# Говерла с высоты обывательского взгляда

Антон Николаевич Довбуш

Признаться, будучи типичным городским обитателем, я не могу похвастаться особым опытом покорения всевозможных горных вершин. В этой области у меня явственно обозначился досадный недостаток галочек в личном списке "Здесь был Вася". Поэтому, когда совершенно нежданно появилась возможность совершить восхождение на Говерлу, моя реакция была соответствующей: "Но ведь я совершенно не готов!". "Выбирай┘" - ответила возможность. И я выбрал. Все-таки хотелось побывать на высочайшей вершине Украины.

Таких, нас набралось шесть человек. Из них два имели представление о том, что такое восхождение на высоты, "где еще никто не бывал" (они-то и стали нашими доморощенными штурманами), три были вроде меня - ни рыба, ни мясо, а один вообще впервые оказался в горах. Правда, задача существенно облегчалась тем, что мы уже находились в Карпатах - в Ворохте и, следовательно, путь наш изначально был срезан на две трети. Однако и от Ворохты до Говерлы - не рукой подать, и перед нами встал вопрос как добираться.

Если вы собираетесь путешествовать по Карпатам не пешком, то особого разнообразия в средствах передвижения здесь вам обнаружить не удастся. Самым беспроигрышным, а зачастую и единственным вариантом, является экзотическая для неискушенного обывателя "Червона рута" - поезд красного цвета из трех-четырех вагонов, курсирующий между отдаленными и не очень населенными пунктами Карпат. "Червона рута" или просто "дизель", как ее еще называют местные, - это (на заметку туристу) такой же неотъемлемый элемент карпатского колорита, как, скажем, трембита. Тут есть на что посмотреть. В вагонах, устроенных по образцу электрички, с нередко заколоченными или просто замазанными краской окнами, ездит местное население и помимо "недвижимого" багажа возит с собой коз, домашнюю птицу и прочую, мягко говоря, нестандартную "поклажу". Если ехать вам не более пары-тройки часов, не стоит занимать сидячие места в глубине вагона - там весьма душно и тесно. Самое, на мой взгляд, выигрышное место - это тамбур. Тут, как правило, внешние двери не закрываются, и можно дышать воздухом напрямую из-за "борта". Выпасть вам не грозит, поскольку состав редко движется со скоростью выше 40 км/ч. Кроме того, железная дорога вьется узкой змейкой, то спускаясь в сумрачные впадины межгорий, то ныряя в темные туннели, или крадется по ажурным виадукам над стремительными водными потоками. В общем, посмотреть есть на что!

А можно передвигаться так, как мы: на проходящем туристическом автобусе, пристроившись к случайной экскурсионной группе. И быстрее, и комфортнее, да и красоты - почитай те же. Только вот сами мы до этого варианта додумались не сразу. Сначала порывались даже ехать в хлебном фургоне (трястись в "дизеле" не было времени), и как же удивились, когда небритый дядя из этого самого фургона вкрадчиво объяснил, что Говерла, видите ли, не самое "хлебное" место и для пущей вразумительности пообещал позвать друга... Правда, друга дожидаться мы сочли нецелесообразным, потому что в поле нашего зрения как раз возник тот самый автобус. Машина была забита школьниками и их хлопотливыми руководителями, которые хоть и согласились нас подбросить, все же всю дорогу опасливо косились на шестерых подозрительных персон. А "персоны", по всей видимости, действительно выглядели несколько настораживающе: с рюкзаками, но, вроде, на альпинистов не похожи: слишком уж разухабистые. Может, безобидные туристы - но зачем тогда, скажите, у одного из них на поясе висит зачехленный топор? Дети тоже почему-то притихли... Немного успокоились сердобольные руководители лишь тогда, когда увидели мою кинокамеру. Однако когда автобус подкатил к КПП говерлянской заповедной зоны, а до самой горы оставалось еще несколько километров, нас, наверно от греха подальше, высадили и, смущенно пожимая плечами, объявили, что дальше везти не могут.

Информационные стенды возле пропускной внятно гласили: на территории заповедника костры не разжигать, животных из состояния душевного равновесия не выводить, ландшафт по собственному усмотрению не изменять, растения не срывать, для чего ножи и топоры - не проносить. Так мы и сделали. Топор уютно пристроили у кого-то на спине под одеждой, пошире улыбнулись угрюмым смотрителям, и - вперед!

С этой улыбкой мы браво протопали километра два. Затем наш дружный оскал - один на всех - обвис, когда стало понятно, что до Говерлы еще далеко... Наш путь от КПП до подножия заветной горки пролегал вдоль живописно перегороженного поваленными деревьями водного потока, что проложил себе дорогу среди сурового елового леса. Грунтовая дорога, по которой мы продвигались, незаметно забирала в гору, а над островерхими елями величественно распласталась грязно-зеленая глыба в полнеба... И это Говерла? Не так уж она внушительна, сколь казалось распаленному рассказами "бывалых" воображению! Впрочем, на мое удивленное замечание мне ответили, что воображение здесь ни при чем, а то, что я вижу - обман зрения, поскольку истинные размеры горы моим глазам визуально сравнить не с чем. И вот, когда, преодолев в общей сложности километров 4-5, мы добрались до турбазы "Заросляк", казалось, некоторая часть подъема была покорена. Как выяснилось, ничтожная...

