# Прогулки по Парижу - 1

Михаил Васильевич Фролов

Прогулки по Парижу - 1


Лувр и Сен Жермен.

Знаменательный день: 31 марта, суббота. Добежал экспресс Евростар от Милана до Парижа. Неужели это возможно, неужто мы в Париже?! Обалдеть! С вокзала бегом в отель (пардон, бегом на такси - и в отель), оттуда бегом на метро - и в Лувр. Почему именно в Лувр? Я ещё в Москве как-то волновался: сумеем ли туда попасть без группы, без гида, без предварительного заказа билетов и т.п. Нормально, попали. Народу, конечно, много, но в Ватикане стояли подольше. Уже потом выяснилось, что есть два места, откуда пройти значительно проще, чем через основной выход из метро. Это "Львиные ворота" и "галерея Каррузель". Но, в любом случае, никому не миновать "пирамиду" (а она неплоха, эта стекляшка! уж так её ругали, как когда-то Эйфелеву башню) и очередь за билетами. И хорошо, что есть очередь. Можно взять план музея и подумать, куда двигаться. Глазки враз разбежались, волосики сами завились, а мозги раскорячились. Ясное дело, весь Лувр за день и даже за три не обойдёшь, да и надо ли? Путь был избран нетрадиционный: через "Наполеоновский зал" - зал временных выставок. Нынче - выставка, посвящённая Праксителю. Не знаю, попаду ли я когда-нибудь в Грецию, но здесь и сейчас пройти мимо величайшего древнегреческого скульптора было бы просто обидно. Там и его собственные работы (подписные!), и копии, и подражания, и живописные произведения 19 в. на тему любовницы и модели Праксителя (чёрт, забыл, как её звали). "Афродита Книдская" и "Гермес с младенцем" во всех мыслимых вариантах. А самое вкусное - это бронзовый Фавн. Часть статуи была найдена несколько лет назад на дне моря, близ Сицилии, а другая часть - годом позже, у побережья Туниса. Вот так.

Мне раньше казалось, что в молодости я достаточно перевидал античной скульптуры и в наших музеях (в копиях) и на картинках - что на лекциях по искусству, что в альбомах. Но увидеть подлинники, и в Ватикане, и в Лувре, - только ради этого стоит туда ехать. Особенно поражают греки: так передать движение, так изобразить в камне ткань, облегающую тело, и тело, просвечивающее сквозь ткань, могли только они. Здесь же, в Лувре, и Ника Самофракийская! Убей меня бог, во всём мировом искусстве нет ничего более выразительного!

После Праксителя и Ники мы двинулись прямиком к Джоконде (ну, не так, чтобы по прямой, а влево-вправо, вверх-вниз, очень он запутанный, этот Лувр). Поплутали, протолкались, протиснулись... Неудачно Мона Лиза выставлена, на мой взгляд, потому и не впечатлила. Небольшая, как оказалось, картина на огромной грязно-жёлтой стене. И ближе 5-6 метров не подойти, огорожена. В этом случае репродукции явно выигрывают.

Так, а теперь-то куда податься? Решил я просто проигнорировать живопись (всё равно всего не увидишь) и пойти в залы Древнего Востока. А по пути... уй-юй-юй!.. зал этрусков. Я их всегда уважал: один из самых загадочных народов Европы, с самой непонятной письменностью, и неизвестного до сих пор происхождения. А ведь именно этрусские цари из рода Тарквиниев вплоть до конца 6 в. до н.э. правили Римом. В самом Риме их следы в глаза как-то не бросались (ну, видимо, не по тем местам мы ходили). А здеся... а тута... искусство этрусков в таком бешеном количестве и в таком разнообразии! Надгробия, мелкая пластика (керамика и бронза), золотые и серебряные украшения. И мы опять в восхищении: какие это были художники и какие ремесленники-ювелиры, с каким вкусом это сделано, как проработаны мельчайшие детали, что в металле, что в глине и камне. Просто бесподобно. Римлянам было у кого учиться.

А вот и Восток. Нет, не напрасно я сюда пошёл: ожило то, что когда-то видел только в учебниках, на мелких чёрно-белых фотографиях. Одни названия археологических памятников, культур и цивилизаций, имена великих царей - как ожившая музыка: Рас-Шамра, Телль-Брак, Телль-Халаф, Угарит, Аккад, Вавилон, Ассирия, Хаммурапи, Нарамсин, Саргон... Как я благодарен нашим учителям, преподавателям истории и археологии Древнего Востока, врезавшим в память эти названия и имена, - Ие Леонидовне Маяк и Валерию Сергеевичу Титову. Если бы не они, я бы никогда не увидел это воочию, прошёл бы мимо.

Тут же есть и нечто, чему нас, студентов начала 70-х, не учили, потому что эта штука была найдена в Иордании в 1985 г. Это древнейшее из всех произведений искусства, хранящихся в Лувре, - стела из Аин-аль-Газаль. Ростовая скульптура из обожжённого алебастра - белый, почти плоский человечек с нарисованными огромными грустными глазами, похожий на инопланетянина. Ему 9 тысяч лет.

