# Грязная работа. Рассказ о пережитом

Владимир Дмитриевич Кабаков

Жизнь за границей далека от того, о чём мы мечтаем живя на родине!

Продолжение книги очерков о жизни в Англии.


...Я не мог найти работу, после приезда в Англию, около полутора лет. Точнее, я попробовал подрабатывать, помогая художнице делать поздравительные открытки и получал за многочасовую работу около двадцати фунтов в неделю, зарабатывая около фунта в час, при кропотливой, напряженной работе. Домашние улыбались и говорили, что мне платят как рабу, только белому!

Однако скоро художница отказалась от моих услуг, чему я был втайне рад.


Когда я совсем заскучал без денег и без перспектив, мы с женой, сам я не понимал по-английски и тем более не говорил, пошли в трудовое агентство. Просмотрев сотни объявлений, выбрали два-три которые нам подходили и стали разговаривать с агентом - симпатичной участливой женщиной средних лет.

Она куда -то звонила, с кем- то о чём -то договаривалась и выдала нам два адреса. Назавтра жена позвонила по указанным адресам и в первом месте, уборщика посуды с утра до обеда в кафе концертного зала "Фестивал-холл" нам отказали, а во втором - требовался уборщик в Вестминстер - колледж, предложили прийти.

Я был согласен на любую работу, но только на полдня и желательно с утра - это я указал в анкете. Встретили меня в университетском общежитии двое молодых людей, поговорили и предложили на следующее утро выйти на работу.

Короткая справка - мне за пятьдесят и в России, в Петербурге я был директором большого подросткового клуба с двадцатью педагогами и двумя уборщицами. Но делать нечего - выбора не было!


Утром в понедельник придя в нужное время, я получил ведро, швабру, резиновые перчатки, мне указали место где я мог переодеться и началась моя рабочая деятельность. Три часа я мыл полы, ванны, туалеты, пылесосил и убирал студенческие кухни в квартирах из восьми комнат с гостиной. В комнаты я не входил, а все остальное было полем моей активности. Супервайзер-начальник показал мне как надо мыть, чистить, пылесосить, и процесс пошел.

Платили мне в начале минимальную для Британии зарплату - три шестьдесят за час: в две недели набегало около сотни фунтов.

Скоро я привык, познакомился с некоторыми студентами и остальными уборщиками. В основном это были африканцы, но были и европейцы: двое молодых парней из Югославии, которые меня почему-то жалели и снисходительно похлопывали по плечу. Потом появилась испанка и даже молодой вежливый китаец. Африканцы все хорошо говорили по-английски, а европейцы и китаец плохо, как и я. Владельцем фирмы уборщиков был весёлый и немного нервный Раджин. Со мной он был вежлив и видимо догадывался, что я знавал и лучшие времена.

Со временем в уборщиках остались только африканцы и я стал называть себя белым негром, вспоминая знаменитое эссе Нормана Майлера "Белый негр".

Вскоре я привык к работе приноровился и захотел ещё подработать. Через знакомых жены я устроился в фирму по уборке офисов в Сити "по черному", то есть без документов. Как выяснилось фирмой командовала женщина, а её сотрудниками были её сорокалетний жених и взрослая дочь. Встречаясь с Шоном - так звали жениха, мы убирали маленькие офисы и дворы в трёх- четырёх местах.

Напарник был карибским негром из Канады. В прошлой его жизни осталась жена - ирландка и двое детей подростков. Разошлись они потому, что бывшая жена была алкоголичка и промучавшись с ней лет пять он её бросил. Сейчас он был женихом необъятно толстой хозяйки фирмы - очень живой и общительной Магдален, которая от отца получила эту "фирму" в наследство.

Работая так два с половиной часа я получал ещё сто фунтов. Работы было немного, но мы ездили с работы на работу на автобусах таская за собой пылесос в большой сумке и потому к вечеру я прилично уставал.

Иногда, мы с Шеном, перед работой, выпивали по бутылке пива, а то заходили в перерыве работ в паб и там я попробовал настоящий Гиннес и Карлсберг. Одним словом я пытался въехать в колею и стать как все простые англичане.


