# Юбилей

Юрий Алексеевич Стрельцов

ЮБИЛЕЙ.

Пролог.

Хрипя и давясь от несусветной злобы, за забором, в кустах чего-то колючего, валялась зверюшка супругов Кноплов, такса Квики. Она провожала деревенского почтальона Пеппи, что-то метнувшего в их ящик.

## Глава 1.

Все были нелюбы у этой злюшки. Но с особенным остервенением облаивались большие собаченции, велосипедисты в шлемах, вечно голодные кошары и рогатые.

Соседи, перед тем как провести мимо Кноплов быка на свидание, всегда просили их спрятать куда-нибудь Квику. Но и оттуда, из своего далека, собачка чувствовала скотинку и заходилась в гавканьях, аж до изнеможения!..

Итак, Пеппи покатил на своём жёлтом почтовом мопеде дальше. В наступившей тишине послышалось решительное открывание дверей, и из дома выкатилась чета Кноплов.

- Мария и Йозеф! - это фрау Кнопл увидела собаку. Квика дёргалась на спине, исходя слюной.

- Квики, детка, что случилось? Лошадь? - спросила хозяйка.

- Нет, - ответила Квики. - Пеппи.

- Так. Жди хлопот, Трауди, - побледнел хозяин, и отомкнул "почту" маленьким ключиком. Газет они не выписывали, от рекламы отказались, а если что и случалось, то от родни.

- Ну, - шепнула жена. - Что? Франци, что?

- Да что, будь ты не ладна, очки-то в доме остались, - изучая конверт, отшепнул ей Франци.

Снова закрыв всё на ключик, супруги направились в дом. Квика потрусила за ними...

Фамилия Кнопл проживала в так называемом "винном районе" Австрии. В их деревеньке, домов на сто, была всего одна только улица под условным названием "Weinstrasse", которую продолжали ещё около сотни винных погребов. Всё это находилось в окружении аккуратных виноградных полей с деревянными сарайчиками и сортирчиками. От мягкого климата и от обилия вина народ здесь был весёлый.

- У хмурого вино киснет, а у весёлого смеётся, - любил говаривать местный бургомистр.

Пили хорошо, но и работали не хуже.

Только Кноплы не вписывались в эту идиллию. Они обитали в старом родительском доме, вино и шнапс не производили, в общественной жизни были никак. Франци не пил и не курил. Берёг деньги и здоровье смолоду, а отсутствие алкоголя в крови компенсировал ежедневным трёхразовым мытьём ног с мылом.

После армии Франц Кнопл, кругленький близорукий юноша, устроился работать в министерство юстиции, а по простому - в тюрьму, где и просидел на тумбочке до пенсии. В свободное от сидения время он умудрился жениться на Трауди, девице из города, а также отковать двух сыновей - Вальтера и Карла. Оба жили и работали в Вене. У Вальтера была жена, четверо детей, кошка, свой грузовик, большой дом в пригороде и сорок лет позади. У Kaрла только комната и тумбочка в министерстве юстиции.

Год назад сошла с ума и умерла мать Кнопла Йозефа Кнопл. Почти до 85 лет ей не было равных в хозяйстве. Но вот, однажды, она не смогла поднять мешок картошки. Это её удивило. Сын был тоже в недоумении:"Что могло случиться с мамой?.. Никогда не болела и вот тебе нате..."

Доктор поставил диагноз:старость. Нить жизни больше не на что наматывать. Пора на покой.

Тогда Франци заявил, что если мать больше ничего не может наматывать, то ей место в другом доме. В доме престарелых...

Для Йозефы это был удар. Она еле-еле дотащилась до своего сундука и упала без чувств. Вставные челюсти выскочили и куда-то завалились.

- Проглотила, - пришла бабка в ужас, когда очнулась и не ощутила зубов.

- Проглотила, Франци, я их проглотила, - причитала без устали мать.

Началась истерика... Сын пожалел бедняжку и отвёз её в "психушку". Там ей сделали успокоительный укольчик, сердце Йозефины не выдержало и окончилось в судорогах...

