# Сеятль. Тексты

Владимир Дмитриевич Кабаков

Рождение в Вифлееме Иисуса христа - переломный момент в истории человечества!

Сеятель - Тексты


"Сеятель слово сеет. Посеянное при дороге означает тех, в которых сеется слово, но к которым, когда услышат, тотчас приходит Сатана и похищает слово, посеянное в сердцах их. Подобным образом и посеянное на каменистом месте означает тех, которые когда услышат слово, тотчас с радостью принимают его, но не имеют в себе корня и непостоянны; потом, когда настанет скорбь или гонение за слово, тотчас соблазняются. Посеянное в тернии означает слышащих слово, но в которых заботы века сего, обольщение богатством и другие пожелания, входя в них, заглушают слово и оно бывает без плодов. А посеянное на доброй земле означает тех, которые слушают слово и принимают, и приносят плод, один в тридцать, другой в шестьдесят, иной во сто крат."

Евангелие от Марка 4,14-4,20


Святое семейство и рождение Мессии. Волхвы


...Мария была необыкновенной девушкой.

Удлиненное лицо, прямой тонкий нос, большие карие глаза с чуть синеватыми чистыми белками. Пухлые губы и мягкий округлый подбородок. Волосы густые, сильные, с кудрявыми волнистыми завитушками, с светло-золотистыми концами прядей.

Роста, выше среднего, статная, с высокой грудью и тонкой талией. Бросалась в глаза маленькая, по сравнению с телом головка и ступни ног.

Походка плавная - ноги несли тело и венчающую её голову ровно, с горделивой неспешностью.

Нрава Мария была рассудительного и спокойного, совсем не боязливая и самостоятельная. Добрая улыбка редко когда покидала лицо Марии и поэтому, даже незнакомые люди часто заговаривали с ней на дороге или в синагоге.

Ясный, чистый голос её был слышен далеко и она любила петь сидя за праздничным столом или во время дальних переходов, когда с песней легче идти.

Родившись в семье богопочитающих родителей, рано осиротела и воспитывалась в божьем храме и вырастая, становилась глубоко верующей девушкой.


Когда Марии было семнадцать лет, во сне явился ей крылатый архангел Гавриил и предсказал рождение Сына Божьего из её чрева, через непорочное зачатие.

Проснувшись, Мария, заплакала от счастья и молилась Богу, благодаря Его за милость: "Отче Благий! Ты создал небо и землю, управляешь миром и потому, я, с благоговением внимаю тебе и повинуюсь."

Через несколько времени поняла она, что носит во чреве своём Сына Божиего...


Иосиф всю жизнь свою работал плотником...

Роста, одного с Марией, но фигурой кряжист, с широкими плечами и крепкими ногами. Ладони с толстой морщинистой кожей, отогнутые в сторону большие пальцы с корявыми ногтями, охватывали инструмент, как тисками. Руки - крепкие, мускулистые, одинаково привычны были и к топору, и к пиле.

Серо-голубые глаза смотрели из-под седеющих бровей внимательно и умиротворенно. Он никогда не кричал, а в затруднительные минуты жизни, долго обдумывал решение и приняв, старался его придерживаться.

Он не был веселым человеком может быть потому, что видел за свою жизнь много войн, много враждующих армий, много раненых и убитых. Сам никогда не воевал.

- Для плотника всегда хватает работы, особенно после войны - бывало говорил он.

- Я люблю строить, но не люблю разрушать!

После смерти первой жены, детей от первого брака оставил у родителей жены, богатых торговцев, а сам стал ходить наниматься в работы по всей Иудее.

Состарившись, он решил жениться и осесть...

Он выбрал город Назарет на берегу Галилейского моря, где был хороший климат и люди селились в городах и поселках близко друг от друга. Там он построил себе небольшой домик и решил жениться...

Он выбрал себе в невесты, замечательную девушку - сироту, по имени Мария, которая воспитывалась при храме после смерти родителей и была тихой и доброй.

Сиротство научило её ценить доброту и ласку пожилого Иосифа и она согласилась выйти за него замуж.

Когда Иосиф заметил, что Мария беременна, он решил уйти и оставить ей дом, но во сне явился ему светлый ангел, успокоил его и объяснил, что такова воля Божия.

Проснувшись Иосиф благословил Марию и поклонился ей, как Божией Избраннице!

Вскоре, римский император Тиберий издал указ о всеобщей переписи населения и повелел, для удобства переписчиков, всем израильтянам, явиться на места своего рождения.

Иосиф, который был родом из Вифлеема, тронулся в путь, и вместе с ним пошла и Мария.