Однако с моей зарплатой на подработке, скоро начались неприятности - Магдален, памятуя о том, что я работал без договора стала задерживать зарплату на месяц а то и на два. Вскоре Шён ушел на другую работу, а я стал убирать офис на Олд-стрит один-два часа в день, за сто пятьдесят фунтов.

Но случилось так, что я не получал от Магдален зарплату за четыре месяца, она оправдывала неуплату какими-то непонятными доводами, но я работал и ждал, вспоминая, что в России бывали случаи когда люди не получали зарплату по году.

Однако вскоре через своего знакомого в фирме я узнал, что фирма регулярно перечисляет Магдален мою зарплату

В конце концов Магдален выгнали, заставив её заплатить мне за четыре месяца шестьсот фунтов.

Фирма была китайская и когда они узнали о моих злоключениях с зарплатой, то зауважали меня!

На первой работе сменился уже второй супервайзер и на место молодого парня из Бразилии, который все время спал закрывшись в своём кабинетике, пришла африканка средних лет по имени Мария. Она резво взялась управлять и видя мою вежливость и безотказность, решила, что я существо безобидное, тем паче, что не говорю по-английски.

Она стала безапелляционным тоном приказывать и указывать мне что и как делать сваливая на меня самую грязную работу, под довольные ухмылки остальных уборщиков. Одним словом я стал настоящим "белым негром"!

Однажды я не выдержал и так на неё рявкнул, ударив в ярости кулаком по перегородке, что она испуганно выскочила из комнаты и хотела вызвать полицию, но телефон почему-то не сработал.

После этого случая она стала более вежлива и вскоре уехала в Африку.

Африканцы иногда посмеивались надо мной не понимая, как может нормальный белый работать уборщиком - в Англии это прерогатива чёрных или опустившихся людей, а так же иммигрантов, только что прибывших в Англию.

Но я терпел молчаливые усмешки и постепенно от меня отстали - я ведь был воспитан в Советском Союзе где все были равны и любая работа была не зазорна.

Через полтора года после начала работы уборщиком, за ту женагрузку я зарабатывал вдвое больше и на двух работах получал иногда более шестисот фунтов в месяц.

Индиец - владелец фирмы, видя мою работоспособность зауважал меня и очень сожалел, когда я собрался уходить.

На второй работе тоже стало неплохо - я перезнакомился с сотрудниками фирмы и беседовал с ними о футболе, рассказывал о России и мои рассказы они слушали внимательно.

Фирма занималась теле коммуникациями, все напряжённо работали с утра до вечера у компьютеров и у многих, даже молодых, в конце недели прорисовывались тёмные круги под глазами.

А я, как "белый человек" приходил после полудня , мыл посуду на кухне делая перерывы чтобы почитать газеты.

Потом я пылесосил два зала, иногда попутно обсуждая результаты футбольной супер лиги с итальянцем Матео - страстным фаном итальянского клуба "Болонья". Одним словом я обжился, иногда даже не переодевался, так как работа была чистая.

Ещё я думал, что работать так, как работают эти молодые мужчины и женщины не смогу. Мне казалось, что так работать могут только рабы у которых другого выхода нет.

- Ну а деньги? - спросите вы.

Ну, а что деньги!

Разве они делают нашу жизнь счастливее? Главное, чтобы работа которую вы делаете была осмысленной. А они сидя в тесном офисе мучились проблемами бессмысленной купли продажи услуг связи с утра до вечера, иногда даже ночью видя кошмары о непроданных услугах связи.

Конечно они все зажаты жизнью в угол - если не будут зарабатывать достаточно, то не смогут оплачивать жильё и их выгонят на улицу. Но по мне так лучше улица чем всю жизнь вот так корпеть над компьютером!


Пишу это, а сам думаю: "Ишь какой ты смелый! Давно ли сам-то крутился как карась на сковородке, без работы и без денег!

Через какое-то время я потерял работу и сейчас, вновь безнадёжно хожу по трудовым агентствам - на моём счету в банке сегодня семьдесят пенсов...


2003 год. Лондон. Владимир Кабаков