# Мы На Них Учимся

Боер Гирш

В войне не бывает второго приза для проигравших

Омар Брэдли


Меня всегда раздражало, когда последующие поколения подбивали бухгалтерию ошибок предыдущих генераций и делали это достаточно бесцеремонно. Не могу сказать, что я преклоняюсь перед всем, что сделали наши предтечи, но я не хочу быть умным, как моя жена потом, и рассуждать о том, что Плеханов не учел, а Кропоткин не предвидел. Самое простое - это найти крайнего и все свалить на него. Кстати, именно самое простое и доставляет удовольствие всем. В этом есть всеобщий консенсус от ямщика до первого поэта. Даже наша ностальгия по ограниченному политическими передрягами рациону далекой доисторической Родины на фоне нашей нынешней сытости подсовывает нам соблазнительный, но простой образ рюмочки под огурец и картошечку с селедкой. Не паштет из соловьиных языков, не консоме и не бешамель, а сало с чесночком и черняшкой, а селянка пышнотелая, розовая, послебанная. Простота. Есть ли влечению нашему объяснение? Не знаю. Но в простоте, безусловно, есть что-то привлекательное для нас. Тяга наша сродни общему смуру загадочной русской души - бациллы, прицепившейся к нам с детства и не желающей покидать нас даже в Палестине. Остановись, мгновение, ты просто. Наше влечение к упрощению - это естественное проявление духовности непротивления злу. Как это у А.С Пушкина: "Так иногда супругу генерала затянутый прельщает адъютант".

Непротивление. Незлобивое и охочее до женщин солнце русской поэзии правильно все поняло. Лучше (да, наверное, и проще) быть здоровым и богатым, чем бедным и больным. Нет, простота не хуже воровства, и что спасет мир - красота или простота - это еще вопрос. Простота математической формулы прекрасна. Консенсус. Может, это и постно немного, и печально, но... Тот же Пушкин заметил: "Печалию согрета гармония и наших муз и дев, но нравится их жалобный напев".

Уроки истории. Они есть у каждой страны. Только молодая страна не извлекает уроки, а сама творит что-то, что этими уроками в будущем обернется.

Следует ли заваливать вас историческими примерами того, что любое молодое государственное образование - это, по сути, младенец? Дитя, имеющее априори прощение грехов и прекрасное своей простотой. Так было и с Французской революцией, и с октябрьской, и с культурной в Китае. Это потом и, к сожалению, достаточно быстро появлялись робеспьеры, дзержинские и дацзыбао. А поначалу... И Ленин такой молодой, и юный октябрь впереди.

Вот так и с нашим государством, которому, как мне кажется, не идет зрелость. Ах, какие восхитительные ошибки и перегибы встречаешь в ранней истории становления еврейского отечества. "Альталена" и МАПАЙ, "Черные пантеры" и умыкание тайманских детей, Синай и Ямит, Ливан и иракский реактор. Ошибки? Но эти ошибки, ошибочки даже по-своему обаятельны, как глупые шутки того адъютанта, которые искупаются молодостью и здоровьем и покрывают, как бык овцу, военные заслуги генерала, не замечающего в опьянении самоуверенности первые ростки рогов.

Можно ли орогатить государство? Это вопрос, и на него у меня пока нет ответа. Но предположить можно, что если есть государственная жена, то ее измена может украсить герб державы чем-нибудь ветвистым. Народу, правда, в подобной ситуации до герба, как до лампочки. Приоритет отдается подробностям. Вот, принцесса Диана - державная жена, снюхалась с нефтешейхом, и тут можно сказать, что вся аристократичная Англия начала почесывать макушку, а не только рыжеватый принц Чарльз. Но когда красавицы не стало, да еще трагично, вся страна плакала, как Отелло, в минуту горя простивший Дездемоне все, даже некоторую эпатажность. И случай этот не одиночен. Вон, Клинтон тоже. Согрешил, и вся Америка сидела у экранов, как старушка в районном суде на слушании дела о разводе. Половина жалела Хилари, половина ее осуждала, предполагая, что она, в отличие от Моники, сигарой не владеет, а оттого мужик, замотанный Ираком и русскими, затащил еврейку в овальный кабинет, чтобы расслабиться. Слава Б-гу, ни за Голдой, ни за "Стариком" ничего подобного не замечали, а может, просто не приглядывались.

