# Свидетельница

Яков Канявский

СВИДЕТЕЛЬНИЦА.

К началу Отечественной войны Клаве Преслер было неполных 10 лет. Семья их жила в селе Черномин Винницкой области. В семье было 5 человек: папа с мамой, Клава, пятилетний братишка Анатолий, и младший брат Миша, которому был год и 3 месяца.

Отец ушёл на фронт. С первых же дней войны населённые пункты подвергались бомбёжке. С большим трудом 28 июня мама с детьми перебралась в райцентр Песчанка к маминым родителям. Все вместе собирались эвакуироваться. 22 июля к отъезду всё было готово. На следующее утро должны были выезжать, но вечером в райцентр вошли немцы.

В это время в райцентре находилось много беженцев, в основном евреев. Они приютились у родственников и знакомых. В передней комнате дедушкиного дома беженцы лежали прямо на полу. Клавина мама с детьми лежали в дальней комнате. Немцы врывались в дома, стреляли в потолок и искали молодых женщин и девушек. Люди были перепуганы, в доме стоял сплошной крик.

В дедушкином доме немцы забрали с собой двух молодых женщин. Дети спрятали маму под одеяло, а сами кричали с перепугу. Немцы посмотрели на этот шум, закрыли дверь и ушли.

Дней через 5 немцы собрали всех евреев, как местных жителей, так и беженцев, на базарной площади. Было объявлено об установлении нового режима. Нужно было всем выходить на работу, а поздно вечером не выходить на улицу. Тут же немцы отобрали 150 мужчин и подростков и на глазах у всех расстреляли. Люди бросились бежать.

Немцы объявили, что так будет с каждым, кто не будет выполнять указания. На работу выгоняли даже детей. В конце сентября было объявлено, что всех переселяют в другое место. Утром всех стали выгонять из домов, построили в колону, и под охраной эта колона двинулась в неизвестном для людей направлении.

Перед войной в райцентре жило 2000 евреев. Примерно столько же набралось беженцев. Движущаяся колона представляла большую массу. Силы у всех были разные, колона растягивалась. Мама успела тепло одеть детей, Мишу взяла на руки. Толик нёс чайник с водой. При этом он всё время стучал, чтобы знали, что он идёт рядом. У Клавы за спиной был мешок с продуктами и детскими вещами. Рядом шли дедушка с бабушкой, две мамины сестры и другие родственники.

Люди шли в холоде, под проливным дождём, вязли в грязи. А тех, кто не мог выбраться из грязи, расстреливали на месте. Видя, что хорошего ждать не приходится, группа мужчин договорилась со своими родственниками о побеге. Договорились бежать вместе с детьми, когда стемнеет и рядом не будет охранников.

План побега удался. В лесу оказалось около 20 человек. Правда, повезло не всем. Одну старушку, пытавшуюся бежать, расстреляли на глазах у всех. Рядом с ней остались лежать в грязи двое маленьких детей.

------- "" -------

Дедушка с бабушкой убежать не сумели. Со всей колонной они продолжали идти. Колона направлялась в Богдановку, до которой было около 200 километров. Естественно, проделать этот путь, утопая в грязи, мог не каждый. Когда и у бабушки уже не было сил, её расстреляли. Дедушка же продолжал идти. Вместе с оставшимися в живых он дошёл до Богдановки.

Там находился концлагерь, в который сгонялись евреи из Одесской, Винницкой областей и других мест. По мере прибытия очередной партии людей, их расстреливали на краю яра. Трупы падали в яр, где горел огонь, и сгорали. В этом огне сгорел дедушка Клавы и другие родственники.

Об этом Клавина мама узнала потом от человека, сумевшего бежать из концлагеря.

----------- "" -------------

Те, кому удалось бежать из колоны, шли по лесу дня два. Братишка Миша почти всё время плакал. Остальные, боясь, что этот плач их выдаст, готовы были Мишу задушить.

