# Отпуск в Гуш-Катиф. Лето 2004. ч. 2

Фаня Шифман

Теперь эта земля не нужна┘ Невероятно, но факт √ покинутая еврейскими фермерами, земля Гуш-Катифа почти перестала давать урожай. Обещанного расцвета палестинской экономики пока что не получилось┘как и было обещано в наших Книгах оказалась никому┘

Часть 2. ЖЕНЩИНЫ ГУШ-КАТИФА 1. РАХЕЛЬ САПИРШТЕЙН Когда мы с Мириам подходили к дому семейства Сапирштейн, я слышала звуки флейты. Оказалось, это музицирует сама хозяйка дома. Дверь открывает невысокая, полненькая светловолосая женщина с озорными улыбчивыми светлыми глазами. На стенах висят очень интересные картины, пожалуй, такие же озорные, как и глаза хозяйки дома: пейзажи Гуш-Катифа, оригинальные натюрморты, где с неистощимой фантазией изображены всевозможные композиции с консервными банками. Кажется, и эти использованные банки... сейчас подмигнут, расхохочутся и отколют какой-нибудь сногсшибательный номер. Невозмутимо и в то же время с озорной важностью попыхивающий трубкой сифон, наполненный газировкой! А вот - смотрите! - матрёшка, в которой я без труда угадала портрет самого автора, Рахели: такая же кругленькая, те же озорные смеющиеся серо-голубые глаза.   Мы разговорились. Рахель с мужем Моше родом из Бруклина, Нью-Йорк. В районе, где они выросли, евреи больше не живут - их постепенно вытеснили заселившие район чёрные и пуэрториканцы.   Рахель окончила Нью-Йоркский университет по специальности "английский язык". В молодости она состояла в молодёжной организации "Мизрахи цаир", от которой побывала в Израиле и, конечно же, влюбилась в страну.   Рахель вышла замуж за Моше, у них родился сын.   После победоносной Шестидневной войны в Израиле, Рахель с мужем поняли, что им В-вышний посылает недвусмысленный сигнал: пришло время менять коренным образом свою жизнь и репатриироваться на Землю Израиля. Я и сама помню состояние затаённого душевного подъёма и гордости, которые испытывали в те дни советские евреи (во всяком случае - в моём окружении) за народ Израиля, одержавший блестящую победу в той войне! Безжалостный враг на весь мир объявил о своём намерении стереть еврейское государство с лица земли, а евреев сбросить в море. Не вышло! В-вышний не допустил и даровал народу Израиля великую победу и, как естественное следствие, освобождение исконных еврейских земель, на которых тысячелетия назад вершилась героическая и трагическая история Израиля.   Итак, супруги Сапирштейн с сыном репатриировались в Израиль в 1968 году и поселились в Бейт-Ваган, в Иерусалиме. Уже в Израиле них родились две дочери. Рахель жила обычной жизнью, была учительницей английского, растила детей, рисовала в своей оригинальной творческой манере... Политика не интересовала обычную еврейскую женщину, жену и мать.   Муж Рахели Моше участвовал в войне Судного дня, был ранен и лишился правой руки, перенёс 25 операций и мучительный период восстановления. Для Рахель это было непростое время... Подросли дети, жизнь продолжалась...   Но вот в конце августа 1993 года грянул "Договор Осло". Рахель остро ощутила: если июнь 1967 года знаменовал подъём вверх, ещё один шаг на пути осуществления многовековой мечты еврейского народа о возвращении на землю Израиля, об освобождении от иных народов исконных еврейских земель, то в конце августа - в середине сентября 1993 года, как раз перед Рош-а-Шана, на страну и народ свалилась тьма Осло, что означало начало попятного движения, начало падения в пропасть.   Когда она рассказывала о своих ощущениях тех дней, мне остро вспомнилось, что и я мучительно чувствовала то же самое.   