Молодость страны. Простота. Ибо, кто не отмечен? И Кеннеди с Мэрилин, и у Миттерана была пассия, и Арманд у Ленина, и Лаврентий у отца народов. Не подумайте, что я собираюсь обвинить Иосифа Виссарионовича в пошлой педерастии. Нет, просто то, что он позволял делать с нашим народом своему клеврету, равносильно попустительству любовнице. Ну да ладно. Что примеры искать, когда вон, даже грибы под Кирьят-Гатом вытоптали, а вы аналогий просите. Хотя "их есть у меня". Но мы начинали именно с того, что молодость государства также романтична и даже исторически прощаема, как молодость вообще. Блажен, кто смолоду был молод. Оттого апологию шлезвиг-голштинских перемен на Руси наши умники с киностудии имени Горького назвали "Россия молодая". То есть, что с нее спросишь? Дело молодое - строить Санкт-Петербург на костях, бояр брить и вместо варягов немчуру на Русь завозить.

Вот так и с Родиной нашей. Пока молодая была, чего только ей не прощали. Многое не прощали, но с учетом, что речь шла о государстве евреев, то режим международной порки все же был щадящим. И реактор построить разрешили, молча, кривясь, как от зубной боли, от бесконечных арабских обвинений в попустительстве сионистскому врагу. И армию подтянули до мирового уровня, и еще Б-г знает что. Вот, алию нашу дали завезти, как незнакомое животное в заповедник, а теперь изучают (вот уже 16 лет), как мы адаптируемся, и подсчитывают падеж... простите, побег. Консенсус у них национальный. В том смысле, что первые опыты, которые на нас ставили, привели к неутешительным выводам. Мы - алия мафиози и проституток, инцеста и тупого терпения в рамках психологии быдла (за которое нас здесь, очевидно, держат). Может, мы просто опоздали на этот праздник жизни? Просто задержались, и все... Конечно, мы сами виноваты в задержке. Надо было идти в лагеря, кидаться на Берлинскую стену и т.д., кровью своей приближая святой момент падения железного занавеса. А теперь - мы просто исторические поскребыши, жертвы аборта, зверски проделанного над одной шестой суши. Раньше бы приехали, может, все по-другому обернулось. "Блажен, кто посетил сей мир в его минуты роковые...", - сказал Тютчев. И у меня нет оснований ему не верить. Мы ведь могли успеть и повоевать за Израиль, и приложить руку к становлению его политических институтов, встать на защиту сионистских основ... Вместо этого мы защищали диссертации, возились на выделенных шести сотках, набивали полки книгами, гордясь, что делаем это на последние деньги. Простота. Не успели мы... Это порой грустно, как пейзаж стола, к которому вы уже опоздали, и деликатесы прикончены, а вас дожидается 2/3 тазика оливье с нахальным "бычком" посередке. И тоскуем мы порой без "плюгавого" братства. Военного братства служивших в одном подразделении - "плюге". Когда вместе с дружками за каплей местного кислого вина вспоминают, как они "бомбили" лавочки в Ливане во время первой войны. Тоскуем мы, как подростки 45 года, не успевшие сбежать на войну. Не успели мы.

Это не к нашему берегу только говно и щепки плывут, это мы - те самые щепки, которые прибило к средиземноморскому берегу. Все просто. Лес рубили в Сибири, а щепки долетели аж... Нам бы в "Молодой Израиль" приземлиться..., да только что сейчас об этом.

Ах, эта пьянящая юность страны. Кибуцная хора, карточки на масло, фильмы с Тополем и Ревахом, "Эскимо лимон", форсирование Суэца, Шоколад, Мента, Мастик, Пашанель и А-Гашаш а-Ивер... Простота и гармония, красота молодости. Сегодня все это не провернули бы. Бюрократия, левант, отсутствие ответственности, дефицит харизматических лидеров и пр. Вероятней, мы сложнее стали, но значительно менее привлекательней, чем раньше. Это происходит с любым государством. Старея, оно начинает неприятно гнить с головы, становится мстительным, коварным и наряду с бесценным опытом приобретает старческий маразм и неприятие нового. Потому и нас отторгают. Просто все в этом мире...

