# Эорпата Книга 2 Союз Аполлона Анонс

Dmitriy Sever

Генрих подошел близко к вазе, надел очки и внимательно стал разглядывать обожженную глину. Он почти носом касался стекла, но видел перед собой только наполовину вытертый черный орнамент. "Какая тут сцена? Что она видит?", - про себя подумал дотошный немец и, шутя, произнес: - О, прекрасная Багира, у вас прекрасное воображение!- Это не мои фантазии, - туманно ответила Вика.- А чьи? - Немец легонько прикоснулся к ее оголенному плечу рукой, и вновь почувствовал небывалый прилив сил.Он захотел взять эту смуглую красавицу на руки и кружить, кружить ее по холодному, пустому залу..... Но, задумчивый взгляд Вики остановил его от этого безумства.

ЭОРПАТА *СОЮЗ АПОЛЛОНА*

КНИГА 2


## Глава 1


После поднятия белого порошка из утопленного 'Мерседеса', Вика не стала испытывать судьбу в лице полковника и утром выехала в Германию. 'Так надо, так будет лучше для всех', - твердила себе всю дорогу девушка, абсолютно не задумываясь о том, что будет делать в *полосатой* стране "дойче орднунга". Не волновало Вику и то, что едет она вслепую, наудачу и никто не будет встречать ее в чужом городе. Правда, в этом была только ее вина. Подруга Лидочка, с которой Вика дружила еще со школы, давно приглашала одноклассницу в гости. Душа Виктории рвалась в путь, но работа и житейская суета, заставляли отлаживать поездку месяц за месяцем, пока не разразился гром, вызванный аферой брата в казино. Последовавшая за этим молния, принесла с собой в жизнь смуглой красавицы, - хаос, разруху и страдание, - все это перевернуло ее судьбу с ног на голову. И вот теперь туристическая поездка больше напоминала Вике стремительный побег в неизвестность. 'Какая же я безалаберная, - приглашение потеряла, номера телефона, и адреса Лидочки нет', - тяжело вздохнув, она неодобрительно покачала головой: - 'Ничего не знаю! В отличие от коротышки полковника, - Пинкертона из Приморского района. Интересно, а как же он узнал, что мне нужен билет до Ганновера?', - задумалась девушка, разглядывая, ухоженные домики бюргеров. 'Совпадение?', - сама у себя спросила путешественница, и саркастически улыбнулась: - 'Не удивлюсь, если эта ищейка знает, и с кем я дружила в детском садике'

Безупречная дорога автобана, быстро пролетала под колесами автобуса.

- Кому выходить в Ганновере, приготовьтесь! - объявил водитель.

- Мне в центре, возле гостиницы остановите, - попросила Вика и, не впадая в панику, закончила размышления: - 'Я найду Лидочку, - не иголка в стогу сена'

Через полчаса девушка вышла напротив высокого здания, на фасаде которого приветливо горела вывеска - 'Грандотель'. 'Шикану одну ночку!', - без сомнений решила путешественница, взяла сумку и решительно направилась в сторону отеля.

Как раз в эти дни в Ганновере происходила крупная международная выставка электроники. В город нахлынули бизнесмены со всего мира, и все номера по умеренным ценам были заняты. Но, о гостиничном буме туристка поневоле не слышала и, предвкушая блаженный отдых, уверенно вошла в просторный холл. Возле портье стоял громадный мужчина, и что-то ему с жаром объяснял. Вика заняла очередь, и принялась с нетерпением поглядывать на могучую спину, прислушиваясь к диалогу на английском.

- Попрошу счет! Я выезжаю!

- Мистер, вам что-то у нас не понравилось?

- Все окей! Но только я не привык, когда заглядывают в окна на седьмом этаже.

- Этого не может быть. Вам показалось.

- Я не крейзи! Счет, пожалуйста. Я уе-зжа-ю. - Расчленил слово постоялец, и протянул кредитную карту, вытирая пот со лба.

Через пару минут Вике чудесным образом достался прекрасный номер, с видом на мрачное старинное здание. Она зашла в апартамент, поставила сумку возле кресла, и в предвкушении сладкого сна посмотрела на шикарную кровать.

- Хэлло... - неожиданно сзади раздался шепот.

- Хэлло... - с удивлением ответила девушка.

Оглянулась - никого, только штора легонько колыхнулась. Подошла к окну.

