# Легенда о Великом Инквизиторе Достоевского и современность

Владимир Дмитриевич Кабаков

В "Легенде о Великом Инквизиторе, Фёдор Достоевский в фантастическом порыве вдохновения представил перед читателями противоречия между подинным христианство и христианством нашего времени. О сравнении нашего понимания христианства с видениями писателя - эта статья.

"Удрученный ношей крестной

Всю тебя, земля родная,

В рабском виде царь небесный

Исходил благословляя..." Фёдор Тютчев


Читая "Легенду о Великом Инквизиторе".


"Скажи мне сам прямо, я зову тебя - отвечай: представь, что это ты сам возводишь здание судьбы человеческой с целью в финале осчастливить людей, дать им наконец мир и покой, но для этого необходимо и неминуемо предстояло бы замучить всего лишь одно только крохотное созданьице, вот того самого ребеночка, бившего себя кулачонком в грудь, и на неотомщенных слезках его основать это здание, согласился ли бы ты быть архитектором на этих условиях, скажи и не лги!" Фёдор Достоевский "Легенда о великом Инквизиторе".


...Один из исторических выводов, сделанных за последние тридцать лет, можно привести к такому ответу: Сатана, предлагавший Иисусу из Назарета, во время сорокодневного поста "превратить камни в хлебы", в качестве орудия влияния на человека, сегодня побеждает за явным преимуществом!

Особенно, это стало заметно после развала и дискредитации социалистической идеи в мире. Люди престают думать о свободе и идут за тем, или за теми, кто предлагает им вместо свободы и справедливости - сытое существование под лозунгом "Хлеба и зрелищ".

И главное, "Отец лжи" соблазняет каждого лично, показывая на богачей купающихся в материальном довольстве: "Хочешь быть как они - следуй за мной!"

Потомки тех, кто совершал Революцию, воевал на Гражданской против сторонников Реставрации, кто миллионами погибал на фронтах Великой Отечественной, словно загипнотизированные Великим Инквизитором, отреклись от идей свободы , равенства и братства и устремились туда, куда их зовёт, соблазняя сытостью - нет не Инквизитор, а сам Сатана. Такова идея Достоевского, изложенная в "Легенде...":


"...Он останавливается при входе и долго, минуту или две, всматривается в лицо его. Наконец тихо подходит, ставит светильник на стол и говорит ему: "Это ты? ты? - Но, не получая ответа, быстро прибавляет: - Не отвечай, молчи. Да и что бы ты мог сказать? Я слишком знаю, что ты скажешь. Да ты и права не имеешь ничего прибавлять к тому, что уже сказано тобой прежде. Зачем же ты пришел нам мешать? Ибо ты пришел нам мешать и сам это знаешь. Но знаешь ли, что будет завтра? Я не знаю, кто ты, и знать не хочу: ты ли это или только подобие его, но завтра же я осужу и сожгу тебя на костре, как злейшего из еретиков, и тот самый народ, который сегодня целовал твои ноги, завтра же по одному моему мановению бросится подгребать к твоему костру угли, знаешь ты это? Да, ты, может быть, это знаешь", - прибавил он в проникновенном раздумье, ни на мгновение не отрываясь взглядом от своего пленника..." (Там же)


...В благообразной, сытой Англии, с каждым годом, все больше заметно тяготение людской массы, в лице среднего класса к жизни без тревог, нужды и переживаний. В выходные дни всё больше пьют пиво, а потом идут в ночной клуб. Конечно не все, но в Лондоне, молодые делают это важной чертой современного стиля жизни - но это стало уже стилем жизни.

В России, стараются подражать такому стилю, иногда как обезьяны, примеривающие очки, не понимая их значения. Заводят новые праздники по распитию пива, и радуются, что это похоже на пивные фестивали в Германии. Откровенное подражательство заметно и в культуре: в кино делают бессмысленные и жестокие боевики на западный манер; в литературе осваивают "зады" европейской моды; народных песен больше не поют, а слушают какую-то западную дребедень на непонятном большинству языке. Очевидна утрата русской, национальной культуры, но никого это не волнует. Русских образованцев больше волнует отсутствие в "супермаркетах" французского Сыра!


