# Территория ненависти

Анатолий Петрович Феоктистов

Что вы сделаете, если увидите, что вашему ребёнку подсовывают отравленную пищу?

Территория ненависти       Ну что за чудо - Интернет!    Разве можно было даже мечтать, скажем, лет эдак ...дцать назад о том, чтобы общаться со всем миром, не выходя из дома и не покупая билет на транспорт? А говорить, что захочется, когда захочется и кому захочется?    О, это пьянящее чувство свободы!    Настолько пьянящее, что кое-кто, захмелев, так и не выходит из состояния эйфории и свободы выражения своих мыслей и чувств.    Это хорошо. В том случае, когда человек не забывает всё-таки, что находится в обществе. С которым надо считаться. Если, конечно, хочешь, чтобы тебя уважали. Что, в свою очередь, предполагает и твоё уважение к потенциальным слушателям.    Как ей и положено, территория общения неизбежно делится на секторы.    Кто-то размышляет о политике, и вокруг него собираются любители порешать мировые проблемы, кто-то вспоминает свои путешествия по миру в кругу таких же неутомимых исследователей, кто-то силён в экономике, кто-то ищет единомышленников в вере.    Не о них разговор.    Станцуем от печки.    Зачем здесь пишут? Чтобы читали, вариантов нет.    Кто будет читать написанное на российском сайте, на русском языке? Девяносто пять из ста - русские люди. И девяносто из этих девяносто пяти - молодые люди. Поскольку Интернет - это всё-таки хайтековская технология, не очень доступная пожилым россиянам, привыкшим к книге. Да и компьютер - пока остаётся игрушкой для молодых.    Значит, расчёт пишущих именно на молодое поколение россиян? Да.       Я не обращаюсь к авторам с просьбой пересмотреть свои позиции.    Я хочу подсказать молодым читателям, как можно определить, где им подсовывают тухлятину под видом истории, где старательно топчутся на русском народе, выдавая это за сочуствие к нему, где русский язык используется против русского человека.       Как понять, что ты вступил на территорию ненависти?    Главным критерием, бесспорно, остаётся собственное умение рассуждать. Не обязательно искать документальных подтверждений или опровержений прочитанному. Во-первых, этих исследований столько, что и специалисту не охватить, во-вторых, они настолько противоречат друг другу, что легче окончательно запутаться, чем что-либо выяснить, в-третьих, авторы опусов, источающих ненависть, специально втянут вас в дискуссию. Поскольку уж они-то наверняка заранее запаслись нужным количеством нужных аргументов. Нужных им. Вспомните, хотя бы "разоблачения" о Шолохове, нескончаемые дискуссии о ЮКОСе, когда одни говорят, что вор должен сидеть в тюрьме, а другие утверждают, что в Кремле. Можно привести немало и других примеров.       Теперь о заявленной теме. Сразу оговорюсь, что не выискивал специально несимпатичных мне авторов с целью их очернения. Примеры взяты, что называется, влёт, просто бросились в глаза своим мрачно тяжёлым русофобством.    На сайте Проза этим выделяется господин Г.Залевский. О нём я уже отзывался, отзывался резко, но адекватно. Повторяться не буду.    На Загранице. Не так давно, но очень активно, с поражающей плодовитостью печатает свои автобиографические очерки господин Трахтенберг. Объединяет его с уже упомянутым г.Залевским то, что он с самого раннего детства уже был уверен: жить будет очень тяжело. Потому что плохое правительство в плохой стране назначило его ещё в утробе мамочки врагом народа. Жалко становится малыша, хочется заругаться на злых дяденек и тётенек. А потом вдруг подумаешь: мальчик-то вырос в доктора наук, профессора, учёного, обласканного этими самыми злыми дяденьками и тётеньками.    А ещё вспомнится, что две сотни миллионов других людей не смогли выучиться даже на инженеров. Надо было помогать матерям, оставшимся вдовами погибших на войне, надо было тащить меньших сестёр да братьев. И они почему-то не жалуются, хотя жилось им не в пример хуже.    О честности и правдивости слезливого изложения событий можно судить по таким, хотя бы, строкам:    "Наш город немцы не бомбили ни разу. Текстильная промышленность Иванова их не волновала. А вот на Горький (теперь это снова Нижний Новгород), где огромный автозавод выпускал боевую технику - немецкие бомбовозы летали. При этих рейдах у нас объявляли тревогу. Полагалось укрываться в убежища, но никто не знал, что это такое и где находится. Мальчишки высыпали на крыльцо, стояли под его дырявой защитой. По небу, расходясь и перекрещиваясь, бесшумно скользили лучи прожекторов. Когда становился слышен далёкий гул самолётов, с крыши Горсовета (так называлось новое длиннющее в 5-6 этажей здание с разными конторами) начинала бить в небо пушка. Все ждали бомб, но слышны были только резкие шлепки и удары по крышам. Гул стихал, самолёты на недостижимой высоте улетали по своему делу... Утром мы находили на дворах корявые куски металла - осколки тех снарядов, что не долетали до врага. Да кое-кто плакался - крыша потекла." (Здесь и далее подчёркнуто мной. А.