# Бари. Город, где встречаются религии.

Анна Иванова

У каждого свое отношение к религии и свой опыт встречи с чудом. Это мои впечатления о Бари, белом городе у лазоревого моря.


Бари. Город, где встречаются религии.


Год спустя, после окончания Университета в Италии, где-то в конце весны, в мае, меня вдруг вновь захлестнула волна ностальгии. Воспоминания о моей жизни в Италии шли ко мне чередой, я то грустила, то улыбалась. Я гнала их прочь, зная, что больше не вернусь - больше нет такой возможности, все хорошее когда-нибудь кончается. Завершился и этот период моей жизни - диплом получен, и это событие еще тогда, год назад наполнило меня и радостью, и грустью от того, что завершилась учеба - а с ней и конец празднику, который подарила мне Италия. Как в знаменитом фильме "Ирония судьбы" - "Новогодняя ночь кончилась. Пора возвращаться в жизнь".

Я все это знала, но ничего не могла с собой поделать. Мечты возвращались вместе с воспоминаниями. Я думала об Италии, она мне снова стала сниться.

- С этим надо что-то делать. Так дальше продолжаться не может.

Поэтому я решила завершить даже мысленно мой итальянский период жизни, попрощаться с воспоминаниями, которые с приближением лета становились все сильнее и ярче. И я написала всем свои друзьям прощальные письма:

- Прощайте, больше не вернусь. Закрываю страницу. Только прошу - вспоминайте иногда.

Я помню, как я писала эти слова, сидя у реки. Был теплый майский день. Я слушала шум водопада, смотрела на блеск падающей воды в лучах вечернего солнца и представляла, что вместе со стремительным потоком воды уплывают прочь мои воспоминания, сначала взрываются как в водопаде все чувства, а потом медленно уплывают вдаль, становясь все тише и спокойнее.

Но вдруг такое острое чувство пронзило меня, что я помню об этом даже спустя год. Все мои мечты и воспоминания вылились в одно сильное желание, которое переполнило мое сердце:

- Боже, как бы я хотела еще хоть раз взглянуть на те места, хоть на миг, только взглянуть - как я была бы счастлива!

- Нет, это нереально. Мне может помочь только чудо,- попыталась я прогнать это чувство.

Но поздно. Уже дух странствий вошел в мою кровь, заставляя сорваться с места, и уже невозможно было усидеть на месте. Италия нереальна, я поеду в Москву, только для того, чтобы было движение и перемены.

И уже на следующий день я помчалась за билетами, радость от предвкушения поездки охватила меня - я подарю себе неделю Москвы

Через день я бродила возле Москва- реки, по бульварному кольцу, у высоких Кремлевских стен, заходила в храмы. Одна и та же мысль преследовала меня - то вспыхнувшее желание не гасло в моем сердце:

- Боже, как бы хотелось чуда - увидеть Италию! Хоть на одно мгновение, еще только раз.

В своем порыве я пошла к Николаю- чудотворцу, ибо я просила о чуде, о настоящем чуде. А потом бы единственное, о чем бы только могла мечтала - о работе в Москве.


Храм был открыт, мне повезло. Впервые я попала во вновь выстроенный, восстановленный храм Христа Спасителя. Несколько раз после восстановления храма я приезжала в Москву, но мне удавалось только попасть в нижний его придел - церковь Преображения. Величественный Храм потряс красотой и монументальностью, и светом внутри. К этому свету я и стремилась, здесь и просила о чуде, здесь и стояла у необыкновенной, странной иконы Николая Чудотворца, привезенной из города Бари, из Италии.

Преисполненная этим светом, с восстановленным душевным спокойствием, я вернулась через день домой.

- А тебе звонили. Странный звонок, вероятно, из Фонда.

- Неужели, Италия? Возможно ли? - сразу же подумалось, после всех моих мечтаний.

На следующий день снова звонок и предложение поехать на два с половиной месяца в Италию! Более того - в Бари.

- Вы знаете, как Вам повезло? - сказала мне моя знакомая писательница, - Бари - это же место паломничества, там гробница святого Николая. Такая поездка - это просто подарок судьбы.

- Правда? А я как раз святого Николая о чуде и просила, - я улыбнулась.

