# Чжунго-Часть 13

Александр Васильевич Фролов

25


Гуманоиды из княжества Шу


Как я уже упоминал, в теле каждого человека живёт 36 тысяч духов. Поэтому, если верить древнекитайским философам, то следует признать, что человек - весь от макушки до пяток - существо ну очень духовное!

А если 36 тысяч духов умножить на 1,2 миллиарда человек, населяющих Китай, получится такая цифра, которую я и назвать не смогу.

Духам, как и людям, на китайской земле тесно, а богам в китайских небесах - и подавно, потому что нет такого курятника в Поднебесной, управлять которым на Небе не был бы приставлен отдельно взятый божок. Зато отдельно взятому китайцу не приходится беспокоить по мелочам Верховного Владыку - Нефритового Государя Всея Небес драконоликого Хуан-ди; чтобы, к примеру, не пригорела картошка на сковороде, достаточно попросить помощи у кухонного бога Цзяо-вана или его жены. А если кто-то, восседая на унитазе, изобретённом и сконструированном в Китае аж в III веке до н.э., испытывает определённые трудности, ему достаточно всего лишь помолиться богине Цзы-гу, и молитва эта принесёт облегчение лучше всякого слабительного.

С этой самой Цзы-гу в её ещё земной жизни случился однажды такой мелодраматический триллер, мимо которого я в этих заметках пройти никак не могу.

Когда-то Цзы-гу попала в услужение в дом к одному богатому и знатному мандарину. И была она так кротка и услужлива, что хозяин полюбил её. Он дарил ей благовония и дорогие шёлковые одежды, а к своей законной первой супруге совсем охладел. И вот, когда, готовясь к празднику Фонарей, Цзы-гу лепила на кухне из клейкого риса юаньсяо со сладкой начинкой - традиционное блюдо для этого праздника, - хозяйка, схватив ханьский меч, тихой сапой подкралась сзади и всадила его по самую рукоять в тело несчастной девушки. Охнула Цзы-гу, выпали из рук юаньсяо. Заметалась по дому коварная мандаринова жена, не зная, куда спрятать труп убиенной, потом вынесла его во двор и утопила в нужнике, а мужу сказала, что служанка оставила их дом, сбежав в царство Чу с молодым и красивым Ваном. Опечалился мандарин, с горя оставил службу и запил горькую. А Верховный Владыка Хуан-ди, наблюдая с неба все эти безобразия, воспылав ненавистью к коварной мандаринихе, пожалел невинно убиенную Цзы-гу и решил не отправлять её на запад - в царство мёртвых, а оставить при себе в Нефритовом дворце, назначив богиней чего-нибудь. Но на её беду на земле к тому времени уже не осталось бесхозных мест - щедрый Хуан-ди всё - от ничтожного курятника до великих гор и морей - раздарил своим подданным, даже должность покровителя часовщиков, коих ещё на свете не родилось, была забронирована за бодхисаттвой Ли Мадоу, в образе которого в 1582 г. объявился и промиссионерствовал в Поднебесной 16 лет итальянский монах-католик Маттео Риччи (1554-1610 гг.). И только места личного и общественного пользования не имели своего покровителя на Небе. Тогда мудрый Хуан-ди принял соломоново решение: он зачислил Цзы-гу в штат богиней, отдав ей в управление все нужники Поднебесной. Дальнейший ход событий легко домыслить самим: коварная жена того самого мандарина всю оставшуюся недолгую жизнь провела в туалете непосредственно на толчке, разминая в руках газету "Жэньминь жибао", где и скончалась в страшных мучениях.