На третий день пути, достигли они Вифлеема. К тому времени в городе, скопилось множество людей, пришедших со всех уголков Израиля для переписи.

Попросился Иосиф в гостиницу, но была она переполнена и тогда остановились Иосиф и Мария в хлеву при гостинице, так-как жить под открытым небом или в палатке было невозможно из-за холода, а хлев был прямо в доме, под жилыми комнатами, где держал хозяин свою скотину. Хозяин гостиницы сжалился над уставшими путниками и приказал работнику убрать хлев и постелить в дальнем, самом теплом углу, сухую, свежую солому. Иосиф помог Марии слезть с осла, на котором она ехала, поставил его в стойло, подсыпал овса, а сам расстелил тент на соломе, положил сверху коврик и устроил на нем Марию поудобнее.

Мария, кусая губы сказала Иосифу сквозь слезы:

- Чувствую я, что пришло время и сегодня суждено мне родить.

Засуетился Иосиф, побежал в гостиницу, принес ушат теплой воды, приготовил чистое полотенце и пеленки...

Она родила младенца среди ночи.

Заплакала Мария от смущения, и потупившись, улыбнулся ей в ответ Иосиф, взял младенца на руки, обмыл его и долго любовался красивым и спокойным малышом. Приложил он младенца к груди Марии, а сам стал на колени и помолился Богу за счастливые роды.

И пронесся над Вифлеемом тихий теплый ветер и вспыхнула ярким светом звезда, пришедшая с Востока и остановилась над хлевом, где родился Иисус.


Три волхва, в ярких одеяниях, гордо сидящие на верблюдах, появившиеся в Иерусалиме, возбудили любопытство всех горожан. Приехали они со стороны полуночных восточных стран и везли с собой богатые дары. Старший из волхвов, высокий худой старик с седой длинной бородой, горбатым носом, острыми темными глазами, прячущимися в морщинистых глазных впадинах под кустистыми длинными бровями, въехав во двор Иродова дворца, приказал должить о себе царю. Говорил он на местном наречии, но голос его был сух, высок и, казалось, что это ворон каркал команды.

Снедаемый любопытством, Ирод сам вышел их встречать и проводил в покои.

- Прикажи царь покормить верблюдов, - прокаркал старший из волхвов. Его спутники молча поклонились Ироду и сели на ковры, поджав под себя по-восточному ноги. Ирод хлопнул в ладоши и приказал появившимся слугам, накормить верблюдов, а заодно принести вино, закусок и стал расспрашивать гостей, пытаясь поскорее удовлетворить свое любопытство. В глубине души ему очень хотелось верить, что дары, привезенные волхвами, предназначены ему. Но почему? Он никак не мог ответить на этот вопрос и поэтому решил, на всякий случай, оказывать волхвам всяческое почтение.

- Едем мы издалека, из стран полуночных, где правят короли сильные и богатые, где стоят наши хоромы, убранные коврами, серебром и золотом. По давним поверьям, записанным в наших священных книгах, знаем мы, что в пределах страны Израилевой должен родиться в эти времена младенец, который наречется царем Иудейским и станет со временем владыкой Мира, его Спасителем, очистив землю от грехов человеческих.

Попутчики говорившего молчали, но дружно кивали головами в островерхих меховых шапках в знак подтверждения слов, сказанных старшим волхвом.

- Девять месяцев назад, загорелась яркая звезда на нашем небосклоне и тронулась на Запад. И мы вместе с нею пошли в ту сторону, куда она двигалась. И вот мы здесь.

Старик замолчал, обмыл лицо и руки из подставленного слугой серебряного кувшина и съев несколько мятных лепешек с медом, запил все это вином, разбавленным водой.

Его спутники тоже немного поели.

Ирод, человек осанистый, с большим животом и остроносым злым лицом, пил неразбавленное вино, слушал и лицо его мрачнело:

"Кто ещё смеет претендовать на Иерусалимский трон? - спрашивал он сам себя.

- Недавно я казнил очередных заговорщиков, свивших гнездо в моем дворце, а тут рождается неведомый самозванец и я ничего не знаю! Прикажу казнить начальника тайного розыска, негодяя, который требует только денег, а работу свою не выполняет".

Ирод заставил себя улыбнуться и спросил:

- А в каком же городе, в какой семье этот будущий царь должен родиться? Наверняка вы это знаете, мудрые путешественники...

Голос его непроизвольно дрогнул, а горбоносый старик, старший их них, метнул в сторону Ирода взгляд из-под бровей и отвел глаза в сторону:

- Даже мы этого не знаем, - сказал он, - идем туда, куда нас ведет звезда.

