# Из-за той ночи

Лакс Офра

Прошло 62 года с того времени, как закончилась Катастрофа. Тысячи исследователей и свидетельствующих документов, десятки тысяч свидетельств, фотографии, письма и отрывки дневников уже собраны, и тут сидит небольшая группа людей и обнаруживает совершенно новые данные о ⌠Хрустальной Ночи■, устроенной в Германии накануне Второй мировой войны.

Инициатор и главный исследователь, профессор Меир Шварц, который пережил эту ночь будучи ребенком, обнаруживает, что число разрушенных синагог было 1554, а не 191, как было и все еще принято думать, и число убитых в ночь погромов, как он предпочитает называть - около 2000(!), а не 91, как принято считать - и это не последнее несоответствие в данных.

"Историки копируют друг у друга, а не проводят настоящее исследование", как объясняет Шварц, биолог по основному роду занятий, эти ошибочные концепции, укоренившиеся в изучении и общественном сознании в связи с этой ужасной ночью. Находки, в любом случае, требуют большого пересмотра принятых соглашений в истории вообще, и данных о Катастрофе, о которой столько говорилось и исследовалось в частности.

Немного жаль интервьюировать у профессора Меира Шварца и сосредотачиваться только на его деятельности в расследовании о разрушенных синагогах в Германии, несмотря на то, что этот уникальный проект скрывает на своем счету немало находок о прошлом и выводов относительно будущего. Он родился в 1926г., был одним из основателей кибуца "Хафец Хаим", командовал на одном из кораблей "Эксодуса", был среди первопроходцев в области гидропоники (выращивание на несоприкасающихся с почвой поверхностях), был членом делегации ООН на Дальнем Востоке и даже запускал в космос помидоры. Но календарь года толкает сосредоточиться на этой особой деятельности, касающейся расследования “Хрустальной ночи”.

Ночь погромов

Меир Шварц родился в Нюрнберге, в городе известным плохой славой из-за расистских законов, сформулированных в нем в 1935 году. Шварц был в доме вторым и младшим сыном. Его брат погиб в Освенциме в возрасте 22 лет, и был на одном из последних транспортов в лагерь. Отец Шварца был центральной личностью в общине "Эдат Исраэль" в Нюрнберге и служил офицером в Первую мировую войну. Когда ему было 11 лет, был убит его отец, но семье было сказано, будто он скончался от сердечного приступа. В дом был доставлен запечатанный гроб и только 50 лет спустя поведала Шварцу одна из его тетушек, что отец был на самом деле убит немцами. Он немедленно выехал на место убийства и ему удалось получить свидетельство от кого-то, кто был или очевидцем, или участником убийства. Местный прокурор, кстати, отказался что-либо делать с результатами находок.

“'Хрустальную ночь” пережил Шварц на себе, когда он и его старший брат находились в доме одни. Отца его уже не было среди живых, а мать была госпитализована в больнице. Эсэсовцы стучали и звонили в дверной звонок беспрерывно в 2 часа ночи, избили до крови его брата, забрали деньги и новый тфилин 12-летнего Шварца, который был перед своей бар-мицвой, порвали ковры, мебель и занавеси, высыпали содержимое шкафов, разбили посуду и стеклянные вещи. Разрушение было большое, взрослых мужчин из общины забрали в лагеря, и синагога была подожжена.

В возрасте 13 лет Шварц репатриировался в Израиль и учился в первом наборе интерната “Хорев” для подростков. После этого присоединился к кибуцу “Хефец Хаим”, там, почти случайно, начал исследовать и развивать науку гидропоники. По происшествии многих лет, полных деятельности, уже ставши исследователем с именем, прибыл профессор Меир Шварц в Мюнхен, на научную конференцию.