"Заросляк", предназначенный для радушного принятия всех жаждущих истоптать Говерлу, встретил нас негостеприимной пустынностью коридоров и все наши надежды получить там в свой запас воду провалились. Турбаза стоит непосредственно у подножия в том месте, где начинается один из маршрутов вверх - так называемый "летний". Как нам пояснили, существует порядка двух основных путей к вершине, из которых этот, благодаря своей крутизне, - самый сложный. Вот им-то и решено было воспользоваться.

Нижняя часть Говерлы сплошь покрыта лесом. Тут порой приходится пробираться сквозь густые заросли. Усыпанная опавшей хвоей земля пружинит под ногами, и это обстоятельство существенно осложняет подъем. Через час пришлось сделать привал, дабы не истязать наши изнеженные телеса чрезмерным напряжением. Сижу на поваленном дереве. В голове ехидным голоском начинает брюзжать мысль: а не зря ли я сюда полез? Выпятив грудь, отвечаю ей: "Так ведь я о-го-го!" Хочется самому себе доказать это. Но так ли уж тяжел подъем или я просто слишком легко утомляюсь?.. Рядом идут мои спутники и видно, что им тоже нелегко. Очевидно, что это далеко не самое тяжелое восхождение, ведь профессиональные альпинисты преодолевают куда как более сложные высоты. Впрочем, на то они и профессионалы.

Леса заканчиваются примерно на половине высоты Говерлы. Здесь густой ельник сменяется так называемым субальпийским поясом, представленным низкорослой кустарниковой растительностью - альпийским стлаником. Место это отмечено относительно широким горизонтальным карнизом на пути вверх. Борьба природных сил на границе высотных зон причудливо нагромоздила драматические древесные баталии - остановленное наступление лесов на "чужие" территории. Остановиться бы, поснимать... Но наш проводник с видом Ганнибала гонит нас на покорение высот, и мы со слоновьим шумом проламываемся сквозь на редкость упрямый кустарник далее.

А далее перед нашим взором выросла почти отвесная стена. Там не рос даже стланик. Стена была совершенно голая, лишь пучки изумительно зеленой травы покрывали каменный скелет обветренных песчаниковых плит на уступчатой "спине" Говерлы. Неужели туда мыслимо забраться? Тем временем "поводырь" наш беспощадно напирал сзади и я с сомнением ступил на убегавшую из-под ног тропинку вверх. Взгляд мой, обгоняя ноги, невольно пробежал всю дорожку до самой вершины. Утешает лишь одно - карабкаться недалеко: всего метров 50-70... И вдруг: мамочки! - примерно на середине высоты замечаю на тропке две едва заметные копошащиеся точки, медленно ползущие вверх. Наверное, те ребята тоже от автобуса отстали... Позвольте, но ведь тут не несколько десятков метров, а не менее километра выходит (тут же вспомнились слова про обман зрения)!

Ну, зачем меня сюда понесло? Снизу Говерла тоже неплохо смотрится. Однако уже ничего не поделаешь, и надо идти вперед, тем более что сзади останавливаться, похоже, не собираются. Ух, и подъем это был, скажу я вам! Бесконечное вертикальное карабканье, цепляние за какие-то веревчатые корни, словно за страховочные стропы, с камня на камень, с камня на камень... Долго ли еще?

На этом склоне, благодаря отсутствию растительности, находиться было настоящей пыткой, поскольку нас, поднимавшихся "все више и више, к самому солнцу", это самое солнце жгло беспощадно. Но, как водится, горние силы смилостивились и послали - о чудо! - горный источник. Причем не простой, а, как оказалось, соответственно случаю - святой. Прямо на земле стоит гипсовый рельефный Образ, из-под которого еле живой струйкой вытекает водичка. Напиться тут почти не реально: в ладонь не набрать, разве что черпать размокшую почву и прикладываться к ней по примеру Папы Римского губами, или, поднатужившись, пригнуться к немногочисленным выемкам в земле и по мере сил оттуда хлебать. От некуда деваться, пришлось так и поступить. Козленком, так козленком! Нашел выемку попригляднее, поднатужился, пригнулся и осушил до дна. Получилось ровно два глотка... Знаете, наверное, не зря этот источник окрестили святым - два глотка до ломоты в скулах ледяной, необычайно вкусной воды, и напился. Нет, усталость, конечно, не прошла, но до самой вершины жажда больше не мучила.

