# Встреча в Бейруте.

Александр Сергеевич Черевков

Когда против лома нет приема, тогда к своей защите годится любой прием.

Встреча в Бейруте.

Мы проехали на своей иномарке в сопровождении картежа милиции почти половину пути между городом Краснодар и международным аэропортом "Минеральные Воды". К этому времени наши желудки напомнили нам, что пора принимать пищу. Надо было где-то остановиться и хорошо покушать. Но как назло на протяжении нескольких десятков километров были тут безлюдные места и не одного населенного пункта, где бы мы могли хорошо подкрепиться. Проскочив с полсотни километров по безлюдным местам, мы наконец-то увидели знак ресторана у края трассы и тут же стали всматриваться в возможное место нашего пункта питания в пути. Мы, конечно, не рассчитывали на стол с вареными омарами, устрицами с уксусом в томатном соусе, а также с красными королевскими креветками под баварское баночное пиво. Нам просто хотелось кушать, как всем смертным. Поэтому мы были весьма удивлены, когда в таком захолустье мы почувствовали запах свежего шашлыка и аромат красного бочкового вина. Все остальное мы заказали по книге меню ресторана. Можно было подумать, что мы хотим хорошо насытиться перед своей смертью.

Конечно, мы не забыли об офицерах милиции, которые голодными глазами следили за нашим столом. В отличие от офицеров милиции, которые сидели отдельно от нас, а также в отличие от Худякова Бориса, который был за рулем иномарки. Мы с Синельниковым Виктором заказали графин местного виноградного вина и за короткое время вдвоем опорожнили графин с вином под хорошую кавказскую закуску, которую положили на нашем сервированном столе. Когда мы закончили наш завтрак ближе к обеду, то я сказал Синельникову Виктору, что нас ждет полная неизвестность в городе Бейрут, а поэтому нам следует запастись в дорогу непортящимися продуктами, которые помогут нам выжить в сложных условиях арабской Республики Ливан. Иначе мы просто погибнем с голоду. В общем-то, в сытом восточном государстве. Так как никто из нас не знает арабского языка и не имеет в наличии большой суммы валюты. Худяков Борис не дожидаясь ответа на мой вопрос от Синельникова Виктора, тут же заказал официанту долго не портящиеся продукты на двоих человек с учетом двух дневного пути в самолете или как выразился Худяков Борис "На сорок восемь часов в безбрежном пространстве". Словно мы должны были отправиться надвое суток в космическое пространство к другой планете на совершенно иную неизвестную нам галактику или долго плыть в океане.

- У нас таких продуктов на бывает. - растерянно, сказал официант. - У нас ресторан, а не торговая база.

- В таком случае мы уйдем, не заплатив за завтрак. - серьезно, сказал Худяков Борис. - Позови сюда шефа!

Официант несколько секунд смотрел на серьезные лица милиционеров нашего сопровождения и не найдя себе защиту со стороны представителей закона и охраны порядка, тут же рванул в сторону кабинета шеф-повара. Опасаясь потерять хорошую выручку за большой заказ, а также возможные чаевые от столь представительных посетителей ресторана, которыми являлись столь почтенные гражданские в сопровождении группы местных милиционеров. Не прошло двух минут нашего ожидания, как со стороны административного коридора шикарного ресторана появился толстый мужчина в сопровождении свиты представителей ресторана одетых в белые халаты с фирменными знаками ресторана вышитыми на левой стороне белых халатов и на белых колпаках отряда поваров из кухни. Представительная свита фирменного ресторана направилась в сторону наших столов стоящих прямо у витринного окна.

- Мы готовы выполнить любой ваш заказ. - поклонившись, писклявым голосом, сказал толстый шеф-повар.

- Нам все равно как это будет выглядеть. - серьезным голосом, ответил Худяков Борис. - Главное, чтобы продукты, приготовленные на двоих человек, могли храниться не меньше двух дней. Если продукты испортятся за два дня, то мы ликвидируем ваш ресторан на законном основании. Заказ мы ждем в течении тридцати минут. Понятно вам!?

- Понятно. - тревожным голосом, ответил шеф-повар. - Через тридцать минут ваш заказ будет выполнен.

Шеф-повар со своей свитой быстро удалился в направлении кухни ресторана. Мы издали наблюдали, как суетятся люди в белых халатах, которые до смерти были напуганы столь крутыми посетителями фирменного ресторана. В то время, как мы едва сдерживали свой смех, чтобы не рассмеяться над приколом, который придумал Худяков Борис. Даже милиционеры нашего сопровождения пытались показывать серьезный вид сквозь улыбки сдерживая свой смех. Ровно через тридцать минут шеф-повар ресторана в сопровождении своей свиты явился к нашему столу с двумя увесистыми кейсами и с двумя фирменными целлофановыми пакетами, заполненными продуктами и напитками. Не говоря ни единого слова, шеф-повар дрожащими от страха руками протянул нам выполненный заказ. На яркой тарелочке предъявил нам счет за завтрак, а также за выполненный заказ набора продуктов на два дня на двоих человек. Худяков Борис искоса поглядел на предъявленный счет. За тем порывшись в своих многочисленных карманах, достал пачку сторублевых купюр и небрежно бросил ее на тарелочку сверху предъявленного нам счета. Мы встали из-за стола дружно, как по команде. Поблагодарив шеф-повара за прием, сразу направились к выходу из ресторана к своему фирменному легковому автомобилю, который за время нашего завтрака почистили до блеска и заправили бензином. Выходит, что тут находится мотель автотуристов, а не обычный фирменный ресторан. Наверно имеется гостиница, точнее, комнаты ночного отдыха автотуристам. Вообще неплохо пристроились парни с бизнесом у трассы.

- Теперь два дня не будут спать. - смеясь, сказал Синельников Виктор, когда мы селись в салон иномарки.

- На обратном пути им скажу, чтобы они успокоились. - сказал Худяков Борис. - Мне жалко хороших людей.

"Наверно других людей ему не жалко." - подумал я. - "Иначе бы он убийц не нанимал на отстрел людей."

Наша иномарка осторожно вырулила на государственную автомобильную трассу и в сопровождении кортежа милиционеров помчалась в сторону аэропорта "Минеральные Воды", куда нам надо было ехать около двухсот километров пути по заснеженной трассе. Навстречу нам изредка встречались различные автомобили, издали, притормаживая при виде нашего картежа в сопровождении двух автомобилей милиции с яркими мигалками маяков на крышах. Зимний день на Северном Кавказе, также как во всей России, заканчивается быстро. Не успели мы проехать и сотни километров, как над нашей иномаркой стали быстро сгущаться серые сумерки вечера. Худяков Борис подобрал на радиоприемнике автомобиля какую-то зарубежную мелодию. Салон иномарки наполнился приятными звуками. Синельников Виктор по пьянке принялся что-то подпевать в такт музыки. Я медленно погрузился в сладкий сон.

Наше путешествие по государственной трассе Северного Кавказа закончилось благополучно. Без всяких приключений. Если не считать пару привычных автомобильных аварий на трассе, где нам приходилось переходить в ранг обычных граждан застрявших в автомобильной пробке по вине непутевых водителей совершивших автомобильные аварии. Мы просто терпеливо ждали, когда гаишники на государственной трассе Северного Кавказа разберутся с автомобильной аварией, разведут в разные стороны скопившиеся автомобили, застрявшие в длинной пробке машин.

В международном аэропорту "Минеральные Воды" было ни так холодно, как в городе Краснодар при нашем отъезде. Даже слегка подтаявший на обочине трассы вчерашний снег указывал нам на то, что мы сейчас находимся намного южнее города Краснодар. Мы словно перешли в другую климатическую зону Большого Кавказа, где даже природа стала резко изменяться в отношении с Краснодарским краем. На полях с прогалинами снега много птиц, которые не улетают далеко на Юг. Птицы стараются прокормиться в этих местах, чтобы весной здесь обратно плодиться. Среди облезлых деревьев без листвы можно встретить деревья с редкой пожелтевшей зеленью на ветвях и с перезрелыми плодами, которые не успели собрать люди. Теперь перезрелыми плодами на деревьях и упавшими на землю плодами питаются птицы, оставшиеся на зимовку здесь в теплых местах. Даже местным хищникам есть чем питаться. Рысь, лисы, волки, шакалы и черные кавказские медведи с огромным удовольствием поедают зимой сладкие плоды местной растительности, когда трудно добыть себе под снежными шапками привычные продукты пропитания.

В международном аэропорту "Минеральные Воды", в сопровождении группы охраны милиции, мы прошли к дежурному по грузовым перевозкам. Предъявили свои документы. Дежурный по грузовым перевозкам вначале сверил наши документы с записью на своем компьютере. Затем записал наше прибытие в свой компьютер. После сообщил нам точное время вылета чартерного рейса грузового самолета, рейсом через международный аэропорт Республики Ливан в городе Бейрут дальше в международный аэропорт "Бен-Гурион" в городе Тель-Авив Государства Израиль. До времени регистрации наших документов и билетов перед вылетом грузовым самолетом больше двух часов. Мы ни стали рисковать, ждать своего вылета в общем зале ожидания, международного аэропорта "Минеральные Воды". Может быть, русская мафия знает о нашем прибытии в международный аэропорт "Минеральные Воды". Убийцы могут совершить террористический акт в отношении нас. Сидеть в служебном помещении международного аэропорта "Минеральные Воды" неинтересно. Поэтому договорились отправиться в ближайший ресторан, где решили поужинать перед вылетом на грузовом самолете. Заодно могли проверить, нет ли за нами "хвоста" от русской мафии.

Едва мы только выехали со служебной парковки легковых автомобилей, как тут же за нашим кортежем из общей стоянки легковых автомобилей присоединился автомобиль марки "Волга". Автомобили милиции нашего сопровождения держались на такой дистанции от нашей иномарки, чтобы отечественный автомобиль во время движения не мог где-то вклиниться между служебными автомобилями милиции нашего сопровождения и к нашей иномарки. Когда "Волга" стала пытаться обогнать наш картеж, то автомобили милиции нашего сопровождения сразу блокировали движение отечественного автомобиля и тут же заставили водителя выйти из своего автомобиля. К нашему общему удивлению за рулем отечественного автомобиля оказалась приличная дама, которую офицеры милиции ни стали ставить в позу. С руками на корпусе автомобиля перед обыском, а просто проверили документы дамы. За тем, на всякий случай, прикрывая нас от отечественного автомобиля, милиционеры пропустили легковой автомобиль "Волга" впереди нашего картежа. Через минуту наш картеж проследовал дальше в сторону ресторана, возле туристической базы в горах в направлении города Пятигорск. Там можно было нам поужинать в спокойной обстановке.

В зале ресторана было несколько человек из местной молодежи, которые веселились на полную катушку. Но при виде группы офицеров милиции нашего сопровождения, молодежь притихла. Тут же рассчитавшись за свой заказ в ресторане, молодые люди поспешили покинуть зал ресторана. Видимо за ними был какой-то грех перед службами порядка или местная молодежь чувствовала себя дискомфортно в присутствии офицеров милиции. Поэтому местные парни и девушки решили повеселиться где-то здесь в другом ресторане. Возле туристической базы имеется бар. После того, как ресторан покинула местная молодежь, то в ресторане осталась лишь одна пара туристов. По сезону на Северном Кавказе время не иностранным туристам. Тем более, что скоро новый год. Россия не Европа. Здесь нет рождественских каникул. К тому же новый год в России принято встречать в кругу своей семьи и друзей. Из зарубежных стран туристы на Северный Кавказ не еду из-за не стабильности на Кавказе, а также из-за войны в Чечне.

Мы решили не засиживаться в ресторане. Время ни так уж много, чтобы долго гулять. Надо за час до регистрации быть в международном аэропорту "Минеральные Воды". Поэтому на всех мы заказали обычный ужин, местной кавказской кухни, а из напитков одну бутылку шампанского вина на двоих вылетающих самолетом. Конечно, мы двое могли выпить и чего-нибудь покрепче шампанского вина. Но я сказал, что вообще предпочитаю летать с трезвой головой, а Синельников Виктор отказался пить крепкие напитки по той причине, чтобы ему не выделяться от других. Суп харчо, мясная поджарка из баранины с картошкой, свежий салат, черный и белый хлеб, а также чашечка кофе с бисквитом в заключение нашего ужина, были хорошим дополнением к бутылке шампанского вина. Отчего мы сытые и довольные, поблагодарив официанта за хорошее обслуживание, оставили хорошие чаевые. За тем не спеша, отправились к своим автомобилям. До регистрации на самолет было чуть больше часа. Езды за милицейскими автомобилями с мигалками до международного аэропорта "Минеральные Воды" минут двадцать. Свободно успеем.

- Нам надо разобраться со своим багажом. - сказал я, когда увидел вокруг нас кучу кейсов и пакетов, которые вытащил Худяков Борис из багажника своей иномарки. - Мы летим не отдыхать, а работать. Поэтому у каждого из нас в каждой руке должно быть не больше одной поклажи. Надо все пересортировать так, чтобы самое необходимое поместилось в четырех кейсах. Остаток Худяков Борис возьмет с собой или раздаст офицерам милиции, как в награду за хорошую службу, в охране нас от возможных посягательств со стороны мафии. Милиционеры тоже любят кушать.

Синельников Виктор и Худяков Борис согласились с моим предложением. Мы в своей иномарке пересортировали все то, что находилось в многочисленных упаковках. Пакеты и кейсы заполненные, в основном, продуктами с ресторана, а также с теплой одеждой Синельникова Виктора. Синельников Виктор надел на себя то, что считал нужное. Остальную одежду оставил в сумке в багажнике нашей иномарки. В результате в двух кейсах у нас были продукты. В двух других кейсах остались личные и служебные документы, а также смена белья и приборы бритья лица. С таким багажом нам легко и удобно передвигаться в любой обстановке. В наземном и в воздушном пространстве движения. Офицеры милиции, сопровождавшие нас от города Краснодар до международного аэропорта "Минеральные Воды", можно сказать, что передали нас из рук в руки милиции обслуживающей аэропорт "Минеральные Воды". Местные милиционеры обязались сопровождать нас до вылета нашего самолета из аэропорта "Минеральные Воды".

- Я подожду до конца вашего вылета из аэропорта "Минеральные Воды". - сказал Худяков Борис, когда мы прошли проверку документов и собрались выходить в сторону грузового самолета. - Мало ли что с вами может произойти.

- Ты не забудь меня встретить на обратном пути. - сказал Синельников Виктор, Худякову Борису. - Я не хочу, чтобы меня подстрелили как рябчика к столу на обратном пути к моему дому. Надо много времени ожидания, пока суд разберется со всеми делами мафии. За это время могут всех свидетелей перестрелять.

- Я думаю, что краевая прокуратура обеспечит нам охрану, как основных свидетелей, до того времени, пока будет полностью ликвидирована структура мафиозной группы. - сказал Худяков Борис. - Я тоже хочу жить, а не умирать. Поэтому обязательно позабочусь о своей охране, а также об охране партнеров по бизнесу.

