# Зарубежные гости в Таджикистане.

Александр Сергеевич Черевков

Вот и к нам пожаловали гости из-за рубежа. Смотрят на нас, как на дикарей.

Зарубежные гости в Таджикистане.

В начале осени, когда "бабье лето" украсили леса России разноцветными листьями и первые заморозки напомнили о скором приходе холодной зимы, в это время в Таджикистане наступило самое лучшее время года. Когда во всех колхозных рынках города Душанбе и других городах Республики Таджикистан, столько много фруктов и овощей, что Таджикистану может позавидовать любая из бывших республик Советского Союза, который уже фактически развалился на отдельные государства и только верховная власть бывшей империи все еще не признавала факта ликвидации Союза Советских Социалистических Республик. За развал которого шли ожесточенные кровопролитные войны в течении семидесяти лет. В этих войнах погибли десятки миллионов людей во всем мире. Намного больше осталось сирот и инвалидов. Сильно изменилась политика многих государств мира. Все делали для того, чтобы развалить Советский Союз и никак не могли этого сделать. С началом перестройки, почти бескровно, Советский Союз сам по себе развалился и теперь все капиталисты мира зачастили осваивать пустующие рынки сбыта своих товаров. В том числе был и Таджикистан, куда в благоприятный климат конца лета потянулись, как перелетные птицы, многочисленные бизнесмены зарубежных фирм, большинство из которых были впервые у нас в Республике Таджикистан. Как на диковинку смотрели на все вокруг нас. По их понятиям, они попали ни в Среднюю Азию, а в Средние века.

Одним из первых приехал Константин Лимбурис из Кипра, один из многочисленных партнеров с/п "Расма" и лучший заграничный друг Валентина Склярук, который к нам в Республику Таджикистан приехал вместе со своим другом. Видимо, что так они ездили друг за другом уже с начала бизнеса в Советском Союзе. Так как я видел их вместе еще во время моей поездки на Первый всесоюзный симпозиум бизнесменов в Москве. Тогда Валентин Склярук уже отзывался о Константине Лимбурисе, как о своем старом друге, который давно мечтает побывать в Республике Таджикистан. Вот они и прилетели вместе к нам в гости в город Душанбе. Мы поселили Константина Лимбуриса и Валентина Склярук в правительственную гостиницу Республики Таджикистан и стали показывать им достопримечательности нашей республики. В первую очередь повезли в Варзобское ущелье, где Константин Лимбурис впервые увидел огромные скалы кварцевых разноцветных пород, которые у них на Кипре идут на украшение для женщин и на разные декоративные работы в дизайне украшения интерьеров различных зданий. Здесь же эти породы кварца выглядели как экзотика природы.

- Сколько стоит эта скала? - спрашивает Константин Лимбурис, когда мы проезжаем в Варзобском ущелье возле скалы из розового мрамора. - Я хочу покупать эту красивую скалу мрамора. Назовите мне ее цену.

- Это не продается. - отвечаю я, Константину Лимбурису. - Такие скалы достопримечательность Республики Таджикистана и считается святым местом всего таджикского народа. Таких мест в Таджикистане очень много. Есть целая гряда разноцветных гор из переработки породы которых делают очень ценные краски. Чего стоят горы Памира, где чуть ли не вся таблица Менделеева. В горах Памира есть множество совершенно неизведанных мест ценных пород камней. Возможно, что когда-то это все будет продаваться, но не сейчас.

В течении целого дня мы кормили Константина Лимбуриса различными блюдами таджикской кухни. Константин Лимбурис постоянно спрашивал и записывал рецепты приготовления национальных блюд. На что Владимир Склярук сказал, что англичане про жителей Кипра говорят так "Кушать на Кипре любят так хорошо, что можно подумать, это они живут сегодня последний день и хотят перед смертью накушаться. Но зато строят так, что можно подумать, это они собираются жить вечно.", так что с Кипром лучше строить, чем прокормить островитян. У нас цель разведки потребности рынка сбыта на Кипре и в Республике Таджикистан.