Он помолчал, ополоснул руки после еды, вытер их полотенцем, поднялся, огладил бороду и закончил:

- Но мы, на обратном пути, заедем к тебе, царь, и все расскажем...

- А теперь - нам надо спешить.

Когда волхвы уехали, Ирод сел на трон и, помрачнев, приказал позвать начальника тайной стражи.

Ироду вдруг показалось, что слуга, исполнявший приказ, действует слишком медленно и разъяренный Ирод закричал, схватившись за кинжал, висевший на поясе:

- Делай это быстрее! Иначе я прикажу отрубить тебе ноги, чтобы ты не мог ходить, а только ползал!

Слуга, подгоняемый страхом, убежал искать начальника тайной стражи, а Ирод, отпив немного вина, стал ходить из угла в угол, разговаривая сам с собой:

- Дождусь стариков и тут же прикажу казнить младенца... А заодно и его родителей...

---------------------------------------""----------------------------------

На закате этого же дня волхвы приблизились к Вифлеему и в наступившей темноте звезда будущего Владыки народов вдруг остановилась. Уже ночью волхвы постучали в гостиницу. Разбуженный хозяин спустился вниз, отворил ворота, хотел выругать неожиданных путешественников, но увидев странный караван, промолчал и поклонился.

Горбоносый старик, не слезая с верблюда, спросил:

- Хозяин! Нам известно, что у тебя в доме родился младенец, который станет великим человеком. Проведи нас к нему...

Хозяин гостиницы посмотрел на пришельцев и ответил:

- В моем доме никто никогда не рождался, ибо я вдовец.

- Ты говоришь неправду, - гортанно прокричал старик, - если не скажешь правду, будешь наказан! - Хозяин гостиницы испугался, заморгал глазами и вдруг вспомнил о постояльцах в хлеву.

- Да-да-да..., - запинаясь, проговорил он, - в хлеву остановилась какая-то пара из Назарета и, похоже, что молодая жена старика-плотника собиралась рожать...

Он помолчал и, криво усмехнувшись, добавил:

- Но какой же великий человек может родиться в хлеву, да ещё от Назарянина...

Старик перебил его, резко крикнув:

- Веди нас в хлев!

Когда волхвы вошли в хлев, то в задней его части светилась свеча и счастливая, улыбающаяся Мария кормила младенца Иисуса грудью.

При виде её и ребенка волхвы упали на колени и кланяясь подползли к счастливой матери с ребенком.

- Славься Владыка Мира и Земли! - запели они старческими голосами. - Да будет благословенно имя Твоё и имя Матери Твоей! Прими поклонение и дары наши и не будь в будущем, во время своего воцарения, строг к нашим народам, живущим в странах полуночного мира.

И внесли они дары свои Господу: золото, ладан, смирну и долго молились, благословляя Марию и преклоняясь перед Младенцем...

А когда радостные собрались они в обратный путь, горбоносый старик позвал Иосифа и словно прокаркал, страшные слова:

- Бойся Иосиф царя Ирода, ибо узнал я по его взгляду, что хочет он погубить младенца. Уходи сегодня же утром и лучше всего в Египет. Золото, которое мы принесли, поможет тебе совершить это путешествие быстро и жить там безбедно. Мы рады, что хоть так можем услужить Младенцу.

Волхвы, все трое, в последний раз низко поклонились Иисусу, вышли, сели на верблюдов и удалились в свои страны, но уже другим путем, минуя Иерусалим.


А Ирод допросил своих сыщиков и узнал, что кроме ожидаемого младенца-Мессии уже родился чудесным образом, в семье бездетной Елизаветы и её мужа, старика Захарии другой младенец Иоанн. Говорили, что ему тоже предстоит великое будущее...

Ирод сидел в большом зале своего великолепного дворца, который он недавно выстроил, смотрел, как танцуют полуголые наложницы и, не переставая, пил вино, бокал за бокалом. Шитые серебром и золотом одежды тяготили его и, сбросив с себя почти все, полуголый, волосатый и жирный, он полулежал на подушках, и мрачно размышлял:

- Не доверяю я этим чудесам. Только малограмотные люди могут верить в чудеса рождений Мессий или Пророков. - Он отхлебнул вина, пролил на грудь и грязной, липкой ладонью растер все по коже.

- Я не Мессия и не Пророк, но именно поэтому, не позволю каким-то шарлатанам покушаться на мою власть. И не то, что я не верю в Бога. Нет! Но я знаю, что Бог не вмешивается в житейские дела - власть и богатство - это дела земные, а не божественные.

- В такую грязь Бог никогда не вмешивается - именно поэтому я и убъю этого Святого Младенца, если найду его. Какая разница - умрет он ребенком или стариком - ведь все мы умрем. Зато я уничтожу лишний соблазн для толпы фанатиков, которые только и ждут повода, чтобы сделать бунт.