"После лекций поехал в Нюренберг и добрался до синагоги", воспроизводит он. "В последний раз, когда я видел ее, это было после “Хрустальной ночи”. Я подошел к месту и увидел, что там автозаправочная станция. Спросил кого-то, почему нет доски, объясняющей, что тут была синагога? Он ответил мне: “Я ничего не знаю”. Я встретился с тремя членами муниципалитета Нюрнберга. Один сказал: “Мы слышали, что там когда-то была синагога”, второй сказал: “Там была маленькая комнатка, штибель”, третий сказал: “Ничего там не было”. Тогда я понял, что что-то не в порядке".

Шварц решил не молчать, и сделал то, что он умеет делать хорошо: расследовать. В это время, 20 лет тому назад, он был посредине шабатона от исследовательского института в Негеве, в котором работал, и он посвятил его собиранию материалов о синагоге “Эдат Исраэль” в Нюрнберге. "Из этих материалов я составил брошюру на немецком, назвал ее “Синагога, которая не существовала”. Послал ее главе муниципалитета в Нюрнберге, и он сказал: “Да, Вы правы”. И тогда мы сказали: "Если так нигде не зафиксирована эта синагога, интересно, сколько еще таких есть".

Шварц встретился с доктором Йосефом Бургом, также выходцем из Германии, который сказал ему: "Брось все свои научные темы, начни искать синагоги, разрушенные в Германии".

Не часть Катастрофы

Данные, бывшие в руках Шварца в то время, говорили о 191 разрушенных синагог - данные, которые цитировали все учебники истории. Он посоветовался по этой теме с историком из Еврейского университета, и тот сказал ему, что, кажется ему, что число это намного больше, "Давай поработаем над этим в течение года и закончим с этим".

В том году исполнялось 50 лет с “Хрустальой ночи”, и группа инициаторов решила обратиться к "Яд Вашем", чтоб получить экономическую поддержку для их исследования. "Нам назначили встречу с прежним руководителем “Яд Вашем” к определенному времени. Мы прибыли к этому времени и подождали. Через несколько минут секретарша вышла к нам и сказала: “Директор сказал, что “Хрустальная ночь” была перед Катастрофой, и поэтому к вам не относится”. Мы были поражены, и тогда Бург сказал: “Сейчас ты, наверняка, должен бросить свои дела. Будем делать это вместе”.

Так была создана амута под именем “50 лет со времени Хрустальной ночи”. Вначале Шварц и его друзья устроили небольшой пробный осмотр. Они писали спорадические письма в те места в Германии, где знали, что там были синагоги и адресовали их в муниципалитеты или исследователям местной истории. В письмах просили сообщить “что было у вас в “Хрустальную ночь”. Отзывчивость была удивительной: "получили потоп писем со всех мест, в которые писали, включая описания о том, что было, и что было сделано с тех пор. В течение короткого времени мы поняли, что число вообще не 191, а намного больше этого, и после этого нашли, что уже кто-то говорил, что число разрушенных синагог должно быть более близко к 800".

Тема исследования о синагогах, которые были и о которых нет сейчас никакой памяти, не дала инициаторам спонсоров из Израиля или среди евреев. Кто действительно финансирует их и издание исследований в виде книг, это именно немцы.

- В прошлом, сразу после Второй мировой войны, Вы питали отвращение от присутствия немцев. И тут, сейчас вы опираетесь на их финансирование. Как вы согласились на это?

"Нет другого пути", - говорит Шварц примирительно. - "Ты хочешь провести исследование? Тогда это только так и может быть выполнено".

- Цель освящает средства?

"Не освящает. Но ты обязан покориться. В этом все дело".

Финансирование было скудное и составлено из многих заверений и мало осуществления, но несмотря на это все, исследование начало продвигаться.

Камни, которые были бимой

Германия разделена на 16 провинций, и решили, что будем работать согласно этому разделу. Начали с самой трудной и заселенной провинции, Северной Рейн-Вестфалии, там еврейство не было таким древним, как на юге Германии. Писали методическим образом во все места. И иногда получали ответ с формулировкой “У нас никогда не было евреев”. Мы отвечали: “Что было на улице Бенгоф, 43?” Тогда они писали: “Вы правы, там была синагога”.

