# Путеводная звезда. Глава 4.

Ирина Алексеевна Хотина

Критические заметки на полях Библии НЕ ДУМАЙТЕ, ЧТО Я ПРИШЕЛ НАРУШАТЬ ЗАКОН И ПОРЯДОК: НЕ НАРУШАТЬ ПРИШЕЛ Я, НО ИСПОЛНЯТЬ(Матфей 5:17).

ГЛАВА 4. 'НЕ ДУМАЙТЕ, ЧТО Я ПРИШЕЛ НАРУШАТЬ ЗАКОН И ПОРЯДОК: НЕ НАРУШАТЬ ПРИШЕЛ Я, НО ИСПОЛНЯТЬ' (Матфей 5:17).


Ну, а что же говорил о Библии сам Иисус? В христианской литературе по этому вопросу разногласий нет. Например, Эдель Конрад в своем сочинении 'Как появилась Библия' констатирует, что Иисус, 'который всегда оставался независимым от мнения других, постоянно и с особым уважением говорил о том, что записали люди в Священных Писаниях. Для него это было Слово Бога, внушенное Святым Духом'. Здесь следовало бы добавить, что в этом он не отличался от любого другого верующего иудея. 'Еврея без бога и представить себе невозможно', как очень точно подметил это духовное единение Федор Михайлович Достоевский. На самом деле практически все разговоры, реплики, сюжеты Евангелий так или иначе связаны с Ветхим заветом. В нем искали евангелисты поддержку своему повествованию, когда скрытую, проводя аналогии новозаветных героев с библейскими, когда явную, делая прямые ссылки на иудейских пророков, в стремлении доказать, что Иисус и есть предсказанный Мессия. Да и сам галилейский проповедник, примеряя на себя роль Мессии, в неукротимом стремлении принести свободу и благоденствие своему народу, обращался к Библии: 'Исследуйте Писания, ибо вы думаете через них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют о Мне' (Иоанн 5:39). Я вам тоже советую, исследуйте Ветхий завет, прочитайте от начала и до конца, вдоль и поперек, и вы почувствуете, как грезили пророки мессией, как иудейский народ ждал его, как надеялся на его появление. Но вся проблема в том, что ни в одном из предсказаний нет и намека, что мессией будет Иисус из Назарета. Пророками были определены условия происхождения народного избавителя, помазанника на трон, и строго очерчен круг деяний, в которых тот преуспеет. Ни в одном из этих пунктов нет совпадения с распятым галилеянином. Взваливая на себя роль Мессии, Иисус, безусловно, шел на конфликт, но не религиозный, как это представлялось первым христианам, а политический. Мессия, а правильнее Машиах, т.е. помазанник на иудейский престол - это фигура политическая, претендующая на реальную земную власть. Другое дело, что у евреев с незапамятных времен политика была неотделима от религии. Ахиллесовой пятой галилеянина стало его происхождение, в котором не было никакого намека на принадлежность к роду Давида - главном условии для признания Мессией. Впоследствии двое евангелистов из четырех приложили максимум своей фантазии для восполнения этого пробела, что оказалось достаточным для принявших христианство вчерашних язычников. Сам же Иисус не смог привести убедительных аргументов фарисеям - знатокам, блюстителям и толкователям Торы, что послужило причиной их отказа от участия в его движении. Как мы увидим дальше, не отчаявшись, он нашел в еврейской среде религиозно-политические силы, на которые смог опереться - ессеев и зелотов. К ним, своим сподвижникам, а также фарисеям, которых надеялся увидеть в рядах сторонников, обращены его слова: 'Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить' (Матф. 5:17). Это не что иное, как объявление своей политической платформы, той мировоззренческой основы, на которой возможно объединение иудейских сил, желающих реализации главной мечты еврейского народа - устройство на земле 'царства Божьего'. Чтобы понять, почему во главу угла Иисусом было поставлено соблюдение 'закона и пророков', давайте разберемся, о чем идем речь? Законом во все времена евреи называли Тору. Собственно говоря, это название и обозначает 'наставление' или 'закон'; в предыдущей главе на примере заповеди 'не убивай' мы видели, как юридически выверено он написан. О каких пророках идет речь? Об иудейских. В дальнейшем нашем исследовании мы уделим им достойное место. Что такое 'царствие Божие на земле'? Это полная приверженность людей Торе, т.