После проверки документов и регистрации билетов на самолет, мы попрощались с Худяковым Борисом и с офицерами милиции, сопровождавшими нас от города Краснодар до международного аэропорта "Минеральные Воды". Перешли под охрану местной милиции, которые стали сопровождать нас до грузового самолета, стоящего в стороне от группы пассажирских самолетов на самой ближней площадке международного аэродрома "Минеральные Воды". Когда мы были на расстоянии ста метров от борта грузового самолета чартерного рейса, нас обогнал микроавтомобиль, из которого вышел экипаж самолета. Представитель грузовых перевозок международного аэропорта "Минеральные Воды", согласно правилам службы аэропорта, оставил нас под охраной ме-стной милиции. Сам отправился к грузовому самолету, чтобы узнать о возможности посадки нас в самолет в качестве людей сопровождающих груз.

- Валера! Витя! Какая встреча! - услышал я, радостные возгласы командира экипажа самолета и Синельникова Виктора, которые так сильно были похожи друг на друга, словно одно лицо в огромном стекле зеркального отражения.

- Александр! Познакомься. - сказал мне, Синельников Виктор. - Мой брат-близнец Синельников Валера.

- У меня тоже есть два брата близнецы. - сказал я, пожимая руку Синельникову Валере. - Но мои братья так сильно не были похожи, как вы сейчас. Если вас одеть в одинаковую форму, то совершенно нельзя отличить друг от друга.

- Поэтому мы пошли учиться в разные вузы. - сказал мне, Синельников Валера. - Чтобы нас не путали во время учебы и на службе. Теперь Витя служит своей Родине на земле, а я служу Родине в воздухе вокруг всей планеты Земля.

Братья прервали свою беседу, так как в кабине грузового самолета раздался по репродуктору самолета голос диспетчера о готовности борта грузового самолета к вылету. Командир самолета и его экипаж тут же заняли свои места в кабине самолета. Мы с Синельниковым Виктором расположились вблизи кабины самолета в салоне грузового самолета заполненного уже знакомыми нам упаковками картошки, риса, пшеницы и ячменя, которые заполнили своим запахом все пространство в салоне самолета. Напоминали больше амбар сельхоз продуктов, чем салон самолета. Я сразу понял, что скоро буду лишним между братьями, когда самолет поднимется в небо и командир самолета сможет передать управление самолетом кому-нибудь другому из экипажа самолета или автопилоту. Поэтому я сослался на усталость за весь день. Устроившись удобнее прямо на мешках с пшеницей, я стал готовиться ко сну. Ведь предстоит лететь нам без промежуточной посадки до международного аэропорта в городе Бейрут не меньше трех часов. Если самолет чартерного рейса дополнительно приземлится в аэропорту "Адлер" города Сочи, то будет плюс пару часов дополнительного полета. Так что за это время можно будет хорошо выспаться во время полета самолета.

Вполне возможно, что я действительно устал за длительную поездку на легковом автомобиле за весь день пути или выпитое мной шампанское вино на меня сильно подействовало. Однако едва только самолет набрал высоту, как я тут же отключился убаюканный постоянным и монотонным гулом турбин самолета. Так и не дождавшись встречи братьев-близнецов, которые, вполне возможно, так редко встречаются на земле и в воздушном пространстве тоже. Когда я проснулся, то Синельников Виктор был один. Устроившись удобно на мешках с пшеницей, Синельников Виктор крепко спал. Видимо братья долго разговаривали, так что Синельников Виктор уснул совсем недавно. Хорошо, что спит, а то будет тяжело ориентироваться во время посадки в международном аэропорту города Бейрут. Да и через час после вылета из города Бейрут, в аэропорту "Бен-Гурион" города Тель-Авив, Синельникову Виктору тяжело будет осваиваться с климатом и об²становкой в Государстве Израиль. Надо нам всем хорошо отдохнуть в пути.

Я посмотрел на свои часы, которые указывали на третий час ночи московского времени. По израильскому времени, это второй час ночи. Вылетели мы из международного аэропорта "Минеральные Воды" почти в полночь. Выходит, что мы летим больше двух часов. Значит, что нигде мы не приземлялись. Примерно через час мы пойдем на посадку в международном аэропорту города Бейрут в Республике Ливан. Надо нам готовиться к посадке в международном аэропорту иностранного государства. В первую очередь побриться и сходить в туалет, чтобы после у меня не было проблем в незнакомом государстве, где даже на языке иврит опасно объясняться. Могут просто убить, как врага. Глазами стал искать табличку знаков туалета. Не может экипаж грузового самолета лететь несколько часов без туалета? Вдруг кому-то приспичило, а ты в воздухе. Горшок с собой не возьмешь и из самолета горшок не выплеснешь. В воздухе никуда не выйдешь. Выходит, что в этих целях должен быть туалет или какое-то другое помещение, где может оправиться человек во время длительного полета в самолете, чтобы не терпеть до посадки на землю. После минуты обозрения салона грузового самолета я наконец-то увидел знак туалета возле кабины пилотов. Я ни стал самовольничать в отношении посещения туалета. Осторожно постучал в стеклянную дверь, ведущую в кабину пилотов, которые скорее не по звуку, а по движению моей руки обратили внимание на меня. Кивком головы штурмана грузового самолета разрешили мне пользоваться туалетом во время нашего полета. Я сразу воспользовался разрешением. Поспешил проникнуть в небольшую кабину санузла со всеми удобствами, как в пассажирском самолете.

- Шалом адони!(Здравствуйте господин!) - приветствовал меня, на языке иврит, Синельников Виктор, когда я вышел из туалета свободный от груза. - Ма нишма?(Как дела?) Ма хадаш? (Что нового?) Аколь беседер?(Все в порядке?).

- Если ты так обратишься ко мне на языке иврит сейчас в Республике Ливан, то ты больше не жилец на этой Земле. - серьезным голосом, предупредил я, Синельникова Виктора на его речь на языке иврит. - В любом государстве Востока, где есть исламисты, врагов у евреев значительно больше, чем тех же возможных друзей. Ты забудь язык иврит.

- Вообще-то ты прав. - согласился с моими выводами, Синельников Виктор. - Как бы у меня не вырвался язык иврит в исламском государстве. Иначе мы оба можем погибнуть. Не долетев до Государства Израиль. Буду в нем, как рыба.

Мы не знали, что нас ждет в международном аэропорту города Бейрут. Поэтому мы решили хорошо подкрепиться перед посадкой в международном аэропорту города Бейрут. Чтобы не скитаться по ливанскому международному аэропорту голодными в ожидании вылета в международный аэропорт "Бен-Гурион" города Тель-Авив, Государства Израиль. Вполне возможно, что мы вообще не будем выходить из самолета до выгрузки пшеницы в Республике Ливан. Едва мы успели закончить свой ранний завтрак во время полета самолета, как командир самолета объявил по местному репродуктору о готовности к посадке самолета в международном аэропорту города Бейрут. Мы тут же сели в специальные кресла возле борта самолета и пристегнулись ремнями безопасности. Самолет совершил разворот над Средиземным морем и плавно пошел на посадку в международном аэропорту города Бейрут, Республики Ливан. Где нас ожидало нечто необычное. О чем мы даже не могли подумать во время своего длительного полета в эту страну.

Я с трепетом вглядывался в иллюминатор самолета, пытаясь разглядеть город Бейрут или хотя бы международный аэропорт в городе Бейрут. Но кроме темного пространства под крылом грузового самолета, а вскоре мелькающих огней посадочной полосы международного аэродрома города Бейрут, я больше ничего не смог разглядеть. Лишь почувствовал легкое касание колесами грузового самолета на взлетную полосу и быстрое торможение шасси самолета. Затем наш грузовой самолет плавно снизил скорость движения по бетонной полосе. Как обычный автомобиль по трассе, самолет самостоятельно продолжил движение куда-то в сторону огромного ангара, который очевидно служил таможенным складом прибывшего груза. Этим грузом у нас была пшеница из России. Скорее всего, из Краснодарского края, который считается житницей всей Российской Федеративной Республики, включая весь Северный Кавказ.

Несколько минут грузовой самолет стоял в ожидании полной остановки турбин. После чего из кабины пилотов вышел командир самолета, а следом за ним весь экипаж. Штурман самолета открыл боковую дверь самолета. Спустил небольшой выдвижной трап прямо к ногам нескольких представителей таможенной службы, международного аэропорта города Бейрут, Республики Ливан. Два офицера таможни поднялись на борт нашего самолета. Попросили нас в первую очередь предъявить имеющиеся у нас документы. Затем осмотрели наши личные вещи в четырех кейсах. Внимательно изучив наши визы в заграничных паспортах. Затем проверив все остальные наши документы в кейсах. Таможенники долго рылись в наших продуктах, которые находились в кейсах отдельно от личных вещей и от документов. Не найдя ничего подозрительного в наших документах, в личных вещах и в продуктах, таможенники разрешили нам на время выйти из самолета на бетонную площадку до какого-то очень важного распоряжения таможни. Представители таможни разговаривали с нами на чистом русском языке без акцента. Я не удивился этому, так как по арабам в Государстве Израиль и по Фируз, которая живет на вилле вблизи города Сайда в Республике Ливан, я знал, что много арабов из Ближнего Востока обучались в вузах Советского Союза на русском языке. Поэтому спокойно отнесся к тому, что сейчас услышал русскую речь в международном аэропорту на территории Республики Ливан.

- Ты смотри, как они шпарят на русском языке! - удивленно, воскликнул Синельников Виктор, когда мы остались наедине в стороне от грузового самолета. - Даже с приволжским акцентом. Словно они родились где-то на реке Волге.

- Где арабы учились в России, на том диалекте и говорят. - сухо, приметил я. - Когда ты прилетишь в Государство Израиль, то там больше удивишься русской речи, которую услышишь на каждом шагу. Русский язык в Государстве Израиль давно перешел на второе место впереди арабского и английского языков. Пока тебе стоит быть выдержанным и внимательным. Следить за своей русской речью, тем более за языком иврит. Я совсем не хочу здесь погибнуть.

Мы прервали свою беседу из-за того, что к грузовому самолету приехал джип с ливанскими солдатами и офицерами, которые искоса подозрительно посмотрели в нашу сторону и тут же сразу поднялись в салон грузового самолета. Видимо кто-то из офицеров таможни вызвал по рации себе подкрепление. Выходит, что у нас в грузовом самолете будет капитальный обыск. Скорее всего, связанный с тем, что груз в самолете предназначен Государству Израиль. Нам пришлось простоять на бетонной площадке у борта грузового самолета около часа. Пока таможенники и военные Республики Лиан следили за выгрузкой пшеницы принадлежащей их стране. Затем тщательно проверяли груз, принадлежащий Государству Израиль. Наверно представители Республики Ливан думали, что русские везут в Государство Израиль оружие. Также как когда-то Советский Союз направлял свое оружие солдатам Республики Ливан.

- Ваш самолет задерживается на пять часов по техническим и таможенным досмотрам. - сказал нам офицер таможни, спускаясь по трапу грузового самолета к нам на бетонную площадку. - Вы можете пройти в зал ожидания нашего международного аэропорта или гулять по городу Бейрут. Вас всюду будет сопровождать русскоговорящая служащая.

- Мы можем взять свои кейсы с собой? - спросил я, офицера таможни, который направился к своему джипу.

- Как вам будет удобно. - ответил офицер таможни. - Это ваши личные вещи. У вас нет никаких проблем.

- Давай мы освободимся от одного нашего кейса. - предложил я, Синельникову Виктору. - Из двух кейсов переложим оставшиеся продукты в один кейс. Будем кейс с продуктами носить по очереди. Вдруг, мы захотим в городе кушать.

- Хорошо! Давай так сделаем. - согласился Синельников Виктор, выкладывая продукты из своего кейса.

Минут десять мы капались со своими продуктами из кейсов. Офицер таможни терпеливо ждал нас у своего джипа. Продуктов оказалось так много в кейсах, что едва уместили продукты в один кейс. С трудом закрыли замок. После этого, как две старые бабки с базара, мы забрались на заднее сидение джипа. С силой захлопнули дверцу салона джипа. Деловито махнули рукой водителю джипа, чтобы ехал в нужном направлении к залу ожидания международного аэропорта Бейрута. Пассажирский терминал международного аэропорта Берута Республики Ливан, от грузового ангара этого аэропорта был в десяти минутах езды на джипе. Но мы не поехали сразу в зал ожидания гражданского международного аэропорта. Вначале подъехали к какому-то служебному зданию, в котором, видимо, находились службы таможни и грузовых перевозок. Скорее всего, там нас ждала русскоговорящая служащая, которая должна была сопровождать нас повсюду.

- Познакомьтесь! Эту женщину зовут Вера. - сказал нам офицер таможни, когда мы зашли в служебный кабинет. - Она ваша соотечественница из России. Думаю, что вы найдете с ней общий язык и хорошо проведете свое свободное время.

- Вы так сильно похожи на русскую актрису Веру Васильеву!? - удивленно, сказал я, даме, пожимая ей руку.

- Мне часто это говорят русские. - любезно ответила дама. - Но я давно живу в Республике Ливан и вашу артисту Веру Васильеву совсем не знаю. Я бы рада с ней когда-нибудь встретиться. Вот только в Росси я не была почти с самого детства. Давно ничего не помню о России. Всего лишь знаю русский язык.

- Сейчас нет никаких проблем побывать в России. - вмешался в нашу беседу Синельников Виктор. - Если вы пожелаете прилететь в Россию, то буду рад выслать вам приглашение и оформить визу в любой город нашей великой страны.

- Я постараюсь воспользоваться вашим приглашением. - улыбаясь, сказала Вера. - Однако, сейчас вы у нас в гостях. Я готова показать вам нашу столицу. Выполнить любое ваше пожелание в экскурсии по древнему городу Бейрут, столицы Республики Ливан.

- Давайте мы начнем с зала ожидания вашего аэропорта. - предложил я, Вере, место начала нашей экскурсии в городе Бейрут. - Мне нравиться всегда рассматривать достопримечательности любого города с его воздушных ворот, с международных аэропортов.

- Я тоже хочу посмотреть изнутри международный аэропорт города Бейрут. - так же согласился со мной, Синельников Виктор. - Я никогда не был в вашей стране. О восточных странах знаю по урокам истории.

- Прошу, господа, в мой легковой автомобиль. - жестом руки и легким поклоном, пригласила нас Вера к выходу из служебного помещения на небольшую площадь возле служебного здания, где припаркованы легковые автомобили.

Автомобилем нашей переводчицы оказался шестисотый "Мерседес", на котором предпочитают передвигаться в основном "новые русские" в России. Здесь же обычная служащая ливанской таможни могла себе позволить управлять таким шикарным автомобилем. Скорее всего, этот легковой автомобиль принадлежит ливанской таможни, а не даме по имени Вера. Это, какие огромные деньги надо иметь, чтобы купить такой шикарный легковой автомобиль?!

- Сколько же стоит ваш легковой автомобиль!? - спросил я у Веры, когда автомобиль развернулся по кругу.