Ещё одна потрясная фигура из тех, что я раньше не видел (жаль, не запомнил и не записал, откуда это и какого времени): бронзовый лев с приплюснутой, как у лягушки, головой и с вытаращенными жёлтыми глазами, как будто слегка ошарашенный и отпрянувший в испуге. И поза, и морда прелестны необычайно.

Надо отметить, что Лувр как музей не гнушается всяческих новшеств, в том числе и сомнительного свойства. О пирамиде, которая ничего во внутреннем дворе Лувра не портит (она даже стоящий рядом памятник Луи XIV не портит), а скорее облегчает музею жизнь, я уже говорил, а вот в одном из залов мы вдруг наткнулись на античную скульптуру, увешанную мигающими неоновыми трубками и ещё какой-то лабудой. Такая, с позволения сказать, инсталляция - вовсе не по душе. И, напротив, очень любопытная вещь обнаружилась в ассирийском зале - там, где стоят стела Саргона и знаменитые крылатые быки. Здесь установили зеркало - огромное, длинное полукольцо, как-то непостижимо выпукло-вогнутое. С одной его стороны видишь себя вверх ногами (ну, это просто прикол), а с другой - можешь разглядеть себя (в нормальной позе) и одновременно три четверти зала, со всеми его скульптурами, с одной точки, не сходя с места. Вот это неплохо. Понятно, что придумка совсем новая и ещё не доведённая, потому что рядом ходят авторы и прикидывают, как это дело можно усовершенствовать. Интересно. Я, было, сунулся внутрь этого полукольца, но тут же был изгнан...


Лучший отдых после любого музея - это прогулка на свежем воздухе (будете спорить?). Даже если холодновато и дождь идёт. Мы же в Париже. Вот за спиной - Лувр, вот перед носом - Сена, а на другом её берегу виднеется купол Пантеона. Шли-шли, шли-шли, но заплутались маленько, да и устали уже. Дошли только до церкви Сен Сюльпис, там посидели немного, потом вернулись чуть назад, к церкви Сен Жермен де Пре. Это самая древняя церковь Парижа, 11-12 вв. А там вовсю готовятся к празднику: завтра же пальмовое воскресенье (наше вербное). У входа навалена куча веток, но не пальмы и не вербы, а какого-то неведомого нам растения, типа мирта. Ухватили мы пару веточек, одной украсили церковь, а вторую взяли с собой в отель. Мелочь, а приятно.

Этот первый день в Париже захотелось окончить чем-то вкусненьким. Очень скоро нашлась уютная и завлекательно пахнущая лавочка, в которой орудовали две немолодые мадамочки, судя по всему - мама с дочкой. Я сразу повинился перед старшей (по-французски, конечно) в том, что говорю очень плохо, и попросил помощи и сочувствия. И тут же был вознаграждён! Бабуля радостно защебетала, отвалила нам по шматку лучшей колбасы и сыра и подвела к настоящему деликатесу. Мы и сами на него глаз положили: тазик, заполненный чем-то заливным, и вид, и аромат - слюни до полу. Из тазика вырезается ломоть требуемой величины и толщины (хе-э, ломоть толщиной сантиметра два мы три вечера учавкивали, и с неизменным удовольствием!). Это был "жамбон персийе" - варёная ветчина по-бургундски, в желе с петрушкой. Очень и очень вкусно! И хлеб в Париже вкуснющий. Ну вот почему так: вроде бы один и тот же багет, что в Испании, что в Италии, что во Франции. Всё то же самое, но здесь - лучше! Хотя и дороже. А парижские круассаны - это вообще сказка. Это... м-мм... оплодотворение пищевода. Каждая клеточка, от кончика языка до самых глубин желудка, кричит "ням-ням!", радостно облизывается и просит ещё.


Император, Башня и Сена.

Начало второго дня в Париже посвящалось Наполеону Бонапарту. Сам я не бонапартист, просто исполнил просьбу друга, ярого поклонника императора. И не пожалел. Эспланада Инвалидов, Дом Инвалидов и, наконец, Собор Инвалидов и Музей Армии. Это ж ещё в 17 и 18 столетиях было сделано для ветеранов. Сам Людовик XIV сказал: "Собор Инвалидов - это лучшее, что я создал за время своего правления".

[Вставка: для сравнения - а что мы-то имеем в России, хотя бы в память о ветеранах Отечественной войны 1812 г., кроме Бородинского "мемориала", где могила Багратиона давно уничтожена? Остатки солдатской богадельни и Офицерского корпуса на Измайловском острове в Москве, да панорама Рубо "Бородинская битва". Памятники Кутузову и Барклаю в Питере. Более ничего не припоминаю].

