# Трупное мумиё

Александр Сергеевич Черевков

Трупное мумиё.

Когда десять человек не ночуют в базовом лагере, то вполне понятно, что всем остальным не до сна. Целую ночь мы по очереди выходили из палаток и смотрели в ту сторону, куда ушли вчера с утра наши коллеги по экспедиции.

Мы думали, что кто-нибудь из них догадается хотя бы зажечь факел, чтобы огнём в ночи обнаружить своё присутствие в расщелине между гор.

Но, никто факел не зажёг и признаков жизни в той стороне из расщелины между скал мы не слышали. Мы так промаялись почти без сна до самого утра.

- С собой берём рацию, медикаменты, оружие, пищу и личное снаряжение. - распорядился Сафронов Виталий. - Все остальное укладываем под ледник. Края ледника обрушим, чтобы никто ничего у нас не стащил.

- Кто у нас стащит? - удивленно, сказал егерь Кочеров Равиль. - Здесь никогда не ступала нога человека.

- Если ни человек, то хищник из-за запаха пищи может все порвать. - пояснил Сафронов Виталий. - Наконец после дождя поток воды может стащить наше снаряжение. Куски люда никто не осилит. Так что рушим лёд.

Мы спрятали все своё запасное снаряжение под карниз нависшей льдины. Затем все десятеро встали на край карниза льдины и разом обрушили огромный кусок льдины, о чём тут же пожалели. Так как льдина оказалась настолько огромной, что теперь придется нам долбить льдину ледорубом на куски, чтобы добраться до нашего запасного снаряжения. Однако сейчас нам было не до снаряжения под льдиной. Надо нам искать своих коллег.

Сафронов Виталий, в который раз попробовал связаться по рации со второй группой. Но обратно связь не получилась. Связь с "большой землёй" у нас будет только завтра во второй половине дня. Так что сегодня у нас нет никакой связи ни с кем. Придется во всем рассчитывать только на самих себя.

Опыт в горах у нас почти у всех одинаковый. Так как среди нас все своей жизнью и профессией были тесно связаны с горами.

Как в ежедневных поисках сырья мумие, так же сегодня мы выстроились в таком порядке, что в центре идут геологи, а по краям в окружении егеря с оружием наготове. Так удобно двигаться не только в целях безопасности, а также в целях прохождения сложного пути по снежным насыпям выше зелёной поляны.

Дело в том, что у егерей снаряжение легче, чем у геологов. Поэтому геологам легче передвигаться по тропе, протоптанной в снегу егерями. Так скорость продвижения намного быстрее, чем идти прямо по снегу.

- Странно?! Куда они могли деться? - вопросительно, сказал Сафронов Виталий, когда мы фактически упёрлись в скалу, где оборвались следы второй группы. - Можно подумать, что они прошли сквозь стену.

- Сим-сим откройся! Меня не бойся. Твой хозяин и слуга. - сказал, шутя егерь Бектаев Исмаил слова Али бабы из сказки "Али баба и сорок разбойников". - Сим-сим не открывается. Нам надо, искать другой вход.

- Ты ни к месту шутишь. - с тревогой в голосе, сказал Сафронов. - Лучше подумай, где группа?

- Вы разве не чувствуете запах мумиё? - сказал, принюхиваясь к специфическому запаху.

- Александр прав. - согласился со мной, егерь Асланов. - Здесь действительно есть запах мумиё.

- Если есть запах мумие, то отсюда можно сделать вывод, что тут где-то есть вход, куда прошла вторая группа. - выдвинул своё предположение геолог Евсюков. - Нам надо искать само мумиё.

- Прежде чем искать источник сырья мумиё, нам надо надеть марлевые повязки и приготовить противогазы. - распорядился Сафронов Виталий. - В закрытом пространстве запах мумиё может усыпить наш разум.

Вся группа тут же достали из своих рюкзаков сумки с противогазами и повесили себе на плече, ближе к руке. Затем достали по одной упаковки марлевых повязок на лицо. Как только группа стала готова к передвижению.

Так мы сразу разошлись по парно вдоль огромной стены. В поисках возможного в хода в то пространство, в котором находилось сырье мумие. Ведь действительно не просочилась группа сквозь стену.

- Нашли! Нашли! - закричал геолог Глисак. - Есть проход в пещеру, откуда идёт запах мумиё.

Мы сразу пошли в том направлении, где стояли геолог Глисак Сергей и егерь Макеев Илья. Там действительно была щель между скалами шириной больше двери, а высотой в десятиэтажное здание.

Снизу и даже сбоку такую огромную щель не было видно. Так как щель была буквой "Г" и прикрывала вход в пещеру со всех сторон. Можно было подумать, что природа специально спрятало своё богатство от людских глаз.

- На всякий случай приготовьте оружие и фонарики. - обратился Сафронов ко всей нашей группе.

Мы обратно встали по парам, перед входом в таинственную пещеру. Первый пошёл егерь Лазарев Пётр с ружьём наготове. Следом за егерем прошел с фонариком Сафронов Виталий. За егерем Макеевым Ильёй прошел.

Когда мы все оказались в пещере, то поняли, что пока нам оружие не нужно и фонарики тоже не пригодятся.

Перед нами был огромный зал пещеры размером с огромный амфитеатр. Сверху с право от нас была огромная щель, сквозь которую пробивались солнечные лучи. Отчего в пещере было светло, как в освещённом зале. С левой стороны из огромной скалы просачивалось сырье мумие необработанного человеком.

Рядом с источником сырья мумие было огромное чёрное озеро темно-коричневого сырья мумиё, которое было похоже на фруктовое желе. Только со специфическим запахом, но с тёплым испарением только что сваренного фруктово-ягодного киселя. Прямо хоть вытаскивай ложку и лопай до самого объедения.

- Если получим документ на право пользования богатством, то мы миллиардеры. - сказал Евсюков Иван.

- Нам вначале надо найти первооткрывателей. - придя в себя от увиденного, сказал Сафронов Виталий.

- Они сидят где-то здесь. - сказал Макеев Илья. - Все никак не могут прийти в себя от богатства.

- Вы знаете, однажды был в такой пещере, где не было звука. - с тревогой в голосе, сказал. - С той пещеры далеко ни все вышли живыми. Опасаюсь за вашу и за свою жизнь. Нам надо уходить отсюда...

- То, что тут действительно почти нет звука. - сказал, а точнее подумал, Макеев Илья. - Так это все зависит от плотности сырья мумие, которое поглощает звук речи. Но в этом нет никакой опасности нашей жизни...

Макеев ещё о чём-то размышлял или говорил. Но уже не следил за его речью или размышлением, в определении чего окончательно запутался. Сейчас в моей голове было столько много собственных размышлений, что никак не мог определиться в данной ситуации не только с местом своего нахождения, а также с размышлением о том, что произошло за сутки после того как из нашего вида исчезла вторая группа.

Насчет того, что не было у нас связи с ними, тут все понятно. Просто отсюда нет никаких источников общения с внешним миром. Хорошо, что над нами имеется хотя бы источник притока кислорода из атмосферы. Иначе мы уже были бы трупами при входе в замкнутое пространство данной пещеры.

Где господствует источник сырья мумие до конца неизученного человеком. Никто до сих пор не знает, откуда появляется биологическое сырье темно-коричневого цвета с непонятным специфическим запахом и загадочным свойством. Сейчас загадка совсем в другом. Куда могла деться группа в десять человек? Словно растворились.

- Может быть, они растворились в этой смоле? - проявил своё размышление Макеев Илья, словно прочитал мои мысли. - Посмотрите на куски, которые торчат из смолы. Там кости разных животных или даже людей.

