# Симфония дикой природы. Роман. Вступление

Владимир Дмитриевич Кабаков

рассказ о жизни нескольких поколений диких животных в природе.

ВЛАДИМИР КАБАКОВ


С И М Ф Р Н И Я Д И К О Й П Р И Р О Д Ы

Роман


Ч А С Т Ь П Е Р В А Я


Свинцовая вода в реке переливалась и шумела на перекатах...

Прохладный ветер, ещё с ночи гнал по низкому небу серые тучи. Лес неприветливо шумел вокруг и где - то, в чаще тревожно поскрипывала наполовину сломанным стволом, наклонённая к земле, сухая осина...

Выйдя из густого темнохвойного леса, молодой лось прошёл по берегу, оглядываясь и прислушиваясь, и остановился на галечном берегу небольшой, неглубокой речной заводи.

Плоская часть открытого берега, в весеннее половодье заливаемая водой, была покрыто зелёной травкой и осенними последними цветочками, горящими среди серо - зелёной пожухлой травы, ало-красными капельками чуть удлинённой формы.

Рядом, шумела быстрым течением, серо-свинцового цвета река.

По небу ползли тёмные снизу, ватно-влажные облака...

Постояв на обдуваемой прохладным ветерком щебёнчатой косе, молодой лось, медленно шагая своими нескладными, длинными ногами с черными копытами, и серой, жесткой шерстью на их внутренних поверхностях, подошёл к воде. Остановившись перед заливчиком, долго стоял и слушал тишину наступающего вечера, поводя большой, горбоносой головой, шевеля длинными ушами, разворачивая их как локаторы, в сторону неожиданно громко плеснувшей речки или тихо треснувшей ветки под ёлками.

Зверь наконец, словно решившись, не торопясь вошёл в воду, почти по брюхо и стал не спеша пить булькая животом, в котором, вода переливалась как в большой кожаной бочке...

Напившись, молодой лось поднял голову, вновь осмотрелся, прислушался и только после этого, вышел на берег, громко ударяя острыми копытами по камешкам...

Не доходя до кромки леса несколько шагов, он решил чуть подождать, не покидая продуваемого ветром берега, насладиться отсутствием комаров и лосиных клещей, которых в лесу сегодня было, как никогда много...

Эта его пятиминутная остановка и стала причиной всех трагических событий, развернувшихся вскоре, на берегу этой таёжной безымянной речки ...

... Стая волков, состоящая из волчицы, матёрого и четырёх полугодовалых щенков, после днёвки в болоте, густо заросшем молодым ивняком и кустами жимолости, поднялась на невысокий, сухой бугор и вслед за волчицей, чуть растянувшись цепочкой, мерной рысью направилась к реке.

Последним шёл матёрый, заметно отличавшийся своими размерами и большой гривастой головой. Казалось, что она росла из самого туловища, без шеи. Он переставлял ноги в два раза медленнее, чем щенки, но ступая широко, не отставал и даже временами, остановившись, что то вынюхивая и после, быстро догонял стаю.

Пройдя берёзовый распадок поперёк, волки вышли на звериную тропу и волчица, замедлив ход, несколько раз обнюхала ветки на обочине, высоко поднимая голову.

Учуяв, совсем недавно прошедшего здесь лося, напружинившись, она коротко рыкнула и молодые волки, подтянувшись поближе, тоже стали принюхиваться.

Волчица, определив направление откуда ветер принёс знакомый запах, перешла на неслышный галоп и замелькала серой с чёрной полосой по хребту шерстью среди хвойной зелени.

Склонив голову к земле, она поскакала по звериной тропе, которая вскоре вошла в густой ельник и чуть повернула в сторону речки...

Торная тропа, всё больше и больше отклоняясь влево, вдруг вынырнула из чёрно-зелёного ельника на открытое прибрежное пространство и волчица отчётливо увидела стоящего метрах в семидесяти впереди молодого лося с небольшими, плоскими раздвоенными рожками на нескладной голове и волосяной серёжкой, висящей на тонкой ещё шее.

Лось успел перелинять и потому, был почти черным, с короткой шерстью на брюхе и на ногах, отросшей чуть подлиннее только на загривке...

Матёрый задержался, приотстал, вынюхивая свежий лосиный запах оставленный на тропе - несильный порыв ветра принёс его слева, от реки...