...В современной жизни, заметно больше становится не только "хлеба", ради которого живут современные люди, но больше стало и "зрелищ". Никто уже не смеет посягнуть на "свободу сытости", на желание гулять и развлекаться угождая животному инстинкту в человеке:


"Имеешь ли ты право возвестить нам хоть одну из тайн того мира, из которого ты пришел? - спрашивает его мой старик и сам отвечает ему за него, - нет, не имеешь, чтобы не прибавлять к тому, что уже было прежде сказано, и чтобы не отнять у людей свободы, за которую ты так стоял, когда был на земле. Всё, что ты вновь возвестишь, посягнет на свободу веры людей, ибо явится как чудо, а свобода их веры тебе была дороже всего еще тогда, полторы тысячи лет назад. Не ты ли так часто тогда говорил: "Хочу сделать вас свободными". Но вот ты теперь увидел этих "свободных" людей, - прибавляет вдруг старик со вдумчивою усмешкой. - Да, это дело нам дорого стоило, - продолжает он, строго смотря на него, - но мы докончили наконец это дело во имя твое. Пятнадцать веков мучились мы с этою свободой, но теперь это кончено, и кончено крепко. Ты не веришь, что кончено крепко? Ты смотришь на меня кротко и не удостоиваешь меня даже негодования? Но знай, что теперь и именно ныне эти люди уверены более чем когда-нибудь, что свободны вполне, а между тем сами же они принесли нам свободу свою и покорно положили ее к ногам нашим. Но это сделали мы, а того ль ты желал, такой ли свободы?"


...В Лондоне, это стремление к "хлебу и зрелищам" особенно заметно - уровень жизни позволяет. По пятницам, гул стоит в черте центральной части города - тысячи и тысячи клерков, освободившись от рабочей утомительной пятидневки бессмысленного зарабатывания денег, пьют пиво в пабах, барах, кафе и ресторанах. Везде есть спортивные программы по ТВ и весь город затихает, когда идут ключевые футбольные матчи. Но главное, в пабах и барах, за пивом и виски можно поговорить по человечески, просто о жизни.

Вот все и говорят, говорят, говорят...

Впереди два лучших, свободных от тягостных обязанностей, дня недели и можно будет не только отоспаться, но пожить настоящей жизнью. И настроение хорошее, потому что все проценты по "могиджам" регулярно оплачиваются и не грозит вышвыривание из квартиры, которая в большинстве, принадлежит банку.

А в выходные бывает футбол, регби, или крикет, а для богачей - гольф в загородном клубе. Ну, а если чемпионат Европы или мира по футболу, то все сидят, как прикованные к телевизору.

Ещё бы? Если ты не видел футбола или не следил за счётом в турне сборных по крикету, то тебе не о чем будет говорить с сослуживцами во время обеденного перерыва или на корпоративах. Эти "зрелища", тоже стали частью современного стиля жизни...


...Однако нельзя забывать, что именно этот лозунг "хлеба и зрелищ" для плебса, послужил основой для разрушения "тысячелетнего Рима". То есть, в истории человечества уже были времена, когда толпы требовали и получали "хлеба и зрелища". Через столетие такой жизни, варвары победили непобедимые легионы и разрушив Рим, ввергли человечество в эпоху вторичного одичания...

Известно, что бытие определяет сознание. И когда ты привыкаешь быть зрителем, тебе никогда не стать "деятелем". Ведь для этого надо отказаться не только от "хлеба с маслом", но и от "интересных" увлекательных зрелищ!

В этом и заключён "заразный" эффект такой жизненной позиции и потому, Иисус из Назарета и ответил Сатане строго: "Не хлебом единым жив человек..."

В этой фразе проявилась мудрость и твёрдость Сына Человеческого, который предвидел губительность для человека подпадания под дьявольские соблазнения-очарования для людей философии потребительства:


"...Свобода, свободный ум и наука заведут их в такие дебри и поставят пред такими чудами и неразрешимыми тайнами, что одни из них, непокорные и свирепые, истребят себя самих, другие, непокорные, но малосильные, истребят друг друга, а третьи, оставшиеся, слабосильные и несчастные, приползут к ногам нашим и возопиют к нам: "Да, вы были правы, вы одни владели тайной его, и мы возвращаемся к вам, спасите нас от себя самих". Получая от нас хлебы, конечно, они ясно будут видеть, что мы их же хлебы, их же руками добытые, берем у них, чтобы им же раздать, безо всякого чуда, увидят, что не обратили мы камней в хлебы, но воистину более, чем самому хлебу, рады они будут тому, что получают его из рук наших! Ибо слишком будут помнить, что прежде, без нас, самые хлебы, добытые ими, обращались в руках их лишь в камни, а когда они воротились к нам, то самые камни обратились в руках их в хлебы. Слишком, слишком оценят они, что значит раз навсегда подчиниться! И пока люди не поймут сего, они будут несчастны. Кто более всего способствовал этому непониманию, скажи? Кто раздробил стадо и рассыпал его по путям неведомым? Но стадо вновь соберется и вновь покорится, и уже раз навсегда. Тогда мы дадим им тихое, смиренное счастье, счастье слабосильных существ, какими они и созданы. О, мы убедим их наконец не гордиться, ибо ты вознес их и тем научил гордиться; докажем им, что они слабосильны, что они только жалкие дети, но что детское счастье слаще всякого..."


