# Игра в пинг-понг

Ада Горфинкель

Игра в Пинг-Понг.


Он появился в нашем клубе ранней весной. И сразу же уверенной походкой двинулся в мою сторону.


"Сыграем?" - вежливо спросил он.

"Отчего же нет?" - немного растеряно отозвалась я.

Я только что пришла а мой партнёр запаздывал.

Вооружённые ракетками, мы отправились искать свободный стол. Нам повезло. В самом конце огромного зала пустовал никем ещё не занятый теннисный стол.


Первый же брошенный им мяч дал мне понять, что я играю с мастером.

Пинг!... - белой искрой взлетел пущенный им мячик.

Понг!... - уверенно ответила я.

Пинг!... - настойчиво летел в мою сторону блестящий на солнце вопросительный знак.

Понг!... - упрямо отбивалась я крепко зажатой в ладони ракеткой.


Упругий пластмассовый мячик белой бабочкой без устали носился в воздухе, лишь на секунду касаясь зелёного поля. Я старательно ловила его и тут же возвращала по принадлежности.


Первый сет быстро закончился. Но это была лишь вежливая разминка. Мы приглядывались друг к другу: стоит ли игра свеч?


"Продолжим?" - всего одно слово бросил он мне.

"С удовольствием!" - не задумываясь ответила я.


Стиль игры резко изменился. Теперь цокающий шарик не порхал в воздухе. Описываемая им траектория чертила в воздухе тонкий каркас двугорбого мостика, связывающего двух игроков. Мы не могли ни на секунду отлепиться друг от друга.


То что он, мастер мяча и ракетки, тратил время на меня, начинающую и неопытную, казалось мне странным.


Раунды следовали один за другим. Мы метались по полю в попытке непременно отбить удар противника.

Не знаю, как у него, но моё сердце отчаянно билось, однако я не желала сдаваться.


Он заметил, что я устала. Предложил передохнуть.

Мы взяли тайм-аут.


Высокий, крепко сбитый, с неулыбчивым загорелым лицом, он располагал к себе.

Пронзительно синие глаза и тёмный ёжик коротко остриженных волос. Убийственная комбинация.


Так же неустанно, как только что перекидывались мячами, мы стали забрасывать друг друга вопросами.

Ничего особенного: Откуда приехали. Как давно играем в пинг-понг. Где учились. И всё такое...


Ничего особенного...


Но почему мне трудно смотреть ему в глаза?


Белая майка с длинными овальными вырезами под мышками и треугольниками на спине открывала дочерна загорелое мускулистое тело.

Как в чёрно-белом кино. - Подумалось мне.

Он дышал ровно, как-будто и не отыграл только-что пару сетов по три игры каждый.

Солнце ещё не зашло. Мне было жарко.


В этот день мы играли до полного изнеможения. Договорились встретиться на следующий день.

Так прошло около месяца.


Мы не замечали ничего вокруг.

Существовал только зелёный стол с туго натянутой белой сеткой, разгораживающей наши два мирка.

И ещё - вертлявый, заряженный дикой энергией своенравный мячик, который следовало во что бы то ни стало приручить, заставить лететь в чётко намеченную цель, увернуться от жадно ловящей его ракетки противника.

Вот что было главное в эти дни.


Его жена не показывалась в клубе.

Только один раз я увидела её. Она приехала с двумя девочками-близняшками. Крошечные трёх-летки с ослепительно синими глазами. Как у папы.

На жене было белое холщовое платье с нашитым карманом-кенгуру на груди. Коричневый кленовый лист на этом кармане был единственным украшением.

В то лето все были одеты в белое.


Они сказали друг другу несколько слов. Он познакомил нас.

Она мимолётно, но внимательно взглянула на меня.

Потом она села в ярко-красный "Ягуар" с близняшками и умчалась.


Интересно, он её рассказывал про меня? Я успела задурить голову мужу рассказами о нём: какой у него сильный удар. Как здорово он посылает кручёный мяч. Как он учит меня новым трюкам.


Муж вначале слушал с интересом. Он был доволен, что у меня появился постоянный партнёр. Сам он когда-то очень неплохо играл в настольный теннис, но теперь работа отнимала у него всё время. Поэтому на теннис я ходила одна.


Но потом он стал раздражаться.

"Смотри, не влюбись в него!" - то-ли грозил, то-ли просил он меня.

"Ты что! У меня и в уме этого нет!" - честно отвечала ему я.

"Ты мне уже все уши им прожужжала! Он сказал так, он сказал этак!" - передразнил муж меня.

И я прекратила разговор.


Назавтра я снова была у теннисного стола.

Моё мастерство понемногу улучшалось.

Понемногу.

Совсем чуть-чуть.


Мне всё ещё было далеко до моего блестящего партнёра.


Весна неожиданно перешла в лето. Так девочка-подросток за одну ночь превращается в юную девушку и разве кто-нибудь замечает, когда и как это произошло?


Теперь каждый вечер после работы (мой отпуск давно кончился) я спешила на теннистный корт.

Я уже не могла себя представить без этого удивительного чувства власти над крохотным бесёнком, так и норовившем ускользнуть из-под моей руки и отправиться совсем не туда, куда я его посылала.


И ни с кем мне не было так захватывающе интересно перекидываться-перестукиваться мячиком, как с моим новым знакомым. Мне казалось,что я знаю его вечность.

Его немного старомодные манеры. Кто сейчас так разговаривает? Откуда это у него?

Правда, эта старомодность тут же исчезала, стоило ему взять в руки ракетку.

