми, которые прибывали к нам в совхоз со всего Советского Союза. Поселку совхоза пришлось быстро расширяться. В этих целях был пересмотрен проект поселка. Вокруг поселка был посажен самый настоящий лесной массив. Поселок было решено строить ни столько вширь, сколько вверх, чтобы таким образом расширить пространство озеленения за счет дикой природы прижившейся на целинных землях вокруг всего совхоза. Таким образом, в скором будущем в поселке "Бурунный" должны были появиться многоэтажные, жилые здания со всеми условиями городской жизни. Даже стали рассматривать вопрос о создании собственной поселковой администрации. Независимой от поселкового совета станицы Червленой, на землях которой был заложен когда-то виноградарский опытный совхоз "Бурунный". Станица Червленная была всего лишь через дорогу от нас и наравне с нашим совхозом станица Червленная быстро раздвигала свои границы по левому берегу реки Терек. Народ прибывал к нам в виноградарский совхоз отовсюду. В основном приживались люди, прибывшие к нам из сельской местности в СССР. В такой ответственный момент моей жизни, вдруг, меня срочно вызывают райком партии Шелковского района. В райком партии срочно вызывали только для разгона или для каких-то новых важных поручений. С моей стороны, как молодого коммуниста и как руководителя комсомольской организации совхоза, не было никаких проколов. Так что меня могли срочно вызвать только для какого-нибудь нового партийного или комсомольского поручения. Скорее всего, я им нужен был как художник-оформитель для создания стенда встречного плана. Ведь я один художник на район.

- Из ЦК КПСС пришла разнарядка во все парткомы Северного Кавказа. - с траурным лицом, сказал мне секретарь Шелковского райкома партии. - Возле аула Чири-Юрт объявлена всесоюзная комсомольская стройка цементного завода. Туда направляются самые передовые партийные и комсомольские кадры. Тебе поручено возглавить со стороны Шелковского района отряд строителей в количестве двадцати человек. Выезд завтра утром. За тобой в поселок "Бурунный" заедет автобус с отрядом строителей, которые уже готовы к отъезду на комсомольскую стройку страны.

Поручения коммунистической партии не обсуждались. Каждому рядовому коммунисту и комсомольцу было за честь выполнить какое-то партийное или комсомольское поручение. Здесь же поручение от самого ЦК КПСС! Мне оставалось только по-армейски быстро собраться и быть готовым к отъезду на комсомольскую стройку страны. Это было осенью 1972 года. Сентябрь удался на редкость дождливый. Постоянно льют дожди. Виноград приходится убирать вручную под проливным дождем. Корзины с виноградом выносим за несколько километров от плантации. Рядом с плантациями виноградников хороших дорог нет. Груженые виноградом машины вязнут по самые борта в мокром песке. Трактора с огромным трудом вытаскивают автомобили с виноградом на трассу. Винограда уродилось так много, что ликероводочный завод станицы Червленной не успевает перерабатывать виноград нового урожая. Приходится виноград возит на другие заводы Наурского и Шелковского районов. Почти целый месяц рабочие и администрация совхоза, трудились без сна и отдыха. Все взрослые поселка "Бурунный" на уборке нового урожая.

Трудности в моей жизни просто пустяк. Я привык к подобным трудностям с самого детства. Особенно с того времени, когда мы ушли от отца всей семьей. Моей маме приходилось в одиночку поднимать семью из четырех человек на одну зарплату крановщицы в восемьдесят рублей. Тогда мы с мамой ходили вдвоем на убранные картофельные и кукурузные поля соседних совхозов, которые находились вблизи города Беслан. То, что мы собирали на совхозных полях, шло нам на пропитание. Восемьдесят рублей уходили на учебу детей, на коммунальные расходы и на одежду. Позже нам дали за городом шесть соток земли под огород, который обрабатывали вручную и охраняли по очереди от воров. В основном охраняли урожай на участке от городских пацанов и от птиц ворон, часто опустошающих огороды. Тогда в поселке "Бурунный" самыми большими трудностями в моей семье был наш маленький ребенок. Нашей дочери Анжелике едва исполнилось девять месяцев. В таком возрасте в детский садик станицы Червленой детей не берут. В поселке совхоза детского садика и яслей нет. Хотя новорожденные дети в поселке появляются каждый месяц. Наши молодые жены словно сговорились. Беременных женщин больше чем рабочих. Женщины смотрят своих детей до подросткового возраста по очереди. Бабушки и дедушки, маленьких внуков и внучек, далеко за пределами нашего совхоза. Живут старики по всей территории Советского Союза. Так что молодым семьям самим приходится крутиться, чтобы вырастить здесь свое новое поколение в условиях сельской местности, где есть много проблем.

- Игорь! Я не могу так просто оставить своего ребенка без присмотра. - сказал я, директору совхоза, как только приехал в наш поселок из райкома партии. - Поговори с заведующей детским садиком, чтобы она туда взяла мою дочку.

- Хорошо! Я прямо сейчас позвоню заведующей. - согласился директор совхоза. - Детский садик постоянно пользуется нашими услугами. Пускай хотя бы нашему секретарю комсомольской организации найдут в садике место его ребенку. В противном случае мы прекратим поставлять детям от себя в детский садик бесплатные продукты питания.

Игорь Григорьев добился, что в детском садике станицы Червленой согласились взять мою дочь Анжелику. Теперь я мог спокойно отправляться на комсомольскую стройку Северного Кавказа. Строить цементный завод возле аула Чири-Юрт, который находился от нашего поселка "Бурунный", примерно в двести километров в сторону главного кавказского хребта. От города Грозный, примерно, километров сто пятьдесят. В первый день на работу строительства цементного завода вблизи горного аула Чири-Юрт мы выехали ранним утром. Приехали на большом автобусе в пионерский лагерь "Горный воздух" во второй половине дня. Нас сразу поселили с питанием и постоянным жильем. Условия жизни и работы отличные. В райкоме партии обещали сохранить зарплату по месту жительства. На строительстве цементного завода обещали сдельную работу, с бесплатным питанием, местом жительства и с бесплатным рабочим обмундированием. В те годы это были самые лучшие условия жизни и работы. Пожалуй, среди строителей не было ни одного человека, который был бы против таких шикарных условий работы и проживания вдали от дома. В пионерском лагере "Горный воздух" было несколько благоустроенных домиков барачного типа, столовая, красный уголок с телевизором, туалеты, душевые комнаты и многие другие бытовые условия. Вокруг пионерского лагеря "Горный воздух" огромный фруктовый лес из диких плодов яблок, груш, алычи, кизила, грецкого ореха, ореха фундук и многих других съедобных диких растений. Таких фруктовых лесов достаточно много по всему Северному Кавказу.

В нашем пионерском лагере "Горный воздух" поселились четыреста человек с разных районов и разных республик Северного Кавказа. С каждого места по двадцать человек. Сюда приехали работать двадцать человек с Северной Осетии. Среди приезжих большая часть знакомые. Друзья времени моего проживания в городе Беслан. Даже среди строителей из Дагестана я встретил своих знакомых и друзей моего детства. Когда мы жили в городе Избербаш в начале пятидесятых годов. Вокруг меня собрались друзья и знакомые. Образовалась одна группа единомышленников. На первом собрании коллектива строителей в пионерском лагере "Горный воздух", было решено выбрать общего командира строительного отряда из двадцати командиров прибывших с разных районов и республик Северного Кавказа. Мои знакомые и друзья единым голосованием выдвинули мою кандидатуру командиром общего строительного отряда. Против моей кандидатуры были только двадцать человек ингушей из города Назрань. Чеченцы, осетины, кабардинцы, дагестанцы и другие представители разных национальностей Северного Кавказа поддержали мою кандидатуру. На территории Северного Кавказа всегда местными народами русская нация разглядывалась как привилегированная. Так как русские ко всем нациям без исключения на Северном Кавказе относились одинаково по-братски.

В то время как если на какой-то руководящий пост становили представителя другой нации, так этот представитель другой нации тут же начинал оказывать внимание представителям своей нации. Словно других наций рядом не было. По этой причине на Северном Кавказе часто возникали различные разборки между местными национальностями, которых на Северном Кавказе более сотни. Так что в данной ситуации было легче выбрать русского руководителя. Тем более я был уроженцем Чечни. Проживал я в разное время в населенных пунктах Чечни, Дагестана, в Северной Осетии, в Ставропольском и Краснодарском краях. Многие коммунисты и комсомольцы знали меня с самого детства. Таких строительных отрядов, в которых парни знали меня давно, собралось больше десятка. Все строительные отряды проживали рядом в разных пионерских лагерях, которые с начала учебного года были пустыми. По этой причине местным районным и областным образовательным организациям было выгодно иметь таких поселенцев в своих пустующих пионерских лагерях во время учебного года. Наше пребывание и содержание в пионерских лагерях финансировалось за счет всесоюзного бюджета. Осталось лишь вести контроль, за выполнения строительных работ, на цементном заводе, объекты которого находились в десяти километрах от пионерского лагеря "Горный воздух".

В народе давно ходили слухи, что в Прибалтике и в Чечне, одновременно, начали строить гигантские цементные заводы, которые должны были разгрузить дорогие зарубежные поставки цемента на строительство коммунизма в Советском Союзе. Единственный на Северном Кавказе цементный гигантский завод в городе Новороссийске давно не справлялся с нуждами Северного Кавказа в поставках цемента на повсеместно растущие стройки коммунизма. Вести цемент из различных регионов Советского Союза, а также из-за рубежа было не выгодно. Горной породы известняка под образование порошка цемента на Северном Кавказе повсюду множество. Все горы породы известняка. Поэтому было решено построить гигантский цементный завод(комбинат) в Чечено-ингушской АССР рядом с аулом Чири-Юрт в ста тридцати километрах в сторону главного кавказского хребта. Почему именно в этом месте? Наверно потому, что по самой середине Северного Кавказа. Отсюда будет легче транспортировать цемент во все регионы Северного Кавказа и в соседние закавказские республики - Азербайджан, Грузия и Армения. Может быть, были какие-то другие экономические и политические причины? Мне это совершенно неизвестно. В отношении самого сырья на цемент, так на Северном Кавказе этого добра достаточно всюду в любом месте. Можно строить заводы повсеместно.

Как бы то, не было, но со времени начала одновременного строительства цементных заводов в Прибалтике и в Чечне прошло шесть лет. Цементный завод в Прибалтике выпускал первую продукцию, а строительство цементного завода в Чечне почему-то постоянно срывалось. Несколько раз сменяли руководителей строительства цементного завода в Чечне. Многих руководителей понизили в должностях. Некоторых руководителей посадили в тюрьму за халатность. Однако строительство цементного завода возле аула Чири-Юрт никак не подходило к своему завершению. Поэтому было решено объявить строительство цементного завода возле аула Чири-Юрт всесоюзной комсомольской стройкой. Руками энтузиастов коммунистов и комсомольцев скоро достроить цементный завод на Северном Кавказе. Когда на следующий день рано утром мы всем строительным отрядом в четыреста человек приехали на строящийся объект, то все были ужасно поражены увиденным. В нескольких километрах вокруг объекта цементный завод вырос целый поселок из кирпича, досок и цемента, предназначенных на строительство цементного завода. На месте строящегося цементного завода был один гигантский котлован под фундамент строительства цементного завода. Рядом заброшенная ржавая строительная техника, от которой не открутили только то, что нельзя было открутить или вообще никому не нужно. Остальное было разворовано основательно. Вплоть до того, что даже колючую проволоку сняли вокруг строительного объекта, где когда-то пытались построить забор из бетонных опор торчащих повсюду.

- Мы сегодня начнем с того, что подготовим площадку под строительство. - сказал нам, начальник стройки.

За один день, строительный отряд почти в две тысячи человек, голыми руками без техники очистил территорию строительства от ржавой техники и от разного хлама. К концу дня вокруг стройки был построен деревянный забор с колючей проволокой. Вокруг забора было установлено электрическое освещение и поставлена вооруженная охрана территории стройки, чтобы за ночь местные жители не растащили новый деревянный забор с колючей проволокой. На следующий день вокруг объекта строительства цементного завода появились строительные передвижные автоколонны. Всюду были выставлены сторожевые вышки с вневедомственной вооруженной охраной и со сторожевыми собаками. В этот же день рядом с объектом строительства цементного завода расположилась воинская часть пехоты со своими автомобилями и полевой кухней. Строительный объект цементного завода стал похож на зону с заключенными внутри или на особый стратегический военных объект со всем необходимым видами охраны. Мало того, над всеми вышками были установлены мощные прожектора, свет которых направлен во все стороны. Так что теперь никто из местных жителей не мог приблизиться ночью к всесоюзной комсомольской стройке на Северном Кавказе. На третий день нашего пребывания на стройке цементного завода вся армада людей и техники пришли в движение. Началось грандиозное строительство, в моем понятии. Пожалуй, что и в понятии всех остальных людей, которые начали возводить гигантский цементный завод совершенно на пустом месте, где кроме котлована от прошлой стройки больше ничего не было. Да и не могло быть по-другому, так как стройку изначально обокрали полностью.

Целый месяц несколько тысяч человек работали круглые сутки без выходных. У каждого отряда строителей в четыреста человек был собственный объект. Какой-то отряд строил административный корпус. Другой отряд устанавливал ремонтные мастерские. Третий отряд взамен временного забора вокруг всей стройки укреплял новое оградительное сооружение из бетонных плит со всеми средствами охранных приборов того времени. Какому-то отряду довелось бетонировать площадку территории всего цементного завода. Был также отряд строителей, в который входили специалисты по культуре и озеленению всей территории будущего цементного завода. Рядом огромный дорожно-транспортный отряд строителей укладывал полотно асфальтированной дороги между цементным заводом и местом нахождения сырья к гигантскому цементному заводу. Таким местом оказалась большая гора в ближайшем ущелье. Строительному отряду, которым руководил я, достался объект первой печи на изготовление порошка цемента. Таких печей предусматривалось установить несколько штук. Я точно не помню именно сколько. Каждая печь должна была перемалывать и обжигать определенную массу породы к созданию разного вида марок цемента, который можно было употреблять во всех видах строительства того времени, а также в промышленных целях и в металлургии. Наш строительный отряд разбили на четыре отряда по сто человек каждый. Один отряд возводил стены фундамента опор под дробильную печь. Другой отряд строил здание управления печью. Третий отряд занимался монтажом и установкой печи. Четвертый отряд проводил все коммуникации необходимые к запуску дробильной печи. Лично мне выпала роль снабженца и посредника между всеми четырьмя отрядами огромного коллектива. Я почти весь световой день мотался между строительными отрядами и базами снабжения по всей Чечено-ингушской республике. Часто приходилось спать в пути, а питаться тем, что смог прихватить в столовой пионерского лагеря "Горный воздух" или в солдатской полевой кухне, которая кормила нас в рабочее время на участке стройки цементного завода.

Через месяц первая очередь армады цементного завода была установлена. Осталось только специалистам подключить средства электрического питания к пульту управления и засыпать породу в дробильную печь. После этого можно было объявить о пуске первой очереди цементного завода возле аула Чири-Юрт. Желающих работать на этом гигантском заводе было достаточно. Так как из ЦК КПСС было дано указание на строительство поселка городского типа специалистам и рабочим гигантского цементного завода на Северном Кавказе. Жить на юге хотели многие. Специалисты из города Москва прибыли в тот день, когда мы заканчивали строительно-монтажные работы печи. Надо было протянуть силовой кабель от дробильной печи до здания с пультом управления. Но тут оказалось, что наши прорабы и проектировщики допустили ряд ошибок в строительно-монтажных работах. Были сразу две самые ужасные ошибки. Первой ошибкой было то, что во время литья из бетона фундамента опоры дробильной печи забыли вложить трубу, через которую должен пройти силовой кабель от дробильной печи к зданию с пультом управления. Второй ошибкой строителей было то, что само здание управления дробильной печью построили в таком месте, что после возведения всех предусмотренных проектом печей, здание управления могло оказаться между дробильными печами. Работать в таких ужасных условиях невозможно было не только людям, но даже приборам, которыми было снабжено управление дробильными печами и всем гигантским цементным заводом. Все могло рухнуть от вибрации.

Здание с пультом управления пришлось возводить заново в том месте, которое указали в проекте специалисты из города Москва. Направленным взрывом и просто отбойным молотком проделали дыру с метровым отверстием через пятиметровую толщину бетонных опор под дробильную печь. В эту дыру вставили металлическую трубу диаметром под толщину силового кабеля. Затем эту огромную дыру в бетонных опорах тщательно залили и заделали бетоном высокой марки. В заключении усилили огромными металлическими плитами, на тот случай, чтобы бетонная опора под дробильную печь не могла разрушиться во время эксплуатации по той причине, что на бетонную опору воздействовали взрывом и долбежкой, во время проделывания отверстия под металлическую трубу к силовому кабелю. Наконец-то долгожданный час пуска первой очереди цементного завода настал. На пуск первой очереди цементного завода прибыли представители не только местной власти. Но также высокие гости из ЦК КПСС, в сопровождении корреспондентов прессы и телевидения. На митинг по случаю открытия первой очереди цементного завода собралось столько много народу, что для безопасности высоких гостей из ЦК КПСС, пришлось срочно вызывать наряды вооруженной милиции и солдат, которые цепью расположились между гостями из ЦК КПСС и местным населением. Возглавлял высоких гостей из ЦК КПСС, председатель Совета Министров РСФСР товарищ Соломенцев Михаил Сергеевич. С ним вместе прибыл его сын Соломенцев Юрий Михайлович, ученый по созданию систем автоматизации и проектирования в машиностроении, труды которого использованы в проекте гигантского цементного завода на Северном Кавказе. Кроме высоких гостей из столицы нашей Родины, города Москва, к нам на митинг по случаю открытия первой очереди цементного завода прибыл партийный аппарат управления Чечено-ингушской АССР. Под руководством секретаря коммунистической партии республики, товарища Одинаева и другие уважаемые всеми лица.

Конец октября месяца 1972 года выдался на редкость солнечным. Словно погода постаралась создать нам великий праздник природы и труда человека. Митинг открыл секретарь коммунистической партии Чечено-ингушской АССР, товарищ Одинаев. После его длинной вступительной речи во славу нашей коммунистической партии и всего народа строящего светлое будущее всего человечества, товарищ Одинаев дал слово председателю СМ РСФСР, товарищу Соломенцеву Юрию Михайловичу. Представитель власти СССР поздравил строителей с открытием первой очереди цементного завода на Северном Кавказе. Разрезать алую ленточку поручили девочке местной национальности. Дружные аплодисменты заглушил рев большегрузных самосвалов марки "БЕЛАЗ", которые двинулись к бункеру загрузки громадной многометровой дробильной печи. После загрузки дробильной печи огромная раскаленная металлическая труба диаметром около пяти метром и длинной более двадцати метров, медленно качнулась. Печь стала набирать скорость своей раскрутки. Представители власти сразу пожалели о том, что прибыли на митинг по случаю запуска первой очереди самого гигантского цементного завода на Северном Кавказе. Гул печи оглушил людей.

Искусственный взрыв бомбы и естественный грохот грома с молнией просто ничтожный шум по сравнению с грохотом, который создала первая очередь цементного завода. Местные жители, радостно встречали открытие цементного завода и в один голос говорили, что рядом с кирпичными домами у них теперь появятся дома литые из бетона. Теперь местные жители пожалели о том, что рядом с ними построили такой гигант, как цементный завод. С этого момента, покой и спокойствие этих мест, были полностью разрушены грохотом дробильной печи и гулом самого завода. Не прошло и тридцати минут, как все высокопоставленные гости покинули территорию первой очереди гигантского цементного завода. На цементном заводе остались только одни специалисты и рабочие обслуживающие первую очередь цементного завода. Строительные отряды разъехались по своим жилым местам вблизи гигантской стройки.

Наш отряд в четыреста человек тоже выехал в пионерский лагерь "Горный воздух" к месту своего отдыха. Вместе с нами в пионерский лагерь "Горный воздух" поехал один из руководителей стройки цементного завода. От него мы должны были узнать наши дальнейшие действия в строительстве гигантского цементного завода. Кроме того, мы все должны были получить свою зарплату за работу по сдачи первой очереди цементного завода на Северном Кавказе.

- Прежде чем выдать вам зарплату, вы должны в бухгалтерию передать все ваши данные по работе. - сказал нам руководитель стройки цементного завода. - На это уйдет, примерно, три недели. В эти три недели будет испытан пуск первой очереди цементного завода. По решению руководителей стройки, на время испытания первой очереди цементного завода, все строительные отряды распускаются на три недели в отпуск домой. Затем через три недели испытание первой очереди цементного завода заканчивается. Мы приступаем к строительству следующей очереди цементного завода, с учетом ошибок допущенных при пуске первой очереди цементного завода. За три недели вашего отдыха зарплата ваша будет полностью готова. Вы получите заработанные деньги за работу прошедшего месяца.

Как положено по русскому обычаю, мы накрыли общий стол, чтобы отметить пуск первой очереди цементного завода. Так как нас было больше четыреста человек, а ящика обычного вина на всех не хватало, то решили отправить гонцов в разные стороны. Пионерский лагерь "Горный воздух" находился как раз между аулами Шатой и Чири-юрт. В оба аула отправились гонцы за спиртным. Через час на нашем праздничном столе было не два, а три ящика красного вина. Праздничный стол у нас был накрыт на славу. Гуляли хорошо до самого обеда под красное вино и шашлыки. После обеда большая часть строителей решили уехать домой. Завтра выходной день. Добраться домой общественным транспортом будет сложно. Сегодня с нами три автобуса. К тому же общественный транспорт проходит рядом по трассе со стороны аулов Итум-Кале и Шатой. Таким образом, к вечеру в пионерском лагере "Горный воздух" остались всего четыре бригады строителей по двадцать человек, это парни и девушки из Шелковского района, ингуши из города Назрань, парни из Дагестана и строительная брига из Северной Осетии. За нами завтра должны были прийти автобусы, из районных центров и городов Кавказа. Мы жили дальше всех строителей из Северного Кавказа. После банкета, оставшиеся ночевать в пионерском лагере "Горный воздух" парни и девушки разбрелись по своим местам. Мне нужно было собрать ценные документы по строительству, чтобы завтра документы забрать с собой, а в понедельник из дома отвести в штаб строителей цементного завода в город Грозный. За тем я мог спокойно отдыхать три недели дома вместе со своей семьей. Я больше месяца не был дома и не видел своей маленькой дочери Анжелики, которой через месяц исполниться один год. Моя дочь Анжелика в девять месяцев стала ходить и что-то лепетать на своем детском языке, который нам с Людмилой, пока не был понятен. Мы были рады такому успеху дочери.

Так получилось, что мой кабинет находился в бараке заселенном ингушами из города Назрань. С первого дня ингуши возненавидели меня за то, что я русский стал командиром строительного отряда. Ингуши несколько раз предлагали мне добровольно отказаться от своего руководства в пользу начальника ингушского отряда, который по разумению ингушей был старше меня и более образованный, чем я в то время. Я наотрез отказался от предложения ингушей. Сказал им, что меня выбирал коллектив и только коллектив меня может отстранить от должности командира строительного отряда. Тем более что должность командира строительного отряда общественная и не оплачиваемая, так что я с огромным удовольствием уступлю свое место тому человеку, который окажется более достойным, чем я. Но в любом случае такой вопрос может решить коллектив и высшее руководство стройки цементного завода. Ингуши пытались собрать общее собрание. По вопросу выдвижения командиром строительного отряда начальника строительной бригады со стороны бригады ингушей из города Назрань. Однако никто не обращал внимания на предложение ингушей, так как я отлично справлялся со своими обязанностями и триста восемьдесят человек строительного отряда были за то, чтобы строительным отрядом руководил именно я. Мне не хотелось подводить своих друзей.

- Командир! Не поворачивайся ко мне лицом, а слушай меня внимательно. - услышал я, шепот за моей спиной, когда собирал документы в своем кабинете в бараке у ингушей. - Сейчас в домике ставропольских девчат осталась одна девушка. Ингуши собираются в двадцать человек изнасиловать девушку, а затем убить ее. Таким образом, ингуши хотят избавиться от тебя, командир, чтобы на твое место поставить своего начальника. Я не хочу, чтобы на моей совести осталась невинная жертва. Поэтому хочу, чтобы ты спас девушку из ставропольского строительного отряда.

Говоривший шепотом за моей спиной ингуш замолчал. Я несколько минут сидел за столом, словно ошарашенный таким известием. У меня даже хмель с головы вся пропала. Я прекрасно понимал, что это не просто обычная провокация против меня, которых было множество со стороны ингушей, но коллектив строительного отряда в большинстве был на моей стороне и всегда давал ингушам серьезный отпор. Теперь же могло совершиться преступление, которое могло повлечь серьезные последствия с привлечением к суду множества ни в чем не виновных людей из отряда. Рядом с пионерским лагерем "Горный воздух" нет отделения милиции. В пионерском лагере "Горный воздух" кто-то отключил телефон. Вполне возможно, что это было дело рук ингушей. До ближайшего населенного пункта больше десяти километров. Ночью рядом транспорт не ходит. Если на помощь девушки привлечь противников ингушей, то в пионерском лагере "Горный воздух" будет ни просто драка, а массовая резня, между народами Северного Кавказа. Надо самому принять какие-то меры по спасению девушки из ставропольской группы. Не допустить массовой резни. Прямо из барака заселенного ингушами, я направился в один из домиков, в котором жила девушка из Ставропольского края. Так получилось, что в этом домике жили в основном девушки из города Грозный. Местные девушки уехали к себе домой сразу после банкета. Девушка из Ставропольского края собиралась уехать завтра утром вместе с нами до города Грозный, чтобы оттуда выехать автобусом от автостанции в сторону своего населенного пункта в Ставропольском крае. Автобусы от города Грозный в сторону места ее жительства ходят утром один раз в сутки.

- Валентина! Открой, пожалуйста, свою дверь. - сказал я, девушке, когда подошел к двери ее домика. - У меня к тебе серьезный разговор. К тебе в постель не собираюсь залезть. У меня дома жена и маленькая дочь. Надо поговорить.

- Что тебя привело ко мне в такое позднее время? - сонно, спросила Валентина, кутаясь в домашний халат.

- Слушай меня внимательно и не перебивай. - серьезным голосом, сказал я. - Наверно тебе известно, что ингуши были против того, чтобы меня русского выбрали командиром строительного отряда. Поэтому они готовили разные провокации с той целью, чтобы устранить меня от должности командира строительного отряда и на мое место поставить ингуша, своего начальника строительной бригады. Все провокации ингушей провалились. Тогда ингуши решили совершить преступление, которое может повиснуть на мне, как на командире строителей, который ответит за все, что происходит в строительном отряде. Случайно, я сейчас узнал о возможном преступлении в эту последнюю ночь.

- Ингуши хотят меня изнасиловать и убить! - в ужасе, шепотом, произнесла Валентина. - Что мне делать?

- Тебе ничего не нужно делать. - тоже шепотом, сказал я. - Если мы сейчас поднимем шум, то в пионерском лагере "Горный воздух" произойдет массовая резня между народами. Тогда выйти живыми отсюда будет мало шансов для всех. Нам с тобой остается использовать религиозную фанатичность ингушей. Если это не сработает, то тогда мы пойдем на крайние меры. Поднимем такой балаган, о котором пожалеют ингуши. Соглашайся с моим предложением.

- Что мы сейчас с тобой можем придумать в такое позднее время? - дрожа от страха, спросила Валентина.

- Я буду у тебя в качестве гостя. - стал объяснять я, Валентине. - Пускай даже они думают, что мы с тобой любовники. По закону мусульманского закона, первый гость становится хозяином дома, к которому переходит право впускать или не впускать нового гостя, который впоследствии может стать гостем твоего дома. Поняла? Быстрее соглашайся.

- Мне с тобой сейчас нужно лечь в постель? - удивленно, спросила Валентина. - Я пока еще девственница!

- Нам с тобой не нужно лежать в одной постели. - объяснил я, Валентине, перепуганной за возможную потерю девственности. - Здесь четыре кровати. Ты будешь спать в одной кровати, а я в другой кровати. Но встречать ингушей будем в таком виде, словно мы только что выбрались из постели во время акта страстной любви. Ты меня поняла?

- Теперь мне все понятно. - спокойно, сказала Валентина. - Давай ляжем спать. Может быть, все обойдется.

Валентина сняла с себя домашний халат и в одной ночной рубашке на голое тело забралась к себе в постель под одеяло. Едва сдерживая свою естественную мужскую страсть к женскому полу, я разделся до семейных трусов и лег в другую кровать рядом с Валентиной. Претворился, что сплю. Хотя мне было совсем не до сна. Когда рядом такая прекрасная девушка. Валентина тоже не спала. Видимо по той же причине. При ярком свете полной луны было видно, что девушка постоянно моргает и краем белой простыни вытирает наступающие на глазах слезы от страха. Валентине было чего бояться. Не прошло и десяти минут, как возле домика появились толпы ингушей. Они о чем-то беседовали на своем языке. Вполне возможно, что ингуши обсуждали окончательный план насилия и убийства Валентины. Я совершенно не знал ингушский язык, а поэтому не мог знать сути разговора. Может быть, ингуши вообще говорили совсем о другом. Мало ли о чем могут говорить люди на своем родном языке. Но в тот момент мы с Валентиной думали, что ингуши возле домика разговаривают только о планах совершения своего преступления.

- Девушка! Открой, пожалуйста, дверь. Мне нужно с тобой поговорить. - услышали мы, голос ингуша за дверью. - С тобой ничего не случиться. Один наш парень в тебя слишком сильно влюбился. Парень хочет поговорить с тобой.

Нам с Валентиной нельзя было тянуть время, так как ингуши от обычной просьбы могли перейти к силовому воздействию, за которыми последовало бы резня народов. Чего мы с Валентиной никак не желали. Поэтому, мы тут же, не сговариваясь, поднялись с постели. Обернулись в одну белую простынь. Пошли открыть дверь. Возле двери стоял щуплый ингуш лет двадцати. С накаченной мускулатурой против этого ингуша я выглядел просто Гераклом против своего недоношенного раба, который появился на белый свет, как жертва аборта до родов. Мне не было страшно.

- Тебе что тут нужно? - голосом повелителя спросил я, тощего ингуша. - Ты разве не видишь, что сегодня я гость этого дома. По законам исламского шариата я хозяин этого дома. Я почитаю законы ислама и поэтому не могу тебя пустить в этот дом. Если ты попытаешься нарушить закон шариата, то я расскажу это всем знакомым мусульманам. Я не завидую тебе после того, как мусульмане узнают, что ты нарушил исламский закон шариат. Лучше уходи отсюда.

Я тут же захлопнул дверь перед носом перепуганного ингуша. Видимо мои слова сильно подействовали на всех присутствующих возле домика ингушей. Так как после моих слов ингуши больше ни стали стучать в дверь домика. Наверно они боялись ни столько нарушения закона ислама, а сколько мусульман из соседнего барака, которые, несмотря на то, что были коммунистами и комсомольцами, но все равно придерживались к обычаям предков и приклонялись перед шариатом, как перед святым законом ислама. Так что мы с Валентиной получили первый шанс выжить до рассвета. Когда ингуши уже никак не смогут добраться до нас в присутствии других парней и девушек нашего строительного отряда, которые остались на ночевку в пионерском лагере "Горный воздух". Утром за нами прибудут специальные автобусы. Мы мирно все сразу разъедемся по своим домам. Надо только нам выжить хоть до рассвета.

- Нам придется лечь вместе в кровать. - шепотом, предложила Валентина. - Если они заглянут в окно и увидят, что мы спим раздельно, то тогда они догадаются, что мы использовали против них исламский закон шариат. После нам с тобой несдобровать. Я потеряю свою девственность и жизнь, а ты больше никогда не вернешься в свою семью.

Валентина была права. Нам лучше было вдвоем переспать в одной постели, до конца по-настоящему играя задуманную роль, чем стать жертвой ингушей, которые, пока, не ушли от домика и о чем-то разговаривали вблизи окон. Возможно, что ингуши подбирали какие-то варианты, чтобы добраться до нас и при этом никак не нарушить закон шариата. У нас была одна надежда на то, что в своей душе ингуши, настоящие религиозные фанаты. Сами ингуши никак не захотят переступать закон ислама. Таким образом, мы спасемся от кровной мести благодаря закону ислама. Едва я забрался под простынь и одеяло в кровать к Валентине, как мой член тут же выскочил в прорезь в семейных трусах и ухитрился забраться под ночную рубашку у Валентины. Мой упругий член уперся прямо в промежность Валентины. Мы оба сразу затряслись от естественной половой страсти, которая может быть между женщиной и мужчиной. Мы невольно стали соблазнителями друг друга от такой близости, которую нам никак нельзя было устранить между собой. Вполне понятно, что естественное природное влечение разных полов должно было затмить наш разум и толкнуть к взаимному физическому действию между разными полами людей. Сама близость затмила наш разум. Мы оба совершенно не соображали, что делали друг с другом. В самом начале мы оба стали страстно целовать друг друга. Затем сбросили с себя все то, что было между нашими телами. Мой возбужденный член, словно кинжал, проткнул девственность Валентины, которая с дикими стонами от боли и страсти завертелась подомной с такой силой, что кровать не выдержала нашего напора и рухнула на пол. Мы даже после этого не прекратили свой половой акт. Продолжали заниматься сношением до тех пор, пока окончательно не насладились своей взаимной страстью.

- Вах-вах-вах! Как хорошо! - слышали мы голоса ингушей, которые сквозь занавесь заглядывали на нас.

Но мы совершенно не обращали внимания, на подсматривающих за нами ингушей. Между нами была ни просто любовная страсть, но также праздник того, что мы оба выжили в полную опасности страстную лунную ночь. Как бы теперь не сложилась наша дальнейшая жизнь, мы с Валентиной никогда не забудем страстной ночи, которая подарила нам не только жизнь, а также страстные порывы любви между зрелым мужчиной и неопытной девственницей.

- Какие мы дураки, что допустили такое. - сказал я, шепотом Валентине. - Мне как-то неудобно перед тобой.

- Это все равно когда-то должно было случиться со мной. - целуя меня, шептала Валентина. - Я не собираюсь тебя отбивать у твоей жены. Утром я уеду к себе домой. Мы больше не встретимся. Считай, что это мой подарок тебе за то, что ты спас мне жизнь. Я не жалею о том, что потеряла девственность. Теперь я стала настоящей женщиной.

Мы обратно стали целовать и продолжили заниматься тем, что могло произойти от близости между мужчиной и женщиной. Главное, это то, что мы выжили, назло всем намерениям ингушей добраться до нас. Может быть, поэтому ингуши отступили от нас после того, как убедились в том, что я нарушил то, к чему они стремились. Я сделал девушку настоящей женщиной. Совершать ингушам вторую половину задуманного не было никакого смысла. Тем более я вполне здоровый мужчина мог постоять за даму, которая отдала мне свою честь. Ингуши спасовали передо мной. Перед рассветом ингуши, словно шакалы, разбрелись по своим жилым местам. Мне тоже надо было оставить в покое Валентину, которой нужно было собираться в дорогу. У меня тоже было мало времени на сборы домой. К тому же я не хотел, чтобы моя бригада строителей из Шелковского района узнала о моей близости с Валентиной. Эта весть могла быстро распространиться по нашему району и дойти до моей жены Людмилы. О последствиях я даже боялся подумать. Мне не хотелось терять любимую женщину, которая родила мне прекрасную дочь. Все мои мысли были о семье, которую я не видел больше месяца. Надо было мне собираться в дорогу и ехать быстрее к семье.