Доселе не интересующаяся политикой Рахель поняла, что не может сидеть спокойно, что она обязана действовать. Она присоединилась к созданному Рут и Надией Матар движению "Женщины в зелёном", участвовала во всех демонстрациях и вахтах протеста движения, стояла с плакатами на перекрёстках.   В августе 1995 года дочь Рахели и Моше оказалась в иерусалимском автобусе ?26, который возле школы Рене-Касем был взорван арабским террористом-смертником. Это было последней каплей, приведшей Моше и Рахель к мысли: необходимо сделать нечто гораздо более существенное и действенное, чтобы остановить сползание страны в капитулянскую пропасть. Так было принято решение переехать жить в одно из еврейских поселений на территории ЙЕША.   После поисков, перебора многочисленных вариантов, таких, как Эфрат и Неве-Даниэль, Сапирштейны по совету близких друзей решили поселиться в поселении Неве-Дкалим на берегу тёплого моря. Их сразу же пленили пейзажи, климат и природа, а главное - жители поселения, отношения между людьми, которые редко встретишь в больших городах. (Замечание на полях: это в той или иной степени характерно почти для всех религиозных еврейских поселений в Израиле, но, как я могла заметить, жители Гуш-Катифа, наверно, и вправду выделяются особо тёплыми и братскими отношениями между людьми.)   Итак, семья Сапирштейн поселилась в Неве-Дкалим. Я сидела и любовалась пейзажем, открывающимся с веранды на море: в самом деле, идеальное место для плэнера, воплощение мечты любого художника! Поистине райский уголок!   Рахель начала работать учительницей английского в местной ульпене, занимается в кружке изобразительного искусства (об её оригинальных работах я уже рассказала), начала играть на флейте, органите.   Но вот в 2000 году разразилась война (которую наши правительства, по им одним понятным причинам, не пожелали назвать войной, приспособив якобы "невинное слово" - интифада).   В 2002 году Моше ехал из Гуш-Катифа в Ашкелон и по дороге увидел стоящую встречную машину, в которой находилась убитая жительница Ганей-Таль, социальная работница Аува Амерги. Поперёк дороги стояла арабская машина, из которой тут же раздались выстрелы. Араб ранил Моше в единственную оставшуюся у него, левую, руку - так он лишился двух пальцев на левой руке, - и в ногу. Подоспел джип с нашими солдатами. Араб бросил гранату в джип и убил двух солдат. Моше, раненый, нашёл в себе силы, наехал на одного из бандитов и задавил его, а уж солдаты расправились с остальными.   И снова для семьи началась эпопея с лечением раненого Моше...   Рахель приобрела личный печальный опыт, который решила передать семьям, пострадавшим от террора, и всем гражданам Израиля, так или иначе связанным с подобной ситуацией. Так и родилась брошюра "Мои пятнадцать шагов", руководство "как себя вести до и после террористической атаки: как приготовиться, что получить и чего ждать".   Некогда не имевшая никакого отношения к политике, еврейская жена, мать, бабушка, Рахель после обнародования Шароном своей программы активизировала свою общественную деятельность. С болью и возмущением она подумала: "Моя мама бежала от нацистов из Трансильвании в Америку. Шесть миллионов евреев погибли в Холокосте! Много веков галута евреев изгоняли то из одной, то из другой страны, нигде евреев не желали! А сколько погромов пришлось пережить нашему народу! И вот теперь в нашей стране наши же евреи собираются изгнать евреев из их домов? Моего мужа, инвалида войн Израиля, выкинут из его дома?! Да как я могу сидеть спокойно и покорно ожидать исполнения этого безумия!"   