В конце концов получали ответы. Но иногда они не знали и во многих случаях они не хотели знать. Получаемое финансирование было на условии, что исследование будет вестись в Германии и на немецком. Переходили от города к городу, я сидел там месяцами. Каждые несколько недель я ездил в Израиль, и после этого возвращался туда".

Бывшие синагоги в Германии служат сейчас как склады, жилые дома, церкви или заправочные станции. Иногда немцы разрушали только внутреннее помещение синагоги из-за того, что она была слишком близко к местам проживания арийцев.

Многие из синагог содержат в себе также историю местного еврейского населения: общинные обычаи, миквы и еврейские школы, в которых обучали учителя, получавшие зарплату от общины. Целые миры скрываются там среди среди деревьев, камней и домов.

"Во всех местах, где я был, почти никогда не выходил оттуда с пустыми руками. Ты должен искать и искать и не сдаваться. Первый скажет, что не было, или отошлет тебя к другому, но всегда пятый, шестой или восьмой расскажет все, и он будет рад, что ты его спрашиваешь".

В процессе исследования обнаруживаются многие находки из синагог: столбы, которые люди закопали и хранили во дворе, части мебели или бимы, разные камни. Но всему этому нет применения, некому собирать их и хранить их. Старики умирают, и дети выбрасывают сувениры, значения которых не понимают. Вместе с тем, Шварц не сожалеет о выборе времени, с какого стал проводить исследование, и предполагает, что если б начал на 10 лет раньше, удостоился бы меньшего сотрудничества. Сейчас уже есть люди, которые хотят рассказывать.

Шварц рассказывает о визите, который проводил 5 лет тому назад в деревне в Баварии, во время которого встретил женщину, местную жительницу, которая стояла напротив синагоги (сейчас - частный дом) и настаивала на том, что сроду не было в этом месте евреев. За синагогой, рассказывает Шварц, существовал остов ступеней, довольно удобный, ведущий к водоему глубинных вод. Нетрудно угадать, что это миква. Но владелец аптеки в деревне, поселившийся здесь 15 лет тому назад, сказал, что запрещено в деревне напоминать слово “евреи”. Местные поделили между собой имущество живших в деревне евреев, и с тех пор запретили всякое упоминание о том или воздвигание какого-либе памятника.

В соседней деревне, в которой ситуация не отличалась на много, строительный подрядчик, тоже не из "местных" уроженцев, нашел странные камни, похоже из бимы синагоги. Местные жители говорили ему, чтоб он избавился от них, но он пообещал Шварцу, что когда закончит строительные работы в деревне, воздвигнет памятник синагоге.

Воспитание ненависти

- Из Вашей работы на местности, как Вы чувствуете, какое отношение простого немецкого народа к евреям сейчас?

"Это неоднозначно. Всегда есть малая часть, пять процентов, которые относятся очень положительно. В той же мере существует пять процентов таких, у которых ненависть к евреям глубока, сейчас больше, чем тогда. И есть такие, что говорят: “Ладно, поможем ему чем-то”. Подавляющее большинство молчит".

- Как немцы относятся к Катастрофе?

"Мы страдали”, - говорят они. Часть из них страдала и страдала тяжело. Немец может рассказать: “Мой отец был убит, мой дядя пропал без вести и мы не знаем, что случилось с ним, бомба упала на нашу двоюродную сестру и она до сих пор осталась калекой”. Они рассказывают тяжелые и правдивые вещи, и страдание евреев - нечто отдельное. “Это да, вы тоже страдали. Очень нехорошо то, что делали с вами”, - говорят они. И есть немногие, которые говорят: “Если б я жил тогда, я бы делал то же, что и нацисты".

- Они говорят это вам в лицо?

"Да, - они говорят: “Так учили нас”. Это проблема воспитания. Они осознают, что в конце концов, у них есть учителя и родители, и какой-нибудь дядя, который был против евреев. Они говорят: “Нам говорили, что евреи испортили нам все, из-за них проиграли Первую мировую войну, из-за этого положение наше тяжелое, и все наши деньги - у евреев”. Эта ложь еще находится у них в сознании, потому что это им рассказывали, когда они были детьми, а дети не забывают, чему их учили".

