# Dolce vita по-парижски

Елена Викторовна Ящук

или Честный рассказ о жизни в отдельно взятом квартале. По иронии судьбы, этот рассказ был начат в уютном парижском кафе, когда я и не подозревала, что он будет закончен в Лондоне, на волне большой ностальгии...

Dolce Vita по-парижски,


или Честный рассказ о жизни


в отдельно взятом квартале


Париж крепко держит меня в своих объятьях. Нет сомнений - нас связывает глубокое взаимное чувство... Эх, Париж, Париж!... Как много в этом слове!... Десять лет жизни уже отдано этому городу-Сфинксу. Мне пришлось пожить в разных его местах, но мне теперь кажется, да я и ни минуты не сомневаюсь в том, что знаю, где находится самый милый, прекрасный и удобный квартал Парижа! Хочу сказать несколько восхищенных слов об этом удивительном месте, отдать ему должное за все те удовольствия, которые оно мне доставило...


В 15 округе, на улице Торговли (rue du Commerce) можно жить совершенно автономно.

Если бы жители этого района Парижа решили объявить независимость, то у них было бы больше шансов на безбедное существование, чем у корсиканцев. Зачем нам остальной город, когда у нас и так все есть? Магазины, где можно купить то, что заблагорассудится, скверы, где можно гулять, государственные и частные детские садики и школы для наших отпрысков, кинотеатры, в которых можно проводить субботние вечера, несколько линий метро, автобусов и множество станций с бесплатными велосипедами*... У нас есть даже деревья! Настоящие аллеи!** Есть и свои сугубо местные праздники и развлечения, улицы заполнены ресторанами на любой вкус, имеются так же и музеи для любителей культурной жизни, рекордное количество картинных галерей на душу населения, целая "деревня" торговцев антиквариатом, гостиницы, чтобы принять сколько угодно друзей, банки, где оставить свои деньги... Звучит убедительно?...


Гастрономически познавательная прогулка


За много лет я знаю всех продавцов в ближайших магазинчиках. Меня узнает мой сапожник-вьетнамец, вежливый, по-восточному услужливый. Чинит обувь всегда хорошо и быстро, но берет дорого. Он умеет возвращать к жизни любимую обувь, когда потеряны последние надежды. Портной-турок - к нему я уже давно не заявлялась. Стены его лавки увешаны одеждой и открытками из Турции и других стран. По этим незамысловатым украшениям чувствуется, что у него большая дружная семья, которую, как и многих других, разбросало по свету. Портной тоже прекрасно знает и любит свое дело. Он суетится возле меня, будто знает моего дедушку и бабушку, и я могу поведать ему свои маленькие тайны...


На авеню Феликс Фор всегда с улыбкой меня встречают торговцы рыбой. У них, как обычно, чудесная свежая рыба, хороший выбор и цены, не нарушающие приличий. Как привлекательно разлеглись темносерые устрицы, в шершавых раковинах, будто оторванных от покрова динозавра! Как они призывно пахнут морем! Как выставляют свои хвосты розовые вареные креветки, махают вам тонкой изящной клешней лангустины, рассыпаны на большом пенопластовом блюде ракушки: литторины и бакцинумы, по-французски их названия звучат более лирично: "бигорно" и "бюло" (bigorneaux, bulots). А лангусты, с толстым вкусным хвостом - будто креветки-гулливеры? Их продают обычно к Рождеству, так как для будничного стола они слишком дорого стоят. А омары - аристократы моря? А плоские рыбы? А серобокая пучеглазая дорада?... Морская фауна так разнообразна и так вкусна!


На большие праздники мы заказываем "морское блюдо": дюжины две устриц, креветок, иногда пол-краба, три-четыре вида морских моллюсков (как они чудесно сочетаются с майонезом! Как тают во рту!), Все это быстро и с большим удовольствием съедается и заливается пощипывающим во рту, сухим, как треск веток в костре, белым вином - шабли...


