# А работаю я женщиной

Анатолий Петрович Феоктистов

А работаю я женщиной...

- Андрей, идёшь с нами? - в дверь протиснулся Володя, переводчик группы советских специалистов-горняков в Эфиопии.

- Куда?

- Как обычно, в аэропорт.

От дома, в котором жили специалисты, до международного аэропорта Аддис-Абебы было километров пять. Прекрасный променад и небольшое развлечение. На крыше аэропорта располагалась смотровая площадка с платным входом. Любой желающий мог туда пройти, и перед ним открывалась панорама лётного поля. Беспрерывно взлетали и садились самолёты с эмблемами США, Канады, Германии, Италии, Франции, СССР, Швеции, Норвегии, все и не перечислишь. Нередко приходили гиганты ИЛ-76. Они сразу уходили в сторонку, с правой стороны лётного поля была их стоянка. К ним спешили грузовики, и можно было видеть, как в них перегружались мешки с мукой, сахаром, ящики с оборудованием. Помощь шла непрерывно в течение круглого года. Кроме всего прочего, в многочисленных барах можно было всегда выпить "сингл джин" и посидеть за чашечкой знаменитого эфиопского кофе. Абсолютно все эфиопы, будь это в баре международного аэропорта или в горных джунглях в одинокой хижине, кофе приготавливают великолепно. И секрет этого начинается не в кофемолке или кофеварке, а гораздо раньше, тогда, когда выбирается участок для посадки кофейного дерева, затем в процессе ухаживания за ним. Немаловажное значение имеет и срок сбора урожая, способ обработки и хранения зёрен. Молотого кофе в продаже практически нет, растворимые - за кофе не считаются. В результате вы пьёте н-а-п-и-т-о-к, в полном смысле этого вкусного слова. Простите, увлёкся.

- Конечно, уже собираюсь. Зонт брать? Дождя не предвидится?

- Какой дождь?! Выйди на балкон, глянь, ни облачка.

Через пару минут четверо мужчин, не торопясь, шагали по обочине шоссе. Туда и обратно потоком шли автомобили, и, не привыкшие к такому разнообразию марок, моделей и расцветок, советские люди-человеки провожали их взглядами, обсуждая, видимые глазу достоинства и недостатки. В этот день приходил борт из Москвы. Поднявшись на смотровую площадку, Андрей с товарищами протиснулись к поручню, не позволяющему спрыгнуть на лётное поле, и стали разглядывать прибывающих пассажиров и самолёты. В небе постоянно находилось с десяток машин. Одни уходили со взлётной полосы с крутым подъёмом, делали вираж и скрывались в синеве, другие, сделав круг, заходили на посадку.

- Вон! Вон, видите, ТУ-154?! Это московский рейс. Пришёл точно по расписанию!

Длинная сигара без боинговского горба, пробежала по полосе, развернулась и потихоньку покатилась к зданию аэропорта. Не верилось, что всего четыре часа назад этот самолёт был в Москве, где вокруг свои, где все разговаривают по-русски, где твой дом и твои дети, родные и близкие. Такие близкие и такие далёкие... К сожалению, чтобы это понять - надо уехать.

- Выходят! Люди пошли, смотри внимательнее, вдруг кто знакомый прилетел.

Ещё не видя лиц прибывших, можно было определить, кто очутился за границей в первый раз. Оглядываясь (не хочется говорить "озираясь") по сторонам, крепко держа за руки детей, новички сбиваются в кучку и, как утята от мамы, стараются не отстать от бывалых, прошедших не одну границу и таможню знакомых, приобретённых в течение полёта.

- Привет россиянам! С прибытием в жаркую Африку! - почти хором закричали Володя с Андреем, подняв в приветствии руки, когда пассажиры ТУ-154 подошли к дверям аэровокзала. Удивлённо-растерянные лица, ищущий взгляд, радостная улыбка и взмах рук в ответ. Неважно, что незнакомые. Свои.