Естественно, из-за обилия материалов, прошел год, но исследование продолжалось. Так как название “50 лет со времени Хрустальной Ночи“ уже не было релевантным, решили люди из амуты сменить название на “Бейт Ашкеназ“ - название, которое как полагалось, говорит что-то евреям-выходцам из Германии, немцам и вообще евреям - однако это не так. Шварц сожалеет об этом названии, которое не отражает того, чем занимается амута.

Выжженная земля

Результаты исследования представлены на полке в скромном оффисе Шварца во "Дворце Шломо" в Иерусалиме. Дополнительная комната в Еврейском квартале служит хранилищем для тысяч фотографий и документов. Первый опубликованный том о синагогах действительно посвящен синагогам в Северной Рейн-Вестфалии. Исследователи думали, что найдут там до 200 синагог, но обнаружили вдвое больше. Исследование пока охватило 5 провинций, включая провинции Бавария, Нюрнберг, Баден-Витемберг и Австрия. Часть этого опубликована и другая часть сдана в на днях в печать. Тома очень увесистые, сопровождаемые фотографиями и разъяснениями, но они не доступны взгляду израильтянина - они написаны на немецком. Стремление Шварца - в том, чтоб издать два сжатых тома на английском, что увеличит доступ для исследователей и интересующихся. Об публикации на иврите он вообще не мечтает. Разрыв между стремлением и его исполнением заключается, конечно, в бюджете.

Если спросить Шварца о числе синагог, разрушенных в "Хрустальную Ночь", при завершении этого, он отвечает точным числом: "1554". Около 2200 синагог было в Германии до прихода Гитлера к власти, и также и те, что не были разрушены, документирует проводимое им расследование, так как подавляющее большинство общин разрушено и нет о них памяти или продолжения.

- Это число, 1554, уже проникло в сознание?

"Постепенно. Уже не говорят о 191, люди уже говорят “больше тысячи“. Заняло у нас много времени вытащить из “Яд ва Шем“ это число 191. Оно укоренилось. Это как число убитых в Хрустальную Ночь или вследствие ее".

Шварц пристально смотрит на меня и спрашивает, сколько евреев было убито в эту тяжелую ночь, и я отвечаю: “Несколько десятков“.

“Опять, ошибка! Посчитали и пришли к выводу, что 91 еврей был убит. Это были те данные, которые передали нацисты, но правда заключается в том, что это число близко к 2000. Многие из них покончили с собой".

- Почему люди кончали самоубийством именно вследствие “Хрустальной ночи“?

"Потому что они чувствовали, что им незачем больше жить. “Заработок у меня отобрали, синагогу мою сожгли, квартиру сожгли или разгромили, тогда ради чего мне жить? Ведь я был офицером, воевал за эту страну и они бросают меня в тюрьму?“ И это накапливается, одно накладывается на другое, люди чувствуют, что они не могут больше жить. Нет ради чего. Это явление охватило многие сотни людей. Религиозных почти нет, но многих светских".

- Как Вы можете объяснить это явление, что на расстоянии столь многих лет с той “Хрустальной Ночи“ и после столь многих исследований выясняется так много нового?

“Немцы не хотели исследовать это, а евреи в Германии не хотели вспоминать это. Еврейский конгресс говорит, что надо вкладывать в евреев настоящего, а не прошлого, а в “Яд ва Шем“ заинтересованы в исследованиях по Польше и России, там речь идет о сотнях тысяч убитых, о миллионах, не так, как в Германии".

Историки переписывали числа друг у друга

Шварц добавляет циничное замечание об области истории, в которой он занят последние 20 лет, но кажется, еще чувствует себя гостем: "Историки копируют один у другого, особенно это число 91, даже если оно неверное. Не стоит им верить, они исследователи в очень малой степени. Они хорошо пишут, но почти не исследуют".

