# Палата "Sonderklasse".

Юрий Алексеевич Стрельцов

Здесь всё чистая правда; я там лежал!

Палата "Sonderklasse".


Вам когда-нибудь делали "магнитный резонанс"?

А пункцию спинного мозга брали?

Как? И катетер даже не ставили?!. Ну вы даёте! А впрочем, может это и к лучшему...

А то остались бы как я, на всю жизнь в страхе: перед узким пространством, бери круче - могилой, ненасытным комаром-шприцом и симпатичными девушками в резиновых перчатках...

Ну, это особая тема, сугубо личная и моего сегодняшнего рассказа не касающаяся...

В общем, лежу я значит оглохше-очумевший от "магнитного резонанса", в полуобморочном состоянии от пункции и красный от стыда, что без трусов, но с катетером, после операции.

- O weh, o weh! - слышу сквозь сон знакомый голос, - Schwester, Zuckerl!

Это, почти столетний Herr Schmutz, мой сосед, просит сестричку подать ему конфетку.

Целый день в него глюкоза из пузырька капает, а ему всё мало. Вот сладкоежка какой!

Дед покоится напротив меня, возле батареи; его лечат от депрессии. Не интересно ему видите - ли жить стало, не хочет больше в коровнике работать! Вот и сдали его дети в "шпиталь", на восстановление боеспособности.

Честно говоря, надоел он мне со своим "цукалями", дальше некуда; хоть бы ещё кого-нибудь подселили - втроём всё веселей.

И вот, словно мысли мои кто прочитал...

После обеда, с чёрной "дипломаткой", шёлковом японском халате-кимоно и розовых больничных тапочках, без "здрасьте", к нам пришёл новый жилец: спортивного кроя худенький господин в золотых очках на утином носике. Возле него как рыбка-лоцман суетилась старшая сестра с телефоном. Засунув штепсель в розетку, она с почтением удалилась.

- Отто, - за человека представился кожаный портфель-дипломат, и внимательно обсмотрел нас с дедом Шмутцем.

- Да уж, - скислилось шикарное кимоно и нажало на кнопку вызова медсестры.

- Сестра, - недовольно процедили золотые очки, - мы платим за " Sonderklasse", а это что такое?..

- Минуточку, - хитро улыбнулась девчушка, и исчезла за дверью.

- Вот, пожалуйста! - незаметно подмигивая мне, с нарочитым уважением пропела она халату, и повесила над его свежей кроватью фирменную табличку.

- Sonderklasse, - вслух прочитали очки, и удовлетворённые успокоились.

Человек Отто раскрыл свой портфель-дипломат, достал из него кипу деловых бумаг-неотложек, скинул казённые тапочки и улёгся работать.

Палату окутала невозможная, почти государственного значения тишина.

Всё в благоговении молчало. Даже глюкозный пузырёк старика Шмутца прекратил своё капанье... И вдруг.

- Пфу-у-уррррш! - гранатой разорвали эту важность могучие "фуньки" придремавшего было Шмутца.

- Ове-ове, - раздался следом за ними голос глупого деда, - Отто, цукаль!