Ф.)       А мне вспоминается, что о местонахождении бомбоубежищ по нескольку раз объявляли по радио, путь к ним обозначали стрелками на стенах зданий, и даже были дежурные провожатые, которые показывали жителям, как добраться до ближайшего бомбоубежища.    Ну а пушки, которые роняли снаряды на собственные крыши и во дворы - комментировать не буду, оцените воспалённую фантазию сами.       И ещё:     " И вот - Лёня с нами. В тёплой комнате. Мама достаёт съестное. Он глотает пирожки, накручивает чистые сухие портянки... Я боюсь до него дотронуться... Этот худой, спешащий человек так мало похож на моего брата. Командир отпустил Лёню на один час. Мама торопится передать ему нитки, главное - не забыть отдать ложку. Лёня писал, что у него украли ложку, а без неё не зачерпнёшь из выдолбленного в столе углубления свою долю каши, причём надо было иметь ложку побольше - второй раз не доберёшься. Лёня торопится, глотает, успевает в ответ на "как вас кормят?" рассказать, что иногда им везёт, и на занятиях на бывшем картофельном поле они успевают находить картофелины.       - Где же вы их варите? - спрашивает мама.       - Ну, у костра удаётся побыть не часто, да и печь долго.       Я понемногу присматриваюсь к брату. И голос у него другой. Шея замотана грязной тряпицей - фурункулы. В баню ведут редко. Мыла нет. Спешим разложить в мешок сухари и другие припасы и деньги, на которые можно будет через тётю Дашу что-то купить. Мама сумела скопить целых 300 рублей. За буханку хлеба брали 240.       И Лёня ушёл. Он уже не был просто сыном моей мамы и моим братом. Он принадлежал какой-то силе, безжалостной и жестокой. Она зачем-то гнула, ломала и мучила его".       Задайте себе вопрос: а кто же тогда отстоял Москву в сорок первом? Кто погнал прекрасно обученную, сытую и отменно экипированную немецкую армию? От Москвы и Ленинграда до Берлина и Парижа? И гнал бы до Ла-Манша и Па-де-Кале, да американские и английские друзья забеспокоились, что им маловато перепадёт от Победы. Ну, не важно, что ими двигало, спасибо им за помощь. Они помогли, но и только! Могла бы армия голодных, больных оборванцев сделать такое?    Так для чего льётся желчь из автора?    Он пишет, что брат пошёл на фронт исключительно для того, чтобы защитить честь семьи, а отец, вернувшийся из лагерей, едва сумел уклониться от призыва.    Да, были и лагеря, были и призывы.    Но были и больные, признанные военкоматами негодными к службе, но пошедшие в народное ополчение, участвующие в боях, копавшие окопы под Москвой, дежурившие на крышах для тушения немецких зажигалок. Без призыва и ссылок на подорванное здоровье.    Были такие, как мой отец, который, имея бронь от призыва, отказался от неё, пошёл на фронт добровольцем и погиб в сорок втором под Смоленском.    Но были и пацаны, правдами и неправдами добавлявшие себе годы, чтобы попасть на фронт. Были просто убегавшие из дома на войну.    А могли ведь и не делать этого. Просто была у них Родина.       А вот что господин Трахтенберг предлагает русскому народу:       "Остаётся два выхода:      - опуститься и строить новую жизнь, включив в неё старую ложь о великом кормчем, пожертвовав памятью о миллионах невинно загубленных,       - покаяться в преступном соучастии в кровавых играх деспота, пожертвовав памятью о победе под его водительством.       Или утопия, но и надежда:       - подняться над историей, отринуть "век-волкодав" с его активом, строить новую жизнь, новое общество, новый чистый народ, свято хранящий память об историческом позоре и о славной победе".       Не оценивая бессмысленные, декларативные лозунги, подчеркну только: опуститься; покаяться.       Будь это набор биографических воспоминаний (нейтральных, или толерантных) и будь они размещены не на российском сайте, я бы и внимания на них не обратил.    Но г.Трахтенберг очень стремится к тому, чтобы его воспоминания читали именно российские молодые читатели. Эти произведения, изданные на бумаге, он везёт в Россию, пытается распространить среди русских людей.    В то же время, г.Трахтенберг весьма болезненно реагирует на произведения авторов, с которыми не согласен он сам. Вот один из его комментариев на статью А.Орловского:       117. *Трахтенберг Роман Михайлович (romantr@netvision.net.il) 2005/06/27 19:05 [ответить]