Тогда он превращался в вихрь. Неугомонный, стремительный, всегда оказывающийся в нужном месте в нужное время. Отражающий любой, самый изощрённый мой удар. При этом он подшучивал над моей неловкостью. Иногда он говорил колкости, заставляющие меня двигаться ещё быстрее.

И ни в коем случае не пропустить посланный им мяч.

Отразить удар. Да так, чтобы он пролетел мимо его опытной руки.


Иногда мне это удавалось. Но чаще мне приходилось бегать за увёртливым белым шариком, избегавшим встречи с моей неловкой ракеткой и имеющим обыкновение прятаться от меня в самых труднодоступных местах.


Я, почему-то, совсем на него не обижалась. Не то, что на мужа, когда мы играли в шеш-беш. Зары летели через балкон от ударов руки, когда я злилась на обидные шуточки моего благоверного.

Но это было давно. Мы уже не играем с ним в шеш-беш. Нарды. Так их называют на востоке, откуда мы приехали.


Мне казалось, что я ещё никогда не имела в жизни столько удовольствия.

И всё - от простой игры в пинг-понг.


А потом появилась она.


Загорелая до черноты. В ослепительно белых кроссовках на длинных мускулистых ногах. Тесные, обтягивающие коротенькие шорты и белая маечка, открывающая шоколадную полоску живота с крохотным серебряным колечком зацепившимся за пупок.


Лиловая широкая резинка плотно обтягивает курчавые смоляные волосы.

Удлинённая шея плавно переходит в узкие плечи.

Её грация напоминала мне чёрную пантеру Багиру из советского мультика "Маугли".


В неё нельзя было не влюбиться. Так же, как и в её сказочный прототип.


Я против воли любовалась ею.

Игрок она была отменный. Её ничему не надо было учить.

Она сама могла научить хоть кого!


Конечно.


Конечно, он сразу заинтересовался прекрасной Багирой.

Не в пример мне она не выказывала ему никаких признаков интереса. Или внимания.

Лениво, словно нехотя, она согласилась на его предложение сыграть.


А Вы посмотрите. - сказал он мне.

Мы так никогда и не перешли с ним на Ты.


Посмотрите, поучитесь. - бросал он мне на лету. - Передохните немного...


Мне была приятна его забота.

Но червяк, забравшийся в спелое яблоко, грозил разрастись в дракона.

Я слишком хорошо знала себя. Зеленоглазый зверь часто лишал меня покоя. И не только его.

Свою первую и единственную любовь я потеряла только благодаря его хищным, вгрызающимися в самое сердце, зубам.


Наблюдать за их игрой доставило бы истинное удовольствие и знатоку и любителю пинг-понга.


У меня же всё внутри переворачивалось от зависти и обиды .


Свои чувства я изливала дома мужу.

Он от них свирепел ещё больше.


"Бессовестная!" - самый слабый из эпитетов, которыми он награждал меня.

"Постыдилась бы!"


Что мне стыдиться? Я же не влюблена в него! Понимаешь? Не-влю-бле-на!

Кричала я вне себя от горести и отчаяния.

"Он мне совсем и не нравится, как мужчина!" - добавляла я для пущей убедительности.

"Но почему он больше не играет со мной?!"

"Играй с другими! Ты же играла до него тоже!"

"Это совсем не то... Ты не понимаешь. Он - ас. Мне больше не интересно ни с кем. Понимаешь?"

А он, как-будто, и не замечает меня. Только с ней! С этой пантерой чёртовой!"


Дома царил сущий ад.

Муж целыми днями дулся на меня. Разговаривал сквозь зубы.

Но мне было наплевать.

Я должна была придумать способ, чтобы оторвать бывшего друга от разлучницы.


Что я могла сделать?

Что я должна была делать?

Этот вопрос сводил меня с ума.

Играть лучше? Или изменить причёску? А может тоже проколоть себе пупок и всунуть туда какую-нибудь бирюльку?


Каждый вечер после работы я останавливалась на одном и том же светофоре, где я должна сделать левый поворот. Между невысокими домами открывается кусок неба с зависшим над рулём огромным расплавленным красно-оранжевым Глазом. Я не могу смотреть на него. Он кажется мне Глазом Божества, которое сердится на нас за грехи наши и готово всех нас испепелить... Хорошо, что стоять приходится недолго. Я поворачиваю на зелёный свет, но мучительно-яркий Глаз не отстаёт от меня. Я мчусь, стараясь поскорее удрать от Него. Но Он с такой же скоростью догоняет меня, мелькает сквозь листву деревьев, выскакивает из-за домов, заглядывает мне через плечо...

Нет, не скрыться, не убежать...

Помогите!

Что делать?..


Что делать?

Мелькать. Не давать им покоя. Напоминать о себе. Должна же наконец пробудиться у него совесть! Я была первая. Он никого до меня здесь не знал.

В конце-концов, что? У него что-то отвалится играть и со мной тоже?!


Я решительным шагом подхожу к их столу. Игра в самом разгаре.

Он подаёт кручёные, штпором вонзающиеся в раскалённый воздух белые мячи.

Пинг!..

Понг!..

Пинг!..

Понг!.. - Колошматится моё сердце.

Перед моими глазами мелькают руки, ноги, мячик...

У меня начинает кружиться голова. Я не могу больше выдержать этого!

Он мой! Это моя игра!!


Я успеваю только заметить яростный взгляд синих глаз моего божества. В следующую секунду мяч с неистовой силой летит от его ракетки и злой осой впивается в мою щёку.

Жгучая боль сняла камень с сердца.


Стоп-кадр.

Торжествующий взгляд Багиры. Его спина в крестообразной белой майке. Красная нить, перечёркивающая мою щёку.


КОНЕЦ.


1