Матёрый волк, резко свернул с лосиной тропы и напрямик, перепрыгивая через ягодниковые кусты и проскальзывая под низко растущими еловыми ветками, устремился к берегу реки, который он за годы жизни в окрестных лесах уже хорошо знал...

Лось боковым зрением заметил у себя за спиной движение серых быстрых теней и сорвавшись с места, галопом помчался к спасительному ельнику...

На границе лесных зарослей, стояла большая разлапистая ель.

И как только лось поравнялся с ней, откуда то сбоку, из под ели, стрелой в его сторону метнулась ещё одна крупная серая тень.

Матерый, оттолкнувшись сильными задними лапами от земли, в прыжке, вцепился длинными белыми клыками в левое заднее стегно лося...

От сильного удара, зад крупного зверя занесло в сторону, но он удержался на ногах, и мощно оттолкнувшись, сбросил с себя хищника и помчался дальше. Волк, однако, успел клацнуть зубами и почти вырвал из бедра большой кусок мышцы, которая повисла на коже и стала болтаться на бегу разбрызгивая кровь - в это момент он почти не чувствовал боли...

Кровь из раны пошла сильней и залила, промочила шерсть на ногах и на брюхе зверя...

В ельнике, крупному зверю трудно было набрать скорость и поэтому, услышав, что волки с азартным взвизгиванием настигают его, лось вновь свернул в сторону реки...

Выскочив на берег, проскакал до воды, стуча копытами по щебню, и так же широко, мощно прыгая, поднимая тучи брызг, наперерез течению преодолел реку, задевая копытами неглубокое дно, на время оставив волков далеко позади.

Речная вода, после этого окрасилась кровью и течение унесло бурые разводья вниз по реке...


...Медведица не торопясь, вперевалку, перешла полусухое болото и вслед за ней, из береговых кустов, появились медвежата и наперегонки, словно два круглых мячика, покатились по траве, толкаясь и похрюкивая от щенячьего восторга...

Весёлая компания перешла через открытое пространство и вошла под полог густого лиственного леса.

В этот момент, заросли папоротника скрыли медвежат и только мохнатая спина медведицы была видна среди зелени и не торопясь "плыла" среди зарослей. Изредка заботливая мамаша, останавливалась, поднимала лобастую голову и поджидала деток, посматривая вокруг и прислушиваясь...

Неожиданно, медвежья семейка вышли к реке и спустившись с невысокого берега к воде, звери вошли в воду и долго пили отфыркиваясь, лакали, капая влагой с намокшей шерсти.

Вдруг медведица учуяла запах свежей крови, принесённый ветерком вдоль поверхности реки...

Она рыкнула и медвежата по этой команде выскочили на берег и вертя головами, начали тревожно осматриваться. Медведица, необычайно проворно, по прямой, вспрыгнула на берег и поводя влажным, чёрно блестящим носом определила направление, откуда по ветру прилетел запах...

Все трое, выстроившись походным порядком, идя вдоль берега против течения, направились к источнику запаха, которым был раненный волками, лось...

В полу километре от медведей, молодой лось стоял почти по брюхо в воде, а с двух сторон теснилась, иногда нетерпеливо вбегая в воду, волчья стая, догнавшая раненного зверя.

Часть волков быстро переправилась через небольшую реку и отрезала жертве отступление.

Молодые волки повизгивали от азарта, с брызгами заскакивали в быструю воду и тогда лось, делал угрожающие движения в их сторону, мотая рогатой головой...

А матёрый и волчица не спешили, понимая, что очередная их жертва, теперь далеко не уйдёт. Они стояли у воды и переминаясь с ноги на ногу, не отрывая пристального взгляда серо - жёлтых, колючих глаз от лося, изредка облизывали розовыми, тонко-плоскими языками, белые острые зубы...

Крупные, с чёрно блестящим оперением вороны, увидели происходящее случайно, пролетая над речной долиной, и тут же расселись на вершинах елей. Наблюдая за развитием событий, они коротко, но возбуждённо переговаривались, а точнее каркали, обмениваясь впечатлениями о происходящем на берегу...

... Медведица с медвежатами вышла на прибрежную галечную косу и увидев лося, стоящего посередине, направилась в его сторону. Волки вскочили засуетились, повизгивая и вздыбив шерсть, чуть отбежали подальше от реки, но продолжали наблюдать за лосем...

Медведица была раза в два крупнее матёрого и потому, последний скаля длинные, острые клыки, визгливо рыча от раздражения, тоже отошёл чуть в сторону.