Обратил внимание на то место, которое указал Макеев. Там действительно были кости животных и возможно даже людей. Но не нужно было быть специалистом по биологии или по анатомии, чтобы визуально определить, что возраст этих почти окаменевших костей исчисляется многими столетиями.

Давно известно, что к источникам смолы мумиё приходят люди и животные, чтобы исцелиться от различных недугов. Вполне возможно, что ни всем приходилось излечиться. Некоторые умирали прямо рядом с целебными источниками смолы мумиё. Затем истлевшие скелеты с годами покрывались источниками едкой смолы мумие и сами превращались в целебную смолу.

- Этим останкам скелетов людей и животных много столетий. - подсказал своим коллегам. - Нам надо искать живыми своих коллег. Может быть, наши коллеги где-то рядом вполне живые и ждут нашей помощи.

- Александр прав. - согласился с моими выводами Сафронов. - Нам надо искать наших коллег.

Мы стали осторожно обходить чёрное озеро с древними останками скелетов животных и людей. Древняя тропинка вокруг смолянистого озера, протоптанная за многие столетия или даже тысячелетия, уводила нас в глубину гигантской пещеры, которой не было видно конца и края.

В некоторых местах нам приходилось обходить по тропинке огромные черные столбы, которые образовались из сталактитов и сталагмитов выросших, а затем окаменевших из черных потоков сырья мумиё. Здесь всюду было присутствие смолы мумие, а также тех людей и животных, которые приходили сюда лечиться или найти свою смерть.

- Не ходите туда. Там золото и смерть. - вдруг, услышал знакомый голос или почувствовал мышление.

Повернулся в сторону исходящего звука или разума и остолбенел от того, что увидел перед собой. В луже собственной крови лежал Турдыев Махмуд. Из его груди торчал кусок чёрного камня, на который видимо, наткнулся Турдыев во время своего бегства от какой-то опасности. В руках у него был жёлтый кусок какой-то пароды. Даже при первом взгляде можно было догадаться, что это был кусок золота.

Мы никак не могли помочь Турдыеву Махмуду. Видимо у него хватило сил только дождаться нас. Прямо перед нашими глазами тело Турдыева обмякло, а из разжатой ладони в чёрную смолу упал кусок золота.

Нам ничего не оставалось, как только убедиться в том, что Турдыев Махмуд мёртв. Мы ни стали беспокоить труп Махмуда.

Теперь никто и ни что не испугает нашего коллегу, который в скором будущем пополнит коллекцию костей животных и людей, находящихся в этом несметном богатстве чёрного озера.

- Нам надо быть предельно осторожным, чтобы не наткнуться на острые камни, как это случилось с Турдыевым Махмудов. - предупредил нас Сафронов Виталий. - Мы должны найти людей, оставшихся в живых.

Не успели мы пройти десятка метров от трупа Махмуда, как в чёрной каше смолы мумие увидели следующий свежий труп, лицо которого находилось в чёрной смоле, но по охотничьему ружью рядом с трупом можно было определить, что это был один из егерей.

Так как на трупе не было никаких признаков насилия, то можно было лишь догадываться, что егерь поскользнулся и упал в чёрную кашу смолы мумиё, откуда больше не смог подняться. Рядом с трупом егеря в смоле также поблёскивал жёлтый кусок пароды.

- Не понятно, что тут произошло. - поразмыслил вслух о том, что мы увидели. - Но если мы обнаружим ещё один труп, то нам дальше следовать весьма опасно. Турдыев перед смертью отчётливо сказал, что нам нельзя ходить туда, так как там золото и смерть. Может быть, нам лучше повернуть обратно?

- Пока нам здесь ничто не угрожает, то надо пройти ещё хотя бы немного. - сказал Сафронов.

Однако далеко нам идти не пришлось. За первым же поворотом тропы вокруг чёрного участка обрушенной скалы мы увидали несколько кусков жёлтой пароды и рядом с ними три трупа наших коллег.

Тут мы все сразу сообразили, что дальше идти бесполезно. Нас ждут очередные трупы наших коллег, а также жёлтые куски скальной пароды, которая принесла непонятную смерть нашим коллегам. Надо было уходить отсюда.

Не успели мы повернуться в обратную сторону, как вдруг в нашу сторону пошло какое-то колебание. Буквально инстинктивно в одно мгновение напялил себе на голову противогаз и повернулся спиной к волне, ударившей меня в спину. Волна прокатилась из глубины пещеры в сторону выхода и тут же стихла. Посмотрел себе под ноги и увидел рядом с собой тела своих коллег.

У меня не было ни секунды на размышление. Как мог быстро, стал натягивать на головы лежащим их противогазы. Затем стал пытаться привести коллег в сознание. Видимо ни все успели надышаться ядовитого газа.

Несколько человек стали откашливаться. Кто пытался сорвать с себя противогазы, тех буквально бил ладонью по щекам, чтобы они пришли в себя и поняли, что без противогазов их ждёт смерть.

Из десяти человек нас осталось лишь половина. Остальным моя помощь больше не пригодиться. Уцелевшим надо было спасаться из пещеры смертей. Стал вытаскивать парней, оставшихся живыми в сторону выхода из опасной пещеры. Большинство из них были в шоке и никак не могли сообразить, как поступать дальше.

Поэтому каждому давал встряску и толкал впереди себя до того места где можно было разобраться с нашим продвижением к выходу из пещеры.

Едва только мы наконец-то стали соображать, что к чему, как вдруг под нашими ногами все задрожало. Началось самое настоящее землетрясение, которое в Таджикистане бывает на много чаще, чем снег зимой. Мы, тут же не сговариваясь, кинулись бежать в сторону выхода. Но когда на наши головы сверху посыпались камни, то мы сообразили, что бежать по тропе опасно для жизни.

Мы прижались к скале внутри пещеры. Стали ждать, когда наконец-то прекратиться землетрясение, которое длилось минут пятнадцать.

Когда землетрясение прекратилось, так мы сразу поняли, что заживо попали в ловушку. В том месте, где был выход из пещеры, образовалась огромная груда камней в несколько тон. Разобрать такой завал нам было не под силу. Оставалось вспомнить свои способности лазить по горам.

Хорошо, что на нас было альпийское снаряжение, с которым можно было забраться даже на отвесную стену.

Нам надо было спешить. Так как в любой момент мог быть выброс ядовитого газа или могло новое землетрясение завалить нас.

После того, как все стихло вокруг нас, мы поняли, что нас стало ещё на одного человека меньше. Недалеко от нас под куском скалы лежал Асланов Шамиль. В живых остались Сафронов Виталий, Черевков Александр, Евсюков Иван и Барщук Степан. Все наши егеря погибли. С риском к своей жизни прошёлся почти до конца опасного места.

Собрал четыре охотничьих ружья и патронташи с боевыми патронами. Затем прошел ещё раз за скобами и карабинами.

Пока геологи готовили через завал в скале страховку к нашему выходу, на свой страх и риск ходил по пещере и собирал в одну кучу то, что может пригодиться живым в длительном походе к дому.

Теперь мы уже точно не могли наладить связь с "большой землёй", так как у нас не осталось целыми ни одного источника связи. Хорошо, что у каждого были фонарики, это могло нам пригодиться к выходу из пещеры. Так как до наступления ночи осталось часа четыре, а мы ещё в пещере.

Благодаря своему опыту в горах, а также своей сноровки, мы выбрались на вершину скалы к наступлению ночи.

