# О командировке с друзьями (продолжение об Алжире)

Татьяна Габлина

Ещё немного о красивом и интересном Алжире

ЕЩЁ НЕМНОГО ОБ АЛЖИРЕ (продолжение "В Алжире выпал снег")       В Алжир на работу мы отправились в хорошем составе - три семейные пары из одной системы, четверо из нас учились вместе в институте, и после окончания вуза все стали работать по специальности в системе одного министерства, но в разных организациях. Третий же специалист был намного старше нас всех - с ним я работала в одном КБ и имела постоянные служебные контакты. В общем - все свои, именно по такому принципу и подобрали команду.    До отъезда в арабскую страну у всех мужчин был опыт работы за рубежом, но в разном качестве. К тому же один из них отлично знал французский язык, что было немаловажно.    По условиям контракта мы привезли с собой и переводчика(женщину) - преподавателя французского языка из ленинградского университета.    Поселили нас всех в одном доме, но в разных подъездах, что было совсем неплохо.    Нам с мужем досталась четырёхкомнатная квартира (по жребию, так как никто её не хотел брать), а соответственно над нами и под нами в больших квартирах жили арабские многодетные семьи (естественно, очень шумные). Из экономии, переводчика (женщину) поселили в одну из комнат нашей квартиры, что было неплохо, так как мне хотелось основательно изучить французский , но, с другой стороны, из московской отдельной квартиры мы попали в алжирскую коммуналку с соседями. В течение двух лет это были две разные женщины, так как одиноким женщинам нельзя было работать здесь более одного года, и чьи это были правила, я не помню уже. Жизнь с обеими сложилась нормально, хоть и пришлось пользоваться одной общей плитой с баллонным газом и душем из водонагревателей с небольшим объёмом воды, которая для каждой персоны довольно долго нагревалась по очереди. Всё это пережили нормально.    Французский с переводчицей - преподавателем ЛГУ- я учила здесь несколько месяцев по известному учебнику Mauget и по французским карманным (lе livre de poche) книжкам, которые именно она мне велела читать ежедневно (до приезда я немного учила французский язык и в Москве, а работала с английским, занимаясь переводами технических текстов). Со временем мне это надоело, и я стала заниматься самостоятельно. Большую пользу приносило общение с продавцами - услышишь вопрос типа : " Madam, pourqoui vous - aves la mine aigre?", придёшь домой - и к словарю, чтобы перевести вопрос и понять, что ему не понравилось твоё кислое выражение лица....Дома мне всё это обучение очень пригодилось для работы в моём же патентном отделе.    Очень часто я здесь посещала книжные магазины. Какие здесь были потрясающие издания на французском языке - художественная литература, энциклопедические словари, детские издания - на прекрасной бумаге, со множеством иллюстраций!!!!!!!!. Очень многое из книг я покупала, в том числе и тяжеленные словари, которые привезла в Москву и пользовалась активно, даже Дюма на французском купила для чтения.    Ещё здесь был огромный выбор французских журналов. Я регулярно покупала женские журналы с кулинарными рецептами, журналы мод для шитья " La Nouvelle Mode" и замечательные журналы по вязанью "Mon Tricot".    Из-за изобилия дешёвых тканей пришлось заняться здесь шитьём кое-какой одежды, в том числе мужских брюк, шорт.    Но совершенно особенным здесь был ассортимент пряжи для вязанья и на рынках, и в магазинах - очень дешёвых. Кроме огромного выбора мохеровых ниток - и с коротким и с очень длинным ворсом, таким, что связанные пальто или куртки были похожи на меховые изделия, здесь были в продаже необыкновенные чистошерстяные - всех цветов и оттенков. На этикетках этих ниток былo написано "shetland", изделия получались очень пушистыми и мягкими. Вязать здесь научились даже те, кто к этому совсем и не стремился, скорее от нечего делать. Практически у всех вещи получались очень красивыми - я их навязала "воз и маленькую тележку" для всех родственников и себя лично столько, что сослуживцы в Москве с трудом воспринимали, зачем нужно столько красивых вещей.    Научились мы даже изготавливать (плести) шали, платки на специальных рамах, которые нам давали друзья из других контрактов.    Немного общались и с арабскими соседями, которые угощали нас собственной выпечкой, очень своеобразной, отношение к нам было весьма доброжелательным. Кстати, в магазинах сладкие изделия были великолепно оформлены, как во Франции, пирожные и торты были особенно хороши. Иногда бывали и нелепые ситуации. У соседских детей нельзя было ничего покупать: купила я по неосторожности у них петрушку - житья мне потом не было, мне её стали носить ежедневно и громко колотить в дверь, до тех пор, пока не надоест и мне и им - вынуждали покупать - и так до бесконечности, мы все не знали, как прекратить этот кошмар. Подобная ситуация получилась и со значками. Раздали всем соседским детям значки - и началось.....