- Ты где, троль? - потянула за тяжелую материю, распахнула окно, но кроме мерцающего огнями старинного собора, и сигнальных огней машин проезжающих по трассе, ничего больше не увидела. - Хелло-у!?

Прислушалась - в ответ был слышен только шум машин. Любоваться готической красотой Вика не стала и, захлопнув окно, отправилась принимать ванну. Затем она забралась под одеяло в мягкую кровать, и как только голова красавицы коснулась подушки, - на счет три, ее плотной волной накрыл беспробудный сон. Проснулась Вика в прекрасном тонусе, умылась - прихорошилась, и спустилась на завтрак в уютный ресторанчик. В зале все столики были заняты, и взгляд карих очей остановился на седом мужчине с лихо закрученными усами. Он сидел в одиночестве за столом в углу и маленькими глоточками пил кофе, просматривая какие-то бумаги.

- У вас не занято? - спросила Вика.

Увидев перед собой смуглую красавицу, мужчина привстал и, на мгновение зажмурился, словно от лучей солнца:

- О! Прошу!

- Данке, - она присела и в смущении отвернула голову в сторону зала.

- Битте, - с нескрываемым восхищением разглядывая красавицу, произнес немец. - Генрих фон Шнитке!

Шнитке являлся владельцем этого огромного отеля. Его жена около года назад умерла, и вдовец, заглушая боль утраты, все свое время посвящал гостиничному делу. Рано утром он приезжал на работу, делал разгон администратору, затем шел на кухню и там тщательно заглядывал в каждую кастрюлю. После этого он садился за столик и пил кофе, просматривая счета.

- Виктория Гончарова, - сдержанно ответила девушка, взяла в руки меню и принялась искать в нем знакомые названия блюд.

Счастье, впрочем, как и несчастье, шли рука об руку с ней по жизни.

Великолепие одесситки не на шутку привлекло внимание вдовца. Очаровательная усмешка, лебединая шея на античных плечах, шикарные черные волосы, заплетенные в косу, произвели на него неотразимое впечатление. Он шепнул официанту, принимающему заказ у Вики, - гарсон кивнул и вернулся с бутылкой французского красного вина.

- Завтрак и вино, прекрасная Виктория, за счет заведения, - хозяин как дирижер взмахнул руками, и официант тут же наполнил бокалы.

Затем Генрих встал и произнес длинную, пламенную речь на родном языке. Он с вдохновением говорил о неземной красе девушки и о том, что как хозяин заведения благодарен ей за правильный выбор отеля. Девушка ничего из произнесенного монолога не поняла, но бокал подняла и вино выпила. Завтрак быстро подошел к концу и Вика, как истинная леди, не доев и не допив, встала, оборвав барабанную речь фон Шнитке.

- Данке, Генрих.

- Виктория, приглашаю вас отужинать со мной, - владелец отеля на всякий случай заговорил на английском, так что бы было наверняка - в десяточку. При этом он слегка покраснел, кидая томительный взор надежды на очаровательную смуглянку.

Девушка скромно улыбнулась, у нее появились милые ямочки на щеках, а ее карие глаза в это время внимательно изучали активного, щедрого человека: - 'Воспитанный герр, ничего не скажешь. И меру знает... Вот только взгляд у него весьма озабоченный...' Тонкая натура женщины, насторожилась: - 'Глядеть за ним надо, в оба! Немец все-таки, от него все что угодно можно ожидать...'

- Прошу вас Вика, не откажите, примите приглашение! - Шнитке по-молодецки выпятил грудь.

Тонкие брови красавицы слегка приподнялись и она невинным тоном спросила:

- А как же ваша жена, херр Генрих? Она, что, по вечерам не ест?

- Около года назад моя супруга представилась, - вдовец наклонил подбородок к груди. - Я одинок в этом мире, фрау Вика.

- Примите мои искренние соболезнования.

- Данке. Так как насчет ужина?

- Окей! Давайте, в семь на этом же месте.

- Спасибо Виктория, я вас провожу. - Пылко произнес растревоженный мужчина.

- Не стоит, я девушка самостоятельная. Сама дойду. До вечера.

Генрих подождал, пока не скроется из глаз прекрасная смуглянка, затем налил фужер до краев.

- Эчтэ мармеладе!* - воскликнул немец и осушил бокал до дна.


