# Dublin Pub Cam

Ярослав Полуэктов

Роман, пишущийся с веб-камер. Пожалуй-что это ноу-хау!

DUBLIN PUB CAM

(рабочее название онлайн-романа)


Данное сочинение, пишущееся без плана и твёрдой концепции, - с некоторым запозданием против предположительной даты его окончания, так как первоначально оно замышлялось совсем другим - посвящаю обаятельному врачу по имени Агата, которая в меру своих возможностей, помогала мне в преодолении послеинфарктного синдрома. Другими словами, пусть даже не осознавая этого серьёзного факта, а как бы исполняя профессиональный долг, она, тем не менее, содействовала в написании этой книги.

Автор


Я работаю с Интернетом. Републикации (то есть значительно обновлённые тексты, которые я решил вновь обнародовать) я буду давать с цифровыми индексами, окружёнными с двух сторон латинскими буковками N. Вот так: NциферкаN. Скобки тут на ПРОЗе не проходят. По номеру можно будет судить о версии. Понятная схема работы?


АННОТАЦИИ К ЕЩЁ НЕ НАПИСАННОМУ БЫВАЮТ ИНТЕРЕСНЕЕ БУДУЩИХ ТЕКСТОВ N2N


Предупреждаю читателя: это сочинение пишется настолько бегло и эдак "по горячему", что так и хочется присовокупить ко всем терминам, обозначающим скорость в полезном деле истребления бумаги и засорения ноосферы, термин "онлайн-режим". Так оно и есть. Дальше я постараюсь размусолить, и вы поймёте, где зарыта собака.

Для тех же из защитников животных, кто юмора не понимает совсем, а применение собак в качестве какой-либо аргументации считает кощунством, перевожу: "Вы, чёрт возьми, в конце концов, всё равно поймёте, в чём тут дело, ибо у попа была собака, была собака, была собака, которая плохо и многократно кончалась под воздействием поповской лопаты". Там ещё было про мясо, но это к делу совсем не относится.

Предварительно могу вас уверить в чём-нибудь более полезном, чем просто старомодные заверения в почтении, а пока - также со спешкой - довольно неуверенно могу предположить лишь то, что, судя по бешеному старту, к своим текстам мне придётся обращаться неоднократно. Почему я так считаю? Да потому, что литература это не стадион, где требуется мчать вперёд без оглядки и без поправки на встречный или боковой ветер.

И похоже на то, что, не смотря на публикации, отдающие "торопкостью", или преждевременностью, если бы речь шла об обыкновенном случае писательской инициативы, а именно по этой причине, мне придётся эти тексты нещадно править.

Это будет, вероятно, касаться как самой фактуры письма, так и сюжетных перипетий.

Так-что не обессудьте на частые републикации.

"Сырые" вещи рано или поздно просто обязаны обрести и стиль, и сюжетику. Это главное. Тут я несколько отличаюсь от совсем уж бешеных графоманов. Бешеный графоман и графоман перфекционистского толка, а также "ленивые графоманы" это три типа совсем разных графоманов. Они чуть ли не по разные стороны баррикад, если бывают, конечно, треугольные баррикады. В нашем графоманском деле такое, пожалуй, случается.

В этом я почти уверен, так как такая манера написания, склонная к многочисленным перфекциям, у меня сложилась довольно давно и как бы не то, чтобы само собой, а по тычкам сверху. Разумеется, что я имею в виду не издателей, которые меня знать не знают и всё дожидаются, лукавые, моей смерти, а кого-то вроде романтического бога, немного садиста, с указкой вместо плётки, и по имени "Зуд".

Во-вторых, и касательно данного случая, "перфекционистская" ситуация обостряется дополнительно.

Причина тут простая. Термин "онлайн", который я применил в отношении данной попытки прозонаписания, обозначает тот, вероятней всего, новаторский факт, что декорациями происходящих в сочинении событий будут служить несколько веб-камер "реалити", установленных в нескольких странах и в довольно-таки необычных точках, которые я не обнаружил абы как, а, можно сказать, выстрадал точкой своей.

