# Китай

Лана Ефимовна Игдал-Додман

KИТАЙ


02.05.01 - 17.05.01


Левую нам, правую им,    А остальное китайцам...           Полный техт очерка на сайте tipadven.com/travelreport76    Идея ехать в Китай возникла у меня от безвыходности. С одной стороны хотелось новых ощущений, с другой - хотелось сберечь их для будущих поездок с сыном. Так родился Китай.    Странная вещь - ассоциации. Первое что приходит в голову, когда я думаю о Китае, это рассказ одной моей приятельницы, как они ходили в горы вместе с китайцами. Восхождение было тяжелым, группа не проффесиональной. На каком-то этапе русские туристы сломались и решили, что выше им не надо. Китайцы же провели комсомольское собрание, приняли решение подниматься и пошли. На пути к вершине собрание пришлось повторить еще несколько раз, но цель - вершина была достигнута.    Китайская стена, порох и Конфуций приходят на ум позже.    Итак, сказано - сделано. В аэропорту нас встречает девушка, представляется Леной. На мой вопрос откуда такое имя, она отвечает, что их учитель русского всем студентам дал свои славянские имена. Тогда я подумала, что ему просто лень было учить китайские. Потом оказалось, что это принятая практика и англоязычные гиды тоже все имеют европейские имена.       День первый       В аэропорту флаги и надписи на китайском. Иногда можно встретить "EXIT" и "TOILET".    Мы начинаем с экскурсии не заезжая в гостиницу. Мне это не очень нравится, но сил спорить нет.    Наша гид рассказывает нам, что она вовсе не "бабушка", а "серый волк" (не гид, а учитель математики, деревенская, приехала в Пекин год назад в поисках столичной жизни и что она уверенна, что мы много читали о Китае и наверное, знаем о нем больше чем она). Неприятный сюрприз. Следующий сюрприз - первомайские праздники. Они длятся неделю и в это время все китайцы путешествуют. Их и так не мало, а в праздники...    Наш первый пункт - площадь Тянь Энь Минь. Это одна из самых больших площадей в мире. Прототип Красной площади. С одной стороны на ней находится мавзолей Мао, с другой дом конгрессов, а с третьей Запретный город китайского императора с прикрепленным к воротам портретом коммунистического вождя (как насмешка над прошлым). А посередине - тысячи людей с красными флажками в руках. Одеты они хорошо - разнообразно, чисто, ярко. Но их очень много, поэтому они без конца расталкивают друг друга. Мы тоже слегка потолкались и пошли в запретный город.    Только здесь мы поняли, что толкучка на площади - это ерунда. Там было много места и будучи внимательным, можно уворачиваться от локтей других пешеходов. В Запретном городе это невозможно.    Наша гид все время говорит, что когда был император, народ не мог все это видеть, зато сейчас... Я еле сдерживаю себя, чтобы не сказать, что никто не любит посторонних у себя в доме, в том числе и император.    Наверное, здесь когда-то было очень красиво и не зря место называется "город". Императору было запрещено покидать его. Исключение составляли поездки в храм или переезд в летний дворец. Император всегда должен был быть на месте, чтобы решать неотложные проблемы, если таковые появятся.    Мы сворачиваем в боковую аллею, которая не включена в программу. Ка-жется, что там поменьше людей. И действительно - дополнительная плата за вход. Мы почему-то должны платить и за гида. Здесь находится стена девяти драконов. На голубом фоне девять чудищ, но краски яркие и выглядит красиво.    К сожалению в запретном городе нет места для фантазии. Кроме ужасных толп, атаковавших меня со всех сторон, давила еще и структура китайских памятников. Зайти никуда нельзя, только заглядывать через оконные стекла или через дверь, не переступая порога. Внутри все пыльно, обшарпано. Ясное дело - это императорское и простому народу ни к чему.    