# 27.Ночной Иерусалим

Яков Исаакович Ерманок

И мы снова отправились уже знакомой дорогой в Старый город. Поднялись на смотровую площадку и оттуда уже смотрели на панораму Стены плача и на все, что попадало в поле зрения. Зрелище, надо сказать, необыкновенное. Большое скопление людей возле Стены, все это умело освещено, жалко, что мы не добрались до той площадки наверху, где мы стояли, когда въезжали в город. Оттуда, конечно, вид был изумительный. Но и здесь было интересно. Масличная гора, с ее могилами из белого камня, освещенные фонарями проходившей внизу автодороги и монастырями, казалась каким-то маленьким городом, со своими улицами, кварталами, четко расчерченными неизвестным архитектором. Да так оно, по всей сути, и было. Город мертвых, первыми в очереди ожидающих Судного дня.


Я забегу вперед, чтобы закончить эту картину, потому что, возвратившись домой, уже зная, что видим перед собой, мы еще раз наблюдали из номера гостиницы за со знанием дела подсвеченными куполами Александровского и Елизаветинского подворий. Казалось, что это фотография, только снятая в натуральную величину. И все, что можно было увидеть невооруженным глазом, было умело освещено. Город, построенный из известняка, называемого иерусалимский камень, и днем издали казался серо-белым. А ночью и вовсе белоснежным. Четко различимые районы, расположенные на холмах, соединены трассами проходящих внизу дорог. Я рассказывал, что все дороги в Израиле, все автострады освещены. И ты видишь уходящие куда-то за линию горизонта ровные строчки фонарей. И, конечно же, ярко освещенные улицы Иерусалима, море огней, сливающихся в какую-то электрическую феерию, мигающих и как бы подающих тебе какие-то сигналы. Что-то сравнимое со звездным небом или с видом с борта авиалайнера.


Мы всем этим повосхищались, встретили там же наших товарищей, и пошли решать свои дела. Поплутав немножко, нашли Армянский квартал и там уже, поторговавшись, купили крестики, сбегали в Храм Гроба Господня и, еле успев до закрытия, смогли освятить их на радость друзьям. А потом уже спокойно вернулись и зашли в квартал Арабский. Наталье хотелось попробовать арабских сладостей. С этим делом, конечно, проблем не было, так же, как и с фруктами. Взяли всего понемножку для пробы, не забыв и бутылочку вина, и направились в номер. Где и благополучно все это распробовали.


Между тем, Шабат закончился, и мы в своем номере очень хорошо слышали разноголосую музыку вечернего города. Сидеть в номере в такой вечер было просто смешно. Конечно же, мы вышли на вечернюю прогулку, просто пройтись по улице. Да, там было на что посмотреть. Если я раньше писал о том, как проходит послешабатный вечер в Ришон ле-Ционе, то об Иерусалиме и сказать нечего, лучше посмотреть самому. На первый взгляд кажется, что в толпе и пройти нельзя. Но как-то приноравливаешься к движению и идешь, не толкаясь локтями в рядом идущих.


Поток людей разнообразен. Вот идет группа молодых ребят, явно с намерением где-то посидеть и отправиться на дискотеку. Семья в количестве пяти человек, папа везет коляску, похожую на маленький джип, где сидит плотный парнишка лет четырех. Рядом с ним дочка лет восьми, то ли помогает, то ли сама держится. А рядом мама с какой-то, похожей на продуктовую, корзинкой в руке. Поравнялись с нами, а из корзинки ножки торчат. Это, оказывается, такая ручная коляска для младенцев. Все при деле.


Многочисленные кафе заняты отдыхающими. Что-то пьют у стойки, едят за столиками. Много молодых парочек, но есть и семьи. На улице же разноголосье. Солдаты по двое-трое, то ли патрули, то ли просто гуляют. Много религиозных молодых людей, в шляпах, в темной одежде. Насколько я понимаю иешувники, учащиеся религиозных школ. И наших бывших соотечественников хватает. В основном - пенсионного возраста. Вот, подперев стену, стоит импозантный пожилой еврей, рядом жена. Едят мороженое. А мимо идут две разукрашенные, явно бывшие украинские гражданки далеко бальзаковского возраста. Одна что-то жует и выплевывает на тротуар. Неужели семечки? Ну, точно Жмеринка.


Время, видимо, такое, когда можно немножко и на жизнь заработать. Поэтому занимаются, кто чем горазд. Один жонглирует тремя мячиками. Рядом дама под восемьдесят очень даже хорошо поставленным голосом исполняет какую-то арию, аккомпанируя себе то ли на балалайке, то ли на мандолине. Видимо, в прошлом прима Оперного театра. Чуть дальше четверо молодых, ну очень загорелых людей, с упоением лупят в барабаны. Играет саксофонист грустную французскую мелодию, какой-то, разодетый под клоуна, мужчина носит взад-вперед надутые разноцветные колечки, шарики, что-то наподобие длинной колбасы. А вот многочисленная толпа то ли зевак, то ли участников, смотрит, как один из них извлекает хриплые звуки из длинной, изогнутой в нескольких местах трубы, похожей на змею. Я видел, как трубили в рог на Рош ха Шана, еврейский Новый Год, но он сегодня еще не наступил. И рог, на иврите - шофар, небольшой, а этот здоровенный, метра полтора. Подошли поближе. "Я - царь Давид!", - по-русски восклицает трубадур. Ну, у нас чаще признаются в том, что они Наполеоны. Молодые люди прямо посреди проезжей части толкают заглохший, видимо, маленький автомобильчик. Девушка, очень задумчивая, сидит на чем-то под деревом, довольно давно, ждет кого-то, а в двух шагах от нее смеются-заливаются несколько парней в джинсах и маечках. У одного маечка задралась, а сзади виден засунутый в джинсы пистолет. Никому нет дела до других, все заняты собой.


Если уж быть точным, то такое оживление бывает не только после Шабата. Израиль - город полуночников. Как многие западные, да и, в некоторой степени, наши города. Просто в этот субботний вечер все немножко ярче. Завтра - начало новой рабочей недели, а сегодня еще можно провести вечер, отдохнуть, не думая о насущных проблемах. Хотя их достаточно. Но израильтяне умеют отдыхать, несмотря ни на что.


Это еще было не все. Прошлись мы по улице, постояли под часами на какой-то башне возле торгового центра и разошлись по номерам. Вроде бы и можно отдохнуть после такого напряженного дня. Да не тут-то было. Как оказалось, прямо под нашими окнами разместилась дискотека. Причем, в нашем понимании, какая-то необычная. Подъезжают туда прямо на мотоциклах, музыка грохочет так, что на Масличной горе, наверное, все проснулись и думают, что Судный день настал. Танцуют все, кто где захочет, между танцующими мотоциклисты ездят. Весело, одним словом. В общем, рассвет мы встретили под музыку.


А солнце вставало прямо над куполами Русского подворья. И было это очень красиво.