Он махнул рукой. Музыка прекратилась. Танцовщицы застыли, сбившись в кучку. Ирод поманил пальцем одну из них...


В ночь перед рождением Христа в природе стояла необыкновенная тишина. Зимнее небо светилось нежно-голубым, в сумерках переходящим в изумрудно-бирюзовый цвет. Было прохладно и прилетевшие с Севера, из дремучих лесов за далеким Черным морем стаи дроздов, сидели и молчаливо отдыхали в роще неподалеку.

Когда спустились сумерки, они запели, словно радостный и веселый хор славословил появление на свет чудесного младенца.

Всю ночь пели эти птицы, а жители Вифлеема улыбались и долго не могли !

Священник - старый добрый Иаков, сидя при свечах и разбирая тексты Писания, прислушивался к птичьему хору, и думал, что где-то поблизости родился праведник и природа земная радуется его появлению на свет...


Прохладная ночь...Луна...

В ночной тишине, изредка прокричит сова. Овцы серыми комочками лежали в ложбинках то тут, то там и дремали пережёвывая жвачку.

У большого костра сидели пастухи. Поужинав, они тихо разговаривали о приближении холодных дней, о том, что хлеб подорожал и о том, что Ирод вновь переделывает свой дворец, украшая серебром и золотом стены палат и спальных покоев.

Вдруг, над горизонтом, на черно-синем небосклоне вспыхнула яркая звезда и стала подниматься к зениту.

- Смотрите! Смотрите! Новая звезда взошла! - закричал один из пастухов.

В глаза потрясенным и испуганным пастухам ударил яркий свет и с криком упали они ниц, лицом на землю - стало светло, как днем, но овцы были спокойны.

По широкому лучу, падающему наклонно от звезды, спустился светлый ангел с серебристыми крыльями за спиной. Он коснулся ногами земли и неслышно подошел к пастухам.

- Свершилось! - произнес он - в Вифлееме родился Сын Божий и вы в числе первых можете узреть младенца, который через время станет Спасителем всех уверовавших в Него. Поспешите, а овцы ваши будут на месте и в сохранности!

И пастухи отправились в Вифлеем, отыскали хлев, в котором поселился Иосиф и родившая младенца Мария - им не было места в гостинице и они поселились рядом с коровами и осликом, которые тут же дремали, тихо вздыхали и хрустели сеном...


Младенец лежал в яслях и смотрел вокруг внимательно и серьезно и было ему на вид не меньше полугода. Лицо чистое, белое, волосы вьющиеся, мягкие, темного цвета и главное, необычайные глаза: большие, серые и чистые, не мигая, внимательно глядели на мир и на окружающих его людей и скот.

Вглядываясь в полутьму хлева, пастухи поклонились младенцу и рассказали Иосифу и Марии о знамении с неба и потом разговаривая, улыбаясь и радуясь, возвратились к своим овцам.

Утро ранее и светлое озарило горный горизонт, а в хлеву, где лежал младенец, проснулись коровы и постукивая копытами повернулись головами в сторону яслей. Их большие, неподвижно-спокойные глаза блестели из теплого сумрака хлева.

И поднялась заря и вновь, как вечером, только уже в обратном порядке в прохладном воздухе первого дня нового времени, небо окрасилось нежно-зеленым, ближе к горизонту и постепенно светлея переходило на небе в голубое, через золото и багряные всполохи над горными массивами. И птицы пели не переставая и приветствуя новый день, заблеяли овцы на пастбищах и протяжно и важно замычали коровы в стойлах. Младенец проснулся и, слушая шум наступающего дня, улыбнулся - Он был простодушно и глубоко счастлив!


Мария запеленала Иисуса в припасённые пелёнки, а Иосиф, не торгуясь, купил у хозяина гостиницы осла, оседлал его и посадив Марию, держащую на руках младенца, не задерживаясь тронулся в дальний путь.

Не забыл Иосиф и дары волхвов, набив ими перемётные сумы - золотом подаренным мудрыми волхвами Младенцу, они расплачивались за ночлег на постоялых дворах, а когда наконец прибыли в Египет, то купили небольшой домик и жили долго, не зная нужды ни в чём.

Иосиф, вскоре стал работать, а Мария растила Богом данного малыша!


2001 год. Лондон. Владимир Кабаков


Остальные произведения Владимира Кабакова можно прочитать на сайте "Русский Альбион": http://www.russian-albion.com/ru/vladimir-kabakov/ или в литературно-историческом журнале "Что есть Истина?": http://istina.russian-albion.com/ru/jurnal