Через неделю, при отодвигании сундука, челюсти были вынюханы собакой Квикой, утащены в огород и, где-то там зарыты. Никто из людей этого не видел. И слава Богу!

## Глава 2.

Доктор Пунцет проснулся от тишины. Часы высвечивали четыре утра. Жена не храпела, Пурр тоже. За открытым окном неспеша набирало силу летнее австрийское утро.

Выскочив во двор, сняв трусы, и опрокинув на себя ведро остывшей за ночь воды, доктор с дикими воплями кинулся в виноградники.

Несмотря на свои шестьдесят, был он ещё свеж и хрустящ, как новый хромовый сандаль, а уж бегал-то не хуже зайца!..

Но не успела ещё высохнуть его борода, как был он настигнут подарком из Африки, шакалом-альбиносом Пурром. Этого парня подарил ему тесть, Великий Вовв, охотник на леопардов из племени Оромо.

В восторге от жары, мух и эпидемий, ещё не остывший от венской студенческой жизни, находясь в дурмане от выкуренной обезьяньей лепёхи, доктор согрешил...

Через неделю Бабба, так звали его сокурилку, в присутствии отца с ружьём и десятка братьев с копьями, торжественно объявила себя беременной и готовой выйти замуж за белого медицинского человека...

Ночью Пунцет бежал. С группой польских хиппи он добрался до Аддис Абебы, проник в аэропорт, купил билет до Вены, переоделся во всё белое и...был задержан на таможне, а затем передан в руки своего будущего тестя, знаменитого охотника на леопардов, которого он явно не дооценил...

Благодоря мольбам Баббы доктор остался в живых, но пристрастился к курению, а после окончания контракта он, жена, дочка и чемодан с обезьяним дерьмом благополучно приземлились в Австрии, в венском аэропорту "Швехат".

## Глава 3.

Ровно в 10 утра Вальтер Кнопл, без скрипа, остановил свою "Сканию" у забора родителей. Была суббота.

Соблюдая тишину все выбрались из машины и построились перед калиткой. Маленький Антон нажал на звонок, и когда в динамике послышалось "wos", надрывно проголосил:"Alles Gute zum Geburtstag, Opa!" В калитке что-то щёлкнуло и топча гравий дети хлынули во двор. Вальтер нёс за ними ящик "цветтлевского" пива. Его жена цветы и шампанское, а Карли объёмистый конверт с чем-то.

Не дожидаясь выхода стариков все рассыпались по усадьбе. Дети с матерью полезли на чердак сарая, где чего только не было, а их отец, сбросив ботинки и носки, с бутылкой пива улёгся под липой. Брат же, Карл, стал осматривать трещину на своём наследстве, то есть на доме. Из трещины вышел чёрный паучок и напугал его. Пришлось Вальтеру открыть ещё одну бутылку...

Солнце неудержимо лезло вверх.Появились осы, а вслед за ними и виновник торжества с супругой. На них были надеты дежурные улыбки и ещё что-то жалкое. Видя испуг родителей, Вальтер укрепил бутылку с пивом на траве, поднялся, призывно свистнул жене и детям, а также мочившемуся за сараем брательнику.

Через минуту состоялась встреча отцов, детей и внуков. Одна сторона бурно поздравляла с надеждой на приличный обед, другая принимала подарки и думала, как бы этот обед сделать подешевле.

От Вальтера и его фамилии юбиляр получил:бутылку шампанского, цветы, начатый ящик пива, конверт, где лежала красивая открытка с цифрой 70, на которой вволю поупражнялись внуки, а также русские часы "Адмирал", привезённые им из Киева.

Сын был добрым человеком, и перед тем как ехать в рейс, на Украину или в Россию, он обзванивал своих друзей, забирал у них ненужную одежду, детские игрушки, что-нибудь ещё, и обязательно брал с собой хоть какой-нибудь велосипед. Он, у которого в детстве из-за скупости родителей не было этой машины, знал как будут рады бедные сельские дети такому подарку!

Карли, морща лоб, важно вручил отцу свой конверт.

