# Антисемитское мурло

Владимир Иосифович Гольдшмидт

Антисемитское мурло


Владимир Гольдшмидт


"Порою жалеешь, что из предков сегодняшних либералов нацисты не наделали абажуров. Меньше бы было проблем" (сайт "Комсомольской правды", 13.05.13).

Хорошо известно из кожи людей какой национальности в немецких концлагерях делали абажуры - в этих лагерях, в основном были евреи и пленные советские солдаты. И делали они не только абажуры, но и другие аксессуары и ставили на свои столы, высушенные человеческие головы с красивыми наколками (тату). Простейший логический вывод сводится к тому, что под либералами в этой преступной, с любой точки зрения, фразе подразумеваются евреи.

Этот позорный нацистский пассаж, эту ксенофобскую гнусность изрыгнула в своей антисемитской злобе колумнистка-обозреватель газеты "Комсомольская правда" ("КП") У. Скойбеда, будто бы в полемическом запале. Больше постараюсь это имя не называть, ограничиваясь местоимением "она". Правда, может произойти "сбой".

Недавно я побывал на лекции по кишечным заболеваниям. Лектор, известный специалист-инфекционист в процессе лекции, заметил следующее:

- Результатом кишечных заболеваний, в большинстве случаев, является понос, по научному, диарея. Мне, как профессионалу, ближе второе название, поэтому в дальнейшем я буду пользоваться только словом "диарея" - . После этого заявления, в продолжение всей лекции, он употреблял исключительно слово "понос" и ни разу не произнес слово "диарея". Когда кто-то из слушателей это подметил, он ответил: - Какая разница как называть, все равно человек обоср**ся -.

Вернемся к главному. Никакие ее последующие извинения ни в Интернет-пространстве, ни в авторской программе А.Мамонтова (кстати, того же ультра-патриотического поля ягода) "Собственный корреспондент", не могут скрыть позорное клеймо, которое будет сопровождать ее до конца дней и не смогут смыть грязь и гнусность с этой журналистки за ее пассаж. Да и извинения то были формальные, вымученные, вынужденные, неискренние, больше похожие на продолжение той же антисемитской линии, кстати, фактически не очень дезавуированные главным редактором "КП".

А какие они могли быть, ее извинения, если сказанное, это ее сущность, ее внутренние убеждения и содержание.

Вообще, тут извинениями не обойдешься, это дело подсудное. По сути, журналистка, причем, женщина, призванная природой давать жизнь людям, призывает к ритуальным убийствам по этническому признаку, с последующим циничным использованием останков убиенных.

Это не женщина, это садистка, дьявол в женском обличье. Не было, как она пытается представить, никакого полемического запала, не было вербального спора, поскольку она спокойно писала эту мразь один на один с компьютером. Это не оговорка, не ошибка дворовой девчонки, это плод размышлений и выводов зрелой журналистки, по-видимому, поддерживаемой руководством газеты, коль это появилось в Интернет-печати. Такие публикации позорят газету "КП" и собственно, славный в свое время комсомол, из которого все мы выросли, членами которого были и защитники отечества в ВОВ. И абажуры делали из кожи замученных евреев, возможно и пленных красноармейцев, командиров, политруков. Тем самым, эта погань оскорбила и память советских воинов,среди которых, кстати, было немало евреев.

В их числе мог быть и я. После окончания курса обучения в аэроклубе (парашютно-планерный клуб) Осовиахима, наша группа, члены которой получили звания боец-планерист (50 посадок) и боец-парашютист (4 прыжка), была официально призвана в армию и направлена для продолжения учебы в 4-ую Отдельную Авиаэскадрилью, расположенную в Сыр-Дарьинских степях, которая готовила пилотов для бреющих полетов на легких бипланах типа У-2 (ПО-2).

Я попал в армию, в авиацию, в качестве курсанта и принимал присягу совсем юнцом, мне не было еще 16 лет. Я рвался на фронт, а тому, что я едва не стал военным летчиком (до окончания учебы осталось два месяца), "помешали" изменившиеся внешние обстоятельства, а именно, приближение победного окончания войны и все тот же мой юный возраст. В 1945 г. был издан правительственный Указ о демобилизации по возрастному составу военнослужащих, не достигших 18-летнего возраста. Но если бы не Указ, я мог бы оказаться на фронте, мог бы, при несчастном стечении обсьоятельств, как, к сожалению, многие, попасть в плен и тоже превратиться в абажур. Поэтому, весь этот скандал, я воспринимаю как личное оскорбление, а не как предок сегодняшних либералов.

Это оскорбление значительно больнее, нежели сказанное Л. Гозманом, слова которого, хоть и не во всем, но недалеки от истины (вспомним советские концлагеря, миллионы расстрелянных и замученных, превращенных в лагерную пыль, до, во время и после ВОВ), как это ни пытаются оспорить и оправдать, чуть-ли, не вылезая из своей красно-коричневой кожи, системные антисемиты, некоторые участники телепрограммы на РТР "Воскресный вечер с В.Соловьевым", типа: самозаводящегося бесноватого "писателя", горячего идейного друга террористов из Хамаса и, следовательно, активного врага Израиля; весьма недалекого узколобого "историка" - фальсификатора, утверждающего, что до "Хрустальной ночи" 1938 г. евреев в Германии никто не трогал; главного редактора скандальной газеты, чем больше утверждающего, что он не антисемит, тем более всех убеждающего в обратном и пр.. Из абажуров на фоне этой братии, так и "просвечивает" антисемитское мурло черной сотни.

В этой телепрограмме, где бурно обсуждалась проблема памяти о ВОВ, которая во многом свелась к навязшему в зубах "еврейскому вопросу", неудачно, на мой взгляд, прозвучала реплика ведущего: "Мы, евреи (в зале послышался смешок), создали в обществе атмосферу, когда любое антисемитское высказывание воспринимается государством серьезно и проводится расследование" и мол, также следует относиться к ксенофобским высказываниям по отношению к другим народам. Но вся беда то в том, что не мы евреи создали такую атмосферу, а нам ее навязывали другие народы в течение тысячелетий постоянными издевательствами, кострами инквизиции, погромами, гетто, чертой оседлости, гонениями, презрением. Вот в чем наше коренное отличие от других народов в этом болезненном вопросе.

В программе "Собственный корреспондент", на которую не постеснялась прийти эта с позволения сказать журналистка, известный телеведущий, писатель А. Максимов на вопрос ведущего принимает ли он ее извинения сказал, что после той мрази, которую она поместила в эфире, он о ней вообще не хочет говорить, она для него не существует.

Она скандальными заявлениями, расистского толка, уже не впервые (Дина Рубина и "Тотальный диктант", негры в российском футболе), а не только этим дьявольским пассажем, пытается заработать себе имя, поскольку больше нечем.

Да будет проклято ее имя за расистские людоедские взгляды, как и имена всех антисемитов, во веки веков.

И вы не смоете всей вашей гнусной ложью Евреев пролитую кровь (подражая М.Ю. Лермонтову)