...Однако, продажа "первородства" - свободы за "чечевичную похлёбку" личного комфорта, ещё никого не сделала счастливым!

Закономерно, что именно разложение нравов в Древнем Риме и послужило главной причиной падения, казалось вечной Империи.

Нечто подобное, совсем недавно произошло с имперским Советским Союзом, развалившемся от одного обещания "слуг дьяволовых" из бывшего парт бюро, накормить и развлечь всех, кто выступит против общественного, на стороне эгоистического.

И соблазнённые древним искушением, поддавшись на льстивые уговоры "бесов", советские люди предали сами себя и пошли в услужение к господам олигархам.

А расплатой за это предательство послужили смерти тысяч, миллионов людей, чья вина была в слепой, упоительной вере власть имущим, обещавших "хлеба и зрелищ" для вымирающего народа:


"...Реши же сам, кто был прав: ты или тот, который тогда вопрошал тебя? Вспомни первый вопрос; хоть и не буквально, но смысл его тот: "Ты хочешь идти в мир и идешь с голыми руками, с каким-то обетом свободы, которого они, в простоте своей и в прирожденном бесчинстве своем, не могут и осмыслить, которого боятся они и страшатся, - ибо ничего и никогда не было для человека и для человеческого общества невыносимее свободы! А видишь ли сии камни в этой нагой раскаленной пустыне? Обрати их в хлебы, и за тобой побежит человечество как стадо, благодарное и послушное, хотя и вечно трепещущее, что ты отымешь руку свою и прекратятся им хлебы твои". Но ты не захотел лишить человека свободы и отверг предложение, ибо какая же свобода, рассудил ты, если послушание куплено хлебами? Ты возразил, что человек жив не единым хлебом, но знаешь ли, что во имя этого самого хлеба земного и восстанет на тебя дух земли, и сразится с тобою, и победит тебя, и все пойдут за ним, восклицая: "Кто подобен зверю сему, он дал нам огонь с небеси!""


...И ещё одна особенность современного мира и особенно в России - разного рода гадалки, потомственные колдуны и прочие шарлатаны овладели средствами массовой информации и реклама их способностей "приворожить" или научить как заработать богатства за месяц ничего не делая.

И об этом говорил Инквизитор, объясняя Иисусу его "ошибки" верящего в человеческое достоинство Спасителя:


"...И так как человек оставаться без чуда не в силах, то насоздаст себе новых чудес, уже собственных, и поклонится уже знахарскому чуду, бабьему колдовству, хотя бы он сто раз был бунтовщиком, еретиком и безбожником. Ты не сошел с креста, когда кричали тебе, издеваясь и дразня тебя: "Сойди со креста и уверуем, что это ты". Ты не сошел потому что опять-таки не захотел поработить человека чудом и жаждал свободной веры, а не чудесной. Жаждал свободной любви, а не рабских восторгов невольника пред могуществом, раз навсегда его ужаснувшим. Но и тут ты судил о людях слишком высоко, ибо, конечно, они невольники, хотя и созданы бунтовщиками..."


И ещё один исторический вывод напрашивается.

В нынешнем, секулярном мире правят законы, написанные для эгоистов. Это касается и конкретных людей и целых государств. Свобода стала безбрежной и потому, превращается в произвол!


...Все религиозные системы, так или иначе приспособлены к требованиям жизни и давали законы общежития, которые нельзя было нарушать безнаказанно. Главные из этих законов: не укради, не убий, не сотвори себе кумира... Иначе - это называется общественной моралью!

Тех кто нарушали эти законы, наказывали жестоко и беспощадно, хотя по временам толкователи могли извратить смысл этих важнейших законов общежития.

Но, пока жизнь была полна религиозного смысла, эти извращения так или иначе исправлялись и жизнь снова текла по основному руслу...