То есть я часами протирал задницу, скрёб затылок и искал в лицах и поведении обычных людей мальчишек-плохишей, пьяниц, тайных убийц и содержателей невесть чего, в подвалах у которых скоблят стенки кастрюль собранные посильным коллекционированием гаремы подневольных, но уже приспособившихся к регулярному сексу, если так можно назвать еженощные оргии, любовниц, партнёрш, непослушных, но прекрасных девочек.

А менее успешные тётеньки - чаще всего это менее симпатичные швеи мешков для картошки и трупов, рукодельницы по коврикам с лебедями, штамповщицы рукавиц для бомжей, приспособленных ваять фундаменты и стены для злого тирана, - они, отчаявшись дождаться молодого красавца-милиционера пусть даже верхом не на белом коне, а хотя бы с маленькой болонкой, у которой взамен приличной внешности имеется необычайный нюх на всё завшивейшее и вонючее, как женщины, описанные последними в очереди о рангах занимаются параллельной деятельностью.

Эти непокорные женщины выцарапывают ногтями тоннели, пока не прокалываются благодаря наличию в гареме затаившихся на время предательниц - они же самые голодные существа, которые порядочность и интерес к свободе могут запросто поменять на еду.

Пользуясь вебкамерами и с помощью своего монитора, я высматривал женщин с порочными наклонностями, пусть даже для начала и скрытыми под масками обыкновенных любительниц пива, а на деле извращенок, лесбиянок, кровожадных студенток, мучающих сокурсниц и соседок по кампусу. Я пытался угадать приживалок, медсестёр, внучек, работниц благотворительных фондов, прекрасных риэлтерш, медленно травящих бабушек - квартиросдатчиц и просто больных старушек. То же самое в отношении внучек этих бабушек, а также невесток, которым не удалось угодить своим свекровкам, а тут им будто бы приспичила надобность и тут же подвернулась возможность.

И так далее, и тому подобное. Важно, чтобы эти плохие личности обладали яркими внешними данными. Это для того, чтобы мне было интересней раскрывать их подлую сущность. Для того, чтобы кинематогрофистам, прожорливым на живописность, на оригинальную внешность, на нетривиальные поступки будущих героев и дышащим мне в след - дай же сценарий, поскорей заканчивай своё дьявольское сочинение - словом, чтобы мне заранее было бы понятно то, что я постарался бы из них выжать.

Словом, я искал людей с нехорошими наклонностями, ибо писать о порядочных людях в наше время считается чем-то неприличным и скучным до чёртиков. Чтобы описать порядочного человека и быть при этом интересным, это надо надо так сильно расстараться, что бесхарактерному писателю проще будет удавиться самому.

Все мы знаем мизантропов из "Скромного обаяния буржуазии". Поэтому я надеялся найти подобных героев в стандартной толпе. Толпы эти топтали асфальты нескольких континентов, за которыми я установил слежку. Стоит дальше объяснять?

Я не могу, конечно, гарантировать, что в один прекрасный момент эти мои тщательно подобранные вебкамеры не станут "по закону подлости", или по какой-либо иной форсмажорной причине одна за другой отключаться на время или закрываться навсегда.

Другое обстоятельство то, что героев для своих опусов я буду находить среди реальных людей, так или иначе задействованных в спонтанных сюжетах упомянутых реалити веб-камер, а также соединять их с жизнями людей из числа мне знакомых и даже близких. Постараюсь их не обижать. Если невольно кого-то задену, то заранее прошу меня простить, или пусть я буду бит их умственными розгами. На суд я что-то не согласен.

Таким образом, я буду зависим от большого количества ситуационных обстоятельств и не буду никоим образом застрахованным от фиаско.

Денег, разумеется, я ни с кого не прошу, и даже не имею никаких прав на это.

Я полностью и заранее признаю, что бремя возможных рисков принимаю на себя сознательно, будучи в здравом уме и памяти, на фоне личных амбиций и придерживаемого правилами литературы фантазийного разгула.