(Пальчики оближешь* Нем. Яз.)


***


В распоряжении у Вики был целый день, и она в призрачной надежде отправилась на визуальный поиск подруги. В прекрасном настроении, девушка вышла из гостиницы, и на минуту замерла, раздумывая, куда же ей пойти. Впереди была оживленная трасса, а за ней красовался таинственный собор. 'Так, и где же мне перейти дорогу?', - Вика загорелась желанием поближе рассмотреть древнее здание. Она посмотрела направо - молодые турки что-то шумно обсуждали, размахивая руками. Взглянула налево - чета пенсионеров, взявшись за руки, неторопливо приближались к отелю. Вика уверенно повернула в их сторону и пошла на поиски перехода. Так она дошла до угла, спустилась по подземному тоннелю и, выйдя на свет Божий, оказалась в уютном сквере. Ее взгляд сразу наткнулся на старуху, сидевшую на траве возле дерева. 'Странно', - подумала Вика: - 'Рядом скамейки свободные, а она на земле сидит...'

- Дорогая, подойди ко мне! Давай погадаю! - донесся до нее хриплый голос.

От неожиданности девушка вздрогнула, и даже не обратила внимания, на то, что гадалка говорит на русском языке. Тощая старуха, в цыганском пестром платке настойчиво тянула к ней руку. Вика непроизвольно пошла в ее сторону и подала ладонь.

- Не бойся, красавица, - старуха впилась в девушку взглядом, мутно-зеленых выцветших очей. - Все будет хорошо. Да, хранит тебя, Аполлон.

'Бага, Аполлон!', - екнуло сердечко у Вики, - она сразу вспомнила отца и его странный рассказ о подводном гроте. Костлявые пальцы гадалки, словно щупальца, обвили нежную ладонь. Через мгновение легкое приятное покалывание охватило руку, пошло по плечам, - и быстро разошлось по всему телу. Ресницы у Вики медленно опустились, и девушка, доверившись рукам старухи, подняла голову к небу. Каждая клеточка ее тела расслабилась, в предчувствии нирваны.

- Дар фарна! Дар ксатра!* - Шептала без остановки старуха.

(Возьми, небесную благодать! Возьми силу!* Скифский яз.)

У Вики закружилась голова, и ей казалось, будто она вращается вокруг себя юлой. Еще мгновение, и она оторвется от земли... но, вихрь магического урагана внезапно стих и, слегка покачиваясь, украинка с изумлением открыла глаза.

- Оспати, Агайя*... - поклонилась Вике гадалка, и быстро пошла прочь.

(Госпожа, Агайя* Скифский яз.)

Смуглая красавица оперлась о дуб, и так простояла минут десять абсолютно ничего не понимая. 'Погуляла! Пора и домой...', - это была первая здравая мысль, которая пришла в ее прекрасную голову. Она сложила пальцы в замок и потянулась всеми мышцами тела, прогоняя остатки наваждения. Взглянула на небо и легкой поступью направилась обратно в отель.


Вика вошла в холл гостиницы и подошла к портье за ключом от номера. Кончиками пальцев она взяла протянутый ключ. Рука портье дернулась, словно через него прошел электрический ток, и его лицо исказилось от боли.

- Шайсе! - непроизвольно выпалил немец.

- Сорри, - рассеяно произнесла она.

'Я - девушка генератор!', - с грустной иронией подумала Вика и пошла наверх. В номере было тихо и спокойно. Красавица скинула с себя одежду, и мягко ступая по паласу, прошла в ванную. Она долго стояла под теплым душем и, закрыв глаза, наслаждалась разбивающейся водой об упругое тело. Тревожные мысли, связанные с происшествием в парке, остались где-то далеко, и только шум воды приятной и тихой музыкой звучал в ее сознании. После душа Вика легла на кровать и проспала почти до самого вечера. Взглянув на часы, она быстро поднялась и стала собираться на ужин с Генрихом.

Когда смуглая красавица спустилась в ресторан, то поразила своим видом присутствующих мужчин и вызвала тихую зависть у женщин. Ее вечернее платье плотно облегало прекрасную фигуру, подчеркивая изумительную грацию девушки. Длинный разрез, доходящий почти до бедра, открывал красивые, стройные ноги.

Генрих, завидев Вику, быстро встал из-за стола и кинулся ей навстречу, как будто боялся, что его опередит более резвый соперник.