И тут вдруг доходит жуткий смысл китайского социализма: все отдать народу - пусть поглазеет, но чувства, которые требуется при этом вызвать - " Мы их, мы старый мир разрушим до основанья..." А чего строить пока не знаем.    Название "Запретный город" звучит интригующе, но когда он разрешен, очарование пропадает.    Теперь мы едем в храм Неба. Это императорский храм. Главная его достопримечательность - Камень Бога. Если встать на него и громко задать богу вопрос, есть шанс получить слышимый ответ. Но здесь снова толпа, каждый пытается влезть на камень и что-то крикнуть. Ответ, понятно, никому не нужен. Да и сомнительно, чтобы бог отвечал на бессвязные крики толпы. Он может разве что наказать за излишнее беспокойство.    Храм красивый. Построен в виде концентрических строений в которых все пропорции кратны девяти. Можно поверить, что в этом месте бог слышит.    Мы устали и голодны. Едем в ресторан. Там нам выделяют отдельный зал. Он не большой, на четыре столика. Стулья оставляют желать лучшего. Нам заказали комплексный обед. Официантки не понимают по-английски ни одного слова. Так что попросить что-то не представляется возможным.    Игорь получает первый урок пользования палочками. Ему не нравится, хотя получается у него вполне прилично. Он требует вилку.    Еда необычная, но вкусная: курица с орехами, спаржа и жаренная капуста... И чудесный чай.    К нам приставлена отдельная официантка, которая по движениям пытается предугадать наши желания. Постоянное внимание немного утомляет, но так, наверное, живут богатые. Придется привыкать.    Чтобы день закончился полным набором удовольствий, мы едем на массаж ног. Эту процедуру нужно описать отдельно. В начале принесли кадки с горячим отваром каких-то трав. Там парят ноги. Потом массажист начинает массировать голову и шею.(Игорь говорит: "Может, я не знаю где у меня ноги?".) И только потом непосредственно массаж. Очень приятно. Иногда больно. Но все равно здорово.    Мы едем в гостиницу. Совершенно измученные, но уже принявшие первую порцию Китая. Полный техт на сайте tipadven.com/travelreport76    День второй       Утро нового дня не приносит солнышка. Все также противно моросит дождь. А у нас по плану парк летнего императорского дворца.    Он громадный - причудливые мостики над каналами, беседки похожие на пагоды, в которых наверное очень приятно сидеть и созерцать мерное течение вод и игру рыб в пруду. Но всюду толпа и деться от неё некуда. Но тут мне в голову приходит спасительная идея - взять на прокат лодку. Наконец мы от всех уплыли.    Причаливаем к маленькому островку. На нем беседка, но лодку укрепить негде и я поручила гиду держать ее за швартовачный канат (пусть от нее будет хоть какая-то польза), а мы направились в место для созерцания.    Наверное в старые времена китайские поэты сочиняли здесь стихи. Стихи от которых остается послевкусие. Это совсем не чеховское "когла словам тесно, а мыслям просторно". Это воспоминания и ассоциации. Туманная дымка и плохая погода делают пейзаж еще романтичней. Но нужно идти. Вперед! К людям!    В одном из павильёнов нам предлагают сфотографироваться в императорских одеждах. Мы спрашиваем цену и соглашаемся. Потом оказывается, что если на снимке двое, то это дороже. Интересно, почему? И почему тогда не берут деньги пропорционально весу фотографируемых? Мы бы еще больше заплатили.    На самом деле, чувство что тебя хотят обмануть присутствует все время. Например, в самом первом ресторане наш водитель почему-то за нас заплатил и мы рассчитывались уже с ним. И еще много других досадных мелочей. В Израиле у меня такое же чувство возникает когда я встречаюсь со страховыми агентами. Даже император не выходил в Китае из дворца, чтобы его не обманывали, или по крайней мере, чтобы он не мог этот обман распознать.    После Летнего дворца мы идем посмотреть на китайских панду.