По субботам мы с мужем часто устраиваем себе местечковый праздник желудка. Чтобы отовариться и ощастливить свои вкусовые сосочки, мы отправляемся в итальянскую лавку, которую смело можно назвать "Прощай, диета!", - маленький, будто осколок метеорита, кусочек Италии. В небольшом пространстве, в тесноте, да не в обиде, разместились на витринах гордые, будто торт-"наполеон", разнообразные лазаньи - с мясом и со шпинатом, итальянская паста, приготовленная с песто, со сметаной и трюфелями, с помидорами и кабачками, с растекающимся сыром-горгонзолой, в салате с моцареллой и томатами-черри... а грибочки! Пусть простит меня любимый дядя, но плавающие как бассейне в оливковом масле грибочки, не хуже его собственных... А огромные высушеные свиные ноги, которых режут на тонюсенькие просвечиваюшиеся кусочки, а балыки и ветчины, сыры и вина - дары солнечной и гостеприимной Италии! Нас обслуживает на удивление стройная брюнетка-итальянка (при таком разгуле вкусностей вокруг нее!), накладывающая щедрые порции. Еще мы любим баловать себя "тирамису" и "панна котта" - это непревзоденные дессерты. Денег на такое удовольствие уходит много, но мы никогда не жалеем! На настоящее искусство средств не жалко.


Через дорогу от итальянского гастрономического рая и рыбного магазинчика с его дарами природы - мясная лавка. Там я приобретаю кролика или кусочек нежнейшей телячьей печени. Каждый раз, когда меня обслуживает молодой мясник, с розовым румянцем в пол-щеки и с рыжинкой в волосах, он смеется над моей просьбой "порубать кролика, но оставить голову". Оголенный кролик без своей мягкой белой шубки - зрелище не для слабонервных, и мне страшно и неприятно смотреть в его остекленевшие глаза навыкате... он будто упрекает меня в своей безвременной кончине... его мясо нежно и вкусно, но французы его слегка чураются, будто это мясо какого-нибудь домашнего животного... при этом им не претит есть печень перекормленной утки, симпатичных, улыбающихся весеннему солнцу улиток, найденных в земле и принесенной в зубах специально обученой собакой черных трюфелей и прочие изыски... А вот кролик, это странно...


В мясной лавке в субботу днем собирается длинная очередь из бабушек, которые спешат за своей "свежатинкой". Женщины от сорока любят паштеты, вырезки говядины, кольца колбаски-кровянки... витрины ломятся от явств: рулеты, салаты, все части тел ягнят, коров, поросят и взрослых свиней, сосиски, печенки, желудочки, перепёлки, утки, курицы... как можно быть вегетерианцем?!


Булочная, она же кондитерская, находится в двух шагах. На самом деле булочных в нашем квартале очень много, поэтому нельзя сказать, что у меня есть одна любимая, куда я постоянно хожу и где меня узнают. Всегда поражалась исключительной быстроте обслуживания. По вечерам там всегда очереди. Хрустящий, еще теплый багет под мышкой - лучше, чем французский паспорт в кармане, дает почувствовать себя настоящей француженкой.


С тех пор, как я живу в этом районе, я страшно обуржуазилась. Живу на широкую ногу, покупаю дорогие продукты, ублажаю свой желудок (и желудок моего мужа) изысканными явствами, в которых теперь я знаю толк. Кофе и травяной чай я покупаю не в супермаркете, а в специализированном бутике, по счастливому стечению обстаятельств, находящемся в самом начале Торговой Улицы. Можно смело сказать, что как в Греции, на этой улице есть все. Кофе перемалывают прямо передо мной (смесь арабики и робусты), он обворожительно пахнет, как дорогой парфюм... Потрясающе ароматный и некрепкий на вкус, совсем как я люблю, кофе без кафеина. Пока год я была кормящей мамой и не могла пить полноценный кофе, я пристрастилась к кофе без кафеина и теперь не хочу ничего другого. Травяные смеси в марлевых мешочках с романтическими названиями "Отвар пастуха" или "Рождественский чай", " Tisane des 40 sous " никогда не заканчиваются в моем доме. Часто покупаю национальную гордость бельгийцев - печенье с корицей "Спекюлос". Когда входишь в этот магазинчик, на двери всегда позванивает колокольчик, у меня впечатление, будто я - юный Гарри Поттер, который пришел закупить волшебных палочек на предстоящий учебный год. Мягкая женщина лет пятидесяти пяти с нежной улыбкой в стиле Моны Лизы с удовольствием продает свои богатства, и заходить к ней за очередной покупкой всегда приятно.


