# Удачная охота. Отрывок из романа "Пути - дороги",

Владимир Дмитриевич Кабаков

Бывают охоты удачные - бывают неудачные. В этот раз Андрею - охотнику повезло, хотя он и переживал эту удачу, как поражение...

...На водоразделе, их встретило низкое, но ещё яркое и тёплое солнце... Тяжело дыша, все трое опустились на мягкую траву. Василий Васильевич, не сел на землю, как его молодые приятели, а опустился на колени и стал осматриваться. Здесь, на перевале, была небольшая плоскотина поросшая сосняком вперемежку с берёзами и за этими деревьями, начинался южный склон, полого, на протяжении нескольких километров спускавшийся навстречу заходящему солнцу, в долину небольшой таёжной речки Олы...

Василий Васильевич, вдруг закашлялся и чтобы не было слышно, привычно снял с головы старую, мятую, бесформенную шапку - ушанку и приложил ко рту, а прокашлявшись, сообщил нам шёпотом: - Тут могут уже и звери быть, матки или молодые бычки... Никогда не знаешь где они стоят или пасутся в это время...

Ещё раз глянув на солнце, опустившееся уже на вершины леса на противоположном хребте, старый охотник достал из-за плеча трубу на сыромятном ремешке, аккуратно снял чехол, продышался и глянув на нас, внезапно ставшими серьёзными глазами, произнёс шёпотом: - Ну с богом!

Потом, приложив трубу к правому углу рта, Василий Васильевич захватил мундштук крепкими губами и ровно втягивая воздух в себя затрубил, начав высоко и пронзительно длинно, среднюю часть песни проиграл в басах, а в конце ещё пару раз рявкнул, вкладывая в громкий звук всю силу своих лёгких...

Рёв - песня взлетела над таёжными хребтами и отдаваясь эхом в широких распадках спускающихся к речке, настороженно затихла. И тут же, с водораздела, чуть справа и ниже по гриве, ответил неистово страстный рёв, только более живой, вибрирующий, низкий с басистым и коротким завершающим рявканьем. Охотники встрепенулись и Андрей, вскочив на ноги, побледнел от волнения и невольно задвигал руками и ногами - впечатление от этой переклички человека и зверя возбуждали сильные чувства...

... Переждав какое - то время, Василий Васильевич ещё разок затянул песню вызов - через несколько секунд ему ответил тот же яростный страстный рёв, только значительно ближе...

... Олень-самец, стоявший на опушке леса, метрах в пятистах от охотников, услышав призывный рёв вздрогнул, и немедля заревел в ответ, поднимая вверх тяжёлую голову с короной серых толстых рогов, на которых блестяще отполированные отростки торчали вперёд, как зубья нерукотворных вил.

В конце "песни" он выдохнул струйку пара из разгорячённого страстным порывом нутра и замолчав, облизнул длинным языком чёрно-блестящий нос. Постояв на месте ещё секунду, олень с места в карьер, бросил своё тяжелое, мускулистое тело вперёд и широкими прыжками, враскачку набирая ход поскакал в сторону воображаемого соперника, вонзая острые копыта в мягкую пахучую землю, поросшую высокой, подсыхающей травой...

- К нам бежит - шёпотом прокомментировал старый охотник и предложил: - Давайте, я пройду чуть влево и повыше и буду быку отвечать, вон из той рощицы. А вы тут станьте... Только разойдитесь и ждите... Зверь обязательно на кого-нибудь из вас выйдет...

Василий Васильевич поднялся и осторожно ступая, обходя кусты ольшаника почти незаметно и неслышно ушёл влево, ближе к вершине холма. В своих кожаных ичигах он двигался мягко, шёл чуть согнувшись, осторожно отводя ветки со своего пути...

Оставшись одни, охотники шёпотом договорились, что Егерь будет ждать здесь, а Андрей спустится вниз, метров на сто и встанет в вершине распадка, приходящего с юга... Так и сделали...

... Между тем, солнце наполовину опустилось за горизонт и последние его лучи освещали золотистым светом бесконечные таёжные просторы, с заросшими кустарником и молодым березняком падями и крутыми распадками, где по влажному дну зелёной, невысокой стеной стояли густые ельники...

Мягкая, прозрачна тишина повисла над тайгой и только громадный олень-бык предугадывая жаркую, полную страстной ярости схватку скакал навстречу своей судьбе, треща валежником и стуча рогами по веткам кустарников!

...Аккуратно ступая, Андрей спустился в начало распадка и выбрав место с хорошим обзором затаился, настороженно прислушиваясь к окружающей таёжной тишине... Осмотревшись, он ещё раз проверил пулевые заряды своей двустволки, встал за толстую сосну и замер...

... Время тянулось неожиданно медленно и казалось, что солнце неспешно катится вдоль горизонта, погружаясь в нечто громадное и невидимое человеческому глазу за далёкими лесистыми холмами.

Потом, желтый цвет закатного солнца постепенно сменился на бледно-алый, а деревья, трава и кустарники осветились бледно-розоватым светом...