Как и на все остальные достопримечательности, здесь на них смотрят через стекло. Мы пришли к панду в обеденное время. Он был занят приемом пищи и так и не захотел повернуться к нам мордочкой. Мы видели только пущистую спинку.    В зоопарке мы зашли в туалет. Туалетной бумаги нет, зато есть комната, именуемая лобби. В ней стоят обшарпанный стул и маленький столик. Интересно, для чего она предназначена?    Отсюда мы отправились в храм Ламы. Может из-за того что гид нам ничего не рассказывала, было трудно понять различия между храмами: статуи Будды, витиеватые крыши, вазы для курения благовоний и ворота.    У каждых из ворот три двери: для хозяина, стражи и всех остальных. После второго храма мы уже привыкли и это не кажется нам экзотикой.    На вечер у нас билеты в Пекинскую оперу. Для меня это было событием. Само китайское оперное исскуство было окутано ореолом тайны и непонятных мне страстей, каторжного труда и праздника красок.    Но ничего такого не произошло. Спектакль проходил в зале фешенебельной гостиницы. Длился сорок минут и состоял из двух частей: оперы (в которой не все, по крайней мере мне известные, каноны соблюдались. Например женские партии здесь пели женщины) и балета, который я вовсе не ожидала увидеть.    Китайское оперное искусство душу мою не тронуло, но было, по крайней мере, занимательно. Балетную же часть вообще трудно назвать искусством - смесь акробатики и демонстрации отдельных боевых приемов различных школ.    Если суммировать общие ощущения - " НИКАК".    После оперы мы решили немного прогуляться по Пекину. Вечером он выглядит так же как и днем: широкий, просторный, излишне помпезный и коммунистический. Дома большие, но какие-то очень однообразные - как хрущевское строительство. И невольно вспоминается - " Русский с китайцем братья на век".       День третий       Начинается третий день нашей поездки. Вчера я долго проводила воспита-тельную работу с гидом, объясняя какого рода информацию я бы хотела получать во время экскурсии. Трудно поверить, что за одну ночь человек способен выучить историю Китая, но мы едем к великой стене и хотелось бы знать о ней хоть что-то.    Стена находится за городом и проходит по холмистой местности, строго повторяя ее рельеф. Ее строили точно по контуру тогдашней границы, нимало не заботясь о затратах и эффективности работ - пусть ограждает Поднебесную.    В Китае говорят, что человек, взобравшийся на стену и прошедший ее из конца в конец может считать себя героем (длина - пять км., но начинается высоко в горах). Мы не герои и едем на верх по канатной дороге. У ее входа цветет сирень, и я вспоминаю Киев.    Стена вьется по горам замысловатой змейкой, символизируя в моих глазах бесконечное терпение китайцев, готовых снести и воплотить в жизнь любое сумас-бродство своих правителей: и постройку Великой стены, и постройку доменной печи в каждой семье.    Здесь как и везде много народа. Но мы начинаем к этому привыкать. Пейзаж вокруг великолепен. Стена и правда - великая!    Мы едем к захоронениям династии Минг. Все начинаестся с величественной аллеи, охраняемой громадными статуями разных животных - слонов, львов, верблюдов... Они стоят и сидят, лежат и преклоняют колени. Когда идешь между ними, мозг как бы готовится принять грандиозное завершение.    Величие витает. Оно не зримо. Смерть - это тайна. Почти как китайские стихи. Сама гробница разделена на несколько помещений - для императора, его жены, для домашнего скарба и отдыха. Все обставлено соответственно. Интересно, что за все загородки китайцы бросают деньги. Но, в отличие от римских фонтанов, здесь их не убирают. И они скапливаются в горки, иногда полностью покрывая экспонаты. Деньги лежат так давно, что некоторые уже тронуты тлением, а китайцы при всей своей бедности к ним не дотрагиваются.    