После событий страшной ночи. Случилось со мной то, что можно подумать о божьей каре, которую применил Всевышний против меня, за мою измену жене и ребенку. Мало того, что автобус прибыл за нами после того, как в пионерском лагере "Горный воздух" больше никого из строителей не осталось. Кроме того, перед самым отъездом ингушей из пионерского лагеря "Горный воздух", кто-то из ингушей нагло при всех сказал какие-то пакости в мой адрес. Я, конечно, мог сам разобраться с тем, кто меня оскорбил. Но я даже не успел как-то отреагировать на пакость в адрес меня, как кто-то из моих друзей врезал по морде ингушу оскорбившему меня. За ингуша заступились его друзья. Через минуту произошла драка между ингушами и моими друзьями. Вполне понятно, что я не мог оставаться в стороне и принял участие в этой драке. Хорошо, что в пионерский лагерь "Горный воздух" приехал наряд милиции, которые должны были сопровождать наши автобусы по всему маршруту, чтобы с нами не случилось ни какой дорожно-транспортной аварии. Так что силами милиции удалось быстро пресечь начатую драку, которая едва не переросла в поножовщину. Парни отделались обычными синяками и ссадинами. Я во время драки не пострадал совсем.

Этим божья кара не закончилась. Едва мы выехали на своем автобусе из пионерского лагеря "Горный воздух" под проливным дождем, как тут же наш автобус на повороте соскользнул с дороги и свалился набок в кювет. Все в автобусе остались живы. Пассажиры отделались порезами рук и лица разбитыми стеклами от автобуса, на котором ехать дальше было невозможно, так как салон автобуса был непригоден к перевозке пассажиров. К тому же огромный автобус нельзя вытащить руками из кювета. Мы остались на дороге под проливным дождем на открытой местности. Пришлось милиционерам по рации связаться с городом Грозный. Через два часа за ними прибыл другой автобус. Но даже в этом случае божья кара не оставила меня покое. Когда мы пересекали перед городом Грозный главную кавказскую автомобильную магистраль, в наш автобус на полном ходу врезался другой автобус, следующий с пассажирами по центральной кавказской автомобильной магистрали. В этот раз не обошлось без жертв, травм и увечий. Из шестидесяти человек, которые находились в двоих автобусах, семь человек погибли на месте, а остальные пассажиры получили травмы различной опасности. Нас всех пострадавших подобрали автомобили скорой помощи, которые через час прибыли из города Грозный. После оказания медицинской помощи и составления документов о причине аварии, отпустили по домам тех пострадавших, которые могли самостоятельно добраться домой на автобусе. Рано утром нового дня, с разбитым лицом и с многочисленными повреждениями на моем теле, рейсовым автобусом я приехал к себе домой. Там меня ждала следующая кара Всевышнего за мои греховные дела последней ночи в пионерском лагере "Горный воздух". Встретила меня жена с измученным лицом от бессонных ночей. Я сразу догадался, что случилась какая-то беда с моей маленькой дочерью Анжеликой, которой не было у нас дома в кроватке.

- Две недели назад Анжелика простыла в детском садике. - сказала мне, Людмила, не обращая внимания на мой вид. - Анжелику сразу положили в детское отделение больницы станицы Червленой. Мне отказали быть с дочкой в больнице. Так как в детском отделении больницы нет мест матерям с маленькими детьми. Каждое утро и вечер я приходила проведать нашу дочь. После простуды у нашей Анжелики начался понос. Врачи определили, что дизентерия и лечили от этой болезни. Как оказалось позже, то у нашего ребенка режутся зубки, а понос был просто побочным явлением, которое бывает у детей такого возраста. Сейчас врачи не знают, что делать с нашим больным ребенком...

Я ни стал слушать Людмилу дальше. С меня было достаточно того, что я услышал о болезни моей любимой дочери. Я тут же пошел в контору. Попросил автомобиль у директора, чтобы увезти дочь в республиканскую больницу города Грозный, где были толковые врачи государственного значения. Теперь лишь специалисты могли вылечить нашу дочь. Коновалы станичной больницы не могли отличить таблетку витамин от таблетки слабительной. Такими лекарствами лечили мою дочь почти две недели без всякого результата на выздоровление. Надо спасать ребенка. В станичной больнице, где было больше запаха смерти чем запаха жизни, меня встретило то, что осталось от моей прекрасной дочери. На больничной кровати от моей бывшей дочери лежали кожа и кости, в которых еще теплилась жизни. Не спрашивая разрешения у врачей, я завернул своего ребенка в детское одеяльце и тут же повез Анжелику в республиканскую больницу города Грозный, который находился в тридцати километрах от станицы Червленной. Добирались мы туда около часа. Всю дорогу моя дочь стонала и была без сознания. Я тоже едва не терял сознание.

- Если бы вы привезли свою дочь хотя бы неделю назад, то ее можно было спасти. - объявил свой приговор профессор, который осмотрел мою дочь в республиканской больнице. - Сейчас поздно. Девочка умирает. Я не могу помочь.

- Пожалуйста! Прошу вас! Попробуйте спасти мою дочь! - со слезами, попросил я, профессора медицины.

Профессор ничего ни сказал мне в ответ. Просто приказал санитарам выделить ребенку кроватку в палате тяжелобольных. Я остался в приемной палате до того момента, пока моя дочь была передо мной в ожидании приготовления койки в палате тяжелобольных. Все это время дочь находилась без сознания. Перед тем как отдать санитарам свою дочь, я в последний раз поднял Анжелику к себе на руки и поцеловал в щечку. В моей дочери пока теплилась жизнь.

- Мой папа! - услышал я, первые слова от моей умирающей дочери, которая на секунды пришла в сознание.

Эти первые и последние слова моей дочери были мене, как приговор и не наполнили мою душу радостью оттого, что отец впервые услышал речь от своего ребенка. У меня тут же произошел нервный срыв. Началась ужасная истерика. Я рыдал во весь голос и никак не мог успокоиться. Профессору пришлось вызывать санитаров и сделать мне какой-то укол упокоения. Так как я дошел до такого состояния нервного срыва, что стал разбрасывать все и всех вокруг себя. Так что нескольким санитарам пришлось применять силу против меня, чтобы ввести в меня успокоительное быстродействующее лекарство, после которого я быстро успокоился. Вскоре я обмяк словно выжитая тряпка.

- Тебя сразу отправить в нашу больницу или ты сам можешь добраться домой? - спросил меня, профессор.

- Сам еду домой. - спокойно, ответил я, когда у меня прошла нервная истерика. - Меня внизу ждет машина.

Домой я вернулся с мыслями о том, что наш ребенок дальше не выживет. Поэтому сразу договорился с водителем автомобиля, что завтра утром в последний раз мы поедем в город Грозный в республиканскую больницу за дочерью. Водитель видимо понимал, что моя дочь фактически умерла. Так как он сам за время пути от станицы Червленой до города Грозный, видел состояние моей умирающей дочери Анжелики, которая была у меня на руках в кабине автомобиля. Поэтому водитель сразу согласился с моей просьбой. Сказал мне, что как только приедет с директором в контору совхоза, так сразу утром мы отправимся за моей дочерью в республиканскую больницу города Грозный. По приезду домой, не говоря Людмиле ни слова, я стал собирать вещи Анжелики, чтобы в чем-то привезти труп дочери обратно домой. Видимо Людмила давно смирилась с тем, что мы потеряли своего первого ребенка. Измученная бессонными ночами, Людмила впервые уснула в детской пустующей комнате. Я всю ночь был в другой комнате и никак не мог уснуть. Мои мысли были наполнены тревогой о завтрашнем дне, в республиканской больнице города Грозный в палате у кровати с дочерью. Я никак не мог согласиться с потерей своей первой дочери. Стараясь как-то отвлечься от траурных мыслей. Думал о том, что даже профессора делают ошибки в своих выводах о смерти людей. Задолго до приезда директора совхоза я стоял возле конторы с котомкой детских вещей. Григорьев Игорь ничего не сказал мне, когда приехал на своем служебном легковом автомобиле к своей конторе. Он просто вышел из своего легкового автомобиля. Пожал мне руку, как пожимают руку с соболезнованием родственникам и друзьям, которые только что потеряли своего самого близкого человека. Затем директор прошел в контору. Я сел в служебный автомобиль директора. Водитель развернул автомобиль в сторону города Грозный, куда мы прибыли ровно через час.

По лицу дежурного врача было видно, что моя дочь Анжелика умерла в эту ночь. Я только спросил у врача, как пройти в морг, чтобы там забрать труп своей дочери. Обычно труп родственника отдают родным только при наличии гроба. Но видно сотрудникам больницы была известна моя вчерашняя истерика с погромом. Поэтому дежурный врач без единого слова в мой адрес выписал мне разрешение на получения трупа дочери в морге и показал куда пройти.

Прежде чем пойти в морг за трупом дочери я позвонил по телефону в город Беслан на шпальный завод, где работала крановщицей моя мама. Попросил администрацию завода сообщить моей мама, что в станице Червленной сегодня умерла ее первая внучка Анжелика в возрасте одиннадцати месяцев. Моя дочь всего один месяц не дожила до своего первого юбилея. Моя первая дочь не дожила до дня рождения, когда можно покупать торт со свечей по самой середине. Поздравлять юбиляра с первым годом рождения, который теперь никогда не состоится у моей дочери.

Когда я пришел в морг за трупом своей дочери, то у меня обратно едва ни началась истерика из-за того, что я увидел, как сотрудники морга сидят за обеденным столом там, где только что скальпелем разделывали труп моей дочери. Видите ли у них обеденный перерыв. Они кушают также как все на своем рабочем месте. Я устроил сотрудникам морга такой грандиозный скандал, что они поспешили как можно быстрее избавиться от трупа моей умершей дочери. Сотрудники морга быстро надели на труп моей дочери ту самую одежду, которую я привез с собой. Они даже не поинтересовались о том, где гробик моей дочери, без которого не положено выдавать труп из морга. Просто отдали мне переодетый труп дочери с сопроводительными документами о причине ее смерти. В документах из морга указывалось, что моя дочь умерла от воспаленья легких и от пери истощенья организма от недостатка калорий. Можно было прийти к такому выводу, что нашу простывшую дочь лечили совершенно от других заболевания. В результате чего ослабленный истощением организм из обычной простуды привел ребенка к воспалению легких с летальным исходом. Таких врачей я готов был сразу растерзать в клочья за погубленную душу нашего первого любимого ребенка.

Вполне возможно, что я так бы и сделал. Если бы нашел семейку докторов коновалов, которые вдвоем, муж и жена, занимали фактически все посты врачей в станичной больнице. В результате чего в станице Червленой была высокая смертность не только среди взрослых с естественной смертью по истечению возраста жизни, но также была высока смертность среди детей, которые даже не научились говорить о месте заболевания в своем теле. Поэтому рядом со станицей Червленой сельское кладбище росло значительно быстрее, чем сама станица Червленная. В нашем молодежном поселке, где моя дочь была самой старшей среди детей, похороны моей дочери вылились в общий траурный день всех жителей поселка "Бурунный". Среди траурной процессии, растянувшейся от поселка "Бурунный" до кладбища станицы Червленой. Из самых старших в отношении меня были лишь мои родственники, которые прибыли на похороны своей самой маленькой родственницы, которой не суждено было создать свой род метисов на земле терских казаков. Моя дочь ушла из жизни, даже не научившись сознавать происходящее с ней.

Судьба подло поступила в отношении моей дочери. Виновником в смерти дочери я в первую очередь винил себя. Если бы я не уехал на строительство цементного завода и там не согрешил в отношении своей семьи, то, возможно, смог бы во время спасти свою дочь от неминуемой смерти. Ведь мне надо было всего на одну неделю раньше привести дочь к профессору республиканской больницы. Тогда бы моя дочь осталась жива. Мне не пришлось, бы, сейчас оплакивать труп маленькой дочери. Впадать в нервную истерию в связи с безвременной утратой, своего первого ребенка, которого я горячо любил и сам погубил во время разлуки. Я был готов умереть рядом с трупом своей дочки. Во время опускания гробика дочери в могилу у меня случился припадок. В бессознательном состоянии я свалился прямо в могильную яму своей дочери. Меня с трудом оттуда вытащили и поспешили закидать гробик дочери сырой землей. В прямом смысле этого слова. Так как хоронили мы свою дочь во время проливного дождя. Хотя к этому времени по календарю была зима. Природа словно оплакивала уход нашей дочери. В результате чего, через неделю после похорон на могилке моей дочери вместо снега появились настоящие живые цветы. Природа достойно простилась с маленьким прекрасным ребенком, которого создала природа. Мы с Людмилой были всего лишь участниками рождения ребенка, которого не смогли уберечь от неожиданной смерти. Мы были на грани смерти от смерти дочки.

Прошел почти целый траурный месяц после похорон моей дочери, прежде чем коммунистическая партия Советского Союза обратно вспомнила обо мне и потребовала продолжить строительство цементного завода в качестве командира сводного строительного отряда. Мне дали указание отбыть на четыре месяца с учетом завершения всех очередей строящегося цементного завода, который должен был быть запущен на полную мощь к середине 1973 года. На этих условиях был запущен весь имеющийся экономический арсенал Северного Кавказа. Были подключены все возможные человеческие ресурсы, которые работали вахтовым методом по две недели. В кратчайший срок, рабочие и служащие, должны были сдать всесоюзную комсомольскую стройку цементного завода в намеченный срок. Установленный срок сдачи цементного завода на Северном Кавказе был определен на очередном пленуме ЦК КПСС. Когда я вернулся обратно на строительную площадку цементного завода, то совершенно не узнал нового цементного завода, который изменился в хорошую и плохую сторону. Территория цементного завода и вокруг него многое преобразилось. Были оформлены и украшены корпуса цементного завода художниками из Художественного фонда города Грозный. Это был единственный объект, где я не принимал свое участие, как художник-оформитель.

Были также отрицательные результаты перемен на строительстве цементного завода. За месяц испытательной работы первой очереди цементного завода многотонные автомобили марки "БЕЛАЗ" превратили в пыл своими колесами новую асфальтированную трассу между цементным заводом и карьером с горной породой на производство цемента. Прямо не территории цементного завода стоял двухсот тонный самосвал, который привезли частями из города Москва, где американцы впервые в Союзе выставляли напоказ свою большегрузную технику. Видимо американцы рассчитывали продать двухсот тонные самосвалы на карьер цементного завода в Чечне. Однако такой гигантский самосвал оказался совершенно не пригодным к работе в условиях карьера в районе аула Шатой. В условиях новой дороги не могли работать многотонные отечественные самосвалы марки "БЕЛАЗ", которые выглядели карликами против двухсот тонного американского самосвала. Тогда делать гиганту на такой слабой трассе? Было решено во время заключительного строительства цементного завода, построить из бетона совершенно новую трассу, которая смогла бы выдержать натиск многотонной техники, хотя бы многотонных советских самосвалов марки "БЕЛАЗ".

За месяц моего отсутствия в пионерском лагере "Горный воздух", изменился не только сам пионерский лагерь "Горный воздух", но также изменился коллектив строительного отряда, в который влились новые лица. Осталась неизменной лишь бригада ингушей из города Назрань. Ингуши, все так же пытались поставить на пост командира строительного отряда, начальника своей бригады. До моего приезда обратно в пионерский лагерь "Горный воздух" начальник бригады ингушей из города Назрань успел покомандовать над обновленным строительным отрядом. Бригада ингушей фактически взяла в свои бразды руководство нашим строительным отрядом. Руководителям строительства цементного завода пришлось обратно собрать общее собрание коллектива, чтобы на общем собрании обратно публично при всех утвердить меня в качестве командира отряда. Я ничего не мог сказать против коллектива комсомольцев строительного отряда. Ведь я фактически был ответственным перед людьми по партийной линии, как руководитель комсомольской организации, а также как самый старший по возрасту кандидат в коммунисты. Однако ингуши не хотели примириться с тем фактом, что им никогда не удастся в строительном отряде поставить командиром своего начальника строительной бригады. Ингуши предложили мне такой вариант, что я буду получать в месяц одну тысячу рублей. Но закрою свои глаза на все то, что происходит вокруг меня на строящихся объектах цементного завода, на которых принимает участие сборный строительный отряд из разных наций Северного Кавказа.

Конечно, это предложение было заманчивым. При средней зарплате в сто рублей по месту жительства получать одну тысячу рублей, это огромные деньги по тем временам. Я не хотел иметь собственный автомобиль и жилье мне собственное не нужно. У меня была шикарная бесплатная квартира. Но у каждого человека имеется какая-то мечта, на которую всегда не хватает денег. У меня тоже была мечта, хорошо обставить мебелью свою квартиру. Вновь завести ребенка, которому будут созданы все условия хорошей жизни в нашей квартире. Все люди хотят жить хорошо. Моя великая мечта мебельный комплект "Хельга" из полированной финской фанеры стоил десять тысяч рублей. В то время стоимость почти двух автомобилей марки "Волга". Такую мебель я видел только у двух человек. Во время службы в армии, у одного грузина в городе Батуми, где я украшал его квартиру росписью стен. Другую мебель фирмы "Хельга" я видел в городе Москва у одного народного артиста цирка, которому я помогал устанавливать такую мебель в квартире, когда сам работал в цирке ассистентом в аттракционе "Человек-невидимка". В городе Грозном я узнал, что такую мебель можно купить, но для этого надо десять тысяч рублей, чтобы обставить такой шикарной мебелью всю свою квартиру на зависть своим друзьям, врагам и знакомым. Однако на эту мечту могут уйти годы жизни.

Не раздумывая, я отказался от заманчивого предложения ингушей, которые предлагали совершить сделку наличными сразу после того, как мы ударим по рукам. Пачку денег в тысячу рублей, ингуши выложили передо мной на стол в моем кабинете в бараке с проживанием ингушей, где состоялась эта заманчивая сделка. Я сказал ингушам, что эти деньги пахнут криминалом, а для меня свобода дороже любых денег. Поэтому я на сомнительную сделку не пойду. Закладывать ингушей с таким предложением не собираюсь. Но за себя постоять могу. Здоровья у меня достаточно. Своим отказом я фактически вызвал огонь ингушей на себя. С этого момента мы по настоящему стали врагами. При общей поддержки со стороны всего коллектива, бригада ингушей мне не была страшна. Разобраться с каждым ингушом в отдельности я мог сам один без поддержки коллектива. К тому же в коллективе кто-то пустил слух, что я служил в армии в спецназе и владею многими приемами рукопашного боя. Так что могу драться один против целого коллектива. Конечно, этот слух был заведомой ложью в мою пользу. В армии я служил обыкновенным художником-оформителем. Мышцы качал задолго до появления на мировой арене культуризма Арнольда Шварценеггера. Мне мускулатура нужна была для поступления работать в цирк. Куда я пытался поступать несколько раз до женитьбы на Людмиле. В цирке тоже качал свою мускулатуру. Даже после ухода из цирка я продолжил уделять внимание свое мускулатуре. Качать свою мускулатуру вошло в привычку моей жизни, это часто помогало в драках с соперниками.

Угрозы со стороны ингушей не остались пустым трепом. В первый же вечер нашей работы на строительном объекте цементного завода я уличил ингушей в краже государственного имущества, который им фактически не был нужен. Ингуши, таким образом, хотели в очередной раз подставить меня, чтобы таким путем отстранить меня с занимаемой должности. Я ни стал заявлять в милицию на ингушей, а тут же в присутствии многочисленных свидетелей с обеих сторон, публично побил начальника строительной бригады ингушей. Так как именно начальник бригады ингушей был зачинщиком кражи, в которой сам признался при огромном собрании парней. Никто не помешал мне в этой драке. Начальник строительной бригады ингушей был ростом и комплекцией больше меня. Ингуши были уверены в том, что я буду битый начальником строительной бригады ингушей. Но я ни дал ему, ни малейшего шанса побить меня. Едва начальник строительной бригады ингушей припугнул меня публично при всех, что обязательно побьет меня, я тут же провел свой первый удар в его жирный живот, на котором не было пресса. Ингушу перехватило дыхание. Дальше было дело обычной техники умения драться. Не отступая ни на шаг, я провел ряд ударов в самые больные участки тела человека. Бил начальника строительной бригады ингушей до тех пор, пока он оказался в полном нокауте. Во время моей драки с начальником бригады ингушей присутствующие на строительной площадке стояли кругом вокруг нас и никому не дали вмешиваться в мой поединок драки с начальником строительной бригады ингушей.

Таким образом, я публично при всех опозорил начальника строительной бригады ингушей. У ингушей теперь не было никакого шанса, поставить на руководящую роль строительного отряда в пионерском лагере своего начальника бригады. После этой драки я мог ожидать от ингушей чего угодно. Строительный отряд в триста восемьдесят человек всесторонне поддерживал меня. Даже против моего желания меня повсюду сопровождали двое здоровых парней, которые готовы были постоять за меня во время любой драки с кем угодно. Драку могли спровоцировать ингуши. Вскоре после моего приезда в пионерский лагерь "Горный воздух" к нам в отряд под усиленной охраной со стороны милиции приехал кассир строительства цементного завода с нашей первой зарплатой за пуск первой очереди цементного завода. Видимо ингуши договорились с кем-то наверху в конторе насчет нашей первой зарплаты. Как обещали мне раньше ингуши, то я получил одну тысячу рублей за один месяц работы. Сколько получили ингуши, это мне неизвестно. Так как каждая бригада получала свою зарплату по отдельной ведомости. Думаю, что ингуши получили зарплату не маленькую. Никто из ингушей ни стал возмущаться насчет зарплаты. Зато возмущение имели все остальные строительные рабочие, зарплата которых была минимальная. На много меньше, чем обещали нам ранее.

- Чтобы вы не думали, что я в сговоре с ингушами. - сказал я, в присутствии возмущенного коллектива строительного отряда. - Я предлагаю положить наши деньги в одну кучу. Затем пересчитать их и разделить поровну на всех триста восемьдесят человек. После чего, я поеду в управление строительства цементного завода и там разберусь. Почему нам так мало заплатили и не поровну со всеми. Ведь мы сразу договаривались, что будем равны на строительстве объектов цементного завода. Я не отступаю от своих слов и кладу эту тысячу рублей на кучу с другими зарплатами.

Тут же следом за мной в огромный картонный ящик на столе посыпались все зарплаты триста восемьдесят человек. При двойном пересчете общая сумма денег получилась в сорок тысяч рублей. Таким образом, каждый из нас получил свою зарплату по сто пять рублей. В то время как по нашим предварительным расчетам мы должны были получить зарплату в размере пятисот рублей каждый рабочий строительства. Получалось так, что оставшуюся сумму денег отдали строительной бригаде ингушей, либо нам всем неправильно начислили. Нам надо было разобраться.

- Пожалуйста! Прошу вас всех не напиваться и не уезжать отсюда до моего возвращения. - сказал я, своему коллективу строительного отряда. - Я поеду разбираться с бухгалтерией и с нормировщиками насчет начисления зарплаты. Если вас найдут пьяными, то у руководителей стройки будет повод отделаться от вас без выплаты денег за работу.

В тот же час рейсовым автобусом я отправился к нормировщикам и в бухгалтерию цементного завода, которые к этому времени из штаба стройки цементного завода в городе Грозный переехали в административный корпус самого цементного завода. Мне нужно было захватить их на рабочем месте сегодня в пятницу. Так как в субботу и в воскресенье администрация цементного завода не работает. Я мог потерять целых два дня. За это время в пионерском лагере "Горный воздух" мог возникнуть бунт обманутых комсомольцев и коммунистов нашего строительного отряда. Только бунта нам не хватало под самый новый 1972 год. Когда сейчас в городе Грозном не спокойно. В народе ходит слух, что якобы между солдатами в увольнении и ингушами произошла какая-то бытовая стычка на почве пьянки или ревности к девушке. В результате драки пролилась кровь. Есть жертвы с обеих сторон. В городе Назрань ингуши готовят бунт против города Грозный. Строительная бригада ингушей из города Назрань после получения зарплаты в срочном порядке отправились к себе домой в город Назрань, чтобы присоединиться к своим бунтующим родичам.

- Нам не правильно начислили зарплату. - сказал я, главному бухгалтеру цементного завода, как только вошел в его кабинет. - По нашим подсчетам мы должны были получить по пятьсот рублей на человека, а вышло всего по сто...

- Бухгалтерия начисляет зарплату из расчета норм и расценок по фактически выполненным работам. - ответил мне, главный бухгалтер цементного завода. - Какие документы нам предоставляют прорабы и нормировщики, по таким документам начисляем зарплату рабочим строительного отряда. Виновников в нашей бухгалтерии вы не найдете...

Я отправился в кабинеты старшего прораба и нормировщика по строительным объектам цементного завода. Оба бюрократа независимо друг от друга заявили, что все строительно-монтажные работы давно оплачены до нашего появления на стройке цементного завода. Нам выплатили всего лишь премиальные деньги за сверхурочные работы, которые остались от зарплаты те, кто обворовал строительный объект до нашего появления на стройке цементного завода. Поэтому мы должны быть довольны тем деньгам, которые остались от воров. Других денег на стройке нет.

- Вы представляете, что сейчас будет?! Если я ваши слова передам рабочим! - возмущенно, воскликнул я. - Мы только вчера забили последний кубометр бетона, а вы заявляете, что эту работу на стройке оплатили шесть лет назад.

- Бетон всегда серый, как сейчас, так и много лет назад. - нахально заявил старший прораб. - Так что иди, доказывай кому угодно. Однако я дважды одну работу оплачивать не буду. Меня просто посадят в тюрьму за подтасовку денег.

- Тебя посадят на кол мои рабочие. Прежде чем ты успеешь сесть в тюрьму. - сказал я, выходя из кабинета старшего прораба. - Я прямо сейчас поеду в пионерский лагерь "Горный воздух" и все расскажу своим рабочим. Вот тогда мы посмотрим, как ты бюрократ будешь сидеть тут на колу забора перед цементным заводом. Ты сам приговорил себя.

Конечно, я не собирался сейчас отправляться в пионерский лагерь "Горный воздух" с таким сообщением. Передо мной была другая высокая инстанция в парткоме коммунистической партии города Грозный. Оттуда все руководили стройкой цементного завода. Только они могли решить нашу проблему на много раньше, чем мои работники успеют посадить на кол старшего прораба стройки и всех его коллег по стройки цементного завода вблизи аула Чири-Юрт. На рейсовом автобусе я успел к концу рабочего дня добраться до города Грозный. Возле здания партийного комитета республики и совета области наряду с новогодней елкой красовались горящие костры, на которых бунтующие ингуши жарили себе шашлыки на объявленную ими голодовку в знак протеста против советской власти. Рядом с ингушами были лозунги на политические, экономические и религиозные темы. Главным лозунгом ингушей было отделение Ингушетии от Чечни. Ингушей возмущало то, что республика называется Чечено-Ингушской АССР, а не наоборот. Поэтому ингуши требовали отсоединения от Чечни, а также передачи ингушам большей части земель Северной Осетии и Дагестана, которые находятся на правом берегу реки Терек. Таким образом, в запланированную Республики Ингушетию, должны были перейти пригородные районы города Орджоникидзе, столицы Северной Осетии. Правобережный район города Беслан, вместе с селами осетин и станицами терских казаков, а также город Моздок, который граничит с Кабардой и Ставропольем. От Дагестана в пользу ингушей должен был отойти город Кизляр с выходом в Каспийское море и с границей возле Калмыкии. В результате Ингушетия в несколько раз становилась крупнее и богаче соседних республик Северного Кавказа. Ингушетия могла оказать политическое и экономическое влияние в регионе Северного Кавказа. Конечно, такого перевеса в политике не могли допустить республики Северного Кавказа.

Конечно, никто из соседей Ингушетии не хотел допустить такого роста республики, которая фактически не оказывала ни какого политического и экономического влияния на своих соседей. В самой Ингушетии не было серьезной промышленности. Сельское хозяйство республики едва прокармливало свое население. При проверке рабочего ресурса людей только в одной столице Ингушетии города Назрань было выявлено среди населения более сорока процентов тунеядцев, которые нигде не работали. Люди занимались спекуляцией и кражей государственного имущества. Единственная трикотажная фабрика в городе Назрань возле мечети работала только в зимнее время. К весне это производство планомерно разворовывалось. Рабочие разбегались по горам в аулы к родственникам, а директора фабрики сажали в тюрьму, если к этому времени он не ухитрялся поменять свою фамилию и стать муллой в соседней мечети. Все как по книгам Ильфа и Петрова, где у них герой произведения сидел за всех во все времена. В Республике Ингушетия была круговая порука. Никакая власть не могла раскрыть никакое преступление. По современным понятиям Ингушетия была мафиозной республикой, которая хотела расширить границы по Северному Кавказу.

В то время Чечено-ингушская АССР была самой орденоносной республикой на Северном Кавказе по экономики и политики. Советская власть оказывала особое внимание нефтяной и газовой промышленности. Хорошо было развито сельское хозяйство и виноградарство, особенно последнее за счет терских казаков, которые испокон веков занимались культивированием винограда на землях непригодных для других сельскохозяйственных культур. Здесь же широко были развиты бахчевые культуры. Это астраханский полосатый арбуз, который считался самым крупным арбузом в мире, а также на терских полях выращивался терский, черный арбуз, не уступающий своей сладостью другим арбузам. Среди бахчевых культур, выращивались сладкие дыни размером с кулак. Также росли кормовые дыни размером с огромную тыкву, которая тоже произрастала на терских поля. Так что терский край достаточно богатый. Чеченцы и терские казаки не хотели междоусобной войны, которая едва прекратилась в конце пятидесятых годов. Местные народы научились понимать друг друга и приходить к компромиссному решению вокруг любого спора. Поэтому было решено пригласить на переговоры всех заинтересованных людей со стороны местных народов, которых в регионе реки Терек проживает более сотни. На переговоры от Политбюро ЦК КПСС, прибыл Соломенцев Михаил Сергеевич. Среди представителей национального меньшинства был старший лейтенант авиации Джохар Дудаев. Будущий президент Республики Ичкерии(Чечни). Джохар Дудаев предлагал отделить Республику Ингушетию от Чечни, без всяких условий, которая, по его мнению, позорит Северный Кавказ и не желает соглашаться с соседями.

- Сколько лет тогда было Джохару Дудаеву? - вдруг, спросил Цвика, внимательно слушая мой рассказ.

- Джохар Дудаев всего на несколько лет старше меня. - ответил я. - Тогда Дудаеву было лет тридцать .

- Так это Джохар Дудаев, через двадцать лет стал генерал-майор авиации! - удивленно, воскликнул Цвика.

- Наверно раньше. - поправил я. - В восьмидесятых годах во время войны в Афганистане майор авиации, Джохар Дудаев командовал сводной штурмовой и тяжелой военной эскадрильей. Это он разработал точечные удары авиацией, за что получил высокое звание и почет. Вернулся Джохар Дудаев из войны в Афганистане в звании генерала. Так что чуть больше десяти лет ушли на повышение Джохара Дудаева от старшего лейтенанта до генерала. Хочу заметить, что в Советском Союзе генералами становились лишь те, кто заканчивал военную академию в городе Москва. Выходит, что генерал-майор Джохар Дудаев не просто тупой сепаратист, каким его хотели выставить некоторые политики в России. Джохар Дудаев умный горец, которого в самом начале конфликта в Чечне не хотели пригласить за стол мирных переговоров в город Москва. Так как Михаил Горбачев и Борис Ельцин занимались разборками собственных интересов, не обратили внимания на предложение Джохара Дудаева мирно разобраться с Чечней. Тем самым в России оскорбили честь горца. Во что вылилось не доброжелательное отношение власти России к горцу, известно всем во всем мире. До сих пор в Чечне идет гражданская война. Неизвестно чем война может закончиться.

- Ну, ладно! Оставим эту историю в покое. - продолжил я, рассказывать о кровной мести. - Хорошо, что нужные мне люди были не в правительственном здании, которое охранялось милицией и солдатами от митингующих ингушей. В тот вечер я с трудом пробился в кабинет руководителя комсомольской стройкой цементного завода. Как на духу рассказал ему о всех проблемах образовавшихся за месяц на объектах строительства цементного завода. Не забыл рассказать о бригаде ингушей, которые любой ценой стремятся пробиться к руководству строительным отрядом.

- Эти ингуши и меня достали. - сказал мне, руководитель комсомольской стройкой. - В открытую, предлагали мне взятки, чтобы я взял ингушей на руководящие посты, как на строительстве объектом цементного завода, так и в сам цементный завод. Сейчас все в Чечне знают, что самый лакомый кусочек в республике, это новый цементный завод.

- Я не знаю, как ты будешь справляться со своей проблемой. - сказал я, руководителю комсомольской стройки. - Но если я в понедельник не приеду с хорошим результатом в пионерский лагерь "Горный воздух", то ты уже во вторник вокруг цементного завода увидишь изгородь с кольями, на которых будут торчать те, кто виновен в обмане строителей. Я так думаю, что обманутые парни и для нас с тобой поставят колья. Лично я не хочу красоваться на этом колу. Наверно тебя тоже не привлекает свободный кол возле строительства цементного завода. Триста восемьдесят человек только с моего отряда невозможно становить оружием и силой власти. Если учесть, что таких обманутых людей наберется пару тысяч, к тому же плюс их родственники, то это уже пахнет гражданской войной на Северном Кавказе.

- Постарайся к обеду в понедельник сохранить спокойствие в пионерском лагере "Горный воздух". - серьезно, сказал руководитель комсомольской стройки. - За два дня я переговорю с самым высоким начальством в нашей республике. Думаю, что они найдут какие-то резервы на покрытие долгов обманутым строителям. Ты только продержись немного.

- Я то постараюсь продержаться. - подстраховался я, на всякий случай. - Мне строительные рабочие поверят. Я с ними варюсь в одном соку. Но они могут потребовать от меня гарантии, что все будет у нас по совести. В этом случае мне от тебя нужен официальный документ, что к обеду в понедельник у них в кармане будут деньги. Иначе, обманутые парни могут не ждать до понедельника, который для всех тяжелый после воскресного дня. Меня могут проговорить к ответу сразу. Тебе тоже не придется удрать за пределы республики. Аэропорт "Северный" в городе Грозном давно под контролем ингушей и их сторонников. Поезда и автомобили просто фильтруются во все стороны движения из нашей республики. Так что ни какие попытки сбежать у тебя не получатся. Лично мне вообще некуда было бежать. Здесь моя Родина. На этой земле мои предки терские казаки живут более триста лет. Подумай, как нам дальше быть.

- Хорошо! Я напишу тебе официальное письмо, что деньги будут к обеду в понедельник. - согласился руководитель комсомольской стройки цементного завода. - Сумму денег называть не буду. Так как сам толком ничего не могу знать.

Руководитель комсомольской стройки написал официальное письмо со всеми своими координатами, что в понедельник к обеду в пионерский лагерь "Горный воздух" привезут часть денег долга за пусковую стройку первой очереди цементного завода. Всю остальную согласованную с коллективом сумму долга вернут в течение одной недели. Детали переговоров о сумме долга будут обсуждаться в коллективе на собрании строителей цементного завода. С таким письмом я мог спокойно ехать в пионерский лагерь "Горный воздух" прямо сейчас. Но в ту сторону никакого транспорта не было. В субботу всюду короткий день. Следом воскресный день. На террито-рии Советского Союза все не работают. Поэтому я решил ехать к себе домой в поселок "Бурунный". Там могу договориться с директором совхоза, чтобы он дал мне свой автомобиль в субботу или в воскресный день. Так как мне нужно быть в пионерском лагере "Горный воздух" не позднее, чем в воскресенье к обеду. Иначе парни могут спиться со скуки и с пьяной головы в понедельник устроить погром с должниками цементного завода. Тогда мое присутствие будет не нужно ни кому.

- Хорошо! Я дам тебе свой автомобиль сегодня. - согласился директор совхоза, утром в субботу. - Но чтобы ты сразу отпустил мой автомобиль обратно к нам в совхоз. Водитель тоже человек и хочет отдыхать. Я и так замордовал его.

Через час после разговора с Игорем Григорьевым я уже мчался в его служебном автомобиле в сторону пионерского лагеря "Горный воздух". Перед обедом мы были на месте. Автомобиль директора совхоза сразу развернулся и уехал в обратную сторону в совхоз "Бурунный". Я тут же пошел в столовую пионерского лагеря "Горный воздух", откуда пахло свежими продуктами и терпким вином. Большой коллектив не выдержал ожидания и хотел выпить вина.