Она начала выступать на радио и на телевидении, вещающих для англоязычных слушателей и зрителей. К ней звонят и приглашают на интервью, и она смело говорит о том, о чём хочет рассказать. Зритель в Европе и Америке видит на экране улыбающуюся, уверенную в себе, элегантную, с красивой причёской и умелым макияжем женщину, совершенно не похожую на тот образ "хищной фанатичной поселенки", который постарались создать у зрителей искусные "акулы пера и микрофона" как в Израиле, так и на "просвещённом Западе".   Рахель говорит спокойно, уверенно, взвешенно. Рахель умеет не просто ответить на задаваемые ей зачастую провокационные вопросы, а сказать именно то, что она хочет сказать, что она считает нужным сказать зрителям во всём мире об Израиле и об еврейских поселенцах Гуш-Катифа. И это работает: её приглашают снова и снова.   Все помнят, как Шарон призвал евреев Франции репатриироваться в Израиль. Об этом тоже зашёл разговор в одной из программ. По этому поводу Рахель без малейших "политкорректных" ухищрений сказала: "Как может наш премьер-министр говорить "двумя сторонами своего рта" (таков буквальный, пусть и неуклюжий, перевод слов Рахели)? С одной стороны он призывает евреев Франции приезжать в Израиль и обещает им хороший приём и обустройство на новом месте. А с другой стороны - он намеревается выкинуть из их домов многодетные семьи евреев из Франции, которые проживают ныне в поселениях Гуш-Катифа! Ну, не цинизм ли это?!"   В поселениях Гуш-Катифа не на словах, а на деле с радостью принимают всех евреев, желающих поселиться на этой древней и возрождённой еврейской земле, в том числе - и выходцев из Франции. Но не пристало человеку, замыслившему изгнать из своих домов евреев, в том числе и выходцев из Франции, агитировать кого бы то ни было совершить алию.   По поводу готовящегося еврейского трансфера с исконной еврейской земли и того, что их семья собирается делать, куда направится, Рахель уверенно на весь мир заявила: "ЭТОГО НЕ БУДЕТ!" - "Но откуда у вас такая уверенность?" - "Смотрите: с начала "войны Аль-Акса" (как они её называют) на Гуш-Катиф упало порядка 4300 миномётных снарядов и ракет. Были, конечно, и разрушения, и материальный ущерб. Но - почти ни один житель Гуш-Катифа от них не пострадал, даже царапины не получил! Если хотите, это самое настоящее чудо, точнее, целая цепь чудес, которые нам посылает В-вышний! Мы же в этом видим его недвусмысленный посыл: НИКУДА НЕ УХОДИТЕ ИЗ ВАШИХ ДОМОВ, ИЗ ВАШИХ ПОСЕЛЕНИЙ, НЕ ПОКИДАЙТЕ ТОГО, ЧТО ВЫ СОЗДАЛИ СВОИМ ТРУДОМ, ВО ЧТО ВЛОЖИЛИ ВСЕ СИЛЫ ВАШИХ ДУШ! НИКТО ВАС НЕ ПОСМЕЕТ ТРОНУТЬ, ЕСЛИ ВЫ БУДЕТЕ НЕПОКОЛЕБИМО ВЕРНЫ СВОЕЙ ЗЕМЛЕ, СВОЕЙ ТОРЕ И СВОЕМУ НАРОДУ! Поэтому мы уверены: планам Шарона не суждено осуществиться! Это и даёт нам силы выстоять в этой свистопляске лихорадочной подготовки к реализации нереальных, безумных планов! Самое же главное: мы верим в здоровые силы в народе Израиля, ярчайшее проявление которых весь мир мог видеть и в День Независимости у нас в Гуш-Катифе, и в Живой Цепочке."   На этой оптимистической ноте мы и расстались с улыбчивой, озорной, жизнелюбивой оптимисткой, с чудесной еврейской женщиной Рахель Сапирштейн, живущей в доме с видом на море в поселении Неве-Дкалим, Гуш-Катиф.   * * *   Ныне Рахель Сапирштейн с мужем проживают в посёлке Ницан...      2. МИРИАМ ГРОСС   Мириам познакомила меня с ещё одной жительницей поселения Мириам Гросс. Это улыбчивая, пожилая женщина, родом из Венгрии, пережившая Освенцим. После спасения из Освенцима она познакомилась со своим будущим мужем Йеудой, который спасся из другого лагеря смерти. В Венгрии у них родилось 5 детей. Семья репатриировалась в Израиль в пятидесятых годах, пережила неимоверные трудности тогдашней абсорбции (не идущие ни в какое сравнение с пережитыми нашей алиёй).   