- Я не знаю сколько стоит этот служебный автомобиль. - ответила Вера. - Наверно, очень дорого. Я не могу себе позволить купить легковой автомобиль. Мы с дочкой живем вдвоем. На одну зарплату мы не можем купить автомобиль. Автомобиль мне предоставляет служба таможни, а водительские права есть у всех.

Я больше ни стал задавать даме вопросы. Так как не хотел влезать в личную жизнь незнакомого человека. К тому же мы подъехали к пассажирскому терминалу международного аэропорта города Бейрут, Республики Ливан. Несмотря на предрассветное время на площади возле международного аэропорта было много разных марок автомобилей. С трудом припарковались на служебной стоянке. Возле аэропорта по тротуару, освещенному неоновым светом, направились в зал ожидания, который был настолько огромен, что впервые прибывшим можно было тут заблудиться.

- Саша! Саша! - услышал я, сразу с боку женский голос, когда мы вошли в просторный зал ожидания.

Я повернулся на голос женщины и тут же сразу обомлел оттого, что увидел всего в нескольких шагах от себя. Старая седоволосая женщина пыталась остановить резвящуюся вокруг нее маленькую девочку. Разговаривала старая женщина с девочкой на арабском языке. Но называла эту девочку русским именем Саша. Однако меня поразило ни то, что арабскую девочку называли русским именем, а то, что эта девочка была альбиноской. Точно такой же, как моя бабушка Маня, ее дочка Марья, моя дочь Александра и еще кто-то из наших родных по лини мамы - терских казаков.

- Твою маму зовут Фируз? - растерянно, спросил я у девочки. - Вы живете на вилле в городе Сайда?

- Ты откуда знаешь меня? - серьезно, спросила девочка на русском языке, в упор, посмотрев на меня.

- Потому, что я твой папа. - сразу вырвалось у меня. - Меня тоже зовут Саша. Я случайно прилетел сюда.

- Папа! Папочка! Я знала! Знала! Что ты обязательно прилетишь к нам! - закричала Саша и обняла меня за шею. - Мама говорила нам, что ты далеко отсюда от нас. Мы с Шуриком верили, что ты когда-то прилетишь.

- У тебя есть брат Шурик? Вы близнецы! - догадался я. - Я хочу увидеть твою маму и своего сына Шурика.

- Мама улетела по своим делам в Европу. - прижимаясь ко мне, сказала Саша. - Шурик остался на вилле.

Мы не успели поговорить с дочерью. В это время к нам подошла старая женщина и силой оторвала от меня дочь. Саша попыталась что-то сказать старой женщине на арабском языке. Но старая женщина даже не хотела ее слушать. Силой увела мою дочь в сторону парковки легковых автомобилей. Посадила Сашу в легковой автомобиль "Ягуар". Тут же увезла мою дочь куда-то далеко от меня. Видимо, это была мама Фируз. То есть, бабушка моих детей, которая даже не пыталась выяснить такого неожиданного порыва между случайным русским мужчиной и своей внучкой. Может быть, дома бабушка послушает свою внучку...

- Что у вас случилось? - забеспокоилась Вера, ушедшая вперед нас, вернулась на крик старой женщины.

- Случайно в аэропорту встретил свою дочь. - сразу, выпалил я. - О существовании, которой ничего не знал.

- Так это ты русский отец прекрасных близнецов, которых воспитывает Фируз? - удивленно, спросила Вера.

- Вы, что, хорошо знакомы с Фируз? - удивленно, спросил я, Веру. - Вы живете на вилле в городе Сайда?

- Я живу в городе Бейрут. - ответила мне, Вера. - Мы с Фируз когда-то давно рядом жили в городе Бейрут.

- Извините за трагическую догадку. - тревожным голосом, сказал я. - Вы жили рядом до того времени, как бомба угодила в квартиру Фируз. Тогда у Фируз погибла вся семья. Фируз рассказывала мне о трагидии.

- Тогда бомба угодила не только в квартиру семьи Фируз. В нашу квартиру тоже. - со слезами на глазах, сказала Вера. - Мы с дочерью в это время вышли из дома погулять. Таким образом, чудом остались живые.

Вера заплакала, прикрывая глаза руками. Я ничего больше не говорил. Мне было неудобно перед дамой, что я потревожил жуткие воспоминания, когда почти у нее на глазах в квартире от взрыва бомбы погибла вся семья. Наверно осталась у нее одна дочь, которой должно быть не меньше тридцати лет. Наверно Вера давно стала бабушкой и воспитывает своих внуков? Хотя нам Вера говорила, что она живет вдвоем с дочерью. Выходит, что по каким-то причинам дочь Веры не вышла замуж. Поэтому продолжает жить с мамой. Жалко, что проклятая война семьи сгубила.

- Ну, ладно! Хватит нам думать о грустном. - поправляя макияж на лице перед зеркальцем, серьезно сказала Вера. - Продолжим нашу экскурсию по историческим достопримечательностям города Бейрут. У нас много интересных мест. Однако, совсем мало времени на нашу экскурсию.

- Извините, Вера! Мы можем съездить на виллу Фируз в город Сайда? - спросил я, Веру. - Мне хочется увидеть своего сына и поговорить с бабушкой моих детей. Я не хочу считаться плохим отцом перед детьми.

- Почему нет!? - удивленно, ответила Вера. - Мы вполне успеем съездить в город Сайда и вернуться к вылету вашего грузового самолета. Если ваш самолет будет готов раньше, то время вылета самолета сообщат мне на телефон. По пути я заскочу к себе домой. Проведаю свою дочь. Мы почти сутки не виделись.

Синельников Виктор присутствующий рядом при моем разговоре с дочерью Сашей и с нашей переводчицей Верой, видимо был шокирован прошедшей сценой встречи и разговорами. С вытаращенными от удивления глазами Синельников Виктор не говоря ни единого слова, взял в руки два кейса и направился к автомобилю Веры. Мы с Верой последовали за ним. Нам надо было спешить успеть съездить в гости к моим двум детям и вернуться в международный аэропорт. Выбравшись из ярких огней автомобильной развязки возле международного аэропорта. Наш автомобиль окунулся в ночную темноту, с коридором огней вдоль трассы, устремленной в сторону города Бейрут, столицы Республики Ливан. Я пытался разглядеть окружающую нас местность. Но фонари вдоль трассы так сильно освещали полосу дороги, что за линией света невозможно было разглядеть местный ландшафт, который быстро менял свои формы во время большой скорости нашего легкового автомобиля. Поэтому я перестал бесполезно вертеть головой у окна легкового автомобиля и просто закрыл глаза, пытаясь отдохнуть от суеты мелькающей природы. Скорее бы доехать до города Бейрут, а затем проскочить до города Сайда.

Когда мы подъехали к городу Бейрут, то предрассветные сумерки стали быстро меняться под воздействием наступающего рассвета. Шестисотый "Мерседес" сверкая лаком своего капота в первых лучах восходящего солнца, уверенно помчался по знакомым ему улицам города Бейрут. Я думал, что мы окунемся в архитектуру времен крестоносцев, а передо мной появилась архитектура современных кварталов европейского стиля с высотными зданиями. Я ни стал спрашивать Веру о достопримечательностях города Бейрут. У меня были одни мысли о моих детях, рожденных в Республике Ливан от арабки-христианки по имени Фируз. Все равно, каким образом, были, рождены дети близнецы, законным или не законным, они все равно мои дети по крови. У меня никогда не было в голове мыслей отказываться от своих детей рожденных вне брака от других женщин, где бы не находились с детьми эти женщины и родившие от меня детей. Я постоянно думал о встречи со своими детьми, живущими рядом со мной и вдали от меня в разных странах мира. Мне хотелось когда-то обязательно собрать вместе и познакомить своих детей друг с другом.

- Вам придется выйти из легкового автомобиля, пока я схожу домой. - виновато, сказала Вера, паркуя свой "Мерседес" на стоянке. - Служебный автомобиль закодирован. У вас здесь с местной полицией могут быть неприятности в мое отсутствие. Поэтому вы можете постоять где-то рядом с моим автомобилем. Далеко не ходите. Мне надо увидеть свою дочь и заглянуть в холодильник с продуктами дочери. Я скоро вернусь...

Выбираясь из легкового автомобиля, мы на всякий случай прихватили с собой свои кейсы. Мало ли что может быть в чужой стране. Отошли в сторону от "Мерседеса", чтобы он вдруг не запищал своей сигнализацией от нашей близости к нему или чтобы местная полиция ни стала выяснять с нами свои отношения из-за нашего присутствия возле служебного автомобиля таможни Республики Ливан. Мы все равно с Синельниковым Виктором не знаем арабского языка и можем влипнуть в какую-нибудь неприятную историю. Пока мы удалялись от легкового автомобиля "Мерседеса" наша переводчица перебежала улицу перед идущими автомобилями и вошла в дом на другой стороне улицы. Наверно после трагедии во время гражданской воны в Республике Ливан и гибели двух семей где-то здесь в городе Бейрут. Фируз перебралась жить в свою виллу под городом Сайда. Вера поселилась в этом жилом здании, которое, возможно, построили пострадавшим от бомбежки семьям.

Может быть, даже так, что квартиру в этом доме Вере дало правительство Республики Ливан. Ведь эта женщина работает в государственной службе таможни Республики Ливан. Наверно Вера свободно владеет несколькими языками. То, что Вера владеет арабским и русским языками, в этом мы убедились во время нашей встречи. Вполне возможно, что Вера знает вдобавок как минимум хотя бы один из европейских языков. Не может же Вера обходиться русским и арабским языками при встрече с представителями из европейских стран. Поэтому Вера, наверное, знает английский язык, на котором говорят во многих странах мира, с которыми имеет свою связь Республика Ливан.

Несмотря на столь ранний час на улицах города Бейрут было так много транспорта, словно сейчас был, обычный рабочий день и совсем не было ночи. Движение транспорта и людей увеличивалось с каждой минутой. Не прошло и пяти минут нашего ожидания, как вокруг нас появился сплошной поток пешеходов. Так можно определить начало времени, которое во всем мире называют в одном понятии "час пик". Начало рабочего дня. Мы вынуждены были отойти в сторону под тень зданий от потока людей и от наступающего зноя южного палящего солнца. Даже трудно было подумать, что сейчас по календарю на планете Земля наступила зима, а в России давно повсюду выпал снег.

Предостережения Веры насчет своего служебного автомобиля и насчет нас, оказалось, не были напрасны. Не прошло и пяти минут нашего стояния в стороне от служебного легкового автомобиля "Мерседес", как местная полиция обратила свое внимание вначале на припаркованный легковой автомобиль. Затем полиция стала разглядывать нас с тремя кейсами. На наше присутствие возле какого-то административного здания с вывеской на английском и арабском языках. Мы ни стали ожидать, когда нас стану задерживать, а затем обыскивать в отделении полиции. Поэтому мы отошли от входа служебного здания в небольшой сквер. Держа в поле зрения наш легковой автомобиль. Время безжалостно в отношении нас. Не успеешь оглянуться, как твое детство превращается в старость. Вот и сейчас. Быстрое возвращение Веры обернулось в два часа нашего томительного ожидания. Мысли о поездке в город Сайда отошли на второй план. Время таяло, как лед на солнце. Экскурсии по достопримечательностям города Бейрут тоже выпадали из наших планов на пять часов до вылета. Нам бы теперь успеть вернуться к своему самолету.

Когда время ожидания перевалило за три часа, мы стали паниковать в ожидании Веры. Мы могли оказаться в сложном положении. Надо было как-то решать наше возвращение в международный аэропорт города Бейрут. С отметками визы в Государство Израиль мы ни куда не могли обратиться. Так как всюду вокруг нас были враги Государства Израиль. При любой встречи с врагами Государства Израиль нас могли убить среди белого дня в присутствие многочисленной толпы народа на улицах города Бейрут. Идти пешком в международный аэропорт, нет ни какого смысла. Мало того, что далеко. Кроме того, мы даже не знаем направления в сторону международного аэропорта.

- Может быть, нам пойти в это здание и спросить, где живет русская женщина по имени Вера? - предложил мне, Синельников Виктор. - Не стоять же нам здесь до бесконечности? Мы скоро можем опоздать на свой грузовой самолет.

- Мало того, что мы не знаем арабского языка. - объяснил я, Синельникову Виктору. - Мы с тобой не знаем местных обычаев. Если здание окажется женским общежитием, то нас арабки кастрируют. Забьют до смерти палками или в лучшем случае сдадут в местную полицию. Дальше нас ждет смерть от местных националистов или просто тюрьма на остаток нашей жизни. Лучше мы подождем Веру здесь на улице.

- Тогда давай будем ждать до победного конца. - согласился со мной Синельников Виктор. - Когда-нибудь Вера выйдет из дома к своему легковому автомобилю. Мы сможем уехать в аэропорт. Там что будет, то будет. Ведь не убили нас таможенники при виде израильских виз в наших паспортах. Выходит, что ни все люди в Ливане враги Израиля...

Не успел Синельников Виктор закончить свою речь, как в это время из дома напротив, выскочила из подъезда Вера. В разорванном платье и с кровью на груди. Следом за ней с ножом в руках из этого подъезда выскочила молодая женщина. Видимо дочь Веры. Размахивая ножом, молодая полуобнаженная женщина прямо при людях кинулась на Веру. Пытаясь избежать удара ножом от дочери, Вера кинулась на проезжую часть улицы и угодила прямо под колеса грузового автомобиля. Грузовой автомобиль резко затормозил. Но было поздно. Грузовой автомобиль раздавил Веру передними и задними колесами.

Обезумевшая от ужаса увиденного дочь Веры, тут же выбросила из руки нож. Кинулась в сторону тела матери и угодила под колеса легкового автомобиля, на большой скорости выскочившего из-за грузового автомобиля. Молодую женщину буквально перевернуло под легковым автомобилем и разорвало на две части. У обеих женщин попавших под колеса автомобилей не было никакого шанса выжить. Веру буквально переехал колесами больше грузный автомобиль. Тело Веры было раздавлено и размазано по асфальту дороги. Тело дочери искореженными кусками валялось рядом. От обоих трупов женщин много разлилось крови на несколько метров. На улице сразу началась паника. К месту происшествия прибыла полиция.

- Все! Нам нужно уходить отсюда. - сказал я, Синельникову Виктору. - Мы им не поможем. Нам надо спасать свою жизнь. Может быть, нам удастся пробиться до международного аэропорта или хоть до израильских войск расквартированных на территории Ливана.

- Давай пока уйдем подальше отсюда. - согласился со мной, Синельников Виктор. - Дальше мы все обдумаем в пути. Надо найти в Бейруте какое-то представительство России или представительство аэропорта.

Воспользовавшись паникой вокруг погибших женщин, мы не спеша удалились с кровавого места. Прошли в сторону центра города Бейрут. Совершенно не договариваясь между собой, мы стали глазами искать вывески на русском языке или какие-то знаки местного международного аэропорта города Бейрут. Наверно, Синельников Виктор, также как я, пытался найти какое-нибудь консульское или дипломатическое представительство России в Республике Ливан или же представителей местных авиалиний, через которых можно было бы нам пробиться к своему грузовому самолету. Вполне возможно, что наш самолет не успел улететь или в аэропорту отложил вылет самолета из-за нас двоих.