Автор демонстрирует ум и образованность, умение логически развивать мысль. Даже обращается к библии, якобы для подтверждения своих посылок.

Бросается в невооруженный глаз обилие натяжек и просто лжи. А библия предложила ещё дикарям - не лги.

Ну взгляните в заключение его "работы", которое призвано добить читателя.

Лиана обвивает дерево - да. Она питается соками этого дерева - да.

Её листья становятся неотличимыми от листьев хозяина - нет. Вы сроду не видели паразитов-растений? Они всегда примитивны и никакого сходства с хозяином.

Может господина впустят - посмотрите на коренных израильтян. Сколько рослых, светлых и голубоглазых.

Вывод. Не читайте, люди, такие ядовитые опусы.Даже из спортивного интереса. Живы и жаждут лавров новые авторы новых "Протоколов сионских мудрецов". Включите собственный антивирус. Р.Т. (Конец комментария. А.Ф.)

Так называемый "вывод" очень характерен. Г.Залевский тоже призывает в своих комментариях не читать некоторых авторов, которые лично ему не нравятся.          А я вспоминаю нечто похожее: Магадан, конец семидесятых годов, институт марксизма-ленинизма. Преподаватель одной из дисциплин приносит на занятия несколько книжек в мягкой обложке красного цвета. Объясняет: это книги Александра Солженицина. Привезены в Магаданский порт на корабле из Австралии, в мешочках с бараньими тушами. Это "Архипелаг ГУЛАГ", это "Бодался телёнок с дубом", это "Один день Ивана Денисовича".    - Дайте нам на ночь, почитать!    - Нельзя, книги запрещённые.    - Но мы же секретари партийных комитетов! Люди подготовленные! Да и другим легче будет объяснять про вред такой литературы!    - Нельзя!    Похоже? Очень. Фамилию преподавателя не привожу, сразу навесят ...изм.          А мы с вами, читая такие жалобы и стенания, просто попали на территорию ненависти. С которой автор не уйдёт, это его территория, его "тёплое и влажное".       Другой автор, господин Мошкович пишет, что гражданская война в России - это тяжёлое психическое заболевание, вызванное беспричинной ненавистью.    Поскольку в гражданской войне участвовал весь русский народ, то именно он и является, по мнению автора, тем "психически больным".       Вот ещё один из его шедевров:    "Что было бы, например, если бы осенью 42 года Сталин приказал переправить 62 армию Чуйкова на левый берег Волги? Какими были бы стратегические последствия отказа от штурма Берлина? Окружили бы и потихоньку бомбили бы рейсканцелярию... А красный флаг повесили бы на пару недель позже. Что за спешка? Не знаю, я не стратег, но мне жаль полмиллиона российских солдат, которые погибли при этом штурме. Зря они погибли. Мне так кажется.       А все остальное, с точки зрения интересов народов, не зря?       Психологический и исторический интерес представляет ответ (Если у кого есть) на вопрос: почему в ходе наступлений, отступлений и заключений в "котлы" немцы потеряли убитыми, раненными и военнопленными В НЕСКОЛЬКО РАЗ МЕНЬШЕ людей и техники, чем Советская армия. А добровольно сдавшихся и дезертировавших? Точных цифр мы не дождемся, но того, что известно достаточно, чтобы все прежние мысли вывернуть наизнанку и подумать совсем о другом".       Безусловно, знай маршалы Чуйков и Жуков, что в соседнем окопе находится господин Мошкович, они бы, посоветовавшись с ним, изменили свои решения.       А яд уже капнул, зёрнышки сомнения унавожены.       Та же серия, та же территория.       Ну и ещё один пример. Господин Азов. Тоже из Заграницы.    Приведу часть его текстов, прокомментирую только то, что подчеркну:             " И досмеялись...