- О! Командир! Как раз к столу явился. - услышал я, радостные возгласы от парней. - Присаживайся к нам.

- Парни! У меня к вам серьезный разговор. - обратился я, за столом к коллективу. - Говорить можно на трезвую голову. Поэтому меня выслушайте вначале, а потом мы вместе выпьем по стакану красного вина...

- Давай командир! Валяй! Тут все свои. - сказали из-за стола. - Мы тебе доверяем. Говори, что случилось?

- Пока не случилось. Но может случиться. Если вас в пьяном виде увидят руководители стройки. - начал я, свой откровенный разговор с коллективом. - Руководители стройки ищут предлог, чтобы не заплатить вам остаток долга по зарплате. Так как сумма давно выплачена тем, кто разворовал строительный бюджет цементного завода. Я вчера разговаривал со всеми руководителями стройки цементного завода и с трудом уговорил их начать погашать вам долг с резервного фонда партии и комсомола. Сейчас они занимаются изъятием суммы долга с резервного фонда партии и комсомола. Обещали в понедельник к обеду погасить часть долга. Остальную сумму оговоренного с вами долга руководители комсомольской стройки обещали погасить в течение одной недели. Я взял у них гарантийное письмо текст, которого я только что сказал вам. Само письмо у меня в руке. Вы должны мне верить и не устраивать скандал.

- Мы тебе, командир, на слова верим. - сказали из-за стола. - Официальные письма от руководства нам не нужны. Пускай нам вернут долг. Мы мирно разъедимся по своим домам. В твое отсутствие мы решили, что больше не дадим себя обмануть. Отработаем месяц до конца. Получим за него деньги. Лишь после разъедемся по своим домам в республиках Кавказа.

- В противном случае, мы сожжем дотла пионерский лагерь "Горный воздух" . - добавил голос из-за стола.

- Этого делать не нужно. - серьезно, сказал я. - Дети тут не причем. Детям построен пионерский лагерь "Горный воздух". Вы сами были детьми. Тоже отдыхали в таких местах. Не надо детей лишать праздника.

- Командир прав! - сказал все тот же голос из-за стола. - Оставим целым детям праздник. Пускай отдыхают летом на свежем воздухе. Мы найдем, что разрушить в отместку за свой не полученный долг по зарплате. Что же касается вина на наших столах, то тут всего по стакану вина на мужика будет. До понедельника к обеду все мы будем трезвыми.

Выходные дни в пионерском лагере "Горный воздух" прошли благополучно. После обеда в субботу и до самого понедельника больше никто вино не употреблял, да и употреблять было нечего. В воскресный день все магазины закрыты. Общественный транспорт между населенными пунктами не двигается. Живем мы словно на островке дикой природы. Вокруг фруктовый лес с опавшими листьями. На ветках деревьев созревшие плоды. Фруктами объедаемся. В воскресенье ранним утром выпал первый пушистый снег, который засыпал все вокруг. Пионерский лагерь "Горный воздух" превратился в сказку нашего улетевшего детства. Домики и бараки, словно сказочные терема покрытие белыми пушистыми покрывалами снега. Тишина такая, что даже не верится в присутствие какого-то шума. С весны повзрослевшие птички с удивлением рассматривают выпавший белый снег и пробуют на вкус пушистые снежинки. Целый день в пионерском лагере "Горный воздух" кроме кочегарки и столовой больше никто не работал. Большинство строителей проспали свой завтрак, проснувшись, строители наслаждались красотой снежного леса, спокойно дожидаясь сигнала на обед. Строители, уставшие от тяжелого физического труда за последнюю неделю прошедшего месяца, просто хотели отдохнуть в тишине от работы, а также от повседневной суеты в жизни обычных людей.

После обеда наступила обычная жизнь наполненная суетой предстоящей рабочей недели. У каждого временного жителя пионерского лагеря "Горный воздух" имелись свои заботы. Городские жители собирали с веток деревьев под первым пушистым снегом зрелые плоды не упавшие на землю. Сельские жители, у которых плоды деревьев в саду под окном, просто собирали свои вещи к предстоящему отъезду домой из пионерского лагеря "Горный воздух". Большинство строителей заканчивали свою работу на строительстве цементного завода и поэтому уезжали домой. В каждом домике и в бараке пионерского лагеря "Горный воздух" имеется радио, от которого мы узнали, что на "большой земле" не все благополучно. Ингуши не собираются уходить с центральных площадей города Грозный. Бастующие ингуши продолжают свою голодовку со свежим шашлыком. С голодухи весь центр города загадили. Горожане живут, как в общественном сортире. От бунтующих ингушей спасу нет. Всюду шастают со своими антисоветскими лозунгами и листовками на арабском языке. Сами ингуши толком ничего не знают, из-за чего они бастуют. Между бастующими ингушами, измученными с голодухи жирным шашлыком, постоянно крутятся иностранцы в одежде мусульманских проповедников ислама. Раздают бастующим ингушам листовки, написанные арабским языком. Никто из ингушей арабский язык не знает. Поэтому листовки на арабском языке летают по городу, словно птицы с юга, заблудившиеся на Северном Кавказе. Видимо сами бастующие устали от бессмысленного бунта. Ряды бастующих сильно поредели. Местные власти бастующих не трогают. Все ждут прихода нового 1973 года. Каждый надеется, что с приходом нового года ингуши наконец-то образумятся. Разойдутся по своим домам встречать новый 1973 год. Никто из местных жителей не хочет столкно-вения с ингушами. Из-за этого ингушей люди обходят стороной.

В понедельник с утра в пионерском лагере "Горный воздух" оживление. Без приказа с моей стороны парни решили навести порядок в своем жилище к приходу больших гостей сверху. В ход пошли фанерные лопаты, приготовленные на расчистку снега и дорожные веники, изготовленные из веток кустарника. За пару часов до обеда весь пионерский лагерь "Горный воздух" так вычистили от снега, что под ногами остался чистый асфальт и никаких признаков снежной зимы. Остались под снегом одни лишь бараки и домики с белыми крышами, которые напоминают нам о воскресной, снежной зиме. Вокруг нас от зимы остался только свежий горный воздух и ярко-голубое небо над головой с ослепительно яркожелтым солнцем, которое греет по-летнему, от чего в горах быстро тает первый пушистый снег. В первой половине дня территория пионерского лагеря "Горный воздух" выглядела настолько чисто, что даже не верилось о существовании бытовой повседневной грязи. Все вокруг напоминало о сказочной чистоте в царстве снежной королевы из одноименной сказки. В такой сказочной красоте нам не хватало лишь долгожданных гостей. Конечно, мы все прекрасно знали, что уважаемые гости из правительства или высокого руководства, как всегда не опаздывают, а задерживаются. В этой связи мы решили готовить большой общий стол к приему уважаемых гостей ближе к предстоящему обеду. Так как зал столовой пионерского лагеря "Горный воздух" был рассчитан всего на сто человек. По этой причине пионеры во время каникул и строители по выходным дням обедали группами по графику. Нам ничего не оставалось делать, как принять общее решение на установку большого стола в середине пионерского лагеря "Горный воздух" на асфальтированной площадке между домиками и бараками. Здесь свободно могли разместиться столы на пятьсот человек с учетом прибытия долгожданных гостей из города Грозный, столицы Чечено-ингушской республики. Даже на место парковки легковых автомобилей вполне хватал места по кругу площадки. Однако, в связи с тем, что большинство строителей после званого обеда планировали разъехаться по своим домам с долгожданной зарплатой, то по этой причине завхоз и шеф-повар не завезли на кухню продукты питания на предстоящую рабочую неделю. В наличии продуктов питания в столовой было так мало, что могло едва хватить на легкий завтрак имеющимся строителям в пионерском лагере "Горный воздух", как в салоне самолета во время полета. Мне ничего не оставалось делать, как только сообщить по местной радиосвязи о бедственном положении с продуктами питания на нашей общей кухне. Я прекрасно знал, что у каждого строителя в хозяйственной сумке или в рюкзаке найдется неприкосновенный запас из спиртных напитков и продуктов питания, на случай непредвиденных обстоятельств, в связи с нашей отдаленностью от места нашего постоянного жительства, а также от населенных пунктов.

Мой расчет оказался точный. Не прошло часа после моего выступления по местной радиосвязи, как в сторону общей столовой потянулись ряды строителей с продуктами питания и с наличием спиртных напитков. Так что вскоре к предстоящему званому обеду можно было накрыть богатый большой стол почти на тысячу человек. На кухне общественной столовой были продукты питания, спиртные напитки и дары природы со всех районов Северного Кавказа. Едва только мы стали готовить асфальтированную площадку под долгожданный обед, как, вдруг, неожиданно для всех, со стороны автомобильной трассы мы услышали рев мощных двигателей и скрежет гусениц тяжелой техники. В сторону пионерского лагеря "Горный воздух" со стороны автомобильной трассы направлялась тяжелая военная техника, следом за которой, в сопровождении автомобилей и мотоциклов милиции, двигался черный легковой автомобиль отечественной марки "Волга". На таких автомобилях отечественного производства ездили только начальники. Все присутствующие на асфальтированной площадке поспешили расступиться по сторонам, уступая место необычному картежу из служебных и военных автомобилей разных модификаций. Мы с удивлением смотрели, как картеж разворачивается по кругу асфальтированной площадки, тесня нас на край асфальтированной площадки ближе к домикам и баракам пионерского лагеря "Горный воздух", таким образом, создавая свободное пространство на асфальтированной площадке к безопасному въезду черного отечественного легкового автомобиля марки "Волга". Когда необычный картеж милицейских легковых автомобилей, мотоциклов и военной техники едва разместился на асфальтированной площадке, тут же из картежа в круговое оцепление встали вооруженные солдаты и наряд милиции. К служебному легковому автомобилю марки "Волга" черного цвета направились несколько парней атлетического телосложения. Один накаченный парень осторожно открыл заднюю, правую дверь легкового автомобиля "Волга". Из салона легкового автомобиля "Волга", с опаской озираясь по сторонам, на асфальтированную площадку выбрался щуплый мужчина небольшого роста, в котором мы сразу признали руководителя ударной комсомольской стройки цементного завода. Многие из строителей хотя бы раз видел этого невзрачного на вид мужчину, с приездом которого на стройку цементного завода сразу кипела работа и вылетали со стройки плохие руководители строителей. Занимая высокую должность в руководстве комсомольской ударной стройки цементного завода, невзрачный на вид мужчина добросовестно относился к своей работе и внимательно выслушивал претензии строителей к недостаткам в работе на строительстве цементного завода. Руководитель комсомольской стройки всегда выполнял доступные пожелания строителей. Именно благодаря вмешательству руководителя стройки мы наконец-то дождались зарплаты.

Неторопливо выйдя на середину асфальтированной площадки и с опаской оглядевшись по сторонам, руководитель стройки, вдруг, засуетился и обратно направился в сторону своего служебного автомобиля марки "Волга". В рядах присутствующих строителей прокатилась волна возмущения. Однако возмущение тут же погасло, когда из салона своего легкового автомобиля руководитель стройки выбрался с огромной кожаной сумкой. Вероятно, с нашими деньгами? В рядах присутствующих строителей прозвучали радостные восклицания и дружные страстные аплодисменты. С этого момента мы поняли, что наконец-то мы дождались своей долгожданной зарплаты за прошлый месяц. Теперь мы можем спокойно поехать к себе домой и обрадовать свои семьи значительной суммой денег за свой "каторжный" труд на строительстве цементного завода. С этого времени мы хотя бы на месяц стали богаче своих соседей. За большую зарплату мы могли позволить себе купить семье то, о чем раньше могли лишь мечтать о будущем. Сейчас наше будущее подвинулось хотя бы в размерах нашей зарплаты на строительстве цементного завода.

- Здравствуйте, уважаемые товарищи строители! - громко и радостно, сказал руководитель комсомольской стройки, выбираясь из своего персонального автомобиля на площадку. - Мы привезли вам часть долга по вашей зарплате.

- Поэтому поводу, так много тут вооруженных солдат и милиции? - шутя, спросил я, руководителя стройки.

- Вы что думали, я на своем персональном автомобиле привез бы вам почти сто тысяч рублей? - удивленно, поинтересовался руководитель комсомольской стройки. - Да меня при выезде из города Грозный вместе с персональным автомобилем могли сразу ограбить. Так что надежная охрана даже вам на пользу будет при возвращении домой.

Пионерский лагерь "Горный воздух" оживился радостью встречи наконец-то прибывшим долгом по зарплате. Мы тут же пригласили за общий стол всех прибывших к нам с "большой земли". В нашей столовой не хватало места разместить почти пятьсот человек. Столы и стулья, из домиков и бараков, мы поставили прямо на асфальтированную площадку. Потеснив немного по сторонам легковые автомобили, милицейские мотоциклы и военную технику. Минут через десять наряд милиции, солдаты и гражданские сидели за одним общим столом в пионерском лагере "Горный воздух". Все имеющиеся у нас продукты питания и спиртные напитки мы разделили поровну на каждого присутствующего за огромным столом. Никто из присутствующих в пионерском лагере "Горный воздух" не хотели нарушать общий кавказский обычай гостеприимства. Ведь мы все жители Кавказа считали народы единой семьей.

- Пока бригадиры будут составлять ведомости по своим бригадам, я хочу с вами побеседовать. - обратился с речью после обеда руководитель комсомольской стройки к нашему строительному отряду со цены открытой эстрадой. - Как я ранее обещал командиру вашего строительного отряда, то сегодня я привез вам лишь часть долга по зарплате за прошлый месяц. Все остальные деньги по зарплате будут вам возвращены после тщательной проверки документов. Какой остаток долга будет, я точно не знаю. Этот вопрос могут разобрать нормировщики и бухгалтерия. Мы с вашим командиром высчитали приблизительную сумму долга за месяц, из этой суммы долга половину денег сейчас верну...

- Ингушей в ведомости мы включать не будем. - сказал кто-то из дальних рядов. - Здесь с ними мы сами разберемся.

- Прошу, обойтись без драк. - с беспокойством в голосе, сказал нам, руководитель комсомольской стройки.

- Ингуши добровольно-принудительно отдадут нам то, лишнее, что от нас забрали они в зарплату? - смеясь, сказали из рядов. - Вы нам только назовите общую сумму денег, которую получили ингуши в своей ведомости по зарплате.

- Общую сумму денег по зарплате строительного отряда ингушей за прошлый месяц я знаю наизусть. - уверенно, ответил руководитель комсомольской стройки. - Шестнадцать тысяч рублей. Примерно, такая сумма зарплаты сейчас.

- Вот это да! - хором, воскликнули строители. - По восемьсот рублей на каждого ингуша! Вот хапуги! Они у нас будут бесплатно отрабатывать целый месяц в нашу пользу. Если не отдадут нам сразу разницу своего долга по зарплате.

- Пожалуйста, без насилия. - всполошился руководитель комсомольской стройки. - Разбирайтесь мирно...

- Ну, ты достал нас своими волнениями! - сказали из рядов. - Мы сами без тебя разберемся тут с хапугами.

- Хорошо! Разбирайтесь, как хотите, но в мое отсутствие. - согласился руководитель комсомольской стройки. - Сейчас получите часть долга по зарплате за прошлый месяц. Выходит, зарплата по двести рублей на каждого человека.

- Мужики! Давайте восстановим справедливость в отношении нашего командира. - сказал кто-то из рядов. - Командир в зарплату отдал нам фактически свои кровные деньги. По два рубля с носу мы сейчас вернем своему командиру.

- Да! Конечно! - поддержали такое предложение из рядов. - Без нашего командирам нам не видать и долга.

Каждый бригадир получил сумму долга от кассира, сопровождавшего руководителя комсомольской стройки. Когда все получили по сто восемьдесят восемь рублей долга по своей зарплате за прошлый месяц и расписались в своих ведомостях, то мне оставалось расписаться под своей фамилией. Не считая денег забрать всю оставшуюся сумму долга себе. Кассир сам ни стал ничего считать. Так как все давно было пересчитано, а считать чужие деньги на Кавказе не принято. Я и без счета знал, что сейчас мне осталась сумма денег равная, больше тысяче рублей, которые отдал я на всех строителей в день зарплаты. Так что жест моей доброты вернулся ко мне с процентами. От этого я лишь выиграл, но не только в деньгах, а также в добром отношении строителей к моей персоне в лице командира.

Едва мы разобрались с ведомостями по долгам, как в пионерский лагерь "Горный воздух" прибыла бригада строителей ингушей из города Назрань. Так ингуши всегда относились к своей работе. Уезжали домой первыми, а возвращались на работу последними. Зато зарплату желали получить больше всех. Поэтому весь отряд строителей призирал бригаду строителей ингушей из города Назрань. Никто не хотел мериться с произволом со стороны ингушей.

Так было и в этот раз. Когда ингуши вошли на территорию пионерского лагеря "Горный воздух", то строители, сразу, не сговариваясь, окружили ингушей плотным кольцом. В присутствии руководителя комсомольской стройки потребовали от ингушей вернуть разницу денег в сумме двести рублей с каждого, полученную ингушами в зарплате за первую очередь завода. Перепуганные до потери пульса ингуши без разговора выложили из карманов свои четыре тысячи рублей. Полученную от ингушей сумму денег строительный отряд разделил между собой по десять рублей на каждого человека. Оставшиеся двести рублей денег рабочие строительного отряда отдали мне за все мои труды. Руководитель комсомольской стройки цементного завода довольный тем, что в его присутствии все обошлось благополучно, сел в свой персональный автомобиль и уехал обратно в город Грозный. На всякий случай оставил с нами наряд милиции, которые охраняли порядок в пионерском лагере "Горный воздух" всю последнюю неделю до нового 1973 года. После чего мы всем отрядом уехали на неделю по своим домам на новогодние праздники 1973 года.

Январь месяц нового 1973 года прошел благополучно у всех строителей в пионерском лагере "Горный воздух". Вот только на площадях города Грозный было не спокойно. Подстрекаемые проповедниками ислама с восточных стран, ингуши обратно появились с лозунгами в центре города Грозный. Аппетит ингушей возрос. Теперь они требовали не только земель от своих соседей, но также чистого ислама среди ингушей. Пахло большим политическим и религиозным скандалом. Коммунисты не имели никакого желания, чтобы какая-нибудь религия, как опиум для народа, распространилась по всему Северному Кавказу. Надо было принимать срочные меры к ликвидации бунта ингушей. На площадях города Грозный, вокруг бунтующих ингушей, образовалось кольцо вооруженных нарядов милиции и солдат с автомобилями-цистернами снабженными водяными пушками для разгона демонстрации. В эту зиму в феврале крещенские морозы были сильными относительно климата Северного Кавказа. Иногда шкала термометра опускалась за отметку минус тридцать градусов. Минусовая температура не местным жителям. Среди бастующих ингушей произошло колебание. Проповедники ислама из восточных стран видимо были перепуганы не только русской зимой на Северном Кавказе, но также вооруженными солдатами и нарядами милиции, которые с машинами цистернами снабженными водяными пушками на кабинах, плотным кольцом на площадях окружили бастующих ингушей. Когда бастующим ингушам предложили добровольно разойтись по домам, то проповедники ислама из восточных стран и местные священнослужители ислама попытались разойтись с площадей, видя явный прокол бастующих. Но теперь сами ингуши, особенно молодежь, ни в какую не хотели отступать от возможности на халяву покушать свежих шашлыков во время своей массовой голодовки. Тем более что на центральных площадях города Грозный на костры были срублены голубые ели, которые хорошо горят и приятно пахнут на костре. Бастующим ингушам это нравилось. Вот только местные власти и местные жители не хотели больше видеть ингушей на площадях своего города. Вооруженным солдатам армии и нарядам милиции был отдан приказ ударить со всех водяных пушек по толпам бунтующих ингушей, чтобы им не повадно было позорить советскую власть и орденоносную республику своими выходками и требованиями. Всему позорному против построения коммунизма в Советском Союзе должен когда-то прийти конец. Водяные пушки из автомобилей с цистернами ударили со всех сторон по толпам бастующих ингушей. Чего не могли добиться уговоры со стороны властей в течение почти двух месяцев, водяные пушки сделали за два часа. Через два часа мертвых от переохлаждения и полуживых бунтующих ингушей медленно развозили по их домам. Жертв от водяного обстрела никто не считал. В больницы и морги, не приняли пострадавших и трупов бунтующих ингушей. Не было такого указания со стороны местных властей, чтобы принимать кого-то из толпы бастующих в больницы и морги города Грозного. Думаю, что и проповедники ислама из восточных стран домой вернулись далеко ни все. Никто не вел счет прибывших в город Грозный проповедников ислама из разных восточных стран. Поэтому никому не было точно известно количество погибших. Как всегда всюду говорят за умерших сами исламисты: "Бог дал - бог взял".

Едва закончились траурные дни в среде ингушей, как к нам в пионерский лагерь "Горный воздух" обратно вернулась бригада строителей из города Назрань. Все рабочие из строительного отряда старались не трогать ингушей. Как бы там не было, но на Кавказе все одинаково скорбят по покойникам. Независимо от того, по какой причине скончались покойники. Если бы кто-то нарушил традиции народов Северного Кавказа, тогда могла разразиться война. Кроме того, среди народа Северного Кавказа, а также в прессе и в телевидение обещали улучшить условия ингушей, как младшего брата среди многочисленных народов Советского Союза и тем более Кавказа. Вскоре ингуши из ранга бунтующих перешли в ранг обиженных и пострадавших. Весь Советский Союз всячески хотел помочь пострадавшему народу. По радио и в телевидении открыли специальные программы по теме ингушского народа. В городе Грозный повсюду были слышны концерты ингушского музыкального ансамбля "Вайнах". Даже сами ингуши не всё понимали из текста песен ингушского музыкального ансамбля "Вайнах". Так как в репертуаре ингушского ансамбля была низкопробная музыка и дикие голоса без слов. Но запретить ингушский ансамбль никто не мог, так как нельзя было ущемлять культуру малой нации многочисленных народов Советского Союза. Пускай они поют на благо себе. Пользуясь такими привилегиями на стороне ингушей, строительная бригада ингушей из города Назрань, очухалась от траурных дней и теперь совала свой нос во все дела строительного отряда. Ингуши всюду старались показать, что они обижены притеснением со стороны других народов Советского Союза. Поэтому им надо делать всяческие уступки в быту и на работе, а также по зарплате, чтобы ингуши всюду могли себя считать равными среди других народов. В один воскресный день, когда мы отдыхали от работы в пионерском лагере "Горный воздух", все строители собрались на открытой эстраде на свежем воздухе, чтобы посмотреть интересное всем кино по телевизору. Сам телевизор поставили на большой стол, на сцене, чтобы всем было хорошо видно кино по телевизору. Едва мы расселись смотреть кино по телевизору, как на сцену вышли трое ингушей. У одного ингуша в руке был пистолет. Другой ингуш держал в руке кинжал. У третьего ингуша на руку был надет железный кастет. Ингуш с пистолетом переключил канал телевизора на ту программу, где показывали ингушский музыкальный ансамбль "Вайнах". В то время как весь наш строительный отряд хотел смотреть по телевизору хорошее кино. В рядах строителей прошла волна возмущения.

- Кто из вас найдется смелый и посмеет ущемлять интересы малого народа? - спросил ингуш с пистолетом в руке.

Вполне естественно, что присутствующие строители на открытой эстраде тут же повернулись в мою сторону. Такой вопрос мог решить только командир комсомольского строительного отряда. Передо мной сразу встала серьезная проблема. Если я пойду, переключу телевизор на канал с кинофильмом, то я рискую быть убитым. Но если я этого не сделаю, то можно считать себя живым трупом на всем Семерном Кавказе. После уступки обнаглевшим ингушам меня все будут презирать и ненавидеть, а это равносильно позорной смерти от бегства на всем Северном Кавказе. Мне ничего не оставалось, как пойти на сцену и переключить телевизор на тот канал, где показывают интересное кино.

- Ты не боишься, что я тебе сейчас сделаю дырку в голове? - поинтересовался ингуш с пистолетом в руке.

- Конечно, боюсь! - откровенно, ответил я. - Лишь трупы ничего ни боятся, так как им уже все равно. Но я твердо знаю, что сейчас погибну героем, чем останусь трусом. В то время как тебя ждет позорная смерть. Ты даже не успеешь нажать на курок, как в тебя тут же воткнутся десятки пуль и кинжалов. Наши парни не дадут тебе здесь выжить.

Ингуш с пистолетом в руке посмотрел в сторону строителей сидящих на рядах перед открытой эстрадой. Оттуда на него глядели почти четыреста пар обозленных глаз, которые в любое мгновение были готовы разодрать в клочья ингуша с пистолетом в руке, а также его сообщников с кинжалом и кастетом. Пули в магазине пистолета ни давали никому из троих выбраться живыми из этого ада, который они могли устроить сами себе с нажатием курка пистолета.

- Ладно! Коммунист! В этот раз твоя взяла. - сказал мне, ингуш, убирая ствол пистолета от моего виска. - Но на этом мой разговор с тобой не закончился. Мы с тобой встретимся в удобное для меня время. Пока мы немного подождем.

Не желая быть разодранными обозленным отрядом строителей, трое вооруженных ингушей ушли за сцену и тут же скрылись в лесу, который покрылся первой весенней зеленью. Весь зал строителей встал и дружно принялся аплодировать мне. Словно я только что сыграл важную роль на сцене. Я тоже принял это ужасное событие, как театральную сценку и стал кланяться перед строителями, как артист перед зрителями на сцене. Хотя нам было не до театра. Когда-то всему приходит конец. Вот и у меня настал долгожданный день, когда мы заканчиваем свою работу на стройке цементного завода. Весь наш строительный отряд возвращается по своим домам. Строительство цементного завода не закончено. Но на нашу смену приедут другие строительные отряды, которые закончат начатую нами работу. Мы просто все устали от этой своей сумасшедшей работы на строительных объектах цементного завода. Нам надоело без конца выбивать зарплату за рабский труд на комсомольской стройке. Пора вернуться к своей повседневной работе с обычным окладом. Мне тоже пора вернуться домой. Денег на мебельный гарнитур "Хельга" я накопил. Недавно был в городе Грозном и заплатил полную стоимость за мебельный гарнитур "Хельга", который наверно уже установили у нас в квартире. Представляю, сколько радости будет у Людмилы, что у нас в семье самая лучшая мебель во всем районе. Нам обоим есть чему радоваться. Совсем недавно в очередной проверке у гинеколога в поликлинике города Грозный моей жене сказали, что она беременна. Наконец-то мы возместим нашу утрату, дочери, рождением другого ребенка, которого мы будем беречь и лелеять, чтобы с ним не случилась никакая беда. Жестокий урок жизни открыл нам глаза на все наши ошибки. Теперь мы знаем, что ребенок, как цветок, за которым надо бережно ухаживать. Иначе он погибнет. Так и не достигнув своего полного расцвета, чтобы стать человеком.

В последний день работы на стройке цементного завода меня настигло неприятное мне известие. Меня решили оставить командиром нового строительного отряда с твердым окладом в пятьсот рублей. Оклад для меня хороший. Однако я давно настроился на возвращение к себе домой, чтобы быть постоянно рядом с беременной женой. Надо всячески помогать Людмиле, чтобы ей было не в тягость вынашивать в своей утробе нашего будущего ребенка. Вот только отказаться от предложения работать командиром строительного отряда тоже не могу. Какой же тогда я коммунист, если отказываюсь от возложенного на меня партийного поручения? К тому же за моей спиной молодой коллектив комсомольцев, которые доверяют мне свой труд и свою жизнь. Придется остаться работать на стройке цементного завода на один летний сезон. Затем надо попросить представителей партии отпуск к беременной жене. В воскресный день перед отъездом по домам весь наш многонациональный строительный отряд праздновал окончание работы на строительстве цементного завода, как наш общий праздник над капитализмом. Парни и девушки накрыли стол во дворе на всю длину пионерского лагеря "Горный воздух". Многонациональные строительные бригады разных союзных республик Северного Кавказа довольные тем, что все закончилось благополучно, за шесть месяцев нашей работы на всесоюзной комсомольской стройке цементного завода. Мы все померились друг с другом и по домам разъезжаемся как самые лучшие друзья. Можно нам хорошо выпить в последний раз и отдохнуть за ночь перед дорогой домой. Завтра рано утром комсо-мольцев строительного отряд развезут по домам по всему Кавказу. Я ни стал много пить, так как мне нужно было привести в порядок имеющиеся в наличии документы и в понедельник отчитаться перед руководителями стройки за последний месяц проделанной работы. Кроме того, надо проверить наличие всего инструмента на складе в пионерском лагере "Горный воздух". Нужно завтра сдать инструмент на инструментальный склад цементного завода. Теперь бригадиры будут сами получать инструмент на своих рабочих. Я буду отвечать лишь за документацию строительного отряда и за наглядную агитацию на цементном заводе. Наконец-то руководители комсомольской стройки вспомнили, что я служил в армии художником-оформителем. Теперь займусь своим любимым делом. Наведу порядок в наглядной агитации на цементном заводе. Украшу плакатами пионерский лагерь "Горный воздух". Скоро сюда приедут отдыхать дети. Строительный отряд переведут жить в заводское общежитие, которое построили в поселке специально строителям цементного завода вблизи аула Чири-Юрт.

После банкета вечером все строители разошлись по своим баракам и домикам, чтобы собраться в дорогу и отдохнуть после банкета. Я пошел в барак к ингушам, где у меня по-прежнему был кабинет и там же склад, в котором были рабочие инструменты и документация строительного отряда. Мне надо было за пару часов разобраться во всем и отправиться отдыхать в свой барак, где я жил со своим отрядом из Шелковского района. Рядом с нами в других бараках жили строительная бригада из города Грозного, а также большая строительная бригада из Северной Осетии. Когда я уже приступил к работе в своем кабинете, в барак стали возвращаться строители из бригады ингушей. Они то и дело заглядывали в мой кабинет, проходя мимо моих дверей по своим комнатам, чтобы там расположиться на отдых. Я не обращал никакого внимания на ингушей, чтобы не создавать проблему в последний день присутствия в пионерском лагере. Но видимо ингуши думали иначе. Заглядывая в мой кабинет, ингуши с силой хлопали дверью и матерились на своем языке в мой адрес. Я все равно старался ни как не реагировать на их провоцирующие выходки. Тогда ингуши перешли к давно отработанному на Северном Кавказе методу раскрутить крупную драку. Ингуши впустили в мой кабинет какого-то сморчка, который беззастенчиво стал рыться в моем шкафу с разным строительным инструментом.

- Если тебе что-то нужно из инструмента, то можешь завтра взять на складе завода. - спокойно, сказал я, заморышу. - Сейчас я готовлю инструмент и документацию к отчету за нашу работу. Поэтому оставь мой инструмент в шкафу.

- Да пошел ты подальше, вместе со своим инструментом. - принялся заморыш, матом полевать мою маму.

За такие слова в адрес мамы на Северном Кавказе если не избивали до полусмерти противника, то убивали точно. Я прекрасно понимал, что меня специально толкают на провокацию, чтобы после устроить разборки со мной и с моей семьей. Если бы я был холостым, то размазал бы этого сморчка по всему кабинету. Досталось бы и тем, кто войдет следом за ним в кабинет. Но я женат и не имею право подставлять свою жену, которая носит у себя под сердцем нашего ребенка. Однако терпеть оскорбления со стороны заморыша я не хочу. Выталкиваю заморыша в коридор.

- Ты чего здоровый слабых парней обижаешь? - говорит мне, ингуш, который с угрозой заходит в кабинет.

- Давай обойдемся без провокаций, мирно разъедемся по своим домам. - спокойно, предлагаю я, ингушу.

- Ты отсюда никуда не уедешь. Тебя унесут вперед ногами. - говорит ингуш, становясь в стойку боксера.

Бить себя я никому и никогда не позволял. Может быть, ингуш, комплекцией с меня, действительно был боксер. Испытывать это на себе я не захотел. Я кинул в этого боксера стул стоящий рядом со мной. Когда боксер прикрылся руками от стула, в этот момент я врезал боксеру ногой по яйцам. Боксер сразу взревел, как раненый хищник, на помощь к которому прибежал брат бригадира ингушей. Не давая толстому брату бригадира разобраться, в чем причина крика боксера, я тут же со всей силы врезал толстяку кулаком в живот. Да так сильно, что мне показалось, будто мой кулак от удара через массу жира живота толстяка достал до его позвоночника. Толстяк без пресса сразу захрипел и рухнул на пол. Дальше все было дело моей техники за годы отработанной драки. Я нанес несколько ощутимых ударов в голову и в живот, боксеру и толстяку. Досталось и заморышу, который имел глупость заскочить на помощь своим друзьям. Этому заморышу я просто набил морду. Пока побитые мной ингуши приходили в себя, я продолжил свою работу с документами. Я думал, что им было достаточно того, что они получили от меня. Больше лесть до меня они не будут.

Вот только ингуши решили иначе. Поговорив между собой на своем родном языке, которого я не знал, ингуши трое разом накинулись на меня и стали пытаться скрутить меня. Естественно, что я стал отбиваться от ингушей, как мог. Но я не робот и не машина. Несмотря на то, что я физически здоровый человек, во мне тоже имеется придел моей силы, на это как раз рассчитывали ингуши, когда крутили мне руки. Толстяк навалился на мою правую руку. Боксер и заморыш повисли на моей левой руке. В тот момент, когда мои силы были почти на исходе, я увидел перед собой на тумбочке инструмент, который я не успел убрать в шкаф с другими инструментами. У меня сразу в голове мелькнула мысль, что если я не доберусь до этого инструмента, то меня прикончат этим же инструментом. Я тут же буквально упал на тумбочку, вцепившись в инструмент руками. В левой руке у меня оказалась ножовка по дереву, а правой рукой я захватил огромный острый топор. На этом мои силы полностью закончились. Я застыл на несколько секунд. Вполне возможно, ингуши подумали, что у меня просто нет больше сил к сопротивлению против них. Я лежу на тумбочке всем телом совсем обессиленный. Ингушам не было видно из-за моей спины, что у меня в руках острый инструмент, которым я могу защищаться или которым они меня могут прикончить. Все трое ингушей просто массой своих тел висели на моих руках, а дальше ни я, ни они ничего не могли делать. Так как мы сильно устали от драки.

- Ну, что, коммунист! Твоя песенка спета. - сказал толстяк, подставляя свой нож к моему горлу, своей пра-вой свободной рукой, продолжая всем телом висеть на моей правой руке. - Могу только дать тебе сказать последнее слово...

"Вот придурак! Последнее слово дает." - подумал я. - "Я бы тут на его месте врагу сразу голову отрезал."

Не говоря ни единого слова, словно соглашаясь со своей участью, я ослабил свои мышцы. Ингуши почувствовали спад напряжения в моих мышцах и тоже расслабились надомной. Мне этого как раз и нужно было. В одно мгновение я встряхнулся из последних сил, сбросив с себя ингушей в сторону. Совершенно не контролируя свои действия, я стал махать инструментами в руках во все стороны. В результате чего толстяк получил первый удар топором по руке с ножом. Второй удар острым топором пришелся толстяку в правый бок. Да так сильно, что мне пришлось силой выдергивать топор из правого бока толстяка. В это же мгновение, я ухитрился чиркнуть боксера ножовкой по лицу, а заморышу порезал ножовкой руки и живот. Вдобавок ко всему толстяк отскочил на шкаф с инструментами. Завалил огромный шкаф с инструментами на себя и на своих друзей. Досталось и мне. Спотыкнувшись о сломанный во время драки стул, я упал на шкаф с инструментом, под которым валялись все трое ингушей. Мне просто крупно повезло.

