# Волчья охота. Глава из повести "Зимняя охота"

Владимир Дмитриевич Кабаков

Хищники и жертвы сосуществуют в этом мире и у каждого своё предназначение!

Волчья охота


...Два крупных волка, встали из лёжек почти одновременно. Они лежали под толстой, пушистой елью, растущей на краю небольшой полянки, в широкой речной пади, неподалёку от журчащей подо льдом речки.


Волки, зевая потягивались, потом встряхнулись всем телом, разошлись на несколько метров. Тот что покрупней, задрав правую ногу пометил кустик желтой прошлогодней травки, потом энергично разбросал снег задними лапами. Второй волк - это была взрослая волчица, с прокушенным в давних драках правым ухом, не стоявшим круто вверх, а чуть согнутым у самого основания и потому несимметричным, присела чуть приподняв одну из лап и прожгла узкое отверстие в снегу.


Первый волк в это время высоко подняв голову, чуть подрагивая крыльями чёрного носа понюхал воздух и потом не торопясь обежал полукруг по поляне и пробравшись сквозь елово-ольховую чащу, вышел на наледь. Волчица последовала за ним...


Вновь остановившись, они осмотрелись и направились вперёд, навстречу предутреннему ветерку, по дороге обходя частые куртинки молодых ёлок и стараясь выбирать чистые от кустарниковых зарослей пространства.


Вскоре речка сделала крутой поворот и волки сойдя с наледи в глубокий снег, начали, перестроившись на ходу, след в след, подниматься на пологий склон, через бывшие вырубки, заросшие молодым березняком, ольховником и редко встречающимися сосёнками.


Они, по-прежнему шли навстречу ветерку, изредка останавливались прислушиваясь и поводя подрагивающими ноздрями принюхивались. Поднявшись на гривку, волки чуть разойдясь, пошли лёгкой ровной рысью, вдоль гребня, перпендикулярно направлению ветра.


Был тот предутренний час, когда в тайге становится особенно темно и тихо и когда копытные после продолжительной кормёжки ложатся на отдых.


Волки шли автоматически переставляя ноги в одном и том же, среднем ритме и делали это почти бесшумно...


Через некоторое время на востоке, прорезалась едва заметная синеватая полоска утренней зари и стали различимы большие массивы тайги на противоположном склоне широкой пади.


Пройдя участок леса, с поваленными весной во время ветровала крупными осинами, волки соединившись, вновь пошли след в след и дойдя до пологого спуска, резко свернули и через несколько минут, спустившись с гривки, остановились на перекрёстке небольших распадков, поднимающихся от ручья на крутой склон, заросший густым молодым сосняком...


В это время их внимание привлёк необычный звук треснувшей ветки в осиннике, растущем в низинке между распадками.


Волки насторожились и когда треск повторился, с места в галоп тронулись в том направлении.


Молодой олень уже заканчивал кормиться, чувствуя, как наполненный перемолотыми осиновыми ветками желудок начал оттягивать брюхо к низу. Он стоял в густом осиннике и потому двигая головой иногда задевал рогами за нижние сухие ветки на не толстых стволах...


Уже тронувшись, направляясь на лёжку, он вдруг услышал шум упавшей снежной шапки, обвалившейся с изогнутого снегопадами, частого куста шиповника.


Мгновенно замерев, в предутренней тишине он отчётливо услышал лёгкие звуки волчьих прыжков и рванувшись с места, поскакал не разбирая дороги чуть по диагонали, в сторону гребневой вершинки.


Теперь волки преследовали его по слуху, стараясь завернуть зверя вниз, в долину, и через какое - то время это им удалось - олень увидел непроходимую чащу ольшаника, впереди, в вершинке крутого распадка и свернул чуть влево, стараясь поскорее обежать это неожиданное препятствие.


Волк - кобель, напрягая все силы ускорился и стал обегать чащевитый участок справа, а волчица, словно угадав его замысел, чуть сбавила ход и побежала параллельно следу оленя, оставлявшему на снегу, в прыжке, небольшие ямки от всех собранных во время приземления, четырёх копыт, чередующиеся через пять - шесть метров - такова была длинна прыжка испуганного зверя.


Олень на ходу услышал, что волки начали отставать и тоже, чуть сбавил ход, а местами даже переходил с галопа на широкую рысь - преследователям только этого и надо было!


Волк, обежав ольшаник справа, тяжело дыша и высунув розовый язык, выскочил на чистое место, выше по склону и в какой - то момент увидел мелькающее в предрассветных сумерках, далеко внизу, темно - коричневое, движущееся пятно.


Хватнув открытой пастью снег, волк резко изменил направление и с удвоенной скоростью помчался вниз, под горку.


Когда олень понял свою ошибку, было уже поздно - волк несся на него справа и сверху а потому, убегать пришлось тоже резко свернув налево. И тут же, оглянувшись в другую сторону, он увидел позади, бегущую, параллельно его следу, волчицу...


Олень вновь перешёл на галоп и широким намётом помчался вперед, швыряя на прыжках снег из под копыт, стараясь прорваться через наледь, к противоположному склону, на котором глубокий снег облегчил бы ему спасение.


