# Коррида в Севилье

Абрам Исакович Гурфинкель

КОРРИДА В СЕВИЛЬЕ


В городе праздник цветов и ярмарка. Весна, воскресенье, много солнца, много света, много нарядной публики на набережной. Коляски, запряженные лошадьми и мулами, украшены лентами, шарами, сбруя сияет медью. Экскурсионные автобусы с открытой верхней палубой, напоминающие старые одесские трамваи, плывут в потоке автомобилей. Параллельным курсом по-настоящему плывут прогулочные катера по Гвадалквиру. Столики уличных кафе заполнены посетителями.

Еще в 1929 году королева подарила городу свой дворец, на территории дворцового парка была проведена всемирная выставка, и от стран-участниц остались павильоны. Они не поражают размерами, но очень разнообразны по архитектуре и, несомненно, украшают город. Еще в городе есть табачная фабрика, где работала Кармен (теперь там университетский корпус), дворец мавританских правителей Алькасар, Еврейский квартал и арена для корриды. Афиши свидетельствовали о том, что как раз в этот день в поединках будут участвовать лучшие торреадоры Испании - высшая лига.

Планируя поездку в Испанию, мы предполагали попасть на это экзотическое, чисто испанское зрелище. Видимо запало в память его живое и романтическое описание у, очень читаемого в шестидесятые годы, Хэмингуея. Но посещение корриды в планы тура не входило. Нашу инициативу руководитель группы попытался остудить: во-первых, билеты дороги и их уже не достать; во-вторых, вам не понять происходящего на арене; в-третьих, группа направляется на ярмарку, а потом - ток-шоу на катере по вечернему Гвадалквивиру с фламенко и вином. Одновременно подтверждая и опровергая первый тезис, к нашему автобусу подошел плутоватый, цыганского вида перекупщик и предложил билеты на корриду, правда - по не приемлемой для нас цене. Тем не менее, это внушало надежду, и решение было принято: идем с женой на корриду с прицелом на "лишний билетик", жертвуя ярмаркой (легко) и фламенко (с сожалением).

Вскоре на каком-то углу мы натолкнулись на небольшую дощатую будочку, где искомые билеты продавались весьма буднично, как мороженое: на куске картона значились ассортимент и стоимость. Несмотря на то, что комиссионные составили 20%, цены были вполне доступны. Пусть на трибуну "Соль" (солнечная), пусть без подушек для сидения, но возможности насладиться корридой, в исполнении лучших мастеров тавромахии, видимо, не лишен и человек со скромным достатком.

К арене мы подоспели к окончанию утреннего представления. Из всех ворот валили толпы нарядной публики. Мужчины в темных костюмах, белых рубашках и галстуках, женщины в подавляющем большинстве - в ярких платьях национального покроя. У многих под мышкой плоские, с вышивкой подушечки для сидения. Толпа вылилась на набережную. Движение транспорта на какое-то время было прекращено. Все ближайшие закусочные, ресторанчики и кафе заполнились возбужденными, взалкавшими жителями и гостями Севильи.

Мы обошли арену по внешнему, городскому кольцу, а потом вошли через массивные деревянные ворота, и прогулялись по внутреннему периметру в широком пространстве между стенами ограды и трибун. Это гигантское фойе начало заполняться публикой, прибывшей на вечернее представление. Во всю работала индустрия большого шоу. Продавались программки и афиши с портретами участников корриды, прохладительные напитки, мороженое, бумажные шапочки с козырьками от солнца и т.п. Какие-то помятые личности предлагали билеты, открытки, бандерильи и другие предметы, имеющие отношение к бою быков. Народ прибывал, настроение толпы приподнятое, но ни одного пьяного мы не заметили. Становилось тесно, люди в униформе энергично направляли зрителей в, соответствующие билетам, сектора и ярусы амфитеатра.

Круглая арена довольно больших размеров окружена многоярусными трибунами тысяч на 50-60 зрительских мест. Удобств по минимуму: голый бетон, ноги почти упираются в зрителя, сидящего впереди, а который сзади, достает твою спину коленями. Впрочем, есть места и более комфортные, а также и ложи, но их не так уж много. Хорошо, что мы пришли заблаговременно, иначе не отыскать бы свои места вовсе. Арена покрыта слоем увлажненного песка и окружена парапетом из толстых досок высотой метра в полтора. В нем предусмотрено несколько входов: для быков, пикадоров и упряжек мулов. И еще некоторое количество щелей, куда укрываются матадоры, спасаясь от быков во время сражения.