Моей основной задачей будет выявление в цепи различных и не претендующих ни на что, кроме совершенно формальной фиксации веб-событий, некоей "литературоподобной" сюжетной линии, которая смогла бы держать моё повествование в рамках классического романопостроения.

Второй конкурентный вариант: придать текстам такой режим "потока сознания", который позволил бы моим будущим героям, которыми я по возможности и по праву собственности буду управлять, быть относительно свободными в волеизъявлении на моих страницах. На экранах веб-камер же они, как вы понимаете, не зависят от моего волеизъявления вообще никак. То, что они попадают в поле зрения веб-камер, это вовсе не моя забота, и не моя вина, и не стёб над ними, используя силу полученной информации с целью дискредитации или нанесения духовной обиды.

Это полностью в компетенции их правительств, так как именно они и никто другой, позволяют производить над своими гражданами зрительный контроль. Можете называть его как угодно: хоть шоу, хоть познавательными и даже патриотическими программами, хоть рекламными съёмками и так далее.

Вот ещё один любопытный момент уже в области, смежной с литературой. Я не склонен к фатализации, я не верю в судьбу, равно как и к возможности точно просчитать сочетания обстоятельств, приводящих к гибели идивидуума. Я слабо верю в фатальные комбинации звёзд и планет на небе, хотя это уже ближе к материи.

Я не поддерживаю любопытную, но совершенно фальшивую точку зрения, когда утверждается, будто имеется некая особая ноосфера (пока вообще не говорим о месте в пространстве), в которой в равной степени существуют (прозябая или здравствуя) как писатели, графоманы, журналисты и прочая братия, имеющая отношение к написательству литературных и прочих текстов, так и выдуманные этими несчастными писаками герои и антигерои, архивные биографии, писательские и обывательские варианты биографий когда-то реально существовавших людей, варианты их мыслей и чувств.

Хочу обозвать этот бардак "сферой, высосанной из пальца". Это сфера полна анархии и парадоксов похлеще "эффекта бабочки", равно как и эффекта "внука в дедушкином прошлом". Допустив это хотя бы в качестве мотива для создания фантастики, непонятно становится - кто же такой массой персонажей и грудой историй может управлять.

Неужто у них существует какой-то литературный Бог, который по значимости может сравниться с Богами от религий? К Богам от религий у меня тоже неважное отношение, хотя порой приходится признать пользу этих сказок, выдуманных настоящими специалистами своего дела для управления массами через духовные аллюзии.

В общем, при скептической позиции в отношении МОЕЙ довольно фэнтезийной ситуации, я должен буду "командовать" своими людьми, возводимыми мною в различные ранги полностью выдуманных, а также частично заимствованных от прототипов персонажей.

Я их для начала намерен называть "героями", хотя они этого права пока не заслужили.

С моей посильной помощью они должны будут держаться хотя бы какой-то более или менее принципиальной общей линии. Я не должен им давать шанса спрятаться в какой-нибудь щели, откуда у меня, как у Автора и Создателя не будет возможности их выковырнуть, дабы привлечь к ответственности за нарушение литературной дисциплины.

Я не знаю заранее, что у меня получится, и может ли вообще что-нибудь получиться при таких странных правилах писательской игры (забавы, серёзного дела, авантюры), настраивающих на сплошную авторскую импровизацию в условиях разбегающихся наподобие тараканов героев. Думаю, дай моим героям право слова, я бы услышал немало нелестных слов в свой адрес, вплоть до пожелания расстрела. Герои в моей интерпретации вовсе не желают быть ни тараканами, ни тараканами с привязанной ниточкой, ни даже актёрами на авторских побегушках.


Хочу сказать, что мне будет интересно писать именно в таких условиях, которые назвать просто "сложными" будет слишком мягким прилагательным определением, которое не объяснит действительной степени трудности.


Ведь это далеко не то сочинение, где Автор есть Царь и Бог своим героям, писанным с нуля.

