# В одном концлагере с отцом

Александр Городинский

Году, где-то там, в 1987 я оказался в составе делегации в гостях у немецкого писателя. Хозяин был седой, солидного возраста, но еще бодрый мужчина, с очень мудрым и спокойным лицом. Дом оказался огромным со стеклянными дверями и, как-то, по-русски уютным... На этот ужин собралась вся семья: глава семейства, работающий журналистом в молодежной газете, мама, которая следит за домом и пишет короткие рассказы на педагогические темы в эту же газету, трое детей, которые живут самостоятельно, имея работу и собственное жилье. Очень добрые и внимательные люди. После прекрасного ужина начались разговоры. Оказалось Вольфган, так звали отца, говорит по-русски. Не отлично, но все понимает, даже жаргон и народные выражения. Долго нас не мучая, он рассказал, что воевал против советской армии и попал в плен. В плену был на Беломорском канале до 50 года. Потом вернулся на родину. Вначале в ГДР, потом удалось в ФРГ. Женился. Дети. Написал несколько книг о войне. Мы стали сверять даты и места его пребывания в советском концлагере. Оказалось, что он и мой отец были в одном и том же лагере в тоже самое время. Теплая семейная обстановка встречи располагала к мягкому юмору и я сказал, что моего отца в 45 году освободили из фашистских застенок и посадили в советский концлагерь потому, что он не погиб в бою и не умер в плену. Мол, фашисты оказались вначале не столь меткие, а потом, не столь жестокие. Вольфган, в свою пошутил, мол, он жив до сих пор потому, что русские солдаты были не столь меткие, а в плену, уж точно, русские оказались слишком добрые. Зимы в России для Вольфгана представились очень суровыми. Таких он никогда не видел. Жили в концентрационном лагере отдельно с русскими заключенными, но работали вместе. Все трудности были поровну, хотя, советским было труднее. Немцы-то, знали, за что отбывают наказание, а многие русские и простые, и высокообразованные были наказаны по необоснованным причинам. Ненависти друг к другу не было. Если бы ненавидел, то никогда не выучил бы русский язык. Напротив, именно там, в концлагере он понял, что такое настоящая дружба. Что такое 'возлюби своего ближнего'.., и не так, 'как самого себя', а просто потому, что он человек. Были случаи, когда Вольфган серьезно болел или получал травмы. Ведь работа была очень и очень трудная. В этих случаях он выживал только благодаря доброте простых русских людей. Как бы удивительно это не показалось, с ним делились последним куском хлеба, хотя знали, что он был фашистом. Все наши расспросы сводились к следующему: что он вынес с собою из этого печального опыта в советском концлагере и запрещают ли ему высказывать свое мнение. Мы, опьяненные 'перестройкой' и свободой слова все время ждали от него осуждения и ругани в адрес системы, идеологии... Но мудрый писатель повторял, что нигде не встречал таких добрых и, искренних в своих чувствах, людей, как в северной и морозной России. Вольфган пронес через всю жизнь и никогда не откажется от убеждения, что люди всех стран и всех наций схожи по основным человеческим нравственным принципам, и различаются между собою только по личному отношению к Богу. Ведь Бог - это любовь. Да, многие не согласны с его философией, но писать об этом не запрещают, сказал Вольфган. Другое дело, с коммерческой точки зрения было бы выгоднее рассказывать обратное. Но зарабатывать деньги на лжи он не будет.