За это время гора трижды отрыгивала свой ядовитый газ, но мы постоянно были в противогазах и кроме того находились далеко от источника ядовитого газа.

До выхода из пещеры несколько раз было небольшое землетрясение, но это никак не повлияло на нашу страховку в скале, по которой мы выбрались наружу.

Однако не очень были рады своему спасению. Так как за пределами пещеры начался проливной дождь, который поливал буквально всю ночь. Мы беспокоились, что умрём от сильного переохлаждения.

Бог был немного милостив к нам. Пока мы сидели всю ночь под проливным дождём, в это время сошёл селевой поток с гор. Завалило снегом, щебнем и камнями все вокруг. В том числе и пещеру под нами почти наполовину. Из всего селевого потока торчала лишь одна скала с нами на её вершине.

Зато утро было такое солнечное, что от нас шёл пар. Мы так сильно распарились, что ели сдерживались, чтобы не раздеться.

Вот только на спуске с острия скалы нас обратно постигла беда. Когда во время сцепки страховки Барщук Степан передёргивал карабин на другую скобу, из щели в скале выскочил металлический костыль с кольцом.

Страховка не выдержала тяжести Степана вместе с его снаряжением. Барщук упал головой вниз прямо на камни у наших ног. Голова буквально раскололась на куски. Барщук Степан умер.

Если так можно сказать об умершем, то повезло одному Степану. Из семнадцати погибших коллег был похоронен по-человечески один только он. Мы разрыли в куче селевого патока яму глубиной по пояс. Завернули тело Барщук Степана в разные одежды из его снаряжения. Положили труп Степана в вырытую ямку.

Засыпали ямку щебнем и обложили кусками скальной пароды, чтобы хищники по запаху не раскопали труп Степана. Помолились, как могли над могилой Степана и спустились вниз.

В низу нас ждала новая неудача. Во время сильного дождя и селевого потока, то место где мы спрятали под ледник своё снаряжение, все буквально сравнялось в один селевой поток. Даже зелёной полянки не осталось, по которой можно было определить расположение нашего запасного снаряжения под куском ледника.

У нас была небольшая надежда на то, что в снаряжении под льдиной осталась запасная рация и запасные батарейки к возможной связи с "большой землёй". Теперь у нас вообще не было никакой надежды на связь.

- У нас осталось много пищи, чтобы нажраться перед смертью. - по-чёрному пошутил Сафронов Виталий. - Осталось много оружия, чтобы застрелиться, а также осталось много верёвок, чтобы повесится на скале.

- Нам нельзя никак унывать. - решительно, заявил. - Мне в горах приходилось бывать в разных ситуациях. Однако каждый раз выходил из самых страшных ситуаций в горах. Домой всегда возвращался целым и невредимым.

- Ты и в этот раз вернёшься домой живым. - с грустью, сказал Евсюков Иван. - Лишь мы останемся лежать мёртвыми в горах.

- Брось ты болтать всякую чушь. - разозлился не на шутку. - Нам больше ничего не угрожает. Мы находимся вдали от опасности. Нам осталось только спуститься до ближайшего населённого пункта или дождаться в пути, когда нас отыщет вертолёт. Ведь мы уже три дня без связи. Нас наверняка давно ищут...

Евсюков Иван больше ни стал слушать меня, поднял своё снаряжение и направился вниз к горной реке, где нам можно было найти дрова на костёр и высушить своё белье. Ведь мы фактически сутки мокрые с головы до ног и ничего горячего ни ели.

Надо где-то развести костёр. Просушить мокрое белье и покушать чего-нибудь горячего, что можно разогреть в воде над костром. У нас много полуфабрикатов супового набора.

Мы половину дня прошли вдоль горной реки, но ничего не нашли, чтобы разжечь костёр. У нас больше не было ни каких сил тащить на себе всю тяжесть, которую мы подняли из смертоносной пещеры.

Евсюков Иван так сильно стал сдавать, что через каждый пройдённый километр что-то выбрасывал из своего снаряжения. Когда мы поняли, что без отдыха Евсюков не дотянет до костра, мы решили заночевать.

Вся наша ночёвка состояла в том, что мы нахлобучили на свою мокрую одежду все то, что было у нас в рюкзаках и в таком обряде сели в середине зеленой поляне на свои рюкзаки спинами друг к другу, чтобы хоть так поддержать друг друга в ночлеге до утра. Дальше можно было найти в долине какие-то старинные развалины. Там всегда можно найти дерево для костра, который нас высушит и накормит горячей пищей.

Когда перед рассветом встал со своего рюкзака, чтобы размять свои отёкшие от позы ноги, то сразу понял, что нас стало на одного человека меньше. Евсюков Иван просто съехал после того, как перестал быть ему опорой. Потрогал его лицо рукой. Евсюков был холодный, как кусок льдины. Ничто в его теле не напоминало недавно живое тело человека. Парню было всего тридцать лет от его рождения.

Сафронов словно заранее знал, что ночью умрёт Иван. Когда проснулся Сафронов Виталий и увидел, что Евсюков мёртвый, он просто стал долбить землю ледорубом рядом с трупом. Когда яма была настолько глубока, чтобы можно было похоронить труп, то Сафронов просто столкнул труп Евсюкова Ивана вместе со снаряжением и закидал его землёй.

Не принимал никакого участия в похоронах Евсюкова Ивана. Просто стоял и смотрел, как его похоронит Сафронов Виталий. До меня никак не могло дойти состояние души и тела Сафронова Мне хотелось понять какой сейчас Виталий. Сошёл с ума после гибели отряда или вполне нормальный.

- Ну, чего ты стоишь, как истукан? - как ни в чём не бывало, спросил меня Сафронов Виталий. - Пойдём искать дрова, чтобы высушиться и поесть горячего. Иначе тебе придется утром похоронить меня от холода.

Ничего ни стал говорить Сафронову Виталию. Просто поднял своё снаряжение и пошёл следом за ним в поисках дерева на растопку костра. Ведь не может быть такого, чтобы вся долина была без единого куска древесины или хотя бы сухого кустика, с которого можно разжечь себе костёр. Если мы сегодня не обсушимся и не обогреемся, то на утро может быть два трупа. Нас некому будет хоронить.

После того, как мы выбрались из заваленной пещеры с несметным богатством сырья мумие и кусками породы золота, а также с трупами наших коллег по экспедиции. Внизу долины и где-то в горах были слышны взрывы снарядов и треск пулемётных очередей. Иногда в воздухе далеко от нас появлялся военный вертолёт, который наносил ракетные и пулемётные очереди по горным вершинам и расщелинам в скалах.

Отсюда можно было сделать вывод, что хрупкое перемирие в горах закончилось. Гражданская война в Таджикистане продолжилась. Сейчас в эту бойню втянуты русские солдаты. О нас все забыли. Никому нет никакого дела до нас. Жизнь человека потеряла свою цену. Больше интереса у всех к военным событиям.

Почти в конце дня мы добрались до каких-то старинных развалин, где когда-то жили люди, а сейчас были лишь полусгнившие старые стены каменного сооружения и какие-то признаки бывшей крыши сгнившего дома. Мы с большим трудом содрали с бывшей крыши несколько досок почти сгнившей крыши.

Из своих документов по экспедиции, а также из нескольких рубах входивших в комплект специальной одежды, мы разожгли небольшой костёр, на котором просушили гнилые доски с бывшей крыши и затем раскололи сухие доски на костёр.

Почти к ночи наконец-то разожгли настоящий костёр, на котором высушили своё мокрое белье и подогрели из полуфабрикатов суп в котелке. Впервые за трое суток мы по-настоящему наелись.