Ныне по всей земле Израиля живёт более сорока потомков семьи Гросс - дети, внуки, правнуки. Кстати, упоминаемая выше погибшая Аува Амерги была её родственницей.   Муж Мириам, Йеуда Гросс в свои 82 года продолжает работать на семитрейлере.   На стене в салоне висят фотографии его родителей, красавицы сестры, погибшей в крематории... Спустя считанные секунды Мириам показала нам фотографию погибшей от пули арабского бандита Аувы Амерги, молодой, улыбающейся красивой женщины... Так в этом уютном чистеньком салоне домика в Неве-Дкалим столкнулись и переплелись Холокост, пережитый 60 лет назад Мириам и её мужем - и нынешняя необъявленная террористическая война, вот уже 4 года сотрясающая нашу многострадальную страну... Неужели же этой семье, спасшейся от Холокоста, возродившейся в последующих поколениях на земле Израиля, предстоит пережить изгнание из своего дома уже - о кошмарный парадокс! - руками своих же сограждан, евреев?..   Мы любовались фотографиями внуков и правнуков Мириам Гросс, рисунками одного из её талантливых правнуков, который потрясающе рисует всевозможных зверушек. Войну этот "митнахалёнок" не рисует. Хотя многие мальчишки во всём мире рисуют именно войну - никого это, впрочем, не удивляет и не возмущает (если они, конечно, не еврейские поселенцы)...   Старая улыбчивая Мириам Гросс рассказала нам, что в тот день, когда Живая Цепь выстроилась от Гуш-Катифа до Иерусалима, президент страны Моше Кацав принимал делегацию жителей Гуш-Катифа, и её муж Йеуда Гросс был в составе этой делегации. О, он смог в вежливой, политкорректной, но в то же время решительной форме сказать президенту всё, что жители Гуш-Катифа думают о плане Шарона.   * * *   Старики Гросс не выдержали напряжения последних "предитнакутовских недель" и покинули Гуш-Катиф, перебравшись в мошав к кому-то из своих внуков...      3. АМИРА НАГАР   Познакомилась я ещё с одной удивительной женщиной Амирой Нагар. Этой красивой хабаднице восточного происхождения сорок лет. У неё девять прекрасных детей, и сейчас на подходе десятый. В доме чисто и аккуратно. По стенам развешаны великолепные картины, выполненные на высоком профессиональном уровне в смешанной технике - тончайшая резьба по бумаге и живопись. Как оказалось, всё это - работы Амиры.   Известно, что еврейское изобразительное искусство со средних веков славилось произведениями, выполненными в тончайшей технике резьбы по бумаге. Это оригинальное искусство достигло вершины в начале 18 века и чаще всего применялось для художественного оформления произведений изречениями из святых книг и высказываниями наших мудрецов.   Амира Нагар привнесла нечто новое и оригинальное в это древнее еврейское искусство. Она использовала сочетание резьбы по бумаге с прочими художественными техниками. Например, сплетение резьбы с акварельной графикой, многослойность. Широко используются восточные орнаменты и прочие мотивы восточного изобразительного искусства. В ряде случаев Амира вместо бумаги берёт тончайшие пластинки древесной коры.   Неисчерпаемым источником идей для произведений Амиры являются наши святые книги: Псалмы, "Коэлет" (Экклезиаст), "Притчи", а также мелодии молитв. Особое место в её работах занимают Иерусалим и благословения еврейскому дому. Особую любовь она испытывает к книгам пророков, к пророчествам утешения, наполненным светом красоты и страстным желанием грядущего избавления народа Израиля и возведения Третьего Храма.   