Наши поиски по городу Бейрут казались нам бесконечными. В центре города Бейрут не оказалось никаких российских представительств. Служебных контор местных авиакомпаний мы тоже не встретили. Наверно все эти учреждения находятся в другой черте многомиллионного города Бейрут или вообще где-то на окраине города Бейрут. В специально отведенном месте в столице Республике Ливан. Как это делают в других столицах не только здесь в восточных странах, но также во многих других странах ближнего и дальнего зарубежья. В том числе в Государстве Израиль.

Время перевалило за вторую половину дня, когда мы измученные бесконечными поисками, буквально случайно наткнулись на джип с эмблемами международного аэропорта города Бейрут. Я не знал, как нам обращаться, к двоим парням, сидящим в служебном джипе и спорящим о чем-то между собой на арабском языке. Но упускать такой шанс мы не могли. Если не уедем в международный аэропорт с этими парнями, то нам придется принять смерть от врагов Государства Израиль или даже принять ислам и навсегда остаться жить среди своих иноверцев в Республике Ливан.

- Подожди меня здесь. Я с ними сейчас договорюсь. - сказал Синельников Виктор, направляясь к джипу.

Я остался на тротуаре с тремя кейсами, а Синельников Виктор пошел к джипу с эмблемами местных и международных авиалиний. Конечно, до этого времени, я не мог себе представить, что Синельников Виктор может кроме русского языка и языка иврит, знать какой-нибудь другой иностранный язык. Тем более, арабский язык. Однако, решительно приблизившись к джипу, Синельников Виктор, вдруг, обратился на английском языке к спорящим парням, которые вначале не поняли английскую речь Синельникова Виктора. Парни перестали спорить. Удивленно посмотрели на Синельникова Виктора и заговорили с ним на английском языке. Гул моторов проезжающих автомобилей не позволял мне услышать английскую речь между парнями в джипе и Синельниковым Виктором. Но мне и не нужно было слышать не знакомый мне язык. Я все равно ничего не понял бы из этой английской речи. Главное, чтобы Синельников Виктор договорился с местными парнями, а они отвезли нас в международный аэропорт города Бейрут. Наш грузовой самолет, наверно, давно улетел в Государство Израиль. Может быть, все же цивилизованные таможенники в Государстве Израиль помогут нам выбраться из этой страны.

- Пойдем! Я договорился с парнями. - сказал мне, Синельников Виктор, вернувшись от джипа. - Они нас подвезут с другой стороны международного аэропорта. Дальше мы сами доберемся пешком до местной таможни к нашему самолету. Думаю, что наш самолет без нас не улетит. Наверно они все знают о гибеле Веры и ее дочери.

Я ни стал спрашивать Синельникова Виктора, откуда он знает английский язык. За время своего бизнеса в бывшем Советском Союзе с заграничными командировками, а также за время проживания в Государстве Израиль, я давно привык к тому, что если человек в совершенстве владеет двумя языками, то следующие языки ему легче учить. Исключения составляют лишь такие люди, как я, которые страдают дилексией и не могут усваивать иностранные языки.

Когда арабы пригласили нас сесть на заднее сидение своего джипа. Едва я удержался, чтобы не выскочить обратно на тротуар. Так как за спинкой заднего сидения торчал ствол автомата Калашникова, а открытый багажник джипа был просто напичкан огнестрельным оружием различных видов и калибров, которые видимо были у этих парней совсем не на мирные цели. В любое время нас двоих могли лишить жизни. Я сразу пожалел о том, что мы сели в джип. Просто какой-то инстинкт на самосохранение подсказал мне, что обратного движения нет. Поэтому я, как ни чего не бывало, приветствовал парней по мусульманскому обычаю, отчего, только лучше расположил их внимание к нам. Парни даже пытались заговорить со мной на арабском языке. Отчего чуть было не провалили мою любезность к ним, из-за моего не знания арабского языка. Хорошо, что Синельников Виктор вовремя смекнул, в чем проблема. Поспешил пояснить парням на английском языке, что я русский, а живу среди мусульман на Северном Кавказе. Поэтому хорошо знаю мусульманские обычаи, но не говорю на другом языке по той причине, что на Северном Кавказе более ста национальностей. Каждый населенный пункт говорит на своем языке. Выучить сто языков просто не возможно.

Парни доброжелательно засмеялись насчет изучения ста языков. Добродушно пожав мне руку, парни стали заводить свой джип, чтобы вести нас в международный аэропорт города Бейрут с другой стороны аэропорта. Мы ни стали спрашивать, почему с другой стороны международного аэропорта привезут нас. Видимо у них там служба охраны международного аэропорта. Поэтому у них с собой, столько много огнестрельного оружия. Мы ведь ничего не знаем о порядках и обычаях в этой арабской стране. Вполне возможно, что у них так обращаются со служебным оружием. Почти также как в Государстве Израиль, где у любого взрослого человека может быть право носить свое оружие.

Мы долго петляли по замысловатым улицам города Бейрут, словно совершали экскурсию, которую хотела показать нам Вера, погибшая фактически от рук своей дочери. Видимо гибель семьи от случайной бомбы, попавшей в их дом, сильно отразилась на психике тогда маленькой девочки дочери Веры. Отсюда обоюдное одиночество, вообще-то не старых женщин. Наверно, на этой почве возник скандал между матерью и дочерью, приведший к трагическому концу нервной жизни, связанной с боевыми действиями гражданской войны в городе Бейрут, столицы Республики Ливан.

Наконец-то джип вырвался из лабиринтов улиц города Бейрут. Дальше мы поехали по государственной трассе вдоль берега Средиземного моря. Чем-то прибрежная полоса дороги напоминала мне прибрежные дороги городов Государства Израиль. Также вдоль всей дороги городские пляжи у моря с одной стороны. Городские кварталы, высотных зданий с другой стороны государственной трассы. Даже автомобильные заправочные станции у развилок дорог похожи на автомобильные заправочные станции, которые установлены почти у каждой развилки дорог Израиля.

Покружив по трассе в пригородах Бейрута, словно от возможного преследования, наконец-то джип выскочил на трассу по направлению к международному аэропорту, откуда, предположительно, перед рассветом выехали мы на служебном автомобиле таможни. Точно сориентироваться после ночной поездки сейчас было трудно. Однако когда я проследил одну за другой посадки пассажирских самолетов, то понял, что сейчас мы едим в нужном направлении. Значить скоро будем в международном аэропорту и до заката солнца там успеем встретиться местной таможней. Вот только расчеты мои не сбылись. Когда джип проследовал по государственной трассе вдоль всей длины международного аэропорта и не завернул в аэропорт, с другой стороны аэропорта, то я подумал, что мы стали заложниками в какой-нибудь местной банде или даже в боевом крыле отрядов хамаса, которые базируются в городе Бейрут. Теперь нас возьмут в заложники. Будут обменивать на своих бандитов, которые сидят в разных тюрьмах всего мира.

Видимо араб за рулем заметил через зеркало беспокойство на моем лице. Он тут же сказал Синельникову Виктору на английском языке, чтобы мы не беспокоились. Сейчас мы заедем в одну деревню к друзьям, а затем они отвезут нас в международный аэропорт, с другой стороны. Так что ничего с нами не случиться мы будем доставлены в международный аэропорт в целости и в сохранности. Успеем сегодня улететь к себе в Россию или на Северный Кавказ.

После того, как международный аэропорт оказался позади нас, мы повернули в сторону гор на проселочную дорогу. Минут через двадцать езды по государственной трассе джип въехал в небольшую арабскую деревню, чем-то напоминающую аул в Дагестане. С той лишь разницей, что в этой деревне было больше современных домов, чем в аулах Дагестана. Кроме того, в аулах Дагестана нет бойлеров подогрева воды на крышах домов. Здесь же бойлеры подогрева воды торчат на каждой крыше. Поэтому арабская деревня в Республике Ливан, больше напоминает арабскую деревню в Государстве Израиль, а точнее в Палестине, которая находится под властью Государства Израиль и борется за свою независимость. Отчего здесь на Востоке длительное время продолжается военная напряженность.

Мы почти пересекли деревню по одной единственной улице, прежде чем остановились возле длинного дома с плоской крышей. Жилой дом был похож на производственный цех с множеством окон и одной большой дверью, к которой джип подрулил задом и дважды просигналил. Вызывая кого-то из дома. Вероятно на выгрузку боеприпасов находящихся в багажнике джипа за моей спиной. Вполне возможно, что боеприпасы и огнестрельное оружие были предназначены боевикам хамаса или хезбаллы, совершающие террористические акты против Государства Израиль. Нам пришлось ждать с минуту, прежде чем из дома после третьего сигнала джипа вышли двое обросших парней с сонными глазами. Видимо боевики, которые отдыхали после ночных вылазок против Государства Израиль или против израильских войск находящихся на сорока мильной территории безопасности в Республике Ливан. Так продолжается много лет между боевиками террористических банд в Республике Ливан и солдатами Государства Израиль.

Обменявшись приветствиями с арабами в джипе, боевики открыли багажник джипа. Удивленно посмотрели на нас. Тут же, как ни в чем не бывало, стали выгружать оружие из джипа прямо на бетон перед дверями в жилой дом. Оставили в багажнике джипа один гранатомет "муха", российского производства, два автомата Калашникова с шестью рожками патронов и две ручные гранаты, предназначенные на поражение пехоты и один ящик тротиловых шашек. Как только боевики закрыли багажник джипа, мы сразу отъехали от жилого дома и поехали в обратном направлении в сторону международного аэропорта города Бейрут. К этому времени наступали сумерки предстоящей ночи. Однако джип не включил свет своих фар, как бы опасаясь обнаружить себя при въезде в охраняемую зону международного аэропорта. Поэтому по проселочной дороге и по государственной трассе до международного аэропорта мы ехали в полумраке, постоянно рискуя попасть в аварийную ситуацию в дороге. Мы словно крались к своей жертве.

Не доезжая до международного аэропорта, джип резко свернул в сторону с государственной трассы. Мы поехали по бездорожью вокруг международного аэропорта, обнесенного огромным бетонным забором с колючей проволокой. Заборпоросший густой зеленью дикого кустарника был в рост человека. Специально высаженные деревья вдоль длинного бетонного ограждения, через которое не было видно взлетнопосадочных бетонных полос международного аэродрома. Видно было лишь самолеты, производящие посадку и взлетающие с полос международного аэродрома. Объехали большим кругом территорию международного аэропорта, джип въехал в густые заросли дикой растительности без спроса человека выросшей возле охраняемой территории. Джип остановился под огромным платаном в нескольких метрах от забора международного аэропорта. Араб, сидящий за рулем, связался с кем-то по сотовому телефону на арабском языке. Затем сказал нам на английском языке, что можно выходить из джипа. Оба парня взяли гранатомет "муха", автоматы Калашникова с двумя рожками на каждый автомат. Не выключая двигатель джипа, парни направились к густым зарослям в направлении международного аэропорта. Осторожно пробираясь в кустах.

Мы тоже вынуждены были следовать за этими парнями, так как другого выбора у нас не была. Как говорится среди русского народа "чего мы добивались, на то мы и нарвались". Нас привезли в международный аэропорт, как мы этого хотели. Но лишь теперь было ясно, что сюда на джипе с нами прибыли боевики далеко не с мирными целями. Боевики собирались совершить террористический акт, а мы им нужны были, как прикрытие к их отходу или как свидетели перед прессой после совершенного террористического акта в международном аэропорту города Бейрут.

Когда мы пробрались к забору сквозь густые заросли кустарника, то увидели в бетонном заборе хорошо замаскированный проход на территорию международного аэропорта. Куда пролез вначале один боевик, затем пропустили меня. Следом за мной пролез Синельников Виктор, которого прикрывал второй боевик с автоматом. Так мы оказались на территории международного аэропорта города Бейрут в сопровождении двоих вооруженных боевиков. Едва только за кустарником показалась взлетно-посадочная полоса международного аэродрома, как тут же боевик, идущий впереди нас, стал приготавливать ручной гранатомет "муха". Получилось так, что к этому моменту рядом с боевиком вооруженным гранатометом в руках стоял Синельников Виктор с кейсом. Следом стоял я. За мной стоял другой боевик с автоматом Калашникова с взведенным затвором, готовый к любым возможным боевым действиям.

Боевики обмолвились между собой на арабском языке. После чего стали что-то ждать. Мы стояли между боевиками и ожидали, что сейчас произойдет какое-то ужасное событие. Невольными свидетелями ужасного события будем мы вдвоем. Оба русские на территории арабского государства. С той лишь разницей, что Синельников Виктор является гражданином Российской Федеративной Республики. В то время как я гражданин Государства Израиль. Но это не делает разницы между нами. Мы оба русские по нации и находимся в равных условиях перед опасностью, которой нам никак нельзя избежать и нельзя предотвратить намеченный террористический акт, который с минуту на минуту произойдет здесь в международном аэропорту города Бейрут. Мы будем как бы участники совершенного террористического акта.

Мои скверные размышления прервал грузовой самолет, появившийся на взлетной полосе. Когда я прочел номер борта и увидел российскую эмблему аэрофлота, то был весьма удивлен, что это был наш борт грузового самолета, который ждал нас целый день. Лишь из-за этих боевиков мы не успели на свой грузовой самолет. Теперь мы уже точно навсегда останемся в Республике Ливан и вполне возможно, что больше никогда мы не вернемся к своим семьям.

- Аллах Акбар! Исраель! - крикнул боевик с гранатометом в руках, когда грузовой самолет был напротив.

Едва боевик вскинул свой гранатомет на плече, как в этот момент стоящий рядом Синельников Виктор изо всех сил ударил тяжелым кейсом в висок боевика с гранатометом в руках. Стоящий рядом со мной боевик попытался было выстрелить из автомата Калашникова в спину Синельникова Виктора, но я не заставил себя уговаривать. Инстинктивно со всех сил врезал кейсом с продуктами боевику по его физиономии. Боевики без сознания упали на землю. Как только оба боевика оказались у нас под ногами. Мы обозленные на боевиков до безумия. Словно совершенно сошедшие с ума, стали молотить боевиков, куда попало ногами и прикладами автоматов Калашникова. Били боевиков с такой силой, что через пару минут боевики были просто куском отбивного мяса и не придавали никаких признаков жизни. Немного придя в себя, мы поняли, что в пылу ярости и гнева мы забили боевиков насмерть.

- Все! Хватит! - опомнившись, сказал Синельников Виктор. - Надо бежать отсюда. Берем с собой оружие.

- Ты автомобилем можешь управлять? - спросил я, Синельникова Виктора, пока мы собирали оружие.

- Конечно, могу. - ответил Синельников Виктор, поднимая с земли гранатомет. - У меня есть своя машина.

- Вот и хорошо! - одобрил я, возможность Синельникова Виктора управлять автомобилем. - На таком джипе в сумерках наступающей ночи мы успеем скрыться с места разбоя. Дальше сама обстановка подскажет нам, как нам поступать дальше. Главное, это чтобы нам не угодить в лапы бандитам. С властью мы разберемся, когда им сдадимся.