- Здесь лучшие рекламки собранные мною за год, - пояснил он.

Отец наугад вытащил какую-то бумажку. "Уважаемый господин Кнопл", - начиналось послание. - "Разрешите нам представиться. Мы фирма по изготовлению мраморных надгробий. Мы будем рады причислить Вас к числу наших клиентов. Мы изготовим для Вас памятник, надгробие и всевозможные плиты. Также можем написать Вашу фамилию серебром или золотом. Не упустите Ваш шанс! Фирма Цуцци".

- Интересно, сколько это всё будет стоить? - практично подумал будущий клиент. Затем он вернул рекламку на место и поблагодарил сына за внимание.

Наступила пауза. Все глупо улыбались, собака тоже.

Наконец маленькому Антону это надоело, он завалил Квику и стал крутить ей уши. На Карлю сел комар, и он попросился в дом. Всё очнулось. Дети опять полезли на сарай, взрослые и ящик пива прошли на кухню.

- Что-то обедом и не пахнет, - вслух подумал Вальтер. Его брат, усаживаясь за пустой стол, горестно ему подвздохнул.

- А обед сначала заработать нужно, - боевито заявила мама Кнопл.

- Да что Вы, папа, так за 70 лет его ещё и не заработали? - съязвила невестка.

- Брушить надо было, а не стулья задом полировать. Глядишь и пенсия была бы побольше и гуляш ел бы, - за мужа пропела Трауди.

Стало тихо. Воробьи перестали заглядывать в окна. На чердаке заголосил сверчок.

- Ну, сейчас начнётся, - опять испугался Карли.

Все осторожно смотрели на юбиляра.

- Ой, мама, спасибо, уделала! - круглое лицо Франца покраснело, маленький носик выдал слезинку, и человек расхохотался. Ему стало необыкновенно весело, потому что никто из родных не знал размеров его пенсии. А она была в несколько раз больше, чем у любого местного крестьянина.

- Вальтер, сынок, открывай пиво, а я сейчас колбаски принесу, - расщедрился отец исчезая из кухни.

Никто ничего не понял, но всем тоже стало хорошо и весело.

Через пять минут появился папа, мухой слетавший на чердак за колбасой, которая там висела лет десять.

- А вот и мы, - пропел он, и батон колбасы с булыжным стуком лёг на стол.

- Сейчас позавтракаем и в лес за грибами пойдём, - подмигнул дед Антону, бурившему пальцем нос.

- Ура,ура, -обрадованно заголосил внук, бросая только-что вытащенную "козу" в папашкино пиво.

- А потом наша бабулечка приготовит из них что-нибудь вкусненькое, - старик был явно в ударе!

- А почему не в гастхаус? - вопросил Карли, туфли которого были на три размера больше (достались от брата), и он не мог в них далеко ходить.

- А там ремонт, - слукавила мама.

- Тогда поехали ещё куда-нибудь, - предложил неуёмный Вальтер.

- А мы в твой грузовик всеми не влезем, - опять придумала мама.

- А что с вашей машиной? - не выдержала невестка.

- А наше авто по выходным отдыхает. Никуда ей из дома не хочется. Не-то что у некоторых, - возмутилась свекровь.

Наступило молчание. Воробьи опять перестали заглядывать в окна. Сверчок оценивал ситуацию...

- Ну, ладно, грибы так грибы, - сгромоотводничал Вальтер, вонзая нож в колбасу. Ему уже хотелось есть.

Послышалось блямканье металла о камень, дюжина искр выскочила из-под ножа и с шипением погасла над головой у Карла. Карли на всякий случай залез под стол. Вальтер с уважением посмотрел на колбасу.

- Тут надо не в ручную. Мать, где ваша хлеборезка? - сын завертел головой.

- Сломалась, - испугалась Трауди, закрывая машинку своей дородной фигурой.

- Ладно, тогда попробую топором, - нашёлся сын, направляясь в сарай.

- Смотри не подожги там чего, - серьёзно предупредил его отец.

