# Нет повести печальнее

Валентина Дмитриевна Гутчина

Один год из жизни Достоевского

Валентина Гутчина


Один год великой жизни


"Нет повести печальнее на свете..." - рассказ об одном годе жизни Достоевского в Швейцарии невольно хочется начать именно с этих слов...


Он приехал в Женеву в августе 1867 года. Любимая жена на первых месяцах беременности, озеро Леман, гостиница "Корона"...Спустя некоторое время они поселились в доме 1, ул. В. Телля, а в зиму поселились в доме, на котором сейчас висит памятная табличка (ул. Монблан, 16). Именно здесь началась работа над романом "Идиот". Федор Михайлович писал в одном из писем в Россию: "Мы с Анной Григорьевной одни-одинешеньки. Жизнь моя: встаю поздно, топлю камин (холод страшный), пьем кофе, затем за работу. Затем в четыре часа иду обедать в один ресторан и обедаю за 2 франка с вином. Затем иду в кафе, пью кофей и читаю "Московские ведомости" и "Голос". Затем полчаса хожу по улицам, для движения, а потом домой и за работу. Потом опять топлю камин, пьем чай, и опять за работу. Анна Григорьевна говорит, что она ужасно счастлива. Женева скучна, мрачна, протестантский глупый город, с скверным климатом, но тем лучше для работы".

Итак, Женева не пришлась писателю по душе. Его письма друзьям и родным полны желчи. И все-таки именно здесь, наблюдая за работой Конгресса мира и за его знаменитыми участниками (Бакунин, Гарибальди), он откладывал свои впечатления в памяти и на бумаге. А посещение Базельского музея, где писатель чуть ли не час простоял, потрясенный, перед картиной Гольбейна "Мертвый Христос"! И это тоже отразилось на страницах романа - в диалоге князя Мышкина и Рогожина...

Между тем жизнь в "мрачной" Женеве шла своим чередом. В марте у Достоевских родилась дочь Софья. Словно солнце заглянуло в окошко! Достоевский подолгу сидел у детской колыбели, любуясь крошечным личиком. Но слишком недолгим было это счастье: через три месяца Софья умерла от воспаления легких. Как описать горе родителей?

"Глубоко потрясенная и опечаленная ее кончиною, я страшно боялась за моего несчастного мужа: отчаяние его было бурное, он рыдал и плакал, как женщина, стоя пред остывшим телом своей любимицы, и покрывал ее бледное личико и ручки горячими поцелуями. Такого бурного отчаяния я никогда более не видала", - так вспоминала тот страшный май Анна Григорьевна.

Прочь из ужасной Женевы! В первые дни лета Достоевские сели на пароход и отправились в Веве. Конечно, они надеялись, что тихие улочки этого городка и великолепные виды на горы и озеро помогут пережить отчаяние. Но...

Все лето Анна Григорьевна проплакала, вспоминая свою маленькую несчастную дочь, а Федор Михайлович с головой ушел в работу... Именно здесь появились 2 и 3 части "Идиота". И вновь, после первых восторгов, его переполняла желчь: "Жаров здесь нет; панораму озера Вы знаете; в Вевее она положительно лучше, чем из Монтре и Шильона, которые рядом. Но, кроме этой панорамы остальное всё слишком гадко, и за одну панораму мы боимся слишком дорого заплатить..." Но, как бы то ни было, а к концу лета гениальный роман "Идиот" был практически готов, и в сентябре Достоевские покинули Швейцарию.

...Можно долго спорить и размышлять, почему великий писатель был столь несправедлив к этой стране. Но столь же едко он отзывался и о Германии, и о Франции... Выходит, прав был Грибоедов: "Где ж лучше? - Где нас нет..."