Собрав все оружие вокруг бандитов, мы быстро направились к джипу и через пару минут отъехали с места разборки с боевиками, которые пытались подбить с гранатомета наш грузовой самолет. Теперь нам было ясно, что в международном аэропорту города Бейрут у боевиков имеется собственный информатор, который точно знает, когда и куда вылетают самолеты. Так что в международном аэропорту нам делать нечего. Нас могут просто застрелить, как сообщников террористов или как убийц солдат охраны международного аэропорта. В таком случае нам надо пробиваться к израильским войскам на юге Республики Ливан или своим ходом пробиваться к границам Государства Израиль, чтобы добровольно сдаться на милость пограничных войск Государства Израиль. В любом случае у нас пока нет другого выбора. Любые власти могут нас либо расстрелять как сообщников бандитов, либо посадить нас в тюрьму.

- Давай спокойно поедем по государственной трассе на юг Республики Ливан. - предложил я, Синельникову Виктору, когда мы уехали далеко от места события и стали приближаться к государственной трассе Республики Ливан. - На юге можем сдаться израильским войскам или скрыться в горах от возможных преследований со стороны бандитов. Лучше нам быть задержанными израильскими солдатами.

Синельников Виктор не говоря ни слова, повернул джип с бездорожья на государственную трассу и пристроился сзади автобуса переполненного людьми, которые ехали в сторону города Сайда. В это время у меня, было, мелькнула мысль поехать на виллу к Фируз, где жили мои дети. Но я тут же отверг свои скверные мысли. В отсутствии Фируз без знания арабского языка, я не мог подвергать опасности своих малолетних детей. Ни то время и ни тот случай, когда я мог встретиться со своими детьми в городе Сайда Республики Ливан в присутствии Фируз и спрятаться в бомбоубежище. Сейчас нам надо спасать свои жизни.

Другое дело если бы сейчас на вилле была Фируз, то она помогла бы нам укрыться от возможного преследования у себя на вилле. Как тогда несколько лет назад Фируз прятала меня у себя на вилле, а затем помогла перейти границу в Государство Израиль. Точно также Фируз могла бы помочь нам сейчас перейти границу на территорию Государства Израиль. Дальше мы могли бы разобраться сами. Но сейчас Фируз нет в Ливане. Надо сейчас самих себя спасать.

- Поворачивай влево на юговосток. - сказал я, Синельникову Виктору, когда вдали показался город Сайда. - У меня там, на границе между Республикой Ливан и Государством Израиль есть знакомая деревня арабов-христиан. Когда-то эти арабыхристиане помогли мне вернуться домой в Государство Израиль. Возможно, в деревне помогут сейчас.

Синельников Виктор, словно робот, повинуясь моим указаниям, молча, свернул с государственной трассы на проселочную дорогу и направил джип в сторону гор, на юго-восток к границе между Республикой Ливан и Государством Израиль. Почти в это же время следом за нами повернул с государственной трассы такой точно джип. Едва мы удалились от государственной трассы, как с джипа стали стрелять в нас из автомата. Дальнейшее продвижение в горы было нам опасно. Там нас могли пристрелить. Надо было нам принимать бой из-за какого-то надежного укрытия.

- Разворачивайся вправо и тормози в овраге. - сказал я, Синельникову Виктору, когда джип нырнул в овраг.

Синельников Виктор резко повернул руль вправо и выскочил из джипа с автоматом Калашникова. Синельников Виктор приготовился к бою слева через капот джипа. Я с ручным гранатометом "муха" отошел вправо от джипа. Едва только мы заняли удобную позицию к бою, как в это время на вершине холма появился джип преследующий нас. Я тут же нажал на спусковой крючок ручного гранатомета и угодил снарядом прямо в капот джипа на расстоянии нескольких десятков метров. Преследующий нас джип, словно мустанг, от взрыва снаряда вскочил на задние колеса и тут же разорвался на куски. В это мгновение Синельников Виктор выпустил длинную очередь фактически по трупам преследующих нас бандитов, части которых валялись повсюду. В преследующем нас джипе было несколько парней.

- Теперь нас спасут лишь горы. - сказал я, Синельникову Виктору, возвращаясь обратно в джип. - Мы с тобой ни в чем не виноваты. Бандиты нам навязали бой. Но никто с нами разбираться не будет. Мы здесь перед всеми местными жителями стали врагами. Нам надо быстрее драпать отсюда в горы.

Хорошо, что ландшафт территории Республики Ливан в основном из холмов и небольших долин, покрытых солончаком с редкой растительностью. В таких местах ночью даже при слабом свете луны можно передвигаться по местности без зажженных фар автомобиля и быть незаметным со стороны возможного преследования. Надо быстрее приблизится к горам. Затеряться в расщелинах гор среди густой растительности. Успеть скрыться от преследования в лесу. Мы долго петляли на джипе в руслах высохших рек, а также во многовековых проемах вымытых дождями меж высоких холмов. Старались не подниматься на холмы. Издали объезжая населенные пункты, которые выдавали себя электрическим светом. Мы были словно звери, загнанные в горы терроризмом в современной цивилизации. У нас не было другого выхода, как только скрыться от возможного преследования террористических банд, которые вполне возможно были связаны между собой современными приборами связи и знали о наших поступках, а также о нашем передвижении в сторону гор. Вполне возможно, что в служебном джипе были вмонтированы приборы космического следования. Через космическую связь нас могли найти всюду. Вероятно, поэтому нас нашли так быстро террористы, которые преследовали нас на небольшом расстоянии от международного аэропорта, где нами были избиты насмерть два террориста, пытавшиеся подстрелить из ручного гранатомета "муха" грузовой самолет, следующий чартерным рейсом с мирным грузом из России в Государство Израиль. Наверно нас сейчас пасут через космос по монитору?

- Нам надо избавиться от джипа. - в слух, высказал я свою мысль, Синельникову Виктору. - Это служебный джип международного аэропорта, в котором работали террористы. В этом джипе вмонтирован прибор космического слежения. Если бандиты на другом джипе так быстро нашли нас после нашего отъезда от международного аэропорта, то оставшиеся в живых другие бандиты скоро найдут нас и прикончат вместе с джипом. Нас спасут в горах только ноги.

- Я прекрасно это понимаю. - наконец-то заговорил Синельников Виктор. - Но нам надо как можно ближе подъехать к горам. Затем там избавиться от джипа, за которым бандиты следят через космос. Знают, где мы сейчас находимся. Хорошо, что у бандитов нет авиации. Иначе нас давно могли прикончить с воздуха.

Нам понадобилось около часа петлять меж высоких холмов. Прежде чем мы приблизились к первому ущелью, врезавшемуся в горы меж высоких вершин поросших высоким хвойным лесом. Столь не привычным тропическому климату этих мест, которые в долинах имеют тропическую растительность в виде цитрусовых деревьев, бананов, пальм и других экзотической растительности. Здесь между скал росли в основном хвойные деревья, которые сильно отличались своими мелкими колючками от хвойных деревьев в России. Однако в этом лесу нам будет легче спрятаться.

- Прежде чем столкнуть джип в пропасть, нам надо взять из него все, что может пригодиться в горах. - сказал я, Синельникову Виктору, когда джип уперся в скалу, дальше которой нам некуда было ехать. - Мы должны с тобой так экипироваться оружием и одеждой, чтобы выжить не только от банд террористов, а также от голода и холода в горах.

На короткое время мы включили свет в джипе. Быстро стали собирать с собой в горы то, что было у нас, а также в джипе бандитов, избитых нами до потери сознания или насмерть. В кустах возле забора в международном аэропорту города Бейрут. Кроме наших трех кейсов в джипе были два автомата с шестью магазинами патронов на каждый автомат Калашникова и картонный ящик с тротиловыми шашками. Под сидениями джипа мы нашли теплые куртки, которые были, кстати, нам во время холода в горах. В бардачке джипа мы обнаружили две ручные гранаты, бинокль и топографическую карту территории Республики Ливан. Таким образом, мы экипировались, как армеский спецназ или банда террористов.

- Я так думаю, что с таким снаряжением мы долго продержимся в горах. - сказал я, Синельникову Виктору, когда мы закончили общий обыск джипа. - Нам с тобой надо пробиться к границе Государства Израиль в районе озера Кинерет. Дальше можем перейти границу между Ливаном и Израилем или сразу сдаться в руки израильским солдатам.

С собой из вооружения мы взяли то, что было нам под силу. Остаток оружия и боеприпасов мы выбросили в глубокую расщелину между скал. Выключив свет в салоне джипа, мы спустили на джипе тормоза. Слегка придерживая джип по сторонам, направили его к расщелине между скал. Джип с грохотом свалился в такое узкое место в расщелине скал, откуда его, теперь едва ли смогут вытащить и некоторое время не смогут определить присутствие или отсутствие в джипе наших трупов. За это время мы сможем значительно удалиться в горы, с места падения джипа в расщелину между скал. Вполне возможно, что даже успеем перейти границу между Республикой Ливан и Государством Израиль или сдадимся израильским военным, которые находятся в сорока мильной зоне в Республике Ливан.

Без транспорта в горах трудно определить расстояние, которое мы преодолели пешком. Тем более, ночью, при слабом свете луны. Даже по расчетам нашего передвижения на джипе от международного аэропорта, до места гибели джипа, мы преодолели расстояние, примерно, сорок километров. Однако израильских солдат на своем пути нигде не встретили. Может быть, за время нашего бегства по территории Республики Ливан от преследования со стороны террористов, в политических событиях вокруг Государства Израиль произошли крупные перемены. Израиль подписал мирный договор с арабскими странами и ушел с арабской территории. В сорока километровой территории безопасности в Республике Ливан в отсутствии израильских солдат, мы превратились в волков преследуемых арабами.

- Я не знаю, откуда у тебя такая прыть, но я больше не могу двигаться. - задыхаясь, выдавил из себя Синельников Виктор. - Если мы не остановимся на длительный отдых, то я просто помру от такого быстрого темпа передвижения.

- С самого детства я поднимался на кавказские горы. - останавливаясь, сказал я, Синельникову Виктору. - Поэтому могу легко передвигаться в горах. К тому же я не курю. Мое дыхание равномерно во время передвижения в горах. Мы можем быстро скрыться в горах от преследования.

- Мне за тобой не гоняться в горах. - приседая, выдохнул Синельников Виктор. - Я вырос далеко от гор.

Немного отдохнув и оглядевшись вокруг, мы не заметили никакого преследования за собой. Вокруг нас было тихо. Лишь изредка до нашего слуха доходили ночные звуки дикой природы, тревожные голоса ночных зверей и птиц. Животный мир дикой природы своими голосами и шорохами словно предупреждал нас об опасности, которая таится повсюду в горах. В любую минуту мы можем подвергнуться нападению хищников или бандитов, затаившихся где-то поблизости в ожидании потери нашей бдительности, чтобы застигнуть нас врасплох. Неожиданно напасть на нас. С целью растерзать нас себе в пищу или в отместку за убитых нами бандитов. Нам надо быть осторожными в горах. В это тревожное время в горах над нами было мирное небо с бледным силуэтом луны и мириадами звезд, которые манили к себе бесконечными загадками неизведанных планет и галактик в бесконечном пространстве вселенной. Мы были настолько малы, глупы и беззащитны в этом безбрежном мире, что нам хотелось выть волками из-за нашего бессилия перед стихией дикой природы и опасностью окружающей нас повсюду. Даже вооруженные до зубов огнестрельным оружием мы не могли защитить себя перед возможной смертью, которая поджидает нас повсюду на протяжении нашей короткой жизни высоко в горах Республики Ливан. Смерть в любое время может достать нас в горах.

- Я не знаю как ты, а мне лично хочется кушать и спать. - сказал мне, Синельников Виктор, открывая кейс с продуктами. - Мне наплевать на все опасности окружающие нас в горах. Если я сейчас хорошо не покушаю и не высплюсь, то я тоже без всяких там опасностей вымру, как мамонт в холодное время без питания и без сна. Давай покушаем. Нам нужно поддерживать свои калории во время перехода через горы.

Мне нечего было сказать против желания Синельникова Виктора. За весь этот сумасшедший день мы ничего ни ели и не пили. Весь день находились в постоянном движении в транспорте и на ногах. Мы даже забыли о том, что мы люди, а не роботы. Между прочим, роботам тоже нужен отдых и питание в виде какой-то энергии или жидкого топлива. Поэтому больше ни стали обсуждать тему отдыха и питания. Просто принялись, есть то, что было у нас в кейсе.

- Нам никак нельзя терять свою бдительность. - сказал я, Синельникову Виктору, когда мы оба были сыты. - Мы с тобой сейчас найдем хорошее укрытие в виде пещеры или какой-то отвесной скалы, которые могли бы укрыть нас от хищников и от возможного преследования со стороны бандитов со всех сторон. Ты будешь спать два часа. На своих наручных часах я поставлю будильник на два часа вперед. Через два часа подниму тебя. Ты будешь в карауле следующие два часа. Так мы будем охранять друг друга до рассвета. Утром двинемся дальше в горы. Хотя по чужой территории лучше двигаться ночью в горах и в лесу, а днем высыпаться где-то в укрытии. У меня тут имеется опыт.

- Я давно понял, что у тебя давно есть опыт передвижения в горах и в лесу по чужой территории. - поднимаясь с камней, сказал Синельников Виктор. - Поэтому с уверенностью доверяю тебе свою жизнь в горах.

Не теряя времени, мы сложили свои продукты обратно в кейс. Нацепили на себя боеприпасы и медленно двинулись выше в горы. Нам надо было быстрее найти хорошее укрытие и хорошо отдохнуть до утра. Мы совсем ничего не знали, сколько нам придется пройти километров, чтобы уйти от возможного преследования бандитов и проникнуть через границу на территорию Государства Израиль. За наши действия в Республике Ливан нас ждала лишь не минуемая смерть. Никто не будет разбираться с нами о наших поступках с целью самозащиты. Нас просто расстреляют. Нам понадобилось какое-то время, чтобы найти себе укрытие в виде расщелины под навесом между двух скал. Это конечно нельзя было назвать люксом на время путешествия в горах. Но укрыться до утра от холода и от любой опасности представлялась такая возможность. Поэтому Синельников Виктор ни стал ждать моего распоряжения насчет отдыха. Виктор оставил свой кейс у входа в расщелину, а сам пробрался в глубину укрытия и улегся там спать.

Я посмотрел через подсветку на свои наручные часы, на которых по местному времени было всего лишь восемь часов вечера. При удобной раскладке ночного караула нам можно было хорошо выспаться. Рано утром оба бодрые мы могли отправиться дальше в горы с места нашего укрытия. Лишь бы только никто из преследующих бандитов не обнаружили нас в этом укрытии. Тогда нам придется принять с ними открытый бой. Остальное зависит от нас самих. Непонятно зачем мы подошли к джипу с бандитами в центре города Бейрут? Ведь со знанием английского языка Синельников Виктор мог свободно обратиться в любое англоязычное заведение и объяснить им нашу проблему. Любой здравомыслящий человек помог бы нам добраться до международного аэропорта или, по крайней мере, любой человек говорящий на английском языке, объяснил бы нам на каком транспорте нам можно доехать автобусом в международный аэропорт. Доллары в кармане есть. С полными карманами долларов можно было и на такси поехать.