Рядом, на углу Торговой улицы и улицы Предпринимателей (Rue des Entrepreneurs) - овощной магазин. Это словосочетание отправляет меня, будто машиной времени, в советскую эпоху, когда мы ходили отстаивать очередь за грязной картошкой в накрепко пропахший кислой капустой овощной. Ничего общего с парижским светлым, чистым магазином, чьи прилавки ломятся от овощей и фруктов. Вообще я давно не видела немытых овощей! Хотя нет. Именно в этом магазине недавно появилась "песочная" морковка, она так и лежит, покрытая не землей, а песком. Говорят, что ее вкус лучше обычной мытой морковки, и она дороже! Где здесь логика?


Прохожу мимо стелажа с несколькими видами картошки с нежными девичьими именами: агата, шарлотта, роза, амандина... биндж (почти как банджо!) - самая дешевая и больше всего похожа на нашу, родную украинскую картошку, крупную, из которой получается белое пюре. Существует даже фиолетовая картошка - витлотт, но в нашем магазине она не водится. "Ратт из города Тукэ" - это картошка-аристократка с фамилией с приставкой. Ее так и называют - "Ратт дю Тукэ". Ее престижно приготовить на какой-нибудь званый ужин. Она мелкая и благородная, ее и чистить не надо.


Но только между нами - лично я люблю Амандину, с тонкой шкуркой темно-пастельного цвета... А салаты? Раньше я знала только зеленый. С тех пор, как я в Париже, открыла для себя новых преставителей флоры: mБche, roquette, lаitue, batavia, scarole... В этом магазине меня никто не знает - слишком много посетителей. Но есть незабываемая продавщина - очень расторопная азиатка неопределенного возраста после сорока с почти белыми короткими волосами. Кажется, для нее нет тайн в жизни - она знает всё!


Обычно почти во всех бутиках постоянным клиентам выдают карточки, которые сулят вам скидки после десятой или двадцатой покупки. Мой кошелек уже неприлично раздулся от всевозможных карточек с надписями, печатями и прочими иероглифами на них. Продолжим прогулку по Торговой улице, ее название так точно соответствует ее назначению!


Магазин Olivier & Co - специализируется на продаже оливкого масла, и того, что можно сотворить на его базе. Меня неизменно привлекает этот изящный магазинчик, похожий на филиал пещеры Али-Бабы. Но дорого, все безумно дорого! Итальянские макаронные изделия, у меня есть свой любимчик - тончайшие спагетти с трюфелями. Две минуты в кипящей воде - и они готовы! А сушеные помидоры, а оливковые печенья, а масла!...


Соседняя дверь - еще одна мясная лавка (их на улице несколько). Меня неизменно, будто закалдованную, привлекает курочка на гриле - полцарство за нее! Когда я прохожу мимо, часто уставшая и проголодавшаяся, я чувствую, как она, золотистая и полнотелая, крутится на гриле, обливаясь соком. Она источает такой призывный аромат, что всякий раз желудок подпрыгивает к горлу, как собачка... Сам Одиссей не устоял бы перед такими сиренами!


А вот сырная лавка - ее тоже можно обнаружить с закрытыми глазами, только по терпкому неповторимому запаху. Так и вспоминаются сырные перепитии героя Джерома К. Джерома. Сыры - это отдельная история, в них, как джин в бутылке, заключена душа старой Франции. Сыры твердые, сыры текучие, сыры горные, сыры равнинные, сыры из коровьева молока, из овечьего, из козьего... сыры пастеризованные и непастеризованные, сыры темно-белые, как несвежие простыни, сыры оранжевые, каковым позавидуют и апельсины, сыры старые, сыры молодые, сыры с дырками и без дырок, сыры зимние, сыры летние, сыры с плесенью и сыры с проседью - вот она - гордость Франции! Камамберы, бри, мимолетт, шевр, томм, рокфор, контэ... вся сырная поэзия в маленькой лавке!


Так незаметно, мы прогулялись по гастрономическим местам... и это еще не всё!


Персонажи Человеческой Комедии, которую пишет Город


Еще одно часто посещаемое место - химчистка на улице Предпринимателей, перпендикулярной Торговой улице. Там заведует молодой человек с тонким голосом, которого я вижу уже много лет, он поменял несколько раз прически, отпускал волосы, стриг их, заростал щетиной, брился, полнел, худел... и только огромные глаза печальной собаки остались неизменными... По всей видимости - это семейный бизнесс. Я видела и его сестру, с такими же огромными глазами цвета мутной голубой воды. Еще там работает молодая африканка, высокая, но очень тонкая, будто лиана. Заказы часто задерживают. Бьются над пятнами, как над злостными бактериями или советскими тараканами - и те, и другие ни в какую не хотят выводиться... Но цены в этой химчистке сводят на нет конкуренцию, которая почему-то, как те же пятна, продолжает упорно существовать. Химчисток возле моего дома, в пяти минутах ходьбы, штук пять или шесть.