На следующий день я повез Константина Лимбуриса на платину самой высокогорной Нурекской ГЭС. По дороге до Нурекской ГЭС, нашего гостя поражало то, что на камнях в горах Таджикистана всюду растут кусты капорцев, которые на Кипре используют в пищу солеными, а здесь их вообще не употребляют в пищу. Также много и другой растительности, которую кушают на Кипре, а здесь она вообще не употребляется в пищу. Можно заняться поставкой этих плодов растительности бартером на Кипр, а оттуда получать мини-заводы на различные изделия. В том числе и на переработку плодов капорцев, а также других овощей.

Когда мы наконец-то поднялись на самый верх Нурекской платины, то Константин Лимбурс посмотрел совершенно обалдевшими глазами вначале на нурекское водохранилище, а затем вниз платины, где огромный каскад выброса воды внизу становился обычной голубой водой и вода всюду была кристально чистой.

- Я никогда не видел нигде столько много экологически чистой пресной воды. - сказал Константин Лимбурис, разглядывая воду по обе стороны платины. - Но зачем ее красят всиний цвет, чтобы никто не мог ее пить?

- Воду здесь ни красят! - удивленно, ответил я, Константину Лимбурису. - Эта вода от своей чистоты такая.

- Можно эту экологически чистую кристальную воду посмотреть поближе? - спросил Константин Лимбурис.

- Конечно можно! - опять, удивленно, ответил я. - Сейчас туда на автомобиле к воде спустимся по трассе.

Мы сели на свой автомобиль и по трассе, мимо города Нурек, спустились к такому месту, где в реке Вахш были небольшие заливы. Можно было спуститься к тихой воде, которая и здесь не утратила свою голубизну подаренную воде природой, а не подкрашенная людьми, как это подумал Константин Лимбурис, когда увидел эту воду голубого цвета с высоты птичьего полета. Константин Лимбурис ничего не мог нам сказать. Константин Лимбурис долго смотрел удивленными глазами на кристально-прозрачную воду. Затем поставил в сторону свой кейс. Скинул с себя пиджак, отдал пиджак подержать Валентину Склярук и в чем был упал в воду. Мы с Валентином Склярук удивленно переглянулись и поспешили вытащить Константина Лим-буриса из этой воды, так как он мог заболеть от ее холода. Ведь вода в реке Вахш течет из самих ледников.

- Теперь я всему Кипру могу говорить, что я лежал в такой кристально чистой воде. - сказал Константин Лимбурис. - У нас на Кипре ни одна капля чистой воды не доходит до моря, а здесь ее есть прямо целое море.

После Нурекской платины на следующий день мы поехали в Рамитское ущелье вверх по реке Кафирниган, где показывали Константину Лимбурису в Рамитском высокогорном заповеднике диких животных, которых можно было разглядывать в бинокль и также невооруженным глазом. Чего совсем нет там на острове Кипр.

На четвертый день мы показывали Константину Лимбурису исторические места Таджикистана. Показали развалины древних поселений людей. Водили в исторический музей. Повезли в на Гиссарскую крепость. Как настоящий историк, я не взял с нами специального гида и рассказывал сам все Константину Лимбурису про исторические места Республики Таджикистан. Естественно, что все мои исторические рассказы были в сопровождении двух переводчиком, таких, как моя секретарь-референт Тронина Ира и, конечно, еще Валентин Склярук, друг Константина Лимбуриса. Наши переводчик были у нас, как наушники. Тронина Ира возле меня, а Склярук Валентин возле Константина Лимбуриса. Но мой переводчик, Тронина Ира, несмотря на свой аттестат с отличием за специальную школу с английским языком, часто спрашивала значение того или иного слова на английском языке у Валентина Склярук. Когда она сказала, что Константин Лимбурис и Валентин Склярук говорят на каком-то другом английском языке, то они оба стали смеяться. Валентин Склярук объяснил Трониной Ире, что она разговаривает на литературном языке, которому ее учили в специализированной школе, а они оба разговаривают на языке бизнеса, в котором много не литературных слов и различных акцентов разговорной речи. Поэтому Трониной Ире следует чаще тут работать с зарубежными гостями.