Так нет же, целый день искали русских в арабском городе. Пока не нашли приключения на свои задницы. Теперь вот приходиться скрываться в горах от преследований со стороны бандитов, которые словно ищейки вынюхивают наш след и пытаются непременно достать нас любой ценой. Пускай даже ценой собственной жизни. Наверно, мы уже человек шесть положили? Если конечно считать тех двоих у забора в международном аэропорту города Бейрут. Вполне возможно, что когда наш грузовой самолет благополучно улетел в сторону Государства Израиль, то друзья тех бандитов, которые должны были подбить израильский самолет, не получив удовольствие от улетевшего самолета, спохватились о пропаже своих друзей. Бандиты быстро обнаружили убитыми или ранеными своих друзей. Джип, понятно, был угнан нами. К тому же убитые были с нами в арабской деревне, там сразу сообщили наши приметы.

Мои тревожные размышления в тишине ночи были прерваны писком наручных часов. Время так прошло быстро, что я за своими тревожными размышлениями даже не успел подумать о сне. Чистый горный воздух окончательно взбодрил меня. Отогнал от меня признаки сна и усталости. Поэтому я ни стал будить Синельникова Виктора. Решил дать ему хорошо выспаться, чтобы он после мог дежурить до самого раннего утра. По этому случаю я перевел будильник на своих наручных часах на два часа вперед, чтобы дать хорошо поспать Синельникову Виктору два добавочных часа. Следующих четыре часа караула вполне хватит Синельникову Виктору до самого раннего утра. За эти последние четыре часа я тоже хорошо высплюсь. Буду бодрым весь день. Бодрость и сытость пригодятся нам в пути.

Дополнительные четыре часа караула я смотрел в звездное небо. Думал о своих детях, а также о племени людей-птиц. Почему-то я считал, что есть какая-то связь между рождением моих внебрачных детей близнецов и племенем людей-птиц, у которых всегда рождаются так же разнополые близнецы. Как произошло в моем роду и в роду бабушки Мани. У нас у обоих рождались разнополые близнецы брюнеты и альбиносы. Так как говоря современным языком. Вполне возможно, что это естественное своеобразное клонирование, которое давно проводят в племени людей-птиц. Теперь люди-птицы проводят такое же естественное клонирование среди обычных людей, чтобы таким образом сохранить свой род в среде обычных людей. Выходит, что так племя людей-птиц постепенно поменяет нас под себя. Стремясь сохранить естественный генофонд племени людей-птиц среди племени обычных людей. Добавочно перестраховка нового генофонда в резервации обратного измерения жизни. В племени людей-птиц все точно продумали.

- Это ни совсем так, как ты думаешь о близости наших племен. - вмешался в мои размышления Старик Он. - Просто черный и белый цвет, это чистой воды генофонд среди обычных людей. Также как темная ночь и белый день. Если на планете Земля не будет представителей чистого генофонда, то человечество быстро погибнет от войн и болезней.

- Причем тогда в генофонде я и моя семья? - продолжил я, размышления в своем диалоге со Стариком Он.

- Дело в том, что я тебе однажды объяснял. - напомнил мне, Старик Он. - Когда в племени людей-птиц появляются разнополые близнецы или семьи, желающие не ограничиваться рождением одной пары разнополых близнецов, то они проходят стадию перехода из жизни и измерения в племени людей-птиц, в жизнь и измерение обычных людей. Там представители племени людей-птиц сливаются с обычными людьми и таким образом обновляют генофонд всего человечества. Такое явление между племенем людей-птиц и обычными людьми происходит настолько редко, что даже нельзя как-то цифрами определить подобное явление. Тем более при моей жизни, вполне возможно, что это единственное явление, когда в среде обычных людей рождаются представители чистого генофонда, разнополые близнецы черного и белого цвета волос. Вполне понятно, что в племени людей-птиц не могли обратить внимание на такое явление. Мы не нарушаем свой обед или табу в отношении обычных люде, как ты хочешь, так понимай. Мы стараемся не вмешиваться судьбы обычных людей. Но не можем не обращать внимания на рождение чистого генофонда в среде обычных людей. Тем более, после того, как представители чистого генофонда среди обычных людей создали собственную резервацию в обратном измерении нашей жизни. Я своим разумом на стороне тех обычных людей, которые раньше представителей племени людей-птиц додумались создать резервацию чистого генофонда в обратном измерении своей жизни. В такой своей неожиданной инициативе обычные люди своим разумом обошли представителей племени людей-птиц. Я от всей души приветствую такой неожиданный скачек в мышлении обычных людей. Может быть, такой скачек в мышлении обычных людей будет первым шагом на встречу к племени людей-птиц. Я буду рад признать свою ошибку в том, что считал мышление обычных людей на стадии первичного развития.

- Мне все это понятно. - вмешался я своими мышлением в затянувшееся размышление Старика Он. - Но тогда ответь мне на такой вопрос. Почему моя законная жена до сих пор не родила от меня представителей чистого генофонда? Как я понял тебя, то у нас в роду должны рождаться близнецы с разным цветом волос.

- Я тебе несколько раз объяснял, что это довольно редкое явление среди обычных людей. - обратно напомнил мне Старик Он, когда-то сказанное им. - Вполне возможно, что твоя жена могла родить разнополых близнецов, если б она не сделала аборт.

Больше я ни стал своими размышлениями беспокоить размышления Старика Он, так как Старик Он всегда был прав и мои дальнейшие размышления могли быть глупыми перед ним, как лепет младенца перед взрослым человеком. Поэтому я просто стал смотреть в долину, где в дали от нас едва заметно мерцали электрические огни какого-то небольшого поселения. Перед мириадами звездных огней, эти земные огни цивилизации были столь же ничтожны, как мои пустые размышления перед мышлением Старика Он из племени людей-птиц. Обычным людям своим мышлением далеко до племени людей-птиц. Создание резервации чистого генофонда в обратном измерении жизни, это всего лишь проблеск разума от обычных людей в сторону мышления племени людей-птиц. Во всем остальном обычные люди только пытаются научиться мыслить так, как мыслят в племени людей-птиц. Обычные люди в отношении к племени людей-птиц, сравнимы с приматами в отношении обычных людей. Обычные люди только пытаются взять в свои руки Высокий разум, как орудие труда, которым можно добыть плод питания своему разуму с дерева Ноосферы.

После следующего писка моих наручных часов я ни стал продлевать свое дежурство в карауле. Перевел будильник часов на четыре часа вперед. Пополз осторожно в глубину расщелины между скал, где мирно похрапывал Синельников Виктор. Стараясь не нарушать тишины нашего укрытия, тихо тронул за плечо Синельникова Виктора. Как только он проснулся, я тут же включил подсветку на своих наручных часах, показывая Синельникову Виктору, что наступило его время караула. Синельников Виктор надел мои часы себе на руку и стал осторожно пробираться наружу из укрытия под скалами, чтобы там у скалы приступить к своему караулу. Теперь я мог спокойно выспаться до самого утра.

Уснул я почти мгновенно, как только удобно улегся на пучки сухой травы, которую видимо сюда натаскали себе в гнезда или на логова дикие птицы или животные. Теперь вот нам обычным людям пришлось пользоваться услугами животного мира дикой природы. Наверно также когда-то в эпоху каменного века неандертальцы делили свое жилище с представителями животного мира в дикой природе. Так неандертальцы и животные жили тысячи лет, деля между собой как место под солнцем, так питание и жилье. Пока на смену каменному веку постепенно пришла современная цивилизация, которая почти полностью истребила животный мир дикой природы, а также многие расы обычных людей. Оставшиеся в живых расы обычных людей считают себя хозяевами планеты Земля. Совсем не считаясь с проживанием рядом представителей животного мира дикой природы. Даже не подозревая о существовании, рядом на планете Земля племени людей-птиц, которые проживают в другом измерении жизни и фактически являются родоначальниками обычных людей всего человечества. Так что обычным людям не стоит считать себя хозяевами Земли.

Проснулся я от щебетания диких птиц бесцеремонно нарушивших мой сон и ночную тишину, заявивших себя хозяевами здешних мест. Я посмотрел в сторону выхода из укрытия и поразился тем, что давно наступило утро. Мы с Синельниковым Виктором оба беспечно спали, словно были на отдыхе в дикой природе и нас не подстерегали никакие опасности, от которых мы скрывались весь вчерашний день и часть ночи прошедшей в горах. Я тоже хорош. Так сильно спал, что совсем не слышал в четыре часа утра писка своих наручных часов, которые сейчас на руке у Синельникова Виктора. Просто удивительно, как нас тепленькими не забрали бандиты. Наверно потеряли нас из вида.

Стараясь не разбить свою голову об камни расщелины нашего укрытия и не разодрать свою одежду об острые скалы, я осторожно выбрался наружу к Синельникову Виктору, который сладко спал, облокотившись на камни. Можно было подумать, что у него не было никакого караула, просто он выбрался из укрытия под скалой, чтобы хорошо выспаться за ночь на свежем воздухе, прежде чем отправляться в поход дальше в горы. Хорошо, что нас не засекли. Едва я приблизился к Синельникову Виктору, как тут же услышал шорохи внизу ущелья и голоса людей. Я осторожно посмотрел вниз и едва не вскрикнул от увиденного источника шума. Прямо в нашу сторону в расщелине между скал поднималась небольшая группа солдат и офицеров, которых я не мог определить по рангу и к каким войскам они относятся. Так как солдаты и офицеры были одеты в защитную маскировочную форму, которую носят почти во всех войсках разных государств на всей планете Земля и даже обычные люди. В любом случае, это по наши души.

- Тихо! - прошептал я, проснувшемуся Синельникову Виктору, показывая вниз рукой. - Может быть, мы сдадимся? В полнее возможно, что там солдаты регулярных войск Израиля или Ливана, а не бандиты.

- Я предпочитаю одичать в горах, чем им сдаваться. - шепотом, ответил Синельников Виктор. - Нас все равно ожидает мучительная смерть или мучительная тюрьма. Я не хочу погибать или сидеть в тюрьме. Давай подпустим наших преследователей поближе. Затем закидаем их гранатами. Патроны от автоматов нам надо беречь на случай дальнего боя.

Мне нечего было предложить Синельникову Виктору взамен боя с неизвестными нам солдатами, которые вполне возможно не имели никакого отношения к нам, а просто несли свою службу вблизи государственной границы. Теперь нам предстоял бой с представителями войск законной власти того государства, на территории которого мы находились в укрытии. Нам ничего не оставалось делать, как только приготовить гранаты и начать совсем не равный бой. Когда до нашего укрытия солдатам и офицерам оставалось расстояние на свободный бросок гранат, то мы не сговариваясь, каждый одновременно выдернул чеку из своей гранаты и прицелившись бросили гранаты в сторону группы военных двигавшихся в нашу сторону. Почти одновременно прогремели два оглушительных взрыва гранат. Едва мы успели укрыться от взрыва гранат, как тут же в нашу сторону нашу полетели осколки гранат и щебня расколотых скал. В это же время начался сильный камнепад по всему ущелью, следом за которым прошла сплошная лавина. Мы чуть было не попали под сход лавины пронесшейся над нашим укрытием под скалой, куда мы успели укрыться от устроенного нами огромного камнепада и схода лавины. Даже в укрытии нас могло засыпать живьем сходом лавины.

После того, как все стихло, мы осторожно посмотрели вниз. Но в низу расщелины между скал никого не было. Были только щебень и груды камней, которые принесли камнепад и большая лавина. Если даже кто-то из военных остался живым после взрыва наших гранат, то они были заживо погребены под осколками камней и сплошным селевым потоком, сошедшим с вершины этой горы, под которой была расщелина из острых скал. Мы оба едва выжили.

- Надо побыстрее уходить отсюда. - сказал я, Синельникову Виктору. - Пока на смену погибшим военным не пришли другие военные. Теперь мы точно не в законе того государства, на территории которого укрылись. Нас будут искать, чтобы окончательно с нами разделаться.

Выбравшись из укрытия в расщелине между скал, мы стали скользить по щебню с мокрой поверхностью после обвала и схода лавины, а также после дождя прошедшего ночью. Пожалуй, что этим отличается природа средиземноморское побережье восточных стран от России и Кавказа. В то время как в России и на Кавказе дожди могут идти в любое время суток. Здесь же в средиземноморском регионе сезон дождей начинается в зимнее время, а дожди идут чаще всего ночью. Когда фронт холодного воздуха со стороны Средиземного моря и вершин Галанских гор встречаются над песками горячего побережья нагретого за день знойным солнцем. Поэтому после взрыва гранат прошел камнепад вместе с мокрым селевым потоком от разбухшей почвы после сильного дождя прошедшего этой ночью.

- Старайся идти ближе к деревьям, там где трава. - сказал я, Синельникову Виктору, когда он дважды поскользнулся на мокрой гальке и едва не улетел в расщелину. - В лесу нас меньше видно и там легче идти, чем по камням на открытой местности. Просто удивительно, как нас во время ночного дождя не забрали сонными. Наверно дождь был сильный и поэтому прервали наше преследование. Иначе бы нас в пещере сонными пристрелили, как слепых котят.

- Я именно поэтому уснул, что был сильный дождь. - как бы оправдываясь за свой сон, сказал Синельников Виктор. - Я подумал, что во время проливного дождя никто нас искать не будет, а после дождя мы спокойно спрячемся в лесу. Сейчас на нашей стороне густой лес и высокие горы. Нам стало легче здесь прятаться.

Больше часа мы шли по склону горы, поднимаясь все выше и выше к вершинам гор, густо поросшим хвойными деревьями и мелким кустарником лиственных пород деревьев. По пути нам иногда встречались небольшие деревья и кустарники, со съедобными плодами и ягодами. Большинство таких плодов и ягод, встречаются в лесах Северного Кавказа и Закавказья. Не сговариваясь друг с другом, мы срывали съедобные плоды и ягоды, питаясь ими во время движения. Таким образом, мы не останавливались на длительный отдых в течении дня и прошли много километров.

- Так мы с тобой достигли вершины гор! - удивленно, воскликнул Синельников Виктор, когда нам подниматься стало некуда. - Какая все-таки здесь красота и дышится намного легче, чем внизу. Прямо как в альпийских лесах. Куда теперь мы будем дальше двигаться по этим горам?

- Эти горы в Государстве Израиль называют Голанскими высотами. - сказал я, вдыхая в себя свежий воздух гор. - Теперь надо быть предельно осторожными и двигаться строго на Юг. Если мы сможем обойти израильских пограничников, то попадем в Государство Израиль в районе озера Кинерет. В противном случае, придется нам сдаться солдатам израильской армии и в дальнейшем защищаться перед судом Государства Израиль. Будем доказывать, что мы скрывались от банд хезбаллы и хамаса, которые пытались вначале подорвать грузовой самолет, принадлежащий авиационным компаниям России и Государства Израиль. Мы помешали бандитам подбить самолет. По этой причине нас стали преследовать вооруженные бандиты. Мы вынуждены были защищаться оружием, захваченным у бандитов.