как только видят нас, каждый раз просьбы -дай!!!!! - donnes-moi ("broche"- так они называли значки!!!) и так ежедневно....не давая проходу...    Перед нашим домом был огромный двор, где периодически проводились свадьбы с характерными женскими полузавываниями из " а-а-а-а...." с прихлопываниями ладошками по губам, точно не знаю, что это означало, но звуки были очень неприятными.    Иногда здесь же во дворах, на огромных простынях сушили арабскую крупу кус-кус, весьма вкусную и полезную, типа нашей манки.    А ещё каждый день был слышен крик муэдзина..., иногда видели похороны... или свадьбы на улицах нашего посёлка с кавалькадами автомобилей и нарядными женщинами в таком количестве золотых украшений, что приходилось задумываться, не тяжело ли нести на себе столько металла.    Но самыми роскошными всё-таки были виденные нами виллы, утопающие в цветах, огороженные высокими плотными заборами, некоторые из которых завершали частоколы из битых бутылок в красивом разнообразии разбитости с острыми краями. Но заборы были сплошь увиты плетистыми, кустистыми посадками с гроздями ярких цветов, что было очень красиво.    Вилл было очень много и в нашем посёлке и в самом городе Алжире, по улицам которого было очень приятно гулять, особенно по самым центральным, где были роскошные витрины магазинов и цветочные развалы с какими-то особенно крупными разноцветными гвоздиками - иногда наши мужчины нам их дарили, вот была радость - получить такие особенные гвоздики, я их вспоминаю часто, так как таких крупных и разноцветных у нас никогда не вижу. Вспоминается, что на выставке в лондонском Челси довелось видеть душистый горошек такого крупного размера и разнообразия, которого тоже никогда и раньше и потом не встречала нигде. Удаётся же некоторым умельцам вырастить что-то особенное и неповторимое! Это касается и овощей и фруктов, ягод - бывает же гигантская клубника и многое др. Кстати, и репчатый лук в Алжире был огромным, часто его продавали сплетённым венками, как на Украине принято.    Весной здесь всегда было много цветущих в травах маков - целые поля, мимо которых мы регулярно проезжали по дороге к морю на отдых. В это же время обильно цвели ромашки, которые мы иногда нарывали для букетиков в дом, удивляясь размеру ползающих по земле огромных муравьёв, нагребающих свои муравьиные кучи.    К августу уже не было никаких цветов, а травы выжигались солнцем и превращались в жёлтую унылую стерню.    Иногда ходили на море пешком по упомянутой дороге, но уже через лесистый массив, расположенный рядом с полями. На деревьях видели каких-то очень красивых разноцветных птичек незнакомых видов. Лес перемежался участками с пальмами - дорога пешком была красивой и длинной - до часа времени отнимала, что при такой красоте было не очень утомительно.    Ещё очень интересно было видеть ежедневно у себя во дворе торговцев мануфактурой( огромными коврами, одеждой и пр.) и фруктами-овощами, специями на осликах - этих трудягах, широко использовавшихся в Алжире. Часто товары на верхние этажи передавались на верёвках, выбрасываемых с корзинками из окон. Очень популярными были специи, выбор которых здесь был огромен. Ванили и корицы в палочках я здесь купила столько, что хватило и себе и родственникам на долгие годы. В подъезде дома, где мы жили, всегда стоял устойчивый запах пареного чеснока в сочетании с чем-то ещё. На площадках каждого этажа находилось открытые ниши, без застеклений. Свет в подъезде зажигался по принципу - войди в подъезд и нажми кнопку, чтобы включить свет, который горит недолго. Приходилось включать опять и опять на последующих этажах, пока дойдёшь до своего более высокого этажа, - зато какое отношение к экономии!. Из-за отсутствия постоянного освещения в подъезде я не рисковала одна ходить в гости к подругам в соседних подъездах. Муж часто ходил к коллегам в соседние подъезды поиграть в карты, которые я не люблю, и поэтому оставалась дома,но иногда приходилось пойти туда, где он, одной, уже в темноте. И было страшновато ещё и из-за боязни встретить в подъезде или на улице в темноте странного арабского поклонника, который мог часами ежедневно стоять неподвижно под балконом в надежде увидеть моменты моего выхода на балкон для каких-то дел - позагорать или почитать на воздухе. Он мог позволять себе неотступно ходить за нами, когда мы ходили по посёлку группой или с мужем вдвоём, вбегать в тот магазин, где я покупала хлеб, становиться за прилавок, как бы помогая продавцу, и продать, положив мне прямо в руки хлеб. Удивительная настойчивость, которой приходилось страшиться. Многие из местных мужчин рядом с нашими домами могли подолгу спокойно стоять в разных местах и чего-то ждать, иногда казалось, что время для них остановилось, и им не нужно никуда спешить. Спокойно вели себя и на автобусных остановках в ожидании транспорта. В общем, везде и во всём - восточное суперспокойствие. Ещё одной интересной чертой алжирцев было умение в любой ситуации при невозможности что-либо сделать, продать и т.