Гид и водитель объясняют нам, что в Китае существует такая традиция - есть три раза в день, и что это очень полезно для здоровья. Мы бы еще погуляли, но спорить не хочется и мы соглашаемся. Только просим ресторан, где нет туристов и мы могли бы по меню заказать себе обед. Вот такие непомерные требования.    Нас привозят в ресторан. Приносят меню. Гид не может толком объяснить, что там написано и мы с горем пополам находим там мясо, суп и пиво.    Я. "Еще бы каких-то овощей."    О. (Оффициант) "Каких?"    Я. "Ну не знаю. Помидоров, огурцов..."    О. "Как приготовить?"    Я. "Никак. Свежие"    Нам приносят на блюдце два свежих целых помидора. Я режу и чищу их перочинным ножиком, палочки для этой цели не годятся.    В конце еды нам приносят счет. Он примерно в два раза больше, чем я посчитала. Я прошу объяснить. Мне объясняют. Я говорю, что такого не заказывала. Они уходят пересчитывать. И так три раза. В четвертый они говорят, что я посчитала все правильно, а разница из-за помидоров. Их не было в ресторане и за ними ездили на такси в другое место. Значит такси тоже оплачиваем мы.    Нас снова надурили. Когда мне казалось, что я уже знаю все их проделки, нас снова надурили. Я злюсь.    В один из дней мы проезжали квартал с русскими магазинами. Я их узнала по надписям. И сейчас хочу туда поехать. Здесь и правда много толстых русских тёток. Магазины все оптовые - для челноков. Но, честно говоря, товары не выглядят привлекательно. Очень кустарно. Но их покупают. И везут в Россию.    Игорь пытается найти для меня туфли. Он даже готов к оптовой закупке. Но все размеры велики. Наша гид объснила, что раньше при императоре у китайских женщин действительно были маленькие ножки, но, после того как революция их освободила, им стало можно иметь большие размеры и ноги у всех выросли. Неужели когда мы говорили о революции в России, выглядели также?    Куда бы мы не приезжали, мы всегда стараемся есть местную пищу. Вот и сейчас мы покупаем колбаски - они выглядят очень аппетитно, китайское пиво и овощь, название которого мы не знаем, но что-то похожее мы ели в ресторане и было вкусно. Полный техт на сайте tipadven.com/travelreport76    День четвертый       Вот и настал наш последний день в Пекине. Моросит дождик. Настроение соответственное.    Мы едем на экскурсию на рикше в старый рабочий квартал города. Бедным он, естественно, был только во времена императора. А сейчас мы должны увидеть, как все благоустроенно. В доказательство этого нас ведут в гости к семье там проживающей. Мужик, встретивший нас, абсолютно нормальный, можно даже сказать, приятный. Квартира крошечная - гостинная, спальня и кухня, совмещенная с ванной. В гостинной зачем-то три видеомагнитафона. Говорим о жизни. Ситуация идиотская. Вобщем понятно, что нам показывают потемкинскую деревню, но все равно любопытно.    Интересно, кого выбирают в качестве "образцовой китайской семьи" для показа иностранным туристам? Передовиков производства? Я пытаюсь воспроизвести свои чувства в Союзе, если бы меня так выбрали. Гордилась ли бы я или наоборт возмущалась? Ответ неоднозначен.    В этом же районе, совсем недалеко, расположена вилла императорского вельможи. Там красиво. Снова мостики, беседки, непременная скала и толпа.    Последний пункт нашей программы в Пекине - шелковый рынок. Это просто туристический базар. Шелка или кашмира здесь нет. Мы по иннерции покупаем какие-то мелочи и в общем готовы ехать в аэропорт.    Наш гид предлагает нам попить чаю в каком-то совершенно особенном месте. То, что мы увидели похоже на ВДНХ. Там расположен чайный домик. Нам показывают чайную церемонию и угощают разными сортами чая. Его, оказывается, не настаивают. Просто заливают кипятком и сразу пьют. Теперь я знаю, что если чай хорош, то он и не настоянный ароматен. Мне очень нравится действо и я хочу готовить такой же чай дома.    