Звонок из детского Фонда был в понедельник, а уже в четверг ночью я лечу на самый юг Италии, везу к теплому морю наших ослабленных белорусских детей- сирот.


После осуществления такого чуда, естественно, первое мое желание было - найти в этом большом южном городе храм святого Николая.

- Вы - русская? Так здесь есть Русская Православная церковь. Вам, наверное, туда. Но она не в центре города.

Я даже рада, что меня направили сначала в эту церковь. Потом я узнала, что гробница святого Николая находится в католическом храме в центре города, в огромном монументальном сооружении, возвышающемся над морем

А сперва я попала в небольшую православную церковь, и только скромный памятник св. Николаю перед ней говорил о ее имени. Храм был закрыт.

- Вы русская? А Вы позвоните у дверей. Вас примут, - сказал мне служитель у ворот.

Мне было странно это слышать.

- Нет, спасибо. Я просто хотела бы узнать, когда открыт храм. Я приду в другой раз.

Но, увидев у звонка маленькую табличку на русском языке "Представительство Русской Православной церкви за рубежом. Церковь св. Николая. Пожалуйста, звоните в любое время", я решилась попробовать:

- Я только спрошу, когда храм открыт.

Мне отворил сам батюшка - молодой священник, типично русской внешности, высокий, светловолосый, тип русского богатыря, очень приветливый и радушный:

- Вы из России? Как там? Заходите, заходите, я сейчас храм открою, и самовар можно поставить.

- Мне не хотелось бы беспокоить. Я могу придти в другой раз.

- Ну что Вы. Храм ведь для паломников. Вы приехали издалека. А здесь все наши святыни, их ведь чудом сберегли.


Храм, очень маленький, полутемный, осветился теплым мерцанием свечей. А при виде старинных русских икон, привезенных сюда еще последним русским царем Николаем, внезапно защемило сердце и охватило благоговейное волнение.


Я не хочу сейчас писать о том, что не всегда есть единство и взаимопонимание не только между различными христианскими конфессиями, но, к сожалению, даже в рамках одной церкви могут случаться разлад и непонимания. Это слишком больная тема, и болезненна она не только для самих церквей, но и для обычных верующих. В мире достаточно много боли и страдания, в Церковь же люди приходят за душевным миром, и хочется видеть здесь больше единства, толерантности, открытости и диалога.


Я просто передаю свои впечатления и чувства от посещения этого храма, который уникален не только своими святынями, но и редкими по душевным качествам людьми, работающими здесь. Такого сочетания сердечности, доброты, простоты и мудрого отношения к проблемам, с которыми им приходится сталкиваться, я давно не встречала. Они, действительно, высоко чтут призвание быть хранителями традиций Русской Православной церкви и представлять Православие за рубежом. О. Андрей - человек редкой интеллигентности, больших знаний и благородства душевного.

Я сожалела, что не могла уже представлять факультет богословия, где работала в течение последних 9 лет. Но миссия, которая привела меня в этом году в Италию, была не менее благородна.

- Так Вы деток привезли? Вот хорошо-то как. Отдохнут, на солнышке погреются, фрукты попробуют. А приводите их сюда.

- А ведь, в самом деле. Надо попробовать организовать поездку сюда тех, кто пожелает.


И незадолго до окончания нашего пребывания удалось совершить эту поездку (дети жили в разных семьях в 20 км от Бари). Собралось 12 детей с принимающими их семьями. Меня удивило даже не то, как искренне прослушали всю службу дети. Как бы ни тяжело им приходилось, ведь жизнь не очень баловала их любовью и заботой, но дети есть дети - их души открыты и искренни. Больше удивило неподдельное внимание и интерес итальянцев к Православию. Их многочисленные вопросы показали, как мало поступает информации не только о нашей религии, но и о культурной жизни, о стране в целом. А ведь это часто одна из причин непонимания и разногласий.


После службы матушка, молодая стройная женщина в русском сарафане, накрыла в тенистом саду столы на всех с чаем, самоваром, и даже пирогами, которые сама напекла.

В ответ на нашу благодарность и удивление, отвечала просто:

- Ну как же, это ведь дети. А мы всегда паломникам рады, всегда и угощение стараемся приготовить.