Буквально в двадцати метрах от дышащего паром помещения, завешенного одеждой - совсем другой мир, под названием Jicara Chocolat. Впервые я зашла в магазин, привлеченная не столько совершенно удивительной витриной, сколько молодым мужчиной очень интересной внешности. Именно таким я всегда представляла себе Настоящего Француза (до того, как накрепко поселилась во Франции). Темные, романтически растрепанные волосы до плеч, легкая сексуальная небритость, глаза, будто маленькие переливающиеся на солнце черные озера... и что-то непроизвольно томное во взгляде. Он продает изумительный шоколад. Хочется сюда почаще возвращаться... Просто Жюльетт Бинош из фильма "Шоколад", но только в брюках и со щетиной... и шарм, шарм!


Каждый месяц меняется витрина, каждый месяц - новый сюприз. Шоколадные африканские маски, палитры художников с красками и кисточками, изящные женские туфли и мужские ботинки натуральной величины - со шнурками (нешоколадными)! Все это из черного или шоколада с молоком. Бутылки шампанского и бокалы из тонкого шоколада, фантастические творения, хрупкие, но настоящие! Коробочки, которые полностью можно съесть со всем содержимым, на своей крышке они несут послания любви: "Je t'aime!", "С днем рожденья!", "Поздравляю!"... А шоколад с солью и перцем? Совершенно поразительное сочетание. Вот-вот сюда заглянет Вилли Вонка с Шоколадной фабрики со своим другом Чарли... Я готова оставить все деньги в этом магазине!


Я еще не рассказала об очень важном месте в жизни квартала: католической церкви Жана-Батиста де Гренель. Она - в "центре мира": там, где сходятся и пересекаются авеню Феликс Фор, улица Предпринимателей и улица Торговая. В субботу и воскресенье она радушно принимает своих верных прихожан и случайных прохожих. На праздники, как в деревне, собирается весь квартал, вы можете встретить давно невиданных соседей, неприметных бабушек, молодые семьи с детьми.


История моей собственной семьи теперь уже крепко связана с этой церковью: там нас с мужем венчали, там же мы крестили нашего сына. Я католичкой не стала, но была приятно удивлена очень дружественным и приветливым отношением к православным. Открытие души и терпимость - мне это понравилось.


Мне неизветсна точная статистика, но многие религии представлены в лице жителей нашего района. Кроме католических церквей и школ, у нас имеется маленькая незаметная русская православная церковь и русская община, известная еще с послереволюционных времен, когда "бело-эмигранты" облюбовали себе этот кусочек французской столицы.


Не знаю о буддиских храмах и мечетях, но кроме русских, наш милый оазис обжили многие народы: вьетнамцы открыли несколько магазинов одежды и овощных, японцы под видом китайцев и китайцы под видом японцев - рестораны, которые имеются в Париже абсолютно везде, а также мини-маркеты с азиатскими продуктами, у нас есть и тайский магазин с мебелью и утварью для украшения дома, и как, водится, ресторан. На авеню Феликс Фор - индийская барахолка, которая превратилась в азиатский овощной, и индийский магазинчик одежды превратился в индийский же интернет-кафе.

Просто круговорот вещей в природе! Ничто не пропадает, а преобразовывается!


Корейцы не ограничились открытием нескольких хлебных мест и парикмахерских, у них в 15 квартале - настоящая диаспора. У ресторана "Сеул", что напротив моего дома на улице Жавель (Rue de Javel), часто останавливаются целые автобусы, из которых вываливается рекордное количество корейцев. Корейские мужчины в деловых костюмах с сигаретами были так же замечены на площадке перед рестораном. Женщин среди них никогда не бывает! По всей видимости, "Сеул" по совместительству является корейским культурным центром, где за бутылочкой крепкого алкоголя решаются дела и хорошо проводится время. Европейцам там бывает не всегда уютно, как слону в посудной лавке. Корейцы приходят ужинать часов в семь вечера, тогда как остальные парижане едва успели отобедать. Когда же последние уже чувствуют необходимость подкрепиться, часов в девять, пол-десятого вечера, корейцы к тому времени почти покинули помещение. Хотя иногда удается увидеть корейцев во время поглощения еды и напитков.