- Нет слов, я потрясен! Вы божественно прекрасны! Вы - Диана! - восторженно произнес хозяин отеля.

- Да что вы Генрих, я плохо из лука стреляю, больше владею

мечом. - Пошутила скромница и ее лицо осветила белоснежная улыбка, гармонично оттенившая смуглую кожу.

Немец в буквальном смысле понял слова о мече и озабоченно взглянул на Вику.

- Кухонным мечом, Генрих - ножом! Я ведь простая девушка из Украины...

Он рассмеялся, нежно взял ее под локоть, словно это был нежный цветок, и бодрой походкой повел смуглую красавицу к столику, снисходительно поглядывая на посетителей.

- Гутен абенд! - направо и налево он громко приветствовал клиентов за столиками. - Гутен абенд!

Вика не обращала внимания на чудачества пожилого кавалера, и с любопытством рассматривала интерьер ресторана.

Зал был оформлен в ампирном стиле, стены украшали большие зеркала и дорогие картины.

Возле столика их поджидал официант. Он услужливо отодвинул стул для дамы и почтительно спросил:

- Что желаете, фрау?

- Я, пожалуй, выберу... - украинская гостья задумалась, листая толстое 'меню'. - Лангустов, сыр Рокфор и... фруктовый торт.

Немецкий аристократ поморщился, но из солидарности вежливо повторил заказ и пододвинул прекрасной спутнице карту вин.

- Выбор за вами! - запротестовала девушка и растерянно развела руками, глядя на длинный перечень незнакомых ей марок вин.

- Гут, либен Вика. Под лангустов, подойдет белое вино Божеле, а под сыр, красное Бургундское, - не задумываясь, немец сделал свой выбор.

Официант поклонился и ушел выполнять заказ.

- Прекрасная фрау, как вам первый день в Ганновере?

- Красивый парк, чудесные дома, а больше я ничего и не увидела.

'Кроме старухи в парке', - ее слегка передернуло от необычного 'сеанса гадания'

- Я могу быть прекрасным гидом, в нашем городе более двадцати музеев. Пикассо, Малевич... и это далеко не весь перечень достойных художников, представленных в галереях.

Вдовец Шнитке любил по выходным побродить залами, созерцая картины абстрактных фантазий и реалистических сюжетов прошлых веков.

- М-м...

- Но, если вас интересует более древнее время, - Битэ! Античный мир у ваших ног.

- Я думаю, что приму ваше приглашение, любопытство девушки не имеет границ. - В свете последних событий, Вику волновал и притягивал древний мистический мир, - 'Аполлон, Агайя, Терес, хрустальный амулет...', она даже и не пыталась искать ответы, на странные события, обрушившиеся на нее за последнюю неделю.


Официант принес заказанную еду, и они принялись вкушать огромных раков, запивая их сухим вином.

- Я бы с удовольствием походил по галереям, выставкам художников... - владелец отеля залюбовался большой картиной на стене, которую недавно приобрел на аукционе.

- А меня больше волнует античный мир, - драмы, вулканы страстей.... Все это так вдохновляет, не то, что наше время - цинизма и рационализма, эра холодных эмоций.

- Да либен Вика, вы сто раз правы! В древней эпохе остался огонь, - возрождающий и сокрушающий, - Генрих поднял бокал с вином, - за стихию!

- За созидательную стихию, - поправила немца девушка и у нее как у дикой кошки блеснули глаза, а рука с фужером мягко опустилась на стол.

- Вы мне только что напомнили Багиру, из сказки моего далекого детства, - Генрих с восхищением глядел на спутницу. - Разрешите, я так вас буду иногда называть.

- Согласна.... Но, только при одном условии, - Вика очаровательно

улыбнулась и лукавым взглядом стрельнула в пожилого немца с рыжими усами.

- Для меня высокая честь исполнить ради вас любое условие, неотразимая Багира! - Генрих хотел встать, но выпитая ими бутылка Бургундского не располагала к резким движениям.

- Отлично! Тогда я буду называть вас, Шерррр -хаан.... - она мило прорычала эту кличку, от чего у бедного вдовца чуть не остановилось от счастья сердце.

...Хотя если честно, он больше ей напоминал старого волка Акилу.