В последний день пребывания Константина Лимбуриса и Валентина Склярук я водил их по рынкам города Душанбе. Этому зрелищу Константин Лимбурис не особенно удивился. Он сказал мне, что у них все это в таком же изобилии. Даже есть такие фрукты и овощи, которых нет на рынках Таджикистана. Валентин Склярук к этому добавил, что на Кипре апельсины, мандарины и другие цитрусовые плоды растут по улицам городов, как обычные декоративные растения. Чтобы еще как-то удивить Константина Лимбуриса и Валентина Склярук, я пригласил их в пивной ларек, которые стояли на всех городских базарах. Я знал, что они оба любят хорошее пиво. Поэтому я заказал сразу по две кружки пива на каждого и по десятку шампуров шашлыка.

- Это еще не пиво. - сказал Константин Лимбурис, немного отпив из кружки. - Но уже и ни вода. Что-то новое.

Тогда я рассказал Константину Лимбурису про то, как мы с итальянцем Бенито Пелони пили московское пиво и Бенито Пелони удивлялся, что я такой здоровый русский мужик, который пьет такое пиво, от которого у них на острове Сицилия могут лошади дохнуть. Я сказал Бенито Пилони, что у нас в городе Душанбе есть такое пиво, от которого у них будут дохнуть слоны. Такое пиво имеется у нас тут на базаре города Душанбе.

- Если хочешь, то я тебя угощу таким пивом? - предложил я, Константину Лимбурису. - Тогда ты убедишься, что у нас есть еще такое пиво, в котором ты не найдешь признаков даже обычной воды и солода с ячменем.

- Нет! Я не могу! - отказался Константин Лимбурис. - У меня нет столько здоровья, как у русских мужиков.

На следующий день Константин Лимбурис и Валентин Склярук улетели в город Москва. Я проводил их до самолета и на следующий день стал готовиться к новой встречи зарубежных гостей, который прилетали регулярно каждую неделю. Начиная с воскресного дня и до следующего воскресного дня. Без перерыва. У меня даже не было времени на семью. Так как часто день новый наступал в дороге с гостями по Таджикистану или встречал гостей в аэропорту города Душанбе. Гости как морское цунами надвигались на Таджикистан.

Следом за Константином Лимбурисом и Валентином Склярук в Республику Таджикистан хлынули бизнесмены из разных стран. Закрепленных за мной номеров в правительственной гостинице "Октябрьская" явно не хватало. Размещать иностранных гостей в старой гостинице "Вахш" было кране не прилично. Пришлось договариваться с администрацией гостиницы "Таджикистан" об аренде на длительный срок номеров для наших зарубежных гостей. Таким образом, международный бизнес в Таджикистане набирал свой оборот.

Вскоре к нам в гости пожаловал принц из Саудовской Аравии, которого интересовала больше всего экологически чистая вода. Принц был готов закупить экологически чистую воду в консервированном виде в неограниченном количестве. Поговаривали даже, что будет специальный рейс самолета для перевозки этой консервированной чистой воды из столицы Саудовской Аравии города Эрь-Рияд в столицу Республики Таджикистан город Душанбе, туда и обратно. Я чувствовал, что не потяну такой контракт и не принял участие в вопросе этого вида бизнеса. Тем более что к этому бизнесу подключилось правительство и я отошел в сторону от решения такого вопроса. Меня интересовали более мелкие вопросы бизнеса, которые было не страшно потерять в случае неудавшейся сделки с проколом одной из двух сторон подписавших контракт. Эти несколько дней, во время визита принца Саудовской Аравии, я уделял много время своей работе на объектах по городам Республики Таджикистан, в конце рабочего дня спешил домой, как на свидание, к своей семье.