- Думаешь, что нам поверят израильские судьи после наших боев? - уныло, спросил Синельников Виктор.

- Если даже мы убили израильских военных, то никто не может доказать, что это были мы. - спокойно, ответил я. - Здесь в горах между арабами и евреями пятьдесят лет идет война. Постоянно гибнут разные люди с обеих сторон. На территории Израиля мы избавимся от своего оружия.

Немного передохнув на безымянной вершине горы, мы повернули строго в южном направлении и стали медленно передвигаться по гребню вершины горы густо поросшей хвойным лесом. Стараясь обходить глубокие ущелья и впадины между гор. Сейчас у нас была одна цель. Найти хорошее укрытие для ночлега отдохнуть там до рассвета, чтобы с утра осторожно просочиться на территорию Государства Израиля. Дальше без оружия можно уехать автобусом.

- Давай вначале четыре часа буду караулить я. - предложил мне, Синельников Виктор, когда мы наконец-то нашли хорошую пещеру к своему ночлегу. - Иначе у нас все может повториться, как было в прошлую ночь. Я обратно усну, а ты можешь не услышать наших приследователей.

- Хорошо! - согласился я, с предложением Синельникова Виктора. - Ты будешь первым в карауле. Давай мы вначале хорошо поужинаем. Меня уже мутит от этих диких плодов и ягод, которыми мы питались с тобой в течение всего дня. Надо нам привычную пищу употреблять во время отдыха. В пути будем есть все подряд.

Синельников Виктор согласился с моим решением и тут же стал выкладывать на целлофановый пакет продукты из нашего продуктового кейса. Продуктов было так много, что мы могли ими питаться в горах пару дней. К тому же съедобные дикие плоды и ягоды помогали нам экономить запас продуктов в нашем кейсе. За два дня пребывания на территории Республики Ливан, мы всего лишь один раз питались продуктами из своего кейса. Голодными не будем.

- Теперь, когда мы с тобой стали как подельники и как братья по чужой пролитой крови. - обратился я, к Синельникову Виктору, когда мы сытно поужинали. - Мне хочется задать всего несколько серьезных вопросов по прошедшему за время нашего знакомства.

- Мне нечего от тебя скрывать. - откровенно, сказал мне, Синельников Виктор. - Мы с тобой сильно повязаны боем. Мы с тобой стали братьями по огнестрельному оружию.

- Тогда объясни мне, пожалуйста. - серьезно, спросил я, Синельникова Виктора. - Зачем вы с Худяковым Борисом направили против меня убийцу? Ведь я сразу понял, что вашими руками убирались лишние свидетели от мафии. Вот только причем тут я? Вы меня тоже считали за представителя русской мафии?

- Ты правильно понял, но не совсем. - почти не размышляя, сразу стал отвечать на мой вопрос, Синельников Виктор. - Тебя действительно хотел убрать один из нас двоих оставшихся в живых после твоих разборок с парнями мафии в торговом дворе морского порта города Новороссийск. Теперь мне нечего от тебя скрывать. Я расскажу тебе все, как было. Дело в том, что я не представитель мафии, а представитель ФСБ. За долго до твоего появления в городе Краснодар, к службам ФСБ стали доходить сведения, что кто-то хочет присвоить себе имущество новороссийской мафии и самому стать во главе мафии, причем на законном основании. Службы ФСБ давно подбирались к новороссийской мафии в морском порту. Но кто-то постоянно умело путал планы ФСБ и новороссийской мафии. Срыв международных перевозок и пропажа иностранных экспедиторов нарушали криминальный порядок, налаженный в структурах портовой новороссийской мафии, которая не была заинтересована в "мокром" деле. Зачем мафии убивать зарубежных экспедиторов, когда от зарубежных перевозок новороссийская мафия имела хороший валютный "навар". Убийство зарубежных экспедиторов срывало выгодные поставки груза из-за границы. Особенно с арабских стран и Государства Израиль. Сотрудникам ФСБ нужно было как-то проникнуть в структуры конспиративной мафии.

Получалось так, что кто-то со стороны гадит новороссийской портовой мафии. Тогда службы ФСБ решили заслать своих агентов в российские компании, которые тесно связаны своим бизнесом с зарубежными странами именно через морской порт. Как раз в это время в краевой газете в городе Краснодар появилось объявление, что в международную компанию "Надежда" нужен переводчик со знанием английского языка и языка иврит. Меня тут же направили на работу в качестве переводчика и агента ФСБ. Службы ФСБ не могли упустить такой шанс в своей работе.

Так я стал переводчиком в международной компании "Надежда" под руководством Худякова Бориса. Английский, немецкий, испанский и итальянский языки я знал в совершенстве до поступления в МГИМО. Мои родители были переводчиками четырех названных мной языков. Мое поступление в МГИМО совпало с началом перестройки в Советском Союзе. Я был на втором курсе в МГИМО, когда началась перестройка. Многие страны Востока обратили свое внимание на обновляющуюся Россию. Тогда в бывшем КГБ смекнули, что англо и германоязычных служб в рядах КГБ предостаточно, а вот агентов КГБ со знанием арабского языка и языка иврит совсем мало. Службам КГБ надо было спешить с устранением пробела в восточных языках. Нас стали вербовать на обучение восточных языков. Так как я в совершенстве знал четыре европейских языка, то я охотно пошел учиться на восточные языки. Арабский язык освоил легко, а вот с языком иврит было сложно. Я специально не заговорил с арабами на их родном языке, а обратился к ним на английском языке. Таким образом, мне стало много известно о тайнах банды с арабского языка. О том, что мы с грузового самолета, направляющегося в Государство Израиль, бандиты знали прекрасно. Они специально прихватили нас с собой в засаду в международном аэропорту города Бейрут. Бандиты хотели наслаждаться нашими страданиями во время гибели нашего самолета. Затем хотели поиздеваться над нами...

- Бог с ними с этими бандитами, их больше нет в живых. Мне хотелось сказать, что я сразу обратил внимание на твое плохое знание языка иврит, когда стал общаться с тобой на языке иврит. - шутя, напомнил я, Синельникову Виктору. - Хотя я сам ни черта не знаю язык иврит, но был весьма удивлен твоему знанию языка иврит. Когда ты не смог склонять слова в предложениях, а говорил просто набором слов, как из туристического словаря по изучению языка иврит.

- Хорошо, что в кругах Худякова Бориса никто не был знаком с языком иврит. - продолжил свой рассказ, Синельников Виктор. - Иначе бы меня как агента ФСБ раскололи бы в самый первый день моей работы. Но видимо сам Бог был милостив ко мне. Моя двойная служба быстро набирала свой темп в работе. Вскоре я вошел в доверие Худякова Бориса и фактически стал его правой рукой. Хотя его заместителем был Матвеев Иван, во всех отношениях вполне порядочный человек, который все криминальные события, происходящие вокруг международной компании "Надежда" принимал за чистую монету. Мы быстро подружились с Матвеевым Иваном и вместе ездили на международные встречи с представителями бизнеса зарубежных стран. В работе с Матвеевым Иваном я не заметил криминала.

Постепенно я понял, что Худяков Борис подбирается к структурам портовой мафии в городе Новороссийск. С международными перевозками через аэропорт "Минеральные Воды" у Худякова Бориса были налажены хорошие каналы связи. Здесь не было лап никакой мафии. Когда Худяков Борис случайно узнал, что мой брат-близнец командир экипажа самолета, то сразу предложил мне завербовать моего брата в международные, воздушные перевозки.

Вполне понятно, что мой брат и ФСБ обсудили такой вариант работы в международных перевозках. Мой брат Валера был в курсе того, что я работаю агентом ФСБ и переводчиком в международной компании "Надежда". Поэтому мы с ним сразу при первой встречи в присутствии руководства ФСБ обсудили все наши совместные действия в работе во время международных, воздушных перевозок в восточные страны. Вот только с новороссийской портовой мафией были сложности как у агентов ФСБ, так у Худякова Бориса. Мафия плотно на замке держала свои структуры в морском торговом порту города Новороссийск. Попасть постороннему человеку туда было сложно. Каприн Павел сам лично проверял досконально каждого поступающего к нему человека. Однако Каприн Павел был всего лишь генеральным директором грузовых перевозок и ничего не знал о портовой мафии, которой умело, руководил кто-то другой и все держал под своим контролем. Каприн Павел старался помочь ФСБ добраться до руководства портовой мафии, но службы ФСБ, в свою очередь не доверяли Каприну Павлу свои секреты, так как Каприн Павел мог оказаться главой мафии. Ведь кто-то вел двойную игру между службами ФСБ и между руководителями морского торгового порта.

Я не знаю, каким путем, но постепенно Худяков Борис стал внедрять своих агентов в портовую мафию. Мне стало это понятно после того, как со стороны портовой мафии были сорваны международные грузовые поставки от нашей международной компании "Надежда". Взвесив все, служба ФСБ сделала вывод, что проколы в международных грузовых перевозках через морской торговый порт города Новороссийск выгодны Худякову Борису даже в ущерб себе. Худяков Борис рассчитал свои криминальные действия до мелочей и полностью оградил себя от всяких подозрений. Дело в том, что все грузовые перевозки застрахованы на валюту. От срыва грузовых перевозок страдает страховая компания и морской торговый порт, на территории которого происходили срывы международных перевозок. Сами же международные компании с обеих сторон только выигрывали в этих срывах перевозок. Наваривались на страховках. Мало того, международная компания "Надежда", так же имела запасной вариант перевозки своих грузов по воздуху.

Так постепенно Худяков Борис подрывал авторитет служб морского торгового порта и устраивал балаган в мафиозных структурах. Когда акции морского торгового порта падали на бирже, то Худяков Борис через подставных людей скупал эти акции, зная прекрасно, что после развала мафии и настоящего руководства морским торговым портом, он, Худяков Борис, станет полноправным хозяином морского торгового порта города Новороссийск. Прибрать в свои руки воздушные перевозки через международный аэропорт "Минеральные Воды", это всего лишь дело времени. Удачно скупив акции международного аэропорта "Минеральные Воды" Худяков Борис фактически становился хозяином воздушных перевозок через международный аэропорт "Минеральные Воды". Худяков Борис хотел стать владыкой сухопутных, воздушных и морских ворот Северного Кавказа...

- Кто все-таки в Краснодаре навел убийцу на меня? - повторно, задал я свой вопрос Синельникову Виктору.

- После того, как ты своими разборками с парнями мафии провалил все дела мафии, ФСБ и Худякова Бориса. - стал объяснять мне, Синельников Виктор. - Мы поняли, что тебя захотят убрать со стороны мафии или со стороны Худякова Бориса. Хорошо, что убийцы, нанятые Худяковым Борисом, были завербованными агентами ФСБ. Мы проработали все варианты нападения убийц на своих жертв, заменив боевые патроны пластиковыми патронами. Так что убийца стрелял в тебя поверх головы пластиковой пулей. Если бы даже убийца попал в тебя, то ты мог отделаться всего лишь синяком от пластиковой пули, которая во время полета до тебя пострадала от стекла твоего номера.

Единственный прокол со стороны ФСБ насчет убийц был в отношении Матвеева Ивана. Никто не мог предполагать, что Худяков Борис захочет убрать Матвеева Ивана, который своей добротой и простодушием не вызывал ни у кого подозрения на свои связи с мафией или с сотрудниками ФСБ. Однако Худяков Борис решил избавиться от всех возможных свидетелей против него. Поэтому убить Матвеева Ивана был нанят дополнительный убийца со стороны. Так что Матвеев Иван был единственной настоящей жертвой со стороны убийцы Худякова Бориса. Остальное связанное с убийцами было обыкновенным театром со стороны агентов ФСБ. Драки во время захвата убийц были театром.

Синельников Виктор перестал говорить. О чем-то задумался. Затем полез во внутренний карман своего пиджака. Достал оттуда пачку сигарет. Предложил мне закурить. Я отказался. Сказал, что никогда в жизни ни держал сигареты в руках и тем более во рту. Синельников Виктор сказал, что иногда курит. Когда сдают его нервы. Одна сигарета не портит здоровье, но зато снимает напряжения. После пару затяжек становится легче. Все равно надо бросать курить.

- Ой! - слегка вскрикнул Синельников Виктор, как только попытался прикурить сигарету. - Какая-то бяка чиркнула меня за бровь. Когда я стал прикуривать. Вроде рассекла бровь. Я зажгу зажигалку. Ты посмотри..

- Ничего зажигать не надо. - почти шепотом, сказал я. - Это бяка едва не отправила тебя на тот свет. С самого детства часто бывая в горах. Научился отличать шорохи животного мира в дикой природе от шорохов, которые бываю от человека. Я думаю, что тебе следует согласиться с моим опытом. Я намного старше тебя. Доверься мне полностью.

- На двадцать лет старше. - подтвердил Синельников Виктор. - Я запомнил дату твоего рождения в день знакомства. По возрасту ты мне почти отец. Так что я доверяю тебе, как своему отцу.

- Тогда слушай меня внимательно. - строго, сказал я, Синельникову Виктору. - Мы оба сидим на мушке снайпера. Во время нашего ужина я слышал, как треснула сломанная ветка. Не один зверь дикой природы не допустит такой своей ошибки. Лишь человек со своим человеческим фактором способен допускать такие непредусмотрительные ошибки. К тому же у меня на счет снайперов есть собственный опыт. Ему меня научил один русский солдат, который был охотником за снайперами во время войны в Афганистане. Мы сейчас постараемся избавиться от этого снайпера по старому опыту. Я надеюсь, что у тебя в карманах или в кейсе найдутся пару шариковых или других авторучек.

- Конечно! У меня будет несколько авторучек. - шепотом, ответил Синельников Виктор, тихо открывая кейс.

- Вот и хорошо. - тихо, сказал я, открывая свой кейс. - У меня тоже найдется несколько шариковых авторучек. Мы сейчас с тобой сделаем трубку мира и как на наживку снимем этого снайпера. Ты только внимательно слушай меня. Делай все с точностью до одной секунды и до одного миллиметра. Иначе не мы, а убийца обхитрит нас. Вначале ты хорошо раскури свою сигарету под курткой так, чтобы наружи не было видно огня зажигалки и сигареты. Затем сигарету вставь в нашу трубку и высунь трубку из-за камня с сигаретой. Как только ты услышишь крик филина. Так сразу сделай затяжку сигареты через трубку выше камня своего укрытия. Как только снайпер выстрелит по огню твоей сигареты. Я в это время сниму его из своего автомата. Если снайпер окажется не один, то мы будем вести с ними перекрестный бой. Ты будь внимательным и не высовывай свою голову, пока я не вернусь к тебе из засады. Начнешь свои приготовления тогда, когда пройдет примерно одна минута со времени моего ухода в засаду. Раньше не начинай прикуривать сигарету под курткой. Иначе сигарета затухнет. Все может у нас сорваться. Жди крик моего филина.

- Здорово придумано! - прошептал Синельников Виктор. - Расскажешь мне, как вы "духов" снимали в горах.