А Нефритовый Государь Всея Небес Хуан-ди, вполне удовлетворённый тем, что справедливость на земле восторжествовала, предался забавам и развлечениям. Надув пузырь, он по-молодецки поддал его ногой. Сбежались чиновники из Небесной канцелярии: министерств грома и молнии, дождя, огня и моровых поветрий и бросились за пузырём, с азартом отнимая его друг у друга и поддавая ногами. Хуан-ди, увлечённый этим зрелищем, разделил своих подданных на команды и повелел провести первый чемпионат Небесной империи, который и состоялся незамедлительно в Куньлуни - Поднебесной резиденции Верховного Владыки на земле, о чём достоверно свидетельствуют древние письмена, оставленные на бамбуковых дощечках одним из очевидцев тех весьма отдалённых событий. Кстати, ни о какой Англии с её сборной, претендующей на звание "родины футбола", в этих свидетельских показаниях даже намёка нет.

Много любопытных мифологических историй можно ещё отыскать, знакомясь с судьбами китайских небожителей. Но пора возвращаться на грешную землю. И легче всего это сделать, спустившись по гладкому стволу священного дерева цзяньму, что в единственном экземпляре произрастает в провинции Сычуань, кроной уходя под облака, соединяя Небо с землёй. По этому дереву всякие там духи, как на лифте, катаются по своим личным и служебным делам то с неба на землю, то с земли на небеса.

Это дерево, а точнее его сильно уменьшенная бронзовая копия, отлитая неизвестными мастерами в III веке до н.э., хранится в музее Сан Син Дуй (Раскопок Трёх Звёзд31), месте, куда совершают паломничество не только китайцы, но и иностранные граждане. Здесь слышна английская, немецкая, французская речь. Люди со всего мира едут посмотреть на загадочные фигурки с птичьими головами, на жуткого вида бронзовые маски, некоторые из которых покрыты толстым слоем золота - всё это, пролежав в земле более трёх и даже пяти тысяч лет, отлично сохранилось, и теперь, выставленное на обозрение, завораживает посетителей музея мрачной таинственностью.

Откуда явились те гуманоиды с европейскими чертами лица, которые обитали на этом месте в XIII-XI вв. до н.э. задолго до образования древнего поселения при царстве Шу, и на какую планету потом улетели, неожиданно исчезнув, современная наука ответа не даёт. Даже Председатель КНР, в 1999 году лично посетивший это странное место, не смог прояснить загадку древнейшей истории и только щурился да загадочно улыбался на бронзовую маску с огромными ушами, большими круглыми вылезшими из орбит глазами и носом, превратившимся в цветущее растение ("всё слышу, всё вижу, всё обоняю!").

За воротами музея на столах и полках торговцев сувенирами вас поджидает множество таких же "уникальных" экспонатов "ну вот только что добытых из-под земли на соседнем с музеем рисовом поле!". Фигурки, конечно, как настоящие, и даже лучше настоящих, но я предпочёл им маску весёлого старца работы неизвестного современного мастера, вырезанную из корня бамбука, с бородой-мочалкой. Теперь она висит в гостиной на стене и всем поднимает настроение.


26


Сяо Бэйджин


Резьба по корню бамбука - это далеко не всё, на что способны сычуаньские умельцы. Например, можно впасть в дикий восторг, рассматривая рисунок на веере, образуемый переплетением тысячи тончайших бамбуковых нитей. Такие шедевры традиционного народного промысла поставляются из города Цзыгуна, расположенного в 200 километрах к югу от Чэнду.

Бамбук в Сычуани присутствует всюду. Даже сами по себе великолепные фарфоровые вазы здесь принято украшать плетением из этого любимого пандами лакомства.

Но не только бамбук прославил провинцию Сычуань. На огромном шёлковом рынке в центре Чэнду вы обречены испытать шок и полную растерянность. Из такого обилия и разнообразия товаров выбор подарка становится мучительным. Здесь есть всё: парча, украшенная причудливыми рисунками в традиционном китайском стиле, и знаменитые сычуаньские шёлковые наряды, отличающиеся двусторонней вышивкой.