Сегодня, в мире неверия вновь, как в первобытном стаде, на первый план выходят закон силы и жизнь вокруг стала меняться в сторону непредсказуемости, жестокости и узаконенного насилия.

Религиозная система ценностей постепенно уходит из жизни и на её место приходит "свобода" делать зло. И поэтому, мир за последние сорок лет заметно сдвинулся в сторону непредсказуемости, социального и экономического хаоса.

В социальной сфере, резко повысился уровень расслоения людей на "избранных" и на плебс. А в экономике, главное место заняли не производители, не пролетарии, а спекулянты "делающие деньги на деньгах":


"...Приняв этот третий совет могучего духа, ты восполнил бы всё, чего ищет человек на земле, то есть: пред кем преклониться, кому вручить совесть и каким образом соединиться наконец всем в бесспорный общий и согласный муравейник, ибо потребность всемирного соединения есть третье и последнее мучение людей. Всегда человечество в целом своем стремилось устроиться непременно всемирно. Много было великих народов с великою историей, но чем выше были эти народы, тем были и несчастнее, ибо сильнее других сознавали потребность всемирности соединения людей. Великие завоеватели, Тимуры и Чингис-ханы, пролетели как вихрь по земле, стремясь завоевать вселенную, но и те, хотя и бессознательно, выразили ту же самую великую потребность человечества ко всемирному и всеобщему единению. Приняв мир и порфиру кесаря, основал бы всемирное царство и дал всемирный покой. Ибо кому же владеть людьми как не тем, которые владеют их совестью и в чьих руках хлебы их. Мы и взяли меч кесаря, а взяв его, конечно, отвергли Тебя и пошли за Ним...


...Сегодня, пожары войны и террора заполыхали по всему миру, а мировую экономику накрыли кризисы один другого страшнее.

И все бы ничего, но может получиться так, что чем дальше мы живём, привыкая к социальным и экономическим катастрофам, тем страшнее становится мир!

Сегодня, очень важно разобраться и указать причины этих социальных и экономических кризисов. А здесь, как мне кажется, нужно обратить внимание на преобладание казённого атеизма, начинающего идеологически оправдывать любой произвол и любую диктатуру силы:


"...Ты гордишься своими избранниками, но у тебя лишь избранники, а мы успокоим всех. Да и так ли еще: сколь многие из этих избранников, из могучих, которые могли бы стать избранниками, устали наконец, ожидая тебя, и понесли и еще понесут силы духа своего и жар сердца своего на иную ниву и кончат тем, что на тебя же и воздвигнут свободное знамя свое. Но ты сам воздвиг это знамя. У нас же все будут счастливы и не будут более ни бунтовать, ни истреблять друг друга, как в свободе твоей, повсеместно. О, мы убедим их, что они тогда только и станут свободными, когда откажутся от свободы своей для нас и нам покорятся. И что же, правы мы будем или солжем? Они сами убедятся, что правы, ибо вспомнят, до каких ужасов рабства и смятения доводила их свобода твоя..."


...Естественно, все это по прежнему прикрывают демагогическими оправданиями типа "борьбы за права человека" или "продвижением демократии" на американский манер.

А эта демократия чревата миллионами заключённых, убийствами сотен если не тысяч афроамериканцев американскими полицейскими, зверствами бомбёжек мирных жителей на Ближнем Востоке и в Африке и желанием подчинить весь мир своей гегемонии!


Вместо послесловия:


"- Я хотел ее (легенду) кончить так: когда инквизитор умолк, то некоторое время ждет, что пленник его ему ответит. Ему тяжело его молчание. Он видел, как узник всё время слушал его проникновенно и тихо, смотря ему прямо в глаза и, видимо, не желая ничего возражать. Старику хотелось бы, чтобы тот сказал ему что-нибудь, хотя бы и горькое, страшное. Но он вдруг молча приближается к старику и тихо целует его в его бескровные девяностолетние уста. Вот и весь ответ. Старик вздрагивает. Что-то шевельнулось в концах губ его; он идет к двери, отворяет ее и говорит ему: "Ступай и не приходи более... не приходи вовсе... никогда, никогда!" И выпускает его на "темные стогна града". Пленник уходит..."


Апрель 2019 года. Лондон. Владимир Кабаков


Остальные произведения Владимира Кабакова можно прочитать на сайте "Русский Альбион": http://www.russian-albion.com/ru/vladimir-kabakov/ или в литературно-историческом журнале "Что есть Истина?": http://istina.russian-albion.com/ru/jurnal