Добрались до деревни Попелюки. Там оказался один знакомый, который предоставил беглецам на ночлег сарай. В 5 утра он всех разбудил и выпроводил, предварительно накормив. Он посоветовал пробраться в Крыжополь в еврейское гетто и там затеряться.

О беглецах узнали два соседа этого спасителя и намеревались по пути их ограбить. Но спаситель спрятал этих несчастных в яме, где добывали мел. Там и пережидали до вечера. Потом начали пробираться к Крыжополю. По 2-3 человека проникали в гетто.

Однако, в гетто все люди были на учёте. Беглецов прятали пару дней, но дальше оставаться было опасно. Начали уходить в другие места. Часть родственников ушла в Тульчин. Семья Клавы оставалась в Крыжополе неделю. Надежды на спасение было мало, но мама хотела спасти хотя бы младшего сына. В Попелюках жила бывшая Мишина няня. Она пришла в Крыжополь и взяла Мишу к себе.

Мама узнала, что в гетто в Жаботичах есть мужчина Меир, семью которого расстреляли. Но за ним числится жена и трое детей. Мама с детьми отправилась в Жаботичи. Удалось найти дом Меира, и семья Клавы там осталась. Была уже зима 1941 - 1942 года. Был холод и голод. Клава пробиралась за колючую проволоку и выпрашивала еду.

В это время поступило известие о Мише. Оказывается, няне удалось его скрывать у себя только полмесяца. Пока соседи не донесли в комендатуру. Няня вынуждена была бежать с Мишей в Крыжополь. Но Мишиной семьи уже в Крыжополе не было. Няня оставила закутанного малыша возле дома, из которого она его забирала. Ребёнок плакал. На шум вышли родственники и забрали мальчика в дом.

Об этом сумели сообщить Клавиной маме. Та из Жаботичей ночью пошла в Крыжополь и забрала сына. На обратном пути обувь её окончательно развалилась. В Жаботичи она добралась, идя по снегу босиком. Мама заболела. К простуде прибавился тиф.

Как-то приехал немецкий фургон. Из него вышли немцы в белых халатах и объявили, что необходимо сделать прививки от болезней. На самом деле людей заражали тифом.

Тифом переболела вся семья. Несмотря на все лишения, мама и дети выжили. А для некоторых болезнь кончалась летальным исходом. Как-то пришла навестить родных мамина сестра из Крыжополя. Она тоже заразилась тифом и в Крыжополе умерла.

Со временем родственники из Крыжополя смогли прописать там Клавину семью. Все перебрались в Крыжополь. Мама смогла ходить на работу и зарабатывать хоть какое-то пропитание. Клава работала на железной дороге. Так семья прожила до марта 1944 года.

При отступлении немцев в Крыжополь прибыла группа СС, которая должна была расстрелять всех евреев, находившихся в гетто. Но сделать это они не успели. 17 марта прорвались советские танки, и узники гетто были освобождены.

Семья Клавы перебралась к себе в Песчанку. Из колоны в 4000 человек, отправляемой немцами в Богдановку, вернулось только 30 человек. Были мамы, которые возвращались без детей. Были дети, возвращавшиеся без родных. Только Клавина мама сумела сохранить всех трёх детей.

В эти годы жизнь на Украине была очень тяжёлой. И в 1948 году семья переехала к родственникам в Таджикистан. Там Клава окончила школу и поступила в Ташкентский финансово-экономический институт. Окончила она его в 1956 году. В том же году она вышла замуж, и фамилия её стала Грушко.

В августе 1990 года вся семья с детьми и внуками прибыла на историческую родину, чтобы никогда больше не чувствовать себя людьми второго сорта.


P.S. Когда современные антисемиты пытаются доказывать, что никакого Холокоста не было, нужно помнить, что есть ещё свидетели тех фашистских злодеяний. И их показания надо успеть документировать. Для Истории.