Случается даже получить интеллектуальное наслаждение от созерцания представителей другой культуры. Я уже почти десять лет, как покинула родину и - представляете! - не помню, когда последний раз видела пьяных. На парижских улицах это крайне редкое зрелище. Но однажды я ужинала со старинным другом-французом в "Сеуле", как вдруг мы заметили группу мужчин, не совсем юношей, но еще не преклонного возраста, как говорят у нас в Украине, "на пидпытку", то есть явно навеселе. Они только что закончили трапезу, опустошили несколько бутылок корейской водки, когда решили покинуть ресторан. Один мужчина, с хорошо известной улыбкой умиления и этилового счастья, зигзагами направился к выходу. По пути он почти опрокинул пальму и слегка поскользнулся на повороте, но окончательно равновесия не потерял. Его пытался безуспешно поддержать друг. Когда же наш "пилот" достиг дверного проема, его шаг стал на удивление твердым, плечи расправились, и он преодолел препятствие совершенно прямой походкой! "Джигит!" - восхищенно подумала я. За этой сценой с любопытством наблюдали все французы: где еще такое увидишь!


Кроме корейской диаспоры, у нас имеется иранская диаспора, представленая несколькими магазинчиками и... о, сюрприз! - рестораном. Радуют глаз персидские мотивы, лавки ломятся от мешков с фисташками, миндалем, арахисом, кунжутом... пряные запахи распространяются по улице и следуют за вами, будто ненавязчивое привидение. На витринах царит хаос - на них вперемешку выставлены сладости, орехи, книги, кассеты с музыкой и фильмами. За заставленными всякой всячиной прилавками - приятные усатые дяди, лет за пятьдесят, восточной наружности с большими мягкими руками. Почему-то они мне напоминают повести о Хадже Нассредине, Бухару и Багдад, где я, конечно же, никогда не была, но мне кажется, что восточные рынки уже много веков подряд пахнут именно так - пряностями и персидскими коврами.


Но на этом моя "галерея" не заканчивается, мы еще не познакомились и с половиной достопримечательностей, без которых в этом квартале приятная жизнь просто невозможна. Продолждая нашу гастрономическо-культурную прогулку, покажу вам еще несколько любимых мест. Как-никак, а парижане проводят львиную долю свободного времени в общении с друзьями вне дома - в кафе и ресторанах.


Пора вспомнить и о французском достоянии. Ресторан "Chez moi ou chez toi" носит очень парижское название - "У тебя или у меня". Сакраментальная фраза! Фантом свободной любви! Владелец этого заведения - прелюбопытнейший персонаж. Несколько лет назад, как-то вечером мы прогуливались с мужем в поиске места, где можно было бы поужинать. Не знаю, почему нас занесло на скромную улицу Мадемуазель (Rue Mademoiselle), которая, будто лучь солнца, простирается от площади, где находится Церковь Жана-Батиста де Гренеля, и удаляется в недра пятнадцатого квартала. Мы проходим мимо двух ресторанчиков, совершенно не привлёкших наше внимание, как из одного выскочил бодрый молодой человек среднеземноморской наружности и начал непринужденный разговор. Он шутил с нами, как со старыми знакомыми, пригласил войти, будто это был его собственный дом (в каком-то смысле, это была правда), и мы, заинтригованные, зашли в маленькое полутемное помещение. Мы сразу почувствовали себя уютно, красные лампы искусно создавали интимную обстановку, картины же на стенах облегчали атмосферу... Молодой человек, с курчавыми черными как смоль волосами принес меню, постаринке написанное мелом на черной доске. Он не переставал нас развлекать разговором, он был одновременно похож и на итальянца, и на испанца... оказалось, в нем смешалось несколько средиземноморских кровей, включая Эгипет, Ливан, Италию и еще какоие-то страны... Мы зачастили к нему, он с первой минуты был с нами на "ты", мы приводили с собой друзей, даже родителей. Его повар отлично готовил типичные французские блюда.


Хозяин имел обыкновение здороваться со всеми посетителями, знакомыми, малознакомыми и совершенно незнакомыми, как принято в Париже у близких друзей - целовать в обе щеки, то есть делать вид, что целуешь, а сам громко чмокаешь губами и при этом касаешься щеками. Представляете себе картину, когда мы пригласили с собой родителей мужа, и наш темпераментный знакомец попытался поцеловать слегка чопорную маму и заговорил на ты с папой - высоким и солидным бывшим морским офицером - командиром первого ранга? Выглядело комично, но хозяин ресторана был ничуть не смущен и своих привычек не менял...