Теперь полунищая Россия сидит черной жопой на нефтяной бочке и жует кукурузные хлопья из импортной упаковки - вот и все, что осталось от империи. Даже анекдоты, и те канули в прошлое".       " К чему я это все?...А к тому, что мне в жизни повезло: я родился и жил в последней империи, ходил за нее на пулеметы , кормил в ее эшелонах ее вшей, ни от ее тюрьмы, ни от ее сумы не зарекался, учил ее детей ее языку и рожал своих, и любил, и жалел ее людей , и плакал, и смеялся над ней со сцен, с экранов, страниц журналов, газет, книг...За этот смех мне гореть в аду. Сотни миллионов трагедий - вот что такое империя. Она унижала, порабощала и убивала людей дни и ночи напролет... Но я же не виноват, что она смешила! Она сама смешила меня!...Все ее императоры, вожди и апостолы ее веры оказались клоунами - что я мог поделать?..Пропаганда была рассчитана на большинство - темный забитый , запуганный и ограбленный народ . Такие же малограмотные пропагандисты развешивали портреты вождей повсюду: на заборах, рядом со словом из трех букв, и чуть ли не в нужниках".       "Если других малышей-октябрят еще можно было загипнотизировать количеством портретов и сказок про дедушку Ленина, то на такого начитанного мальчика, как я, вся эта оголтелая реклама производила прямо противоположное впечатление: никакой он не великий Ленин, а рыжий клоун. На что уж Сталин, великий и ужасный, "лучший друг советских велосипедистов", - но и он ассоциировался с "тараканищем" Корнея Чуковского - тоже клоун, но рябой и усатый. А Хрущев, тот и сам работал под клоуна, разъезжая по всему миру в брюках из двух мешков, стучал "тУфлей по трибуне Объединенных Наций, обещал их всех закопать , и "пусть Аденауэр подрыщет". Я тогда хохмы для эстрады не трудился сочинять, я их вычитывал из газет с речами царя Никиты. А о Брежневе и говорить не приходится: когда "бровеносец" давился вставными челюстями на экранах телевизоров, над ним потешалась вся страна. Пародисты по сей день едят легкий хлеб, изображая последнего генсека и первого ( он же и последний ) президента СССР Горбачева, с его краснодарско - комбайнерским произношением. Думаю, не надо быть патологоанатомом, чтобы окончательно установить: Великая Российская Империя ( в последнем браке - СССР) умерла от смеха".       Предложение, подчёркнутое вторым: "...тёмный, забитый и ограбленный народ." - это народ с самым высоким уровнем образования, бесплатного на всех уровнях, когда среднее образование было обязательным, когда была самая развитая в мире система бесплатного профессионального образования. Это народ с самой доступной ( пусть не самой лучшей по качеству) системой здравоохранения. Это, в то время, - самый читающий народ в мире.       Предложение, подчёркнутое третьим: чувствуете смычку с первыми двумя авторами?       А теперь вернёмся к предложению, подчёркнутому первым: вы ему верите?       Я отнюдь не призываю читателей бойкотировать подобные произведения. Напротив, читать их надо. Для того, чтобы знать, что о тебе думают люди, стремящиеся быть похожими на друзей. Для того, чтобы научиться под словами о любви видеть настоящее чувство, движущее автором.    Поскольку, чем дальше от нас уходят события, тем больше желающих пересмотреть уроки истории, подлатать её в угоду своим амбициям и интересам. Которые отнюдь не совпадают с интересами русского человека.    Читать их надо ещё и для того, чтобы понимать: это, в любом случае, провокации. А на провокацию надо отвечать адекватно.