# Древний и прекрасный Крым

Владимир Дмитриевич Кабаков

Крым во все времена вызывал любовь и восхищение русских людей!

"Перед светом я заснул. Между тем корабль остановился в виду Юрзуфа. Проснувшись, увидел я картину пленительную: разноцветные горы сияли, плоские кровли хижин татарских издали казались ульями, прилепленными к горам, тополи, как зеленые колонны, стройно возвышались между ими, справа огромный Аю-даг... и кругом это синее, чистое небо, и светлое море, и блеск и воздух полуденный..."

А. С. Пушкин


Первый раз, я попал туда лет двадцать пять назад и был поражён величием и красотой природы, и мягкостью климата.

Приехал я туда после полугодичной тяжёлой работы в Смоленске, где пришлось, без выходных, ежедневно, с восьми утра до семи вечера, "пахать" на интерьерных работах. Накопившаяся усталость была такой, что на почве перенапряжения, стали отказывать нервы и я не мог общаться с другими людьми - стал сильно стрессовать!

Приехав в Крым к друзьям, я несколько недель сидел в одиночестве, отходя от чрезмерного общения за предыдущий год.

Наконец друзья уговорили меня отправиться с ними в поход.

Сборы были недолги, и наконец, мы выступили!


Поднявшись по лесной живописной дороге на яйлу, мы переночевали на метеостанции, а утром отправились в сторону Ялты через горы...

Была золотая осень и замечательно тёплая, солнечная погода.

Невысокие деревья в красно - жёлтом уборе листвы, словно дремали, настолько все было тихо вокруг.

По дороге, несколько раз выходили к зарослям терновника и я с удовольствием собирал и ел кисло-сладкие, чёрные или тёмно-синие, с сизым налётом ягоды.

Шли не торопясь и потому, нередко замечали интересные моменты из жизни дикой природы.

Поднимаясь на невысокий холм, заросший деревьями и кустарником, вдруг увидели оленей, пасущихся на вершинной полянке.

Мы присели, шёпотом обмениваясь восторженными замечаниями - звери действительно были очень красивы.

Оленуха, то ли увидела нас, то ли услышала - высоко подняв голову и насторожённо поводя ушами, она направилась в нашу сторону, пытаясь понять кто мы, и почему так шумим!

Самец - олень, коричневого, почти красного цвета зверь с большими ветвистыми рогами, перестал есть и наблюдал за манёврами оленухи.

Один из нас щёлкнул затвором аппарата и олени всполошившись, на махах ускакали за гору!

Я ликовал - так близко видеть оленей, редко случается даже в глухой тайге!

Пройдя чуть дальше, мы увидели, как среди густых зелёных сосёнок появилась голова лошади.

"Мустанг! Мустанг! - зашептал мой друг и проводник Игорь.

Мы остановились, а крупный, красного цвета конь, вышел из сосняка и неподвижно застыл, разглядывая нас.

Зрелище было великолепное!

Мощное, сильное животное, потомок колхозных лошадей, некогда сбежавших из под ярма неволи, он уже в котором поколении превратился в дикое животное - он был необычайно красив - на фоне красного, почти символического окраса шкуры, чернела угольной тьмой длинная грива и длинный же, до земли хвост.

Мустанг вовсе нас не испугался, скорее наоборот - мы дрогнули при виде этого вольного гордеца, как нам показалось, с презрением глядевшего на нас - нелепых двуногих созданий!

Мы долго стояли долго друг против друга и наконец, мустанг заржал, презрительно мотнул головой волной всколыхнув гриву, развернулся и исчез в лесу так же неслышно, как и появился...


"Как красивы даже домашние животные на свободе! - думал я.

- Они ведь, как всё живое, стремятся к обретению утраченной свободы и когда удается, через короткое время вновь становятся частью дикой природы"!

И я вспомнил прибайкальскую тайгу, северное побережье, окрестности Солнце-пади в районе мыса Покойники, где тоже видел диких лошадей...


... Тогда я шёл по чуть заметной лесной дороге, и вдруг из-за поворота появилось стадо мустангов.

Серого цвета, с длинными хвостами и гривами, они, мерно переступая копытами с глухим топотом, шли мне навстречу.

С ними были два жеребёнка, видимо родившиеся совсем недавно, но уже хорошо двигавшихся вслед за старшими.

Заметив меня, дикие лошади резко свернули в лес и ускакали, исчезли вмиг треща валежником, словно их и не было!

Эти сибирские мустанги были меньше ростом, не крупные и как показалось худые - была весна и после суровой сибирской зимы, они ещё не успели откормиться.

Надо думать, что это так же были бывшие колхозные лошади, принадлежавшие некогда бурятам, издавна селившимся в этих глухих, но красивых местах.

Наверное, они отбились от колхозного табуна, а почувствовав себя свободными, могли вернуться к человеку только через угрозы смертью. К счастью - это была территория заповедника и потому, их жизням угрожали только медведи, во множестве населявшие окрестную тайгу...