Атмосфера за столом была исключительно добрая и радушная. Дети наслаждались прохладой великолепного, небольшого, но тщательно ухоженного цветущего сада. Этот сад со старыми пальмами, цветущими магнолиями, инжиром и платанами был заложен еще русским царем Николаем. По тому, с какой любовью о. Андрей показывал его нам, можно было понять, что он очень бережно заботился и ухаживал за этим сокровищем, оставленным на хранение и поддержание красоты.

За задушевными разговорами мы не заметили, как провели в этом саду более половины дня. Перед уходом потрясенные русским гостеприимством итальянцы говорили о том, как они были рады больше узнать о русской культуре, традициях и менталитете народа. Было видно, что многое явилось для них открытием.

А я думала о том, как неожиданно много может дать одна простая встреча, визит в храм во взаимопонимании. Ведь именно из таких малых встреч и складывается шаг за шагом путь народов навстречу друг другу во взаимном узнавании. Рождается диалог - создаются основы для начала дружбы.

Рады были и дети, ибо благодаря таким дружеским открытиям, они нашли друзей в другой стране, которые будут их всегда помнить и любить. А некоторые из них обрели, наконец, вершину детского счастья - семью, которой они по каким-либо причинам были лишены.

И на это можно смотреть как на закономерность в создании дружеских связей, а можно и увидеть чудо, посланное Провидением.


О. Андрей организовал также совместный поход к святыне - католическому храму, где покоятся мощи св. Николая. Здесь мы были допущены к святая святых - самой гробнице, где он отслужил молебен. В этом католическом храме уже не удивлялись постоянной череде русских паломников, которые в течение нескольких столетий из года в год прибывают сюда поклониться святыне. И давали особое разрешение православным русским священникам служить молебны в католическом храме. Мне же было странно осознавать, что один из наиболее почитаемых святых в католической традиции, св. Николай, здесь в Бари стал восприниматься и считаться "русским" святым, благодаря нашим соотечественникам, сохранявшим столетиями удивительно сильную и искреннюю веру.

Ведь и Православный храм изначально был задуман и затем построен как пристанище для многочисленных паломников, проделывающих нелегкий путь издалека. Эта церковь с древнейшими святынями и райским садом зелени и прохлады показалась мне оазисом добра и радушия родной земли.


Католический храм - огромный, монументальный и несколько холодный, отстраненный. Впервые меня туда сопровождал наш итальянский руководитель, организатор проекта по оздоровлению детей из районов, прилегающих к Чернобыльской зоне. Глубоко убежденный в том, насколько это доброе дело важно не только для здоровья детей из далекой холодной страны, но и для самих принимающих итальянских семей - столько радости может отозваться в ответ на душевную доброту - он очень много приложил усилий для того, чтобы дети могли приезжать сюда вот уже в течение нескольких лет для восстановления ослабленного здоровья.

- Я не верю в чудеса, - сказал он мне перед храмом, - я здесь подожду, да и в инвалидной коляске трудно зайти.

- Как жаль, Никола, что я не в состоянии испросить чуда для Вас.

- Чудес не бывает, - сказал он.

Но все, кто его знает, в один голос уверяют о его духовном перерождении, о совершенном изменении его характера, о том, как много он всего сделал для блага своего города. Реконструкция улиц, разбитый сад, открытие дома отдыха для престарелых, а теперь и проект оздоровления белорусских детей - все это было сделано по его инициативам и благодаря его усилиям. После трагической автокатастрофы, которая, причинив страдания ему лично, стала одновременно поворотным пунктом в его жизни, направленной с этого момента на бескорыстное и искреннее служение людям.

- Чудес не бывает, - сказал он мне, но духовно это был перерожденный человек. Кроме открытости, стремления помогать как можно больше всем, кто в этом нуждается - беднякам, престарелым, детям -сиротам, он еще и заряжал неизменным оптимизмом и постоянными шутками.

После нашего визита в храм, он стал засыпать меня фруктами, принося мне их в подарок почти каждый день. А в ответ на благодарность шутил:

- Знаешь, за меня молились всего два раза в жизни. А ты сделала вообще чудо - заставила меня, атеиста, да еще в коляске, зайти в церковь.


Сам Бари - это оригинальное сочетание большого европейского города с широкими проспектами, оживленным движением и престижными магазинами, такими, как на севере Италии, и южного колорита - жаркого солнца и пальмовых парков. Особое очарование придает, конечно, море. Еще только подъезжая к городу по автостраде, обсаженной с двух сторон бесконечными кустами пышных алых и белых олеандров, едва сдерживаешь радость от красоты дороги и от врывающегося в окно влажного теплого воздуха, напоенного ароматом моря.