К концу вечера Вика слегка опьянела и предложила новому знакомому мирно разойтись по домам. В зале квартет музыкантов виртуозно заиграл Венский вальс, и пожилые пары закружились под музыку Штрауса. Генрих галантно пригласил Вику на танец, и она, в благодарность за ужин, милостиво подала ему руку.

- О, майн Готт! - вздрогнул немец, прикасаясь к шелковистой коже, и с небывалым приливом энергии, закружил Викторию по залу.

Вскоре танцующие в зале пенсионеры прекратили вялое топтание, и с осуждением начали поглядывать на ровесника, бодро козлящего кругами в паре с очаровательной молодостью. Генрих парил по залу, уверенно увлекая за собой украинку. 'Мне двадцать!', - кричала его душа, и в тот момент ноги верили ей. Но, вот музыка стихла, и Вика с трудом остановила неугомонного немца.

- Еще один танец! Либен Вика, - стал умолять ее, с загоревшимся взглядом Генрих.

- Увы, мне пора. - Отстранилась от партнера девушка.

- Биттэ! - смешно подпрыгивая, протянул руку Шнитке.

- Найн, Генрих, - голос у нее стал серьезным, взгляд карих глаз - сосредоточенным. - С утра меня ждут поиски подруги. Ради нее я сюда и приехала.... Вот только адреса и телефона ее нет.... Я такая рассеянная, сумочку или потеряла, или украли.... А в ней, вся моя жизнь. Так что, спасибо за ужин, но мне рано вставать.

- Шейнэ* (Прекрасная* нем.яз) Вика, примите мою помощь - машина, связи. Чем смогу. Я ваш слуга! - с мальчишеским задором воскликнул владелец отеля.

- Данке шон, Генрих. Помощь мне действительно будет нужна. Встретимся утром в холле, идет?

- Натюрлих* (Конечно* нем.яз)

- Бай, - улыбнулась на прощание Вика и решительно пошла на выход.

- Бай, бай.... Все что угодно, май либен, - прошептал вдовец, пожирая глазами спину красавицы.


***

Прекрасная украинка не на шутку растревожила сердце Генриха. Рядом с ней он себя почувствовал сумасбродным юнцом. Рано утром, позабыв про кастрюли и счета, он подкрался к дверям заветного номера. Прислушался - тихо. По-воровски оглянулся. Легко нагнулся и положил у порога красную орхидею. Затем зачем-то поцеловал ручку двери и быстро удалился вниз. В холле седой 'юноша' уселся на кресло и, напустив на себя грозный вид, принялся наблюдать за портье. Прошло не менее часа томительного ожидания, - двери лифта в сотый раз распахнулись, голова Генриха привычно дернулась в сторону шума, и он наконец-то увидел Викторию. Немец вскочил с места, и в четыре гигантских шага предстал перед красавицей:

- Гутен морген, либен Вика!

- О! Это вы?! - ее большие глаза, стали огромными.

- Я, я, - закивал головой Генрих, непроизвольно любуясь гибким станом девушки.

- Кто-то мне подложил цветок возле двери, - Вика сунула ему орхидею под нос. - Не знаете, кто бы мог это сделать?

- Найн, - покраснел немец.

- Хорошо. А не подскажите ли Генрих, где здесь рядом полицейский участок?

- Не надо полиции, фрау! Это сделал я, сюрприз так сказать.

- Мне вообще-то подругу бы найти, - улыбнулась девушка.

- П-ф! - выдохнул Генрих. - Пять минут езды, и мы в участке! Моя машина у входа.

Он взял ее под локоть, и его непростые серые глаза, слегка прищурились:

- Комиссар полиции, мой хороший друг. Идемте Вика, все будет - гут!

- Ой, а я так волнуюсь, что не смогу найти ее, - закусила губку украинка и пошла с немцем на выход.

- В Германии, найти целого человека не проблема, - успокоил ее спутник и открыл перед красавицей дверь спортивного кабриолета. - Дело времени и желания....


Возле полицейского участка, было пустынно и тихо. Преобладание бело - зеленого цвета в интерьере огромного прямоугольного здания без выкрутасов, с одной стороны усыпляло бдительность входящего, а с другой и настораживало. 'Этот Дон Кихот часом не в дурдом меня привез?', - поежилась Вика, искоса наблюдая за взволновавшимся водителем: - 'Может он по суровости лет, забыл куда едем?'