е. Закону, согласно букве и духу которого устроен порядок в 'царствии небесном'. Как Мессия, Иисус должен был не просто 'с особым уважением говорить о Священных писаниях', а следовать им во всем. Насколько близко следовать, он сам разъясняет в следующем своем заявлении: 'Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все. Итак, кто нарушит одну из заповедей сих малейших и научит так людей, тот малейшим наречется в Царстве Небесном; а кто сотворит и научит, тот великим наречется в Царстве Небесном' (Матф. 5:18-19). Сегодня, когда уходит в прошлое слепое навязывание религии, когда появилась возможность отринуть сомнительные комментарии, авторов которых Иисус называет 'малейшими', т.е. людьми недостойными, и прикоснуться к первоисточнику, очень хотелось бы, чтобы эти слова галилейского проповедника о своей приверженности иудейскому Закону и пророкам стали духовным завещанием всем его последователям. Тем более что исполнения Закона он требует до 'последней черты и иоты'. 'Черты' и 'иоты' -- это ивритская орфография. Дело в том, что в написании ивритских слов практически отсутствуют гласные буквы, и для их обозначения применяются огласовки - черточки и точки; есть еще буква 'йюд' или 'иота', изображаемая в виде запятой. Я прошу обратить особое внимание на то, что к моменту высказывания Иисусом ключевого требования о соблюдении Закона, греческие переводы Торы уже существовали. И в совсем не далекой египетской Александрии, где, считается, и возникла Септуагинта, толкователь Торы, раввин и философ Филон уже сочинял трактаты, в которых стремился соединить иудейские легенды с греческой философией. Значительно позже основоположник другой 'религии', коммунистической, Ф.Энгельс назовет Филона 'крестным отцом христианства'. В дальнейшем евреи посчитают перевод Писаний на греческий язык трагической ошибкой, но уже во времена Иисуса велись ожесточенные дискуссии о целесообразности переводов. Совсем не случайно на вершине горы галилейской, странствующий проповедник Иисус категорически настаивал, чтобы иудейский закон соблюдался до последней черты ивритского алфавита, отдавая однозначное предпочтение оригиналу. Его слова о 'последней черте и иоте' приобретают еще более глубинное значение, когда мы поймем, что различными комбинациями этих знаков обозначалось произношение звуков. Например, можно было произнести простой звук 'а' или 'э', а можно было сделать их горловыми. Иврит относится к семитской группе языков, и такие гортанные звуки до сих пор сохранились у арабов. Современный иврит, заново восстановленный только в середине 19 века, утратил эти формы звучания, так как евреям-эмигрантам из стран Европы произношение гортанных звуков было недоступно. Но указание Иисуса своим современникам на необходимость соблюдать даже малейшие нюансы произношения слов Торы говорит о том, какое огромное значение он придавал исполнению предписанных Законом правил. Так мог ли он сам говорить того, чего в Торе не было? Или это было сказано за него? Интересную версию о многосложности заложенного в текстах Пятикнижия смысла, предлагает знаменитый мистик 19 века Эдуард Шюре. Помните, мы говорили о том, что легенда приписывает авторство Торы Моисею? Шюре исходит из того тезиса, что Моисей был египетским жрецом, проникшимся идеями монотеизма в Мемфисском храме Озириса. Следовательно, Книгу Бытия должен был писать египетскими иероглифами. 'Египетские жрецы, по словам греческих авторов, владели тремя способами объяснять свою мысль. Первый способ был ясный и простой, второй - символический и образный, третий - священный и иероглифический. То же самое слово принимало по их желанию либо свой обычный смысл, либо образный, либо трансцендентный. Так велик был гений их языка. Гераклит прекрасно выразил эти различия, определяя их язык как говорящий, обозначающий, скрывающий'. Шюре хотел видеть в Библии источник тайных знаний и потому считал, что значительно позже, при переводе Книги Бытия на иврит, жречество утратило в значительной степени ключи к пониманию тайного ее смысла. 