Исторический центр очень небольшой и похож на все античные города Италии - узенькие улочки, только дома на юге строят из белого камня. Это делает город еще более светлым. Белый город в знойном солнце возвышается на холмах над теплым южным морем.


Набережная необычно поднимается вверх и со склона горы открывается прекрасный вид на бухту. Здесь днем тренируются серфинги, и сверху кажется, что почти вся синяя гладь моря усыпана белыми перышками парусов. Набережная очень большая - если идти пешком, то займет полтора- два часа. Днем бывает утомительно из-за жаркого солнца, но вечером приятно пройтись, подставляя лицо легкому теплому ветру.

Сочетание большого города и моря здесь кажется особенно необычным, даже напоминает сказочные города из повестей Грина. Может из-за того, что город кажется светлым от белого камня, может благодаря теплому морю. Говорят, что зимой иногда подымаются такие большие волны, что заливают всю набережную, но все три месяца лета, что мы здесь провели, море было спокойной синей гладью.


Вечерами мне нравилось долго идти по набережной, слушать, как тихо плещется уставшее море, любоваться чайками, которые ближе к ночи сбиваются к берегу, собираются в большие белые стаи, как перламутровое ожерелье, брошенное волной на темные скалы.

Зажигаются золотистые фонари, то и дело доносится музыка. Почти каждый вечер здесь концерты прямо у моря - то джаз, то рок, то зажигающая весельем латина.

С моря веет теплый бриз, и не хочется уходить - так бы часами и смотрел завороженным взглядом на дальние огни проплывающих лайнеров, на серебристый блеск волны, на тихую глубину ставшего таинственным в вечернем свете моря, превратившееся в мирно спящее и дышащее теплом большое живое существо.

По вечерам огромный, раскаленный до багрового цвета, пышащий жаром шар солнца медленно опускается в дальние синие воды у горизонта. И тает, растворяется в темной воде, окрашивая ее в золотое свечение А на город снисходит, наконец, долгожданная прохлада.

Улицы оживляются, множество людей прохаживается, заглядывая в магазины или просто рассматривая витрины. Меня всегда удивляла эта итальянская манера - внимательно и по долгу рассматривать витрины, очевидно, из неосознанного желания хоть как-то оправдать праздное времяпровождение.

На набережной собирается молодежь, шумными компаниями, которые порой даже танцуют, включая на полную громкость музыку в стоящих рядом машинах, или парочками, а недостатка в романтических местах здесь нет.

Тысячи огней зажигаются на набережной и сбегают далеко в море, подсвечивая пирс и проходящие вдалеке лайнеры. Вечер - это самое благодатное время. Спадает жара, шелест волн поет сказку о дальних странах, манит путешествиями теплый морской воздух, нежный, как прикосновение бабочки. Солнце уже не давит своими палящими лучами, и поэтому ощущается небывалый подъем и легкость, даже шаг невольно становится приподнятым и летящим.

Здесь, в этом белом городе у теплого моря, рядом со святыми и величественными храмами, легкой становится не только походка, легко становится и на сердце. Морская волна бросает к ногам сверкающую пену радостных брызг, а ветер напевает песни о счастье.


Так и останется в памяти образ, который будет всплывать при слове Бари - набережная в огнях, теплый морской бриз, величественный католический храм на горе над морем. И райский сад у Русской Православной церкви - оазис прохлады и душевности в мире раскаленного солнца и суеты людской - как хранитель традиций и возможность прикосновения к чуду.


Счастье - как легкокрылая бабочка. Можно пытаться поймать его, призывать и даже гоняться за ним - только тщетны будут все усилия. Но стоит перестать о нем думать и беспокоиться, и в какой-то момент вдруг оно само тихо опустится к вам на плечо.


Ноябрь 2004


6


P.S. Всем, кому может быть интересно - УРОКИ ИТАЛЬЯНСКОГО ЯЗЫКА- www.buonasera.ru с начинающего и продолженного уровня. Индивидуальные занятия итальянским языком с любого уровня,Занятия утром и днем или в выходные.