- Теперь нам и помереть не грех на сытый желудок. - по-чёрному, обратно, пошутил Сафронов.

Ничего ни стал говорить Сафронову Виталию на его чёрный юмор. Просто хорошо погрелся у костра и вскоре стал готовиться ко сну. У нас утром обратно длинная дорога до места жительства обычных людей. Надо хорошо отдохнуть и хорошо выспаться, чтобы завтра двигаться вниз долины. Нам теперь ничто не может угрожать.

Мы сытые и сухие. В рюкзаках продуктов полуфабрикатов столько много, что хватит на месяц нашего путешествия. Лишь бы нас по ошибке не обстреляли с вертолёта или вооружённые банды. Ведь мы сейчас с воздуха и с гор у всех без исключения, просто движущиеся мишени, которые надо поражать.

Как только утром первый лучик солнца стал щекотать мое лицо, сразу открыл глаза, чтобы осмотреться вокруг себя. В сухом углу старинных развалин, где мы вчера развели костёр, что-бы высушится и приготовить тёплое место к ночлегу, лежал рюкзак со снаряжением Сафронова Виталия.

Самого хозяина снаряжений рядом не было. Наверно пошёл отлить где-то за углом или по нужде побежал оправляться в кусты. Мне ужас как захотелось пить. Хорошо, что рядом со старинными развалинами был небольшой родник, из которого когда-то люди пили живительную влагу. Затем люди отсюда ушли по неизвестной никому причине. Может быть, здесь была война ещё во времена Тамерлана или какая-то болезнь скосила людей. Остались только развалины от места жительства обычных людей.

По огромным каменным стенам можно было определить, что здесь были не просто кибитки бедных дехкан (крестьян), а стояли целые хоромы зажиточных людей. Причём по нескольким развалинам на большой площади легко было представить, что здесь жили не меньше тысячи человек. По тем временам это почти ханство местного значения со всеми условиями жизни.

После того, как досыта напился родниковой воды, обратно вернулся к месту нашего ночлега. Наши снаряжения лежали на месте, но Сафронова Виталия рядом не было. Вытащил наши снаряжения из развалин на лужайку, чтобы погреться вместе со снаряжениями на солнце, которое выбралось из-за гор и грело землю так сильно, что сочная трава чуть ли не перед моими гла-зами быстро тянулась из земли к солнцу.

Прошло примерно около часа времени после того как проснулся. Сафронова все также не было видно рядом с развалинами.

Куда он запропастился совсем не понятно. Может быть, нашёл что-то среди старинных развалин и капается в своей находке. Надо поискать Виталия и напомнить ему, что мы сейчас не на прогулке, а в пути к своему дому.

Пока погода хорошая надо двигаться быстрее. Здесь в открытом пространстве огромной долины нет пещер или каких-то мест пригодных к укрытию от дождя.

Рядом со мной на площади, примерно, двух километров больше десятка старинных развалин. Где тут искать Сафронова Виталия? Надо бы покричать, но горло так сильно воспалилось от чего-то, что даже трудно дышать, а не то, чтобы кричать. Придется заглядывать в каждую развалину. Возможно он где-то рядом. Нашёл он время, когда лазить по развалинам.

Здесь давно до нас все перекопано искателями клада и приключений. Как кроты все перерыли. Наверно кому-то повезло. Нашли клад и стали богатыми, а мы в пещере даже кусочка золота не прихватили с собой. Так как жизнь нам была дороже золота. Хорошо, что, хотя бы мы двое уцелели. Иначе бы никто не смог бы узнать о месте захоронения почти двух десятков человек.

Мои исследования нескольких старинных развалин, не привели ни к какому результату поиска своего коллеги по экспедиции.

Когда подошел к развалинам с брёвнами от сгнившей крыши, то сразу понял, что остался в живых один из целого отряда поисковиков сырья мумие. Прямо с улицы было видно, что через полусгнившее бревно бывшей крыши перекинута страховочная верёвка, которая может выдержать до тонны любого груза.

Сафронов Виталий висел в петле так высоко, что было удивительно, как он вообще ухитрился забраться на такую высоту, чтобы повеситься на почти сгнившем бревне. Наверно где-то забрался по стене на бревно. Затем прополз по скользкому бревну на середину.

Замотал страховочную верёвку через гнилое бревно. Сделал петлю на верёвке ближе к бревну. Надел петлю себе на шею и соскользнул с бревна в петлю.

Непонятно мне одно. Зачем проделать столько много труда, чтобы покончить жизнь самоубийство, когда у нас есть охотничьи ружья. Достаточно было наставить ствол охотничьего ружья к голове и нажать курок. Наверно не хотел меня будить выстрелом из охотничьего ружья. Как теперь мне его труп снимать, чтобы похоронить?

Лазить по бревну не буду. В отличие от Сафронова Виталия, мне хочется вернуться домой живым. Приходилось бывать в более сложных обстоятельствах в горах, но все равно всегда выживал.

Вернулся обратно на лужайку к нашим снаряжениям. Перетащил все к развалинам, где в петле весел труп Сафронова Виталия. Взял в руки ледоруб и принялся ковырять мягкую землю ледорубом под трупом Сафронова.

От ледоруба толку было мало. Тут вспомнил, что у нас в снаряжении имеется небольшая раздвижная лопатка, предназначенная к сбору сырья мумие.

Это конечно не совковая лопата к рытью могил на кладбище, но все равно на много лучше, чем рыть мягкую землю под могилу ледорубом.

Почти целый час проковырялся в земле, пока наконец-то вырыл яму размером с могилу. Пошёл к роднику вымыл лопатку. Помыл руки и почистил брюки от грязи. Затем вернулся обратно к своим снаряжениям.

Забыл, когда в последний раз стрелял из охотничьего ружья. Вроде перед самой службой в армии стрелял с друзьями по банкам возле реки Терек за Бесланом. Больше никогда не держал в руках ружье.

Двадцатый калибр двух ствольного ружья с патронами заряженными пулями и картечью, это настоящее боевое оружие. С таким мощным охотничьим ружьём могу повоевать с моджахедами, если они вздумают напасть на меня. По состоянию ружья в чехле видно сразу, что из этого ружья ещё никто не стрелял.

Сейчас узнаю, как стреляет охотничье ружье. Заодно проверю своё знание по стрельбе из охотничьего ружья.

С одного раза, как в кино, мне не удалось прострелить верёвку на почти сгнившем бревне. Хорошо, что хоть в бревно попал. Пришлось провести четыре выстрела, прежде чем перебил густо намотанную страховочную верёвку. Труп Сафронова Виталия качнулся и рухнул в вырытую мной яму под его могилу.

Пораненное пулями бревно слегка качнулось от снятого напряжения, хрустнуло и переломившись на середине рухнуло прямо на труп Сафронова. Таким образом, бревно как бы утрамбовало труп к земле в глубине могилы. Можно сказать, что труп Сафронова Виталия уложился с помощью бревна на своё место.

Переломанное сгнившее бревно было грязное и липкое, к тому же очень большое и не под силу мне, чтобы вытаскивать такое омерзительное бревно из могилы. Мне пришлось закидать труп Сафронова Виталия вместе с гнилым бревном, торчащим из могилы в разные стороны. Где-то к середине дня покончил с похоронами. В который раз пошёл мыться и чиститься к роднику.

Затем пересмотрел все своё снаряжение, которое мог нести с собой. Оставил при себе только сухие продукты питания. Два патронташа с патронами и одно охотничье ружье. Второе ружье разобрал на части и раскидал в разные стороны, чтобы никто не смог использовать ружье против животных и против человека. Никто не должен умереть от этого оружия.