Невозможно не выразить изумлённого восхищения этой филигранной работой, но ещё более восхищают сюжеты работ, а особенно - их воплощение. Амира повела нас наверх, где у неё мастерская. В последнее время, кроме ручного вырезывания, Амира использует лазер, который обрабатывает требуемый рисунок гораздо быстрее, хотя и менее точно, чем умелые руки Амиры, вооружённые специальным очень острым лезвием специального ножа. Так изготовляются не только картины на продажу, но и оформления футляров для мезуз и всевозможных шкатулок.   Покидая дом прекрасного мастера из Гуш-Катифа Амиры Нагар, я надолго получила мощный эстетический и духовный заряд.   * * *   Накануне 17 августа 2005 года, того дня, когда солдаты и особые части полиции ЯСАМ вошли в Неве-Дкалим, Амира взяла своих детей, из которых самому младшему тогда не было года, и уехала к своей сестре. В настоящее время, по слухам, семья Нагар проживает в Яд-Биньямине, продолжая заниматься своим творчеством...   * * *   Сама по себе тёплая, душевная и высокодуховная атмосфера, царящая в прекрасных поселениях Гуш-Катифа, не может не зарядить душу бодростью, оптимизмом и верой в то, что, вопреки всему, народ Израиля жив и ничто не сможет этих людей оторвать от земли, которую они возродили к жизни своим трудом и верой во В-вышнего. Ну, а нелепая мышиная возня в так называемых "верхах", о которой назойливо трубят наши СМИ с утра до вечера, выглядит совершенно бессмысленной и бесполезной - в противовес полнокровной жизни, которой живут исполненные достоинства жители Гуш-Катифа и все те, кто в эти дни с ними вместе.   Аварну эт Паро - наавор гам эт зе! - Пережили фараона - переживём и это!      Послесловие...   Вышеописанная поездка (и испытанные при этом ощущения) произошла в августе 2004 года, почти ровно за год до трагедии, когда люди, проживавшие там в течение десятков лет, кто "добровольно-принудительно", до намеченного срока, кто в принудительном порядке, покинули свои дома и стали беженцами в своей стране. Все описанные здесь места превратились - руками еврейских солдат полицейских! - в груду развалин, а люди, ... Не многим удалось придти в себя после перенесённой травмы и мало-мальски устроиться.   Муж моей подруги Мириам Фрайман, Яаков Фрайман, уроженец Страны, в молодости воевавший в отрядах ЛЕХИ и посидевший в британской тюрьме, на старости лет, в возрасте под 80 лет, был изгнан из своего дома!.. Почти год они с Мириам ютились в номере иерусалимской гостиницы, а сейчас вынуждены ютиться в картонно-гипсовом домике, кем-то издевательски названном 'каравиллой'. Трагедия не прошла для Яакова даром - старый боец с тех пор так и не смог оправиться и очень страдает и тяжело болеет... Однажды ночью ему приснился кошмар, и он разбудил Мириам со словами: 'Только что было землетрясение!' - 'Успокойся, дорогой! 18 августа 2005 года произошло землетрясение, а с тех пор пока что землетрясений не было!' Мириам не стала напоминать мужу о 'землетрясении' (тоже 'рукотворном' - ох, уж эти руки! Ох, уж эти бульдозеры!), которое было устроено по приказу 1 феврала 2006 года уже в наделе Биньямина, в Амоне, что на холме возле поселения Офра. 'Караванная' Амона, где стоят на холме около 20-30 караванов, существует до сих пор, но памятником тому 'рукотворному землетрясению по приказу' так и остались расположенные по дуге 9 куч строительного мусора, который был 9-ю домами до очередного преступления дорвавшихся до власти...Теперь эта земля оказалась никому не нужна... Невероятно, но факт - покинутая еврейскими фермерами, земля Гуш-Катифа почти перестала давать урожай. Обещанного расцвета палестинской экономики пока что не получилось...как и было обещано в наших Книгах...