Тот скромный китаец из неолитической эпохи, покровительствуемый лошадиноголовой богиней шелководства Цань-Шэнь, пожелавший остаться неизвестным, первым догадавшийся заставить работать на себя червячка - пожирателя тутовых листьев, благодаря которому уже в III веке до н.э. модники щеголяли в шелках, безусловно был достоин не только персональной пенсии, звания доктора всяческих наук, но и благодарной памяти всех народов всех времён. Соединить несоединимое дано только гениям и идиотам. Что общего может быть у дерева, червяка и рыбы? А между тем, в этом тройственном союзе есть взаимный плотоядный интерес. На тутовом дереве пасётся шелкопряд, его коконы после обработки и извлечения полезного материала идут на корм рыбе, кишечник которой вырабатывает удобрение для почвы, где растёт дерево. Замкнутая экологически чистая система, в которой все довольны друг другом и всё в конечном итоге придумано для блага человека.

Нужно обладать китайским терпением, чтобы вырастить тутовые деревья, развести на них шелкопрядов, дождаться, когда они совьют коконы, собрать продукт их труда, обработать паром, чтобы умертвить куколок, а затем под кипятком аккуратно размотать все 3000 метров тончайшей паутины, из которых в дело пойдут всего лишь от 300 до 800 метров, причём, чтобы получить нужной толщины нить, нужно разматывать одновременно от трёх до восьми коконов. Далее эту невзрачную лишённую блеска нитку матово-жёлтого, бурого или белого цвета надо ещё обработать специальным клеем и покрасить, а уж потом можно привлекать к работе ткачих, чтобы они приготовили парчу, креп, атлас или ручной выделки "облачную ткань", из которой 700 лет назад шили рабочую одежду для императоров. Такова в общих чертах технология изготовления шёлка, коего изобретено более десяти различных видов.

Когда-то товары из Сычуани (шёлк, лаковые изделия, золотые и серебряные украшения) славились далеко за пределами Поднебесной: за ними гонялись в Индии, с ночи занимали очередь в Северной Корее, писали порядковые номера на ладонях в Бактрии, карауля ожидаемый дефицитный товар. Так было до тех пор, пока в 169 году н.э. бог счастья Фу шэнь не отвернулся от императора, чем моментально воспользовалась группа евнухов при ханьском дворе, подстрекаемая богом служебного положения Лу шэнем, захватившая все крупные государственные посты и превратившая Сына Неба в "китайского болванчика". И всё сразу стало хужеть и хужеть. В середине II века по переписи населения насчитывалось 50 миллионов человек. В следующем веке численность подданных в Поднебесной сократилась до 7,5 миллионов. От хронического голода люди так ослабли, что отваживались ходить лишь при попутном ветре, "превратились в людоедов, и кости от мертвецов были разбросаны по всей стране..." - сообщает "История ранней династии Хань".

Но всё это осталось в далёком прошлом.

А действительность куда как более веселее: на центральной площади Чэнду по вечерам у деревьев, подсвеченных снизу зелёными фонарями, гуляет жизнерадостная молодёжь, на улицах кипит не облагаемая налогами вечерняя торговля (днём она запрещена) - тоже способ выживания, когда другого нет, ночной рынок на улице Чунси собирает покупателей, здесь же под открытым небом работают проворные портные и из множества мелких закусочных выплёскиваются на улицу благоуханные ароматы, а рядом, по соседству, блестят витринами дорогие многоэтажные супермаркеты и шелестит эскалаторами более доступный своими ценами "французский" универсам, в мясном отделе которого по соседству со свининой и говядиной выставлены на продажу освежёванные собачьи тушки. Лотки подземного универмага - длинного, как взлётная полоса аэродрома, переливаются жемчугом, пахнут кожей и шуршат махровыми полотенцами. Небоскрёбы расцвечены рекламой на европейский манер, юркие такси "Ситроэны" (лицензионные и "пиратские") гоняются по улицам за клиентами, соперничая с неторопливыми рикшами, в мечети на углу центральной площади проходит вечерний намаз, а остальные, свободные от намаза китайцы, коих составляет подавляющее большинство, располагаются на тротуарах за столами с зелёным чаем и "китайским" домино, проводя вечерний досуг; по небу летают колесницы богов, запряжённые драконами и фениксами, и хочется слагать стихи в китайском одическом жанре "фу", философски наблюдая за игрой, которая называется жизнью.