Медвежата, один из которых был необычно светлого серо-коричневого цвета, а второй, тёмно коричневый, теперь, видя столь необычайное скопление зверей испуганно жались к матери, занявшую позицию, поближе к лосю, она стояла неподвижно, нюхала воздух, поднимая голову высоко и казалось, вовсе не глядя на раненного зверя...

Она попробовала напасть на лося, но тот отошел подальше, на глубину, и медведица, покрутившись у воды, но боясь оставлять медвежат одних, рядом с волчьей стаей, недовольно рявкнула и медленно удалилась в лес, оставив зверя на растерзание волкам...

Прошел почти час этого противостояния...

Лось ослабевший от потери крови и долгого стояния в ледяной воде, медленно умирал...

Зверь уже несколько раз падал в воду, но проплыв несколько метров по течению, вновь поднимался на ноги...

Так, боясь утонуть, он постепенно выходил из реки и всё ближе к нему подкрадывались волки...

Наконец измученный зверь лёг, прямо на неглубокой отмели, повернув большую горбоносую голову с крупными, тёмными глазами в сторону берега.

Волки, казалось успокоились и легли на брегу, не рискуя напасть на ещё сильного зверя в воде.

Первым, очень близко к нему подлетел чёрный ворон и по кромке берега, как то боком, готовый в любой момент улететь, подскакал почти вплотную к печальной голове молодого лося и казалось, заглянул в его глаза...

А в глазах лося уже утвердилась смерть!

Но тут, умирающий зверь собрал последние силы и поднял голову и испуганный ворон, сердито каркнул и отлетел чуть в сторону, где на него резко бросилась волчица и клацнула зубами в нескольких сантиметрах от крыльев. Ворон взлетел на всякий случай повыше, и ещё долго возмущённо каркал, осуждая такое вероломство.

Медведица с медвежатами, на время покинула берег и волки, уже никого не опасаясь, окружив лося цепью, сантиметр за сантиметром подбирались к нему, приближая эту лесную драму к развязке...

Лось совсем ослабел и лежал уже не вставая в мелкой воде, головой вперёд, в сторону подступавших врагов...

Наконец матёрый, видя, что молодой лось уже не может поднять голову, напрягся и крадучись мелкими шажками стал подходить всё ближе и ближе к обездвиженной жертве. Глаза лося, после долгих мучений от боли и страха уже затуманились равнодушием смерти...

Но он всё ещё был жив, когда вожак волчьей стаи, вдруг коротко рыкнул и прыгнул вперёд, в мелкую воду, вонзил клыки в незащищённую шею, и стал рвать лося, мотая головой из стороны в сторону, вцепившись намертво в горло. Остальные волки, словно по неслышной команде, тоже кинулись, набросились на умирающего зверя, поднимая брызги и на какое - то мгновение почти закрыли своими серыми телами чёрного лося...

Через минуту всё было кончено, и лось умер, а оголодавшие волки принялись терзать, рвать жертву, отдирая от туши куски мяса и слизывая кровь, выступившую на месте глубоких ран и разбавленную водными брызгами...

Незаметно, из лесу вышли, возвратились медведица и медвежата.

Они по касательной, насторожившись и вздыбив жёсткую шерсть, подошли к туше убитого волками лося, и волки, ощерившись и утробно рыча, скаля зубы и поджимая хвосты, медленно отошли от полу растерзанного зверя...

Медведица, заметив, что матёрый слишком близко подошёл к медвежатам, вдруг сорвалась с места и рявкая на каждом прыжке отогнала волка подальше, после чего, озираясь и порыкивая приблизилась к окровавленной туше и лизнув кровь, сильными челюстями вцепилась в основание задних ног и упираясь сильными лапами вытащила тяжёлую тушу на берег...

Затем, вырвала кусок плоти из безжизненного тела и оттащив это мясо подальше по галечному берегу, принялась есть...

Медвежата копошились тут же, может быть впервые в своей жизни пробуя свежее мясо с кровью...

Наконец наевшись и не рискуя больше раздражать долгим ожидание, насторожённых, лежащих невдалеке волков, медведица вновь рыкнула и медвежата опасливо косясь в сторону серых разбойников, вплотную за матерью ушли в ельник и отойдя несколько сот метров, легли отдыхать, облизывая окровавленные мордочки...

Воспользовавшись суетой, несколько воронов слетели с деревьев и переругиваясь, каркая и стараясь держаться от вожака - ворона на расстоянии, стали клевать окровавленную тушу убитого зверя...