- Вы пришли из другой области, в которой ведутся исследования и которая обновляется все время.

"Да. И это их задевает".

Занятие в области документирования синагог в Германии заставило Шварца покинуть все свои научные исследования в области земледелия и биологии, несмотря на то, что служил председателем международной Ассоциации по гидропонике еще долгое время. Но он не сожалеет. С его точки зрения, это пришло очень вовремя. "Основные исследования уже закончили тогда. После уже не было особо что исследовать по гидропонике. Это исследование - нечто другое".

"Заговор молчания породил Катастрофу"

"Самой большой проблемой было молчание", - таков вывод Шварца. "Немцы молчали и евреи молчали, несмотря на то, что они знали, что происходит. "Хрустальная Ночь" или "Ночь погромов" не были единичными случаями убийства евреев. Вот здесь", - он указывает на толстые книги, - "есть четыре тома имен евреев Германии, убитых во время Катастрофы. Среди них есть имена тех, кто был убит между 1933 и 1939 годами. Это 6 лет, и в них 4000 имен". Шварц говорит, что в этом списке отсутствуют имена еще 2,000 человек, которые тоже были убиты перед Катастрофой, но не занесены в книгу, написанную и составленную немцами.

"Человек убит, но есть документы, что он умер от сердечной недостаточности. Из-за этих документов невозможно записать его здесь. Я сказал составителям книг: "Господа, это же ложь. Этот документ подписан? Кто его подписал? Это просто закорючка. Человек убит, потому что он еврей". И они отвечали: "Мы знаем, что это ложь, но есть документы". Есть и такие, что были убиты в Шоа, но их нет в этих списках, потому что у немецких исследователей "кончились деньги" и они не пишут дополнения. И это сейчас, а не десятки лет тому назад".

Шварц привел рассказ о человеке, который не молчал. Давид Франкфуртер, например, который убил нацистского дипломата Вильгельма Густлофа выстрелами, в городе Давос в Швейцарии. Шварц говорит, что суд над Франкфуртером, который раскрыл злодейства нацистов, и конечно, вызвал раскрытие разведывательной и агентурной сети, насаженной Густлофом в Швейцарии, спасла Швейцарию от присоединения "по собственному желанию" или от захвата нацистами. "Это спасло жизни десятков тысяч швейцарских солдат и, более того, жизни 20 тысяч евреев Швейцарии, которые, между прочим, никогда не сказали ему спасибо, как надо бы". Рассказ о Франкфуртере (основное увековечивание его - это улица его имени в Петах-Тикве) амута собирается опубликовать в следующем году, по случаю 70-летия "Хрустальной ночи".

"В Германии были убиты шесть тысяч людей еще до Шоа. Если б не молчали б так о шести тысячах, не дошли бы до 6-ти миллионов. Сейчас мы в этом уверены. Вина в молчании. Говорили: "Помолчим, это закончится, это уладится". Это было самым большим нашим преступлением.

Выращивание растений, отделенных от почвы, в год шмиты

В первый год существования кибуца "Хафец Хаим" думали члены кибуца не соблюдать год шмиты. Это был первый год основания кибуца. Рав Йосеф Каганман, глава ешивы Поневеж прибыл в кибуц по посланию рава Авраама Йешайя Карлица (Хазон Иш), обращался к сердцу молодых земледельцев и таки убедил их не нарушать шмиту.

Практическое занятие шмитой побудило Шварца начать и обдумывать в направлении о выращивании на водных растворах, то есть, гидропоники - выращивании на платформе отделенной от почвы, разрешенное в год шмиты. От бедного кибуца не получил Шварц бюджет на развитие идеи, и все работы по этой теме осуществлялись после часов обычной работы. Кто проявил заинтересованность, это как раз Хазон Иш; в основном, - говорит Шварц, - ради того, чтоб общественность соблюдающих Тору не зависела в снабжении овощами от арабов.