От музея Сан Син Дуй до города Чэнду всего лишь каких-нибудь полтора часа езды на автомобиле.

"Чэнду" в переводе с китайского - "совершенная столица" или "безупречная метрополия". Именно здесь по древним легендам находился божественный райский сад. Этот город, являющийся административным центром Сычуани - края изобилия, самой густонаселённой провинции Китая, действительно более двух тысяч лет назад, в эпоху Борющихся царств (453-221 гг. до н.э.), был столицей суверенного государства Шу.

Не чуждый принятию грандиозных планов, шуский правитель, наметив место для расположения столицы своего государства, провозгласил: "Город - за один год, метрополия - за три!". Отсюда и возникло название: Чэнду.

Постоянно разделяя судьбу китайской столицы, за что Чэнду приобрёл в народе ещё одно символическое название: "Маленький Пекин" ("Сяо Бэйджин"), этот город за свою историю испытал и многочисленные смуты и восстания, и монгольское нашествие, и нашествие "красных охранников" (хунвэйбинов) в годы "культурной революции", жизненной установкой которых была цитата Мао: "Без разрушения нет созидания".

Спасибо "великому кормчему"! За его бронзовой спиной вместо роскошного императорского дворца на улице Жэньминь теперь уродует пейзаж безликое инородное тело Дворца выставок, построенного с помощью Советского Союза, а от городских крепостных стен XIY века не осталось и следа.

Много воды с тех пор утекло в реке Миньцзян, и рука бронзового Мао в настоящее время указует аккурат на огромный плакат с рекламой крепкой китайской рисовой водки: "Правильным путём идёте, товарищи, однако!".

Удивительно, но уже в 170 году до н.э. при мудром руководстве городом Энь Эна в Чэнду была открыта первая светская школа. Культурные традиции, заложенные в древние века, не забыты. Сейчас в этом городе, насчитывающем 2,5 миллионов жителей, действуют 19 университетов, учиться в которых считается престижным у китайской молодёжи.

В Чэнду, некогда окружённом двадцатикилометровой крепостной стеной, изрезанном оросительными каналами, сохранилось около сотни каменных мостов. Эти древние каналы и дамба, построенные в 221-206 гг.до н.э. инженером Ли Пином, - одно из четырёх крупнейших гидротехнических сооружений Древнего Китая, - находясь в 59 километрах от столицы провинции Сычуань на реке Миньцзян, неподалёку от священного для даосов места Цин Чен Сян, успешно служат и по сей день, орошая сычуаньские поля и оберегая долину от наводнений при разливе реки. Мне посчастливилось видеть вблизи эти упоминаемые в солидных исторических учебниках сооружения, удостовериться в реальности их существования на поверхности земли и успокоиться - историки не врут.

Не врут они и упоминая на страницах своих книг возраст Чэнду. Это действительно древний город, хоть и не самый древний в Китае; как показали раскопки, это место было заселено уже более четырёх тысяч лет назад.

История Чэнду пестрит мятежами и восстаниями. Не было ни одного крупного волнения народных масс, в котором бы жители этой "совершенной столицы" не приняли самого живейшего участия. Поддержать любую смуту: от движения "красных бровей" до восстания "жёлтых повязок" - сычуаньцы были всегда готовы! Да и было из-за чего бунтовать! За малейшую провинность человеку ставилось клеймо на лице - это наказание называлось мосин. А далее за мосином следовали: исин - отрезание носа, фэйсин - отрезание ног, гунсин оскопление, даписин - обезглавливание, и разные прочие "сины": раздробление колен, вырезание рёбер, разрубание пополам, разрывание колесницами, закапывание заживо, четвертование и многое другое - в те времена у судей была богатая фантазия!


31"Три звезды" - это три выдающихся государственных деятеля, добившихся процветания царства Шу (221-263 гг.): правилеть Лю Бэй, военачальник Гуань Юй и учёный и военный стратег Чжугэ Лян.


6