Волки, после ухода медведей, вновь бросились на свою жертву и испуганные вороны с криками негодования взлетели, и вновь уселись на ветках тёмных елей, беспрестанно и злобно каркая...

Привлечённые карканьем из лесу вышел ещё один медведь, только поменьше медведицы и увидев сцену пиршества, валкой рысью кинулся на волков, которые теперь уже обозлённые голодом и долгим ожиданием, вздыбив шерсть на загривках и почти на прямых, негнущихся лапах окружили пришельца и рыча, почти взлаивая бросались молниеносно на крупного медведя, по два - три одновременно, кусая его за зад и за лапы...

Соперники завертелись, закружились в поединке и неизвестно, чем бы эта схватка закончилась, если бы медведь недовольно рявкая не отступил, теснимый сплочённой стаей...

Наконец - то волки получили возможность насладиться плодами своего разбоя...

Они вгрызались во внутренности, разрывали толстую кожу на брюхе, отрывали мясо от костей и завладев крупным куском оттаскивали его в сторону и лёжа, уже не озираясь и не вздрагивая, насыщались...

Поедание жертвы длилось долго и как - то незаметно из лесу приблизился и принял участие в трапезе ещё один, молодой медведь. Он подошёл осторожно боком, подняв шерсть на загривке.

Но, видя, что волки заняты едой, устроился с дальнего краю туши лося, стал рвать и кромсать острыми молодыми зубами, мясо на левой задней ноге...

Волк и волчица с большими кусками мяса перед собой, поедали его в нескольких шагах от туши, а молодые были не настолько агрессивны и готовы к схватке, чтобы пытаться отогнать медведя от туши.

Казалось, что молодые звери на время заключили перемирие, понимая, что в этот раз мяса хватит всем...

Наконец медведь перегрыз сухожилия и оторвав ногу от туловища поволок ее по камням в сторону, темнеющего темно-зелёной стеной, ельника...

Молодые волки, с вздувшимися от большого количества съеденного мяса животами, отяжелев, по одному отходили от туши, облизывая окровавленные морды и устраивались под деревьями, вокруг матери волчицы.

Матёрый лёг чуть в стороне и задремал, время от времени поднимая тяжёлую голову и оглядывая окрестности...

Наконец-то настало время и для воронов. Они, планируя, всей стаей, один за другим слетели с деревьев, расселись вокруг разорванной уже на клочки туши, и стали своими сильными, чёрными клювами отрывать кусочки мяса.

Раз за разом между ними возникали короткие драки из - за лакомых кусочков, и только вожак вороньей стаи, клевал то, что хотел и при его приближении, другие вороны испуганно отпрыгивали в сторону или даже на время взлетали, уступая место сильнейшему, помня силу и остроту его клюва и когтей...


Этот рассказ о суровой жизни природы, предваряет историю жизни нескольких поколений диких животных!


...Убитый и съеденный молодой лось, совсем недавно отделился от лосиного стада. Ещё несколько месяцев назад, он ходил вместе со своей матерью-лосихой в окрестностях реки Волчьей и был опекаем и защищаем своей родительницей...

Но настало время и молодой лось стал жить самостоятельно.

Рано или поздно, всем приходится уходить от родителей и начинать самостоятельную жизнь...

Однако, жизнь в сибирской тайге трудна и сурова. Всё природное сообщество живёт сообразуясь с её законами, и потому, зависит друг от друга. Хищники охотятся на копытных, копытные поедают траву и кустарники.

Поэтому, молодая поросль деревьев и кустов в некоторых местах, бывает съедена почти полностью копытными.

А в засушливые годы, от недостатка растительной пищи умирает много животных, которые кормятся ею и соответственно бывает меньше выживших хищников...

В мире живого одни умирают, для того, чтобы спасти и сохранить жизнь другим, то есть хищникам!

Так было и с этим молодым лосем, который отделившись от лосихи, в какой-то момент не смог спасти свою жизнь и умер, как и многие его ровесники умирают каждый день на просторах дремучей тайги.

Но те потенциальные жертвы, которым удаётся выжить в первый год своей жизни, благодаря прессу хищников, научаются быстрее бегать, выше прыгать, становятся крупнее сильнее и умнее, увеличивая свои шансы, в этой бесконечной, неостановимой гонке на выживание!

И всё в природе существует по этим жестоким законам, и потому, жизнь длится вечно...