- Полис? - недоверчиво спросила девушка.

- Я, я.

Все внимание Генриха было поглощено белым линиям на пустой стоянке. Немец виртуозно на них не наезжал, тем самым отдаляясь от здания. Наконец припарковавшись в самом углу, он вытер платком руки, взглянул на себя в зеркало заднего вида и, шаря по карманам пиджака, строго произнес:

- Аусвайс!

- Мой? - вздрогнула Вика и достала паспорт.

- И подруги, - кивнул Генрих и хлопнул себя по лбу. - А-а! Мы же ее ищем.... Имя и фамилия пропажи?

Девушка написала данные на листке в блокноте:

- Вот, держите Генрих.

- Айн момент, либен Вика,- он аккуратно сложил бумажку, и с благоверным трепетом взглянул на здание. - Все будет - гут! Я пошел.


Войдя в помещение, Генрих в нерешительности остановился возле окна дежурного.

- Гутен так.

- Гутен так. Что вам угодно? - спросил полицейский, цепким взглядом всматриваясь в респектабельного гражданина.

- Я владелец *Грандотеля* - Генрих фон Шнитке.

- Аусвайс, биттэ.

- Прошу, - Шнитке протянул свой паспорт. - У меня к вам просьба.... Я хотел бы проверить одну постоялицу в своей гостинице.

-Вы заметили за ней что-либо подозрительное? - насторожился полицейский, тщательно сверяя копию с оригиналом.

- Она из Украины.

- Ну.... Это еще не преступление, но вы правы, бдительность к таким персонам проявлять необходимо. А что собственно с ней не так - она проститутка?

- Нет, что вы!

- Наркотики, торговля краденым? - дежурный немец начал наливаться помидором. - Или может быть, украинка ворует?!

- Да нет, ничего подобного. Просто она ищет девушку, проживающую тут, в Ганновере.

- Ну, и что?!

- Незаконным путем ее ищет, понимаете, герр полицаян? Приехала как туристка, а ищет человека - странно это.... Не по-нашему, цель визита - туманна.

- Фамилии украинки и пропавшей девушки, имеются, херр Шнитке?

- Я, я. - Генрих дрожащей рукой вынул паспорт Вики и бумажку. - Вот, прошу.

- Подождите десять минут. Сейчас разберемся. - Блюститель порядка вышел в соседнюю комнату и его место тут же занял тощий коллега в очках.

Через минут пятнадцать полицейский вернулся с документами под мышкой.

- С вас семьдесят ойро. - Он протянул Генриху бумаги и паспорта. - Пропавшая девушка - Лида Шнайдер, молодая супруга архитектора Шнайдера. Ее адрес указан в справке. А Питер - архитектор, между прочим, гордость нашего города. Так что можете не волноваться.... Да, и с вашей постоялицей все гут - виза у нее настоящая, интерпол не разыскивает, да и на Украине к ней претензий нет. Деньги по счету в банке оплатите.

- Данке шон!

- Биттэ шон!


- И чем же закончились поиски? - задала вопрос Вика, как только немец открыл дверь автомобиля.

- Комиссар, обещал помочь, - уверенно произнес Генрих, и поглядел вдаль. - Три дня - и все будет известно.

- Подожду... - 'Куда же я денусь?', - сникла девушка.

- О, либен Вика, всего пару дней, не стоит грустить, - стал успокаивать ее Генрих. - Предлагаю отправиться в музей, и забыть на время о наших суетных делах.

- Поехали, херр экскурсовод, - безразлично ответила любительница античной красоты, удобно расположившись в кожаном кресле престижного автомобиля.

Первым они посетили музей Костнера. Любознательная пара не спеша ходила по залам, - древний Рим, Египет, Византия. Прошло более двух часов, а интерес красавицы к познанию античного мира только возрастал.

Какая-то сила свыше вела ее вперед. Вот показался и зал древней Греции.

'Аполлон!', - волнуясь, девушка подошла к большой бронзовой скульптуре. Замерла возле нее, безвольно опустив руки. И вновь, при воспоминании, имени этого античного бога, приятное покалывание прошлось по всему телу - вот только старухи рядом уже не было. Викина голова повернулась в правый, дальний угол, - там находилась большая древнегреческая амфора. Она воздушным шагом направилась к ней, и внимательно стала разглядывать древний сосуд. 'Юноша с девушкой держат друг друга за руки. Возле них стоит женщина в черном плаще и ее рука с мечом занеслась над головой парня', - трагическая сцена, изображенная на вазе, унесла ее в далекое прошлое.