Теперь в аэропорт. На внутренних рейсах каждый пассажир должен заплатить подать на реконструкцию китайских аэропортов. Сумма совсем не символическая. Я не представляю себе подобного налога, например, в Америке.    И вот мы в Гуилине. В этом городе нет каких-то особенных памятников. Сюда приезжают ради естественной красоты этих мест.    Спать еще рано. И мы решаем осмотреться вокруг гостиницы. Улица. Все разрыто. Причем с двух сторон. И продолжают рыть. Работают исключительно лопатами, а землю носят на носилках. Кругом грязь и мелкие лавчонки. Ходить негде.       День пятый       По дороге к пароходику, который повезет нас по реке Ли, мы останавливаемся у кромки рисового поля. Оказываеся каждый стебелёк риса сажают дважды: один раз - семена в обычную землю, а когда появляются ростки их пересаживают в землю покрытую водой. Поэтому этот процесс нельзя автоматизировать.    Мы отплываем. Пейзажи как - будто сошли с японских полотен, а может наоборот, взошли на них. Почему японских? Не знаю. Так работает мое ассоциативное мышление.    Река узкой дымчатой лентой вьется между холмов и живописных скал. На берегах крестьяне стирают белье, собирают бамбук. Иногда встречаются узкие рыбацкие плотики со скамеечкой посредине. Жизнь нетороплива, как воды Ли. Слова "Цивилизация" и "Прогресс" звучат как ругательства. Ощущение покоя.    С нами рядом сидит семья из Гонолулу. Они оказываются евреями. Мы зна-комимся. Наши впечатления от Китая схожи. Они только чуть лучше это формулируют: "Мы привезли сюда деньги и готовы их потратить. Если при этом мы не чувствуем себя желанными гостями, то зачем приезжать".    Они рассказывают нам, что Гаваи - это не только пляжи, что там есть много интересных мест и предлагают свой дом, если мы захотим приехать. Они звучат настолько доброжелательно и искренне, что я поневоле начинаю планировать в уме поездку в Гонолулу.    Нас высаживают около маленького базарчика. Там обычный китайский дже-нтельментский набор: скатерти, чашки, палочки... Мама просила меня купить тигровый бальзам. Здесь он есть. Я начинаю торговаться. На этом процессе надо остановиться отдельно.    Главная китайская предпосылка: турист - это мешок с деньгами. Он дурак, и его самая большая мечта от этих денег как - нибудь избавиться. Если поведение покупателя в эту схему не укладывается, на него злятся, смотрят почти с ненавистью и всем своим видом демонстрируют, что туристу немедленно следует взяться за ум.    Теперь наша сцена на базаре:    Я. Сколько стоит бальзам?    П. (Продавец) 20 - одна склянка.    Я. Я готова заплатить 10 за пять, т.е. 2 за склянку.    П. Нет. Не хочешь - не надо. Иди. Ну ладно, плати по 15, и бери все 5.    Я. Нет. Только по 2. А сколько стоит шарфик?    П. 200    Я. 30    Мы долго торгуемся. В конце она готова отдать за 35, а я купить только за 30. И мы уходим к другому лотку. Она бежит за нами и наблюдает за переговорами. Я понимаю, что 35 - это действительно минимальная цена для шарфика и мы его покупаем. Первая продавщица с возмущением спрашивает нас, почему ей мы давали только 30. Попробуй объяснить это на китайском. Она заканчивает свою речь так: "Ладно, пошли. Будете покупать бальзам.". Мы покорно идем за ней. Она уже поняла, что я не дам ей больше 10 юаней. Она соглашается. Выкладывает на стол 5 баночек. И вдруг, абсолютно неожиданно, хватает одну, со словами: "Хватит тебе и четырех за эти деньги" (перевод с китайского вольный). Мне так смешно, что я с ней уже не спорю.    Но все-таки процесс торговли, как правило, вызывает неприятные ощущения.    