На сегодняшний день он стал папой, продал свой ресторан, купил новый, за двадцать метров от старого, переделал на свой вкус, назвал его "Мой второй дом", но что-то магическое ушло, и мы не так часто возвращаемся к нашему знакомому ливанцу-итальянцу-египтянину...


Обо всем не расскажешь, но есть у нас еще одно любимое местечко - индийский ресторан "Банани". В сезон туда привозят манго из Индии, это настоящее "райское наслаждение"!


К Рождеству все уважающие себя улицы Парижа одеваются в праздничное убранство. Еще задолго до праздника появляются светящиеся гирлянды, неширокие улицы пересекают неоновые "короны", кварталы соревнуются друг с другом в том, кто выглядет наряднее. Город по-настоящему преображается, и осенне-зимние вечера становятся не такими грустными, потому что с заходом солнца улицы светятся тысячами огней, создавая приподнятое настроение в ожидании Рождества.


Французский Дед Мороз - "Пэр Ноэль" - "Папа Рождество", одет в короткую красную шубейку и красные штаны. Его можно увидеть на стенах домов, цепляющимся за маленькую лесенку, с небольшим мешком с подарками за плечами. Меня очень умиляют эти деды. Они набиты ватой и ростом с крупного гнома. В отличие от нашего большого грузного Деда Мороза, похожего на английского волшебника Мерлина, степенного, уважаемого, одетого в большую тяжелую шубу, с длиннющей бородой и огромным мешком - такому не пристало лазить в окна к обывателям - французский Пер Ноэль - подвижный мужичек спортивного вида.


Ейфелевая башня и Марсово поле. Как забыть об этой знаменитой "жительнице" нашего квартала? От моего дома и до ближайшей ноги Эйфелевой башни - минут тридцать пешком. Пока воспитывала маленького сынишку и "сидела дома", исходила каждый квадратый сантиметр Марсового поля. Мне стал известен его каждый кустик.


За последние годы я сменила несколько мест жительства. Но Эйфелевая башня не перестает преследовать меня. Она торчит в моем окне уже так долго, что я давно привыкла и не обращаю на нее внимания. Скучно! Так говорят молоденькие привлекательные девушки о своих навязчивых поклонниках. Вроде бы и надоели, но стоит им исчезнуть с поля зрения хотя бы на день, и - о, катастрофа! "Я одна и никто меня не любит!" Если бы мне кто-то предложил снова переехать так далеко, чтобы не видеть Эйфелевой башни, то я бы пришла в ужас!


И еще несколько слов. Авеню Феликс Фор названа в честь одного из президентов Франции. Не знаю, что он на самом деле сделал для страны, чем отличился, но каждый раз, когда слышу это имя, мне вспоминается история о его славной кончине не на поле брани, а в объятьях любовницы. Именно так себе и представляют французских мужчин за границей, это среднее арихметическое от сложения гордого гасконца Д'Артаньяна, ублажателя желудка Партоса, благородного, гордого философа Атоса и любвеобильного, гоняющегося за женскими платочками Арамиса... Но жестокое разочарование приходит, когда вместо рубахи парня или утонченнного, слегка женственного, чуть ли не напудренного, благоухающего ароматами воображаемого француза встречаемся с реальными людьми... А потому, поменьше доверяйте приключенческой литературе, путешествуйте, учите языки, общайтесь, и вам встретятся удивительные люди...


Местные архетипы, или скажи, как ты одет, и я скажу, кто ты


В нашу галерею портретов необходимо включить персонажей, не имеющих имен, но представляющих собой некий типаж, архетип местного жителя. Я расскажу о нескольких из них, наиболее ярких и узнаваемых. То, что я собираюсь описать, есть продуктом моей дедуктивной деятельности и активного, длительного наружного наблюдения. Я могу ошибаться, я безусловно преувеличиваю, но примите это, как литературный прием - гиперболу, чтобы лучше рассмотреть данное явление, и совсем не со зла, иронично посмеяться под ним... К тому же, я не уверена, что люди, которых я буду описывать, отдают себе полный отчет в том, как они выглядят и какие мысли навевают. Те, кто родился в этой стране, был воспитан по законам своего круга, ведет жизнь, которую от него ожидают и которая им подходит, возможно, не замечают в своей одежде признаков "кастовой принадлежности", а может, именно таким образом они определяют себе подобных, как и в любом обществе? Я - иностранка, мне многое режет глаз и мне нравится наблюдать за окружающими меня людьми....