Император лежит в подземной крипте, точнёхонько под куполом Собора Инвалидов, в шести гробах: дубовом, медном, ещё дубовом, цинковом, кипарисовом и кварцитовом. Последний был привезён из Питера в 1848 году. Вокруг саркофага 12 женских статуй - символы одержанных побед. Но, знаете ли, Москву я бы лично исключил из этого списка... На первом этаже - гробницы маршалов Франции, от любимых Наполеоном Бертрана и Дюрока до маршала Фоша, принявшего капитуляцию Германии в Первой мировой. Здесь же оружие Наполеона - малюсенькая шпага (я сразу вспомнил новеллу Конан Дойля "Как бригадир спас императора" из сборника о бригадире Жераре) и пистолеты, сюртук с треуголкой и ордена. Орден Почётного Легиона он, оказывается, сам придумал и сам себя наградил. Копии шпаг и пистолетов продаются рядом, в лавочке: мы наблюдали, как одна тётя, упираясь и потея, тащила аж четыре пистолета. А они тяжёленькие, килограмма по полтора.

В Музей Армии мы, признаюсь, не пошли, но даже в проходе между собором и музеем выставлено столько интересного: оловянные, деревянные и ещё бог знает какие фигурки полков наполеоновской старой гвардии в парадном построении и фигурки средневековых воинов, в том числе - знаменитых рыцарей Франции. Одна из них подписана - Бертран Дюгесклен. Не знаю, как там насчёт портретного сходства, но опять вспомнился Конан Дойль - "Белый отряд".

Вышли мы из собора на площадь маршала Вобана и потопали к Эйфелевой башне. Она, вроде бы, рядом, но это была иллюзия. Шли долго. Зато прошагали мимо Военной Школы. Кажется, я её сразу узнал: это же здесь снимали "Три мушкетёра", любимый фильм моего детства, тот ещё - франко-итальянский. Сюда, на базу полка королевских мушкетёров, д'Артаньян явился к де Тревилю и здесь обрёл своих друзей.

А денёк-то выдался отменный, солнечный и тёплый. Чем ближе к Башне, тем больше парижан. Народ высыпал на улицу и оккупировал все газоны. Папаши-мамаши-бабушки с детишками, студенты с книжками, студенты с пивком, одинокие пьяницы и мечтатели, влюблённые парочки, взмыленные туристы - всем здесь находится место. А после Марсова поля - всё наоборот: чем ближе к Башне, тем парижан меньше. Под нею - уже немыслимая круговерть. Вездесущие японцы, похожие на дрессированных пионеров. Русская семейка: папаша с вытаращенными глазами, орущий жене и дочке "Бл..! Куда попёрлись!? Там же очередь ох..нная!". Восточные семейки: молчаливые мамаши во всём чёрном, с детками в чёрных колясках. Вот это жуть. Мамы не в парандже и не в хиджабе, это что-то иное: низкая плоская чёрная шапочка и чёрный платок, одни глаза - как прорезь прицела. Но глаза красивые.

Как ни хотелось подняться наверх, но не пошли, жалко было тратить время на очередь. Лучше Париж посмотреть. От Башни ходят по Сене речные трамвайчики: и обычные, и экскурсионные, и обжорные - с обедом. Надо же: моя давнишняя мечта прокатиться по питерским рекам и каналам ещё не сбылась, а вот в этой европейской столице - пожалуйста. Вверх по матушке, по Сене (а речушка-то быстрая, вроде Абакана, как будто с гор течёт), огибая остров Ситэ и остров Сен Луи, потом вниз, снова к Башне. Хорошо, чёрт побери, но мало! Давай-ка теперь на автобусе, на верхотуре, как в Риме. Тоже хорошо. Только глаза уже замыливаются. На Елисейских Полях вышли, на метро - и домой.

Парижское метро - это ребус-кроссворд какой-то! Похоже, строила его династия пауков, одержимых наследственной белой горячкой. И станций и линий - до фига и больше. Спускаясь в метро, ищешь нужную станцию и (самое главное!) нужное направление, чтобы попасть на правильную платформу и не уехать в неведомый космос. А на этой платформе останавливаются не только поезда парижского метро... здесь и поезда, курсирующие по Иль де Франс. Ошибёшься - уедешь в космос дальний. Плюс ко всему, полная неразбериха с билетами. Я так и не понял, как правильно их выбирать по дням и по зонам, но, кажется, за 4 дня переплатили мы изрядно. Станции и поезда - все разные. В допотопных поездах двери открываются вручную, на новых линиях поезда бегают на резиновых колёсах, на самых новых двери вагонов открываются автоматически, вместе с дверьми на платформу (как в Питере, но в Париже двери на платформу - не глухой мрачняк железный, а прозрачный пластик). На одной из станций, где в 93-м

году случился теракт, - мемориальная доска с именами 8 человек опознанных, из 53 погибших.

По дороге понадобилось решить ещё одну проблему. Мы сколько уже шастаем по Европе? Восьмой день. SD-карта в цифровике забита полностью, внутренняя память тоже, 600 с лишним фоток надо переписывать. В Риме таких цифровых точек было полно, на каждой улице, в Милане чуть меньше. Здесь как-то хреновато с этим делом, весь день искал. Только под вечер, неподалёку от нашего отеля, на авеню Клиши, нашлось работающее интернет-заведение. Вот и слава Богу. Со здешним хозяином мы общались по-английски (ещё бы интернетчику, пусть и французу, не знать английского!), обсудив все возможные темы: от софта для перекачки фото до погоды в Москве. Мужик чегой-то так проникся, что на прощание руку протянул. Ну и мне было приятно...