Больше оставаться в своем кабинете мне не было смысла. Мой белый индийский вязаный свитер и мои длинные волосы были буквально облиты кровью. Мои руки тоже были в крови, как у убийцы после разделки жертвы. Мне надо было бежать подальше отсюда. Иначе ингуши из-под шкафа или ингуши из коридора разрубят меня на куски и закопают где-то в лесу вблизи пионерского лагеря "Горный воздух. Да же мама моя не узнает где осталась могилка моя. С такими мыслями и с инструментом в руках, я выскочил в коридор, где меня ждали все семнадцать ингушей из бригады строителей. Видимо ингуши рассчитывали встретить мой труп, который вынесут их друзья. Но вместо моего трупа выскочил я. Совершенно живой, но весь с ног и до головы в крови. Вот только чья кровь на мне я сам не знал. Так как во время драки с инструментом в руках, мне было ни до того, чтобы думать о том, чья кровь на мне. Может быть, толстяк успел чиркнуть меня ножом по горлу. Теперь я весь истекаю своей кровью. Скоро рухну тут мертвым. Сколько во мне было сил, с дикими криками размахивая инструментом во все стороны, я кинулся к выходу из барака по коридору сквозь толпу перепуганных ингушей, которые, видимо, думали, что у меня предсмертная агония. Поэтому ингуши в коридоре ни стали трогать меня, а только расступились в разные стороны, чтобы я по пути своего следования никого из них не зашиб насмерть своим опасным инструментом. Но мне было не до этого. Я просто хотел вырваться из того ада, в который загнали меня тут ингуши, рассчитывая покончить с моей жизнью раз и навсегда. Однако у ингушей ничего не вышло убить мою жизнь. Я остался жив и даже совсем никак не пострадал. Теперь надо пробиться к своим друзьям и получить от них поддержку в свою защиту. Иначе ингуши разорвут меня на меленькие кусочки за кровную месть. Ведь я пустил кровь ингушей во время их попытки пустить мою кровь. Я больше не в силах драться против бригады обозленных ингушей. Надо быстрее искать поддержку со стороны своих друзей. Выскакивая из барака, я совсем забыл, что впереди меня перила веранды окружающей барак. Со всего бега кувырком перелетел через перила. Удачно свалился ногами в цветочную клумбу. Во время моего падения в цветочную клумбу топор и ножовка улетели куда-то в сторону. Мне было не до поиска инструмента. Надо быстрее бежать от этого барака. Пока ингуши не опомнились. Иначе мне не выжить. Разъяренная толпа ингушей просто разорвет меня в клочья. Даже последнего слова мне не дадут. Сейчас меня могут спасти лишь мои ноги с побегом от этого барака.

- Я никого не хотел обидеть. Просто постоял за себя против ингушей. - сказал я, когда вошел в свой барак.

- Мы сами во всем разберемся. - стали говорить на перебой парни из нашего барака. - Все будет по закону.

Парни из нашего барака тут же побежали в соседние бараки, которые в свою очередь позвали парней из других бараков. Через несколько минут наш барак был в кольце всего строительного отряда. Я рассказал парням все, что произошло в моем кабинете. Как ингуши специально спровоцировали на драку, а после хотели меня зарезать ножом. В целях самообороны мне пришлось применить инструмент в защиту своей жизни. Другого выбора у меня не было.

- Мы постараемся не допустить массовой драки до утра. - сказал бригадир чеченской строительной бригады из города Грозный. - Утром вызовем сюда наряд милиции. Пускай представители советского закона сами здесь разберутся.

До утра было еще далеко. Ингуши были близко. Появились ингуши всей бригадой минут через десять после того, как мы обсудили все наши планы мирной разборки между мной и ингушами. Каждый прекрасно понимал, что если начнется драка, то она перерастет в поножовщину, которая может закончиться жертвами и тюрьмой. Поэтому никто из строительного отряда не хотел драки. Каждый хотел лишь мира. Вот только ингуши были настроены на драку. Точнее, ингушам нужен был я в любом виде, живой или мертвый, чтобы меня руками разодрать на мелкие кусочки.

- Отдайте нам командира, он здесь пролил ингушскую кровь. - сказал бригадир строительного отряда ингушей из города Назрань. - Нам больше никто из вас не нужен. По законам шариата у нас кровная месть против командира.

- Мы живем в Советском Союзе. Будем разбираться по законам страны. - строго, сказал бригадир чеченцев.

Однако ингуши продолжали настаивать на своем праве по законам шариата. Тогда чеченцы использовали закон шариата против самих ингушей. Чеченцы поставили меня в другой конец нашей комнаты. Сами чеченцы легли на пол между мной и ингушами. По законам шариата. Если один из спорящих переступит лежащего, тем самым становиться смертным врагом лежащего и его рода. Прежде чем лечь на пол чеченцы поклялись перед Аллахом уничтожить весь род того, кто переступит через тела чеченцев, чтобы как вонючий шакал, хоть рукой дотронуться до меня. Среди ингушей наступило кратковременное замешательство. Никто из них не хотел нарушать закон шариата. Тогда ингуши решили обойти закон шариата с другой стороны. Несколько ингушей стали бить стекла в бараке, чтобы добраться до меня со стороны окон. Другие ингуши начали бросать в меня, что попало им под руку, не переступая через лежащих чеченцев. Кавказцы народ горячий. Не могут терпеть гадости против себя и против своих друзей. Тем более что далеко ни все кавказцы сторонники шариата. Например, осетины, которые христиане, не хотели смотреть, как надо мной христианином и над ними измываются ингуши, совсем недавно претендующие на все осетинские земли.

Началась всеобщая драка. Осетины кинулись на ингушей. Чеченцы поднялись с пола и стали со всех сторон прикрывать меня от ингушей, на сторону которых стали несколько дагестанцев, этнических ингушей. Мне отвадилась роль собственной защиты, без участия в драке, чтобы у меня было больше свидетелей на личную оборону, что я только защищался, но не нападал. В таком случае на меня не падала тень виновности за массовую драку парней. В то время когда я уклонялся от предметов, которые бросали в меня ингуши, заморыш подкрался близко сзади и со всей силы ударил меня шваброй по спине. Швабра на куски разломалась, не причинив мне особого вреда. Лучше бы заморыш ударил меня кинжалом или кулаком, чем шваброй. На Северном Кавказе такой удар шваброй по спине нанесенный мужчине равносилен позору, словно мужчину похлопали рукой по заднице. Надсмеялись над ним при всех. Такого позора стерпеть я не мог. Тем более на виду у представителей многих народов Северного Кавказа. Я схватил заморыша за рубаху и словно обезумевший стал молотить заморыша спиной о стену барака. Да с такой силой, что у заморыша изо рта и из носа стала брызгать кровь на меня. Тогда я в последний раз поставил заморыша к стенке. Врезал ему по морде кулаком изо всех сил. Заморыш весь как-то странно обмяк и медленно стал сползать на пол. От моего врага осталась лишь оболочка, забрызганная его кровью. Остальное выглядело просто мешок с навозом.

- Ты убил пацана! - сказал кто-то за спиной. - Тебя будут судить по всем законам. Тебе здесь не выжить.

В этот самый момент кто-то изо всех сил ударил меня по голове трехлитровой банкой с вареньем. Я устоял на ногах. Но по моей голове и по всему телу потекло варенье вперемешку с моей и с чужой кровью. Я прислонился спиной к стене рядом с телом заморыша. Кто-то прикрыл меня стоящего у стены сеткой от железной кровати и пообещал оказать первую медицинскую помощь. Вскоре на мою голову стали лить йод, который тут же смешался с вареньем и с моей кровью. Йод мог попасть в мои глаза из-за чего я мог окончательно ослепнуть навсегда. Я сразу закрыл глаза руками.

- Ты что сделал со мной? - заорал я, на того, кто вылил на меня йод. - Так я даже не увижу, кто меня убьет!

- Сейчас я принесу ведро воды и отмою тебя. - сказал мне, тот же сердобольный голос. - Потерпи немного.

Меня передвинули в дальний угол барака и прикрыли несколькими сетками от железных коек. Я ощущал сетки от железных кроватей на расстоянии. Особенно тогда, когда в железные сетки попадали какие-то предметы, которые как мячики отскакивали от металлических сеток. Так что драка продолжалась без моего участия. Все равно кто-то пытался добраться до меня. Бросали в мою сторону разные легкие и очень тяжелые предметы от разбитой нами мебели.

- Атас! Менты к нам приехали! - заорал кто-то за окном барака. - Пацаны! Разбегайтесь пока не поздно...

Пару минут драка в бараке продолжалась. Видимо ни все и ни сразу поняли, что в такую глухомань вдали от населенных пунктов в середине ночи действительно приехали советские милиционеры. Лишь только тогда, когда в бараке стало слышно милицейский свисток и какие-то предупреждения от милиционеров, драка тут же прекратилась и в бараке наступила полная тишина. К этому времени у меня не было никаких сил на драку. Я медленно сполз на пол под прикрытием металлических сеток от железных кроватей. Видимо я даже был без сознания, так как пришел в себя только тогда, когда разгребли надо мной все заграждения. Кто-то поднес мне к носу вату с нашатырным спиртом.

- Боже мой! Ну и вид у тебя! - сказал толстый милиционер, которого я разглядел сквозь слипшиеся глаза.

Милиционер приказал кому-то съездить за медиками в аул Чири-Юрт. Затем трое других милиционера стали вести допрос и составлять протокол на причину драки, после которой пионерскому лагерю "Горный воздух" был нанесен огромный вред. Ведь в драке принимали участие четыреста человек. Большинство парней были настолько пьяны, что совершенно не соображали когда дрались и громили вокруг себя все в пионерском лагере "Горный воздух". Видимо за шесть месяцев каторжной работы на ударной комсомольской стройке, а также за обман со стороны руководителей стройки в нас столько много накопилось злости, которую надо было куда-то выплеснуть из себя. Вот эта драка и послужила тому, что все настрадавшиеся за время работы на стройке цементного завода, теперь выплескивали из себя всю накопившуюся горечь и обиду. Рабочие громили в пионерском лагере "Горный воздух" все подряд. Первыми к месту побоища в пионерском лагере "Горный воздух" приехали вооруженные солдаты и наряды милиции с автомобилями "воронок" в которых перевозят преступников. Капитан милиции приказал всех участников драки грузить в "воронки" и вести в республиканское отделение милиции города Грозного. Сильно пострадавших во время драки решили отправить на автомобилях скорой помощи в больницу аула Чири-Юрт, под усиленной охраной наряда милиции. Как раз к этому времени приехали автомобили скорой помощи. Санитары стали грузить нас в автомобили.

Сильно пострадавшими в драке посчитали меня, боксера, толстяка и заморыша, который к этому времени пришел в сознание и оказался совершенно живой. Даже на вид заморыша можно было подумать, что он мало пострадал во время драки. Просто отделался легкими ушибами и некоторыми царапинами нанесенными инструментом в начале драки. Из всех пострадавших во время массовой драки на вид ужасно выглядел лишь я один. С головы до ног облитый каким-то ягодным красным вареньем и неизвестно чьей кровью, я был похож на жертву разодранную хищниками. Санитары скорой помощи нас загрузили по одному раздельно в каждую машину скорой помощи под охраной милиции. Смешанная колонна автомобилей милиции, армии и скорой помощи медленно стали выползать на дорогу в сторону аула Чири-Юрт, куда вначале ехали единой колонной. Основная колонна с солдатами и милиционерами должны были двигаться до города Грозный. Пострадавших должны вести в больницу. Поэтому автомобили скорой помощи отошли от общей колонны и запетляли по небольшим улочкам аула Чири-Юрт в сторону местной сельской больницы. Приемная палата сельской больницы была маленькой. Нас четверых, под охраной милиции, едва разместили в приемной палате. Доктор сразу не мог определить, кто из нас больше всех пострадал. Хотели начать осмотр с меня, так как у меня был такой ужасный вид от варенья, крови и йода, что можно было подумать, вся драка лежит на мне. Однако, я себя чувствовал вполне нормально. Отдохнул за время поездки от пионерского лагеря "Горный воздух" до сельской больницы в ауле Чири-Юрт. Поэтому я предложил доктору в первую очередь оказать медицинскую помощь толстяку. Так как у толстяка под временной повязкой разбухли от крови бок и рука. Сгусток крови висел в повязке. Просто удивительно было, как толстяк до сих пор не потерял сознание от глубоких ран и от потери крови. Как назло в больнице не оказалось обезболивающего лекарства новокаин. Доктор живьем зашивает раны толстяка кривой иголкой с суровой ниткой. Словно перед ним был не человек, а жирный манекен, который случайно попортили во время перевозки. Теперь надо жирный манекен подлатать, прежде чем выставить за стеклянную витрину на показ зрителям. Толстяк терпит оттого, что его зашивают, как манекен. Мне от этого вида дурно, аж голова вовсю кружится.

- Так ты совсем не пострадал! - удивленно, воскликнул доктор, рассматривая меня со всех сторон. - У тебя лишь царапина на голове. Ты можешь помыться под душем и отправляться домой. Тебе тут моя помощь совсем не нужна.

Я послушался совету доктора и отправился мыться под душ, который располагался в этом же здании сельской больницы. После приема хорошего душа меня почему-то не отправили домой или хотя бы в республиканское отделение милиции, куда отправили участников драки. В палату к больным тоже не положили. Поместили в коридоре между палатами, которые на половину были пустыми. В палатах было достаточно места, чтобы разместить с десяток больных или раненых. Однако меня почему-то поселили в коридор в пространстве между палатами с больными. Я сразу смекнул, что так со мной поступили неспроста. Никто только не знает, кто из нас больше всех пострадал во время драки, ингуш-толстяк или я. Утром найдут мой труп на этой кровати. Затем составят акт моей смерти, где запишут, что скончался от ран, полученных во время массовой драки в пионерском лагере. Виновных нет и свидетелей нет о фактическом убийстве в отделении сельской больницы. Зачинщиком драки посчитают меня и дело закроют. Я даже ни стал ложиться спать в кровать. Меня одолело такое ужасное беспокойство за свою жизнь, что мой сон совсем пропал. Сижу на кровати и смотрю, как из разных палат то и дело выходят мужики далеко ни с больным видом. Мужики в полумраке проходят возле моей кровати и в темноте с презрением вглядываются в мое лицо. Таким взглядом, слабонервного можно прикончить. Но я не из слабонервных. Постарался преодолеть свой страх. Как пантера готовая прыжку, я весь сгруппировался в ожидании нападения со стороны мужиков проходящих мимо меня.

- Чего не спишь? - процедил сквозь зубы с ингушским акцентом здоровенный мужик. - Больным надо спать.

- Я вполне здоровый человек. - ответил я, мужику, так громко, чтобы все слышали. - Хочу таким остаться.

После моего ответа больные ходить возле меня перестали. Видимо поняли, что меня голыми руками не прикончить. Однако прошло около часа времени, когда ко мне подошли санитары, которые сказали, что за мной из города Грозный прибыл наряд милиции. Мне нужно быстро собираться в дорогу. Теперь меня ждет тюрьма, где ингуши меня все равно достанут и после этого я точно не жилец. Так что мне уже нужно готовиться к своей предстоящей смерти. На меня угрозы никак не действовали. Я прекрасно понимал, что у меня была чистая самозащита. Все пострадавшие во время массовой драки остались живы. При многочисленных свидетелях меня могут лишь поругать за то, что я во время самозащиты применил против нападающих режущие и колкие предметы. Во всем остальном я был прав. Когда один, фактически, против двадцати ингушей, постоял за себя. Ни дал ингушам убить себя во время драки. Мне часто приходилось на Семерном Кавказе, также за его пределами, проводить самозащиту против нескольких противников. В такой неравной драке не может быть каких-то правил со стороны защищающегося. Когда против лома нет приема, тогда пригоден любой прием. Так что я в ход пускал все, что мне попадалось под руки, лишь бы защитить свое право на жизнь. Как меня с детства учили терские казаки, что не нужно ждать, когда тебя ударят. Если тебе угрожают, то бей первым противника. Лучше после доказывать, что был ты прав, чем будут оплакивать родственники твою утрату. За себя всегда надо уметь постоять в любой драке с врагом. В противном случае не выживешь. Из больничной палаты санитары привели меня обратно в приемный покой, где меня ждал наряд милиции из города Грозный. Санитары напялили на меня мою одежду, забрызганную кровью, вареньем и йодом. Затем составили на меня заключительный акт от врача о моем здоровье. В акте было записано, что на мне не было обнаружено никаких колотых и режущих ран. На голове небольшая царапина, от которой пострадавшему не грозит смерть. Ушибов и синяков на моем теле нет. Выписан пострадавший в указанное время из сельской больницы здоровым человеком.

Во дворе сельской больницы стоял милицейский автомобиль ГАЗ-69, с решетками на стеклах, переоборудованный для перевозки преступников. Меня посадили на заднее сидение милицейского автомобиля. С обеих сторон и впереди меня сели милиционеры в сержантской форме. Всю дорогу до города Грозный ехали молча. Милиционеры с ужасом в глазах и с презрением разглядывали меня со всех сторон. Наверно милиционеры удивлялись тому, что на пострадавшего с таким ужасным видом составлен акт, в котором указано, что пострадавший вполне здоровый человек. Мне лично все равно было, что думают обо мне милиционеры. Мои мысли были заполнены разными планами, как теперь вытащить себя из этой проблемы, в которую засунули меня ингуши из строительной бригады города Назрань. Привезли меня на специально оборудованной машине милиции в республиканское отделение милиции города Грозный перед рассветом. В дежурной части республиканского отделения милиции на меня составили акт приема и сразу отвели в камеру предварительного заключения в этом же здании. Дальше мной должны были заниматься следователи, которые должны были определить меру моей вины в драке происшедшей в пионерском лагере "Горный воздух". Затем меня передадут под надзор прокуратуры, которая определит на суде меру моей вины и наказание.

В камере предварительного заключения на нарах лежал какой-то парень. Годами загаженная мухами, тускло горящая лампочка на потолке камеры, ни дала мне возможности хорошо разглядеть лежащего на нарах парня. Мне было как-то ни до него. Хотелось спать и кушать. С самого вечера не сомкнул глаз и за сутки ничего ни ел. Надо хотя бы выспаться. Возможно, что утром милиционеры принесут мне что-нибудь покушать. Ведь я не в концентрационном лагере пленных времен войны с фашистами, когда фашисты голодом морили людей и проводили над ними опыты. Проснулся я от приятного запаха пищи, которую принесли на завтрак в камеры предварительного заключения. Едва придя в себя ото сна, я помыл лицо под краном в камере предварительного заключения. Попил воды из того же самого крана. Повернулся в сторону спящего парня и обомлел оттого, кого увидел при свете солнечных лучей пробившихся сквозь стекла окон с решетками. Конечно, я всякое мог ожидать от милиции, но только не такой прокол. Передо мной на нарах лежал заморыш, из-за которого началась массовая драка в пионерском лагере "Горный воздух". Видимо заморыш сквозь сон почувствовал мой пронзительный и злой взгляд. Заморыш открыл глаза. Увидел меня и сразу вскочил на ноги. Я ни стал ему ничего говорить. Тут же врезал заморышу в челюсть. Потом провел несколько ударов в живот и пару раз ударил заморыша об стену камеры. Мне хотелось напомнить заморышу о себе.

- Я советую тебе взять всю вину на себя. - зло процедил я сквозь зубу едва живому от страха заморышу. - Если меня посадят или с моей головы упадет хотя бы один волосок, то тебе не жить на белом свете. Мои друзья найдут тебя хоть на краю света и вырежут весь ваш подлый род, который народил такую мразь, как ты. Хорошо понял меня?

- Все понял. - ответил заморыш, сплевывая кровь с разбитой губы. - Меня заставили спровоцировать тебя на драку. Я ничего против тебя не имею. Пожалуйста, больше не бей меня. У меня все тело болит. Я чуть живой после драки.

- Черт с тобой! Живи. Но ни со мной в одной камере. - сказал я, заморышу. - Иначе тебя могу просто убить.

Когда сержант милиции принес нам завтрак в камеру предварительного заключения, то мы оба сразу стали умолять сержанта милиции, чтобы нас рассадили в разные камеры предварительного заключения. Так как мы оба враги и можем друг друга убить в сонном виде. Нам этого не хочется делать. Но само обстоятельство толкает нас на возможное убийство друг друга. Ведь мы оба злейшие враги происшедшей между нами драки в пионерском лагере. Сержант милиции удивленно выслушал нас обоих. Затем удалился куда-то по длинному коридору и вскоре вернулся с дежурным лейтенантом милиции, который внимательно выслушал наши требования и тут же забрал заморыша с собой в другую камеру предварительного заключения. Теперь я мог спокойно выспаться до того момента, когда меня будут допрашивать следователи милиции. Хотелось мне быстрее разобраться с последствиями ночной драки. Спать мне долго не пришлось. В десять часов утра меня повели в кабинет к следователю республиканской милиции. Я думал, что меня будет следователь допрашивать один на один. Но к моему удивлению в кабинете следователя были все трое ингушей, которых я покалечил во время драки в моем кабинете, в пионерском лагере "Горный воздух" в бараке, предназначенном на проживание ингушей бригады строителей из города Назрань. Возможно, что это был какой-то новый эксперимент в следственных органах советских юристов или этот юрист проводил свой опыт.

- Ты зачем утром в камере побил Цалоева Беслана, из-за которого началась массовая драка в пионерском лагере "Горный воздух"? - сходу спросил следователь республиканского отделения милиции, указывая рукой на заморыша.

- Этот заморыш Цалоев Беслан?! - удивленно, воскликнул я, обращаясь к заморышу. - Ты сам не представляешь, в какую петлю ты загнал себя и весь свой род. По закону кавказских гор все однофамильцы родственники. Особенно так принято у осетин. Так вот, мой родственник осетин, Цалоев Илья Петрович, комиссар военкомата города Беслан. По закону кавказских гор, не зависимо от нации, ты однофамилиц моего дяди. Мой родственник поднял руку на родственника! Если ты чисто сердечно сейчас не расскажешь все то, что произошло в пионерском лагере "Горный воздух" во время массовой драки. Тогда я не могу ручаться за своих родственников по осетинской линии. Также за своих друзей из города Беслан. Ингушский род Цалоевых вскоре просто перестанет существовать на нашей планете.

- Я ни в чем не виноват. - перепуганным голосом, выложил Цалоев Беслан. - Меня специально послали к тебе братья Долмаевы Исса и Мусса. Они хотели учинить драку, как бы заступаясь за меня. В этой драке братья Долмаевы рассчитывали тебя заколоть за то, что ты все шесть месяцев не давал им прийти к власти в строительном отряде...

Такое чистосердечное признание Цалоев Беслан сказал в присутствие следователя республиканского отделения милиции, двух присутствующих милиционеров в качестве охраны и только что вошедшего полковника милиции, очевидно командира республиканского отделения милиции. При таком количестве свидетелей признание Цалоева Беслана утаить было нельзя. Тем более что все свидетели от республиканской милиции были не ингуши. Таким образом, на стороне ингушей ни один из свидетелей не мог быть. У меня сразу появилась серьезная группа поддержки.

- Ты настоящий джигит! - сказал мне, полковник милиции, выслушав внимательно Цалоева Беслана и мой рассказ, о происшедшей массовой драке в пионерском лагере "Горный воздух". - Ты молодец, что смог один постаять за себя против бригады ингушей строителей из города Назрань. Но ты не молодец в том, что пустил ингушскую кровь. За такую драку тебе грозит лет восемь тюремного заключения. Даже это пустяк по сравнению с тем, что тебя и твой род ждет кровная месть со стороны ингушей. За то, что ты в драке пустил ингушскую кровь. Ты сильно вляпался в грязь.

- По закону кавказских гор, по закону Советского Союза, а также по международным правам человека. У меня была чистой воды самооборона против двадцати человек напавших на меня с целью убийства. - стал защищать я свои права в присутствии многочисленных свидетелей. - Так вот, согласно всем перечисленным мной законам и по другим законам тоже, я имел полное право в целях самозащиты убить девятнадцать человек в неравном бою, один против девятнадцати. Но последнего двадцатого нападающего на меня я должен оставить живым. Так как у нас с ним оставались равные шансы на жизнь. Так что по всем вместе взятым законам, моей вины в массовой драке нет. Виновники происшедшей драки сидят перед вами. Теперь я могу назвать их по фамилиям. Это в первую очередь Долмаевы Исса и Мусса, которые придумали массовую драку. Следом туда в виновники можно записать Цалоева Беслана, который по своей трусости согласился спровоцировать массовую драку, а также Мурзаев Зомал, который пытался отправить меня в нокаут. За это получил от меня ногой по яйцам. Дальше можно судить бригаду ингушей строителей из города Назрань, которые устроили массовый погром в пионерском лагере "Горный воздух" и учинили драку.

- Я не знаю, откуда ты взял такую статью из законов о самообороне, но я целиком на твоей стороне. - сказал мне, полковник милиции. - С такими поддонками лишь так надо поступать. Жизнь у человека одна и защищать ее надо всеми средствами. Ты просто молодец, что смог постоять за себя. Сотрудникам милиции с тебя надо брать пример...

После такого душевного разговора с полковником милиции я думал, что меня прямо сразу выпустят из-под стражи. Но полковник милиции сказал следователю, что расследование надо довести до конца, чтобы другим было не в угоду устраивать такие массовые драки в местах отдыха. Кроме того, надо определить, кто будет ремонтировать разбитый во время массово драки пионерский лагерь "Горный воздух". Так что меня, Цалоева Беслана и Долмаева Иссу оставили в камерах предварительного заключения до конца следствия. Долмаева Муссу и Мурзаева Зомала, как сильно пострадавших, отправили обратно под усиленной охраной на лечение в сельскую больницу аула Чири-Юрт. Следом за следственными делами шли выходные дни, суббота и воскресение по всей стране. Так что мы, задержанные могли лишь наслаждаться отдыхом в камерах предварительного заключения во время воскресных дней. Затем с понедельника ждать своей участи, во время следующего следствия по делу массовой драки с разбоем в пионерском лагере "Горный воздух". У меня было немного шансов выбраться на свободу. Но как избежать кровной мести, я это не знал. Как бы не закончился суд по этому делу, в любом случае ингуши не оставят меня в покое до конца моей жизни. Мне придется обращаться к правосудию с целью своей защиты или самому защищать себя с оружием в руках. Вот только где мне взять оружие в Советском Союзе, я этого совершенно не знал. Ведь в Советском Союзе огнестрельное оружие постоянно находится под особым контролем, а холодное оружие вообще запрещено носить.

Остаток пятницы и вся суббота прошли хорошо. Если так можно сказать о жизни в камере предварительного заключения. Камера предварительного заключения в милиции, отличалась от камеры в тюрьме лишь тем, что в камере предварительного заключения не было бака под названием "параша". В тюрьме заключенные в "парашу" оправляются прямо на том месте, где кушают и спят. В милиции из камеры предварительного заключения выводят задержанных оправляться в туалет на улицу в специально отведенное место, где нет никакого элементарного удобства в туалете. Просто дырка в полу сарая над ямой с навозом, куда оправляются. Даже негде руки мыть в таком туалете. Во время такого выхода в туалет по нужде, мне в камеру предварительного заключения в милиции, кто-то подкинул школьную тетрадь со стихами. Стихи написаны от руки про ингушей, которые недавно бунтовали в городе Грозный .

Раз в крещенский вечерок,

Ингуши восстали.

Сдвинув шапки на бочек,

Все "Ура!" кричали...


Не хватает им земли,

Строить негде гаражи...


Им нужен райский уголок,

Кому Кизляр,

Кому Моздок,

Кому Осетии кусок...


Ингуши были,

Водой их смыли.

Но урок мы не забыли...


Стихотворение про ингушей, было размером в целую школьную тетрадь. Настоящая поэма о восстании ингушей. Стихотворение запомнить наизусть мне не удалось. Автор стихотворения мне тоже неизвестен. В дальнейшем стихотворение передавалось из рук в руки по всему Северному Кавказу. Позже я читал это стихотворение в нескольких вариантах разных авторов, которые дописывали и переписывали стихотворение по своему усмотрению. Так что это стихотворение, о восстании ингушей в конце 1972 года и в начале 1973 года, стало фактически народной поэмой.

Утром воскресного дня, после скудного завтрака, в республиканском отделении милиции началась какая-то непонятная возня. Милиционеры бегали по кабинетам, что-то кричали. Из камеры предварительного заключения невозможно было понять причину суеты. Можно было подумать, что началась война с ингушами или ингуши пытаются освободить своих собратьев из камер предварительного заключения. Могли быть другие причины, которые мне были неизвестны. Так как я сидел один в камере предварительного заключения в самом конце здания республиканского отделения милиции. До меня доходил с улицы только неразборчивый шум голосов и рев двигателей автомобилей.

- Александр Черевков! На выход из камеры! - громко, сказал мне, сержант милиции, открывая железную дверь моей камеры предварительного заключения. - Руки назад! Быстро иди вперед в кабинет дежурного отделения милиции.

В кабинете дежурного республиканского отделения милиции было многолюдно от милиционеров. Сюда собрались все дежурные милиционеры по зданию республиканского отделения милиции. У каждого милиционера внешний вид был такой, что можно было подумать милиционеры только что вышли из окопов во время очередного боя с противником, который любыми путями хочет пробиться в здание республиканского отделения милиции. Форма у милиционеров была мокрая и выпачкана в грязь, как бывает во время дождя. В это время за окном весна с яркими лучами солнца.

- Говорят, что ты командир строительного отряда и во многом разбираешься? - обратился ко мне майор милиции, вытирая свое вспотевшее лицо испачканными в глину руками. - Наверно, также в электричестве разбираешься?

- Во многом разбираются те, кого упрятали за знание в психушку. - ответил я. - Мне не все дано понимать.

- В присутствии тебя когда-нибудь кабель протягивали? - нервно, спросил майор милиции. - Ты хоть видел?

- Говорите яснее, чтобы я мог вас понять, о чем тут идет речь. - прервал я, объяснение майора милиции.

- Во дворе отделения республиканской милиции прорвало водяную трубу. - стал объяснять майор милиции. - Мы перекрыли всюду воду, чтобы не залить здание республиканского отделения милиции. Прорванная водяная труба оказалась выше нашего здания. Грязная вода стала проникать на первые этажи и в подвальные помещения здания республиканского отделения милиции. Здесь у нас архивы республиканского значения и всюду электричество. С трудом нашли кран на трубе, в которую вода поступает из городского водопровода. Воду перекрыли. Решили устранить аварию. Вызвали к себе знакомого экскаваторщика вместе с техникой. Экскаваторщик разрыл яму над водосточной трубой, чтобы устранить аварию. Рядом с треснутой водяной трубой городской электрический кабель...

- Вашего экскаваторщика на месте убило током? - спросил я, майора милиции. - Я не служащий из морга.

- Все целы! Вот лишь здание республиканского отделения милиции полностью обесточено. - сказал мне, майор милиции. - Ты хоть немного представляешь о том, что такое без электричества республиканское отделение милиции?!

- Сотни свободных людей, которых не заберут в милицию по всей республике. - ляпнул я, не подумавши.

- Болван! Большая масса не пресеченных преступлений по всей республике. - поправил майор милиции.

- Так что вы хотите от меня? - удивленно, спросил я, майора милиции. - Я не могу быть проводником электричества. Ни для того я дрался с ингушами за свою жизнь, чтобы сейчас быть убитым электричеством. Вызовите дежурного электрика. Он быстро устранит неисправность в электрической связи. Дела то всего в аварии на одну копейку стоит.

- В том-то и дело, что у нас прервана вся связь с внешним миром. - объяснил мне, майор милиции. - Где искать дежурного сантехника и дежурного электрика, мы знаем только по телефону, который сейчас у нас совсем не работает.

- Хорошо! Пойдем, посмотрим, что случилось на линии. - согласился я. - Может быть, помогу вам в чем-то.

Авария действительно произошла чуть выше здания республиканского отделения милиции. Разрытая экскаватором яма метров пять в ширину, метра два в глубину, а также добавочно около метра в глубину с мокрой глиной и порванным кабелем на метр выше треснутой водяной трубы, которую не видно под слоем мокрой грязи. Вся территория вокруг здания республиканского отделения милиции загажена до такой степени, что можно подумать в этом месте ведутся археологические раскопки или кто-то совершил открытый подкоп к камерам предварительного заключения, чтобы оттуда вызволить преступников. Теперь сюда на территорию республиканской милиции нужно много воды, чтобы смыть всю грязь. Без автомобиля мойки улиц здесь никак не обойтись. Ну, как мне тут устранить неполадку?

- Давайте мы пойдем на встречу друг другу. - здраво размышляя, сказал я, майору милиции. - Вы мне даете на руки письмо, с моей подпиской о невыезде до конца расследования и с сегодняшнего дня отпускаете меня домой. Мне нужно, срочно, сдать служебную документацию и инструменты, которые остались в моем кабинете. Документы числятся на стройке за мной. Иначе мне пришьют срок за утрату документов государственного значения. Пока вы готовите мне письмо о невыезде. Я в это время хорошо подумаю, как быстрее устранить аварию на этом вашем участке.

- Без санкции прокурора, мы тебя не имеем право, держать у себя больше трех дней. - объяснил мне, майор милиции. - Так что в понедельник мы тебя и так отпустим на подписку о не выезде. Но если ты не поможешь нам сегодня с ремонтом происшедшей аварии, то мы найдем какую-нибудь причину, чтобы задержать тебя в отделении милиции.

- Поэтому мне нужно письмо на руки в первую очередь. - стоял я, на своем. - Тогда мы все будем равные.

- Хорошо! Я выпишу тебе письмо. - согласился майор милиции. - Говори, что надо на устранение аварии?

- Мне нужна совковая и обычная лопаты. - стал я, перечислять, что мне нужно к работе. - Изоляционные материалы, какие имеются у вас в милиции или у ваших соседей. Острый ножик или ножницы по металлу. Изоляционную ленту. Какой-нибудь шпагат или крепкие суровые нитки. Если найдется газовый или электрический сварочный аппарат, то лучше будет. К сварочному электрическому апарату нужен кабель, которого могло хватить до электричества к вашим соседям. Пару рабочих рук мне тоже нужно. Желательно из тех, кто со мной по делу. Я их хорошо знаю. Мне им будет легче объяснить, что надо делать в разрытой яме. Самое главное, сейчас мне нужна пища к работе моих мозгов.

- Сейчас воскресенье и магазины рядом не работают. - возразил майор милиции. - Где я возьму продукты?

- Пирожки с картошкой и с мясом на рынке продают всегда. - напомнил я. - Напитки тоже там не забудьте.

Пока майор милиции и его подчиненные бегали за тем, что я им перечислил, к этому времени я определил, где находится силовой щит, с которого подается электричество на кабель в здание республиканского отделения милиции. Так как шкаф с рубильником был закрыт на ключ, а у кого имеется ключ от этого шкафа, никто из милиционеров не знал, то мне пришлось с согласия майора милиции вскрыть силовой шкаф напряжения и отключить рубильник с помощью гаечного ключа. Так как ручки от рубильника в силовом шкафу не оказалось. Заодно я вытащил все вставки из силового щита, которые соединяли городскую электрическую линию с кабелем здания республиканского отделения милиции. После того, как кабель был обесточен вместе с районом, можно было начать работу в разрытой яме. К этому времени милиционеры натащили откуда-то целую кучу различных слесарных инструментов и изоляционных материалов. Можно было подумать, что тут разворачивается какое-то грандиозное строительство. Такого количества различных материалов и инструментов хватило бы на целую бригаду для электромонтажных работ. Даже электрический сварочный аппарат вместе со сварщиком нашелся. Сварщик тут же стал приготавливать аппаратуру.

- Пока я кушаю пирожки с мясом и пью лимонад, вы должны расчистить место под лопнувшей трубой и порванным кабелем. - сказал я, Цалоеву Беслану и Мурзаеву Зомалу. - К этому времени придумаю, как устранить аварию кабеля и трубы.

- Там электрический кабель. Нас может убить током. - взволнованно, сказал Цалоев Беслан. - Я хочу жить.

- Не бойся! Если вас убьет током, так вы погибните героями и за массовую драку дела никакого не будет. - пошутил я, над трусостью Цалоева Беслана. - Я, конечно, шучу. Там давно нет электричества. Я давно отключил силовой щит.