Нашу улицу очень любят представители всех негосударственных организаций. Их посланцы-добровольцы стоят в стратегических местах и просят денег для голодающих Африки, на планы спасения планеты от загрязнения или наступающего глобального потепления, на помощь больным СПИДом, для обездоленных людей собирает подаяние Красный Крест, для обездоленных собак и кошек -общество защиты животных...


Вы радостно порхаете от бутика к бутику, ваши руки ломятся от покупок, вы мчитесь домой в предвкушении наслаждения, и тут перед вами вырастает юноша с глазами, светящимися желанием спасти мир, или малоухоженная девушка в бесформенной майке с именем ассоциации. Они начинают давить на вашу совесть, которая до этого момента неплохо себя чувствовала. Не успели вы оторваться от одного активиста, как вас на следующем перекрестке поджидает новый... Просят всегда одного - подписаться и дать денег. Если вы прогуливаетесь по этому кварталу, значит, достаточно богаты для пожертвований. Не то чтобы я последняя жесткосердечная скряга, просто не люблю, когда мне лезут в душу и в карман, не спрашивая моего разрешения и не оставляя времени на раздумия.


Мода - постоянная жительница моего квартала. Ее здесь увидишь во всех испотасях, кроме очень высокой моды. Молодые борцы за справедливость имеют очень узнаваемый стиль в одежде. Это просто как униформа, знак принадлежности к определенной касте: балахоны, шаравары из хлопка, любимые цвета: серый, бурый, потертый черный, хаки... африканские тюрбаны, нерасчесанные волосы или "раста", небритые молодые лица, романтическая растрепанность и нарочитая "неухоженность", "бедность", юный максимализм и студенческий бунт против общества потребления...


На этом фоне - еще один эмблематический персонаж... Поскольку наш квартал, где живет много практикующих католиков, то женщины из католических семей носят тоже своего рода униформу, будто в церкви после воскресной мессы им рассказывают, как и во что надо одеваться. Они приходят в церковь со своими многочисленными отпрысками и респектабельным мужем. "Респектабельность" в данном случае - это тоже стиль в одежде. Никаких фривольностей.


Так вот, представьте себе молодую женщину, миловидную, с прямым каре до плеч. Почему-то, француженки из типичных католических семей не носят длинных распущенных волос, во всяком случае, сколько лет я за ними наблюдаю, ничего подобного мною не было замечено (может, потому что это неправильно? Длинные волосы - это признаки архетипической ведьмы?). Коротких причесок "под мальчика" вы тоже никогда не увидите - это слишком вызывающе, это что-то либерально-феминистское, а значит, отдает свободной любовью и грехом. Только каре или "конский хвост", ничего чувственного, никаких платиновых, боже упаси, блондинок, ни ярко-рыжих локонов. Русый, пепельный, каштановый цвет или естественный "мышиный". Конечно, если природа не одарила каким-нибудь шикарным натуральным цветом. Еще, бывает, они носят обруч, как это было модно лет двадцать-тридцать назад... отдает нафталином... но мода над этими женщинами не власна, для них важнее пренадлежность к классу.


Никакой косметики на смиренном одухотворенном лице, если она и есть, то незаметна.

Естественность - вот самое главное украшение женщины. Они очень часто носят слегка укороченные брюки, которые открывают лодыжку - "пантакур" по-французски. Я не знаю, по какой такой причине они не могут носить брюки нормальной длины, то эти "пантакур" очень уродуют даже вполне красивую ногу, визуально "урезая" ее. Поскольку обувь молодые католички носят без каблука, на низком ходу, часто это "туфли-бато", которые носят мужчины, но можете себе представить эту "красоту" женских ножек... Даже красавица выглядит как гусыня. Иногда женщины постарше носят прямые юбки чуть ниже колена. Конечно, и плоские туфли, и короткие брюки - одежды удобная, но... я еще не закончила своего описания... Наша дама еще не совсем одета...