На этой возвышенной ноте открылось второе дыхание и до следующего привала меня несло вверх, словно на крыльях. И хотя дыхания хватило не надолго, вдруг стало понятно, что мы уже почти у цели. Очередной привал решено было устроить на Говерлянке - довольно обширном полуплато перед самой вершиной. Отсюда начиналась "финишная прямая" - самый сложный участок пути. Собственно, последний подъем ничем особо не отличался от предыдущего ни крутизной, ни характером рельефа, просто у многочисленных (как выяснилось) туристов на последний рывок уже не хватало сил. Многие из них обессиленные лежали тут же, на непривычно пружинящем ковре из выгорелой на солнце золотистой травы. Самые стойкие, чтобы не возвращаться уж совсем ни с чем, устроили здесь своеобразные пиршества. Теперь и им будет, чем похвастаться - пикник в тундре. Ведь именно в этом высотно-климатическом поясе находится Говерлянка. Повалялись на травке и мы.

До вершины остались последние полсотни метров, но как же тяжело подниматься! От усталости ноги просто отказываются двигаться: через каждые несколько десятков шагов приходится останавливаться и переводить дух. Тут уж не до личных рекордов... Уже и громадный металлический крест на вершине виден, и неспешно прогуливающиеся счастливчики, нашедшие в себе силы добраться туда. Легким не хватает воздуха (разряженность атмосферы, пусть и незначительная, дает себя знать) и силы убывают пропорционально покоренным метрам. Но, в отличие от дела, сказка сказывается быстро - к вершине мы таки добрались! Тут бы прыгать от радости, но нас хватило лишь на лежачую радость. Кто-то более выносливый из нашей команды сохранил в себе физические ресурсы для того, чтобы расстелить прихваченную заранее подстилку и переместить остальных, бездыханных, но счастливых, на нее.

С возвращением ощущения реальности появилось и осознание происходящего: ребята, а ведь я нахожусь в высочайшей географической точке Украины и могу взирать на нее, родимую, с отметки 2061 м над уровнем моря! Кроме того, (ух, какие молодцы!) забрались мы сюда по наиболее сложному пути, не отступили, а наоборот - вместо положенных трех часов потратили на восхождение два с половиной. Это знаменательное событие необходимо отметить распитием бережно хранимой до сего момента бутылки минеральной воды... Правда, распития не получилось - вместо этого бутылка браво отсалютовала грандиозным мокрым фейерверком, рекомым в простонародье гейзером. Ну, и на том спасибо. Эй, там, на донышке, осталось хоть немножко водички?..

Пик Говерлы представляет собой довольно обширную каменистую площадку, на которой установлен внушительный металлический крест, свидетельствующий о святости места, и обелиск, указывающий местонахождение точки абсолютной возвышенности.

Магическое это место. Отсюда ежистые спины Черногоры все как на ладони. Глянешь с высоты - облака мешают землю видеть. Кажется, они не парят в пронизанном солнечными лучами воздухе, а шагают по горам на длинных ногах теней, и где ступают, оставляют на шкуре лесов темные пятна... Вдалеке, на какой-то вершине сверкает на солнце белое пятнышко - заброшенная обсерватория. С противоположной стороны глубоко внизу изумрудными стеклышками лежат два озерца. Отсюда видно, насколько вода в них чистая - дно просвечивает. А вокруг вершины, ловя восходящие потоки, величественно скользят два иссиня-черных крука (крупный, со среднего орла, вид врановых). Чудится, будто они наблюдают за беспокойными туристами.

А понаблюдать есть за кем. Всего на гору взобралось человек пятьдесят-шестьдесят. Кроме, собственно, всех "наших", международный гостевой состав был представлен польскими, итальянскими, американскими, и, как ни странно, наиболее шумными - японскими туристами. Впрочем, на площадку постоянно взбирались новые люди, а старые уходили. Среди них - много паломников, устремлявшихся к кресту (вершина Говерлы считается святым местом). Они, коленопреклоненные, казалось, не замечали суетившихся японцев. А те в свою очередь не замечали их...

Собственно, на Говерле я уже побывал и теперь имею полное право поставить галочку в соответствующем списке личных достижений. Впрочем, не в галочке дело стало. Кто сказал, что я типичный домосед и обыватель? Один умный человек предположил, что если бы люди поменьше задавали себе вопросов "как?" и "зачем?", они достигли бы намного большего. Говерла - это только начало. А может, рвануть теперь куда-нибудь дальше и выше нее?..


Наше возвращение достойно отдельного рассказа. Спускаться вниз предстояло уже по другому пути - более пологому "зимнему". А еще добираться до "Червоной руты" километров 15.

Уважаемый читатель! Представь на минуту себя на месте самого обыкновенного бычка, мирно стоящего на зеленом пригорке возле дороги, у которого перед глазами вяло дефилируют эдакие изможденные "альпинисты" со множеством красных элементов в одежде и двумя красными рюкзаками. Ты бы стал это терпеть? Вот и бык не стал. Он на нас бросился сразу и без предупреждения. Знаете, взбодрил! Помню, сверкнул топор в чьей-то руке (вот, зачем, выходит, мы его брали!) и все побежали. А вот бык бежать не стал. Уже издали я на бегу оглянулся, и мне показалось, что он улыбается и лукаво подмигивает влажным глазом... Но это уже другая сказка.


╘ А. Довбуш