'Когда же очередь дошла до греческих переводчиков Библии, последние имели лишь очень слабое понятие об эзотерическом смысле переводимых текстов. Святой Иероним, несмотря на свои серьезные намерения и большой ум, не мог уже, делая свой латинский перевод с греческого текста, проникнуть до первоначального смысла Библии, а если бы даже и мог, условия времени заставили бы его молчать' (Эдуард Шюре. 'Посвященные. Моисей'. Вопрос кем был Моисей, евреем или египтянином, до сих пор остается открытым, но категорическое утверждение, что Книга Бытия первоначально была написана по-египетски, вызывает большие сомнения. Современная наука позволяет точно сказать, что истоки описанных в Книги Бытия легенд берут свое начало совсем не в египетской культуре. И знай Шюре иврит, то с не меньшим восхищением и пиететом говорил бы о языке оригинала Библии, удивляясь многомерности образных значений и знаний заложенной в каждой ивритской букве, в ее графике, в ее последовательности в корне слова, в месте этого слова в тексте Торы. О тайных ключах, заложенных в Торе, говорит и наличие в иудаизме целого мистического направления - Каббалы. И сегодня многие ученые задаются вопросом, почему Моисей выделил одно из израилевых колен, определив ему роль жречества, лишая, таким образом, земельных территорий, в отличие от остальных одиннадцати? Выдвигается интересное предположение, что столь серьезное решение может свидетельствовать об обладании этими людьми древними мистическими знаниями еще, можно сказать, с домоисеевых времен. И скорее всего, именно они писали Тору, а их потомки многократно ее переписывали и редактировали, используя при этом свой родной язык - иврит, который, как мы уже отмечали, обладает необычайной емкостью. Современные критики христианства в своих оценках использования переводов намного жестче меня. Вот что, например, пишет Самуил Грипп: 'Еврейский язык очень трудный для изучения. Требуются годы для освоения его азов и ещё больше времени, чтобы научиться свободно им владеть и выражать свои мысли. Научиться греческому языку гораздо легче. К сожалению, признание существования Септуагинты основано всего лишь на гордости, корыстолюбии и лени'. Но в римской империи на греческом языке говорил плебс, простой народ; высшие сословия изъяснялись на латыни. Считается, что с начала II века н.э. появились латинские переводы отдельных частей Библии, составившие корпус Vetus Latina. Но, как показывает анализ Евангелия от Луки, тот уже в конце I века пользовался латинским переводом Септуагинты, то есть двойным переводом. Низкое качество латинской Библии явно не удовлетворяло набирающую мощь христианскую церковь, и в IV веке секретарь папы Дамасия I, Иероним, взялся за унификацию канонического текста. Поначалу ему представлялось, что он сможет ограничиться редактированием Vetus Latina. В приведенной ранее цитате Э.Шюре высказывается мысль, что Иероним так и поступил. Но в реальности переводчик понял, в какой значительной мере Септуагинта расходится с масоретским текстом, и пришел к решению сделать полный перевод всего библейского текста с иврита, который изучил к тому времени неплохо. Свою главную задачу Иероним видел в том, чтобы донести до читателя смысл первоисточника. И все же допустил существенные искажения, жестко диктуемые христианскими догмами. Главные среди них, на которые сразу укажет знаток иврита, это перевод в книге пророка Исайи слова 'алма' (молодая женщина) как virgo, то есть 'дева'. И придание слову 'йеша' (спасение) надуманной транслитерации Iesu - как указание на Иисуса. Перевод Библии Иеронима быстро вытеснил остальные тексты, получив в Средние века название Vulgata, что