Цалоев Беслан и Мурзаев Зомал по деревянной лестнице опущенной вниз трусливо спустились в глубокую яму. Стали лопатами расчищать глину вокруг лопнувшей трубы и порванного электрического кабеля. Мне очень хотелось поиздеваться над ними за ту гадость, какую причинили они в мне во время драки и за то, что они издевались надо мной в течении шести месяцев на стройке цементного завода. Я сказал им, чтобы они расчистили яму под трубой на глубину одного метра для того, чтобы сварщик мог свободно вокруг обварить лопнувшую трубу. Кроме того, я сказал Цалоеву Беслану и Мурзаеву Зомалу, чтобы они отчистили хорошо от грязи лопнувшую трубу и порванный кабель. Так что работы этим болванам хватило на целый час. Пока парни приготовили рабочее место для электросварщика.

Тем временем электросварщик подготовил все для того, чтобы заниматься своей работой. Мы с ним оставили немного пирожков с картошкой и бутылку лимонада тем болванам, которые чистили яму. Как только все было готово к работе сварщика. Сварщик собирался спуститься в яму, в это время два милиционера откуда-то привезли газосварочный аппарат. Мы посоветовались с электросварщиком и решили, что газовой сваркой заварить лопнувшую трубу намного лучше, чем электрической сваркой. Больше можно наложить шов и меньше риска прожечь лопнувшую трубу. Вместо электрической сварки заварили трубу газовой сваркой. Работа получилась хорошей. Кроме работы сваркой, на трубу наложили шины изоляторов и укрепили трубу на всю видимую нам длину. Таким образом, у железной трубы был еще шанс подольше продержаться до следующей аварии. Осталось устранить аварию на электрическом кабеле. На электрическом кабеле был порван лишь один медный провод. Это облегчало нам работу по ликвидации аварии. Мы расширили расстояние между проводами настолько, сколько можно было расширить. На разорванный участок провода наложили медный провод такой же толщины, как сам разорванный медный провод. Затем я тщательно замотал изоляционный материалом к проводам высокого напряжения тот участок провода, который был порван. В заключении я накрыл изоляционным материалом общий участок поврежденного кабеля и тщательно обмотал весь этот участок изоляционной лентой в несколько раз. Получилось наподобие гипсовой повязки на поломанной ноге или руке у человека. Наша совместная работа по устранению аварии закончена. Можно было включить воду и электричество.

- Нервно больных и сердечников, прошу, покинуть территорию аварии. - сказал я, прежде чем включить рубильник.

- Ура! Победили! Электричество есть! - как мальчишки, закричали милиционеры. - Молодец! Ты все сделал!

- Ты свободный. Тебя отвезут домой, чтобы тебя опять милиция не задержала. - сказал майор милиции.

Я тут же сел в предложенный мне майором милиции легковой автомобиль "Волга" с эмблемами и знаками милиции. Со мной сели в сопровождение два сержанта милиции. Автомобиль развернулся прямо возле Цалоева Беслана и Мурзаева Замола, которые удивленно вытаращив глаза, никак не могли понять, почему это меня увозят куда-то от здания республиканского отделения милиции города Грозный, в то время как им приходиться тут сидеть в камерах предварительного заключения республиканского отделения милиции до конца следствия. Если я все грамотно и правильно рассчитаю за эти отпущенные мне дни. То у меня появился шанс постараться защитить себя перед судом, который может вообще не состояться. Так как конкретного виновника драки до сих пор на следствии не определили. Ведь не будут же привлекать за драку сразу четыреста человек. Это же будет грандиозный скандал. Почти все строители с разных республик Северного Кавказа. Таким образом, здесь может, возникнуть Северокавказский конфликт. После подавления восстания ингушей не прошло и месяца. Так что сейчас никому не выгодно опять раздувать пожар. Убитых в нашей драке нет. Никто ни на кого жалобу в суд не подает. Выходит, что и виновников нет. Разбитый пионерский лагерь "Горный воздух" можно восстановить руками же виновных в драке. Все можно уладить мирно.

С такими мыслями я ехал до самого поселка "Бурунный". Как только мы доехали до арки поселка, я попросил милиционеров высадить меня возле арки поселка "Бурунный". Так как появляться на милицейском автомобиле в поселке "Бурунный" я не хотел. В данной ситуации лишние разговоры мне совсем не нужны. Хватит того, что наверно все жители в нашем поселке давно знают о происшедшей массовой драке в пионерском лагере "Горный воздух" с моим участием. Зачем мне лишние разговоры насчет милиции, которая подвезла меня до жилого поселка совхоза. В поселке "Бурунный" действительно все знали о массовой драке в пионерском лагере "Горный воздух". Едва я появился возле здания конторы совхоза в направлении своего дома, который был всего лишь сто метров от здания конторы совхоза, как меня тут же окружили жители нашего поселка. Ведь все местные жители были комсомольского возраста. Я был секретарем комсомольской организации совхоза "Бурунный". Мы все хорошо знали друг друга.

- Какое оружие ты применял во время драки с ингушами? - спрашивали друзья. - Сколько было ингушей?

- Оружие было подручное, что под руку там попалось. - шутя, ответил я. - Врагов уничтожают, а не считают.

В это время вышла из дома Людмила и увела меня из толпы соседей в квартиру, ссылаясь на то, что давно не видела мужа и соскучилась по мужской ласке. Кроме того, у меня был такой ужасный внешний вид, что прямо сейчас можно было снимать американский фильм про кровавые разборки итальянской мафии с русской мафией, о которой тогда даже мыслей не было у нас в Советском Союзе. Мы все были строителями светлого будущего - коммунизма, в котором не будет место криминалу и уголовникам. На мне была кровь наших врагов, которые не хотели мирно строить наше светлое будущее - коммунизм, который был не за горами, а в светлом будущем наших детей и внуков. Так что в данное время я был героем дня хотя бы в рамках нашего поселка "Бурунный". Такой подвиг нельзя было оставить без внимания. По такому случаю накрыли стол в актовом зале конторы совхоза "Бурунный". Из каждого дома принесли закуску, а виноградного вина даже в самой ленивой семье было не меньше одной дубовой бочки. Поэтому пир был на славу. Вспоминали все наши дни совместного проживания в этом поселке, в котором мы собирались построить собственный коммунизм. Где все будут равны друг перед другом, не зависимо от пола и должности.

Конечно, это было своего рода утопией, чтобы построить такое маленькое идеальное общество в центре мирового хаоса, который окружал нас своими повседневными проблемами жизни. Но мы все были молоды и не задумывались над окружающими нас проблемами жизни. Мы довольны были теми благами, которые создавали сами в поселке виноградарского совхоза "Бурунный", который мы считали первым ростком нашего светлого будущего - коммунизма. На общем банкете, который устроили друзьями по моему случаю, я пил алкогольных напитков мало. Так как впереди меня ожидала настоящая битва за собственное благополучие в реальное время, а не в светлое будущее, которое не имеет величины времени и расстояния между годами нашей жизни. Мне надо было хорошо продумать каждое свое действие, чтобы ни дать ингушам и советскому правосудию загнать меня в тюрьму, откуда мне будет сложно вернуться. На свободе я могу использовать закон и свой разум в свою защиту. В тюрьме мне придется полагаться лишь на свою силу. Шансы у меня минимальные, остаться живым в тюрьме и в дальнейшем в лагере заключенных преступников. Поэтому надо сделать все, чтобы не попасть за решетку. Дальше, как мне быть, само время покажет. Утром в понедельник первым автобусом через автостанцию в городе Грозный, я уехал в пионерский лагерь "Горный воздух". Мне нужно было разобраться с документами и с инструментами, которые остались в моем кабинете в пионерском лагере "Горный воздух". Конечно, если что-то там осталось целым после массовой драки с ингушами. Ведь ингуши назло мне могли уничтожить все мои оставшиеся документы и строительный инструмент. Тогда придется выплачивать стоимость инструмента из оставшихся денег, которые я не получил за последний месяц работы.

- Весь твой инструмент и документы по описи забрал главный инженер цементного завода. - сказал мне, комендант пионерского лагеря "Горный воздух". - После тебя, в пионерском лагере кроме бардака, больше ничего не осталось.

- Ни после меня, а после ингушей, которые затеяли массовую драку. - поправил я, коменданта пионерского лагеря "Горный воздух". - Если бы я был виновен в драке, то меня сейчас держали бы под стражей, как держат ингушей.

После посещения пионерского лагеря "Горный воздух", я поехал автобусом до конторы цементного завода. Разобравшись со всеми служебными и административными делами в конторе цементного завода, во время оформления полного расчета с цементным заводом, я получил по тем временам довольно значительную сумму денег. Мне за отличную работу на производстве, кроме зарплаты за последний месяц, полагалась премия за шесть месяцев работы. Таким образом, вместе с денежной премией и зарплатой за прошедший месяц я получил полтары тысячи рублей. В виноградарском совхозе "Бурунный", по договоренности с райкомом партии, мне платили зарплату в размере восемьдесят рублей. Плюс зарплата Людмилы за работу бухгалтером в конторе нашего виноградарского совхоза "Бурунный". Выходило на двоих за месяц мы имели почти две тысячи рублей. В те годы такую большую сумму денег по среднему заработку можно было получить за два года. Так что у меня был резерв свободного времени и свободных денег, чтобы не жить бедно, а иметь возможность заниматься собственной защитой от возможного заключения.

Не знаю, что на меня тогда нашло. Из-за своего необдуманного поступка, в который раз я едва не лишился собственной жизни. Так как прямо из конторы цементного завода с полными карманами денег, я отправился в сельскую больницу аула Чири-Юрт, где в это время на лечении под стражей находились Долмаев Мусса и Мурзаев Замол, которых я покалечил во время драки в своем кабинете. Мне даже в голову не пришла мысль, что я отправляюсь туда не к друзьям, которые пострадали во время драки, а к самым настоящим врагам, готовым убить меня в любое время. По пути в сельскую больницу я зашел в сельский магазин аула Чири-Юрт. Купил в магазине гостинцев пострадавшим от меня ингушам. Когда подошел к больнице, то сразу обратил внимание на то, что рядом с больницей нет ни одного милицейского автомобиля. В то время как возле ворот больницы стоит много легковых автомобилей с ингушскими номерами. Тут я сообразил, что загнал в ловушку сам себя. Пришел в стаю волков-ингушей. Деваться мне было некуда, так как я засветился перед врагами. Меня сразу издали заметили Долматов Мусса и Мурзаев Замол. У меня в кармане брюк был брелок от ключей, которые под натиском денег в кармане выглядели под тканью кармана брюк, как рукоятка пистолета. Я решил на устрашение своих врагов использовать такую возможность. Поэтому для большего эффекта засунул в карман под деньги ладонь левой руки. С таким видом я решительно двинулся в сторону ингушей, которых было не меньше двадцати человек. Ингуши с удивлением и презрением разглядывали меня со стороны. Словно я вернулся с того света, чтобы разобраться с ними за прошлую драку в пионерском лагере.

- Мусса и Замол! Мне надо с вами поговорить без свидетелей. - сказал я, протягивая им пакет с гостинцами.

- Нам нечего скрывать от друзей и родственников. - брезгливо, сказал Мусса, отказываясь от гостинцев.

- Вообще-то и мне тоже нечего скрывать от тех, кто был там во время массовой драки развязанной вами. - согласился я, с решением Муссы. - Так вот, я едва уговорил своих друзей сейчас прийти сюда одному к вам на мирные переговоры. Убедил пострадавших от вас, чтобы мои друзья оставили свою затею поквитаться с вами за учиненную драку. Поэтому я пришел к вам один, а мои друзья остались на окраине аула Чири-Юрт. Если я во время не вернусь к своим друзьям, то никто из вас живыми отсюда не выйдет. В связи с этим, у меня мало времени. Я пришел к вам с миром, не хочу, чтобы обратно пролилась чья-то кровь. У меня будет к вам простой разговор. Вы прекрасно знаете, что в этой массовой драке совершенно нет моей вины. Так что если вы возьмете всю вину в массовой драке на себя, как это есть в действительности, то уголовное дело можно не открывать. Вы как пострадавшие можете отделаться от тюрьмы штрафом за причиненный ущерб пионерскому лагерю "Горный воздух". Мне вообще ничего не грозит. У меня была чистая самооборона против двадцати ингушей. Если вы не согласны, то я вынужден буду на суд предъявить фотографию, которую сделал мой друг в то время, когда Долматов Мусса, Мурзаев Замол и Цалоев Беслан угрожали мне оружием возле телевизора. Только за один пистолет в руке Долматова Муссы, ему могут дать срок от трех до пяти лет тюремного заключения за ношение огнестрельного оружие. За угрозу убийства к этому сроку прибавят лет пять. Групповая попытка к убийству человека, тянет, как минимум на пять лет каждому. Думаю, что ментам ничего не стоит на ваш пистолет повесить пару нераскрытых убийств. Кроме того, есть много свидетелей, которые подтвердят, что во время драки Долматов Мусса через разбитое окно в нашем бараке пытался пристрелить меня. Помешали ему провести этот выстрел его друзья, которые во время драки в бараке маячили перед его глазами. Поэтому у меня к вам единственная просьба, это быть разумными в отношении себя и меня. Мне совсем не хочется, чтобы кто-то из нас сидел в тюрьме. Но больше всего мне не хочется, чтобы еще раз по нашей с вами вине пролилась чья-то кровь...

- Мы подумаем. - согласился Долматов Мусса. - Мне тоже не хочется сидеть в тюрьме и проливать чью-то кровь. Мою кровь ты уже пролил. Но это лично твоя кровная проблема, из которой тебе придется выбираться самому. Мы не собирались тебя убивать. Просто хотели тебя хорошо побить. Утром на следующий день разъехаться по своим домам.

- Вот так и расскажешь на следствии. - согласился я, с решением Долматова Муссы. - Я поддержу тебя в таком направлении ведения следствия. Но если ты и твои друзья не возьмут на себя вину, то дальше будет твоя проблема.

Не прощаясь ни с кем из ингушей за руку, я вышел из территории сельской больницы. Пошел в сторону окраины аула Чири-Юрт, где якобы меня ждали мои верные друзья с машинами. В действительности там никого не было. Мне надо было быстрее скрыться из аула Чири-Юрт. Так как если бы ингуши обнаружили мой обман, то меня ингуши могли просто разорвали бы на мелкие кусочки за кровную месть. Затем могли бросить куда-нибудь в овраг на съедение волкам и шакалам, которых много в лесу. Места тут довольно дикие от современной цивилизации в городе Грозном. На мое везение по трассе мимо аула Чири-Юрт проезжал какой-то легковой автомобиль марки "Москвич", хозяин которого подобрал меня по пути до города Грозный. Таким образом, я смог избежать собственной смерти, которую я подготовил себе по собственной невнимательности. Теперь мне ничто и никто не угрожал. Когда я садился в автомобиль, то за собой никакой слежки не заметил. Видимо ингуши поверили в то, что я рассказал им насчет своих друзей. С пересадкой на рейсовый автобус в городе Грозный, во второй половине дня я был у себя в поселке "Бурунный". Сразу пошел в контору совхоза. Мне нужно было встретиться с директором нашего совхоза и поговорить с ним по своим делам. Точнее, проблемам, которые возникли вокруг меня из-за массовой драки в пионерском лагере "Горный воздух". Хорошо, что в это самое время директор виноградарского совхоза "Бурунный" был один у себя в кабинете.

- Если ты меня хоть чуть уважаешь, то дай мне на один день свой легковой автомобиль. - сказал я, директору виноградарского совхоза "Бурунный". - Я оплачу все расходы на бензин и питание водителя. Мне нужно собрать свидетельские показания строительного отряда в том, что ингуши сами напали на меня, а у меня была всего лишь самозащита. Тогда мне ничего не грозит. В противном случае. Мне могут дать срок заключения лет на восемь. Ты понял?

- Да! Я понял тебя! Но свой легковой автомобиль я тебе дать не могу. - сказал Григорьев Игорь. - Он мне самому нужен. Я тебе дам бортовой автомобиль ГАЗ-53, который все равно сейчас стоит без работы. Вот ты на нем езжай.

Мы ударили по рукам в знак согласия. Я тут же направился к Падько Антону, водителю бортового автомобиля ГАЗ-53. Хорошо, что у нас все рядом. Далеко ходить не нужно. Даже автомобильный парк нашего совхоза находится на другой стороне участка территории нашего поселка. Всего двести метров от самой канторы совхоза "Бурунный". Так что через пару минут я был на территории автомобильного парка нашего совхоза. Стал там искать Падько Антона.

- Игорь сказал мне, что ты завтра и после завтра будешь весь день со мной. - сказал я, водителю бортового автомобиля ГАЗ-53. - Заправь полный бак бензина. Все остальное, я оплачу из своего кармана. В пять утра мы с тобой едем. Не забудь предупредить своих родных о том, что мы оба, возможно, заночуем где-нибудь в пути. Будь готов.

- Всегда готов! - отдавая честь, как пионер, согласился Падько Антон. - Наконец-то я буду востребован!

Весь вечер я сочинял обращение к Генеральному прокурору Советского Союза, Руденко Роману Андреевичу. Я рассчитывал, что он как главный обвинитель от Советского Союза против фашизма на Нюрнбергском процессе, сможет грамотно разобраться с виновниками массовой дракой в пионерском лагере "Горный воздух". Таким образом, я могу быть оправдан, а виновные понесут наказание за драку, которую учинили против меня с целью моего убийства. Ждать полной победы в судебном процессе в городе Грозный я никак не мог. Так как во главе судебного процесса мог стать ингуш, который все мог сделать так, что якобы я виноват во всей той массовой драке, которая произошла в пионерском лагере "Горный воздух". Поэтому мне нужен был человек со стороны, который бы мог грамотно разобраться в создавшейся ситуации после массовой драки. Здесь национальные интересы мне не нужны. Главное, чтобы была справедливость, которая, вполне естественно, будет на моей стороне. Лишь в этом случае я выиграю дело. Так что свое послание к Генеральному прокурору Советского Союза я писал от имени коллектива комсомольского строительного отряда в таком духе, что якобы во время восстания ингушей в городе Грозный, ингуши строительного отряда из города Назрань решили перейти к действию. Хотели убить командира строительного отряда, Черевкова Александра. Убийство командира ингуши хотели свалить на другую нацию. Затем ингуши имели желание устроить межнациональный конфликт на Северном Кавказе. Конфликт мог иметь серьезные последствия на всем Северном Кавказе. Находясь в такой ситуации, командир строитель²ного отряда, Черевков Александр, смог постоять один против двадцати ингушей. Жертвуя собственной жизнью, командир строительного отряда Черевков Александр, смог один предотвратить межнациональный конфликт на территории Северного Кавказа. Теперь командира хотят судить.

Из своего послания со стороны коллектива я выглядел пострадавшим и героем в одном лице. В какой-то степени так и было. Национальный вопрос здесь был лишь как стратегия к полной победе в возможном судебном процессе. Может быть, что так и было. На волне национального скандала в республике, группа ингушей на своем рабочем месте хотела возвеличить себя над другими нациями Северного Кавказа. Такой скандал местного значения на Северном Кавказе мог выглядеть, как мини-фашизм в одном взятом месте Советского Союза. Дальше могло быть хуже. Анти советские настроения могли подхватить прибалтийские республики, которые критически относились к советской власти. В Прибалтике советских солдат после победы над фашистами считали не освободителями, а оккупантами.

Целых два дня мы мотались на автомобиле между республиками Северного Кавказа. Первый день мы посвятили Чечне и Дагестану. Ночевали у моей мамы в городе Беслан в Северной Осетии. К этому времени весь Северный Кавказ знал о массовой драке в пионерском лагере "Горный воздух". Вполне естественно, что мама беспокоилась за меня. Я сказал маме, что все обошлось хорошо. Иначе бы я давно сидел в тюрьме. Свой приезд в город Беслан я объяснил маме, как служебную командировку от виноградарского совхоза "Бурунный", который якобы поручил мне найти места сбыта будущего урожая винограда. Так как у нас в совхозе "Бурунный" урожай виноград очень большой. В среду к вечеру я был у себя дома в поселке "Бурунный". Сказал своей жене, что у меня много работы. Надо пару дней помотаться по всему Северному Кавказу, чтобы сделать полный отчет о сделанной работе. Если кто-то меня будет спрашивать, то я для всех утром выехал из дому по служебным делам. К вечеру буду дома. Если меня будут дома спрашивать вечером, то скажешь, что задержался где-то в республике по служебным делам. Буду рано утром.

Последним автобусом я выехал из станицы Червленная в город Грозный. Оттуда сразу в аэропорт "Северный". С собой ничего не взял, кроме документов, денег и коллективного послания в трех экземплярах в адрес Генерального прокурора Советского Союза. Первым самолетом из аэропорта "Северный" города Грозный, я вылетел в аэропорт "Быково" города Москва. Тогда билет на самолет из города Грозный в город Москва, стоил всего восемнадцать рублей. При полных карманах денег, половину которых я оставил дома, мне ничего ни стоило слетать в город Москва ради того, чтобы после не сидеть в тюрьме за драку. Спать пришлось мне в самолете во время полета, который длился всего два часа тридцать минут без посадки в другом месте. Там же в самолете у меня был легкий завтрак.

Прибыл самолет в аэропорт "Быково" города Москва перед рассветом. Рейсовым автобусом я доехал до городского Аэропорта. Оттуда на метро добрался в центр города Москва на станцию метро "Кузнецкий мост". Дальше прошел пешком до здания Генеральной прокуратуры СССР. На часах было всего семь часов утра. До начала работы Генеральной прокуратуры СССР не меньше двух часов. Рядом с зданием Генеральной прокуратуры СССР лишь охрана и наряд милиции, которые патрулирую этот участок города Москва от "Кузнецкого моста" до "Лубянки". Я как бельмо у охранников и стражи порядка, которые издали, разглядывают меня. Могут подумать, что я террорист.

- Тебе чего тут надо? - спрашивает охранник у главного входа в здание Генеральной прокуратуры СССР.

- Отдать документы Генеральному прокурору СССР. - отвечаю я. - Документы государственной важности.

- Пишут что попало, лишь от дела отрывают Генеральную прокуратуру. - бурчит охранник. - В девять часов утра в приемное окошко сдашь письмо или можешь опустить в почтовый ящик. Все равно в прокуратуре письмо не будут рассматривать.

- Отец! У меня серьезно важный документ. - жалобно, обратился я, к престарелому охраннику. - Триста подписей под документом. Человека ни за что могут посадить. Я тебе сто рублей дам. Покажи мне Генерального прокурора СССР. Я прилетел сюда из Северного Кавказа. У меня в карманах одежды кроме документов и денег больше ничего нет...

- Мне ничего от тебя не надо. - разжалобился охранник. - Вон "Чайка" разворачивается. В ней сам Руденко.

Я посмотрел в ту сторону, куда указал глазами охранник главного входа в здание Генеральной прокуратуры СССР. Черный сверкающий лаком отечественный автомобиль марки "Чайка" развернулся на не-большом пространстве возле здания Генеральной прокуратуры СССР. Автомобиль подрулил прямо к главному входу. Из правой передней двери автомобиля проворно выбрался парень лет тридцати и быстро открыл заднюю, правую дверь автомобиля "Чайка". Из автомобиля не спеша, вылез обрюзглый крупного телосложения пожилой мужчина в форме Генерального прокурора. В мужчине трудно было узнать Руденко Романа Андреевича, который обвинял фашистов в Нюрнберге.

- Роман Андреевич! К вам можно обратиться. - с волнением, произнес я. - У меня к вам важный документ.

- Мы с вами знакомы? - удивленно, спросил меня, Генеральный прокурор СССР. - Что-то не припомню вас?

- Я вас знаю со школьной скамьи по учебникам истории Советского Союза. - ляпнул я, что взбрело мне в голову. - По Нюрнбергскому процессу над фашистами.

- Ах! Да! Я совсем забыл, что мне при жизни суждено было стать историческим экспонатом. - смеясь, вспомнил Руденко Роман Андреевич. - Давай мне свой важный документ. Я прочту ваш документ перед началом своей работы.

- Я подожду ответа от вас на улице. - сказал я, Генеральному прокурору Советского Союза, протягивая ему свою многочисленную писанину.

- Подожди, если у тебя есть много времени. - сказал Генеральный прокурор СССР, проходя в открытую перед ним дверь здания генеральной прокуратуры Советского Союза.

Дверь в здание Генеральной прокуратуры Советского Союза захлопнулась. Я отошел в сторону, чтобы не мешать служащим здания, к которому стали подъезжать и подходить чиновники Генеральной прокуратуры Советского Союза. После разговора со мной Генерального прокурора СССР, интерес ко мне со стороны охранников и наряда милиции совсем пропал. Охранник у главной двери прокуратуры тоже был занят приветствием государственных служащих, которые, почти не замечая охранника, спешили быстро пройти в здание Генеральной прокуратуры Советского Союза. Прошло почти два часа после того, как я передал свою писанину Генеральному прокурору СССР. Столица Советского Союза, город Москва, полностью проснулась и наполнилась везде снующими людьми. Охранник у главного входа в здание Генеральной прокуратуры Советского Союза куда-то исчез. Наверно зашел вовнутрь здания? Так как приветствовать больше некого. Государственные служащие прибыли к себе на работу в это здание. На улице возле двери главного входа в здание Генеральной прокуратуры Советского Союза остался лишь я один. Даже милиционер, дежуривший рядом с административным зданием, куда-то исчез. Видимо до вечера из этого здания никто не выйдет. Придется ждать до победного конца. Затем вынужден буду обратно отправиться к самолету в аэропорт "Быково".

- Александр Черевков! Зайдите в приемную Генеральной прокуратуры СССР. - сказала мне, симпатичная девушка из открытой двери.

Вздрогнув от неожиданности, я прошел следом за девушкой в открытую дверь главного входа здания Генеральной прокуратуры Советского Союза. За огромной массивной дверью из маренного дуба были крутые огромные ступени, возле которых сидел в будочке тот самый охранник с улицы. Дальше за столом на небольшой площадке сидел на стуле сержант милиции, который потребовал от меня, чтобы я выложил на его стол все то, что было у меня в карманах. Убедившись, что у меня нет оружия, сержант милиции разрешил обратно забрать все то, что я только что выкладывал из кармана. Затем я проследовал за девушкой на второй этаж, в огромную комнату с табличкой "Приемная". Девушка сказала, что мне нужно здесь подождать немного, а сама вышла за дверь. Оставляя меня одного. Около часа я сидел в огромной пустой "приемной", где кроме массивных старинных стульев и столов больше ничего не было. Видимо старинная мебель когда-то принадлежала Генеральной прокуратуре царского времени. Даже сам стиль мебели напоминает величие царской империи. Все такое огромное и массивно. Обыкновенный человек в такой мебели сразу себя чувствует маленьким человечком перед величиной его величества царственной мебели. Мои размышления в полусонном ожидании прервал вошедший парень. Тот самый парень, который вышел из первой правой двери автомобиля "Чайка". Затем открыл правую заднюю дверь автомобиля "Чайка", чтобы оттуда выпустит Генерального прокурора СССР, Руденко Романа Андреевича. Видимо этот парень помощник Генерального прокурора СССР или адъютант Генерального прокурора. Мне неизвестно название должностей при Генеральном прокуроре СССР. В любом случае парень из автомобиля "Чайка" не может быть слугой Генерального прокурора СССР. Мы в Советском Союзе, где дискриминация человека человеком запрещена Законом Советского Союза.

- Генеральный прокурор СССР рассмотрел вашу жалобу. - сказал парень, усаживаясь напротив меня. - Завтра по делам недавних событий на Северном Кавказе в город Грозный направляется заместитель Генерального прокурора СССР. В понедельник в девять часов утра заместитель Генерального прокурора СССР, будет у вас в республиканском отделении милиции, где ведется расследование вашего происшествия массовой драки в пионерском лагере "Горный воздух". Вам необходимо в девять часов утра быть в республиканском отделении милиции на следствии.

- Спасибо! Я буду в девять часов утра в понедельник в республиканском отделении милиции. - сказал я.

На этом моя беседа с представителем Генерального прокурора СССР закончилась. Парень проводил меня до выхода. Мы с ним расстались у массивной двери огромного здания. У меня в запасе было трое с половиной суток. За это время можно было куда угодно слетать, чтобы решить свои дела семейной важности. Неизвестно чем закончится судебный процесс по делу о нашей массовой драке в пионерском лагере "Горный воздух", но уезжать нам с Кавказа придется. Если ингуши объявили меня кровным врагом, то ингуши меня достанут где угодно. Так что нам надо удрать с Кавказа. Вот только куда? Ведь кроме городов Москва и Пермь я больше нигде не был. Вся моя жизнь прошла на Кавказе, где наши предки по линии моей мамы более триста лет тому назад образовали свое терское казачество. Теперь ни те времена, когда наши предки, терские казаки и горцы, на большом круге могли решить накопившиеся проблемы. Затем плетью высечь виновников происшедшего. Сейчас другие законы в Советском Союзе, а на Кавказе нравы остались прежние со стороны ингушей. Им по фигу советские законы, когда кто-то пустил ингушскую кровь. Пускай даже по вине самих ингушей. Убеждать их в моей правоте бесполезно и драться с ними тоже нет смысла. В городе Москва мне не светит устроить свою семейную жизнь. Столица давно закрыта на прописку иногородних. Здесь своих жителей некуда девать. Каждый год город Москва увеличивается на десятки тысяч новорожденных детей. Кроме того, с объявлением проведения олимпийских игр в городе Москва в 1980 году, в город Москва одних только профессиональных строителей едут тысячи человек. Все строители тоже мечтают вскоре стать москвичами.

Пожалуй, придется ехать жить в город Пермь. Ни к теще в двухкомнатную квартиру, а работать и жить в цирк, куда меня приглашали остаться после того, как я там, в здании цирка объявил о женитьбе на простой девушки. У меня тогда было два выбора. Либо покинуть работу в конвейере "Союзгосцирка". Уехать к себе на Родину в Северный Кавказ. Либо остаться в стационаре Пермского государственного цирка в качестве художника-оформителя, машиниста сцены или просто старшего униформиста. Мне показалось унизительным работать в стационаре Пермского цирка кем угодно после работы в конвейере "Союзгосцирка" в качестве ассистента иллюзионного аттракциона "Человек-невидимка". Поэтому тогда выбрал вместе с женой одно решение, уехать к себе на Родину, на Северный Кавказ. Вот теперь я решил в городе Москва, что в самый раз настало у меня время вернуться работать в стационар Пермского государственного цирка работать кем угодно. Надо лишь заранее договориться с администрацией Пермского государственного цирка. В этом мне поможет ни Александр Александровский, директор Пермского государственного цирка, а Альфред Де-Машио, главный режиссер Пермского государственного цирка. Ведь Альфред Де-Машио для нас с Людмилой был как бы брачный папа. Если бы не Альф-ред Де-Машио, то едва ли у нас была семья.

Размышляя о перспективе своей когда-то сорванной карьере работы в цирке и возвращении к истокам зарождения нашей семьи, как-то произвольно и не заметно самому себе, я приехал в аэропорт "Внуково" города Москва. Мое подсознание толкнуло меня к принятию решения срочно лететь в город Пермь. Другого решения принять я не мог. Так как на Пермский государственный цирк, у меня были надежды на собственное спасение и на спасение семьи.

Благо, что самолеты из аэропорта "Внуково" города Москва в аэропорт "Савино" города Пермь, летают почти каждый час прямым рейсом и транзитом через аэропорт "Савино" города Пермь дальше на восток Советского Союза. К тому же сейчас ни сезон летних отпусков, когда билеты на самолет невозможно найти. Начало весны. Самолеты летают полупустые во все концы самой громадной страны во всем мире. Мне без труда удалось приобрести в кассе аэропорта билет на самолет из аэропорта "Внуково" города Москва на ближний рейс до аэропорта "Савино" города Пермь. Оставалось лишь дождаться посадки на самолет рейса указанного в билете купленного на рейс самолета. Мой легкий ужин был в салоне самолета во время полета до города Пермь. Там же в салоне самолета я мог немного подремать. Получалось так, что я вторые сутки на ногах и в полете. Толком нигде не кушал и спал лишь в самолетах. Если это можно назвать сном. Когда приходится то подниматься, то опускаться в воздухе вместе с самолетом. Переживая состояние своей невесомости и возможного провала в воздушной яме вместе с современным лайнером.

Поздно вечером на самолете я прибыл в аэропорт "Савино" города Пермь. Ранняя весна 1973 года встретила меня в городе Пермь не дружелюбно холодным ветром и мокрым снегом. Одетый в один костюм, под которым кроме белой сорочки и майки больше ничего не было, я продрог весь до посинения, пока добрался автобусами с пересадкой до Пермского государственного цирка в центре города Пермь, точнее, в старый городской район "Мотовилиха". В служебном входе Пермского государственного цирка ничего не изменилось. Те же самые лакированные двери со следами от нашей обуви. На проходной сидела та же бывшая артистка цирка, а сейчас пенсионерка с заслуженным стажем, Сара Фридман, которая знала обо всех артистах цирка больше, чем они могли знать сами о себе. Плотно укутавшись в старый шерстяной плед, который пережил все революции в России, Сара Фридман сквозь очки удивленно посмотрела на пожелтевшее давно просроченное удостоверение личности Пермского государственного цирка.

- Ты что это тычешь мне под нос свой исторический экспонат? - возмущенно, сказала Сара Фридман. - Я пока не выжила из ума, чтобы забыть твою личность, на которую не требуется ни какого удостоверения. Ты лучше расскажи, как там твоя красавица живет на Северном Кавказе. Ей лучше было бы жить на Южном Урале или на севере Израиля.

- Вот именно поэтому я прилетел сюда, чтобы вернуть ее к вам. - шутя, ответил я. - На Северном Кавказе моей жене жить слишком холодно.

- Правильно делаешь, что везешь жену ближе к маме, я имею ввиду не себя, а твою тещу. - сказала Сара Фридман. - Теще тоже пора признать своего зятя, чтобы нянчить от него своих внуков. Ну, ладно! Заболталась я что-то с тобой. Проходи ближе к цирковому манежу. Там всегда тепло от конского навоза. Согреешься с дороги. Отдохнешь немного.

Конечно, мне хотелось без совета Сары Фридман пройти к манежу цирка, по которому я скучал все эти годы. Но у меня было мало времени. Я сегодня должен вернуться обратно к себе домой на Северный Кавказ. Хорошо, что в этот день в Пермском государственном цирке были две цирковые программы. Сам Альфред Де-Машио, главный режиссер Пермского государственного цирка был на своем месте. Он словно ожидал моего приезда в пермский цирк.

- Проходи! Садись! - сказал мне, Альфред Де-Машио. - Видно скучаешь по цирку, раз в таком виде прибыл.

- Скучаю! - откровенно, признался я. - Вот поэтому и прибыл к вам, чтобы поговорить о возвращении в цирк.

-Так в чем же дело!? - удивленно, воскликнул Альфред Де-Машио. - Вот тебе ключи от кабинета старшего машиниста сцены, можешь прямо сейчас приступать к своей работе. Художник оформитель тоже в цирке всегда пригодиться.

- Тут дело намного сложнее, чем вы думаете. - серьезным тоном, сказал я, протягивая Альфреду Де-Машио один экземпляр своего послания Генеральному прокурору СССР. - С меня взяли подписку о не выезде с Северного Кавказа. Я даже не знаю, как поступить, чтобы вернуться работать в Пермский государственный цирк. Надеюсь только на вас.

- Да! Вляпался ты по самые уши. - сказал Альфред Де-Машио, бегло прочитав мое послание к Генеральному прокурору СССР. - Я даже затрудняюсь придумать, как тебя вытащить за уши из этого навоза на работу к нам в цирк.

Альфред Де-Машио, как брат близнец похожий на французского комика Луи Де-Феню, состроил свою артистическую гримасу и стал раздумывать над тем, как меня освободить от проблемы, которая создалась после массовой драки в пионерском лагере "Горный воздух" во время строительства цементного завода в Чечне. Видимо что-то грандиозное пришло на ум двойника знаменитого комика. Альфред Де-Машио стал что-то быстро писать на чистом листке бумаги к будущей машинописи. Я терпеливо ждал результата его творческого труда к спасению моей семьи.