С улицы послышались глухие удары. Дети в недоумении притихли на чердаке. Квика спряталась в будку.

Через десять минут появился Вальтер. В садовом ведёрке он принёс нарубленную колбаску и вывалил всё на стол. Каждый получил свою долю. Кто грыз её зубами, кто строгал ножом, а вылезший из-под стола Карли размачивал её в пиве.

## Глава 4.

Приёмная, процедурная, кабинет и аптека занимали весь второй этаж докторского дома. Сам он жил на первом, к земле поближе.

Эта суббота была для него рабочей. Он дежурил по району.

Такие дни Пунцет не любил. Вместо того чтобы пошлындать по лесу, или поехать по святым местам, приходилось подчиняться какому-то Гиппократису...

В 8 утра в дверь кабинета робко стукнулся первый пациент, молодой рабочий парень лет тридцати. Он тихо поздоровался и испуганно уставился на доктора. Белый цвет одежд Пунцета поверг его почти в панику. Оказалось, что у парня сегодня с утра тоже белая моча!

- Сколько бутылок вина вчера выпили? - поинтересовался врач.

- Четыре, - признался работяга.

- Сегодня ликвидируйте тоже четыре, но только красного. Цвет восстановится, - посоветовал он на полном серьёзе. - Лекарство можете купить в моей аптеке, у жены. Alles klar? Servus! Следующий...

Следующий был не один, а двое.

- Аага, старые знакомые, господа Клопф, - плотоядно блеснул глазами доктор. - И не надоело вам? В пятый раз уже... Ну что за манеры у вас, ей Богу!

- Бга-га-га! - радостно заржали два здоровых брата-дурака Клопфа, держа в ладошках отгрызенные друг у дружки носы.

Третьим был искусанный сестриной собакой какой-то венский дачник-очкарик. И его пришлось зашивать. Делал это доктор мастерски и почти без наркоза. Сказывалась африканская школа.

Потом зашёл трёхлетний пацан с разбитой моськой. Он умудрился на трёхколёсном велике обогнать трактор, но не справился со скоростью.

Следом притащилась полоумная бабка, посещавшая доктора каждый день на предмет бесплодия...

Постепенно наступало предобеденное время. По деревне поползли всякие вкусные запахи. Посетителей больше не было и доктор решил расслабиться. Он закапал себе в уши по пять капель спирта, вставил туда ватки и вышел на балкон.

Балкон, как балкон, ничего особенного. Но именно он и был своеобразным местом казни пациентов с "манерами".

- Если хотите получить шокотерапию, пройдите на балкон, - предлагал он какой-нибудь невозможной фифе. Женское любопытство брало своё, и дамочка выходила на воздух. Скучающе окидывала бесконечные виноградники, так же скучающе закуривала и тут.., до её слуха доносилось одновременное, громкое, отвратительное отрыгивание и отпукивание, а затем журчание воды. Глаза невольно опускались и, видели... "неандертальца", соседа доктора Пунцета, господина Шмальца, справлявшего нужду с крыльца своего дома напротив, и скалящего огромные чёрные зубы-гнилушки на фифу.

Весь день это существо хлебало пиво, жрало колбасу и гадило на дорогу, приветствуя проезжающие автомобили. Жило оно на мамину пенсию и на пособие по вечной безработице.

Эффект был потрясающим! Дамочку уносили с балкона, и больше её здесь никогда не видели...

Пока Пунцет любовался своим первобытным соседом, в приёмной стукнула дверь и в его кабинет что-то затащили. Здоровенный мужик принёс на закорках древнего деда. Во лбу деда красовалась винная пробка...

Вытаскивая из погреба два ведра вина, дед не справился с ножным управлением и ухнул, вместе с вёдрами, в зад, туда, откуда почти, что только вылез. Пробил себе, о кран торчавший из бочки лоб, не растерялся, вставил в отверстие пробку, чтоб мозги не вытекли, и на внуке прискакал к доктору.

Выкрутив пробку из головы, как из бутылки, штопором, и сделав деду укрепительный укол, доктор почувствовал запахи чесночного супа и венского шнитцеля, приползшие снизу, из кухни...

