# Свадьба в имении "Рагули".(S)

Александр Сергеевич Черевков

Блаженство жизни краше в любви семейной нашей.

Свадьба в имении "Рагули".(S)


После того, как мы выехали из опасной зоны Кавказа, нам некуда было спешить. Коляски медленно передвигались по дороге. Люди и лошади отдыхали при любом удобном случае. Будь то дождь, город, большой населенный пункт или просто хорошая природа в пути, на которой можно было устроить пикник и отпустить на выпас лошадей. При этом молодые супружеские пары уединялись, чтобы заняться любовью. Мы словно желали наверстать, упущенное нами в любви, за годы холостяцкой жизни. От страстной половой любви у нас даже тени появились под глазами. Будто бы мы занимались не любовью, а тяжелой физической работой, от которой круги у глаз. Поэтому, постепенно, мы сократили свою страсть и больше стали отдыхать при любом удобном случае.

За время нашего пути я узнала, что Ермиловы дворяне. У них тоже большая семья. Двое мальчиков и три дочки. Отец отставной генерал. Сейчас с матерью живет в своем имении под Смоленском. Все дети имеют свои семьи. Живут в разных городах России. Оба парня пошли в отца, стали офицерами служить в армии. Игнат после тяжелого ранения подал в отставку и собирается с Валентиной жить в Петербурге. Там у Ермиловых есть свой хороший дом. Игнату предложили дипломатическую службу. Возможно, что оба уедут жить и работать за границу. Возможно, это будет Париж, так как Игнат и Валентина хорошо знают французский язык. Но пока это только предположения. Может быть, что Игнат будет работать не выездным дипломатом, а в столице России.

Из разговора я узнала, что у нас с Федором, кроме красивого дома, есть мастерские золотых кузнецов и ювелиров, которые делают различные украшения, это, к примеру, такие, как нам с Федором сделали к свадьбе. Есть ювелирный магазин и швейная мастерская, та самая, в которой заведует Стешка Замоткина. Но главная цель Федора на будущее, это создать школу словесности детям различных сословий. Чтобы все желающие дети могли изучать различные языки мира, а так же разные предметы школьного образования и искусство. Я тоже найду себе работу по душе...

- Мария! Настало время, когда надо раскрыть наши секреты. - как бы случайно, сказал мне, Федор.

- Это что за тайны у вас от нас имеются? - лукаво, поинтересовался Игнат. - Ну, быстрее говорите!

- Какая, тут, тайна. - ответила я. - Мне давно все известно, что мой размер на шитье платьев Федору дала Марфа Аксенова. Вот у меня, действительно, была великая тайна. Я ухитрилась голяком купаться в реке Упа. Меня увидели деревенские парни. Приняли за русалку с белыми волосами. Ксения упала в обморок...

Я долго с юмором рассказывала о том, что приключилось со мной и с Ксенией на речке. Как Ксения падала в обморок на голого парня, а затем теряла сознание при виде меня. Игнат, Валентина и Федор смеялись от души. Просто катались от смеха по коляске и раскачивали ее в разные стороны. Чуть не перевернули коляску. Кучеру пришлось сбавить движение коляски на равновесие.

- Ты, ты была права тогда. - вытирая слезы от смеха, сказал Федор. - Если бы я услышал эту историю до свадьбы, то мог бы подумать, что парни из деревни использовали тебя. Но так как у нас была брачная ночь и ты мне досталась девственницей, то мне это просто смешно слушать. Я представляю, какое было состояние с разумом парней, когда они увидели тебя совсем голую. Наверно, они совсем потеряли свой рассудок от страсти к русалки с обликом красивой девушки?

Мы потешались над этой историей, припоминая другие забавные истории в нашей жизни. Так весело закончилось наше десятидневное путешествие из Владикавказа до Тулы. Распрощавшись с попутчиками, мы направились в имение "Рагули". Хотелось всем в русскую баньку с хорошим березовым веничком, выпарить с нас дорожную грязь и усталость. Затем дома заняться любовью и семейной жизнью. Наверно без свадьбы в имении не обойдется? Имение "Рагули" и город Тула должны знать, что в Тульской губернии появились сразу две молодые семьи.

- Мои миленькие! Мои родненькие, господа! - запричитала Прасковья, при виде нас. - Как я за вами соскучилась. Сейчас я устрою хорошую баньку. Накормлю всех с дороги. Напою свежим кваском...

Павел Степанович, когда сошел с коляски, распорядился накрыть имеющиеся в имении столы в саду. Пригласить к ужину, всех своих слуг в имении и работников из города. Слуги засуетились. Тем временем, впереди был почти целый день. Имение наполнилось жизнью новых молодых семей. Господа и слуги были заняты своими делами. Молодые пары мылись в баньке. Слуги устроили большую стирку. Кормили и чистили лошадей. Ремонтировали наши коляски, пострадавшие от длительного путешествия. Кухня издавала ароматы блюд. До меня доходили знакомые запахи кавказской кухни. Папа с мамой, хозяйничали. Приготавливали различные национальные блюда.