Из центральной ложи, где находятся оркестр, руководитель действа (президент, алькальд?), раздаются звуки горна, гул голосов прекращается, начинается парад-алле. Под звуки оркестра совершают круг по арене торреро в ярких, расшитых костюмах, черных треуголках и традиционных косичках, свита, могучие пикадоры на лошадях-мастадонтах, покрытых толстым, стеганым панцирем. Популярных торреадоров публика сопровождает волной аплодисментов, по мере приближения к сектору. Все зрелище напоминает одновременно и театр, и цирк, и футбольный матч.

Многие мальчишки в Испании бредят корридой и мечтают стать тореадорами, что означает славу, богатство и почет. Существуют специальные школы, где обучаются искусству корриды смелые мальчики, а в последние годы и девочки, наверное: иначе, откуда бы взяться женщинам-матадорам? Забегая вперед, расскажу, что нам выпала возможность увидеть, как парнишка лет шестнадцати выскочил на арену, схватил один из приготовленных для корриды красных плащей и бросился к быку. На мой непросвещенный взгляд он проделывал эти манипуляции ничуть не хуже профессионалов. На арене в это время сложилась нестандартная ситуация, высокое жюри обсуждало пригодность данного быка для боя, а все тореадоры находились вне арены, ожидая окончательного решения. Забавно было наблюдать кучку полицейских, которые обращались к парню с требованием покинуть арену, но сами к нему выйти не решались. Все закончилось благополучно: часть тореро кинулась отвлекать быка, а другая вынесла нарушителя на руках. На арене осталась лишь его кроссовка. Не знаю, чем эта выходка грозит мальчишке, но первых аплодисментов публики он удостоился.

Традиционный ритуал на корриде выдерживается очень четко. На схватку с быком отводится 20 минут. По сигналу горнистов открываются створки ворот, и по туннелю из под трибун, на арену стремительно выскакивает бык. Это животное, специально выведенной породы, весит 500-700 кг, обладает страшного вида большими рогами. Масть черная или темно-красная без пятен, на загривке розетка или ленточка - символика фермы. Начинается прелюдия, цель которой - утомить зверя. Тореадоры выскакивают поочередно из своих щелей, размахивая плащами, бык реагирует на их движения и мчится то на одного, то на другого. Люди укрываются в щель, а бык яростно атакует парапет, иногда даже щепки летят. Несмотря на большой вес, животные весьма подвижны, стремительны и яростны. Мы могли наблюдать, когда бык настигал тореро и тот вынужден был нырять через забор вниз головой, как в воду.

Опять раздается сигнал и на арене появляется пикадор с длинным копьем, верхом. При этом лошадь не только упрятана в толстенную попону, но и глаза ее плотно закрыты шорами. Несколько тореадоров, размахивая плащами, приближают быка к пикадору. Его обязанность - воткнуть наконечник копья быку между лопаток. Бык же "упирается рогом" в буквальном смысле и коня спасает броня, а ногу пикадора - массивный металлический башмак. Мы имели возможность видеть, как бык поднимает лошадь вместе с всадником, а однажды и опрокинул их. Пикадора и лошадь в этом случае поднимала на ноги целая группа ассистентов. Пока быка отвлекали плащи тореадоров, был выпущен другой всадник, который успешно выполнил свою задачу. Является ли целью этого действия ослабление животного (кровь-то из раны сочится) или еще больше разозлить его, для меня осталось непонятным, но эта часть зрелища выглядит наименее красивой.

Новый сигнал трубы и на арене появляется бандерильеро. Стоя в изящной позе, он держит в поднятых руках бандерильи - пестрые полуметровые палки-гарпуны. Резкими стартовыми шагами человек провоцирует быка, вызывая атаку на себя. В последний момент, неуловимым движением тела, он не только избегает смертоносных рогов, но и успевает изящным и быстрым движением воткнуть свои стрелы в бычий загривок. Пока бык разворачивается для новой атаки, тореро должен успеть укрыться в щели, другие участники боя пытаются отвлечь зверя взмахами своих плащей. Этот танец повторяется трижды (обычно тремя разными исполнителями), но в одной из схваток это виртуозно проделал один и тот же бандерильеро. Это очень опасная часть схватки: бык еще очень силен, болтающиеся при каждом шаге гарпуны ярят его все больше, а расстояние до хрупкого корпуса тореро - короче вытянутой руки. Все происходит стремительно и сопровождается бурной реакцией трибун: от аплодисментов и общего вздоха до обидных выкриков и свиста в случае неудачи. При хорошей работе загривок быка украшает букет из шести разноцветных бандерилий.

