# Агрессия и хамство

Юрий Бужор

Заметки и наблюдения.

Если для кого-то людоедство дело привычное и он голоден - неплохой стимул для агрессии налицо. В общем, это корыстный мотив. Чтобы завладеть чем-то и заранее избавить себя от обездоленного тобой с его глупыми претензиями, лучше этого обездоленного тут же и порешить, даже если вы не людоед. Тем более если людоед.

Проверенный мотиватор - ненависть. Неважно, оправдана ли она объективно. Важно, чтобы в глазах убийцы она была оправдана. Обмануть убийцу несложно, потому что ненависть востребована. Это базовый инстинкт, биологическая данность.

Высокая цель тоже работает, но это мотив не массовый. Огромному большинству на высокие цели наплевать. Общественное благо в качестве оправдания убийства - это для фриков со сверхценными идеями. Но как пилюля от запроса совести сгодится не только для фриков.

Автор не психолог-профи, хотя однажды был приставлен к преподаванию этого предмета и поневоле пришлось углубиться. К счастью для автора и его тогдашних подопечных приставлен был ненадолго. Механизмы агрессии в ее крайних проявления - целый большой раздел психологической науки. Крайние проявления пришлось пару раз наблюдать по жизни, но больше слышанного и вычитанного. Не только из беллетристики, но и книжек по истории. В последнюю тоже пришлось закапываться.

Вырисовывается одно важное, почти непременное и даже достаточное условие для реализации человеконенавистничества вплоть до убийства и геноцида - безнаказанность. Всё дозволено, вот именно. Только не в достоевско-фриковом смысле, а в обыденно-юридическом - причём независимо от уровня развития того или иного социума, его образованности, вклада в общечеловеческую культуру и внешней воспитанности его граждан. Этнос не имеет значения. Разумеется, нельзя игнорировать правовые основы, за которые держится тот или иной этнос. То есть применительно к нашей теме - насколько обеспечена собственно наказуемость. Это не отменяет, скорее даже подтвержает сказанное выше. Уберите эти перегородки, объявите полный карт бланш на массовые убийства по тому или иному признаку - и вы увидите, как культурный народ чуть ли не мгновенно превращается в охваченное ненавистью стадо. Прежний опыт жизни в нормальном правовом поле не будет значить ровно ничего.

Мы порой удивляемся этому превращению, потому что проецируем наши представления о культуре и воспитанности на проявления крайней агрессии; на самом деле невоспитанный готтентот и выпускник Гейдельбергского университета в ситуации полной безнаказанности и когда речь идет вот именно о максимальной агрессии находятся на одинаковой стартовой позиции.

Это грустно. Не хочется с этим соглашаться. Но надо смотреть правде в глаза.

Что же касается упомянутой внешней воспитанности и ее противоположности - хамства, то здесь картина иная. Стартовые позиции здесь разные.


***


С проявлениями хамства мы сталкиваемся довольно часто. Чтобы ощутить, пуд соли ни с кем съедать не надо. У меня так сложилось, что я имел дело с группами очень разных людей, и они постоянно сменяли друг друга. В этих группах кого только не было. Другими словами, выборка была хотя и стихийная, но как будто репрезентативная - в рамках модели "наши люди за границей", разумеется, а не во всем разнообразии жизненных ситуаций.

Наши люди хамят - это стало трюизмом.

В смысле больше (чаще, сильнее), чем в тех же обстоятельствах и при прочих равных хамил бы среднестатистический европеец.

И тоже надо смотреть правде в глаза. Это правда - хотя с оговорками.

Cлова "хам" и "хамство" плохо переводятся на другие языки. Отсутствует холопская коннотация. Барин когда-то по определению мог как угодно оскорблять подневольных крестьян, но он не мог им вот именно нахамить. Нахамить им мог возвысшийся над ними же приказчик-мироед. Или они могли, восстав, нахамить своему хозяину.

Далеко не все говорящие на великом и могучем задумываются об этом. Просто слово "хамить" обидное. Почему вы грубите? - не обидно, ну, почти. Почему вы хамите? - обидно. Часто посредством этого вопроса вот именно хамят.

Перемещаясь лет эдак на полтораста назад, мы с подачи историков и бытописателей обнаруживаем наступившие было изменения к лучшему. Простой крестьянин оказывался в составе суда присяжных. Отменялось мордобитие в армии. Стало принято обращаться к прислуге на вы.

Великая революция, как выяснилось, не отменила сословность, а видоизменила ее. Но зато она отменила нормальный рынок. Была предпринята попытка реализовать самую бредовую и самую прекрасную мечту человечества - справедливое распределение под управлением государства. В результате появился на свет некий уродец. Он быстро заматерел и превратился в чудовищного монстра, имя которому - советская торговля.

На хамство продавца или официанта вы могли пожаловаться. Их даже могли за это наказать. Не в этом дело. Главное - по обе стороны прилавка оказывались, соответственно, маленький начальник и зависимое от него никто.

Так называемой интеллигентской прослойке, затесавшейся между классом-гегемоном и трудовым крестьянством, указали на ее место. Не говоря о физическом истреблении интеллигенции, начиная с красного террора 1918 года.

Почему сотрудник милиции, образно выражаясь, надевал на лицо сердитую, даже порой злобную маску? Но если бы он глядел приветливо и улыбался, его бы не поняли ни товарищи по службе, ни подведомственные рядовые граждане. Спятил, должно быть.