Далее - рубашки или блузки белого или голубого (тоже "мужского") цвета, сверху - темные кофточки-кардиганы или свитера с круглым вырезом под горло. Опять-таки, загадка природы, но почему-то эти женщины часто отдают предпочтение не изящным и модным дамским сумочкам, а кожаным рюкзачкам с тонкими шлейками престижной и респектабельной фирмы Longchamps, которые они носят на спине... Единственный индивидуальный штрих - в выборе цвета: бежевый светлый или бежевый темный, или вообще - темнокоричневый!


Это мое личное мнение, но я ненавижу эти рюкзачки, которые в сочетании с каре, широкими свитерами цвета темно-синего ночного неба, белыми воротничками рубашек, высовывающимися из свитера, плоскими туфлями и брюками, что "режут" ногу пополам, делают женщину асексуальной, пресной, бесцветной и холодной, как родниковая вода... Конечно, вся одежда на такой женщине - высокого качества, из дорогих магазинов, которые столетиями выпускают одни и те же модели, чтобы не дай бог не прервать традицию и не лишить своих клиенток их униформ и знака принадлежности к их кругу. Потому что одежда - это отражение образа жизни и внутреннего мира, здесь я вас не удивлю.


Вы можете обнаружить бриллианты на их руках - это кольцо, подаренное мужем, когда он был еще женихом, или подарок на годовщину свадьбы... Но, как вы догадываетесь, это кольцо с одним, но довольно крупным камнем, тоже "архетипическое", никаких вольностей не представляющее. Еще из украшений можно увидеть жемчуг, золотые кольца, иногда и браслеты... Потому что свой достаток надо хоть как-то, пусть скромно, но показать. Католики не носят крестиков, тем более поверх одежды. У них имеются медальены, надежно спрятанные под рубашками и свитерами.


Перейдем теперь к другим атрибутам: мужу и детям. В нашем квартале не живут баснословно богатые люди, для них есть другие престижные районы. Здесь живут обеспеченные парижане. В "архетипической" католической семье, "средней", (вестиментарные) вкусы которой я пытаюсь описать, добыванием денег занимается муж. Он, как правило, закончил престижное учебное заведение, которое открывает ему двери к блестящей карьере, трудится в банке, страховой компании, или он - инженер, адвокат или зубной врач. Детей, как правило, в семье двое и больше. Но это отдельная обширная тема...


Противоположный персонаж - женщина, как кажется, из обеспеченной семьи (а может оказаться просто владелицей очередного салона красоты или парикмахерской ) зимой и летом одним цветом, то есть неестественно сильно загорелая, будто вымазанная шоколадом, не очень молодая (молодежь - это еще одна отдельная тема), увешанная бижутерией, с сумкой Луи Виттона в руке... Худая, маленькая, ненастоящая блондинка... по всей видимости - постоянная посетительница многочисленных салонов красоты... Одна из тех редких представительниц французских женщин, которая еще ломает ноги на высоких каблуках. Встречала я такую каждое утро по дороге на работу...


Есть и породистые дамы, не так вульгарно увлекающиеся искусственным солнцем, похожи на бизнесс-леди, а может такими и являются, то есть имеют не мужнины, а свои деньги, держатся уверенно, высокие, худые (!) брюнетки, одеваются с настоящим французским шиком - то есть не любят ярких расцветок, а предпочитают благородные кашмиры, шелк, лен, пастельных, серых и бело-черных тонов. Немного со вкусом подобранных украшений. Ничего лишнего.


Молодежь, если не "золотая", то слегка "позолоченная", водится у нас в большом количестве. У нас много школ в районе, молодежь, как и везде в мире, передвигается в пространстве косяками, стайками, группами. Что мальчики, что девочки - в кошмарно узких брюках, невзирая на фигуру, выпрыгивающие килограммы из зазора между брюками и свитером в районе талии... в кедах "Конверс", с длинными, плохо расчесанными волосами, с челкой, за которой едва видны глаза... Мальчики почти все с одной прической - будто волосы сушили вниз головой, а потом они (волосы), так и остались торчать в разных напрявлениях. Розовые поло. Еще одна униформа!

...........................

А впрочем, приходите сюда сами, погуляйте по улицам, пройдитесь по магазинам, пообедайте в ресторанах, подышите местным воздухом, понаблюдайте за окружающей вас жизнью, попивая кофе сидя за круглым столиком парижского кафе, который стоит прямо на тротуаре, прохожие, которых вы рассматриваете, едва не задевают вас, но никто не в обиде, это - Париж!


11