# Прыг-осень?

Галина В Рэмптон

Записки фенолога

ПРЫГ-ОСЕНЬ?

(SPRAUTOMN)


Лето у нас в этом году выдалось не как у людей.


С мая по август - проходить в сарафане? В Англии? Это всё равно, как разгуливать в ушанке и в валенках по Эфиопии. Но так вышло. И - ходили.


Весна по-английски называется spring. Звучит очень даже по-местному. Потому что такой же глагол обозначает прыгать (но расцветать и бить ключом - тоже). Если не вдаваться в филологические дебри, то английская весна по-русски будет - ну, вроде, "прыгень". Не самое плохое слово, так?


А вот английская осень стоит немножко особняком. Autumn - это нечто специальное для гостей с Континента, этакое римско-оккупационное, выполненное на заказ.


Вот они и встретились. Прыгень с отомном. Ведь как дело было?


Уже в мае настала редкостная, удушающая жара, от которой птахи падали с небес. А травы-муравы пожелтели, а овсы-пашеницы почернели, а цветики-приветики завяли, а грибочки-ягодки рассыпалися в прах.


Из иллюминатора ероплана некогда изумрудный остров смотрелся страшно: старый, облезлый коврик. Даже замызганный. Всё зелёное побурело. Всё салатовое - посизело. А местами завздымался дым над пепелищами. Зной, гарь, чад, пыль. Души и тела жаждали каналов, рек, фонтанов и водопадов. Их было, но мало. Да ещё и шланги редуцировали. В том смысле, что высочайшим рескриптом ограничили расход воды на полив садов в южных графствах. Такой-де засухи не наблюдалось-де с 1933-го года. Хорошо ещё, что в кране воду не выпили.


Овощи подорожали в супермаркетах - в огородах недород.


Особенно постаралась небесная рейхсканцелярия в июле. В саду было, как в пустыне Гоби, а в городе - как в автоклаве. Как же плохо замшелая английская готика сочетается с палящим солнцем! Смотрелось, будто инферно из былого блокбастера. Светило ошалело и ярило прямо тебе в макушку. И, главное, шляпу не очень-то наденешь: всё-таки не свадьба, не крестины и не похороны. А тюбетейки и кипы с фесками здесь народ не носит: некошерно для англиканцев.


Потом случилось событие планетарного масштаба. В августе тропосфера вылакала половину Атлантического океана. Со всеми вытекающими последствиями. Задули западные ветры. И понёсся весь этот чудовищный мегатоннаж влаги в сторону Британских островов, да и обрушился на нас всею силушкою немеряной. И так рушился много дней. Лило, лило - во все пределы. Чего только не залило.


Что интересно: трава вдруг начала расти, как на стероидах. И снова зазеленела. Смутировала? Или что-то сайберно-аварийное с фотосинтезом стряслось? Сорняки забеспредельничали. Вымахали, как триффиды-терминаторы: мясистые, несгибаемые и рослые. Листья на кустах и деревьях снова налились хлорофиллом. Кое-что зацвело по второму кругу. Гибискус, например. Китайский розан. Цветок страсти, как считают островитяне с южных морей. Но нам-то она на что?


И тут-то как раз пришла весна. Или лето? Или осень? Или зима? Выглядело это примерно, как "Икея" в Бантустане.


Прибитое дождями, морское побережье обезлюдело. Какой там пляж, какое ещё ласковое августовское море? Холодно, холодно, холодно.... Городской парк опустел. А вечерело уже в шесть, а темнело - в восемь И птицы не могли решить, что им делать: собираться ли лететь в тёплые края, или ждать у синего моря летней погоды?


На обочинах дорог зацвёл цикорий и выросли шампиньоны.


Вечерами над полями клубился голубой туман.


А ночами из туч выползал злой, жёлтый месяц и смотрел волком - не мигая, приноравливаясь...


* * *


Сентябрь 2006 г.