- Сейчас секретарша перепечатает мое литературное произведение на бланк. Затем ты можешь лететь к себе в Чечню. - сказал Альфред Де-Машио, нажимая на кнопку селектора. - Думаю, что скоро мы тут с тобой встретимся.

После того, как литературное произведение Альфреда Де-Машио перепечатали на фирменный бланк Пермского государственного цирка, а также было подтверждено личной подписью и печатью главного режиссера Пермского государственного цирка, я искренне поблагодарил Альфреда Де-Машио за оказанную помощь. Сразу направился в аэропорт "Савино" города Пермь. У меня совсем не было свободного времени, чтобы заехать к своей тещи в городе Пермь. Мне надо было как можно быстрее вернуться домой. Так как меня, вполне возможно, разыскивает милиция. До регистрации билета на самолет до аэропорта "Северный" города Грозный, я внимательно прочитал литературное произведение Альфреда Де-Машио. То, что было напечатано на фирменном бланке Пермского государственного цирка, нельзя было назвать документом. Точнее можно было сказать, что это была характеристика на человека, без которого советское цирковое искусство просто может прекратить свое существование. Особенно если этот человек не будет работать в Пермском государственном цирке, который может закрыться в отсутствии такого выдающегося человека, которым является яркой личностью Александр Черевков перед цирковым искусством Советского Союза. Вполне понятно, что после такого письма республиканским следственным органам города Грозный просто будет сложно считать меня виновным в развязывании массовой драки в пионерском лагере "Горный воздух". Суд может меня оправдать или даже посчитать пострадавшим. Может быть, даже вообще ничего не произойдет после приезда к нам в город Грозный заместителя Генерального прокурора Советского Союза. Нас просто отпустят по домам. В крайнем случае, нас оштрафуют за погром финских домиков пионерского лагеря "Горный воздух" с возмещением нанесенного ущерба. Ничего другого против нас предъявить не могут. Никто не подал в суд друг на друга. Выходит, что в той массовой драке не пострадавших. Если нет пострадавших, то тогда уже нет никакого уголовного дела против нас. С промежуточной посадкой в аэропорту "Минеральные воды" на рассвете я прибыл в аэропорт "Северный" города Грозный. Добравшись до центра города Грозный, первым автобусом в сторону Шелковского района я приехал до арки поселка виноградарского совхоза "Бурунный". Наш поселок "Бурунный" весь был на ногах. По тому, как сухо со мной все люди здоровались, я понял, что в совхозе произошли какие-то перемены ни в мою пользу. Наверно разбирали на партийном, профсоюзном и комсомольском собраниях мой вопрос о массовой драке в пионерском лагере. Теперь мне придется внутри поселка разбираться и доказывать свою невиновность всему молодому коллективу.

- Людмила! Рассказывай, что произошло в поселке в мое отсутствие? - спросил я, у жены, войдя в квартиру.

- Вчера было общее партийное, профсоюзное и комсомольское собрание. - мрачно, ответила мне, Людмила. - На повестке дня было всего два вопроса. Первый вопрос прощальный. Директора совхоза "Бурунный" перевели на повышение в город Малгобек первым секретарем горкома партии. По лицу бывшего директора можно было определить, что он не рад своему повышению. В виноградарском совхозе и в поселке "Бурунный", у него была полная власть и уважение. В городе Малгобек одни ингуши, которые не очень-то уважают коммунистов и советскую власть.

Вторым вопросом разбирали твой поступок с массовой дракой в пионерском лагере "Горный воздух". По этому вопросу было много споров. Поселок разделился на два мнения. Одни считали, что ты вполне прав в той массовой драке в пионерском лагере. Другие говорили, что ты как командир строительного отряда, как молодой коммунист должен был уклониться от драки, которую яко бы ты спровоцировал с самого начала до приезда туда к вам милиции.

- Эти умники отсиживались у себя дома. В то время как я строил светлое будущее и дрался с нашими общими врагами исламистами. - со злостью, сказал я. - Прежде чем меня обсуждать им самим надо оказаться на моем месте...

- Тебе еще повестку привезли из республиканского отделения милиции. - добавила Людмила, протягивая листок с эмблемой милиции. - В понедельник утром к девяти часам утра ты сам должен приехать к следователю в милицию.

После того, что я услышал от Людмилы, я понял, что сладкая жизнь в поселке "Бурунный" у меня закончилась. С отъездом из виноградарского совхоза "Бурунный" директора, Игоря Григорьева, многое может измениться в моем отношении с новым директором. Наверно, временно, место директора займет главный агроном Козарезова, которая на дух не переваривает меня только за то, что ее бездарный сынок никак не может пробиться в лидеры среди молодежи нашего поселка, а я с первого дня приезда в поселок окружен вниманием со всех сторон. С этой мадам наш коллектив расколется сразу на два лагеря. Одни будут "шестерками" у Козарезовой против меня. Другие будут поддерживать лишь меня во всех моих инициативах в нашем поселке. Мне тяжело будет здесь отстаивать свое место. Хорошо, что сама Козарезова не коммунист. Так мне легче будет отстаивать свои права среди коммунистов и комсомольцев, которые представляют в поселке "Бурунный" подавляющее большинство. Наверно на первом партийном собрании будут обсуждать мой поступок во время массовой драки в пионерском лагере "Горный воздух". Было бы лучше, если бы партийное собрание по этому вопросу рассматривалось после окончательного решения по этому вопросу в республиканском отделении милиции или в народном суде, если такой суд вообще когда-нибудь состоится.

В понедельник утром первым автобусом я уехал из станицы Червленой в город Грозный. В восемь часов утра прибыл в республиканское отделение милиции города Грозный. Минут через десять подъехал автомобиль знакомого следователя, который вел расследование по вопросу массовой драки в пионерском лагере "Горный воздух". Следователь ни стал откладывать нашу встречу до девяти часов утра. Сразу пригласил меня к себе в кабинет. На беседу со мной. По вопросу рассматриваемого им уголовного дела о массовой драке в пионерском лагере "Горный воздух". Видимо за неделю моего отсутствия в республиканском отделении милиции следственный отдел не сидел, сложа руки. Перед следователем лежала огромная папка с документами по уголовному делу массовой драки в пионерском лагере "Горный воздух". В кабинете следователя республиканского отделения милиции присутствовали следователи республиканской прокуратуры. Наверно уголовным делом решили всерьез заняться. Как бы мне не загреметь лет на семь в тюрьму. Если конечно меня посчитают виновным в массовой драке в пионерском лагере "Горный воздух".

- Подпиши протоколы допроса. - сказал мне, следователь милиции. - Твое дело передается на рассмотрение в народный суд. Дальше с тобой по уголовному делу будут разговаривать следователи республиканской прокуратуры.

Я ни стал, не читая подписывать протоколы следственной работы. Мне не хотелось самому себе подписывать приговор. Поэтому я принялся читать каждый лист протокола, который состоял, примерно, из десятка рукописных листов. Думаю, что я правильно поступил, не подписывая листы протокола, пока не прочитал их. Так как в листах следственного протокола я обнаружил массу не только стилистических и орфографических ошибок, но также явный подлог сути проведенного следствия, из которого было видно, что следователь вообще не был на месте массовой драки в пионерском лагере "Горный воздух". Возможно, что протокол составлялся из рассказов, а точнее, из подсказки со стороны, откровенно не в мою пользу. Так в общем протоколе допроса с моей стороны указывалось, что я первый ударил пострадавших топором, ножовкой и кулаком по ранее указанным в протоколе местам тела пострадавших. Со стороны пострадавших тоже было записано, что я нанес физические увечья пострадавшим топором, ножовкой и кулаком. Ничего не указано о причине массовой драки в пионерском лагере "Горный воздух". С моей стороны свидетелей о массовой драке нет вообще. Зато со стороны пострадавших ингушей свидетелей больше сорока человек. Хотя во время начала драки в моем кабинете не было ни одного человека, кроме тех пострадавших ингушей и меня. Таким образом, согласно протоколам следственной работы со стороны республиканского отделения милиции выходило, что я чистосердечно признаюсь в нанесении телесных повреждений пострадавшим с помощью топора, ножовки и кулака. Пострадавшие, в присутствии многочисленных свидетелей, тоже подтверждают, что я нанес им телесные увечья с помощью топора, ножовки и кулака. Выходит, что я признаю свою вину полностью и чистосердечно. В чем подписываюсь. Остается только объявить приговор и посадить меня за драку на определенный срок в тюрьму.

- Я не подпишу такой следственный протокол! - возмущенно, заявил я. - Тут явный подлог против меня и без свидетелей с моей стороны. Я не вижу подписей триста восемьдесят человек с нашего строительного отряда, которые участвовали в массовой драке в пионерском лагере "Горный воздух". Свидетели со стороны ингушей половина вообще не присутствовала в пионерском лагере "Горный воздух". Другие не могли быть свидетелями начала драки. Так как мой кабинет, в котором началась драка, был маленькой комнаткой, а не стадионом, куда пришли посмотреть на драку болельщики со стороны ингушей. Так что я требую, что-бы расследование по данному уголовному делу пересмотрели в присутствии адвоката с моей стороны. В противном случае, я вообще никаких документов подписывать не буду. Вообще откажусь от своих слов, так как мои слова полностью искажены в протоколе в пользу пострадавших.

- Правильно говоришь. - сказал полковник милиции, только что вошедший в кабинет следователя с мужчиной средних лет, одетый в форму Генеральной прокуратуры СССР. - У тебя была самооборона, а не нападение на людей.

При входе в кабинет полковника республиканской милиции и представителя Генеральной прокуратуры СССР, присутствующие в кабинете следователя встали со своих мест как по струнке. Я тоже быстро поднялся с места. Представитель Генеральной прокуратуры СССР поздоровался с нами. Затем взял из рук следователя папку с уголовным делом по нашей массовой драке. Медленно полистал документы уголовного дела по вопросу массовой драки в пионерском лагере "Горный воздух". Попробовал на вес огромную папку с документами. Подумал о чем-то. Затем вопросительно посмотрел на лица присутствующих в кабинете следователя республиканского отделения милиции.

- По этому делу все живы и здоровы? - указывая на папку с документами, спросил представитель Генерального прокурора СССР. - Жертв нет? Тогда зачем обычную мужскую драку раздувать на величину международного процесса? Я предлагаю вам вообще закрыть это уголовное дело. В противном случае Генеральная прокуратура СССР вынуждена будет привлечь к ответственности не только участников драки, но также руководителей комсомольской стройки. Нам вполне достаточно того, что было у вас на площадях города Грозный в последние шесть месяцев. Позор на весь мир! Где это видано, чтобы в Советском Союзе тунеядцы собирались между собой поделить территории на Северном Кавказе!

- Мы эти бумажки уничтожим прямо сейчас. - за всех, сказал полковник милиции. - Никакого уголовного дела не будет. Ремонт пионерского лагеря "Горный воздух" проведем за счет драчунов. Думаю, что на этом вопрос закрыт...

- У меня по этому вопросу есть последнее слово. - сказал я. - Ингуши объявили меня кровным врагом. Поэтому я оставляю за собой полное право на дальнейшую самооборону. В случае нападения на меня ингушей, я буду пользоваться всем, что попадет мне под руки, чтобы сохранить свою жизнь. Другого способа своей защиты пока я не знаю.

- Просто какая-то средневековая дикость! - воскликнул представитель Генеральной прокуратуры СССР.

- Да это ингуши после драки с горяча сказали. - махнув рукой, растерянно сказал полковник милиции, незаметно показал мне на губы. - Мы все-таки живем в Советском Союзе. Такой дикости на Северном Кавказе нет давным-давно.

- Вы правы, товарищ полковник, мы живем в Советском Союзе, а не в средневековом Кавказе. - сказал я, полковнику милиции. - Но я все, же оставляю за собой право на самозащиту. Буду драться любыми средствами за свою жизнь.

- Хорошо! Дерись на здоровье за свои права. - согласился со мной, полковник милиции. - Без жертв и крови.

- Думаю, что вопрос о массовой драке закрыт. - сказал представитель Генеральной прокуратуры СССР.

Все присутствующие в кабинете следователя милиции закивали головами как глупые гусаки и развели руками в знак согласия с представителем Генеральной прокуратуры СССР. Полковник республиканской милиции и представитель Генеральной прокуратуры СССР вышли из кабинета следователя республиканского отделения милиции. Оставшиеся в кабинете облегченно вздохнули, не разговаривая, стали выходить из кабинета по своим неотложным делам. Я тоже вышел из кабинета. Поспешил удалиться из здания республиканского отделения милиции. Мне нечего тут было делать. Такое место, как милиция, все люди избегают, как не чистое место, которое влечет к людям беду. После того, как все у меня обошлось благополучно в завершении расследования массовой драки в пионерском лагере "Горный воздух", у меня дела стали налаживаться. Я буквально завален был заказами на изгоговление стендов встречного плана. Дело в том, что продвижение к светлому будущему всего человечества стало, вдруг, притормаживать. Наш путь к коммунизму оказался тернистым. Нужен был какой-то дополнительный толчок к продвижению вперед. Поэтому какой-то энтузиаст придумал встречный план к тому плану, который навязывали нам коммунистическая партия и правительство. С первого взгляда, встречный план выглядел как антисоветчик. Внимательно вглядевшись в теорию разработки встречного плана, коммунистическая партия и правительство увидели в развитии встречного плана нечто новое в энтузиазме. Как халява с бесплатным субботником в предпраздничные дни. Когда все трудятся в неурочное время на благо всех. Причем совершенно бесплатно. Как бы две пятилетки в один намеченный срок. Такой почин в Советском Союзе временный, но огромный рывок вперед к построению светлого будущего - коммунизма.

Мы с Людмилой давно освоились в новом движении к светлому будущему всего человечества. За изготовление стендов встречные планы я стал получать дополнительный заработок. Причем огромный дополнительный заработок. Каждое предприятие стремилось как можно быстрее получить стенд встречного плана. Поэтому денег на стенды никто не жалел. Платили в размере моей зарплаты за каждый стенд встречного плана. В течение одного месяца я сделал более десятка стендов встречного плана. Даже приходилось некоторые заказы придерживать на новый срок. Таким образом, я получил зарплату без налогов за одни месяц, как за десять месяцев. Я не думаю, чтобы кто-то отказался от такой зарплаты и уехал жить в другое место. Когда деньги в наш семейный бюджет стали течь сплошным потоком. У нас в каждом ящике мебели лежали пачки денег. Мы даже не знали, что нам купить в свою квартиру, которая стала у нас полной чашей. Продукты, мебель, электротовары того времени, все имелось в полном достатке в нашей семье. Нам оставалось только заиметь ребеночка. Тогда можно будет жить на благо нашего ребенка, которого нам не хватало. Прошла почти половина срока беременности Людмилы. Надо нам готовиться к рождению ребенка.

Но оказалось, что, ни все так безоблачно, как мы с Людмилой наивно считали. До меня дошли слухи, что в центре Шелковского района ингуши разгромили дом одного парня, который был сильно похож внешностью на меня. Видимо, ингуши думали так, что раз я командир строительного отряда, то непременно должен жить в столице нашей республики или хотя бы в каком-то районном центре. Наверно ингуши сами направили агентов с моей фотографией во все концы нашей республики, чтобы выяснить мое место жительства. Кто бы мог подумать, что где-то в центре Шелковского района найдется человек с копией моего лица, двойник, причем не один. Если учитывать, что погромы домов терских казаков, как историческое эхо, прозвучали сразу в разных концах районного центра станицы Шелковская. Хорошо, что все погромы домов обошлись без человеческих жертв. Могло быть значительно хуже. Побитые стекла в домах терских казаков можно вставить обратно. В настоящее время ремонт дома тоже легко восстановить. Вот искалеченные души пострадавших людей лечить придется годами. Причем пострадали ни в чем не виновные люди, которые не могли даже знать моей личности и не участвовали в ударной комсомольской стройке цементного завода.

Конечно, я думал, что это всего лишь слухи среди людей насчет массовых погромов домов терских казаков. Мало ли что болтают люди. Лично я массовых погромов домов терских казаков не видел. Хотя дважды ездил в станицу Шелковкая по своим неотложным делам и заходил в гости к своим родственникам терским казакам. Никто из наших родственников ничего подобного о погромах домов терских казаков мне не говорил. Там вообще все было хорошо. Но когда меня обратно вызвали в республиканское отделение милиции в город Грозный по случаю погрома домов терских казаков в Шелковском районе, тут я понял, что все намного серьезнее, чем я думал. Наверно погромы домов терских казаков в станице Шелковская проходили после моего посещения станицы Шелковская и родственников. Когда-то, рано или поздно, ингуши доберутся до меня. Ведь наверняка ингуши узнают, что совершили ошибки в своих погромах. Поэтому будут искать меня повсюду. Надо собирать свои вещи и уезжать в город Пермь работать в цирке.

Вот только произошла загвоздка с моими намерениями насчет переезда. В республиканском отделении милиции города Грозный с меня взяли подписку о не выезде за пределы республики до полного расследования случаев погрома ингушами домов терских казаков в Шелковском районе. Так как я мог знать в лицо погромщиков, которые хорошо знали в лицо меня. Я стал как бы наживкой для милиционеров на случай задержания возможных погромщиков. Мне отводилась роль живца, которого должны проглотить погромщики, которые когда-то явятся ко мне на разборки. Долго ждать не пришлось. В первый же воскресный день, когда стражи порядка любят отдыхать также как обычные смертные, к нам в поселок приехали сразу несколько легковых автомобилей с ингушами. Наш молодежный поселок сразу ощетинился. Все за пару минут ингуши в автомобилях были окружены со всех сторон на нашей площадке в центре поселка "Бурунный". Выезд полностью блокирован. Я взял у соседа ружье и вышел из своего дома. Чтобы ингуши убедились, что я ружьем владею не хуже чем кулаками, я на лету сбил дикого голубя, который упал к ногам ингушей. Вышедшие было навстречу мне ингуши, после моего удачного выстрела, притормозили в средине двора.

- Мы вроде с вами разобрались по справедливости в милиции. - сказал я. - Чего вам надо сейчас от меня?

- Мы ничего не имеем лично против тебя. - ответил один из ингушей. - Но наши старики требуют кровной мести. Поэтому по добру предлагаем тебе уехать с Северного Кавказа, чтобы больше не пролилась кровь между нами. Долго ждать не будем. Если в течение месяца не уедешь с Кавказа, то мы все равно найдем способ где-то убить тебя.

- Подумаю о своем отъезде с Кавказа. - согласился я с предложением ингушей. - Можете сказать старикам.

Ингуши сели в свои легковые автомобили, развернулись в центре нашего поселка и уехали обратно к себе в Ингушетию. С этого момента я понял, что нам нужно срочно уезжать из Кавказа. Откладывать надолго нельзя. В понедельник я первым автобусом из станицы Червленой отправился в город Грозный в республиканское отделение милиции. Едва к зданию республиканского отделения милиции подъехал белый автомобиль "Волга" с полковником милиции, я тут же обратился к нему с просьбой о разрешении на выезд из Чечено-Ингушской АССР в город Пермь. На постоянное место жительства с работой в качестве машиниста сцены (манежа) в пермском государственном цирке.

- Да ты что! Я не могу отпустить из республики такого талантливого и способного человека. - удивленно и радостно, воскликнул полковник республиканской милиции. - Тем более что в городе Грозный построили новый государственный цирк, в котором нет директора. Я буду ходатайствовать перед правительством, чтобы тебя поставили директором нашего цирка с предоставлением жилплощади в городе Грозный. Тебе стоит подумать над моим предложением.

- Я благодарен вам за поддержку в опасное время, но вы не сможете рядом со мной круглые сутки держать вооруженную охрану. - сказал я, полковнику республиканской милиции. - Вчера ингуши приезжали в наш поселок на нескольких легковых автомобилях. Хотели устроить погром и убить меня. Лишь благодаря тому, что меня поддержал весь наш поселок "Бурунный", ингушам ничего не оставалось делать, как только предупредить меня насчет их намерений. Ингуши сказали мне, что старики требуют от них кровной мести. Поэтому мне стоит вскоре уехать с Кавказа. Ингуши дали мне срок один месяц. Если я не уеду с Кавказа за это время, то ингуши выполнят волю стариков и за кровную месть убьют меня. Мне хочется жить. К тому же моя жена ждет ребенка. Я не могу рисковать своей семьей.

- Пожалуй отпущу я тебя на все четыре стороны. - согласился со мной, полковник милиции. - Жалко отпускать такого способного парня. Но что тут поделаешь? Человеческая жизнь дороже всего. Жизнь надо беречь во всех случаях.

Полковник республиканской милиции выписал документ на фирменном бланке республиканского отделения милиции в том, что Черевкову Александру разрешается выезд из Чечено-Ингушской АССР по личному усмотрению. До выезда семьи из Чечено-Ингушской АССР в поселке "Бурунный" закрепляется круглосуточное дежурство милиции от сельского отделения милиции станицы Червленной. Внизу под фирменным бланком милиции печать и подпись, комиссар республиканского отдела милиции, полковник Завъялов Василий Иванович. Ниже дата - 20 августа 1973 года.

Мое решение о выезде из Северного Кавказа встретили в штыки, в районных комитетах комсомола и коммунистической партии, а также в руководстве виноградарского совхоза "Бурунный". В самый разгар уборочной, когда каждый человек на вес золота, даже отпуска были запрещены. К тому же отчетно-выборное собрание будет в конце года. На мне комсомольский коллектив, который в несколько раз больше, чем партийная организация в виноградарском совхозе "Бурунный". Так что об отъезде моей семьи не может быть речи в ближайшие шесть месяцев. Людмила может в декрет отправляться в город Пермь к своей маме или в город Беслан к моей маме. Мне же придется остаться здесь до отчетно-выборного комсомольского и партийного собрания с риском личной жизни в кровной мести от ингушей.

- Я никуда без тебя не поеду. - категорически, заявила Людмила. - Тем более что у меня декретный отпуск будет не скоро. Мы будем с тобой вместе жить и помирать вместе. Как судьба распорядиться, так будет всегда у нас с тобой.

На этом порешили, что будем жить в совхозе и в поселке "Бурунный", безвыездно до отчетно-выборного комсомольского и партийного собрания, под охраной милиции и жителей всего поселка "Бурунный". Работа у нас прямо двести метров от дома. Продукты сельмаг на колесах привозит два раза в неделю. Кроме того, в поселке "Бурунный" недавно построили свою хлебопекарню, куда даже из станицы Червленой стали приходить люди за свежим хлебом. Овощи, фрукты, ягоды, бахчевые и виноград бесплатно круглый год. Чем ни райская жизнь!? Ингуши сюда все равно не сунутся. Даже самые ярые проповедники законов шариата обычные люди, которые тоже хотят жить. Из-за собственного страха за свою жизнь ингуши не придут в поселок "Бурунный". Нам пока здесь можно жить без проблем.

До отчетно-выборного собрания все прошло благополучно. Людмила работала на втором этаже конторы в бухгалтерии. Я работал на первом этаже конторы в своей художественной мастерской. Там же на первом этаже был кабинет секретаря комсомольской организации виноградарского совхоза "Бурунный". Я попрежнему был секретарем комсомольской организации. Дела в поселке и у нас в семье шли хорошо. Живот Людмилы рос не по дням, а по часам. Семь месяцев беременности. Рожать Людмилы придется в районной больнице. После смерти нашей первой дочери Анжелики, мы больше ни разу не обращались в больницу станицы Червленой. Я во время похорон дочери едва смог себя перебороть, чтобы не перестрелять семейку врачей коновалов, которые занимали сразу все должности врачей в больнице станицы Червленая. В то время как сами не могли отличить обычный понос от дизентерии.

Я не знаю, как отнесли сами ингуши к тому, что я не уехал с Кавказа. Местные жители говорили, что ингуши пару раз приезжали в поселок "Бурунный". Но милиция нашего поселка культурно попросила ингушей убираться из поселка "Бурунный" по добру и по здоровью. Пока их не арестовали за приезд на охраняемую территорию, которая якобы охраняется из-за того, что здесь на территории поселка ведутся исторические и археологические раскопки.

Никаких исторических и археологических раскопок в поселке "Бурунный" не было. Но вот мой сосед нашел на земснаряде окаменелые кости динозавра и мы за своим домом устроили целый доисторический музей из этих костей с общим размером скелета динозавра больше площади нашего дома. Кроме того, рядом с полями виноградников нашего совхоза случайно наткнулись на поле былых сражений времен татаро-монгольского ига. Скелетами людей и лошадей было завалено огромное пространство красных песков. Здесь кучами валялись останки бывших вооружений былого сражения. Пики, стрелы, копья, доспехи, щиты и другое боевое снаряжение можно было возить грузовыми машинами. Подрастающее новое поколение жителей поселка "Бурунный" бегали по двору, как настоящие индейцы эпохи татаро-монгольского ига. Кто-то из местных жителей забрал у местных детей щит татарского воина и отдал его в исторический музей города Грозный. Вскоре огромный щит времен Чингисхана показали по телевидению, якобы археологи города Грозный при археологических раскопках вблизи станицы Червленная, нашли щит Чингисхана.

У порога времен стоял новый 1974 год. Все готовились достойно встретить новый 1974 год. Но какой новый год без новогодней елки?! В станице Червленной и в нашем поселке "Бурунный" елки не растут и не продаются. Поэтому все местные жители устремились за елками на "Черный рынок" города Грозный. Я не мог остаться в стороне от новогодних приготовлений. В последний воскресный день уходящего старого года я отправился за новогодней елкой в город Грозный вместе со своими станичниками и соседями поселка "Бурунный", не думая о возможной опасности. Сразу, когда мы приехали в город Грозный, я почувствовал, что за мной установлена слежка со стороны ингушей. Мне неизвестно каким образом ингуши узнали о моем приезде в город Грозный. Вполне возможно, что им кто-то позвонил по телефону из станицы Червленной, когда мы большой группой выезжали в город Грозный. Может быть, в поселке "Бурунный" был лазутчик со стороны ингушей? В любом случае, впервые минуты приезда в город Грозный я заметил, что вокруг меня постоянно крутятся ингуши. Я не из робкого десятка. Но быть прирезанным в центре столицы у всех на виду совсем не хотелось. Поэтому я хотел сам спровоцировать столкновение с ингушами в центре города Грозный, чтобы во время драки на виду привлечь к защите на свою сторону народ и наряды местной милиции.

Однако ингуши не шли на сближения. Видимо побаивались меня или хотели нанести мне удар на расстоянии. Я несколько раз пытался столкнуться с ингушами, преследующими меня повсюду в городе Грозный. Но ингуши уклонялись от столкновения. Просто уходили в сторону от меня или делали вид, что они случайно едва не подошли близко ко мне, но в последнюю минуту решили изменить маршрут своего движения и тут же ушли на другую сторону улицы. Когда я завершил все свои новогодние покупки в городе Грозный, то мне оставалось троллейбусом из центра города Грозный добраться до междугородней автобусной станции, откуда отправляются автобусы до станицы Червленной. Как только я стал входить в троллейбус, то в этот момент прозвучало сразу несколько выстрелов из пистолета. В то же мгновение в троллейбусе и на остановке началась большая паника. Люди стали разбегаться в разные стороны. В салоне троллейбуса и на остановке кровь. Несколько человек валяются на земле возле остановки и на полу в салоне троллейбуса. Паникеры топчутся по этим людям. Никто ничего не могу понять, что происходит рядом. Я понимаю, что стрелявшие из пистолета и преследующие меня ингуши сейчас в бегах. Попадаться в руки милиции никто не хочет. Мне тоже не хочется попадаться в руки милиции. Поэтому я незаметно ухожу с места события и на следующей улице сажусь в городской автобус, который направляется до автостанции нужного мне направления автобуса. Там я сразу сажусь вместе с нашими станичниками на рейсовый автобус в сторону станицы Червленной. Конечно, в рейсовом автобусе разговоры о теракте, который произошел в троллейбусе города Грозный. Выводы разные. Одни говорят, что после восстания ингушей в городе Грозный местные власти до сих пор не могут разобрать с произволом, который устроили ингуши в начале этого года. Другие вспомнили, что в прошлом году ингуш и солдат не поделили между собой девушку. В результате чего погиб солдат от ножа ингуша. После чего друзья солдата устроили побоище над ингушами. Из-за чего ингуши подняли бунт, который затем перерос в политическое и религиозное восстание со стороны ингушей. Вполне возможно, что в городе Грозном просто были криминальные разборки воров. Может быть, станичники все правы в том, что они говорят. Однако я думаю, что ингуши покушались на меня из-за кровной мести. Просто стреляющий ингуш промазал в меня. В результате чего пострадали совершенно ни в чем не виновные люди. Едва ли кому-то будет известна причина стрельбы из пистолета в центре города Грозный. Стрелять мог и какой-то психически больной человек, которому в руки каким-то путем попал пистолет. Горцы народ горячий. Могут утроить бойню из-за ревности к девушке и просто из-за какой-то личной ссоры даже в самом центре столицы.

Когда я пришел домой в поселок "Бурунный", то уже все местные жители знали о происшедшем в городе Грозный. По сообщениям радио и республиканского телевидения стало известно, что стреляющий парень выпустил в сторону троллейбуса всю обойму патронов из пистолета. В результате чего убита одна женщина и несколько человек ранено. Больше десятка человек пострадали в результате паники возникшей в троллейбусе после стрельбы из пистолета. Стреляющий в людей парень бросил пистолет там, на месте преступления и поспешил скрыться в толпе паникеров. Людмила не обсуждала со мной тему происшедших событий в городе Грозный. У нее были совершенно другие заботы. Людмила жила лишь мыслями о будущем ребенке, который постоянно напоминал ей о своем развитии в ее утробе. Когда ребенок толкался в животе, то Людмила старалась лежать и не дви²гаться, чтобы ребенку дать хорошо развиваться. Все остальное время Людмила тоже была занята вынашиванием нашего ребенка. Выполняла процедуры, прописанные ей гинекологом на время беременности. За²нималась несложными физическими упражнениями. Соблюдала специальную диету. Часто гуляла в поселке на свежем воздухе, чтобы наш ребенок хорошо развивался.

- Саша! Посмотри! Какой-то дурак прожег тебе куртку сигаретой в двух местах. - сказала Людмила, на следующий день, когда перевешивала мою куртку на другое место. - Наверно, тебе куртку прожгли хулиганы в городе Грозном.

- Вполне возможно, что в городе Грозном куртку прожгли. - согласился я, разглядывая два пулевых отверстия на своей новой куртке. - Карманные воры так делают, когда не могут ничего украсть, то они прожигают пустые карманы.

Действительно оба пулевых отверстия угодили в боковой нижний карман с левой стороны. Как раз в тот момент, когда я поднимался в троллейбус. Разодрал свою куртку, цепляясь за поручни троллейбуса. Видимо стреляющий в меня метился попасть сразу в сердце. Но ошибся всего на несколько сантиметров от меня и двумя пистолетными выстрелами попал в карман моей куртки. Вполне возможно, что эти пули поразили на смерть впереди меня стоящую женщину. Там я совсем не обратил внимания, кто был убит, а кто ранен стреляющим из пистолета. Все остальные пули из обоймы пистолета, стреляющий парень пустил куда попало. Лишь бы выполнить задание заказчика, который заказал меня убить. Тогда я просто чудом остался жив в той бойне, которая произошла в центре города Грозный. Этими событиями старый год не закончился. На отчетно-выборных собраниях коммунистов и комсомольцев вспомнили, что за суматохой полевых работ не рассматривали мое персональное дело по массовой драке в пионерском лагере "Горный воздух". Я стал объяснять, что этот вопрос вообще закрыт из-за отсутствия мотива преступления. Во время расследования меня полностью оправдали. Так как у меня была чистая самооборона перед группой ингушей. Однако представителей райкома партии и комсомола не устраивали мои доказательства о драке в мою пользу. Решением представителей райкома партии и комсомола, меня отстранили от руководящей работы в комсомоле и влепили выговор с занесением в учетную карточку коммуниста. Я не очень-то рвался на руководящие посты в комсомоле и в партии, с меня было достаточно того, что я руководил строительным отрядом на комсомольской стройке. Из-за чего меня едва не прикончили ингуши. Мне было обидно за то, что республиканская милиция и Генеральная прокуратура Советского Союза меня полностью оправдали, а район²ные комитеты партии и комсомола меня наказали. Причем ни за что. В то время как я от всей души старался помочь райкому партии и комсомолу своим личным трудом строить наше светлое будущее - коммунизм. Все два года жизни в поселке "Бурунный" я вкалывал как проклятый целыми сутками на работе. Из-за этого мало уделял внимания своей семье. В результате чего потерял своего первого ребенка, дочь Анжелику. Теперь мне нет места в этом коллективе. Мы с женой будем срочно уезжать отсюда.

- Людмила! После новогодних праздников мы будем собираться к отъезду в город Пермь. - сказал я, жене, сразу после отчетно-выборных собраний. - Уедем до весны, пока не начались полевые работы. Иначе, меня обратно отсюда не выпустят. После того, как на собрании меня наказали ни за что, я больше не намерен находиться тут в поселке.

Людмила ничего не сказала. У нее мысли были заняты развитием плода внутри ее утробы. Ведь беременность продвинулась ближе к восьмому месяцу. Рождение ребенка стремительно приближается. Пора подумать о самом страшном и самом радостном дне каждой женщины, которая вновь собирается стать матерью. Мне оставалось лишь принять молчание Людмилы, как согласие к отъезду и начинать готовиться к нашему отъезду отсюда в город Пермь.

17 февраля 1974 года мы с Людмилой получили полный расчет с виноградарского совхоза "Бурунный". 18 февраля этого же года отправили в город Пермь контейнер со своими вещами и мебелью. 19 февраля вылетели из аэропорта "Северный" города Грозный в аэропорт "Савино" города Пермь. Одну ночь переночевали у мамы моей жены. 20 февраля я пришел в Пермский государственный цирк и меня сразу поселили жить вместе с женой в гостиницу "Спутник", которая принадлежала Пермскому государственному цирку. 21 февраля 1974 года меня приняли на работу старшим машинистом сцены. Через неделю Людмила родила первого сына, которому мы дали имя Артур. Роды прошли благополучно и у нас с Людмилой появились новые семейные радости, забота о нашем рожденном ребенке.

Этим история кровной мести не закончилась. В пермском государственном цирке я проработал чуть больше года. Хотя рассчитывал работать всю свою жизнь. За этот короткий срок работы в Пермском государственном цирке несколько месяцев я занимал сразу несколько должностей. Основной работой у меня была должность старшего машиниста сцены(манежа), где я отвечал за униформистов и исправность оборудования стационарного здания цирка. В отсутствии специалистов в Пермском государственном цирке. Мне пришлось в цирке временно быть также режиссером-инспектором, который отвечает за порядок проведения репетиций и тренировок цирковых артистов на манеже. Режиссер-инспектор совместно с главным режиссером цирка готовит порядок проведения цирковых программ. Некоторое время по совместительству я работал художником-оформителем Пермского государственного цирка. В 1975 года в канун тридцатилетия победы над фашизмом, я снялся в документальном фильме "Смена поколений". Съемки документального фильма проходили во время циркового представления 9-го мая 1975 года. Там мне была отведена роль представителя молодого поколения, которое принимает мирную эстафету от своих отцов-победителей, ветеранов великой отечественной войны с фашистами. Кроме того, готовил силовой номер циркового артиста. Мечтал обратно вернуться в конвейер "Союзгосцирка" с собственным номером в качестве силового артиста цирка. Однако все мои мечты рухнули в один день. Я заболел аллергией от собачек породы болонка, с которыми в это время выступала дрессировщица собачек артиста цирка Ольхавикова. Меня обследовал профессор Левин Александр Петрович, который пришел к выводу, что моя работа в цирке не совместима рядом с животными. Мне нужно срочно сменить свою профессию. Желательно на работу вдали от животного мира. Особенно породы собачек болонка, которые явились причиной острого аллергического заболевания, как просто защитной формы в моем организме.