- Прекрасная фройлен, вы уже целый час стоите возле этой амфоры, может, объясните, что вы там увидели?

- Какая страшная картина на ней нарисована...

Генрих подошел близко к вазе, надел очки и внимательно стал разглядывать обожженную глину. Он почти носом касался стекла, но видел перед собой только наполовину вытертый черный орнамент. 'Какая тут сцена? Что она видит?', - про себя подумал дотошный немец и, шутя, произнес:

- О, прекрасная Багира, у вас прекрасное воображение!

- Это не мои фантазии, - туманно ответила Вика.

- А чьи? - Немец легонько прикоснулся к ее оголенному плечу рукой, и вновь почувствовал небывалый прилив сил.

Он захотел взять эту смуглую красавицу на руки и кружить, кружить ее по холодному, пустому залу..... Но, задумчивый взгляд Вики остановил его от этого безумства.

- Предлагаю выйти на свежий воздух, милая фрау.

- А может, полетаем, Генри? - пронзила его взглядом спутница.

И в тот момент ему действительно показалось, что ноги отрываются от пола.

- Шутка... - улыбнулась Вика и, оставив стоять немца в недоумении, пошла на выход.


Незаметно пролетели три дня. С утра до вечера Вика и Генрих бродили по музеям, ездили на экскурсии и просто гуляли по городу. Немец от Вики не отставал ни на шаг. Рядом с ней он себя чувствовал юнцом. Генрих почти перестал пользоваться лифтом, и быстрым шагом поднимался на этажи, энергично осматривая свои владения. Правда, делал он это не так щепетильно как раньше, его взгляд был рассеянным, и мысли витали, около прекрасной смуглянки. На третий день вдовец даже представить себе не мог, как же он проживет без Вики дальше - его жизнь начала кипеть, бурлить и все вокруг для него засияло радужными цветами. И вот в конце третьего дня, новость, прозвучавшая из уст Вики, повергла немца в шок.

- Генрих, спасибо тебе за внимание и потраченное на меня время. Плохо, что мы не нашли Лиду - но, видно не судьба...

- Еще пару дней, либен Вика. Я разговаривал сегодня с комиссаром, найдут ее - не переживай!

- Поздно Генри, поздно. Это мой последний ужин в Германии, а завтра я уезжаю. - Перед ее глазами всплыла зловещая рожа Черепа. - Возможно уезжаю, на тот свет.

- Как последний? Не может быть! - мир стремительно стал уходить у него из-под ног, - этого не может быть....

От счастья он совсем забыл, что номер у нее забронирован - до завтра. Генрих оттянул галстук, словно тот стал петлей на шее.

- Заканчивается моя виза, автобус придет по расписанию. Все идет по плану, без сюрпризов, - вздохнула Вика и печально развела руками.

- Какая это нехорошая новость, - Генрих отодвинул от себя тарелку с едой. - Просто ужас....

Ужин они закончили в тягостном молчании. Вдовец проводил красавицу до дверей номера и, опустив взгляд полный боли, тихо спросил:

- Во сколько ты уезжаешь?

- Утром, в восемь.

- Как в восемь? А завтрак?!

- Без меня.... Уже без меня.

- О, май Готт! Как же так?

- Такова жизнь, и ее дурацкие законы.

Генрих сразу почувствовал себя глубоким, никому ненужным стариком. Его плечи опустились, в правом боку сильно закололо и он, боясь упасть, оперся о стену.

- Не уезжай...

- Не могу.

- Май либен Вика... - немец робко протянул к ней руку, но девушка отстранилась.

- Все - уходи... Мне пора собираться.

- Можно я зайду утром попрощаться?

- Конечно, Генрих. До завтра.

Немец вяло кивнул и, пошатываясь, медленно пошел на выход. Вика закрыла дверь и подошла к окну. 'Вот и все, ауфидерзэн Германия!', она посмотрела на спокойную и размеренную жизнь, из которой ей завтра предстояло уехать. 'Череп, полковник, Лысый, эти люди превратят мою жизнь в сплошную каторгу', - с ужасом подумала беглянка, о своей колючей Родине. И лишь только любимый Валера вселял в ее сердце радость. 'Приеду и приложу все силы, что бы вытянуть его из тюрьмы...', - с этой мыслью Вика включила свет и закрыла шторы. Не успела она пройти и шага, как раздался вызов мобильного. 'Кто это еще?', - с удивлением подумала девушка и взяла трубку: - 'Сережа!'