В 1951 году Щварц пребывал в Штатах, агитируя репатриироваться в Израиль ("Кажется, я сагитировал только одного человека за весь этот год, и то и он вернулся потом в Штаты. В Израиле тогда был скудный период", - говорит он с улыбкой). В рамках этого года собирался поучиться у тамошних специалистов в области гидропоники, но очень скоро обнаружил, что их "мастерство" он в состоянии изучить в течении двух часов.

При возвращении в кибуц "Хафец Хаим" и после того как доказал, что он может выращивать прибыльные урожаи на 10 квадратных метрах, ему не дали большой площади для опытов. "Сказали мне: вначале перейди на 100 метров. Они не поняли, что если мне удалось выращивать на малой площади, это уже не играет роли". Через какой-то период он просился быть принятым в университет и изучать тему упорядоченным образом, но у него не было на руках аттестата зрелости ... В течение лет Шварц учился и сделал докторат и даже стал профессором. Он исследовал и развивал гидропонное земледелие в Эйлате, в Эйн-Геди и заграницей и также читал лекции в разных местах. То, что было одним дунамом (1000 кв.м) в "Хафец Хаим" десятки лет назад, превратилось в миллион дунамов по всему миру.

- И как это относится к году шмиты?

"Шмита требует дополнительной организации, но если это проделать, не должна быть проблемой, так как большинство овощей в Израиле уже и так выращивают этим методом".

"Пальмахники были преступниками"

В конце Второй Мировой войны Шварц был послан по поручению Хаганы за границу. Все люди кибуца были членами Хаганы, но он просился послать его с миссией, помочь уцелевшим беженцам, а также поискать своих родных. Он не нашел никого. Гораздо позже нашел одну свою тетю. Шварц действовал в рамках "алии Далет" - переправка евреев под поддельными удостоверениями личности, путь, не очень известный до сего дня. Брались паспорта у обитателей страны, наклеивались другие фотографии, подделали печать и переправляли их. Деятельность была связана с встречами в сомнительных местах, дачей взяток разным служащим и посланникам.

"Встреча с уцелевшими в Катастрофе была ужасной", - говорит он. - "Внезапно я понял, что такое Катастрофа. Были такие, что выдумывали рассказы, потому что они уже были не в себе, и были такие, что рассказывали, и я думал, что они сочиняют, но оказывалось, что все это было правда".

Когда разразилась история с "Эксодусом", Шварц был послан организовать репатриантов на корабле "Оушен Вигор", и удивительный рассказ о восьми неделях, в течение которых корабль болтался в ужасных условиях, между Францией и Гамбургером, Шварц рассказывает подробно на сайте "Даат".

У Шварца есть много претензий к Пальмаху, организовавшему невозможную битву людей с "Эксодус", приведшую к жертвам. Вообще, говорит он, люди Пальмаха были частично преступниками, заботившимися только о себе и действующими безответственно. Это заслуга Бен-Гуриона, говорит Шварц, что он расформировал Пальмах. О пренебрежении к уцелевшим в Катастрофе, - говорит Шварц, - что оно было несправедливым и неоправданным. Сильное сопротивление репатриантов на корабле беженцев и их выживание в таких тяжелых условиях - это большое мужество и демонстрирует огромный потенциал. "Сабры верили, что дети выживших в Катастрофе будут строить государство, так как они сами (уцелевшие) уже не могут. В действительности, уцелевшие строили страну не менее, чем они".

"Бейт Ашкеназ" занят сейчас также свидетельствами переживших Катастрофу, бывшими на "Эксодусе", включая их личные истории. Репатрианты тогда были записаны под вымышленными именами и до сих пор личность многих не установлена. Пока собраны тысячи фотографий, 1800 имен и 600-700 свидетельств. "Бейт Ашкеназ" собирается издать книгу и памятную медаль на эту тему, однако опять сталкивается с экономическими трудностями. "Вопрос, кто будет делать это все", - говорит Шварц.

"БеШева"

Текст на иврите http://www.inn.co.il/Besheva/Article.aspx/6541

Перевод М.Л. МАОФ

http://maof.rjews.net/content/view/19320/7/