Но волки действовали по уже много раз опробованному плану - они хотели согнать оленя на наледь, где снегу почти не было и преимущество оленя в скорости сокращалось до минимума.


И тут уже пришлось поработать старой волчице. Она часто - часто толкаясь задними лапами, "хакая" при каждом выдохе, неслась за оленем по диагонали, сократила расстояние до жертвы, и первой выскочила на наледь.


Олень поджимаемый сверху другим волком, старался как можно быстрее преодолеть опасную, скользкую, ледяную преграду, но волчица, тоже пугала его и потому, преследуемый зверь, чуть заворачивая вправо, понёсся низом склона, вдоль наледи. Горячее дыхание туманным облачком вылетало из его ноздрей и оседало на шее, покрытой крепким, ещё густым волосом.


...Волчица, воспользовавшись отсутствием снега на наледи, скакала, летела на махах по левой стороне пади, постепенно сокращая расстояние до зверя. Второй волк к тому времени почти догнал оленя и клацая белыми длинными клыками, на длинных прыжках, старался схватить оленя за задние ноги. Преследуемый зверь, в ужасе выгибая шею, делал многометровые, частые прыжки, но в какой - то момент, не выдержав близкой погони, свернул на наледь. Это было началом его конца!


... Шоколадно - коричневый олень - изюбрь нёсся по белому, пушистому снегу, высоко выпрыгивая и мелькая желтоватым "зеркалом" на заду, а вслед ему скакали серые волки, прижав уши и распушив хвосты.


Тайга вокруг, стояла по прежнему суровая и молчаливая и казалось была совершенно равнодушна, к вечной как мир драме - жить или умереть. Хищники как всегда догоняли, а жертва стремилась убежать и спасти свою жизнь.


Как только олень выскочил на наледь, разница в скорости сократилась и преимущество перешло к преследователям. Волки здесь, плотнее держались на ногах, в то время как олень, сильно толкаясь, твёрдыми копытами, проскальзывал задними ногами и потому гонка какое - то время шла на равных. Но тут наледь сворачивала чуть влево и волк , боясь что олень проскочит с наледи в заснеженный лес, где он будет иметь преимущество, напряг силы, сделал несколько длинных прыжков и наконец, на лету, вцепился мёртвой хваткой в правую заднюю ногу зверя, чуть повыше копыта и растопырив все четыре лапы стал тормозить, тащась всем телом по наледи, словно живой якорь.


Олень, на мгновение потерял равновесие, поскользнулся передними копытами на запорошённом снегом льду, в этот момент, разогнавшаяся волчица с ходу прыгнула и используя инерцию, вскочила оленю на спину и вцепилась жертве в холку. В последнюю секунду олень выправился и оставшись на ногах пытался скакать дальше. Он ударил левым копытом волка, тот оторвался от ноги и кубарем отлетел в сторону, но тут же вскочил и злобно рыкая, постарался догнать потерявшего скорость зверя, с "седоком" на плечах.


Олень даже сумел спрыгнуть с наледи в глубокий снег и от толчка волчица тоже свалилась вниз. Но тут вновь подоспел волк и в броске, весь вытянувшись, вцепился в бок оленя и дёрнув тяжёлой головой, вырвал большой кусок мяса из подбрюшья.


Олень протаранил встречный заснеженный куст, но скорость бега потерял окончательно и тут уже оба волка с разбегу вскочили на оленя и на ходу рвали и кусали обезумевшего от боли и ужаса, слабеющего от ран зверя.


На его неровных следах оставалась, широкой полосой, кровавая цепочка ало - красных брызг. По коричневой шерсти с загривка тоже потекли липкие красные потёки.


Проскакав ещё метров пятьдесят со своими страшными "седоками", повисших на нём, он, уже не владея телом, столкнулся с молодым деревцем, шатаясь сделал ещё несколько шагов и рухнул в сугроб.


Волк перехватившись, вонзил клыки в горло жертвы и перервал его одним мощным рывком и алая, тёмная кровь жарким потоком хлынула на снег и олень, несколько раз дернувшись всем телом умер!


Хищники продолжали рвать его беззащитное тело и успокоились только тогда, когда разорвав живот, вытащили наружу дымящиеся паром внутренности и оттащив чуть в сторону, каждый свой кусок, принялись есть, по временам зло озираясь, облизывая окровавленные морды и порыкивая от не проходящего возбуждения...


Для них это была очередная удачная охота из множества предыдущих. Но каждый раз они вот так напрягали последние силы в погоне, чтобы потом отъедаться на убитом звере, торжествуя очередную победу.


Таковы безжалостные законы природы - одни убегают спасая свою жизнь, другие догоняют, спасая свою. Так мир устроен! Перефразируя русскую поговорку можно сказать: "Для чего в природе волки?! Да для того, чтобы олени не дремали"!


Январь 2006 года. Лондон. Владимир Кабаков


Остальные произведения Владимира Кабакова можно прочитать на сайте "Русский Альбион": http://www.russian-albion.com/ru/vladimir-kabakov/ или в литературно-историческом журнале "Что есть Истина?": http://istina.russian-albion.com/ru/jurnal