# На Белом Океанском Теплоходе

Михаил Владимирович Генин

Лирические впечатления от круиза Нью-Йорк - Багамы - Нью-Йорк. 2004г.

НА БЕЛОМ ОКЕАНСКОМ ТЕПЛОХОДЕ


Мне никогда не доводилось прежде

На белоснежном чудо - корабле

По океанским - неземным просторам

Плавать.

Признаюсь, были в прошлом речки, реки,

Водохранилища, озера, по которым

Мне доводилось на простой байдарке

Плавать.

Я был себе матросом, капитаном,

И ощущал, как здорово, как классно,

Просторы голубые покоряя,

Плавать.

И вот мне выпал выигрыш счастливый.

В круиз на белоснежном теплоходе,

На южные манящие Багамы

Плыть.

Да, здесь, увы, не мог я быть матросом,

Не мог себя представить капитаном,

Зато я мог обычным пассажиром,

Плыть.

Корабль наш был, что твой плавучий город,

Скорее, все ж, он был - плавучий остров.

На нем нам предстояло всю неделю

Плыть.


И он поплыл. По палубе гуляли,

Под музыку джаз - банда, ветра пенье,

Плескались мы в морской воде бассейна

И загорали, лежа на шезлонгах.

А кто-то время проводил в кино,

А кто-то в казино крутил рулетку,

А кто-то шел читать в библиотеку,

Кто резался в картишки в зале игр,

Кто вес сгонял на вело тренажере.

И, собирались пассажиров толпы

В бистро, буфетах или в ресторанах.

Там армия трудилась поваров.

Ведь накормить людей такую массу

Задача не из легких, если все

За то, чтоб вкусно и разнообразно.

Считаю, надо должное отдать

Непревзойденной корабельной кухне.

Она всегда была на высоте,

Кормили и поили нас на славу.


Но не единым люди живы хлебом,

Им хочется чего-то для души.

И вечерами шоу и концерты

В театре корабельном шли на "бис".

Да, да в театре, не оговорился.

Он был такой большой, такой нарядный,

Что, если б я не знал, то мог подумать,

Что в городском театре нахожусь.

Все было здесь, что быть должно в театре.

И декорации, и занавес, и только

Суфлерской будки не было на сцене

И с оркестровой ямой недобор.

Но был оркестр и труппа чародеев,

Танцующих, поющих, веселящих,

Жонглеров и воздушных акробатов,

Атлетов и волшебниц балерин.


Уставши после "трудового" дня,

Я приходил "домой", в свою каюту

И поражался всякий раз, какой,

В подобном ограниченном пространстве

Для пассажиров создали комфорт.

Здесь все до мелочи заботою дышало,

Включая зайцев, крокодилов, рыб.

Их, сделав из обычных полотенец,

Нам горничные клали на постель,

И каждый божий вечер на подушке

Лежала небольшая шоколадка.


Таких кают на этом теплоходе,

Я думаю, числом до тыщи было

Неудивительно, корабль был длиной

В три сотни метров, шириною в сорок.

И с высоты в тринадцать этажей

Снующие буксиры, катера

Казались детскими игрушками, не боле.

Как полагается в многоэтажном доме,

Здесь лифты поднимали пассажиров,

И лифты опускали пассажиров

И лифтов было дюжина, не меньше.


По вечерам в одном из помещений

Устраивали нам аукционы.

Картины выставлялись на продажу

Известных и не очень мастеров.

И мастером, причем непревзойденным

Был устроитель - аукционер.

Я видел, пассажиры приходили,

Не ради лишь шампанского бокала,

Не для того, чтобы купить картину,

А ради удовольствия послушать,

Как артистично тот ведет торги.


А на борту красавца - теплохода,

Нам не одни картины предлагались,

Здесь были магазины "Duty free",

А это означало, без налогов,

Велась торговля, видно потому,

С охотой, и с охотою немалой

Сюда заглядывали, и за все платили

Особой карточкой, которая служила

И ключиком волшебным от каюты,

И пропуском, в том случае, когда

Ты на борт круизера поднимался,

Вернувшись с побережья на причал.


А между тем закаты и рассветы

Себя сменяли дружной чередой.


Бежали дни, как за кормою мили.

И пенный след, взбивая за собой,

Корабль наш плыл из северных широт

В мир теплых вод и жарких островов,

Где цвет морской воды аквамаринный

На фоне пальм тропических, стоящих

Почти по пояс в чистоте песков.


Я не берусь описывать места,

Которые я видел в том круизе.

Своей задачей счел я показать

Достоинства гиганта - корабля,

Что был мне домом целую неделю.

Я должен низко голову склонить,

Пред теми, кто вложил свой капитал

В проект круиза, корабля проект.

Кто этот замысел осуществил на деле,

Создав условия для отдыха людей

От суеты вечнозеленых буден.

Я должен низко голову склонить,

Пред экипажем судна, перед теми,

Кто вел корабль, кто создавал уют,

Кто развлекал, кто делал незаметно,

Обыденную нудную работу,

Чтоб я, как пассажир и гость круиза,

Оставив за кормою груз забот,

Себя почувствовал едва ль не королем.


Мне никогда не доводилось прежде

На белоснежном чудо - корабле

По океанским - неземным просторам

Плавать.