- Але...

- Привет! Как ты там? Нашла подругу?

- Не нашла. Домой завтра еду. Что у вас слышно?

- Все в порядке. Полковник только что заходил. Просил тебе передать, что сдержал свое обещание: 'Валера на воле - уехал домой'

На глазах у Вики появились слезы:

- Ну, и прекрасно.... А как Игорь?

- Он на работе, с секретаршей роман крутит.

- Да.... У всех все нормально, одни мы с тобой Сережа по жизни идем как неприкаянные.

- Не вешай носа. Когда будешь? Игорь тебя встретит.

- В субботу вечером, в восемь - на автовокзале. Ладно, не наговаривай, скоро увидимся.

- Ждем...

'Вот так вот - домой уехал. Ха, а чего же ты хотела?', - сама у себя спросила Вика: - 'Ты в Германии прохлаждаешься, а он будет ждать тебя на лавочке возле вокзала?' Настроение у нее окончательно испортилось, и она с апатией принялась собирать сумку к отъезду.


А в это время Генрих не сидел, сложа руки. Он делал все, что в его силах, и даже гораздо больше того, - и в этом ему помогали деньги....

Утром в двери украинской туристки настойчиво постучали. Она медленно открыла и увидела корзину с розами, стоявшую возле порога. Внутри была записка: 'Чар╕вна В╕ка, залишись, я буду сумувати за тобою!' Девушка бросила бумажку на пол и слезы навернулись на ее глаза. 'Нет! Только не это! Уж лучше домой - в руки Черепа', - капельки слез постепенно превращались в маленькие ручейки и вскоре глаза красавицы напоминали два озера, которые вышли из своих берегов.

В двери опять постучали. Она не хотела их открывать, но по ту сторону не хотели и уходить. Виктория вытерла слезы и распахнула дверь. На пороге стоял Генрих с поникшей головой:

- Либен Вика, я...

- Найн! - срываясь, закричала девушка.

На ней был белый махровый халат, и ее черные волосы, раскинувшись по нему, напоминали мартовские прогалины на снегу.

- Послушай, прошу тебя! Если ты хочешь то можешь остаться просто так, без обязательств. Только об одном прошу тебя - будь рядом, - его слова напоминали молитву. Возможно, это и была молитва - о даровании давно забытых, юных лет.

- То есть как - остаться просто так? - Вика недоверчиво взглянула на раскисшего немца.

- Я вечером встречался с известным адвокатом. Он сказал, что ты можешь попросить у нашего правительства политического убежища.

-????? Неужели, война снова началась?

- Не удивляйся. Это политика. У нас канцлер женщина, и ваш бывший премьер тоже женщина, и сейчас она в тюрьме.

- Я знаю, и сочувствую ей, но....

- Ангелина во что бы то ни стало, хочет ее оттуда вытащить. Женская солидарность. Понимаешь?

- Объясни, ничего не понимаю. Я то, тут причем?

- Вот! Для этого и нужен хороший адвокат, что бы ты была причем. Он сделает из тебя жертву репрессий на Украине. Пару статей в газете, фото, членство в партии - все это он организует!

- Жертвой я не хочу быть, - в знак протеста Вика скрестила руки и замотала головой. - Писать доносы.... Пусть этим политики занимаются.

- Тогда, у тебя только один путь остаться - стать моей фиктивной женой...

- Э-э! Найн, херр Генрих! - возмутилась девушка. - Опять ты за свое?!

- Это все будет фикция - понимаешь? Соглашайся, скажи только да. Мы сейчас же уедем в Данию, там подадим заявление, и через пять дней, ты будешь спокойно жить в этой стране.

- Не могу, - побледнела Вика

- Прошу тебя, не уезжай. Когда захочешь вернуться домой, тогда и поедешь. Поверь мне, либен Вика... Умоляю....

Она закусила нижнюю губу в раздумье, и хотела решительно ответить ему, - 'Нет!', но вместо этого, ее губы прошептали чужим голосом:

- Черт с тобой, я согласна.