Вблизи экватора день сменяется ночью мгновенно. Солнце, коснувшись краем горизонта, будто ускоряет ход, его движение становится заметным глазу. Пяток минут и вокруг темнота, безо всяких сумерек.

Когда гуляющие прошли треть обратного пути, послышался ровный, негромкий шум, будто густой лес заговорил с ветром. Ещё одна местная достопримечательность - тропический ливень. Он тоже возникает вдруг, с пустого, казалось бы, места. Если днём ещё можно увидеть быстро собирающиеся тучи и где-нибудь укрыться, то ночью ты обречён. Даже в том случае, если находишься в сотне метров от укрытия. С момента, когда он становится слышен и до того, как ты вымокнешь до трусов и носков, проходит не больше нескольких секунд. Пока ты соображаешь, что пора бежать, на тебя обрушивается водопад. Сразу, без предупреждающих капель и хвастливых порывов ветра.

- Дерево! Вот тут, рядом! Давай туда! - мужчины спрятались под жалкой, реденькой кроной невысокого деревца. Защита имела скорее моральное значение, так как хлынувший ливень сразу сравнял шансы застигнутых в чистом поле с шансами укрывшихся. Хочешь - стой и жди конца ливня, хочешь - иди дальше, мокрее не станешь. По одной стороне дороги тянулись пустыри, по другой - район вилл. Самые разнообразные по величине, форме, конструкции заборов. Пока Андрей с товарищами обсуждали варианты действий, сзади них открылись ворота одной из них, выезжающая машина осветила жалкое зрелище: скукожившихся от холодной воды людей. И приостановилась рядом с ними. И коротко, призывно просигналила. Володя несмело открыл переднюю дверцу. Женщина, сидевшая за рулём ободряюще улыбнулась и жестом показала: садитесь.

- Мужики, в машину!

Это была "Вольво" одной из последних моделей. Мягкий свет от приборной панели, разноцветные, бегущие огоньки дискового радиотейпа, неназойливая, тихая музыка. И белый, кожаный салон.

Женщине можно было дать лет двадцать пять-тридцать. Узкое лицо с мелкими, очень правильными чертами, смуглая, чистая кожа, маленькие, ухоженные руки с длинными, красивыми ногтями. Деловой, строгого покроя пиджак и юбка, не скрывающая маленьких, круглых коленок. И тонкий аромат хорошей, дорогой косметики.

Машина плавно вырулила на шоссе и покатила к городу.

- Володя, скажи ей, куда нам надо.

- Плиз, мадам, - и Володя заговорил по-английски, объясняя, кто эти мокрые мужчины и где они живут. Не дослушав, женщина кивнула головой и что-то ответила.

- Она нас знает. И где живём - тоже. Говорит, что часто встречает наших на этой дороге.

- Интересно. Куда это она на ночь глядя едет? И где работает?

- Неудобно расспрашивать.

- Красивая. Какая-нибудь бизнес-леди. Вон и вилла и машина.

Женщина улыбалась дружелюбно, чувствуя по голосам, что разговор не обижает её.

- Простите, Вы едете работать или развлечься? - осмелился всё-таки Володя.

- Работать.

- А где Вы работаете? - Володя почти синхронно переводил, и мужчины притихли.

- Отель "Хилтон". Знаете в центре, на площади Революции?

- Да, конечно. И кем же?

- Я работаю женщиной, - она дождалась, пока все услышат перевод, потом открыто и спокойно посмотрела в глаза спрашивающего, - приглашаю и вас. Вы можете найти меня в баре, или спросить бармена, - женщина протянула руку, в ней оказалось несколько визитных карточек, - он всегда знает, как меня найти.

- Спасибо, - несколько растерянно пробормотал Володя.

Машина, тем временем, подъехала к нужному дому. Умчался куда-то за это короткое время и ливень - так же внезапно, как и появился. Мужчины вышли из машины, рассыпаясь в благодарностях. Женщина улыбнулась на прощанье, короткий гудок и шикарная "Вольво" мягко тронулась к городу, залитому вечерними, манящими огнями.

02.05.