# Ослов любить надо

Анатолий Петрович Феоктистов

Ослов любить надо


Андрей прокладывал теодолитный ход. Надо было произвести изыскания от полигона до водозабора. Восемь километров по горам, покрытым джунглями. И вот уже близка цель, осталось проскочить перевал и спуститься к реке. Всего несколько пикетов. Двое помощников со светоотражателем и огромным ножом для рубки кустарника прорубают просеку. И тут трасса привела в огород. На самой макушке перевала стояло пяток хижин, вокруг которых росла кукуруза. Как ни крути - пикет падал в заросли кукурузы. Помощники разъяснили: повредишь посевы - хозяева убьют. Здесь жили представители горных племён, местные жители называли их "гуджи". Гуджам было глубоко плевать на то, какая в стране власть, неведомы законы и государственные границы. Где хотят - там живут, чем хотят, тем и занимаются. Эти вот пока выращивали кукурузу.

Андрей объяснил помощникам что делать. Найти палку подлиннее, приспособить к ней светоотражатель, чтобы он торчал выше кукурузы. Тогда просеку рубить не надо.

Помощники осторожно, издалека осмотрели хижины. Никто не выходил, наверное, хозяева были в гостях.

Ну, ладно, пикет взят, но теперь на него надо ставить светодальномер. Его-то выше своего роста не поставишь, в него смотреть надо. Помощники с явным облегчением вышли за пределы посевов, Андрей же, наоборот, влез в них. Установил инструмент, прицелился - мешают высокие стебли кукурузы, не видно отражателя. Пришлось обломать листья на нескольких. И тут хижины подали признаки жизни... Из них вышли трое молодых мужчин. Они молча наблюдали изнутри за пришельцами, но до поры, до времени сидели тихо, видимо, изучая обстановку. И вот решили, что пора вмешаться. Парни были, что надо. Под два метра ростом, руки, как у Андрея ноги, ноги, как брусья (вспомнился Роберт Рождественский), чёрные, как голенище. Копья в их руках смотрелись соломинками для коктейля. Они молча, не спеша направились к Андрею. В стороне зашуршал кустарник - помощники ломились вниз, под гору.

Что делать?! Бежать? Глупо и бессмысленно, от таких не убежишь. Объяснять кто ты такой и зачем залез в ихний огород? Ещё глупее. Парни уже рядом, взгляды выражают не гнев, а какое-то равнодушное любопытство: что это за букашка, с которой они сейчас разберутся? И тут Андрей увидел осла. Осёл стоял у одной из хижин, жевал какую-то солому, изредка поднимая голову и помахивая хвостом. Безотчётно Андрей нацелил объектив светодальномера на осла и жестом пригласил ближайшего красавца заглянуть в дырочку. Тот сначала ничего не понял, но, сообразив, наклонился и стал разглядывать инструмент. Андрей пальцем показал, куда надо смотреть. Согнувшись пополам, гудж долго не мог сосредоточить взгляд. Двое встали рядом, ожидая, чем это закончится. Торопиться им было некуда.

Но вот смотрящий издал громкий звук. Оторвавшись от инструмента, он с удивлением посмотрел в сторону осла, снова согнулся и вдруг захохотал, хлопая себя по коленям. Двое с удивлением смотрели третьего, который то отрывался от объектива, то снова приникал к нему глазом и хохотал, не в силах остановиться.

Цирк продолжался минут пятнадцать. Смотрели все трое, по очереди. Тридцатикратное увеличение позволяло разглядеть каждую шерстинку в ослином ухе, которое только и помещалось в объективе.

Где смех - там редко бьют. Парни, нахохотавшись, жестами показали Андрею, что он может продолжать работу. И даже сами надломили пару стеблей кукурузы, чтобы не мешали целиться.

Но напрасно окликал Андрей своих помощников. Они уже пролетели расстояние до полигона и задыхаясь, наперебой объясняли руководителю группы, что товарища Андрея захватили гуджи и его надо срочно выручать.

Не надо. Осёл - он, конечно, осёл, а вот выручил.