# 14. Я пью, все мне мало...

Яков Исаакович Ерманок

Много еще всякого интересного произошло у нас за эти неполные три недели. Лекции, встречи с представителями банка, песни под гитару, концерт художественной самодеятельности, который мы организовали для себя и мадрихов, турнир по шахматам, шашлыки, наконец, ночью, на берегу моря, у костра. Обо всем рассказывать - года не хватит. А впереди еще 4 дня экскурсий по всему Израилю.


Но об одном мероприятии, которое устроили нам наши "пенсионервожатые" Лены я не рассказать не могу. Поход на завод по производству вин, в погребок-ресторан на дегустацию вин, который нам организовала база за наш "ударный" труд. Нам пришлось лишь немного доплатить.


Представьте себе, что вы в Израиле. Это не Франция, где виноградники расположены на склонах гор или рядами, как у нас картофель, на равнине. Это пустыня, в основном, террасы, ступенями спускающиеся вниз, землю на которые нужно носить вручную, в корзинках, и обкладывать все это камнями, чтобы ветер не разнес. Если вы еще представите, какое вино из этого винограда получается - вы меня поймете. А когда вы его еще пьете в компании нескольких тысяч человек... Впрочем, обо всем этом по порядку.


Завод находится в Ришон ле-Ционе, недалеко от парка, про который я недавно рассказывал. В нем мы с детьми гуляли в выходные. Нам выделили автобус и мы, часов в шесть вечера, выехали. Время до открытия еще было, все, конечно, пошли в парк и близлежащий каньон (супермаркет), а я, как почти местный житель, всем все показывал. И, конечно же, наше любимое дерево, под которым мы всегда фотографировались, где совсем недавно прогуливались перед свадьбой Олег и Дина в образе жениха и невесты. Огромный эвкалипт, в моем представлении похожий на баобаб. На коре которого, между прочим, нацарапано что-то, вроде: "Здесь был Вася". Этот вездесущий "Вася", по-моему, обошел весь мир. Где бы я ни был - "Вася" уже там отметился. Мы погуляли и пошли к входу в кабачок. Если, конечно, так можно назвать огромное, я даже не знаю с чем сравнить, помещение. Ну, разве что с замком Людоеда, когда к нему Кот в сапогах приходил. В этом помещении, анфиладой поднимаясь вверх, стоят огромные деревянные столы, возле них - деревянные же скамьи. На столе скатерти, не помню уже, кажется из полиэтилена. Салатики какие-то, орешки, попкорн.


Уселись за стол, человек, наверное, 10-12 за один. Огляделись. Внизу, в серединке, небольшая эстрада и площадочка перед ней. Вокруг - разноголосье. Немцы, американцы, итальянцы, болгары, французы - это те, что сидели рядом с нами, и я по говору смог различить, " ху есть ху". Засновали официантки, разнося вина в больших кувшинах, белые и красные. А мы же ничего не знаем. Хотя Лены-мадрихи перед отъездом сказали, что пить можно сколько влезет, только с собой нельзя набирать?!! Но влезет-то много, а сколько нальют? Двух кувшинов, хотя и внушительных, литра по полтора, явно мало. Разлили по чуть-чуть, чтобы все попробовали. Не успели выпить, уже опять притащили. Ого, жить можно. Я не буду продолжать. Как оказалось, этот процесс ограничивался только временем и вместимостью желудка. Пустых кувшинов на столе не было. Сменялись вина, появлялись какие-то новые закуски, кукуруза, соленые огурчики, все, что возбуждает жажду. Народ повеселел, стало шумно, гул такой ровный идет по залу, на разных языках - интересно! Все беседуют между собой, смеются, чокаются друг с другом. Чуть-чуть разогрелись, надо бы пере, скажем, дохнуть, не резиновый же все-таки. Уже по залу засновали отдельные слабые на это дело собутыльники. Вернее, сокувшинники. А наш, русский контингент, уже начал расспрашивать, будет ли горячее? Чтобы не натолкаться горохом с огурцами, а место оставить. Как оказалось, из горячего было потом что-то вроде картошки фри. А ждали отбивную из свинины. На худой конец - из говядины. Шучу, конечно.


А веселье тем временем продолжалось. На эстраде появился ансамбль. Певец, как потом нам сказали, очень популярный в Израиле. Очень похожий и голосом и внешне на Вилли Токарева, спел песню, наверное, на иврите, медленную, с красивой мелодией. Потом еще одну, уже в более быстром темпе. Потом - на английском. Народ выскочил танцевать. Еще одну, еще быстрее. И так далее и тому подобное. И потом уже, когда народ немного разогрелся - на русском. Что-то, вроде: "Ехали на тройке с бубенцами", потом "цыганочку". Про еду уже все забыли. Кто-то танцует, остальные подпевают, хлопают, смотрят. Зал большой, начали становиться на скамейки, чтобы лучше видеть.


А я вам забыл сказать, что в группе нашей была Света Ханок, певица, дочка знаменитого нашего белорусско-русского композитора с еврейской внешностью Эдуарда Ханка. Вела она себя с подружкой тихо, мы, по-моему, ее мало интересовали, были у нее на этой программе свои интересы. Так вот, видим мы, что они вдвоем уже на эстраде. Дал им певец микрофон, уже пытаются что-то петь. А тот им похлопывает вместе со всеми. Официантки в это время потихоньку убирают со столов и уносят скатерти. Я еще подумал, скатерти-то зачем? Они, как потом оказалось, знали. Когда певец, наконец-то, сумел отобрать у Светы микрофон, когда зал отхлопал, он начал петь "Катюшу". Да еще в таком современном исполнении, что все вокруг стали подпевать и пританцовывать. И немцы, и французы и японцы. Не говоря уже о славянах. Смотрю, за соседним столом молодые ребята и девушки уже на столы влезли и на них отплясывают. Ну, и мы туда же. Так вот почему скатерти унесли! Плясали, пели, а когда народ стал уже в буквальном смысле карабкаться на стенки и становиться на голову, певец затянул свою руладу и объявил, поблагодарив всех присутствующих, что вечер окончен. Видимо, знали уже, чего хочет русская душа после обильной выпивки.


Думаете, это все? Шалите, ребята. Это для немцев - все. Для американцев. Дранк нах хауз бай-бай. Но не для нас. Зачем нас предупреждали, что нельзя с собой выносить вино? Это все равно, что подать сигнал к действию. Каждый в целлофановом пакетике принес, как минимум, по одной полуторалитровой пластиковой бутылке. И пусть не каждый, но очень многие, пока бюргеры с гамбургерами пели "Подмосковные вечера", переливали вино из кувшинчиков в бутылки. Это, чтобы мы, да такую возможность упустили? Кстати, то же самое было в столовых и ресторанах, когда мы питались во время экскурсий, где, в основном, были шведские столы. Мои соотечественники, независимо от национальности, набирали горы еды, а потом оставляли это все на столах. Да и группе нашей, при всем обилии чая, кофе, шоколадных паст, а в туалете бумаги и всяких стиральных порошков возле стиральной машины, всего этого хватало ненадолго. Н-да. На эту тему можно рассуждать долго. Но вернемся к нашему рассказу.


Не успели мы приехать на базу, как кто-то включил магнитофон и, после того, как растаяла очередь в туалет, все собрались под навесом. Выставили вино, на которое я уже без содрогания смотреть не мог. Появилась водка. А как же. Девчата соорудили немудреную закуску и с танцами, разговорами, мы и просидели почти до утра. А что спать-то ложиться? Все равно каждые полчаса вставать, сами знаете, куда.


Вот такой вечер устроили нам наши работодатели.