С помощью Александровского, директора Пермского государственного цирка. Также с помощью профессора Левина Александра Петровича, меня устроили работать на военный завод "ПЗХО"(пермский завод химического оборудования), который никакого отношения к химии не имел, а в основном занимался изготовлением оснастки космических кораблей. Кроме того, на предприятии выпускали специальные инструменты к военной технике, сенокосные агрегаты и туристические прицепы марки "Скиф" к отечественным легковым автомобилям, в качестве народного хозяйства, как прикрытие от иностранной разведки. В тайных документах предприятие имело название (п/я-А-7204). На этом предприятии я работал станочником на станках с программным управлением. Затем художником оформителем и снабженцем, одновременно. В эти годы часто был в различных командировках от нашего завода. За пять лет побывал в ста пяти городах Советского Союза. Ездил и летал, на самые секретные предприятия и в министерство оборонной промышленности. Лишь на космодроме "Байконур" мне не довелось побывать. Хотя через города и столицы республик Средней Азии, мне доводилось часто самолетом сопровождать груз для космодрома "Байконур".

В одной из секретных командировок на Кавказ я прилетел из аэропорта "Савино" города Пермь в аэропорт "Минеральные воды", которые являются воздушными воротами Северного Кавказа. Оттуда я должен был сесть в автобус-экспресс до города Беслан в Северной Осетии, где тогда жила моя мама. Дальше у меня была командировка на военные заводы города Орджоникидзе, столицы Северной Осетии, а также по городам республик Большого Кавказа. Какое было мое удивление, когда мне дали билет в автобус-экспресс рядом с ингушами, которых я покалечил во время массовой драки в пионерском лагере "Горный воздух". Мы не виделись, примерно, четыре года, но ингуши мало изменились внешностью и разумом. При виде меня ингуши вначале испугались. Видимо тогда ингушам так сильно досталось от меня во время драки, что у них в разуме затаился страх передо мной на всю оставшуюся жизнь. Но вскоре они сообразили, что их все-таки больше, чем я один. На их лицах появилась смелость и уверенность в том, что они меня могут побить. Однако за годы нашей разлуки я стал выглядеть физически более мощным и страхом перед своими старыми врагами не пасовал. За эти годы мне довелось драться с подобными поддонками, как эти трое ингушей, которых я когда-то один смог побить хорошо и покалечить на всю их оставшуюся жизнь. Я не трусил.

- Ты что на Кавказ вернулся? - угрожающе, спросил Долмаев Мусса. - Ты что забыл, ты кровник ингушей?

- Вот поэтому я прибыл на Кавказ, чтобы расквитаться со своими кровными врагами. - смело, ответил я. - Ведь кроме вас троих, там, в драке были и другие, кто хотел меня прикончить. Я должен выполнить свой долг перед врагами.

- Ты не боишься, что можешь не доехать до своих врагов? - спросил меня, Мурзаев Замал. - Тебя могут убить в пути.

- Это вам надо опасаться меня, что я рядом с вами сейчас. - ответил я, своим врагам. - Если я тогда не побоялся вас в присутствии двадцати ингушей, то ничего мне не стоит одному вас побить еще один раз. Кроме того, со страху вы совсем забыли, что город Беслан будет раньше на нашем пути, чем город Назрань. Как бы вас осетины не побили...

- Молодец! Молодец! - хлопая в ладоши, кричали осетины, которые были в большинстве пассажиров в автобусе.

- Так что сейчас по кавказскому обычаю нам надо отметить куфт. За то, что вы остались живы в той массовой драке, когда я один вас хорошо побил и покалечил. - продолжил я свою речь. - Поэтому топайте за шашлыком и за вином. Уклоняться от кавказского обычая грех для всех. Иначе вас может Бог наказать. Вы сейчас не доедите до своего дома.

Ингуши были в шоке от такого вывода с моей стороны. Несколько минут ингуши молчали. Видимо они надеялись, что автобус-экспресс поедет и все у них пройдет с отменой куфта. Но присутствующие в салоне автобуса осетины, строгие приверженцы куфта, не собирались отъезжать от аэропорта "Минеральные Воды" пока ингуши не выполнят волю обычая народов Кавказа. К тому же большинство пассажиров в автобусе были не прочь погулять на халяву. Поэтому ингуши после некоторого колебания поднялись с насиженных мест. Ингуши в сопровождении группы осетин пошли в ближайшую шашлычную за вином и шашлыком, чтобы соблюсти обычай кавказских народ. Отметить традиционный обычай куфт по случаю того, что тогда во время массовой драки в пионерском лагере "Горный воздух" трое ингушей были хорошо побиты и покалечены, но остались живы. Теперь во славу Аллаха надо было вспомнить, что бог им даровал жизнь во время массовой драки в пионерском лагере "Горный воздух" и дает шанс выжить сейчас. Так как от города Минеральные воды ингуши вынуждены ехать через территорию осетин - злейших врагов. Через полчаса с опозданием автобус-экспресс отъехал от аэропорта "Минеральные Воды" маршрутом по трассе Северного Кавказа. Все присутствующие в салоне автобуса пили вино и ели шашлык во славу Аллаха, который даровал ингушам жизнь, а также во славу Бога, который помирил народы Северного Кавказа независимо от их религиозной принадлежности. Так что тогда на этом вся моя история о кровной мести с ингушами закончилась навсегда.

С десяток лет спустя, по центральному телевидению Советского Союза, в новостях показали передачу о цементном заводе всесоюзного значения в горах Чечни. За время своего существования в несколько лет цементный завод съел целую гору и загубил вокруг прекрасную природу, между аулами Чири-Юрт и Шатой. В том месте, где были пионерские лагеря и профсоюзные базы отдыха всесоюзного значения, от дикорастущей ореховой рощи остались одни безжизненные стволы деревьев и засохшие ветки плодоносных деревьев. Дикая природа тут погибла полностью. В начале войны в Чечне между русскими и исламиста однажды по центральному телевидению показали в районе аула Чири-Юрт боевые разборки между чеченскими сепаратистами и регулярными войсками России. В кадрах боевых разборок промелькнул заброшенный цементный завод с пустыми дома местных жителей, которые когда-то расселились вокруг котлована будущего цементного завода. Видимо, цементная пыль и сильный грохот цементного завода, вынудили местных жителей, покинут когда-то обжитые места на ворованные деньги у советского государства.


3.Все повторяется.

- Это не история, а целая эпопея о кровной мести на Северном Кавказе. - облегченно вздохнув, сказал Цвика, поглядывая на свои часы. - Ты целых четыре часа рассказывал нам, на мой взгляд, дикую средневековую историю кровной мести.

- Ты сам попросил меня более подробно все рассказать о кровной мести на Кавказе. - напомнил я, Цвики.

- Я ничего против твоего рассказа не имею. - стал оправдываться Цвика, копаясь в ящике своего письменного стола. - У меня к тебе есть пару вопросов и на этом мы расстанемся. Я покажу тебе фото, ты скажи мне, кто изображен на фото.

- Это Александр Хренов. - сразу, сказал я, как только увидел фотографию заместителя генерального директора с/п "Расма". - Только выглядит он как-то паршиво на этой фотографии. В жизни Александр, парень приятного вида.

- Разве на фото ни Игорь Гранов, генеральный директор с/п "Расма"? - удивленно, спросил меня, Цвика.

- Чтобы на этой фотографии был Игорь Гранов, то сюда надо приставить, еще одного Александра Хренова на фото - уверенно, ответил я. - Игорь Гранов в два раза толще Александра Хренова. Игорь Гранов на много старше выглядит.

- Александров Хренов и Игорь Гранов хорошо владеют арабским языком? - спросил Цвика. - Ты давно с ними встречался?

- Я знаю, что они оба в совершенстве владеют английским языком. - ответил я. - На счет знания арабского языка я ничего не могу сказать. При мне они на арабском языке между собой не разговаривали. Виделись мы в последний раз в конце 1992 года. Сейчас точное число не помню. Наверно, где-то за пару недель до нового года. Елки тогда наряжали в России.

- Спасибо! Больше у меня к тебе вопросов нет. - в заключение, сказал Цвика, выписывая банковский чек на триста шекелей. - Вот тебе чек на триста шекелей за твой рассказ и визит к нам. Сдашь этот чек в банк на свой счет. Тебе сразу перечислят деньги. Думаю, что нам с тобой больше встречаться не надо. Видимо тебе тогда показалось, что на рынке шуке "Кармель" ты встретил своих знакомых. Такое иногда бывает у людей от ностальгии к прошлой жизни.

- Причем ностальгия?! - удивленно, спросил я. - Когда я знакомых проводил до самого посольства России.

- Ну, ладно! Пусть все будет по-твоему. - согласился Цвика. - Однако в Израиле твои знакомые не бывали.

Я ни стал больше спорить с офицером внешней разведки Государства Израиль. С меня было достаточно того, что половину дня пробыл в резиденции израильской внешней разведки. Теперь мне хотелось вырваться на свободу из гостеприимного приема службы внешней разведки Государства Израиль и просто отдохнуть где-то с кружкой холодного пива. Мне нужно было пораскинуть мозгами, насчет фотографии Александра Хренова. Наверно Сашка вляпался в какую-то историю, связанную с внешней разведкой Государства Израиль. Иначе тогда, откуда тут израильская внешняя разведка имеет Сашкину фотку. Причем в таком задрипанном виде, словно Александр Хренов тянул срок в лагере для заключенных или был в длительном побеге от агентов службы внешней разведки Государства Израиль. На улице было такое солнечное пекло, что можно подумать я нахожусь не в Государстве Израиль, рядом с берегом Средиземного моря, а где-то в знойной Африке в самом центре пустыни Сахара, в которой все живое погибает от знойных лучей солнца. Даже насекомые не в силах пережить такую ужасную жару. Попрятались куда-то в прохладные щели и не выбираются оттуда до самого вечера, когда на смену жары с Голанских гор приходит прохлада.

Я ни стал долго бродить по раскаленным улицам города Тель-Авив. Зашел в первый попавший пивной бар. Взял две кружки холодного пива со швармой, маленькой пресной лепешкой чуть больше ладони напичканной кусочками мяса и разными овощами с приправой. Конечно, это не обед к столу здорового мужчины, любителя хорошо покушать. После швармы, которой меня угостил утром Цвика, эта маленькая шварма вполне нормальная закуска к двум кружкам холодного пива. В такую сильную жару не продукт, а напиток главное наслаждение утоленного жаждой человека. Пока я наслаждался холодным пивом со швармой, жара на улице немного спала. Совершенно не думая о своем направлении, я по привычке забрел на шук "Кармель". У нас дома был полный холодильник недавно купленных продуктов. Поэтому я просто болтался между лавками с фруктами и овощами. Думая о том, что купить себе домой из того, что отсутствует у нас в холодильнике. Хотя бы к домашнему столу какие-нибудь местные экзотические фрукты.

- Сколько шекелей, стоят твои бананы? - спросил я, старика, торгующего на рынке экзотическими фруктами.

Старик стал объяснять что-то на незнакомом мне языке, причем усиленно жестикулируя руками. Я ничего не мог понять от старика. Поэтому опять на русском языке объяснил старику свою просьбу. Старик обратно стал усиленно жестикулировать своими тощими руками, из чего я совершенно ничего не мог понять. Конкуренты старика стоящие за соседними прилавками искоса поглядывали на нашу беседу, но не вмешивались в бестолковый разговор между мной и стариком. Видимо, так принято поступать на старом восточном рынке между конкурентами. Во время торга продавца и покупателя никто из ближайших конкурентов не имеет право вмешиваться в бизнес соседа по рынку.

- Старик говорит, что если ты у него купишь много бананов, то он уступит в цене. - перевел мне, парень с черными кучерявыми волосами. - Здесь на рынке принято торговаться. Тогда можно купить дешево и много хорошего товара.

- Откуда ты так хорошо знаешь язык старика? - удивленно, спросил я, парня. - Ведь он говорит не на русском языке и не на языке иврит.

- Почему я не должен знать свой родной язык? - удивленно, спросил меня, кучерявый парень. - Старик говорит на арабском языке с аравийским диалектом. На этом языке говорят все в нашем доме. Я по национальности араб.

- Тогда откуда ты знаешь русский язык? - продолжил я интересоваться знанием языков у парня-араба.

- Пять лет я учился в городе Москва в международном институте имени Патрица Лумумба. - ответил парень. - По специальности я инженер строитель. Работаю в строительной фирме. У меня жена русская.

- Я сейчас живу рядом в городе Холон. - сказал я, арабу. - Несколько лет назад работал в городе Москва. Мне приходилось часто бывать на заводе "Серп и Молот", который почти напротив института имени Патрица Лумумбы.

- Я немного подрабатывал на этом заводе, когда туго было с деньгами во время учебы. - сказал мне, араб.

Мы разговорились с арабом, как земляки из одного города, где давно жили рядом, но не знали друг друга.

- Давай познакомимся. - предложил я, арабу, протягивая ему свою руку. - Я русский. Меня зовут Александр.

- Мне, очень, приятно познакомиться! - без акцента, сказал араб, протягивая руку. - Меня зовут Омар Насир.

- Почти Омар Хайям. В Персии был такой поэт. - сказал я, дружелюбно поживая руку новому знакомому.

- Я давно знаком с ним. Мы в институте проходили поэзию персидского поэта Омар Хайяма. - сказал Омар Насир. -

Месяца месяцами сменялись до нас,

Мудрецы мудрецами сменялись до нас.

Эти камни в пыли под ногами у нас.

Были прежде зрачками пленительных глаз.

Ты наверно думал, что арабы тупые люди, особенно палестинцы, многое не знают, что происходит в мире.

- Нет! Так я не думал. - утвердительно, сказал я. - Мне известно, что многие научные открытия сделали арабы, прежде чем эти открытия стали повсеместно известны в Европе. Я по образованию историк. Знаю много исторических фактов, когда в истории людей многое происходило совсем ни так, как сейчас считают. Так что я перед тобой, как белая ворона среди местных евреев, которая хотя бы своей белой окраской выделяется в среде себе подобных.

Омар Насир на арабском языке уговорил старика продать мне подешевле килограмм бананов. Рассчитавшись за бананы, я направился следом за Омар Насиром в сторону улицы Аленби. Был конец рабочего дня. Нам спешить было некуда. Видимо Омар Насир просто по пути с работы шел через шук "Кармель" к себе домой. Так как в руках у него кроме мобильного телефона больше ничего не было. В карманах джинсов у Омар Насира лишь портмоне. Я угостил Омар Насира бананом. Мы шли рядом от рынка по улице Аленби в сторону города Яфа. Нам было интересно вспоминать различные московские новости и обычаи жизни приезжих в городе Москва. Между нами был непринужденный разговор бывших "земляков", которые случайно встретились в другом государстве. Нам было, что вспомнить хорошего о прошлой жизни в стране, которая подарила арабу семью и образование, а мне целую жизнь.

- Пойдем ко мне в гости. - вдруг, предложил мне, Омар Насир. - Мой дом здесь совсем близко. Сразу через улицу от города Тель-Авив. Я накрою тебе арабский стол по русскому обычаю. Поговорим с тобой за нашим столом о России.

- Вообще-то я сегодня свободный. Почему нам не посидеть? - согласился я. - Только водку к столу я куплю .

- Хорошо! Иди в магазин купи водки. Я позвоню домой, чтобы на стол накрыли. - согласился Омар Насир.

Едва я отошел в сторону от Омар Насира к продуктовому магазину, как в соседнем переулке раздался оглушительный взрыв такой силы, что на улицу Аленби дождем полетели куски кирпичей, стекол, дерева и штукатурки. На территории улицы Аленби началась паника среди людей. Одни люди бежали в сторону прозвучавшего взрыва. Другие наоборот бежали подальше, от места взрыва. Никто толком ничего не мог понять, что случилось сейчас в переулке. Омар Насир стоял с мобильным телефоном в руках. Не знал, что ему делать дальше. Бежать или стоять на месте? Вдруг, несколько ортодоксальных евреев бросились в сторону Омар Насира. Ортодоксальные евреи стали Омар Насира бить кулаками и ногами куда попало. Омар Насир лишь покорно прикрывался руками и не оказывал никакого сопротивления против ортодоксальных евреев, которые были обозлены не на шутку. Ортодоксальные евреи наносили Омар Насиру ощутимые удары в лицо и по телу. Я сразу побежал защищать своего нового друга Омара Насира.

- Вы, что совсем озверели что ли? - заорал я, на ортодоксальных евреев, пытаясь оттащить их, от друга.

Ортодоксальные евреи не пытались оставить в покое Омар Насира. Стараясь как-то сбить парня с ног, чтобы затем затоптать его своими ногами. Тогда я силой стал раскидывать ортодоксальных евреев в сторону от Омар Насира. Кто-то из ортодоксальных евреев ударил кулаком мне в ухо. В это время моему терпению пришел конец. Я стал бить ортодоксальных евреев точно так же, как они били Омар Насира. Совершенно забывая о том, что пред отъездом в Государство Израиль дал слово Людмиле, что больше никогда в жизни не буду ни с кем драться. Но это, ни я затеял драку. Ортодоксальные евреи первые напали на моего друга. По кавказскому обычаю честь друга, прежде всего. Не прошло и минуты, как вокруг меня и Омар Насира собралась толпа людей всех мастей, которые, видимо, решили, что мы с Омар Насиром причастны к взрыву в соседнем переулке. Теперь мне нужно было переходить в оборону. Так как разъяренная толпа могла просто забить меня до смерти вместе с Омар На-сиром, который по-прежнему покорно прикрывался от ударов. Ни разу не съездил в морду ни одному нападавшему на него ортодоксальному еврею.

- Ты чего стоишь, как пень и не дерешься?! - заорал я, на Омар Насира. - Бей их, чтобы они тебя не убили.

- Я не могу ударить еврея. - сказал Омар Насир. - Тогда они меня точно убьют за то, что я араб, а не еврей.

- Нация здесь совсем не причем. - отбиваясь от нападающих, кричал я. - Ты прежде всего человек, который должен защищать свою жизнь независимо от того, кто пытается у тебя отобрать твою жизнь. Так что дерись за свою жизнь.

Видимо, уже с рождения в генах местных арабов-палестинцев заложена покорность, страх и вражда перед ортодоксальными евреями, которые окружают местных арабов всю жизнь. Омар Насир в автобусной остановке зашел в глухую оборону, от нападающих на него со всех сторон ортодоксальных евреев. Я по-прежнему продолжал драться кулаками и ногами против тех, кто пытался любыми путями добраться до меня. Но у обнаглевшей толпы ортодоксальных евреев видимо крыша поехала. Ортодоксальные евреи продолжали бить Омар Насира и пытались с кулаками добраться до меня. Тогда я окончательно обозлился и стал крыть русским матом всех евреев окруживших меня. Наверно русский мат на другие народы действует больше, чем кулаки. Едва только нападавшие услышали отборный русский мат, который я никогда не применял в своей речи, так тут же нападающие отхлынули от нас и с удивлением стали разглядывать нас, словно инопланетян, которые случайно залетели сюда к ортодоксальным евреям. Я сразу смекнул, в чем тут дело. Своими криками с матом на русском языке, я стал нападать на растерявшихся евреев.

- Ты, что не мог матом на русском языке послать ортодоксальных евреев куда подальше? - вытирая ладонью кровь с рассеченной губы, сказал я, Омар Насиру. - Ты видишь, что русский мат здесь на любого человека действует в драке больше чем обычный кулак. Облаял своих врагов русским матом, а дальше даже кулаки в драке не надо применять.

- Я как-то сразу не подумал об этом. - ответил Омар Насир, трогая руками свое разбитое лица. - Следующий раз обязательно воспользуюсь твоим методом своей защиты. Лучше мне будет, если не будет у меня этого следующий раз.

Едва только от нас отстала озверевшая толпа ортодоксальных евреев, как тут же к нам подошли полицейские. Не задавая нам ни единого слова, надели на нас наручники. Потащили в разные полицейские автомобили. Куда повезли Омар Насира, я не знаю. Меня отвезли в полицейский участок где-то недалеко от улицы Аленби. Я даже не успел прочитать название улицы на английском языке, как полицейские меня сразу затолкали в серое здание, расположенное вдоль улицы. Следом за мной зашли несколько полицейский и стали что-то говорить мне на языке иврит. Но я совершенно ничего не мог понять даже из тех слов, которые заучивал на уроках ульпана вечером после работы. Возможно, полицейские поняли, что я полный дуб в языке иврит. Тогда мне стали что-то говорить на разных языках, которые были известны полицейским. Я сидел на стуле, как баран в стойле и ничего не говорил. Я даже забыл о том, что я русский и в совершенстве владею своим языком. У меня в голове словно заклинило. Я просто мычал, как глухонемой и ничего не мог сказать. Наверно полицейские подумали, что я контуженный от сильного взрыва. Посоветовались между собой на языке иврит и по рации пригласили к себе в полицейский кабинет доктора в белом халате.

- Мне никакие уколы колоть не нужно! - возмущенно, сказал я. - У меня все в порядке. Я всегда был здоров.

- Смотри! Он по-русски заговорил. - удивленно, сказал офицер полиции. - Почему там ничего не говорил?

- Так вы у меня спрашивали на других языках, которые мне неизвестны. - ответил я. - Поэтому я молчал.

- Расскажи, что произошло с вами на автобусной остановке во время теракта? - спросил офицер полиции.

- Омар Насир, мой друг. - стал рассказывать я, о происшедшем на автобусной остановке. - Мы с ним шли из шук "Кармель" домой к нему в гости в город Яффа. Вдруг, взрыв в соседнем переулке. С начало на нас летел дождь осколков. Затем к нам подбежали ортодоксальные евреи. Стали бить Омар Насира, который мне сказал, что араб не имеет право поднять на еврея руку даже в свою защиту. Иначе евреи его за это убьют. Мне пришлось драться с ортодоксальными евреями за него и за себя. Отстали от нас ортодоксальные евреи лишь после моего русского мата.

- На каком языке вы разговаривали, если ты не знаешь другие языки? - поинтересовался полицейский.

- Омар Насир отлично знает русский язык. - ответил я. - Омар Насир учился пять лет в Москве в институте.

- При каких обстоятельствах познакомился с Омар Насиром? - продолжал допытывать офицер полиции.

- Покупал у старика араба бананы. Омар Насир помог мне сторговаться на бананы со стариком. - ответил я.

- Так вы, что, только сейчас познакомились, а ты уже шел к нему в гости!? - удивленно, воскликнул офицер полиции. - Какой же ты все-таки наивный человек. Арабы день и ночь думают, как убить евреев, а ты сам шел к нему в капкан.

- Во-первых я русский, а не еврей. - разгорячено, сказал я. - Во-вторых, в отличие от вас евреев араб на меня наручники не одевал. Во всех других случаях мы с ним не выясняли политические, религиозные и другие отношения. Просто беседовали на мирные темы о знакомых нам местах...

- Ты, умник, считай, что тебе повезло когда ты попал к нам, а не к арабам. - снимая с меня наручники, сказал офицер полиции. - Арабы с тобой ни стали бы разговаривать. Просто прирезали бы тебя как шакала и выкинули на помойку.

- Вот в этом причина вражды между арабами и евреями, что они сами не хотят понять друг друга. - сказал я, растирая свои руки от наручников. Вы даже Тору не хотите вспомнить, что арабы одно из двенадцати колен евреев. Так что вам как братьям колен еврейских пора бы разобраться между собой, а не нагнетать напряжение во всем мире.

- Ладно! Хватит тебе нас учить! Нашелся тут политик. - сказал офицер полиции, открывая передо мной дверь. - Ты лучше не ввязывайся ни в какие драки. Иначе, придется срок тянуть за обычную драку. Тебе сегодня просто повезло.

Я вышел из отделения полиции и направился обратно на улицу Аленби на автобусную остановку, чтобы оттуда доехать в город Холон на автобусе. Из-за этой драки где-то целлофановый пакет с бананами потерял. Хорошо, что сегодня с собой кейс не брал. Документы все в кармане костюма, который испачкал во время драки. Свой интеллигентный вид потерял. Теперь, даже домой засветло неудобно ехать надо как-то растянуть время до вечера. Приеду в город Холон, сразу пойду в пивной бар или куплю баночку пива. Выпью по дороге домой. Надо как-то расслабиться, чтобы не было заметно, что я подрался. Пиджак от костюма можно снять. Но вот куда мне деть свое лицо, разбитое до крови во время драки? С таким лицом никуда не денешься от вида людей. Сразу начнут всякое болтать про меня. Хорошо, что на автобусной остановке так много людей. В большой толпе одного человека ни так уж сильно видно. Можно спокойно доехать домой. Без обращения на тебя со стороны пассажиров. Быть совсем незаметным не возможно. Мы обычные люди находимся в одном измерении жизни и в одном совместном пространстве. Нам даже некуда дется друг от друга со всеми нашими достоинствами и недостатками в повседневной жизни на планете Земля.

Другое дело племя людей-птиц, которые находятся в своем измерении жизни и доступ обычных людей к ним ограничен. Лишь изредка в племя людей-птиц случайно или стихийно попадают обычные люди. Наверно в самые критические времена своей жизни. Ведь в племени людей-птиц находится основной генофонд обычных людей. Когда кто-то из обычных носителей частицы ядра генофонда всего человечества, находится в опасности, то из племени людей-птиц моментально идут на помощь человеку, который сам является частицей ядра генофонда всего человечества. Из этого можно сделать вывод, что я тоже являюсь частицей ядра генофонда всего человечества. Иначе бы Старик ОН и само племя людей-птиц не опекали меня во время критических моментов в моей жизни, когда рядом со мной гибли люди, а я по разным обстоятельствам оставался жив. Выходит, что Старик ОН и племя людей-птиц заботятся обо мне. Вполне возможно, поэтому Старик ОН хочет, чтобы я остался преемником племени людей-птиц на планете Земля. Хотя бы на участке дискодрома, чтобы племя людей-птиц имело связь через меня с другими людьми на планете Земля. Может быть, мне стоит хорошо подумать над таким предложением и вернуться к Старику ОН в племя людей-птиц? Наверно мне надо переступить через самого себя в объеме своего разума и понять смысл своей жизни.

- Наконец-то тебя посетили здравые мысли. - почувствовал я, мысленное обращение старика Старика ОН.

- Я не готов окончательно прийти к такому решению. - поделился я, разумом, со Стариком ОН. - Рядом со мной дети и моя любимая жена. Я не могу их просто оставить в обычном пространстве жизни, где они могут, погибнут без меня.

Старик ОН, как всегда, не настаивал на моем решении. Видимо поэтому Старик ОН был во главе племени людей-птиц. Потому, что Старик ОН не давил в своем племени на разум людей-птиц. Давал им возможность, здраво поразмыслить над своим решением, чтобы впоследствии не наделать никаких ошибок в развитии человечества. Вот и сейчас Старик ОН оставил со мной паузу в размышлении, как пищу во время еды. Старик ОН дает мне возможность все переварить в своем зрелом разуме и окончательно принять разумное решение, от которого будет польза людям. Во время размышления мой взгляд упал на чьи-то руки, которые проворно обрезали сумочку интеллигентной дамы. Дама увлеченно болтала со своей подругой или просто попутчицей подошедшего автобуса и совсем не обращала ни какого внимания на то, что скоро может остаться без сумочки, из-за своей невнимательности к окружающим людям. В это мгновение мой разум полностью не отключился от размышления, а зрение совместно с подсознательным вниманием буквально толкнули меня к рукам вора, который уже обрезал сумочку у болтливой дамы и собирался удрать.

- Меня обокрали! - на русском языке, завопила дама, когда мои руки и руки вора толкнули даму в задницу.

Карманный вор рванул из толпы, увлекая меня и сумочку следом за собой. Я бросился следом за карманным вором, не выпуская из рук обрезанную сумочку дамы и руку карманного вора. Следом за нами бежала пострадавшая дама и наряд полиции, которые не разошлись с улицы Аленби после теракта в соседнем переулке. Карманный вор споткнулся об брусчатку тротуара. Растянулся прямо у ног полицейского наряда, стоящих рядом на автобусной остановке. Буквально моментально я подмял вора под себя всем весом своего тела. В тоже мгновение, на меня и на карманного вора, полицейские накинули наручники. Потащили нас в стоящий рядом легковой автомобиль полиции. Через одну минуту вора и меня привезли обратно в тоже самое отделение полиции, откуда я вышел на волю всего час назад.

- Ну, это уже слишком! - воскликнул, на русском языке офицер полиции. - Я же тебя предупреждал, что ты получишь срок. Если еще раз попадешь за драку в наше отделение полиции. Кто сейчас в этот раз на тебя нападал на улице?

- Я не мог пройти мимо, когда у дамы срезают сумочку. - сказал я, показывая рукой на стоящего рядом карманного вора. - В последний момент увидел, как карманный вор обрезал сумочку у дамы. Я сразу схватил сумочку у вора.

- Это ни я! Он срезал у дамы сумочку. - закричал карманный вор, показывая на меня рукой. - Я бежал следом за ним.

- Ты, Сыч, лучше помолчи насчет кражи. - сказал офицер полиции карманному вору. - Мы с тобой давно знакомы. В этот раз ты не открутишься. За тобой будет с десяток карманных краж. За тобой давно лет десять тюрьмы числятся.

- Вы с меня наручники снимите. - сказал я, офицеру полиции, показывая на свои опухшие руки. - Я хочу ехать домой.

- У меня нет желания отпускать тебя домой. - сказал офицер полиции. - Ты вновь вернешься в полицию.

- Я обещаю, что в этот раз мужчина благополучно доедет домой. - сказала офицеру полиции, пострадавшая дама. - Я возьму такси и отвезу своего спасителя прямо домой. Он спас не только мою сумочку, но и всю мою семью. В сумочку были все документы моей семьи, туристическая путевка во Францию, на мою семью, а также одна тысяча долларов.

- Раз вы так уверены в том, что с ним больше ничего не повторится, то можете забрать его. - согласился офицер полиции, с решением пострадавшей дамы. - Вы хорошо присмотрите за ним, чтобы этот мужчина еще раз не влип в какую-нибудь другую историю. Мы с ним после теракта и за драку уже один раз встречались. Думаю, что хватит.

С меня сняли "браслеты", стальные наручники. Пострадавшая дама расписалась в акте о краже сумочки. Карманного вора отправили в камеру предварительного заключения прямо там же в отделении полиции. Даме вернули порезанную сумочку. Мы с дамой сразу вышли на улицу. Полицейский остановил проезжавший мимо автомобиль такси. Мы с дамой сели в автомобиль. Я сказал свой домашний адрес. Автомобиль такси поехал дальше в город Холон. Назвавшись Еленой, дама, словно ни в чем небывало стала тарахтеть мне на ухо о разных случаях кражи, которые происходили с ней за ее прожитые годы. Не очень-то расстроившись за то, что у нее едва ни стащили сумочку, Елена указывала на свою судьбу, в которой прописано о кражах ее вещей. Лично я думал о том, что ее судьба тут совсем не причем. Если бы она меньше без толку болтала каждую минуту, а больше обращала свое внимание на тех, кто рядом кружится, то ее судьба могла круто измениться в лучшую сторону. Меньше было бы у нее карманных краж.

- Спасибо вам, что подвезли. - сказал я, Елене, когда автомобиль такси остановился вблизи нашего дома.

- Это вам огромное спасибо, что спасли нашу семью от кражи документов. - сказала Елена из автомобиля.

Наверно таксист устал от бесконечной болтовни Елены, поэтому, не дожидаясь пока закроется окончательно дверь его автомобиля, таксист рванул с места. Автомобиль такси вскоре скрылся за поворотом трассы проходящей возле песчаной пустыни. Я постоял не много на трассе у нашего дома. Размышляя о том, что сейчас буду говорить своей семье насчет своего вида. Сейчас начнут все меня обвинять в том, что я в таком возрасте виду себя, как мальчишка.

Всю свою жизнь я никак не могу привыкнуть к приходу вечерних сумерек, которые появляются внезапно неизвестно откуда и заполняют все пространство, вокруг меня нейтральным серым цветом уходящего солнца. Когда не поймешь, что рядом находится, то ли ночь, то ли день. Какое-то неопределенное место жизни между днем и ночью. Словно переход из одного измерения жизни в совершенно иное измерение жизни, которое люди называют ночь. Вот так и живем мы в разных измерениях жизни, то ночью, то днем. С каким-то непонятным промежутком времени, которое называем одним словом "сумерки", между ночью и днем. Мы даже не задумываемся над тем, что существует между нашими измерениями жизни, днем и ночью, третье промежуточное измерение жизни, называемое нами "сумерки". Мы даже не хотим понять законы природы, которые могут жить только в сумерках, а не днем и не ночью. Вполне возможно, что точно также в отношении к нам живут в племени людей-птиц, которые находятся в промежуточном измерении жизни, которое незаметно нами обычным людям в своем собственном измерении жизни. Нам надо как-то научиться жить и понимать друг друга в таком различном между собой измерении жизни, которое имеет сумерки. Ведь мы можем спокойно переходить из одного измерения жизни дня. В другое измерение жизни ночи. Почти совсем не обращая внимания на третье измерение жизни сумерки между днем и ночью. Почему бы ни научиться, жить в том измерении жизни, в котором живет племя людей-птиц? Наверно, очень просто, надо лишь научиться переходить из своего измерения жизни, в другое измерение жизни, где живет племя людей-птиц, которое не зависит от разницы смены дневного света на ночной свет с промежутком нейтраль²ного сумеречного света в жизни обычных людей.

- Ты стал ближе к истине размышления о своей жизни. - поддержал мои размышления Старик ОН. - Как говорят у вас обычных людей "Ты стал на один шаг взрослее.". Однако, до полной зрелости разумной жизни тебе очень далеко.

Я и сам без подсказки Старика ОН прекрасно понимал, что человечество находится в зачаточном развитии своего мышления в отношении к разумному мышлению в племени людей-птиц. То, что мы пытаемся сейчас понять в своем разумном мышлении, в племени людей-птиц давно уже прошли такое разумное развитие собственной жизни. Взять даже, к примеру, семь книг из племени людей-птиц. Эти странные книги нечто иное по сравнению с нашими современными компьютерами. Я даже затрудняюсь с чем-то сравнить семь книг. Как скажем первый каменный топор первобытного человека с современным комическим кораблем. Даже это было далеко не правильное мое сравнение. Как можно сравнить семь книг из племени людей-птиц с чем-то из нашего времени существования человечества? Если задолго до выхода человека из обезьяньего стада в племени людей-птиц существовали такие приборы, которые могли перемещать в космическом пространстве со скоростью света летательные аппараты и пилотов из племени людей-птиц. Может быть, в племени людей-птиц перемещаются дальше, чем в космос, куда пока не может проникнуть человеческий разум в своем развитии. Пока мы своим мышлением не вышли из своего зачаточного развития, в отношении мышления сравнимого с мышлением в племени людей-птиц. Наверно есть какое-то другое понятие в развитии мышления о пространстве, к которому обыч-ным людям пока далеко. Мы мысли примитивно во всем.

- Боже мой! Когда ты повзрослеешь? - взмахнув руками, удивленно, воскликнула Людмила, когда я вошел в нашу съемную квартиру. - Тебе через три года будет пятьдесят лет, а ты постоянно ведешь себя, как мальчишка. В Таджикистане ты обещал мне, что в Государстве Израиль больше не будешь драться. Однако, обратно все повторяется.

- Когда-то успею постареть. - как бы извиняясь, шутя, сказал я, Людмиле. - Мои предки жили больше ста лет. Так что по своему возрасту я пока что только подросток. Поэтому пока имею полное право защищать свои права кулаками.

- Тебя могли за драку выслать из Государства Израиль! - продолжила, причитать Людмила. - Или посадить.

- Раз в полиции этого ни сделали, то я несовершеннолетний ребенок. - сострил я. - Мне можно драться.


4.Письмо к маме.