Не знал, что меня ждёт дальше за древними развалинами. Может быть, не скоро будет жилье или хотя бы такие развалины, где можно будет переночевать или хоть частично укрыться от дождя, который в горах летом может пойти в любое время.

Поэтому стоило переночевать на краю древних развалин, чтобы до зари выйти отсюда и за день пройти как можно дальше по длине. Вполне возможно, что выйду к жилью людей.

На краю древнего поселения выбрал развалины, которые можно было как-то приспособить к ночлегу. Натаскал туда множество сухих веток и кусков гнилой древесины от былого жилья. Хорошо, что у нас с собой было много зажигалок и сухого спирта к горелкам приготовления горячих продуктов в горах.

Так что у меня не было особого труда, чтобы разжечь костёр, который жёг до того долго, пока не просушил большое пространство к своему ночлегу. Мне никак не хотелось умереть в горах от сырости или от простуды.

Когда все было согрето и просушено в уютном углу среди развалин. Тщательно расчистил согретое место от возможных углей. Разложил своё тряпье под ночлег. В нескольких шагах от своего ночлега разжёг костёр ни столько для тепла, а сколько для своей безопасности от нападения на меня возможных хищников, следы которых были видны всюду около древних развалин. После чего с заряженным ружьём лёг спать. В течение ночи, когда меня будил вой хищников, подбрасывал в костёр дрова и обратно засыпал.

Окончательно проснулся задолго до рассвета. В последний раз побросал в костёр все то, что могло гореть. При свете костра собрал своё снаряжение.

Внимательно посмотрел на место своего ночлега, чтобы ничего здесь не забыть, что может пригодиться мне в пути к дому.

Убедившись в полной готовности к своему движению, выбрался из развалин, приютивших меня на ночь и медленно двинулся вниз по долине. Не успел пройти километра от места своего ночлега, как в тёмном небе появился военный вертолёт.

Подумал, что возможно вертолёт ищет нас. Хотел было вытащить фонарик, чтобы светом фонарика указать вертолёту место моего нахождения в темноте ночи.

Но в это время вертолёт сделал круг над развалинами и выпустил два снаряда туда, где догорал мой костёр. Видимо с вертолёта подумали, что там ночуют банды моджахедов. Вот решили усмирить моджахедов двумя точечными ударами из выпущенных туда снарядов.

Откровенно говоря, был в шоке, когда от взрыва снарядов от древних развалин осталась груда камней. Вот если бы сейчас решил там ночевать до рассвета, то от меня после взрыва двух снарядов остались бы одни кусочки мяса на съедение голодных хищников, которые всю ночь лазили вокруг древних развалин, принюхиваясь к тому, что можно было съесть.

Слава Богу, что он поднял меня такую рань и выпроводил из развалин перед тем, как эти древние развалины от взрыва двух снарядов превратились в груду камней. После такой провокации против меня со стороны русского военного вертолёта, мне нужно было принять все меры предосторожности, чтобы меня днем не обстрелял вертолёт. Ведь днем здесь как на ладони. Меня могут просто расстрелять с военного вертолёта. Поэтому мне надо до рассвета пройти открытую местность. Затем найти место отдыха днем.

Теперь придется передвигаться только ночью и обходить кишлаки до самого цивилизованного населённого пункта, где меня не пристрелят словно шакала, а хотя бы арестуют и сдадут в милицию до восстановления моей обросшей личности. Сейчас меня даже мама не узнает.

Мне понадобилось три дня пути, точнее, три ночи пути двигаться по правому берегу реки Ханака, пока наконец-то выбрался на левом берегу реки Ханака на асфальтированную дорогу. Перед населённым пунктом Алмоси на рассвете избавился от своего оружия. Оставил при себе только сухой поек и личные документы, по которым могли меня признать за обычного человека, а не за снежного человека, который оделся в одежду обычного человека и разгуливает по населённым пунктам в поисках собственного пропитания.

- Отец! Ты можешь мне сказать, как уехать отсюда в Душанбе? - обратился к чабану, который при виде меня едва не лишился рассудка. - Отстал от своей группы туристов и никак не могу выбраться с гор.

Достал из внутреннего кармана свои документы. Старик дрожащими руками взял мой паспорт. Долго и внимательно всматривался в мою фотографию на паспорте. Затем также внимательно смотрел на мое обросшее лицо.

Долго что-то размышлял. Видимо никак не мог поверить в то, что фотография в паспорте и обросшее лицо живого человека, это одна и та же физиономия, которую можно принять за человека.

- Уважаемый! Тебя с таким лицом даже в наш кишлак опасно впускать. - рассудительно, сказал чабан, когда наконец-то пришёл в себя от временного шока. - От такого вида у нас в кишлаке собаки умрут от страха...

- Так подскажи мне, где могу привести в порядок хотя бы своё лицо. - с таджикским акцентом, сказал старику. - Целый месяц был в горах. Там парикмахерской нет. Поэтому оброс. Заплачу за стрижку...

- Твои деньги тебе пригодятся в дороге. - отмахнулся старик от моего предложения. - Вот если ты оставишь мне от себя что-то на память, тогда соглашусь своими руками постричь твою голову и твою бороду.

- Кроме своих волос с бороды и с головы, могу тебе оставить свой рюкзак и все то, что в нем имеется. - шутя, сказал, старому чабану. - Мне все равно это больше никогда не пригодиться, а тебе останется память от меня.

- Молодец! Ты уговорил! - радостно, воскликнул чабан. - Сейчас из тебя человека и конфетку сделаю.

Мы ударили с чабаном по рукам, как заправские друзья и тут же направились в сторону кибитки, возле которой находилась отара большеголовых гиссарских овец. Несмотря на раннее утро в кибитке никто не спал. Женщины, мужчины и дети сновали туда-сюда по двору со своими делами. При виде меня все в начале оторопели.

Но после того, как хозяин семейства дал им какие-то указания, вся семья засуетилась вокруг меня и во дворе. Дети принесли табурет ручной работы. Женщина по возрасту чуть моложе старика, видимо его жена, принесла какой-то сундучок, в котором оказались разные парикмахерские принадлежности.

- Сними с себя одежду до пояса. Иди, помойся под краном. - указал мне старик на водяной кран в углу двора. - Когда будет чистой твоя голова и твоё лицо. Тогда буду тебя стричь. Грязный волос машинка не берет.

Подросток принёс мне кусок хозяйственного мыла местного производства и большое льня-ное полотенце. От мыла и от полотенца, также как от всего, что было вокруг меня, исходил запах шерсти баранов. Таким хозяйственным темно-коричневым мылом с специфическим запахом мылся в своём далёком детстве лет сорок тому назад.

Вот только сейчас понял, что тогда в детстве у меня не было вшей. От такого отвратительного запаха мыла наверно только люди могут выжить. Микробы и вошки наверно со страху или со смеху умирают от запаха и вида хозяйственного мыла. Надо после мыла хорошо отмыться водой из-под крана.

Иначе меня с таким запахом в столицу не пустят, а у меня дома жена объявит общий карантин в семье.

- Вот теперь от тебя человеком стало пахнуть. - усаживая меня на табуретку, сказал старик. - Сейчас будем тебя хорошо стричь и брить, чтобы на тебе не осталось ни каких признаков за месяц пребывания в горах.