Молодой человек проходил школу хамства и унижения в армии. Дедовщина не поощрялась сверху. Наоборот. С ней пытались бороться. Но она возникала стихийно. Новенький - раб. Второгодка и тем более дед - господин.

Христианство не учит хамить. Но христианство было фактически отменено на одной шестой суши.

Как бы кто из читателей помоложе не решил, что я представляю весь советский период, каким-то бепросветным всепроникающим хамством. Это не так, конечно. Некий способствующий ему замес, тем не менее, существовал. Этот замес был покруче, чем где бы то ни было в Европе. Если кто-то видит другое объяснение сегодняшним остаточным проявлениям - любопытно было бы послушать.


***


Небольшой, заведомо далеко не полный перечень проявлений (еще и еще раз оговорюсь: речь не идет обо всех или даже о большинстве, это наблюдаемая статистическая закономерность).

- когда кого-то о чем-то просят и он или она отказывает, голос не понижается, а повышается. Боюсь, что это не досада на то, что ты не в состоянии сделать кому-то добро, а хочется. Нет, это обретение позиции сверху. Срабатывает автоматом нечто древнее. Ситуативный хозяин вопроса приосанивается, зависимый отгребает. Среднестатистический европеец приучен в подобной ситуации понижать голос и выражать сожаление.

- думаю, желание уесть кого-то, уколоть, пристроиться сверху свойственно тем или иным землянам в равной степени; просто у одних есть привычка с этим бороться и как-то это прятать, а у других нет. Экскурсант, перебивающий гида на середине предложения, потому что ему в голову пришел какой-то вопрос - это по-нашему. Не наш поднимает палец или просто ждет удобного случая. Идея в том, чтобы помешать, хотя это не осознается, и, если сказать об этом перебивающему, он искренне удивится.

- обращение по-русски к продавцу или консьержу в отеле, и, если он не понимает, повторение того же вопроса, но уже громко. Мысль о том, что твой язык вряд ли всем подряд известен за границей, не сразу посещает уже почти кричащую голову. Это было бы только смешно, если бы не было еще и обидно тем, к кому обращаются подобным образом. У них создается полное впечатление, что на них кричат вот именно за это - тупость и незнание экзотических языков.

- непунктуальность. Существуют стереотипы насчет "парижских 15 минут" и отличия в этом смысле немцев от итальянцев. Эти не миф, стереотипы на чем-то основываются. Но одно дело знать за собой такую слабость и другое - не считать это слабостью и вообще не понимать, из-за чего такой шум. Подумаешь, задержал полсотни человек на 5 минут.

- западный человек приучен уходить от чувствительных тем в повседневной коммуникации. Это не новая этика. Это просто этика. Вопросы без видимого повода и в лоб о том, кто откуда родом, например, чреваты сложной рефлексией, с ними лучше погодить. Скажи, откуда ты, для начала - и, если собеседник промолчит, значит на то у него есть причины. Очень чувствительная тема - кто есть кто. Даже в автобусном туре с парой ночных переездов, который по определению подравнивает туристов в этом смысле, нет-нет да и вздумается кому-то уколоть окружающих своей более высокой ступенькой на социальной лестнице.

Ну, и так далее.

А стало лучше или хуже?

Стало в чем-то лучше.

Прекратились стычки из-за разной политической географии путешествующих. Cебе дороже. Себе же отдых в первую очередь и портишь. Ну, и ура-патриотизм, взметнувшийся было в связи с маленькой победоносной войной в 2014 году, поутих. Иногда кажется, что все всё понимают, но предпочитают помалкивать.

Во-вторых, рынок делает свое дело.

Хамство со стороны продавцов и обслуживающего персонала, возразят мне, ушло в прошлое минимум лет двадцать назад. Оно-то ушло, а поведенческий стереотип остался. Взять крепостничество. Оно куда раньше ушло, но оно не ушло бесследно. Стереотип же описывается просто: хамить зависимому от тебя. Огрубляя, можно сказать, что продавец и покупатель поменялись местами. Делать недовольное лицо, когда тебя явно хорошо обслуживают, отрывисто разговаривать с таксистом, смотреть сквозь бармена или официанта - явления того же порядка, что и голосить вдруг возроптавшей очереди в магазине, как когда-то: "Вас много, а я одна".*

Будучи сравнительно недавно в Одессе и Москве, я мог убедиться, что есть подвижки к лучшему. Люди растут. Спокойного учтивого достоинства стало больше. Хотя до идеала еще очень далеко.

В ковидную эпоху я почти не работал. Как оно еще обернется - кто ж его знает. Да и в любом случае систематические наблюдения вряд ли получится вести. Режим поездок нон-стоп уже не для меня.

Подобъём.

Разница между хамством постсоветским и средневзвешенным европейским заметна. Первое мощнее и проявляется чаще. Не все хамят, не всегда, не надо под одну гребенку (наверное, этот дисклеймер уже надоел, но чувствую: надо) - это всё правильно. А разница есть.

А интернет? Интернет - другое дело. В интернете хамят одинаково - что по-английски, что на знакомых с малолетства языках. Виртуальность и публичность путает все стереотипы, как на чем-то основанные, так и выдуманные. Но хамство в сети - отдельная тема.

_______________________________

*Нечто подобное, то есть, мягко говоря, невежливое обращение с обслуживающим персоналом, я к своему удивлению обнаружил когда-то в США. Разница с Европой бросалась в глаза. Правда, моё пребывание ограничилось окрестностями Майами и тремя неделями всего. Да и 20 лет назад это было. Так что пусть меня американские товарищи поправят, если сегодня это не так.