означает 'распространенная'. В том, что перевод Иеронима стал самым распространенным, нет ничего удивительного, так как католическая церковь долгое время препятствовала употреблению каких-либо библейских текстов, за исключением Вульгаты. Но ее латинский язык со временем стал мертвым, а потому непонятным для верующих многих стран. Переводу Библии на живые языки способствовали реформаторы, использовавшие в качестве первоисточника ивритские тексты. В дальнейшем католическая церковь также стала приближать слово Божие к людям, но к оригинальным текстам по многим для нее причинам не обратилась, взяв за основу Вульгату. Какого качества может быть двойной перевод, даже если он признан священным? Ответ напрашивается сам собой - не самого лучшего. Это дает повод многим исследователям и историкам говорить о христианстве как 'о плохо переведенном иудаизме'. Свой перевод, признанной в дальнейшем классической Библией на немецком языке, Мартин Лютер делал с Брешианской Библии Гершома Сончино, знаменитого книгопечатника, впервые в Европе издавшего полную Библию на иврите с огласовочными знаками. Выпущенное им в 1488 году в итальянском городе Брешиа малоформатное издание, величиной с одну восьмую листа, имело специальное предназначение, чтобы подвергавшиеся постоянным изгнаниям евреи могли всегда иметь с собой священную книгу. Кстати, о Лютере. В начале своей деятельности этот человек резко осуждал преследования евреев и конфискацию Талмуда. Его весьма занимал вопрос о национальности Иисуса, что в 1523 году вылилось в памфлет 'О том, что Христос родился евреем'. Указывая, что евреи того же происхождения, что и основоположник христианства, Лютер заявлял, что они были правы в своем отказе принять 'папское язычество' и что, если бы он сам был евреем, то, видя тех дураков и мошенников, которые учат христианству, предпочел бы превратиться в свинью, нежели стать христианином. Сам же Лютер был убежден, что под впечатлением его новаторских идей, отвергающих папскую власть с целью изменения отношений между человеком и Богом, близкими, как ему казалось, к еврейской концепции, многие евреи примут крещение от него. Он так и не понял, почему эти 'неподатливые евреи с железным сердцем и упрямые, как дьявол', не приняли его реформированного христианства и остались верны своим традиционным Писаниям. Следовательно, они никто иные как 'отвратительные паразиты, воры и разбойники, похищающие детей и отравляющие колодцы' -- вот таким типичным примитивным набором антиеврейских выражений христианского проповедника времен средневековья стал оперировать и основоположник протестантства. Лютер вообще был грубым человеком и в своих полемических статьях против католической церкви, папы и власть имущих в грязных выражениях не стеснялся, но в отношении евреев дело одними словами не ограничилось. Под тем несокрушимым доводом, что евреи не оправдали его дружелюбного отношения, он предлагал применять к ним практические меры, от принудительных работ до прямого изгнания, что многие из протестантских правителей того времени приняли к действию. Не прошли мимо его рекомендаций немецкие антисемиты и в 20 веке - от принудительных работ и изгнания до газовых камер концентрационных лагерей. В англоязычном мире самым авторитетным и почитаемым признается и поныне 'Перевод короля Джеймса' ('Библия короля Якова'), законченный в 1611 году учеными из Вестминстерского аббатства и университетов Оксфорда и Кембриджа. В его основу легли предыдущие протестантские переводы Библии с ивритских текстов, авторы которых были сожжены на кострах за ересь. История первых славянских переводов Библии связана с именами греческих монахов-миссионеров Кирилла и Мефодия, проповедовавших христианство среди язычников славян, которые, будучи разрозненными племенами, не имели общей письменности. Вернее, византийские правители, стремящиеся как можно быстрее подчинить себе славян, думали, что племена эти