Этот участок Байкало-Ленского заповедника так и назывался "Берегом бурых медведей".

Поездку туда я описал в своей книге, "Походы".


... Но вернёмся в Крым.


В лесах, на яйле, живёт множество оленей, кабанов и косуль, которые чувствуют себя здесь прекрасно - хищников нет, люди встречаются редко, а потому и опасностей немного.

Наш знакомый - оператор метеостанции, которая расположена на яйле, прямо над Ялтой, рассказывал, что однажды, прячась за скалой на склоне, подкрался вплотную к пасущемуся оленю и получил удар копытом в бок.

Мы сами видели на закате солнца, пасущихся на широких полянах оленей и совсем близко - звери перестали видеть в человеке врага.

А ночью идя по дороге, слышали топот копыт по каменным осыпям, - кабаны убегали от нас в темноту, заслышав шаги и разговоры...

Там же, на яйле, мы видели стадо косуль, неспешно кормящихся впереди нас, метрах в шестидесяти - при нашем приближении, они оглядываясь, отбегали чуть подальше и продолжали кормёжку...


И конечно, вспоминается заброшенный яблоневый сад, среди полуразрушенных фундаментов бывшего армянского монастыря.

На одном из деревьев, во множестве висели жёлто - золотые, ароматно - медовые яблоки, величиной с кулак. Налитые прозрачным, сладким соком, они словно светились изнутри и казалось, можно было увидеть внутри чёрные семечки!

Под деревьями были видны покопки и следы кабанов, приходивших сюда, питаться паданцами.

Я не удержался и взобравшись на дерево, нарвал целый рюкзак яблок, которые мы ели три походных дня!


Но, тот же уютный и ласковый с виду Крым, подстерегает неопытных путешественников многими опасностями.

Ежегодно в Крыму гибнет несколько человек: теряются в глубоких узких пещерах на яйле, падают с отвесных, высоких скал и замерзают зимой на горных плоскогорьях, попадая в пургу или в следующие за снегопадами морозы.

Так погибла наша знакомая с метеостанции, старушка - художница, жившая на горах с сыном - спившимся морским офицером и громадной собакой - датским догом...

Она, как обычно, ходила в Ялту в магазины за продуктами и возвращаясь устала, присела на обочине... и умерла.

Тут её и нашли назавтра, уже смертельно заснувшую и застывшую...


Крым, это одно из поэтичных мест России, овеянное историческими воспоминаниями, где среди белых отвесных обрывов меловых хребтов, в дебрях южных лесов перевитых лианами, с древнейших времён селились в пещерах и на вершинах почти неприступных скал, древние предки современного человека!


Любуясь ханским дворцом в Бахчисарае, разглядывая старинное кладбище за крепостными стенами, во дворе, куда выходят узкие, решётчатые окна гарема, я в воображении, переносился в прошлое, на несколько столетий назад и видел в воображении удалых ханских витязей разгуливающих по двору и украдкой взглядывающих в запретные окна гарема!

Представил чёрных, толстых евнухов, охраняющих ханских наложниц - красавиц со всего света; слышал скрип арб, с равнодушными мулами в упряжке, стучавших высокими, окованными медью колёсами по камням скальной дороги.

Перед спуском в долину, где располагается Бахчисарай - бывшая столица Крымского ханства, стоят сохранившиеся с той поры каменные бадьи - поилки, в которых поили своих коней орды татарских всадников, отправлявшихся в набеги на Русь и Польшу.

И совсем недалеко от бывшей столицы крымчаков, раскинулось тёплое, чёрное в ненастную погоду, море, окружающее "остров" Крым. Это море, названное древними греками Черным, по временам, рождает "ледники" тумана, наползающего на горы после полудня.

Крым - это волшебная страна, в которой природа ласкова и доброжелательна к человеку, в отличии от российской природы - строго холодной, равнодушной, иногда коварной, лишь изредка дарящей человеку тепло и красоту.

Однако русский человек любит свои безграничные суровые просторы накоторых родились и выросли, как часто послушные дети любят своих строгих родителей.

Вспомните грустные пейзажи Левитана или лесные чащи Шишкина. Как они не похожи на романтические, солнечные картины Богаевского или акварели, влюблённого в Крым, похожего на мифического фавна, поэта Макса Волошина.

Может быть поэтому, русские и по сию пору стремятся побывать в Крыму, отогреться и поесть фруктов и ягод, которыми так богат этот южный полуостров, а потом возвратиться в суровые российские просторы, вспоминая Крым как ожившую сказку!


2000 год. Лондон. Владимир Кабаков


Остальные произведения Владимира Кабакова можно прочитать на сайте "Русский Альбион": http://www.russian-albion.com/ru/vladimir-kabakov/ или в литературно-историческом журнале "Что есть Истина?": http://istina.russian-albion.com/ru/jurnal