д. - не отказывать, а произносить "вечное" слово demain (завтра), так как это могло повторяться до бесконечности долго и держать человека в надежде. Работа по нашему контракту заключалась в проектировании объектов для нескольких городов, а в качестве архитектора алжирцами был нанят очень интересный человек, француз, живший в Алжире постоянно много лет со своей женой француженкой. Ему очень нравилось здесь жить, нам тоже нравилось, но страшно тянуло домой. Кстати, обеденный перерыв у всех служащих составлял три часа - как принято во всех жарких странах, что было для нас не самым лучшим вариантом. Это было утомительно. В первый же отпуск поехали домой зимой, очень соскучившись по снегу. Москва же после ослепительно яркого Алжира зимой показалась какой-то слишком бесцветной, чему сами удивились. Конечно, зимой всегда серовато и не очень красиво, и после яркой солнечной страны реакция была естественной, но время всё сгладило, и с огромным трудом уже отрывались от дома после проведённого отпуска, когда настало время возвращения к алжирскому месту работы. Второй год работы после посещения дома и месячного общения с родными и близкими в моральном плане был для нас более тяжёлым, чем первый... Всё было слишком привычным, мало новых впечатлений, на экскурсии стали ездить очень редко и из-за сильной жары и из боязни попасть в аварию, к тому же при нас началась арабизация местного населения с переходом с привычного французского на арабский язык, и усиление религиозного фанатизма. В рамадан курить приходилось вдали от арабских глаз, прятаться и на работе, и на отдыхе, и на пляже, и везде, чтобы не нарваться на неприятность и злобу от верующих арабов . Об алкогольных напитках пришлось забыть и думать даже для праздников из-за сумасшедших цен, очень редко покупали лишь неплохое красное алжирское вино, которое тоже было далеко не дешёвым, более доступным было пиво в сочетании с крупными, очень вкусными креветками. Основное время поглощало вязанье и чтение книг, часто ходили в кино на французские фильмы. Ещё были дни отдыха на море в огромном количестве (хотя жили мы далеко от моря), что было приятным явлением в пребывании здесь, вдали от дома. И, конечно, по возвращении домой, со временем, вспоминали Алжир как очень хороший период в жизни. И денег заработали (а платили нам хорошо) и пожили в такой красивой стране! Да, забыла упомянуть об очень важном: во время нашего пребывания в Алжире медицинское обслуживание было там бесплатным. Наши алжирские коллеги по контракту частенько делились новостями о покупке тех или иных, необходимых для своего лечения, лекарств, ставя акцент на том, что предприятие непременно оплатит эти расходы. Мы сами за два года воспользовались несколько раз нашей посольской поликлиникой для лечения зубов, бесплатной для нас. Впечатление от лечивших врачей осталось очень хорошее. Слава Богу, серьёзно никто не болел, даже не простужались. Я, вот, приехала сюда с недолеченным фронтитом (хроническим насморком), от которого избавилась благодаря частым морским купаниям с промыванием носоглотки (это мои личные выводы). Жизнь у всех прошла без больничных листов. А вот на пляже приходилось видеть других наших специалистов даже с гнойными фурункулами на теле - это тех, кто работал в северной Сахаре с нехваткой воды и качественного питания - газовщики, нефтяники, гидрологи, занимавшиеся поиском воды в Сахаре, приезжавшие в город Алжир по делам. Тогда в Алжире работали десятки тысяч наших специалистов из разных уголков СССР. На пляже делились с нами впечатлениями о своей непростой жизни здесь, завидуя нам, что мы работаем в самом городе Алжире (и Руиба - это почти Алжир). Конечно, лучше всех жили работники нашего посольства - там был наш магазин с низкими ценами, клуб с активной культурной жизнью и т.п. P.S. В качестве иллюстраций привожу чужие(по авторству) открытки и не очень хорошего качества наши фотографии того далёкого времени - из того, что имеется в наличии, но ознакомление (воспоминание) с которыми в таком компактном варианте - приятный сюрприз для самих участников этой поездки.