- Расскажу. - тихо сказал я. - Если выживем. Сейчас ты делай так, как я тебе сказал и не допускай ошибок.

Прихватив с собой автомат Калашникова и два запасных рожка с патронами, я словно лиса медленно и осторожно шагнул в темноту леса в сторону от нашего укрытия возле скалы в пещере за высоким куском камня. Считая у себя в памяти по секундам, я постоянно смотрел в ту сторону, где в этот момент мог находиться предполагаемый снайпер в засаде. В любой момент обнаружения себя или снайпера я готов был принять бой на себя. Наверно, Синельников Виктор не глупый парень. Чему-то его учили в КГБ, а затем в ФСБ. Может быть, он не спутает мое направление с выстрелом снайпера или его напарников. Поможет мне отразить с ними неравный бой. Лишь бы все у нас получилось. Иначе нас снайпер пощелкает как орешки. Едва просчитав в памяти шестьдесят секунд, я присел за выступ скалы у хвойного дерева. Навел свой автомат в сторону предполагаемого снайпера. Сложил две кисти рук в рожок и громко прокричал филином. Тут же взял в руки автомат Калашникова. Нацелился стволом автомата в темноту впереди себя. Почти в это же мгновение со стороны предполагаемого снайпера раздался легкий щелчок снайперской винтовки с глушителем и легкая вспышка огня. Почти одновременно со вспышкой огня из снайперской винтовки я на-жал на спусковой курок автомата и выпустил в сторону вспышки огня снайперской винтовки почти весь магазин пуль из автомата, не давая снайперу перестроиться.

Когда мой палец устал держать спусковой курок автомата, тогда я прекратил стрельбу. В мою сторону никто не стрелял. Мне совсем неизвестно, сколько там было людей рядом со снайпером или снайпер вообще был один. Но то, что там никто не оказался в живых, на это я мог рассчитывать. Так как от моего шквала огня в одно место едва ли кто мог там выжить. Тем более что расстояние от меня до засады снайпера едва превышало сто метров. Тогда как убойная сила автомата Калашникова превышает расстояние в один километр. Выходит, что мы победили. Теперь можно свободно выходить из укрытия. Спокойно поменять свое место укрытия и ночлега. Надо уйти отсюда как можно дальше. Подождав с минуту в засаде, я громко прошуршал за камнем галькой, пытаясь вызвать огонь на себя от возможного снайпера или его сообщников возможно оставшихся в живых. Но никто на мой шорох не ответил стрельбой. Лишь после этого я осторожно вышел из-за камня. Покинул свое, временное укрытие. Направляясь в сторону пещеры. Теперь я точно был уверен в том, что снайпер убит. Ничто нам не угрожает покинуть опасное место нашего ночлега.

- Все-таки мы избавились от снайпера. - тихо, сказал я, подойдя к камню, за которым место нашего ночлега.

Однако из-за камня никто не ответил. Я почти сразу почувствовал беду, которая могла настигнуть нас в любое мгновение за время нашего бегства от бандитов и от военных неизвестного нам воинского формирования. Осторожно, шагнув за камень. В тоже мгновение, я увидел при слабом свете луны лицо Синельникова Виктора, с отверстием от пули у него во лбу. Видимо, что Синельников Виктор надеялся на повторный промах со стороны снайпера и поэтому плохо скрылся за камнем. В этот раз снайпер не промахнулся или промахнулся в сигарету, а случайно попал прямо в лоб Синельникова Виктора, который слегка высунулся из-за камня. Жаль, что Синельников Виктор был не внимательным к своим обязанностям. Если бы не оплошность Синельникова Виктора, то у нас была чистая победа.

Мое дальнейшее пребывание здесь было опасно от возможного преследования. Мне также было жутковато находиться здесь от присутствия мертвого тела Синельникова Виктора. Надо было как можно быстрее покинуть это место. Только не оставлять не каких улик после себя. Стоит забрать все то, что может пришедшим напоминать о моем присутствии здесь. Прежде всего, надо забрать все документы, в которых может быть моя фамилия, а также все наши боеприпасы. Дальше мне придется одному противостоять против возможного преследования и против хищников дикой природы, которые окружают меня со всех сторон. В любой момент они могут напасть на меня днем и ночью.

Выпотрошив все карманы Синельникова Виктора. Я попытался положить документы Синельникова Виктора в его кейс. Но кейс оказался закрытым набором кода, которого я не знал. Поэтому я положил в свой кейс все документы погибшего взятые из его карманов. Мне не интересно было содержание чужих документов. Я взял документы убитого лишь по двум целям. Это чтобы не оставить своих следов в горах Республики Ливан, а также с той целью, чтобы впоследствии как-то передать документы погибшего его родственникам в России. В мирное время не должно быть безымянных героев, таких, как Синельников Виктор, который ценой своей жизни спас мою жизнь в горах Ливана.

Обвешавшись двумя автоматами Калашникова с двенадцатью запасными рожками патронов. С тремя кейсами в руках, я медленно двинулся в ночной лес. Оставляя за камнем у пещеры безымянный труп Синельникова Виктора, с отверстием от снайперской пули во лбу. Теперь Синельникову Виктору никто не мог помочь и вряд ли его найдут когда-нибудь. Могила его безымянна. Даже если когда-то я смогу передать документы убитого родственникам, то едва ли кто-то сумеет найти тело убитого в глухом лесу в горах Республики Ливан. Сюда всем из России закрыта дорога.

Не знаю, сколько времени я блуждал по лесу в горах, пока окончательно не выбился из сил и свалился под ствол огромного дерева. Вокруг меня был густой лес, наполненный разными дикими животными. Среди диких животных были хищники. Но мне как-то было все равно, что вокруг меня опасность в дикой природе. После того, как я за двое суток пережил столько много опасностей, то сейчас у меня дикая природа, как родная мама, которая убережет своего непутевого сына от любых опасностей, которые окружают его на всем пути жизни. Главное, мне надо выжить в горах.

Не помню я, как уснул. Проснулся от шума дождя, который поливал вокруг меня. Хорошо, что я остановился под стволом огромного дерева. Сплошные потоки дождя никак не касались меня. Я мог находиться подле ствола огромного дерева до тех пор, пока дождик совсем не прекратится. Спешить мне некуда. Сейчас главное, это не заболеть от простуды. Надо беречь свое здоровье. С голоду я все равно не умру. Если даже кончится пища в кейсе, то вокруг меня много съедобных плодов и ягод, которыми я могу кормиться до того времени, как выберусь к людям из этой дикой природы. В дальнейшем стоит мне избавиться от огнестрельного оружия и сказать людям, что я заблудился в лесу во время экскурсии. Люди меня поймут и примут к себе. Ведь лишь в политике люди воюют между собой, а так люди по природе одинаковые. Никто не хочет воевать. Жить тоже хочет каждый человек. Воюют лишь безумцы.

Вспомнив о еде, я решил хорошо покушать. Так можно уменьшить свой груз, который тащил за собой почти всю ночь. В продуктовом кейсе было достаточно продуктов, чтобы мне одному питаться в меру в течение нескольких дней. Но таскать за собой три кейса и гору боеприпасов мне было не в мочь. Поэтому я решил сократить часть своего груза, а от боеприпасов вообще постепенно стоит избавиться. В безоружного человека никто не будет стрелять. Дальше по обстановке я сам смогу защищаться при разговоре с людьми. Особенно с русскоговорящими людьми. Я всегда мог найти разговорный запас слов в свою защиту. Думаю, что и в этот раз смогу защитить себя от разных нападок. Ведь никто из людей не знает, что в действительности произошло со мной и с Синельниковым Виктором. Так что любая придуманная мной легенда будет в мою защиту. Главное, чтобы моя легенда выглядела правдоподобно и могла быть проверена на любом даже самом высоком международном уровне. Человек всегда должен защищаться.

Принявшись за еду, я, вдруг, почувствовал чей-то взгляд на себе. Медленно подвинув ближе к себе автоматы, я осторожно огляделся вокруг. Увидел недалеко от себя под деревьями семейку красивых ланей, которые прятались от дождя под деревьями. Жадными от голода глазами смотрели на мои продукты. Дикие животные совсем не боялись меня. Ланей сдерживал от близости со мной проливной дождь. Расстояние между деревьями не мешало разглядывать друг друга. Ели бы не было этой прогалины между деревьями, то лани бы наверняка питались рядом со мной. Вскоре дождь прекратился. Над лесом появилось чистое голубое небо, залитое яркими лучами солнца. Лани осторожно стали вышагивать на своих стройных ножках в мою сторону, вытягивая свои мордочки к запаху вкусно пахнувшей пищи. Конечно, парнокопытных животных привлекали мучные изделия. Поэтому я стал увлеченно кушать мучные продукты притом, смакуя так, чтобы разжигать аппетит у доверчивых животных, которые были совсем рядом. Как только лани приблизились на расстоянии вытянутой руки, то я медленно и осторожно, чтобы не спугнуть доверчивых животных, взял из кейса булочку и протянул ланям. Вначале лани отпрянули от меня. Но голод и запах вкусной пищи заставили перебороть страх диких животных перед человеком. Вначале одна молодая и глупая лань осторожно своим языком лизнула мою сдобную булочку, а затем губами выдернула булочку из моих рук и смачно стала жевать на зависть своим сородичам. Вскоре вся семейка осмелела и потянулась своими прекрасными рожицами в мою сторону. Я едва успевал подавать сдобные булочки осмелевшим животным, которые не боялись меня.

Благодаря семье ланей мой продуктовый запас в кейсе вскоре сократился наполовину. Я скормил ланям все то, что могут употреблять себе в пищу травоядные животные. Даже шоколадными батончиками не побрезговали дикие животные. Таким образом, через продукты, а также через желудок лани приблизились к современной цивилизации и готовы были следовать за мной всюду. Лишь бы я их кормил постоянно вкуснятиной из своего продуктового кейса. Остаток несъедобных диким животным продуктов я переложил в свой кейс. Пустой кейс из-под продуктов я оставил возле дерева. Я двинулся в глубину леса в сопровождении небольшого стада ланей. Теперь я был больше похож на Маугли, чем на современного человека, скрывающегося от преследования бандитов в лесных зарослях дикой природы. Вот только вооружение было не к месту, на фоне дикой природы. Рядом с маленьким стадом доверчивых ланей.

Я окончательно решил избавиться от оружия и выйти к людям с мирными целями. Дальше обстановка покажет, как мне поступать при встрече с обычными людьми. Не могу я в действительности одичать и жить среди диких животных. Времена Маугли и Робинзона Крузо давно прошли. Сейчас ни тот век и не те люди вокруг меня. Если меня найдут одичавшим, то в лучшем случае посадят в клетку и отправят в зоопарк к остальным диким животным. В худшем случае меня примут за каптара, то есть, снежного человека. В таком случае меня просто пристрелят ради одной строчки в газете, чтобы так прославить себя среди своих людей, как охотника подстрелившего снежного человека. Едва избавившись от назойливого преследования стада ланей. Я стал избавляться от огнестрельного оружия. Стараясь сделать так, чтобы это оружие уже никогда не стреляло в людей и тем более в доверчивый мир дикой природы, которые ради своего пропитания готовы идти за человеком куда угодно. Разве после такого искреннего доверия со стороны стада ланей, можно стрелять в таких прекрасных животных, как лани питающиеся булочкой с моих рук?

Разбросав патроны из автоматных рожков по лесу в течение своего пути. Я стал разбирать автоматы Калашникова и разбрасывать части от автоматов всюду по лесу так, чтобы никто и никогда не смог бы собрать части автомата в единое целое, а затем стрелять из этого автомата в себе подобных. Как это делали мы с Синельниковым Виктором. Теперь точно никто не сможет убить из этих автоматов человека и тем более диких животных в этом хвойном лесу. Окончательно избавившись от оружия, я весело и легко зашагал с двумя кейсами в руках по дикому лесу. С этого времени я был спокоен за себя и за мир в дикой природе. Если даже я никогда не выберусь из мира дикой природы. То буду рад и уверен в том, что за равное мирное отношение с животными дикой природы, животные никогда не обидят меня. Они найдут со мной взаимный интерес на выживание, в условиях дикой природы в горах с теплым климатом. Когда мое поднятое настроение после избавления от тяжести оружия приняло нормальное состояние, я стал размышлять над условиями своего дальнейшего продвижения в диком лесу без оружия и средств защиты. Я стал прекрасно понимать, что теперь стал таким же доступным к хищникам, как небольшое стадо ланей. Однако у ланей есть быстрые ноги, которые способны спасти ланей от хищников. У меня таких быстрых ног нет, чтобы спастись от хищников. Зато у меня есть разум, который должен навести меня на мысль о спасении после той глупости, когда избавился я от огнестрельного оружия, не достигнув мест жилья человека. Стоило немного придержать при себе часть оружия.

Если пустынные лани пришли в лес под деревья спасаться от проливного дождя, то можно сделать вывод в том, что рядом с лесом в горах есть хотя бы небольшая пустыня с оазисом места проживания ланей. Где есть оазис, там всегда живут люди. Может быть, мне стоит спуститься к оазису и добровольно сдаться на милость людям? Но если вдруг в этом оазисе окажется та арабская деревня, куда арабы на джипе отвозили оружие, то тогда меня просто растерзают родственники и друзья погибших арабов. Тем более что сейчас на мне теплая куртка из джипа, которую могут узнать родственники и друзья убитого нами одного из арабов. Нет уж! Лучше двигаться в диком лесу строго на Юг. Пока выйду на израильских пограничников или на государственную трассу в Израиле. Тогда я сам без помощи пограничников доберусь до своего дома, где меня ждет семья. Скорее бы мучение закончилось. Как мне все это надоело! Весь день я брел куда-то в сторону предполагаемого мной Юга, где должна была быть граница между Республикой Ливан и Государством Израиль. Точнее сказать, что там далеко должна быть граница моего скитания в горах среди животного мира дикой природы или граница моей жизни, где ждет меня черта неизвестности. Все время меня тянет к чему-то неизвестному, что не дано познать каждому. Постоянно я попадаю в какие-то экстремальные ситуации. Чаще всего всякие происшествия со мной почему-то происходят где-то высоко в горах. Словно под самыми небесами у самого Бога. Вся моя сознательная жизнь почему-то тесно связана с горами. Вот и сейчас не зависимо от моего желания, я обратно оказался в горах, которые стали для меня стихией всей моей жизни. Может быть, это все неспроста? Вполне возможно, что в моей связи с горами есть какая-то загадка, которая скрыта в горах и поэтому постоянно меня тянет в горы даже независимо от моего желания. Надо мне как-то поразмыслить над этой загадкой с горами со мной. Незаметно самому себе и прошедшему времени, я вышел из леса на какую-то странную возвышенность, которая никак не вписывалась в местный пейзаж. Среди густой сочной зелени и хвойного леса, был небольшой холм высотой в сотню метров и шириной не больше десяти метров. В середине странного холма была совершенно круглая впадина, напоминающая вулканический кратер в миниатюре или кратер на лунной поверхности без признаков жизни. Даже следов диких зверей или помета птиц не было видно тут на вершине возвышенности в непривычном сером кратере.