- Папа! Папа! Бабушка прислала нам письмо из тайги. - сказала Виктория, как только я переоделся и сел за стол ужинать. - Бабушка перебралась из Республики Таджикистан жить в Россию, в город Благовещенск, к своему сыну Сережи. Бабушка обижается, что письма ей пишет моя мама, а не ее сын. Бабушка хочет, что-бы ты написал что-то.

- Сядь за стол и напиши своей маме, как ты сейчас в таком возрасте дрался. - подсказала мне, Людмила.

- Письмо я, пожалуй, маме напишу. Если ей не достаточно, что ты пишешь письма от нашего имени. - сказал я, Людмиле. - О драке я не буду писать письмо. Напишу маме письмо о том, как мы здесь живем. Словно рабы у евреев.

После ужина вся семья собралась у недавно купленного телевизора, по которому показывали лишь израильские, арабские, английские и другие иностранные телевизионные программы. Израильское правительство обещало, что в Государстве Израиль будут транслировать русское телевидение репатриантам из Советского Союза. Однако пока кроме обещаний нам по телевизору больше ничего на русском языке не показывают. С этого, пожалуй, начну писать письмо своей маме, которую от нас разделяют тысячи километров земного пространства. Как в разных частях света. Закрывшись в спальне от шума телевизора, доносившегося из зала. Я уселся на кровать за тумбочку, которую мы подобрали с Викторией на песчаном пустыре вблизи нашего дома. Порылся в ящике тумбочки в поиске чистых листов бумаги. Но кроме подарочных, чистых титульных листов банка "Дисконт" в ящике тумбочки больше ничего не было. Я решил, что такие листы для письма к маме подойдут. Она у нас понятливый человек. Догадается, что мы не настолько богаты, чтобы покупать наборы письменных принадлежностей. Поэтому пользуемся бланками банка.

- Здравствуй, мама! - написал я, на обратной стороне банковского бланка. - Откровенно говоря, я даже не знаю, что тебе написать. Людмила несколько раз в течение месяца тебе писала о нашей семье. Я в курсе текста всех писем. Можно сказать, что Людмила у нас за семейного секретаря. Все письма к родственникам Людмила пишет под нашу диктовку. Каждый из нас высказывает свои радостные впечатления и наболевшее на душе, а Людмила это записывает в письмах к нашим родственникам. В том числе и к тебе, когда вы переписываетесь. Поэтому я не хочу повторяться. Лучше будет, если я больше напишу тебе в письме о моих личных впечатлениях, о жизни в Государстве Израиль.

Когда мы прилетели в Государство Израиль, то мы были окутаны романтикой и массой разных впечатлений. Интересно было увидеть экзотическую, восточную страну, в которой сочетаются историческая культура востока с местами современной Западной культуры. Я бы сказал, что здесь в Государстве Израиль стараются больше подражать американцам, которые являются донорами развития Государства Израиль. Без поддержки США здесь не мог бы жить ни один человек. Так как кроме песка, морской воды и камня, больше ничего естественного в Государстве Израиль нет. Здесь даже деревья в подавляющем большинстве посажены руками человека. Что же касается животного мира, то большинство животных в Государство Израиль привезли и отпустили на волю. Так, по крайней мере, говорят нам местные жители о косулях и ланях, которые бродят в пустынях вокруг городов. Все остальные животные иммигрировали сами из других стран. Из природы России здесь можно встретить ворон, воробьев, галок, скворцов и даже дятлов. Из соседних стран здесь прижились из Индии муравьед, мангуст и желторотый скворец майна, которого совсем недавно в Государстве Израиль не было. Видимо, это массовое потепление на планете Земля повлияли на миграцию животных. Так сюда в Государство Израиль переселились из Африки пятнистые гиены, земляной волк, это разновидность гиены. В Государстве Израиль можно встретить африканских, пустынных шакалов и длинномордых аравийских волков, о которых рассказывал нам дедушка Гурей. Когда дедушка Гурей жил в Аравии, то дрался с такими волками. Кроме того, в Государстве Израиль есть много местных зверей и птиц. К местным животным можно отнести маленьких ушастых лисиц, рыжих зайцев, а также огромные пятнистые камышовые кошки. Порода этих кошек мне неизвестна. Из местных птиц здесь множество белых цапель, колибри, большие летучие мыши(собаки и лисицы), а также огромная разновидность водоплавающих морских птиц. Говорят, что в Государстве Израиль есть и дикие кабаны, но я их не встречал в природе. Я рассказал тебе только о тех животных и птицах, которых видел своими глазами в дикой природе вокруг городов. Я забыл тебе сообщить, что среди пернатых встречаются удод и зимородок. Есть много в природе Государства Израиль различных по-пугаев. В основном это зеленые попугаи с длинными хвостами.

Пожалуй, достаточно писать о природе Государства Израиль. Теперь мне хочется немного написать о местных людях, проживающих на территории Государства Израиль. В подавляющем большинстве, это приезжие со всего белого света. К месту массового переселения евреев со всех стран можно перефразировать призыв коммунистов "Евреи всех стран - объединяйтесь!". Действительно в Государстве Израиль собрались еврее со всех стран. Разговариваю в Государстве Израиль на десятках языков разных стран и народов. Можно подумать, что прибыли сюда люди со всего света, чтобы строить новую вавилонскую башню. Хотя я лично сомневаюсь, что здесь нам что-то можно построить. Прибывшие сюда евреи со всего света держатся своими кланами или общинами. Такие общины, как эфиопы, марокканцы, индийцы, йеменцы, грузины, армяне и многие европейские общины. В Государстве Израиль самая большая община, это русскоязычная община, куда входят фактически все народы бывшего Советского Союза. Нас в Государстве Израиль больше двух миллионов. Хотя в самом Государстве Израиль чуть больше пяти миллионов населения, среди которых имеются и коренные народности. Такие, как арабы, друзы и бедуины. Есть другие малочисленные народности, которые мне совсем неизвестны. Говорят, что тут в Государстве Израиль даже арамейцы живут.

Теперь хочется немного рассказать о нашей семье и о людях, которые окружают нас своими заботами и проблемами. В основном нас окружают выходцы из бывшего Советского Союза. Большинство из тех, кто приехал раньше нас в Государство Израиль и хорошо изучил язык иврит, устроились в разные конторы, которые всячески стараются обмануть вновь приехавших репатриантов. Даже своих друзей и земляков обманывают. Нас дурят всюду. Когда устраиваешься на работу, покупаешь квартиру или автомобиль. Когда заключаешь какую-нибудь сделку. Тебя всюду хотят обмануть в свою пользу разного рода русскоязычные мошенники. Которые суются в проблемы жизни репатриантов. По этой причине я вынужден был отказаться от регистрации своего бизнеса в Государстве Израиль. Все мои попытки открыть свой бизнес в Государстве Израиль рассматривались односторонне со стороны представителей местного населения. У всех стоял вопрос только о том, сколько я заплачу в долларах за сие минутную сделку. Мошенников даже не интересовало то обстоятельство, что я могу иметь доллары лишь при регистрации своего бизнеса в Государстве Израиль. Всюду мне говорили о стоимости сделки, которая ничего мне не приносит, а только идет в карман того, кто предлагает мне свои дутые услуги. Я не мог позволить себе взять на семью кредит на предложенные мне сделки со стороны местных израильтян. Так как все сделки были односторонними в пользу тех, кто предлагал мне заключить с ними сделки. После таких сделок мы могли превратиться в бомжей, которых в Государстве Израиль множество. Доверчивые люди становятся заложниками липовых контрактов. Впоследствии превращаются в нищих без определенного места жительства и без работы, то есть, обычные бомжи. Я никогда не пойду на такие сделки. Постоянной работы здесь в Государстве Израиль нет ни у кого. Так как большинство предприятий и раз-ных контор, временные места работы. Берут в банке кредит. Открывают какое-то производство. Набирают на производство в основном новых репатриантов или туристов из бывшего Советского Союза. Зарабатывают большие деньги на доверчивых и нуждающихся в работе людях. Затем объявляют о своем банкротстве или просто сбегают за границу. Оставляя людей без зарплаты, а банк с долгами. Отсюда в Государ-стве Израиль постоянные судебные дела с многими людьми. Даже те предприятия, которые имеют свое по-стоянство, никак не хотят брать себе работников на постоянную работу. Так как за постоянную работу надо оплачивать различные услуги работнику, а так же повышать зарплату. Временные работники получают минимальную зарплату, предусмотренную Государством Израиль и больше ничего. Я хотел через русскоязычную прессу в Государстве Израиль поправить свой семейный бюджет. Ты же, мама, помнишь, что когда я печатал свои литературные произведения в прессе Советского Союза и в дальнейшем в прессе Республики Таджикистан, так мои гонорары за публикацию моих литературных работ иногда превышали мою постоянную зарплату на производстве в виде художника-дизайнера или художника-оформителя. Вот поэтому я стал направлять свои литературные работы в местные русскоязычные газеты и журналы. Мои рассказы и стихотворения стали появляться в местной прессе. Однако гонорары за литературные работы мне платить не стали. Я пытался выяснить, почему мне не платят за мой литературный труд. Мне сказали в издательствах газет и журналов, что в Государстве Израиль за публикацию литературных работ в прессе авторам не платят гонорары. Такой у них порядок.

Я не знаю, как живут без гонораров другие авторы литературных произведений. Ведь это же все-таки труд, который должен оплачиваться. Может быть, кому-то платят какие-то деньги за публикацию литературных работ. Другие авторы литературных произведений довольны тем, что их узнают читатели. Лично мне такая известность не нужна. Мне бы прокормить свою семью. Поэтому я иду работать куда угодно, лишь бы мне платили. деньги за работу Мое высшее образование здесь совсем никому не нужно. Хозяевам предприятий нужны только физически здоровые люди. Умственно способные люди среди предпринимателей Государства Израиль не в почете. Они словно боятся, что русскоязычное население вытеснит их с политического и экономического пространства в Государстве Израиль. Я думаю, что так скоро и будет. Так как русскоязычные репатрианты наступают на всех фронтах развития Государства Израиль. От простого рабочего до депутата Кнесета(парламента). Во всех слоях населения Государства Израиль присутствуют русскоязычные репатрианты, которые в полный голос заявляют о своих требованиях во всех рангах управления Государством Израиль. Поэтому, вполне возможно, что скоро придет то время, когда русский язык в Государстве Израиль будет играть огромную роль. Сейчас на русском языке говорит третья часть населения Израиля. Пока что русскоязычное население в роли подневольных рабочих на самых тяжелых участках строительства капитализма в Государстве Израиль. На улицах городов в Государстве Израиль можно встретить с метлой кандидата каких-нибудь наук из бывшего Советского Союза. Даже профессора и доктора наук из бывшего Советского Союза работают далеко не по своей специальности. Это обстоятельство лишний раз показывает, что в Государстве Израиль перенасыщен слой интеллигенции из бывшего Советского Союза. В то время как из местного населения подавляющее большинство не имеет высшего образования. Даже среднее образование имеет ни все. Занимаются тем, что передают по наследству друг другу руководящие посты на предприятиях. Рабочая русскоговорящая интеллигенция подчиняется малограмотным бездарным хозяевам, которые даже таблицу умножения не знают. Я не говорю о серьезных дисциплинах в других знаниях, которые не доступны местному малограмотному населению Государства Израиль. Особенно безграмотной молодежи, у которых на уме одно развлечение и обогащение за счет своих родителей. К сожалению, эта бездарная местная молодежь дурно влияет на моих детей. Больше всего на сынов, которые не хотят учиться и работать. Каждый раз ищут способ уклониться от работы и от учебы. Постоянно где-то скитаются. Бегать из дома стали меньше, но бывает, что сутками их нет дома. Чаще всего это происходит по вене Артура. Эдик у нас домашний ребенок. Любит домашний уют и тишину. В то время как Артур постоянно подбивает Эдика к побегам из дома. Хотя бы на одни сутки под предлогом посещения дискотеки. Однако я прекрасно знаю своих детей. Особенно Артура. Моих сынов почему-то интересуют не общественные места развлечения, а глухие переулки, чердаки и подвалы домов. Хорошо, что в Государстве Израиль нет домов с чердаками. Подвалы в современных домах встречаются лишь с автомобильными парковками. Зато в Государстве Израиль заброшенных строений всюду множество. Так мои сыны шныряют по заброшенным жилым домам и зданиям брошенных предприятий. Здесь в Государстве Израиль я редко занимаюсь поиском своих сынов. У меня просто нет на это времени. Да и наши взрослые дети сами должны понять, что давно прошло познавательное время детских подвигов, когда они убегали из дома, чтобы открыть для себя какой-нибудь подвиг на свою голову или на свою задницу. Сейчас даже пошлепать по заду детей мне совсем неудобно. Ведь наши дети давно взрослые люди, а ведут себя как малые детки. Продолжают бегать из дома.

Мама, я в курсе всех событий, которые происходят в Чечне. Я думаю, что если бы Михаил Горбачев или Борис Ельцин пригласили бы Джохара Дудаева к себе в Москву не переговоры, то этого балагана в Чечне не произошло. Ведь терские казаки в течение трехсот лет находили общий язык с горскими народами. Войны на территории Кавказа в основном были из-за политики царской России и советского времени. Точнее, времен перестройки. Так бы и сейчас надо было созвать общий кавказский круг на переговоры без оружия. Все проблемы можно было решить мирно. Так было на протяжении трехсот лет между горцами и терскими казаками. Также можно сейчас помириться с горцами. Мне как историку и как терскому казаку по материнской линии, противно слушать на радио и по телевидению, как передергивают исторические факты чеченские сепаратисты и российские политики. Никто одним словом не замолвил о терских казаках, которые живут на Кавказе. В разговорах чеченских сепаратистов слышу, как чеченцы четыреста лет воюют против России, политики которой утверждают, что русские больше четырехсот лет господствуют на Северном Кавказе. Никто даже не задумался над историей появления терских казаков там, на Северном Кавказе.

Более трехсот лет назад, задолго до появления царствующей династии Романовых, на Северном Кавказе вдоль линии реки Терек поселились многочисленные беженцы из Украины и России, которые впоследствии назвали себя терскими казаками. В то время на реке Терек не было российского владения. Горские народы тогда представляли себя кочевниками на прикаспийской низменности и небольшими аулами в горах отдаленными от линии реки Терек. Таким образом, поселение терских казаков было на пустующих землях линии реки Терек. За исключением осетин, живущих в верховьях реки Терек в Дарьяльском, Куртатинском, Карма-донском и других ущельях Большого Кавказа. По причине не справедливости к терским казакам я решил вернуться к вопросу написания книги по истории терских казаков. Мама, тебе хорошо известно, что при вылете из Республики Таджикистан в Государство Израиль, я вынужден был уничтожить свой семейный архив с документами и различными материалами по истории терских казаков. У меня тогда не было с собой американских долларов, которые с меня требовали за вывоз моего домашнего архива. Теперь я хочу восстановить утраченные документы и различные материалы по истории терского казачества. Буду писать письма терским казакам, нашим родственникам, чтобы они выслали мне копии документов, писем и разные материалы по истории терского казачества, которые имеются в каждом доме терского казака. Вполне понятно, что в первую очередь, мама, я обращаюсь к тебе. Пришли мне все то, что у тебя есть о терских казаках. Я начну готовить рукопись на книгу по истории терских казаков. Надо восстановить справедливость в отношении терских казаков, к которым мы с тобой относимся. Пускай люди знают правду о терских казаках, живущих сейчас вдалеке от Родины.

Ну, ладно, оставим истории в покое. Давай, мама, подумаем о тебе. Я прекрасно понимаю, что тебе труд-но жить на свою пенсию, которую регулярно не выплачивают. Иначе бы ты уже могла прилететь к нам в гости. У меня тоже нет таких денег, которые я мог бы отправить тебе на дорогу к нам. Поэтому я подумал, что, вполне возможно, мои авторские работы по литературе и поэзии помогут тебе. Я вышлю на твой адрес несколько сти²хотворений, которые ты отнесешь в местную газету или в местный журнал. Гонорар за публи²кацию стихов возьмешь себе. Если мои работы будут у вас печатать, а тебе будут давать гонорары, то в следующем письме я пришлю на твой адрес рассказы по истории терских казаков. Может быть, что даже вернусь к изобразительному искусству. Буду посылать к тебе свои рисунки в русскоязычную печать. Допустим, что моих гонораров тебе не хватит на дорогу кнам в Государсто Израиль, так хотя бы материально я тебе помогу. Так что высылаю тебе свои первые стихи к печати в русской прессе.

Мы ждем от тебя писем о себе и о терских казаках. До свидания! Твой старший сын Александр и вся его семья.


5.Письмо от мамы.

Прошло два месяца, как я отправил маме письмо в Россию, в город Благовещенск, Амурской области. У меня все это время сплошные переживания в ожидании письма. Всякие дурные мысли лезут в голову. Моей маме семьдесят три года. По меркам жизни наших родственников, особенно по линии мамы, то ни так много лет моей мамы. Большинство наших родственников жили больше ста лет. По современной статистике в России у моей мамы преклонный старческий возраст. Перед таким возрастом надо приклоняться, что в таких ужасных условиях жизни люди ухитряются так долго жить. Хотя жить долго, это понятие у молодых. В любом возрасте людям хочется жить как можно дольше. Чем больше человек живет, тем больше человеку хочется жить. Кто говорит, что ему жить надоело, тот просто врет себе и другим. Никогда не может надоесть жить человеку. Даже в самых гадких условиях жизни человек всегда думает о собственной жизни, а не о смерти, которая бродит рядом во время войн, болезней и стихийных бедствий.

- Папа! Папа! От бабушки Марии из России письмо пришло. - радостно, сказала Виктория, как только я пришел домой с работы. - В письме почти все о твоих стихах и о смысле жизни. Бабушка прислала фотографию, где она с дядей Сережей. Бабушка пишет, что в городе Благовещенск много китайцев. Погода у них сейчас паршивая. Идут дожди.

- Хватит тебе тарахтеть! - остановил я, свою дочь. - Из твоей трескотни я ничего понять не могу. Наверно я не разучился читать на русском языке. Давай быстрее мне письмо от бабушки. Я сам прочитаю, что она пишет из России.

Конверт с письмом от мамы был огромным и увесистым. Словно моя мама прислала не письмо в семью, своему старшему сыну, а рукопись будущего романа в русскоязычное издательство Государства Израиль. На конверте множество марок стоимостью в сотни рублей. По одним маркам можно судить, что жизнь в России дорого стоит. Наверно мама откладывала деньги от пенсии на то, чтобы отправить нам свое заказное письмо в Государство Израиль.

"Здравствуйте мои дети и внуки." - пишет мама в своем письме. - "Ваше письмо я получила давно. Но все никак не могла собраться написать вами ответ. Вроде давно уже на пенсии и пора остепениться. Однако у меня такая натура с рождения, что не могу усидеть на месте. Постоянно в делах и в бегах по разным вопросам жизни. Думала, что как только перееду из Республики Таджикистан в Россию, так буду тут отдыхать от забот. С переездом в город Благовещенск ближе к своему сыну Сереже, который постоянно нуждается в чьем-то внимании, забот прибавилось еще больше. Хотела на вырученные деньги от продажи квартиры в Таджикистане приобрести себе отдельное жилье рядом с Сережей. Но деньги мои быстро улетучились на внуков, у которых на уме лишь собственная жизнь. О том, что у них отец инвалид с рождения они совсем не думают. Мало того, что Сережу бросила на произвол судьбы его жена Галка, тут еще дети оказались копией своей мамы. Алена постоянно гуляет и нигде не работает. Недавно украла у меня восемьдесят семь тысяч рублей, на которые я хотела купить себе небольшую квартиру. Пока Алена деньги не прогуляла, домой не появлялась. Как только деньги кончились, так сразу со слезами пришла просить прощения у бабушки. Видимо хотела добраться до моих оставшихся денег в доме. Я больше ни стала ей доверять свои деньги. По этой причине я ушла из квартиры Сережи жить в "Дом ветеранов". Мне в "Доме ветеранов" намного лучше. За мной здесь смотрят медики и специальные сестры милосердия. В этом "Доме ветеранов" много стариков моего возраста. Здесь созданы все условия жизни старикам. У меня даже собственная благоустроенная комната. Вот только кухня одна на всех, как в коммунальной квартире. Тут на кухне есть повара, которые готовят пищу всем старикам.

Это ни дом престарелых, как мы думали раньше, куда бездарные дети сплавляют своих родителей. У нас на Кавказе считалось позорным, когда дети сдавали в дом престарелых своих родителей. Но времена ме-няются. Сейчас это норма жизни. Когда даже очень богатые и уважаемые дети сдают в "Дом ветеранов" своих родителей. Здесь старики могут общаться друг с другом и быть постоянно под присмотром медиков. Когда старики были дома одни в четырех стенах, то от этого страдали все в этой семье, так как за стариками нужно присматривать, как за малыми детьми, чтобы с ними ничего не случилось. Ведь старики без присмотра могут случайно устроить пожар или поранить себя. Поэтому сейчас в обществе выигрывают все, как старики, так же их взрослые дети. Старики здесь в "Доме ветеранов" не брошены своими детьми. Каждый вечер к старикам приходят дети и внуки. Мы тоже часто посещаем своих детей и внуков, которые живут в городе Благовещенск или где-то рядом в других населенных пунктах Приамурья. Сережа, Алена и Максим почти каждый день заглядывают ко мне в "Дом ветеранов". Я тоже прихожу к ним в гости.

Ну, ладно, хватит о стариках говорить. Хочется написать обо всем, что окружает нас в городе Благовещенск. Окружают нас в основном китайцы. В середине шестидесятых годов, когда ты, Саша, служил в армии, почти по всей реке Амур шло сражение с китайцами, которые хотели незаконно проникнуть в русские земли. Сейчас китайцы на законном основании приезжают к нам как туристы и как гости. Никто не препятствует их приезду на работу и на жительство. Многие китайцы женятся и выходят замуж за местных. Таким образом, они становятся гражданами России. Когда я выхожу погулять по городу Благовещенск или иду на рынок, то у меня складывается такое впечатление, что я вышла из русского дома прямо сразу в китайский город. В городе Благовещенск сейчас китайской культуры больше, чем русской. Всюду по городу Благовещенск развешаны китайские рекламы. В магазинах и на рынке в подавляющем большинстве китайские товары. Местные жители научились говорить на китайском языке. Китайцы говорят на русском языке. Пока китайцы и русские отличаются друг от друга лишь внешностью. В остальном здесь все равные.

Создается такое впечатление, что китайцы постепенно завоевывают мирным путем русские территории. Может быть, все даже наоборот. Сейчас русские устремились на китайские территории. Из города Благовещенск в Китай можно свободно поехать автобусом, как в соседний город России. Сережа часто ездит по выходным дням в Китай. Там ширпотреб намного дешевле, чем в России. Фрукты, овощи и продукты питания имеются в огромном изобилии. Вполне возможно, что это хорошо, когда народы так свободно могут перемещаться из страны в страну в гости и по личным делам. Однако, лично меня, это настораживает и напоминает историю терских казаков. Когда терские казаки поселили на пустующих землях по берегам реки Терек, то там кроме осетин больше никто не жил. Иногда к терским казакам на рынок приезжали кочевники тавлины, которые меняли пушнину убитых зверей на продукты питания у терских казаков. В те годы, более триста лет тому назад, другие народы, населяющие Северный Кавказ жили в горах и на берегу Каспийского моря. Большинство этих народов были кочевниками. Оседлый образ жизни горцы не вели.

Примерно, сто лет спустя после того, как терские казаки освоили пустующие земли по берегам реки Терек и показали горским кочующим народам преимущество оседлой жизни. Вокруг терских казаков стали селиться кочующие горские народы. В основном, это были тавлины, кумыки и ногайцы. Терские казаки дружелюбно отнеслись к такому соседству. Так как тавлины, кумыки и ногайцы были скотоводами, а терские казаки хлеборобами, так у народов были взаимные интересы в обмене товарами. Частая связь между народами привела к тому, что между народами стали обмениваться в основном невестами и родниться друг с другом. В результате чего малочисленный народ талины прекратил свое существование. Тавлины просто растворились в гуще терских казаков и горских народов. В этом нет ничего плохого. Родство разных народов создает новый народ, который становиться более крепким и живет намного дольше других народов. Примером тому сами терские казаки, которые представляли народы России и Украины.

В эти времена в горах жили народы нохчий. В основном, это были чеченцы и ингуши. Воинственный народ, который совершал грабительские набеги на соседние народы. Чаще всего происходили стычки с терскими казаками, которые по своей натуре были независимыми и свободолюбивыми в отношении к другим народам. Терские казаки давали достойный отпор народам нохчий. Ни давали разбойникам грабить свои хутора. После почти двухсот лет грабительских набегов со стороны народов нохчий, терские казаки создали на рубеже терских земель свои оборонительные сооружения, которые прикрывались поселениями тавлинов, кумыков и ногайцев. В результате чего терские казаки значительно расширили свои земли и окрепли перед разбойными набегами со стороны кочевых народов нохчий.

В то время, как кочевые народы нохчий ослабли в отношении к терским казакам. Вскоре кочевники народов нохчий потеряли выход к возможным грабежам других народов. Так постепенно вокруг терских казаков появился двойной рубеж. Из мирных горских народов и воинствующих грабительских кочевых народов нохчий, которые постепенно стали переходить к оседлой жизни. Вокруг земель терских казаков и оседлых горских народов, появились поселения народов нохчий, которых впоследствии русские назвали ингушами и чеченцами. Ингуши стали пытаться вливаться в основном в осетинский народ(ирон и дигорон). В то время как сами чеченцы пытались влиться в другие многочисленные горские народы, которые селились рядом с терскими казаками, а также в Дагестане с другими народами.

Так постепенно сочетая мелкие набеги на своих соседей с мирной жизнью, народы нохчий расселились вокруг терских казаков. С приходом царской России на земли Северного Кавказа, царская власть, пытаясь ограничить свободу терских казаков, объявила об образовании на Северном Кавказе горского народа, в котором не были обозначены терские казаки, как отдельный народ. Позже советская власть, поддержала стратегию царизма против свободы терских казаков, объявили о создании Горской Автономной Советской Социалистической Республики со столицей в городе Владикавказ. В это общее автономное объединение вошли все народы Северного Кавказа под общим названием - горские народы, среди которых обратно не были выделены терские казаки, как единый, самостоятельный народ. Терские казаки искусственно растворялись в среде других народов. Царская власть и советская власть сделали все, чтобы ликвидировать терских казаков как новую нацию, народившуюся на реке Терек на рубеже Северного Кавказа.

Прошло почти сто лет после начала искусственной ликвидации терских казаков, как самостоятельного народа. На землях терский казаков образовались автономные республики ингушей и чеченцев, которые с начала перестройки в Советском Союзе в наглую объявили, что земли вокруг реки Терек исконно принадлежат народам нохчий. Особенно чеченцам, которые сейчас хотят окончательно отделиться от России и тем самым ликвидировать терских казаков, как самостоятельный народ. Даже сама великая держава Россия забыла, что пустующие земли Северного Кавказа открыли народам России прежде всего терские казаки, которые поселились на берегах реки Терек задолго до династии царствующей семьи Романовых. В связи с проходящими сейчас военными событиями на землях терских казаков, никто в прессе и на телевидении ни разу не вспомнил о наличии в Чечне терских казаков. Во всем мире забыли, что терские казаки всегда были на рубеже всех воин происходящих на Северном Кавказа. Когда терские казаки вели борьбу за свободу, как с горскими, воинственными народами нохчий, так и с фашистами времен второй мировой войны. Россия бессовестно забыла свой терский народ, как защитника России на южных рубежах Северного Кавказа. Именно поэтому с опаской отношусь к тому, что происходит на русских землях, граничащих с Китаем. Как бы мирное проникновение китайцев в русские земли не повторилось в истории России судьбой терских казаков. Когда в настоящие время, брошенные Россией на произвол судьбы, терские казаки вынуждены покидать исконные земли, по обоим берегам реки Терек и расселяться по всему миру, таким образом, попадая в зависимость местных народов.

Так моя тетя Дуся, которой давно за сто лет, младшая сестра моей мамы, вынуждена была оставить в городе Грозном свой старинный дом у стены военного госпиталя, с которого когда-то начиналась крепость "Грозная" и сам город Грозный. Тетя Дуся переехала жить в город Махачкала к своему правнуку, который, примерно, ровесник моего старшего сына. В город Гудермес тетя Дуся не могла поселиться, так как вокруг нашего Старого хутора по улице Дербентская ┼25 в городе Гудермес поселились чеченцы, большинство из которых враждебно относятся к терским казакам, род которых основал город Гудермес и многие терские станицы. Теперь тетя Дуся будет жить в Дагестане.

Думаю, что пока тебе достаточно моей не большой информации от коренной терской казачки, чтобы начать писать историю терских казаков. Хотя я не вижу смысла в том, чтобы писать истории о народе, которого никто не хочет признавать. Может быть, совершенно в другом виде кроится смысл нашей жизни? Тебе стоит написать книгу о смысле жизни вообще. Ты посмотри, как нас всех разбросала жизнь по всему миру. Причем, против нашей воли. Ведь мы могли спокойно жить на терских землях на территории Кавказа, а не скитаться по всему миру вдали от нашей Родины, которая фактически предала нас. Не захотела постоять за наше существование, как свободного терского народа, который делал все на благо русского народа, из которого терский народ сам вышел более триста лет тому назад.

Ну, ладно, Саша, оставим мы историческую и политическую темы. Перейдем к твоим стихам и литературным произведениям, которые ты прислал мне в своем письме. Редакции нескольких местных журналов и газет с огромным интересом отнеслись к твоим рукописям. Согласились опубликовать твои работы в своих газетах и журналах. Насчет гонораров мне ничего не сказали. Говорят, что гонорары зависят от тиража. Так что надеюсь, что тираж газет и журналов будет огромный, соответственно и гонорар за твои стихи будет увеличен. Но все равно, этими гонорарами не прикроешь ту брешь, которая образовалась с начала перестройки в Советском Союзе. Надо чтобы современная власть в России больше уделяла внимание своему народу, а не своей персоне. Тогда не нужно будет пытаться за счет гонораров своих детей повышать жизнеспособность дряхлеющим старикам. Нам бы пенсию повысили, хотя бы за то, что мы свои жизни положили на благо тем, кто находится сейчас у власти в России. Стариков просто бросили.

Теперь мне хочется написать тебе о нашем быте. Я имею в виду себя и Сережу, который не работает, а живет на пенсию по здоровью. После того, как Сережу бросили жена и дети, он вначале сильно переживал. У него были приступы. Я постоянно была рядом с ним. Боялась, что Сережа ударится головой тем местом, где у него нет кости черепа и мозг на голове имеет прикрытие лишь толщиной кожи. Целых два месяца я была рядом с моим сыном, который до конца моей жизни будет нуждаться в моем присмотре. Такая беспокойная судьба у одного из трех моих сынов. Сейчас приступы у Сережи прекратились. Мы с ним ходим за город в лес. Там в просеках сажаем картошку и овощи на свое пропитание. Наверно над нами люди смеются. Думают, что мы выжили из ума и лопатами выкапываем грибы, с которыми мы возвращаемся из лесу. Но мы с Сережей не обращаем внимания на хихикающих нам вослед людей. Мы просто хотим жить, а чтобы жить, нам надо питаться. На одну пенсию не прожить. Ладно, я сейчас устроилась в "Дом ветеранов", мне легче. Вот только Сережу в "Дом ветеранов" не принимают. Ведь он совсем молодой. Сергею нет сорока лет, а своей сединой он выглядит столетним стариком. Сергей постоянно воюет со смертью.

В то время как Сережа, будучи инвалидом, вкалывает, чтобы кормить себя и своих бессовестных детей, его брат близнец Юра не вылезает из тюрьмы. Больше половины своей жизни младший сын Юра провел в лагерях заключенных преступников. Причем за свою глупость. Первый раз попал за драку. Второй раз попал за то, что взял на себя преступление друга, у которого были проблемы в семье с женой и с детьми. Семья у друга все равно развалилась. Третий раз Юра сел за то, что в пьяном виде разбил витрину овощного ларька. Дальше моего сына Юру сажали за любой маломальский проступок, как злостного рецидивиста и преступника. Когда ему надоело сидеть, то он сбежал с таежного поселения, где ему оставалось отсидеть последний срок перед свободой всего один год. Мне ничего не было известно о побеге Юры с таежного поселения. Тогда я жила в Республике Таджикистан и не могла ему помочь.

Юрку искали целый год по тайге, так как от поселения в тайге Юра мог уйти только пешком. Транспорта на поселение нет. Все завозят вертолетами. До ближайшего гражданского поселения больше ста километров. В тайге Юрку не нашли. Думали, что его задрали хищники, которых полно в тайге. Однако Юрка выжил. Прошел всю тайгу пешком до первого гражданского поселения. Зиму пережил у какой-то одинокой женщины. Весной добрался до ближайшего транспорта и отправился в город Калугу к моей средней сестры Надежды Щепихиной. Там жил он не долго. Вскоре сам добровольно сдался правосудию или его кто-то сдал. Сейчас мой младший сынок обратно сидит где-то в лагере или на поселении. Я толком ничего не знаю. Писем от него давно не получала. Я ему нужна только тогда, когда ему требуются деньги или посылка от матери на зону. Думала, что мой сынок Юра образумится. Будет жить нормально, как все обычные люди, но видно я уже до самой смерти не увижу своих детей вместе. За границу к своему старшему сыну в Государство Израиль я не поеду. Это слишком дорого и слишком далеко. К тому же у меня возраст, которому нужен присмотр врачей. К младшему сыну поехать не могу, так как в лагеря к заключенным матерей не принимают. Придется свой век доживать вблизи среднего сына Сережи, который также как я нуждается в постоянном внимании. Вот так мы будем жить с Сережей рядом до тех пор, пока один из нас другого не похоронит. Кто из нас останется живым, тому будет тяжелее жить, чем всем окружающим его людям. Так как в наше время больной и старый человек ни кому не нужен. По возрасту я должна умереть первой, а по здоровью мне жалко Сережу. В случае начала приступов у него после моей смерти, за Сережей некому будет присмотреть. Ведь его фактически бросили все. Я не желаю никому смерти, но жизнь в муках, это тоже не жизнь. Уж лучше людям не рождаться, чем так жить, как мы сейчас живем. Постоянно в муках и в ожидании смерти, которая блуждает рядом с нами повсюду. Даже в мирное время.

Вот, пожалуй, все, что я хотела вам написать. Живите дружно. Научитесь друг друга понимать во всем.

Ваша мама и бабушка Мария. До свидания! Пишите чаще. Не забывайте нас." До глубины сердца мне было жалко свою маму и брата Сережу, которые остались вдали от меня и от всех других наших родственников с Северного Кавказа, общины терских казаков. Если бы чеченцы не развязали войну, то можно было бы вернуться к себе на Родину в Северный Кавказ по берегам реки Терек, откуда начался род казаков. У меня был хорошо устроен собственный бизнес, который мог устроить на работу и прокормить всю нашу многочисленную родню. В самый расцвет моего бизнеса в Республике Таджикистан, у меня на производстве работали больше десятка тысяч семей. Такого производства нет вообще в Государстве Израиль. Выходит, что я мог устроить на работу и прокормить не только своих ближайших родственников, но также своих многочисленных друзей на всем Северном Кавказе. Можно было расширять бизнес в разные направления в экономике Северного Кавказа. Война, развязанная чеченцами, перечеркнула разом все мои благородные намерения возвращения к себе на Родину в город Гудермес в Старый хутор, которого давно нет. Однако родственники жили компактно в одном месте и не хотели ни с кем воевать. Теперь в Государстве Израиль приходится фактически заново начинать всю свою жизнь с чистого листа бумаги. Обратно заново учиться не только языку иврит, то также обычным нормам жизни, которые приняты в Государстве Израиль. Даже работу приходится осваивать другую с необычными правилами труда при минимальной оплате за отработанное время, а не за нормы выполненной работы. Здесь даже квалификация не играет никакой роли. Можешь выполнять работу, тебя принимают на работу. Не можешь выполнять работу, тебя тут же выгонят с работы.