К вечеру, фактически, весь фруктовый сад был полон людей. Слуги, рабочие и господа были наряжены по-праздничному. У всех было торжественное настроение. Столы накрыты разными угощениями и напитками. На столах и на деревьях, установлены керосиновые лампы и красные праздничные фонари. Погода на дворе прекрасная. Нет ни малейшего ветерка, ни одной тучки. Небо звездное. Словно Господь Бог заказал нам этот праздник, который мы все должны запомнить навсегда. Свадьбы на Руси любят отмечать также шумно, как у нас на Северном Кавказе.

- Всю дорогу к дому, я думал, - начал говорить Павел Степанович, когда все сели за огромный стол. - Как нам отметить вместе утрату и торжество семьи? Собрать друзей-господ и закатить пир на весь крещеный мир? Может быть, мне собрать лишь близких нам людей? После долгих колебаний, я выбрал второй вариант. Ведь все вы, здесь собравшиеся, родные мне люди. Благодаря вашему труду и терпению процветает моя фамилия. Такие, как Савелий и Устин, готовы положить свои жизни на плаху судьбы за сохранение моей семьи. Я поднимаю этот бокал вина за тех, кто отдал свою жизнь за нас и не может уже присутствовать за этим столом. Пусть земля им будет пухом. Их имена не сотрутся в нашей памяти. Я уважаю смелых людей, не зависимо от их сословия. Благодаря таким людям, крепко стоить наша Россия. Почтим их минутой молчания.

Все встали из-за столов и наклонили головы в память о умерших. Кругом наступила такая тишина, что даже любопытные собаки, разинув пасти, растерянно смотрели на стоящую за столами группу людей. Фруктовый сад наполнился тревожной тишиной в память о погибших людях.

- Давайте выпьем бокалы вина за усопших и продолжим наш праздник. - напомнил Павел Степанович, после минуты молчания. - У нас сегодня торжественный день. Мой сын Федор и дочка Валентина создали свои семьи. Теперь у нас есть еще один сын Игнат, это муж Валентины. Также появилась еще одна дочь Мария, это жена Федора. Давайте мы поздравим их с любовью. Пускай у наших детей семьи всегда будут счастливы. Пускай наши дети нарожают нам много внуков.

Присутствующие стали поздравлять нас и кричать "Горько!". Выходит, что наши свадьбы продолжились от Старого хутора до имения "Рагули", протяженностью полтары тысячи километров. Мы вновь целовались перед нашими гостями, как в первый день свадьбы и принимали поздравления от присутствующих в саду. После скорби по усопшим наступила радость жизни новых семей.

- Мы не умеем говорить красивых слов. - обратился к нам мастер-ювелир. - Наши работы говорят за нас. Пускай этот подарок всегда напоминает вам о нашей любви к хорошим людям. Будьте счастливы, господа!

Старик протянул мне большую шкатулку, которая напоминала мне маленькую шкатулку с кольцами. Я открыла шкатулку. На дне шкатулки на золотых цепях лежали двое карманных часов. На крышке одних часов гравировка с видом Тулы и местной церковью. На другой крышке часов гравировка с видом Владикавказа и церковью, в которой мы венчались. Изображения городов настолько точны, что не обязательно читать внизу гравировки названия городов. Тот, кто знает эти места, сразу может узнать по гравировкам города. Только вот, откуда мастера за тысячу километров знали о Владикавказе и его церкови? Фотографии тогда были большой редкостью. Может быть, это кто-то из мастеров был в тех местах или видели картину Владикавказа, которую привез им Федор? Мне неудобно было спрашивать за столом и после свадьбы. Красоту видеть всегда приятно.

Я открыла крышку часов. Мой слух наполнился прекрасной музыкой. Внутренняя часть крышки часов имела блеск зеркального отражения. На циферблате каллиграфическая надпись "Графу Федору Лебедеву и графине Марии Лебедевой в день их венчания. От мастеров дел золотых Тульской губернии. 18 июля 1887 года." На циферблате вторых часов тоже такая же надпись. Я была поражена красотой работы. Но больше всего меня удивило то, что откуда мастера могли знать точную дату нашего венчания в церкви Владикавказа? Ведь никто из этих мастеров с нами не был там, да и дату не мог знать. Вообще удивительно то, что так быстро все было сделано.

Я подошла к старику, поднесшему нам в подарок часы, поцеловала его в щеку. Старик растрогался и с дрожащим от слез лицом отправился в другой конец стола, на место отведенное ему Прасковьей. Там он что-то сказал своим друзьям и те стали его утешать, как маленького дитя, поглаживая седую голову старика своими мозолистыми руками. Старик только постоянно кланялся всем присутствующим за большим столом. Когда торжественная часть нашего застолья подошла к концу, Павел Степанович сослался на свою усталость. Сказал, что пойдет спать. Распорядился, чтобы кучера развезли всех по домам. Мы с Федором тоже отправились спать в ту самую комнату, которую мне выделили с гардеробом. Мы оба, действительно, так сильно устали за прошедшие дни, что едва добравшись до постели, тут же крепко уснули. Я даже не чувствовала, как сонная рука Федора трогала мои груди. От усталости мне было не до половой связи с моим законным мужем.