На часах было почти два.

Но тут у старика отказали ноги, и он на три часа уснул на диванчике, в приёмной.

Всё это время доктор находился рядом, боясь дедуськиной смерти. Наконец тот очнулся и ускакал домой, обедать.

- Всё! - облегчённо вздохнул бедняга. - Пора и мне подкрепится!

Но не тут-то было.

На улице раздались ужасные клаксоны грузовика, и вся фамилия Кнопл ввалилась в приёмную. Пунцета закачало от злости и голода...

## Глава 5.

- Обед удался. Нагулявшись по лесу и собрав два ведра грибов, Кноплы дружно сопели и чавкали...

На первое был грибной суп. На второе - грибные кнёдли с грибным соусом, а на третье - грибной пирог с шампанским!

И Квике тоже немало перепало с хозяйского стола. Только маленький Антон ничего не хотел. Он был сыт. В лесу ребёнок наелся дикой земляники с малиной, сжевал три зелёных сосновых шишки и проглотил горсть заячьих какашек, приняв их за горох.

- Гляньте, ребятки, какая Квики толстая стала, как хорошо она покушала, - умилился Карли, обращаясь к детям.

- Сейчас она пирожок доест и спаточки пойдёт. Хорошая собачка, хорошая! - ворковал сытый дядюшка.

И действительно, собака доела пирог, вылизала остатки супа со дна миски, как-то странно икнула и,.. вырвала всё съеденное обратно.

На этот раз паузы почти не было.

- Отравила ты нас, мать, своим грибами, отравила. Многотысячное тебе спасибо!!! - вскочил из-за стола, опрокидывая стул и пиво, Вальтер. - Так я и знал. Доэкономились! Мать вашу так... Чтоб вам пусто было... Ёшкин двадцать! - вспомнил он ругательство слышанное им в Воронеже.

- Все ко мне, в кабину. К доктору поедем, может ещё и обойдётся, - злобел он дальше.

- А мы с отцом? - сдерживая рвоту, пискнула мать.

- А у нас места для вас нету, - каменно отпарировала невестка.

Юбиляра тоже потянуло на рвоту.

- Ладно возьмём. Ты, Антон, здесь оставайся, за собакой смотри. А вы,отравители наши, сзади, на раме поедете, я вам даже сейчас места лежачие оборудую.

Сказал и полез на чердак дома, и снёс оттуда два гроба без крышек, купленных когда-то родителями на барахолке, и привязал их к раме грузовика, а уложив в них стариков, к Пунцету поехал.

Все, кто это наблюдал, - дурели!

Доктор же, просто - осатанел!

С каким же садистким наслаждением он промывал им желудки!

Взрослых заставил выпить по ведру воды с хлоркой, детей по половине.

Опорожнять нутро бегали на балкон, иногда всей фамилией.

В лучах заходящего солнца это массовое "риголетто" было похоже на маленькую радугу с грибами. Начиналось чудо на балконе, а заканчивалось на господине Шмальце через дорогу. Бедный "неандерталец" просто окабанел от такого шоу и не был в способностях даже отползти в сторону. Доктор же дико хохотал, аж до соседней деревни.

Эпилог.

Домой добрались к полуночи. Открыв дверь все тут же попадали на ковёр в прихожей.На звуки-стуки из ванной вышел маленький Антон.

- Тсс! Тихо! - зашипел он, - Посмотрите кто у нас теперь живёт!

И они увидели. Полную луну в окне ванной комнаты, а в её свете, на полу, Квику с пятью щенками.

- Квики, детка, - прошелестела фрау Кнопл. - Откуда?

- От Пеппи! - улыбнулась собака.

P.S.

Пеппи - уменьшительная, ласкательная форма имени Йозеф.

Wos - was - что (диалект).

Alles Gute zum Geburtstag, Opa! - с днём Рождения, дедушка!

Servus - привет.

Alles klar? - всё ясно?

Кнёдли - картофельные или булочные клёцки, размером с теннисный мяч.