Пока старик стриг меня ручной машинкой для стрижки баранов. В это время взрослые парни, видимо дети старика, стали готовить огромный казан. Собрались вварить плов прямо во дворе возле большого танура, в котором уже жарились лепёшки. Женщины постелили ковёр на полуразвалившийся настил под деревом в углу двора. Стали готовить достархан к приёму гостя, которым конечно был. Других посторонних не было.

На стрижку моих волос на голове и на бороде ушло минут тридцать. Когда мою голову и лицо освободили от волос, старик обратно отправил меня мыться под кран, чтобы освободить меня от волос после стрижки.

Когда вернулся обратно на табурет. Рядом стоял медный тазик с признаками пены от хозяйственного мыла.

Старик намылил мне голову голодной мыльной пеной с отвратительным запахом хозяйственного мыла. На кожаном ремне заправил бритву больше похожую на азиатские клинок и замахнулся над моей головой ужасно опасным оружием, при виде которого у меня по спине побежали мурашки тут же зажмурился.

- Не бойся! Твой голова резать не буду. - засмеялся старик, при моем испуге. - Твой голова мне не надо.

Рядом стоящие пацаны, видимо внуки старика, разом засмеялись. После пацаны что-то сказали взрослым на таджикском языке. Вся семья тут же стала хихикать, поглядывая в мою сторону. Тем временем старик, как заправский цирюльник, искусно избавлял мой вершину от того, что там ещё осталось от моей растительности. У меня уже не было страха от острого лезвия.

Просто было неприятное ощущение от того, что по моей голове водят куском холодного металла. За всю мою жизнь мне впервые брили голову таким лезвием. Вообще никогда не ходил в парикмахерскую.

Все услуги по стрижке и бритью оказывал себе сам перед зеркалом. В детстве меня стригла чаще всего тётя Надя, средняя сестра моей мамы.

Иногда мама наводила порядок на моей голове. Сейчас впервые предстану у себя дома с такой начисто бритой головой.

- Вот теперь ты совсем стал похож на человека. - радостно, сказал старик, довольной своей работой. - Иди в последний раз помойся под краном. Одень на себя одежду и подходи к моему достархану. Ты мой гость.

Прежде чем помыться под краном, достал из своего снаряжения упаковку новых носков и чистую рубашку. Подошел к крану с водой. Помыл в холодной воде грязные носки и повесил сушить на ветки куста.

Затем помыл ноги и надел на ноги новые носки. После чего хорошо помылся до пояса и надел на себя чистую рубашку. Когда навёл полный марафет над собой, лишь тогда прошел к достархану и без обуви сел на ковёр.

- Послушай! Какой ты молодец! - в знак особого удовольствия, цокая языком, воскликнул старик. - Ты отлично знаешь древний обычай наших предков. Так себя ведут за достарханом самые культурные таджики.

- Живу среди таджиков четырнадцать лет. - сказал, удивлённому старику. - Кроме того родом с Северного Кавказа. Родился и вырос среди мусульман. Кавказские обычаи горцев похожи на обычаи таджиков.

После короткой молитвы перед достарханом старик сел на ковёр. Рядом с нами сели его четыре сына, которые по возрасту были чуть моложе меня. Старший сын старика положил мне в косу (чашку) горячий душистый плов из баранины. Другой сын старика разделил руками горячую лепёшку на четыре части.

Жена старика принесла мне чайничек с горячим зелёным чаем и пиалу для питья ароматного зелёного чая.

Когда наше застолье закончилось короткой беседой о мире и о семье, поблагодарил старика за хлеб и соль. Мы оба обратились с молитвой к Аллаху, чтобы на этом достархане всегда были хлеб и соль к встречи хороших друзей, чтобы мир и согласие были между народами. После торжественной речи обулся.

Прошел к крану с водой в последний раз помыть жирные руки и лицо после плова. Там же собрал свои личные вещи, высохшие носки на кустике и все сложил в целлофановый пакет. С рюкзаком подошел к старику.

- Отец! Это все принадлежит тебе за твоё особой внимание ко мне. - сказал, старику, протягивая рюкзак.

- Эй! Слушай! Ты обижаешь меня. - растерянно, возмутился старик. - Просто тогда пошутил с тобой и все!

- Это ни тебя обижаю, а ты обижаешь меня. - так же возмущённо воскликнул. - Ты мне оставил хорошую память о себе, когда приводил меня в порядок и угощал за достарханом. Тоже хочу оставить тебе память.

- Слушай! Уважаемый! Ни богатый, чтобы принимать от тебя такие подарки. - стал отказываться старик.

- Ты не волнуйся! С тебя не беру деньги за подарки. - настаивал на своём. - Эти подарки пригодятся твоим внукам. Рюкзак им пригодится в школу и в горах. Там есть импортные угощения, которыми они могут поделиться со своими друзьями по улице. Ты не имеешь право отказываться от моих подарков твоим внукам.

- Ладно! Хорошо! Ты уговорил меня. - наконец-то согласился старик, насчет подарков своим внукам. - Ты возьми от меня горячие лепёшки в дорогу. Отсюда до Душанбе далеко. Тебе захочется кушать в дороге.

Жена старика протянула мне упаковку из льняного полотенца с несколькими горячими лепёшками прямо из танура (глиняный кувшин выпечки лепёшек). Поблагодарил хозяйку и хозяина за гостеприимство. Последний раз бросил свой взгляд на двор, где внуки старика занимались дележом моих подарков.

Старик проводил меня до дороги. В это время мимо кибитки старика проезжал грузовой автомобиль. Старик остановил машину.

- Он тебя довезёт до Гиссара. - сказал мне, старик, после переговоров с водителем машины. - Дальше сам найдёшь дорогу к своему дому.

Обнявшись со стариком в последний раз, как с близким родственником, забрался в кабину грузового автомобиля. Старая машина зафыркала и медленно стала набирать скорость. Напялил себе на глаза тёплую шапку, которая стала на лысой голове свободной. Мне хотелось просто отдохнуть до Гиссара после целого месяца безумных путешествий в горах. Надо было поразмыслить насчет разговоров в Душанбе.

- Уважаемый! Мы приехали в Гиссар! - услышал, сквозь сон, голос водителя. - Дальше у меня нет дороги.

- Спасибо! Извини, что заснул. - стал приходить в себя после сна. - Вот! Возьми за проезд до Гиссара.

- Мне твои деньги не нужны. - отказался водитель от ста рублей. - С гостей в горах деньги не берут...

- Тогда возьми от меня на память шапку. - сказал, водителю, протягивая свою меховую шапку. - Мне в Душанбе тёплая шапка вообще не нужна. Тебе тёплая шапка в горах пригодиться. Шапка совсем новая.

- От шапки не откажусь. - улыбаясь, согласился водитель. - Хорошая память на голове мне не помешает.

Мы оба засмеялись удачной шутки водителя. По-дружески пожали друг другу руки. Вышел из кабины грузового автомобиля.

Машина тут же умчалась куда-то в глубину Гиссара. Оглянулся вокруг себя. Понял сразу, что нахожусь вблизи автобусной станции.

В разное время по разным вопросам мне приходилось бывать в Гиссаре. Поэтому мог ориентироваться по Гиссару. Надо поехать домой автобусом.

Наверно моя бритая голова принимала внимание не только солнца, а также людей. Так как почти каждый встречный поглядывал на меня и провожал меня с улыбкой. Видимо на фоне альпийской яркой одежды выглядел как-то не привычно с лысой до блеска выбритой головой. К тому же солнце так сильно припекало мне в лысину, что от перегрева можно было получить сильный солнечный удар и умереть среди города.