Мы едем в гостиницу, отдохнуть перед вечерней рыбной ловлей. Что она из себя представляет: рыбак, на узком плоту с фонарем впереди, вывозит на реку до десятка птиц, внешне похожих на гусей. Они называбтся - кормораны. У каждой на горло надето кольцо. Оно не сжимает горло, но и не позволяет ему расширятся. Птицы ныряют, движимые инстинктом утоления голода или охотничьим инстин-ктом. Мелких рыбешек они глотают, а более крупные застряют у них в глотке из-за кольца. И они идут к своему спасителю-рыбаку, чтобы он освободил их от этой на-пасти. И он освобождает, сбрасывая рыб в корзину, а все такую же голодную птицу посылая снова на охоту.    Птиц жалко очень. Но зрелище потрясающее. Гид все время говорит о контакте и дружеских отношениях между корморанами и рыбаком. И я начинаю думать о том, кто может даровать мне спасение. Не он ли до этого построил всю цепочку. А я как глупая птица, прошу о помощи.    В течении дня мы ездили на машине по городу. Оказалось, он разрыт весь. Полная загадка, почему нельзя, начинать новую улицу, закончив предыдущую, почему нужно вначале перекопать все?    Вечер. Я голодна. И мне хочется попробовать гуилиньскую кухню не в ресторане, а просто на улице. На одном из лоточков жарят что-то похожее на шашлык. Мясо выглядит как говядина, но Игорь начинает пугать меня собачатиной. Я решаю рискнуть. Жестами выясняю цену. Она приемлемая. Плачу. И вдруг за эти деньги нам дают не один, а целых десять шашлычков. И предлагают сесть за столик с маленькими стульчиками. Игорь разглядывает стульчик с сомнением - выдержит ли. И хозяин приносит ему обычный стул.    Мне вкусно. Я сыта и, наконец, довольна. День можно закончить. Полный техт на сайте tipadven.com/travelreport76    День шестой       Сегодня у нас по плану прогулка по гуилиньским паркам. Пасмурно и в парках мало людей. Наверное, если гулять в хорошую погоду и без гида, прогулка могла бы быть приятной, а так она выглядит бессмысленной.    В одном из парков мы поднимаемся на смотровую площадку с которой виден весь город. Наверху уже находится группа путешествующих китайцев. Один из них бросается к Игорю с просьбой сфотографироваться с ним. Почему Игорь является достопримечательностью? Китаец страшно доволен - улыбается и похлопывает его по плечу.    Под смотровой площадкой находится пещера. Когда-то в ней было буддийское святилище. Его разрушили во времена культурной революции. Там где раньше божество восседало на лотосах, остались осколки цветка, обведённые кружочком с инвентарным номером. Боги ушли из пещеры и из душ.    Почему человеческая память так коротка и варварство забывают так быстро? Церкви в Росии, храмы в Китае, статуи в Афганистане. Я понимаю, что главный разрушитель это - время, но люди... Они как бы говорят: "Мы не вечны. Пусть все закончится с нами вместе", и приближают этот конец. Безнадёга. Они, боясь смерти, ещё больше боятся жить.    Мы обедаем в этом совершенно разрытом городе и улетаем в Чончинг, откуда завтра начнётся наш круиз на корабле по реке Янгдзы. -- Полный техт этого очерка, а также очерки о других странах, где я путешесвовала, детальные маршруты, с указанием адресов, часов работы и стоимости билетов вы можете найти на моем сайте tipadven.com/travelreport76 Буду рада помочь с инфомацией    День седьмой    На корабль! На корабль! На корабль!       День восьмой       Река Янгдзы    День девятый       Следующее корабельное мероприятие - лекция о речном жемчуге.    Сегодня у нас остановка в городе Джингджоу.    День десятый       Корабль прибывает в Вухан.    Сегодня мы улетаем в Сиан.    Сиан - это одна из семи древних столиц Китая, объединенного Китая.    День тринадцатый       Шанхай    Мы едем к горячим источникам Черного коня.    Вечером у нас Китайский цирк.       День четырнадцатый и последний       на поезде едем в Суджоу.       Послесловие       Мне бы хотелось сделать ещё несколько общих замечаний об этой поездке. Они не связаны хронологически ни с каким из дней, но неразрывно вплетаются в мои мысли и ощущения. Итак.