Затем к нам пожаловали целой группой бизнесмены из государства Израиль, которые готовы были поставить несколько комбинатов по откорму индюков. Израильтян от индюков интересовала лишь печень, которую они собирались поставлять в Европу. Большей частью во Францию. Заключили контракт на реализацию наших переговоров в рамках министерства строительства Республики Таджикистан. Определили места установки комбинатов по откорму индюков с весны 1992 года. Комбинаты планировали открывать поэтапно ежегодной с развитием большей потребности печени индюшки со стороны европейских стран до 2000 года. Однако, я так думаю, что израильтян больше бизнеса интересовали в Республике Таджикистан еврейские семьи, которые еще до приезда бизнесменов из Израиля уже начали постепенно уезжать из Таджикистана в Израиль. Вскоре, после отъезда от нас бизнесменов из Израиля, среди моих рабочих и служащих, которых было в совместном предприятии на территории Республики Таджикистан более десяти тысяч, началась под-готовка к отъезду из Таджикистана в Израиль. Постепенно, в течении этого года, мое предприятие покинули более четыреста семей. С отъездом евреев из нашего коллектива, это сильно сказалось на производительности труда моего предприятия. Так как лучшие места рабочих и служащих производства, остались без надежных специалистов своего дела. Нужно было мне вновь проводить конкурсный отбор через местную прессу. Затем пришлось мне долгое время переставлять своих специалистов с одного места работы на другое.

В самый критический момент моего предприятия в гости пожаловал от голландской фирмы "Хантер Даглас Юроп БВ" главный представитель Отто Йохемс в сопровождении менеджера по маркетингу Людмилы Кузнецовой, которых мы тут же разместили в ту самую правительственную гостиницу "Октябрьская", в которой жили Константин Лимбурис и Валентин Склярук. Этих гостей больше интересовало дело, чем отдых на природе в горах Таджикистана. После первой поездки в Рамитское ущелье, вверх по реке Кафирниган, гости попросили проводить больше поездок на предприятия связанные с подписанием нашего совместного контракта. На следующий день пребывания представителей голландской фирмы "Хантер Даглас" мы посетили наши предприятия как-то связанные с подписанием совместного контракта с фирмой "Хантер Даглас". Отто Йохемс остался доволен подготовкой ангара для установки мини-завода по сборки жалюзи из алюминиевой ленты, которую обязывались поставлять регулярно из Голландии. Однако, главного представителя фирмы "Хантер Даглас" больше всего интересовал прямой выход на Таджикский алюминиевый завод. Отто Йохемс даже знал без нашей подсказки, что Таджикский алюминиевый завод находится в городе Турсунзаде и что на заводе директор Синани Михаил. Такое знание зарубежного гостя меня сразу за беспокоило. Я понял, что они хотят выйти прямо на нужное им сырье - алюминий, без таких посредников, каким являлось мое предприятие. Свое мнение я сразу высказал Юрию Филимоновичу, который полностью курировал весь этот контракт. Поэтому министр строительства крайне был обеспокоен любопытством гостей из Голландии.

- У них ничего не выйдет. - ухмыляясь, ответил Юрий Филимонович. - Во первых, это стратегическое предприятие и их туда никто не допустит. Во вторых, мы с тобой не заинтересованы в связях гостей с заводом. Мы ясно дали понять, Отто Йохемсу, что в Советском Союзе всегда было и будет так, что запрещено посещение иностранными гостями стратегических предприятий, каким является Таджикский алюминиевый завод. Отто Йохемс, конечно, все прекрасно понимал, что мы перекрыли ему тут прямой доступ к алюминию. Поэтому он тоже сказал нам понятно, что больше его ничто не интересует в Таджикистане. Так как все вопросы по контракту между нашими сторонами были рассмотрены и он готов со мной встретиться по вопросу подписания контракта в Москве. Мы тут же занялись вопросом оформления документов гостей на вылет из нашей республики. Отто Йохемс, из семи дней по приглашению пробыл всего пять и сославшись на неотложные дела вылетел первым же рейсом в город Москва, в сопровождении менеджера Людмилы Кузнецовой. Этим закончились все мои международные встречи с бизнесменами из различных зарубежных фирм. Мне требовалось в последний раз просмотреть проект контракта с голландской фирмой "Хантер Даглас", чтобы там не было никаких проколов в работе, так как контракт был долгосрочный и очень дорогостоящий. Любая ошибка и оговорка в контракте могла стоить мне места работы, банкротства предприятия, лишения меня свободы и мало каких еще неприятностей. По этой причине мы с Трониной Ирой сидели в кабинете с раннего утра и до поздней ночи. Тронина Ира проверяла русский текст контракта с английским текстом, а я постоянно спрашивал о знаках препинания, которые на разных языкам могли произносится совсем по-другому.