После того, как один выжил из двух десятков человек нашей экспедиции в горах, то мне никак не хотелось сейчас умереть среди людей от солнечного удара. Сразу направился к небольшому магазину, в котором продавали головные уборы на все времена года.

Прекрасно знал, что по размеру на мою большую голову не подойдёт не один головной убор. Поэтому выбрал себе в магазине серую вязаную шапочку.

На автобусной станции в сторону Душанбе было не больше десятка пассажиров. Взял в пивном ларьке бутылку "Жигулёвского пива" и одну тоненькую палочку "охотничьей колбасы". После сытного завтрака у чабана в кибитке мне совсем не хотелось кушать. Просто хотелось выпить пива после месяца сухого закона во время экспедиции по горам за сырьём мумиё.

Надо было как-то войти в ритм своей повседневной жизни. По расписанию до отъезда автобуса в сторону Душанбе оставалось десять минут. Допил своё пиво. Пустую бутылку отдал старушке, которая жадными глазами следила за моей пустой бутылкой, чтобы опередить своих конкурентов двоих алкашей облизывающих свою пустую бутылку из-под водки. Освободившись от своей пустой тары, подошел к автобусной кассе за билетом на автобус до Душанбе.

От автобусной станции в Гиссаре, до нашего микрорайона "Зеравшан" при въезде в Душанбе ехать не больше тридцати минут. Все зависит от потока транспорта. В час пик и за час не преодолеешь такое расстояние. Сейчас было около двух часов дня. Кроме маршрутного автобуса на трассе почти нет транспорта.

Поэтому сел на переднее сидение в салоне автобуса, чтобы не прозевать свою остановку.

Не успел, как следует освоиться на своём месте в салоне автобуса, как на повороте появился ботанический сад, за которым следует наш микрорайон "Зеравшан". Тут же встал со своего места и подошел к выходу из салона у передней двери автобуса. Водитель кивком головы показал, что он в курсе насчет моего выхода из автобуса в микрорайоне "Зеравшан", окраину которого было видно от края ботанического сада.

Автобус остановился прямо напротив моего дома с другой стороны начала улицы Путовского. Поблагодарив водителя за остановку, вышел из автобуса. Подождал пока рядом пройдут два легковых автомобиля и только после этого пересёк дорогу в сторону своего дома. На моих электронных часах было как раз такое время, когда мои младшие дети могут быть где-нибудь на игровой площадке за нашим домом.

Старший сын Артур на работе. Жена тоже на работе в своей неведомственной охране милиции во Фрунзенском районе. У меня будет достаточно много времени, чтобы принять душ, пе-реодеться в повседневную одежду и отправиться в офис к Насреддинову Хуршеду, чтобы наедине с ним разобраться во всех ситуациях, которые произошли со мной и с погибшей экспедицией.

Ведь сейчас кроме меня никто не знает, что произошло в горах с целой экспедицией в поисках сырья мумиё. Надо взвесить все, чтобы меня не посадили за гибель экспедиции в девятнадцати человек. Мне трудно будет доказать свою невиновность в гибели стольких людей.

- Папа наш приехал! - завизжала Виктория, как только вошёл в квартиру. - Насреддинов Хуршед только что был у нас. Спрашивал нас, когда ты должен вернуться домой. Можно подумать, что мы об этом знаем.

- Раз сам Хуршед был у нас. - сказал, дочери. - Значить срочное дело. Надо ехать к нему.

- Папа! Ты мне камушки красивые с гор привёз. - поинтересовалась дочь. - Ты сам обещал мне принести.

- Извини! Совсем забыл, что у меня в рюкзаке камушки для тебя. - хлопнув себя по лбу, вскрикнул. - Сдал свой рюкзак на склад вместе с твоими камушками. В следующую экспедицию больше камешек принесу.

Виктория насупила брови и отправилась в зал нашей квартиры заниматься какими-то своими делами с подружками, которых в нашей квартире было столько много, что можно было подумать здесь у нас не квартира, а пионерский лагерь, в котором отдыхают дети нашего микрорайона. Конечно, это дорого обходится нашей семье, особенно Людмиле с уборкой квартиры после таких гостей.

Но это на много лучше, чем дети болтаются где-то по улицам города во время гражданской войны в Таджикистане. Когда всюду смерть.

Мне понадобилось около тридцати минут, чтобы принять душ, одеться во все свежее и быть готовым к отъезду в офис Хуршеда. Прекрасно понимал, что сегодня у меня совсем не рабочий день.

Поэтому решил не брать с собой кейс с документами по бизнесу. Решил на сегодня обойтись одним паспортом, который с начала гражданской войны в Таджикистане постоянно был в кармане моего костюма.

- Виктория! Маме скажешь, что сегодня задержусь надолго в офисе у Насреддинова Хуршеда. - сказал, дочери перед выходом из квартиры. - Когда появится дома Артур, то пусть подготовит корреспонденцию.

- Ой! Папа! Лысая башка, просит пирожка. Классно блестит! - завизжала от восторга Виктория, когда увидела мою бритую голову. - Папочка! Дай мне, пожалуйста, щёлкнуть тебе по лысине. Очень мне хочется!

- Хорошо, что ты мне напомнила про лысину. Надо вязаную шапочку надеть, а то все будут просить щёлкнуть мне по лысине. - хватаясь за голову, сказал. - Давай щёлкой быстрее, а то мне надо идти на работу.

Нагнул перед дочерью свою лысую голову. Виктория прицелилась и щёлкнула мне своим коготком по самой макушки. Мы оба вскрикнули от восторга. Подружки моей дочери наблюда-ли за нашей сценой и после щелчка дружно все зааплодировали в ладоши, словно получили восторг от хорошего циркового трюка.

Мы с дочерью, не сговариваясь, стали кланяться под аплодисменты, как настоящие цирковые артисты. Затем осторожно вышел за дверь, как уходят, после представления артисты цирка за занавесь форганга.

Мне сегодня везло с самого утра после встречи с чабаном в высокогорном кишлаке. Вот и сейчас едва вышел из своего дома на улицу, как увидел, что к нашей верхней автобусной остановке подруливает автобус как раз нужного мне маршрута. От нашего дома до автобусной остановки метров пятьсот.

Но если взять в расчёт время на высадку пассажиров с автобуса и на посадку пассажиров на нашей автобусной остановке, то, несмотря на то, что мне надо бежать наверх, все равно должен успеть на нужный мне маршрут.

- Ой! Спасибо, что вы меня подождали. - сильно запыхавшись, сказал водителю автобуса, когда почти на ходу заскочил в автобус, который уже собирался отправиться. - Мне за проезд до конечной остановки.

Оплатив свой проезд на автобусе, немного отдышавшись от бега, а прошел в середину салона автобуса и сел на свободное место к окну. Мне надо было ехать почти через весь город и выходить на конечной остановке данного маршрута автобуса.

Буквально в ста метрах от улицы, на которой находится офис Насреддинова Хуршеда. Надо всего лишь пройти в проулок и пройти двести метров до четвёртого жилого дома, который купил себе Хуршед специально под офис своего хорошо раскрученного бизнеса.

- Как рад, что ты приехал после экспедиции сразу ко мне. - радостно встретил меня, Насреддинов Хуршед в своём офисе, когда его телохранители проводили меня к нему в кабинет. - Примерно час назад по пути из Гиссара заезжал к тебе домой. Думал, что ты прибыл из экспедиции и пока не пришёл ко мне в гости.