настолько отсталы, что ее не имеют. И по указанию императора Михаила, Кирилл ее создает, имея в виду своей главной задачей перевод Священных христианских текстов на славянский язык с целью быстрейшего их распространения. С новозаветными, написанными по-гречески, у Кирилла проблем не было. А вот при переводе Ветхого завета он, грек, использует не хорошо понятную ему Септуагинту, а первоисточник - Тору. Дело в том, что несколько ранее братья участвовали в византийском посольстве в Хазарском каганате, где Кирилл, как утверждали современники, человек, наделенный неординарными способностями, неплохо освоил иврит. Христианская традиция повествует о способностях Кирилла в своем стиле: 'В 860 году император отправил обоих братьев для проповеди слова Божия хазарам, они отплыли на корабле в Херсонес, сопредельный с хазарскою областью, и оставались там на некоторое время, для изучения языка хазарского; здесь же Кирилл изучал и жидовские книги для прения в вере. Самарянин, живший по соседству с братьями, принес свои книги Кириллу, желая испытать его мудрость; блаженный, хотя и не мог разуметь их, но, уповая на Бога, заключился в своей храмине, и, став на молитву, испросил у Господа дух ведения языков, данный некогда апостолам, после чего свободно начал читать самарянские книги' ('Православный Крым'). Для справки: 'самарянские книги', а правильнее 'самаритянские' -- это та же Тора, а именно 'Пятикнижие Моисеево' и Книга Иисуса Навина (другие тексты самаритянами за священные никогда не признавались), но написанные еврейским алфавитом, близким к финикийскому. К величайшему сожалению, от переводов Кирилла почти ничего не осталось, за исключением одной рукописи XI века. На самом же деле, славянская культура получила от деятельности Кирилла несколько больше, чем переводы духовной литературы, а именно значительное количество букв, заимствованных им из ивритского алфавита. Ох, умен, ох, и талантлив оказался Кирилл, догадавшийся, что греческий 'алфавит' не что иное, как ивритский 'алеф-бет', перенятый его далекими предками у финикийцев. А кто такие финикийцы, напрашивается вопрос? Древние семитские племена выходцев из Ханаана, основавшие в 14-13 веках до нашей эры на восточном берегу Средиземного моря у подножия Ливанских гор поселения, ставшие в последствии крупнейшими центрами торговли, один из которых всем известный Карфаген. Оборотистым финикийским купцам в их торговых операциях мало подходили египетские иероглифы и ассиро-вавилонская клинопись, которые приходилось не только долго изучать, но хуже того, долго писать. Поэтому был изобретено буквенно-фонетическое письмо, простое для обучения и написания, получившее название 'Алеф-бет'. Античные греки, называвшие финикийцев своими учителями, и перенявшие у них системы мер длины и веса, секреты судостроения и навигации, производства стали, стекла и рельефных изображений на металле, окраски тканей в пурпур, не погнушались и легко понятным буквенным рядом изображения звуков. Но в силу особенностей своей фонетики, опустили в нем изрядное количество букв. Так что нет ничего удивительного, что Кирилл воспользовался исходным материалом для обозначения имеющихся у славян звуков, отсутствующих в греческом языке. Российская история ранних переводов Писаний сложна и запутанна. Остроженская Библия, изданная в 1581 году, содержала в себе переводы и ивритских текстов, и Септуагинты, и Вульгаты, и даже с некоторых других европейских языков. Революционный порядок здесь, так как и в других сферах российской жизни, решил навести Петр I, повелев в 1714 году привести церковнославянскую Библию в соответствие с Септуагинтой. И таковая вышла в свет в 1751 году под названием Елизаветинской Библии. И только в 19 веке просвещенная российская публика проявила интерес к оригиналу - к масоретской версии ивритский Текстов, перевод которых на русский язык и лег в основу Синодального издания в 1868-1872 годах.