Мои герои будут бегать вживую по экранам веб-камер.

Это именно непослушные человеческие тараканы, иначе суть их не назвать, уж извините меня, друзья-читатели и персонажи-герои.


Эти условия, надеюсь, принесут в мою сочинительскую жизнь немало настоящего драйва.

А заинтересованному читателю и, возможно, литературоведу с критиком предоставят любопытную возможность (удовольствие или досаду) наблюдать в режиме "онлайн" за конвульсиями наивного и самонадеянного писателя-графомана, взявшегося решать абсолютно своеобразную литературную (полужурналистскую, псевдофэнтезийную, антимемуарную) задачу с активным использованием результатов веб-камер.

По крайней мере это довольно-таки новая задача, не изведанная до меня никем.

По крайней мере, такую форму извлечения литературной информации никто из известных мне литераторов как ноу-хау в мотивационной и жанровой практике не заявлял.

Ну, так я тогда и объявляю ноу-хау! Предуведомляю: это вовсе не патент. Пользуйтесь бесплатно, стригите с этого денюжки. Я не жадный. Особых венков на голову мне не надо. Мне просто хочется отметиться ПЕРВЫМ. И это всё. На всякий такой пожарный случай, когда Некто вдруг завопит: "Граждане, да это не он, это я придумал такую штукенцию! Это мои лавры, заплатите мне бабла, отметьте меня в энциклопедии, я тоже люблю книгу рекордов!"

Под этим первенством и совершенно вынуждено, дабы оберечься от проходимцев, я и подписываюсь сегодняшним числом. Честно и доверчиво, не ради сдачи позиций, а ради быстрейшего выяснения отношений, скажу я своим врагам: в мировое патентное бюро с разными чудесами и перечнями открытий я не совался, и в разных ватиканских архивах не рылся.

У древних римлян и египтян явно не было вебкамер.

В этом смысле у меня явное преимущество. Без труда оседлав дотоле необъезженную механическую лошадку-трудягу - вертлявую, или стационарную вебкамеру - они, оказывается, бывают разных мастей - я намерен сделать круг почёта вдоль Пантеона Всея Литератур.

А далее, спешившись на сибирскую травку, намерен осуществить пиршество тщеславия с друзьями-приятелями - литераторов-задавал не позову - и выпить по этому поводу пива и раскурить табачку столько, сколько позволит их здоровье.

Свою цистерну я уже выпил. Мой табачок приказал долго жить в тот момент, когда я очутился на койке интенсивной терапии, когда я лежал голым и поэтому смирным, и когда не только трубчонку с сигареткой, а даже махонькую стеклянную уточку выпросить было не так-то просто. Ибо стыдно писать на виду у всего персонала, но когда припирает, то на стыд уже не смотрят и даже прикрываются едва как. Стенокардия это и наука, и тормоз, и понимание того, что и графоманы, и писатели, когда их рок хватает за сердце, становятся обыкновенными людьми, и даже туалетная комната, где они раньше находили вдохновение, вдруг становится местом, где их организмы совершают далеко не чудеса, а находят выход самым заурядным потребностям. Без комментариев, как говорится.

Итак, я добрый. Я самый добрый на этом свете. Но не надо меня смешивать с грязью и вовлекать в склоки. Короче говоря, уважаемые правдолюбцы! Ежели иною версию о первенстве в этой области мне предъявят хоть соперники, хоть коллеги, хоть кто в мире - мне тут, честно говоря, без разницы, то пусть они тогда претензию на авторство такой в точности или сколько-нибудь аналогичной идеи снабдят вескими доказательствами.

Я же своё авторство фиксирую данной публикацией и последующими за ней текстами в качестве иллюстрации по реализации упомянутой выше идеи с использованием веб-технологий.

Кроме того... тут хочется наставить тучу восклицательных знаков... объявляю о наличии в данной весьма перспективной идее кроме несомненной информационной пользы, также нового, инновационного поля деятельности для развития литературы, которую я почитаю как мать родную, и готов разорвать ради этого на себе майку.