- Ты знаешь, что с самого утра буквально преследую тебя по пятам. - усаживаясь за стол, сказал, Хуршеду. - Тоже с утра был в Гиссаре и оттуда буквально следом за тобой приехал к себе домой. Мне прямо с порога дочь сказала, что только что у нас был Насреддинов Хуршед. Вот сразу после экспедиции переоделся и приехал к тебе. У нас с тобой сегодня здесь будет очень серьёзный разговор...

- Разговор потом. С начало плов, лагман, водочка. - остановил меня, Хуршед с разговором. - За обеденным столом все мне расскажешь. Думаю, что эта экспедиция была удачная. Теперь мы утрём нос конкурентам.

Ничего больше ни стал говорить Хуршеду. Все равно ничего нельзя было изменить с тем, что погибла целая экспедиция. Надо было подойти к такому вопросу как-то осторожно, чтобы не перепугать до смерти Насреддинова Хуршеда. Ведь вся экспедиция финансировалась за его счёт и под его ответственность. Если все откроется, то ему придется не только полностью разориться с бизнесом, но также сесть за решётку.

- Ну, давай рассказывай! Как прошла экспедиция с поиском сырья мумиё? - радостно потирая руки, обратился ко мне, Хуршед, когда мы хорошо отметили мое возвращение с длительной экспедиции в горах. - Наверно в этот сезон нашли столько сырья, что хватит нам с тобой на долгие годы.

- Если рассматривать вопрос чисто с точки зрения сырья, то мы действительно нашли несметные богатства сырья не только мумиё, но также золота. - серьёзным голосом, стал рассказывать, Насреддинову Хуршеду о нашей экспедиции в Фанских горах. - Если говорить о людях экспедиции, то один остался живой...

- Ты знаешь прекрасно, что уважаю твой юмор, даже чёрный юмор. - с неудачной ухмылкой, сказал Насреддинов Хуршед. - Но сейчас у тебя получился совершенно неудачный юмор. Так шутить не принято...

- Совсем не шучу. - в серьёзном тоне, продолжил свой рассказ о нашей экспедиции. - Мы действительно нашли несметные богатства сырья мумиё и огромные залежи золота. Но в пещере с сырьём мумиё и с пластами золота был выброс из недр земли облака ядовитого газа. Кто успел надеть противогазы, тот выжил. Остальные умерли сразу. Следом за выбросом ядовитого газа началось сильное землетрясение. В результате чего из пещеры выбрались живыми всего четыре человека. В пути умерли трое. Живым дошёл только один.

Почти целый час рассказывал Насреддинову Хуршеду все подробности гибели нашей экспедиции. Хуршед внимательно слушал меня и только дважды попросил меня показать по карте маршрут следования нашей экспедиции и то место, где мы нашли огромную пещеру с несметными богатствами сырья мумиё, а также залежи россыпи или кусков золотой пароды. Рассказал все до мелочей без утайки всех событий.

- Меня постоянно удивляет то, что ты чертовски везучий человек. Особенно во время путешествий в горах. - после долгого размышления, сказал мне, Хуршед. - Если бы ты эту историю сейчас рассказал бы кому-нибудь другому, то тебя в лучшем случае просто сейчас застрелили и повесили бы на тебя гибель девятнадцати человек из экспедиции. В худшем случае тебя могли упрятать за решётку на всю твою оставшуюся жизнь с теми же обвинениями о гибели всей экспедиции. Но тебе повезло во всем. Не только в том, что ты один остался живой из всей экспедиции, а также в том, что за время вашего отсутствия все резко изменилось. Из всех людей, кто знал об экспедиции, сейчас знают только два человека. Это ты и... Всё!

- Не понял?! Остальные свидетели нашей экспедиции, что, умерли или погибли? - удивленно, спросил. - Или ты так сейчас шутишь?

- Ничего не шучу. - на полном серьёзе, ответил Насреддинов Хуршед. - Дело в том, что об экспедиции знали только двое военных, мы с тобой и те, кто был в экспедиции. Когда вас отправили на горный перевал "Цирк", то на месте вашего намеченного ранее маршрута обнаружили банду моджахедов. Поэтому вам изменили маршрут исследования. Банду моджахедов обстреляли ракетами из военного вертолёта. Думали, что всю банду уничтожили.

Но как после стало ясно, что далеко не всю. Через неделю банда моджахедов рассчитались с военными вертолётчиками. На вертолётную площадку в Варзобском ущелье, где ты ночевал перед вылетом, было нападение банды моджахедов. Военный городок обстреляли из ручных и пехотных миномётов со стороны гор. Сгорел полностью весь военный городок вместе со всей документацией.

Погибли те военные, с кем заключил контракт по обеспечению вертолётной доставкой вашей экспедиции. После такого поражения от банды моджахедов военного городка, русские военные вертолёты провели в течение недели несколько десятков вылетов на возможные точки размещения лагерей банд моджахедов. В результате таких вылетов погибли не только банды моджахедов, а также мирные жители высокогорных кишлаков.

Стараясь избежать конфликта между мирными местными жителями и местным русскоязычным населением, все проблемы с гибелью мирного населения высокогорных кишлаков списали на боевые действия между бандами моджахедов, а также между клановыми разборками местного населения. Сегодня утром официально было объявлено, что Россия отозвала из Таджикистана свою воинскую часть с вертолётной площадкой, базирующейся в Варзобском ущелье.

Неделю назад было объявлено, что во время боевых действий между клановыми разборками, бандами моджахедов и военными вертолётами погибла мирная экспедиция, которая занималась поиском сырья мумиё и другими полезными ископаемым в Фанских горах.

- Так как сообщили о гибели нашей экспедиции. - стал уточнять. - То тогда наверно кому-то известны фамилии всех членов этой экспедиции. В том числе и моя фамилия. Наверняка будут узнавать все у тебя.

- Твои документы отдал подполковнику при тебе. - стал объяснять мне, Хуршед. - Другого экземпляра документов нет. Твои документы погибли в военном городке. Насчет других членов поисковой экспедиции, давно отдал документы в суд. Там твоей фамилии нет. Гибель всех остальных списали на войну. Так что тебе крупно повезло. Для всех ты ничего не знаешь о погибшей экспедиции. Думаю, что до тебя никак не будут касаться, органы милиции и безопасности. Так как ты у них в списках не фигурируешь.

- Представляю, какие убытки понёс ты! - размышляя вслух, сказал. - Наверно многие миллионы?

- Вообще не понёс никаких убытков! - с удивлением, сказал Хуршед. - Подполковнику за вертолёты должен был переслать деньги на его банковский счёт в Москву. Он так и не успел сообщить мне номер своего банковского счета в Москве. Старателям и егерям должен был выплатить зарплату после возвращения с экспедиции. С тобой меня связывает лишь совместный бизнес. Мы оба остались при своих интересах. Конечно, жалко людей, которые погибли во время поисковой экспедиции. Но в этом нет нашей вины. За время гражданской войны в Таджикистане погибли тысячи людей. Однако отвечать за это некому. Нам остаётся только радоваться, что мы остались живы. Надеяться на успех в другой экспедиции.

- Когда ты собираешься отправить в горы следующую экспедицию? - машинально, спросил у Хуршеда.

- Ну, ты даёшь! - удивленно, воскликнул Насреддинов Хуршед. - Можно сказать, что вернулся почти с того света после путешествия в горах и обратно стремишься туда отправиться. Ты точно плохо кончишь в горах. - Скорее всего, плохо кончу на равнине. - уверенно, сказал. - Вокруг меня каждый день на равнине гибнет больше людей, чем погибло рядом со мной в горах. К тому же надо мной в горах постоянно находится Ангел-хранитель. Иначе как можно объяснить то, что все мои походы в горы заканчиваются у меня хорошо.