Посему подумал я, что надо не комиксы ставить про историю и Танах. Надо привлечь всех нас в рамках программы "Висконсин" к общественно-историческим принудительным работам. В Египте, путешествуя по Нилу, туристы видят по берегам, как трудятся крестьяне. Все точь-в-точь, как в те прекрасные времена, когда за сельское хозяйство Египта отвечал наш парень. Те же набедренные повязки, те же мотыги и пр. А мы плывем, смотрим, ахаем, рабство вспоминаем, и тешит нас эта близость к древности. Вот и тут, возле Ришона или Маалота, надо нас (с учетом ашкеназийской внешности и памяти о том, кто сионизм придумал) объединить во фронтовые агитационные бригады, которые, выезжая на места, покажут и Трумпельдора, и Голдины ботинки, и первый государственный автомобиль Бен-Гуриона (не роскошь, а средство...). Даже не туристы, а вполне зараженные скепсисом граждане по дороге на работу в пробке успели бы значительный кусок молодой нашей истории увидеть. Стресс снимается, благородные воспоминания всплывают о дураках родственниках, решившихся сюда, просто гордость за то, что все это сделано евреями и т.д. Невыразимый спектр поучительных ассоциаций. А грибы под Кирьят-Гат из Курска завезем.

Конечно, все это требует инвестиций. Деньги, костюмы, декорации, сэндвичи, режиссура и ассистенты, транспорт и грим (мне знакома сложность и многогранность процесса). Вон Бондарчук на съемках "Войны и мира" угрохал боеприпасов столько, что Брестская крепость могла бы продержаться. Это не просто... Зато все при деле будем, туристы повалят, чтобы увидеть своими глазами, как евреи пупок рвут на пашне и в окопах. Ведь это, как статуэтки Христа. Его никто не вырезает отдыхающим. Только на кресте в апогее мук. Вот и раскупают у Храма гроба Господня эти арабские поделки. И с нами, как с индейцами в резервации, сняться за скромные чаевые многие захотят. Но главный приварок - это просветленные души сограждан... Показывать надо эту агитку днем на шуке "Кармель", вечером - на аристократической и богемной ул.Шенкин. Так и охватим всех. Консенсус. От ямщика до первого раввина... Просто и изящно. Как формула, как затянутый адъютант и молодая генеральша. Просто.

Вы спросите для чего? Отвечу. Отвечу просто. Изучать историю страны менее стремно, чем законы розничной торговли, которыми нынче на курсах "Висконсин" иезуитски донимают больных СНГойских стариков. Представить нас спесивым аборигенам, как знатоков пути Трумпельдора, как носителей истории - это национальный шок, то есть встряска, столь необходимая нашей стране. Мы политэкономию социализма одолели, что для нас Герцль, освоим.

И последнее. Хуже не будет. Тот, кто понял эпиграф, поймет, что дальше уже некуда. И мы пойдем назад... в будущее, в юность Израиля. Лийот ам хофши бе-арцейну. Правильно. Это просто. Быть свободным и уважительно оплачиваемым народом в своей стране. Мы станем народом исторической правды, Народом, свободным от предрассудков и ватиковского чванства. Люди уважают тех, кто при деле и вместе борется за что-то. Вон, религиозные, с легкой руки Бен-Гуриона, с чего начинали, а к чему пришли?

Да, Трумпельдор сказал, что это счастье - умереть за Родину. Не то, что он первым такое брякнул, но это то, что называется "тоцерет арец". Но никто не требует от нас такой жертвы. Хотя предполагаю, что книга "Гибель алии 90-х" могла бы стать бестселлером у аборигенов. Не надо умирать, надо жить. Я напомню В.В.Маяковского, горько ответившего на самоубийство Есенина: "В этом мире умереть не ново, Сделать жизнь значительно трудней".

Быть полоненным мечтой о молодом Израиле будущего. Разве это плохо? Нет. Это просто и красиво.


"Мост" #366, 11.04.07.

Материал предоставлен редакцией