Звучат фанфары, на арену выходит матадор. Он снимает треуголку, раскланивается с публикой и остается один на один с быком. Это кульминация. В руках у матадора красный короткий плащ - мулета и длинная шпага. Начинается своеобразный танец, изящно двигаясь и манипулируя мулетой, человек заставляет могучее животное участвовать в спектакле, диктуя свой сценарий. Бык вновь и вновь нападает на матадора, а тот красивым поворотом тела уходит от столкновения. Иногда бык даже касается окровавленным боком корпуса матадора, оставляя красную отметину на его костюме. Знатоки дружным стоном и единым вздохом восхищения сопровождают отдельные технические приемы. Иногда хором скандируют: "Оле! Оле!". В свою очередь внимание публики усиливает кураж артиста. Его приемы становятся все рискованней: то он пропускает быка за спиной у себя, то становится на колено или даже на оба, то кладет руку на лоб зверя. Такие действия сопровождаются коротким музыкальным приветствием оркестра и овацией зрителей. Матадор же поворачивается к быку спиной и, демонстрируя полное свое превосходство, выпрямившись медленными балетными шагами, отправляется к барьеру, где меняет легкую шпагу на боевую.

Наступает момент истины. Задача матадора заставить быка остановиться и опустить голову, а еще лучше - заставить его опуститься на колени. Сам матадор в это время становится в третью позицию, рука со шпагой вытянута на уровне плеча, тщательно прицелившись, он в стремительном прыжке глубоко вонзает шпагу точно между лопатками. Это напоминает флеш-атаку в фехтовании. Бык падает замертво мгновенно. Музыка играет бравурный марш, публика неистовствует, в руках у зрителей появляются белые платки, все вскакивают с мест и требуют отметить действия матадора. Если руководитель разделяет мнение публики, то один из команды отрезает бычье ухо и преподносит его герою. Восторг публики достигает апогея. Матадор в сопровождении своей камарильи совершает круг почета. С трибун ему бросают цветы, веера, кожаные фляги с вином. Если он возвращает предмет на трибуну даме или прикладывается к фляге, то это расценивается как жест исключительного расположения. А в это время на арену выскакивает упряжка нарядных мулов, шустрые ребята в униформе пристегивают тушу павшего быка и быстренько, с гиканьем скрываются в лабиринте под трибунами.

Однако далеко не всегда события на арене происходят в полном соответствии со сценарием. Необходимо напомнить, что бык, в сущности, мощный зверь со своим норовом и своей оценкой происходящего. Почти в каждом, из шести увиденных нами боев, были такие отклонения, иногда - весьма драматические, а иногда просто курьезные. Быки особой бойцовской породы, как правило, очень агрессивные и быстрые животные. Но вот один из них оказался пацифистом. Попав на арену, он просто улегся на песочке, игнорируя всякие плащи и другие уловки тореадоров. Естественно, бык этот был от боя отстранен, принеся убыток и позор своей ферме. Но и убрать его с арены тоже оказалось делом не простым. С этой целью была выпущена группа "цивильных" коров и быков, пестрой масти с колокольчиками на шее. Усилиями униформистов, под свист публики, арена была, в конце концов, очищена.

В другом бою бык поддел матадора рогом, бросил на арену и еще успел ударить лежачего. Тореро из команды отвлекли быка, а другие вынесли раненого. Бой закончил другой матадор. О пострадавшем наутро наш гид прочитал в газете, сообщалось о весьма серьезном ранении. Был еще случай, когда в одной из схваток бык исхитрился подбросить матадора метра на два вверх, тот, однако быстро оправился. В разорванном мундире, заклеенный пластырем, он довел схватку до победного конца. Естественно, публика ему много аплодировала, требовала награды, а когда ее не последовало, то возмущенные зрители забросали арену сотнями подушек. Возмущение было продолжительным и бурным, но окончилось ничем.

Малопривлекательным зрелищем оказалось завершение одного из поединков, когда матадору не удалось первым ударом шпаги поразить быка. В следующей попытке матадору предстояло, пользуясь другой шпагой с ограничителем на клинке, ударить быка в уязвимое место: у основания черепа, перед первым позвонком - атлантом. Это возможно только если бык опустит голову или станет на колени. Но матадор был бессилен реализовать и эту попытку. Тореро долго гоняли уставшего и окровавленного быка по кругу, а когда он рухнул, один из команды коротким ударом кинжала в нужную точку прекратил его муки. На долю же матодора-неудачника выпало быть освистанным толпой.

После окончания всех поединков, состоялся заключительный парад с участием всех команд под музыку, аплодисменты и выкрики благодарной публики. В этой яркой, бурлящей толпе мы не чувствовали себя чужаками, отстранено наблюдающими за экзотическими играми туземцев. Отнюдь! Да, мы действительно не знали имен тореадоров, названия всех этих вольтов и вероник, не могли оценить тонкостей происходящего на арене. И, тем не менее, смогли испытать восторг и разделить реакцию торсиды (болельщиков). Зрелище не показалось нам излишне жестоким непосредственно во время просмотра на арене, а вспоминается как большой, необычный и яркий праздник. Среди множества впечатлений, оставшихся от посещения Испании, коррида в Севилье - одно из самых запоминающихся.