В это время оттуда, куда ушёл Василий Васильевич, неожиданно громко и пронзительно запела - заиграла труба и тут же из соседней куртины сосен и берёз, уже очень недалеко ответил мощным зычным рёвом раздражённый бык - изюбрь. У Андрея, от внезапного страха и волнения задрожали руки и перехватило дыхание. Крепко сжав в руках ружьё, он пристально вглядывался направлении, откуда шёл навстречу засаде раззадоренный олень...

Вскоре, Андрей услышал впереди сопение и постукивание веток, и в кустах, на той стороне неглубокого распадка замелькало что-то бесформенно-серое...

"Ага - взволнованно подумал молодой охотник: - Бык решил обойти воображаемого соперника низом и потому, не пошёл прямо по гриве, а движется в мою сторону!" Он инстинктивно напрягся, приложил стволы ружья к дереву, чтобы не дрожали при прицеливании и приготовился стрелять...

... Время тянулось невыразимо долго и кровь, тугими волнами двигаясь от сердца по венам, сотрясала тело и руки Андрея. От волнения, охотник перестал замечать, что - либо вокруг себя и сосредоточился на движущемся в чаще пятне.

Чем ближе, тем отчётливей Андрей различал силуэт оленя и наконец полностью увидел его в прогале деревьев! Это был крупный Бык, почему -то серого цвета, с огромными, рогами растущими широкой, острой короной на аккуратной, словно резной голове. На раздувшейся от постоянного желания длинной шее висела густая грива, которая почему-то больше всего удивила молодого охотника, впервые видевшего так близко таёжного изюбря, во всей его мощи и красе!

Затаив дыхание, крупно дрожа от страха и азарта, сжав зубы, Андрей медленно прицелился ещё решая - стрелять или не стрелять - и совершенно неожиданно, импульсивно нажал на спуск...

Грянул сдвоенный выстрел, стволы от сильной отдачи взлетели вверх, и гулкое эхо понеслось по тайге от края и до края, многократно повторяясь и затихая вдалеке!

Олень взметнул голову вверх, глянул на охотника большими, блестяще выпуклыми глазами, в которых на миг отразилась боль внезапной смерти, а потом рухнул в траву и стал почти невидим, разлившись всем своим большим, ещё мягким и тёплым телом по земле, покрытой высокой травой - над коричневым папоротником торчал только один из его рогов, словно серый многоотростковый сук...

Ещё не веря в случившееся, Андрей сделал несколько быстрых шагов в сторону убитого зверя, потом опомнившись остановился и зарядил оба ствола картечью. И лишь после, осторожно шагая стал обходить лежащего изюбра по короткой дуге, пока не убедился, что тот мёртв... Приблизившись, он долго рассматривал лежащего перед ним громадно-неподвижно зверя...

... Тут же, сверху, почти бегом спустился Егерь, на ходу громко спрашивая: - В кого стрелял!? Ты его убил!?

Отходя от пережитого шока, Андрей тяжело дыша тёр свой лоб левой рукой и потом, молча показал в сторону убитого оленя. Егерь приготовив ружьё, осторожно подошёл к лежащему зверю вплотную, отведя высокий папоротник в сторону потрогал круп оленя стволами и не удержавшись, но явно завидуя констатировал: - Крупный зверь! Вот Василий Васильевич обрадуется. Всё было так красиво, так быстро и закончилось без хлопот и беготни за подранком...

Почти неслышно, мелькая серым ватником среди молодых деревьев, подошёл улыбающийся Василий Васильевич и глянув на оленя с восхищением, похвалил Андрея: - Вот это бык, так бык!

Потом всмотревшись с удивлением произнёс: - Да он же не коричневый как все изюбри, а сивый. Я такого первый раз в своей жизни вижу... Несколько раз, на Байкале, на марянах, я видел светлых оленей, но чтобы такого громадного, да с такими рожищами - это впервые!

Андрей, волнуясь и сбиваясь, рассказал как это было...

- Я стою, а он как затрубит. Я спрятался за сосну и стою... Ружьё приготовил... Потом вижу, он идёт. Голову высоко держит и рогами ветки с дороги отбрасывает... Я, как его всего увидел, так сразу прицелился, повёл его немного и на спуск нажал... Но почему - то оба ствола выстрелили... И отдача была сильная... По пальцу прицельной скобой ударило, но я и боли не почувствовал... Только удивился... Вот он был здесь, большой, страшный и красивый и вдруг никого не вижу. Только рог из папоротника торчит!

- Ну молодец - ещё раз порадовался Василий Васильевич. - Такое везение - по-сибирски фарт - редко кому достаётся... Егерь тоже внимательно слушал, но судя по его равнодушному виду был недоволен, что стрелял Андрей, а не он сам...

...После той охоты, Андрей и радовался и переживал. Ведь если бы он его не убил, то этот дикий зверь - ходил бы по тайге, сильный и красивый! А так...

Но через время он успокоился, часто цитируя про себя афоризм из индийского эпоса - Бхагават - Гиты, которым напутствовал воинов мудрый правитель, отправляя свою армию на войну: "Никто не убивает и не бывает убит без соизволения Всевышнего!"


2005 год. Лондон. Владимир Кабаков


Остальные произведения Владимира Кабакова можно прочитать на сайте "Русский Альбион": http://www.russian-albion.com/ru/vladimir-kabakov/ или в литературно-историческом журнале "Что есть Истина?": http://istina.russian-albion.com/ru/jurnal